Грехи как оружие HR
Вечная система мотивации для управления современными командами
Дэвид Браун

«Не люблю сложных людей. Проще всего манипулировать святыми, у них только один грех – гордыня».

Serge Kosakow, former KGB¹

Переводчик Софья Кукушкина

Дизайнер обложки Muemmla

© Дэвид Браун, 2025

© Софья Кукушкина, перевод, 2025

© Muemmla, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0068-4548-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Я не HR.

Никогда им не был и, честно говоря, не хотел.

Но мне довелось управлять людьми, в том числе и теми, кто отвечает за человеческие ресурсы. Я глубоко уважаю работу HR, однако считаю, что порой они витают в облаках. Они увлекаются модными «актуальными» теориями, графиками и опросами, но упускают суть – человеческую природу во всей её сложности и противоречивости.

Эта книга – не критика, а попытка подсказать.

Подсказать руководителю, как ему скорректировать свой HR-отдел, и подсказать HR-специалисту, что же он упускает из виду в своей ежедневной работе.

Введение

Почему мотивация не работает так, как написано в книжках

Мотивация сотрудников – это нервная система любой организации. Она определяет, как быстро компания развивается, насколько слаженно работают команды и как надолго удаётся удерживать ценных специалистов, реализуя их потенциал. Именно поэтому руководители и HR-отделы тратят миллионы на бонусы, корпоративные программы и тренинги. Но рано или поздно интерес сотрудников угасает, вовлечённость падает, а текучесть становится высокой.

Мы меняем весь HR, вводим самую модную систему мотивации, получаем кратковременный результат, но очень скоро оказываемся там, откуда начинали.

Почему?

Потому что мы забыли посмотреть на людей.

Не на бонусы и не на комфортные условия труда, не на геймификацию и командные мероприятия, не на внутреннюю валюту и корпоративное обучение, а на сотрудников, на людей, на человека. Что нужно человеку? Что им движет? Что он хочет? Что для него важно? Что он любит? Что он готов терпеть? Что он на дух не переносит?

Фиксированный доход, похвала, обращение по имени, дополнительный отдых, памятные подарки, карьерное развитие, обратная связь, прямое общение с руководством, доска почета, гибкий график, корпоративные мероприятия, публичная благодарность, предоставление скидок, система премий, монитор эффективности, обучение за счет компании, компенсация занятием спортом, компенсация транспортных расходов и т. п. и т. д. – всё это прекрасно. И может отлично работать. А может не просто не работать, но буквально уничтожать команды и за ними целые компании.

Чем руководствуется человек, когда решает работать больше и лучше?

Пирамида Маслоу предлагает универсальную лестницу потребностей, но игнорирует тот факт, что для одних важнее признание, чем деньги, а для других – контроль и власть важнее даже безопасности. Теория ожиданий Врума строится на том, что усилия приводят к вознаграждению. Но если истинное ожидание сотрудника – всегда быть первым, а реальность это не позволяет? Модель Герцберга делит факторы на мотивирующие и гигиенические, но не объясняет, почему похвала вызывает зависть, а премия – скрытую конкуренцию.

Есть много психологических теорий мотивации. Все они предполагают, что человек действует рационально, что он может объяснить свои поступки и отдает себе отчет в том, что и почему делает. Вот только в жизни мы руководствуемся не только разумом, а гораздо чаще – эмоциями, страстями и внутренними конфликтами.

Христианская антропология даёт понятийный аппарат, которого не хватает HR-теориям. Она говорит: человек движим страстями, тем, что традиционно называют «грехами». Это не только нравственные категории, но и реальные психологические силы.

Алчность толкает на быстрые, но недальновидные решения. Гордыня заставляет игнорировать общее благо ради личного статуса. Зависть разрушает сотрудничество и порождает скрытую конкуренцию. Эти внутренние силы не исчезают, даже если их замалчивать. Напротив, именно они определяют, сработает ли система мотивации или провалится. Поэтому стандартные подходы часто терпят крах: они работают с поверхностными стимулами, но не учитывают того, что лежит глубже – страстей, которые движут поведением человека, даже когда он убеждает себя в том, что действует рационально.

Мотивация – это не универсальная формула и не набор простых инструментов. Это сложный процесс, в основе которого лежат индивидуальные склонности. И пока эти склонности остаются в тени, ни деньги, ни признание, ни карьерный рост не дадут долгосрочного результата.

Как мы оказались в теме грехов

Если привычные теории мотивации часто дают сбой, то возникает главный вопрос: как же всё-таки понять, что на самом деле движет людьми в организации? Почему одни сотрудники горят работой, а другие теряют интерес? Почему одни сражаются за признание, а другие прячутся от ответственности?

Ответ лежит не столько в корпоративных инструментах, сколько в глубинах человеческой природы. Христианская традиция две тысячи лет использует язык страстей, известных как «семь смертных грехов», чтобы описать фундаментальные мотивы. Это не просто список запретов. Это древняя карта человеческих склонностей, которая помогает объяснить, почему мы действуем именно так, а не иначе.

Иоанн Кассиан и Григорий Великий в раннем Средневековье сформулировали учение о смертных грехах не как аналог Уголовного кодекса с преступлениями и наказаниями, а как типологию страстей – они описывали силы, которые управляют поведением человека. Каждый грех отражает базовый импульс: жажду выгоды, стремление к контролю, поиски признания или избегание усилий.

В профессиональной среде эти импульсы проявляются особенно наглядно. Алчный сотрудник ищет личной выгоды, тщеславный жаждет похвалы, гордый требует признания компетентности, гневливый стремится контролировать процессы. Даже ленивый имеет свой мотив – стремление к минимальным затратам сил, что часто помогает ему быть очень эффективным.

По сути, речь идёт о мотивационных типах, которые становятся видны в рабочих ситуациях: как человек реагирует на задачи, на систему вознаграждения, на конфликты.

Интересно, что многие современные теории мотивации невольно пересекаются с этой древней типологией. Теория самодетерминации Эдварда Деси и Ричарда Райана выделяет три базовые потребности: автономию, компетентность и связь. Но если присмотреться, автономия часто окрашена гневом (жажда контроля), компетентность – гордыней (желание превосходства), а потребность в признании – тщеславием. Дэниел Пинк утверждает, что главные драйверы – мастерство, автономия и цель. Но эти драйверы легко искажаются страстями: мастерство превращается в гордыню, автономия – в властный гнев, цель – в тщеславное стремление к славе.

Нейронауки добавляют физиологический слой. Дофамин подпитывает алчность и тщеславие, толкая к бонусам и лайкам. Окситоцин способствует сотрудничеству, если страсти преображаются в добродетели. Даже химия мозга подтверждает: внутренние склонности нельзя игнорировать. Иными словами, на языке науки мы лишь заново открываем то, что отцы Церкви описали как «страсти».

В организационной жизни каждый грех оборачивается узнаваемым мотивационным профилем.

Алчность – ориентация на материальные выгоды. Продавец, ради бонуса готовый перевыполнять план, но игнорирующий общую цель команды. Чутко реагирует на финансовые стимулы, но склонен к эгоизму и краткосрочным решениям.

Гордыня – стремление к превосходству. Аналитик, уверенный в уникальности своих методов, гордится сложными задачами и экспертизой, но не слышит коллег. Даёт сильные результаты, но порождает конфликты.

Тщеславие – зависимость от внешнего признания. Маркетолог, ожидающий похвалы за каждую публикацию. Его мотивируют награды и внимание, но делают уязвимым для критики и манипуляций.

Гнев – жажда контроля. Руководитель, не терпящий хаоса, выстраивает процессы идеально, но его нетерпимость к ошибкам часто демотивирует подчинённых.

Леность – избегание усилий. Сотрудник, перекладывающий рутину на коллег. Он ищет минимальные выгоды, но сопротивляется вызовам и развитию.

Зависть – усилитель любой страсти. Алчный завидует чужим доходам, тщеславный – чужим похвалам, гордый – чужим успехам. Зависть разрушает командную работу и отравляет атмосферу.

Не случайно в данной типологии мы оставляем за скобками чревоугодие и блуд. Это яркие и кинематографичные страсти, но слишком физиологичны и связаны с телесными инстинктами, поэтому в офисной среде редко проявляются напрямую, в отличие от спорта или шоу-бизнеса, где подобные стимулы встречаются чаще.

Важно подчеркнуть: речь идёт не об осуждении сотрудников и не о религиозных ярлыках. Грехи здесь – это диагностический инструмент, позволяющий понять: чем именно движется человек? Грехи – это зеркало, в котором отражаются глубинные мотивы сотрудников. Они показывают, куда устремлено сердце человека и чего он на самом деле ищет: выгоды, признания, контроля или покоя. Игнорировать это – значит оставлять мотивацию на уровне догадок. И если руководитель способен распознать грехи в каждом из своей команды, то у него появляется уникальный инструмент: не просто стимулировать сотрудников извне, а помогать им направлять внутреннюю энергию в созидательное русло.

Добродетели: секретное оружие HR

Осознание того, что грехи могут объяснять мотивацию сотрудников, – лишь первая половина пути. Руководитель, который остановится на этом шаге, рискует увязнуть в негативной картине: алчные думают только о деньгах, гордые не слушают коллег, ленивые тормозят процессы. Но христианская традиция всегда предлагала не только диагноз, но и лекарство. Там, где страсть разрушает, добродетель преобразует. Именно добродетели позволяют направить энергию греха в созидательное русло, превращая слабости сотрудников в источник роста.

Добродетели – это не отвлечённые моральные категории, а практические ориентиры. Каждая из них противостоит определённому греху, не подавляя его полностью, а перенаправляя. Энергия алчности может стать топливом для командного успеха, гордыня – стимулом к наставничеству, а гнев – основой для структурности и дисциплины. Именно поэтому добродетели можно рассматривать как управленческий инструмент, сопоставимый по значимости с KPI или корпоративной культурой.

Щедрость против алчности. Сотрудник, ориентированный на личные бонусы, открывается для сотрудничества, если награда распределяется по результатам команды. В продажах это может быть общий бонус за рост выручки отдела, где вклад каждого очевиден. Щедрость не убивает интерес к деньгам, но учит видеть в успехе коллег собственный выигрыш.

Смирение против гордыни. Гордый аналитик, жаждущий признания, получает его через наставничество. Обучая новичков и делясь опытом, он сохраняет статус «эксперта», но уже в контексте командного роста. Смирение не разрушает его амбиции, а даёт им более зрелую форму.

Терпение против гнева. Жёсткий руководитель, склонный к контролю, становится более эффективным, когда учится делегировать и работать с неопределённостью. Тренинги по управлению конфликтами и проекты с младшими коллегами развивают терпение, превращая разрушительный гнев в структурированное лидерство.

Трудолюбие против лености. Сотрудника, склонного к прокрастинации, можно мотивировать системой микроцелей и небольших, но достижимых задач. Трудолюбие формируется через привычку видеть результат и накапливать маленькие победы.

Любовь и справедливость против зависти. Прозрачные системы KPI и ясные правила распределения бонусов снижают сравнения и подозрения. Когда сотрудники уверены в честности критериев, зависть теряет разрушительную силу и превращается в стимул к совместной работе.

Позитивная психология Мартина Селигмана подтверждает: развитие сильных сторон повышает удовлетворённость трудом и вовлечённость. Исследования показывают, что сотрудники, которые ощущают справедливость, поддержку и возможность реализовать таланты, работают продуктивнее. Теория самодетерминации Деси и Райана также подчёркивает: потребности в компетентности и принадлежности напрямую связаны с добродетелями смирения, щедрости и любви. Другими словами, то, что богословы называли «духовными практиками», психологи сегодня описывают как основу здоровой мотивации.

Добродетели не уничтожают страсти, а дают им новое направление. Алчность остаётся жаждой выгоды, но её можно наполнить командным смыслом. Гордыня продолжает стремиться к признанию, но обретает зрелую форму через служение другим. Гнев по-прежнему требует порядка, но его энергия питает дисциплину и стратегичность. Такой подход снижает уровень конфликтов и текучести, создаёт атмосферу доверия и укрепляет мотивацию на глубинном уровне.

Кому всё это реально пригодится

Устойчивый успех (а тем более успешный успех!) строится не только на бизнес-модели или технологиях, но и на правильном понимании человеческой природы.

Понимание грехов как мотивационных типов и добродетелей как их корректирующего механизма открывает руководителю новый (на самом деле очень старый и потом хорошо проверенный) способ смотреть на людей – не через абстрактные «модели поведения», а через глубинные, узнаваемые всеми импульсы. Но теория сама по себе бесполезна, если не превращается в управленческие решения. Эта книга – мост между идеей и практикой. Мы берем древнюю антропологию, подкрепляем её современной психологией и предлагаем систему простых инструментов: от диагностики мотивационных типов до выбора стимулов и перестройки командных процессов так, чтобы слабости не разрушали совместную работу, а становились источником силы.

Методика универсальна – от стартапа с десятью людьми до матричных структур на тысячи сотрудников: меняется лишь масштаб, но не принципы.

Наша цель – дать руководителям и HR-специалистам универсальную и вместе с тем прикладную систему управления мотивацией. «Грехи» мы используем как диагностическую линзу, чтобы увидеть, что реально движет человеком: жажда выгоды (алчность), профессионального превосходства (гордыня), признания (тщеславие), контроля (гнев), избегания усилий (леность) или сравнения себя с другими (зависть). Добродетели – щедрость, смирение, терпение, трудолюбие, любовь и справедливость – становятся инструментами перенастройки этих импульсов. Книга не ограничивается объяснениями «почему так происходит»: она дает пошаговый маршрут – как выявить ведущие мотивы, подобрать стимулы и выстроить процессы, чтобы энергия страстей работала на общее дело.

Грехи – не приговор, а диагностический инструмент. Они подсказывают, какие стимулы сработают, а какие подорвут сотрудничество. Вы не можете управлять алчным так же, как гордым, а ленивым, как тщеславным. Такое просто не работает, эти люди слишком разные. Вам нужно понимать, кто перед вами. Но эксплуатируя ведущие грехи сотрудников вы можете встать на путь саморазрушения – это ситуация, когда грех подпитывается внешними стимулами, становится всё более выраженным и в итоге полностью поглощают человека, а за ним и команду. Раб греха не может быть эффективным, как не может быть эффективным никакой раб. Человек должен быть свободным и вы дадите ему эту свободу с помощью корпоративной культуры добродетелей.

С одной стороны, мы будем управлять людьми практичными до циничности стимулами, основанными на грехах, но с другой стороны, эти самые грехи мы будем сдерживать и преображать добродетелями с помощью корпоративной культуры.

Глава 1. Грехи как главная основа мотивации

Люди всегда хотят одного и того же (и это нормально)

Представьте менеджера по продажам, который месяц за месяцем перевыполняет план, зарабатывая крупные бонусы, но одновременно становится источником конфликтов в коллективе. Коллеги жалуются, что он не делится клиентами и подрывает командный дух ради личной выгоды. Или аналитика, чья экспертиза спасает проекты, но который отказывается обучать коллег, чтобы сохранить статус «незаменимого». Что движет этими людьми?

Ответ кроется в глубинных мотивах, которые христианская традиция называет грехами: алчностью, гордыней, тщеславием, гневом, леностью, завистью. Эти «теневые» драйверы – не только моральные категории, но и универсальные силы, определяющие поведение сотрудников. Понимание их природы позволяет руководителям и HR-специалистам выстраивать такие системы мотивации, которые направляют энергию грехов в продуктивное русло, усиливают результаты и минимизируют конфликты.

Грехи как мотивационные типы – идея не новая. В IV веке Иоанн Кассиан систематизировал восемь страстей, а в VI веке Григорий Великий сократил их до семи смертных грехов: гордыни, алчности, блуда, зависти, чревоугодия, гнева и лености. Эти категории стали основой христианской антропологии, описывающей склонности человеческой природы. В средневековых монастырях монахи боролись с леностью, мешавшей духовной и трудовой дисциплине. Иоанн Кассиан предлагал вводить рутинные задачи постепенно, чтобы преодолеть эту страсть. Сегодня HR может использовать тот же принцип: сотрудник, избегающий сложных задач (то есть с ленью в качестве ведущего греха), мотивируется через четкие инструкции и небольшие вознаграждения за выполнение базовых целей, с постепенным повышением сложности. Грехи – не только слабости, но и ключи к пониманию человеческой природы, работающие и в монастыре, и в офисе.

Важно понимать: грехи отражают базовые потребности и желания, выходящие за рамки христианского контекста. Например, буддизм говорит о привязанностях как о схожих драйверах поведения, а современная психология подтверждает это исследованиями мотивации. А психометрические модели, такие как Big Five, показывают, что склонности, схожие с грехами (например, высокая экстраверсия для тщеславия или низкая добросовестность для лености), устойчиво проявляются в поведении.

Грехи можно рассматривать как простую, но мощную модель. Она позволяет HR быстро диагностировать мотивационные типы и адаптировать управление. В следующих разделах мы подробно разберем, как каждый грех проявляется в работе и каким образом его энергию можно направить через добродетели для достижения гармонии в команде.

Ваш сотрудник – это его главный грех

Понимание грехов как мотивационных типов позволяет руководителям и HR-специалистам заглянуть в суть поведения сотрудников. Алчность, гордыня, тщеславие, гнев, леность и зависть проявляются в рабочих процессах по-разному: от погони за бонусами до избегания ответственности. Каждый грех несёт уникальные риски, но при правильном подходе его энергию можно направить в созидательное русло. В этом разделе мы разберём каждый грех отдельно.

АЛЧНОСТЬ

Алчность – это стремление к материальной выгоде, часто сопровождаемое эгоизмом и фокусом на краткосрочные результаты. Такие сотрудники видят работу как инструмент для личного обогащения, что делает их продуктивными, но склонными к конкуренции вместо сотрудничества.

Алчные сотрудники процветают в ролях, где результат напрямую связан с финансовыми стимулами, например, в продажах или трейдинге. Они активно добиваются бонусов, комиссионных и премий, часто перевыполняя план. Однако их эгоцентричность может приводить к конфликтам: они могут скрывать информацию о клиентах или ресурсах, чтобы максимизировать личную выгоду.

Алчность разрушает командный дух, если не направлена в нужное русло. Сотрудники могут игнорировать долгосрочные цели компании ради сиюминутной прибыли, что приводит к текучке клиентов или внутренним конфликтам. Например, продавец, сосредоточенный только на бонусах, может продавать продукт, не заботясь о его качестве, что вредит репутации компании.

Для алчных сотрудников эффективны чёткие материальные стимулы: бонусы, премии, комиссионные, привязанные к конкретным результатам. Натуральные льготы (корпоративный автомобиль, страховка) также работают. Чтобы смягчить эгоизм, вводите командные бонусы, которые поощряют кооперацию. Например, бонус за общий успех отдела мотивирует делиться ресурсами. Штрафы за невыполнение задач можно использовать ограниченно, чтобы не вызвать демотивацию. Моральные стимулы (похвалы, грамоты) для этого типа неэффективны.

Коррекция через добродетели – щедрость и справедливость: показывайте, что кооперация приносит больше долгосрочной выгоды.

Богословский контекст.

В христианской антропологии алчность рассматривается как одна из фундаментальных страстей, искажающих божественный образ в человеке. Это не просто желание материальных благ, но и духовная болезнь, при которой сердце человека привязывается к тленному богатству, отводя его от Бога.

Алчность обычно проявляется как ненасытное стремление к накоплению, причем не редко за счёт других, и потому ведёт к эгоизму, несправедливости и разобщённости. В Писании алчность прямо названа идолопоклонством (Кол. 3:5: «Итак, умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и алчность, которая есть идолослужение»).

Святые отцы подчёркивали, что алчность – это не только жажда денег, но и искажение человеческой природы, когда временное становится важнее вечного, привязывая человека к себе.

Иоанн Златоуст в «Беседах на Евангелие от Матфея» пишет: «Алчность не в том, чтобы иметь богатство, но в том, чтобы быть им одержимым; не богатство само по себе зло, но страсть к нему». Он указывает, что алчность порабощает человека, заставляя его видеть в богатстве источник безопасности и счастья, тогда как истинное богатство – в Боге. Алчность часто называют «корнем всех зол» (1 Тим. 6:10), поскольку она порождает зависть, обман и несправедливость.

Алчность часто маскируется под добродетель – например, под заботу о будущем или семье, – но в действительности разрушает духовную жизнь, отгораживая человека от настоящего милосердия и щедрости.

Алчность многолика: она может проявляться как скупость, когда человек цепляется за каждую монету, или же как расточительность, когда он тратит безудержно ради подчеркивания своего статуса.

Иоанн Кассиан в «Собеседованиях» подчёркивает, что алчность – это не только жажда денег, но и страсть к обладанию вообще: «Алчность есть огонь, который не знает сытости, и чем больше питаешь его, тем сильнее он пожирает». Он описывает, как алчность заставляет человека жить в постоянной тревоге, боясь потерять то, что имеет, или не получить желаемого.

Святые отцы также указывали на связь алчности с другими грехами. Например, Василий Великий в «Беседах на псалмы» отмечает, что алчность часто порождает зависть, так как человек, одержимый богатством, начинает сравнивать себя с другими и страдать от их успехов. Более того, алчность разрушает общину: «Кто любит деньги, тот не любит ближнего», – пишет он, подчёркивая, что алчность делает человека равнодушным к нуждам других.

ГОРДЫНЯ

Гордыня – это стремление к профессиональному превосходству, часто сопровождаемое высокомерием и игнорированием мнения коллег. Такие сотрудники ценят признание их экспертизы и стремятся к сложным задачам, но могут быть конфликтными.

Горделивые сотрудники – это аналитики, инженеры или эксперты, которые берутся за амбициозные проекты, чтобы доказать свою компетентность. Они стремятся к новым технологиям, обучению и статусу «лучшего». Однако их высокомерие может приводить к конфликтам, особенно если их идеи критикуют или они чувствуют конкуренцию.

Гордыня блокирует обмен знаниями, что тормозит командную работу. Такие сотрудники могут изолироваться, отказываться от сотрудничества или вступать в конфликты, если их статус под угрозой. Например, аналитик, не желающий делиться экспертизой, может замедлить проект, требующий командного вклада.

Предоставляйте сложные проекты, доступ к новым технологиям и возможности для обучения. Делегирование права предлагать идеи или влиять на процессы также мотивирует. Публичное признание на профессиональных форумах работает ограниченно, но эффективно. Негативные стимулы (выговоры) демотивируют, как и патернализм, ограничивающий свободу.

Коррекция через добродетели – смирение и любовь к ближнему: вовлекайте в наставничество, где их экспертиза помогает другим, что приносит признание.

Богословский контекст.

В христианской традиции гордыня считается первейшим из смертных грехов, поскольку она довлеет над всеми остальными страстями. Это грех, при котором человек возвышает себя над другими, приписывая свои достижения исключительно собственным заслугам и отвергая зависимость от Бога. Гордыня искажает божественный образ в человеке, заменяя смирение перед Творцом иллюзией самодостаточности.

Писание ясно предостерегает: «Гордость идёт перед падением, и надменность – перед погибелью» (Притч. 16:18). Святые отцы подчёркивали, что гордыня – это не просто высокое мнение о себе, но духовное ослепление, которое отлучает человека от Бога и ближних. Иоанн Златоуст в «Беседах на Евангелие от Иоанна» пишет: «Гордыня есть начало всякого греха, ибо она заставляет человека думать, что он выше Бога и не нуждается в Его благодати». Он указывает, что гордец не только превозносится над другими, но и становится неспособным к любви, поскольку видит в окружающих лишь угрозу своему величию. Григорий Великий в «Моралиях на Книгу Иова» называет гордыню «царицей всех пороков», поскольку она рождает презрение к другим, стремление к славе и нежелание принимать критику. Он подчёркивает, что гордыня часто маскируется под добродетель: человек может считать себя праведным или мудрым, но в действительности его мотивы коренятся в эгоизме.

Гордыня проявляется не только в явном высокомерии, но и в более тонких формах. Иоанн Кассиан в «Собеседованиях» описывает её как «скрытую болезнь», которая может принимать вид ложного смирения или чрезмерной требовательности к себе и другим. Например, гордец может отвергать помощь, считая, что только он способен выполнить задачу наилучшим образом, или раздражаться, когда его мнение не принимают. Августин Блаженный в «О Граде Божием» указывает на связь гордыни с падением ангелов: «Гордыня – это любовь к собственному превосходству, которая сделала дьявола врагом Бога». Он подчёркивает, что гордыня разрушает единство, так как заставляет человека ставить себя выше других, игнорируя их достоинства. Василий Великий добавляет, что гордыня порождает конфликты, поскольку гордец не терпит равных: «Кто возвышает себя, тот неизбежно унижает другого».

Гордыня также связана с другими грехами, такими как зависть и гнев. Святитель Григорий Палама отмечает, что гордец завидует тем, кто угрожает его превосходству, и гневается, когда его не признают. Это делает гордыню особенно разрушительной в коллективе, где она препятствует сотрудничеству и взаимопониманию.

ТЩЕСЛАВИЕ

Тщеславие – это зависимость от внешнего признания, что делает сотрудников уязвимыми к манипуляциям и эмоциональным перепадам. Они стремятся к похвале и вниманию, но теряют мотивацию без них.

Такие сотрудники активны на собраниях, охотно берутся за публичные проекты (маркетинг, PR), чтобы получить похвалу. Они процветают в корпоративной культуре с частыми наградами, но без признания быстро выгорают или становятся пассивными.

Тщеславные сотрудники нестабильны: без похвалы они теряют интерес к работе. Их зависимость от внешнего одобрения делает их уязвимыми к манипуляциям со стороны руководства или коллег. Например, маркетолог, работающий ради публичной похвалы, может игнорировать рутинные задачи.

Похвала, публичное признание и награды – ключевые стимулы. Корпоративные мероприятия, забота о сотрудниках (детские сады, страховка) и натуральные льготы (поездки) также эффективны. Чрезмерные материальные стимулы ослабляют связь с командой, поэтому их лучше избегать. Коррекция через добродетели – смирение и благоразумие: вовлекайте в проекты без публичной похвалы, чтобы развить внутреннюю мотивацию.

Богословский контекст.

В христианской традиции тщеславие рассматривается как грех, связанный со стремлением к человеческой похвале и признанию, часто в ущерб истинным ценностям. Это страсть, при которой человек ищет одобрения окружающих, чтобы утвердить собственную значимость, вместо того чтобы полагаться на Бога. Тщеславие отличается от гордыни: если гордыня – это превозношение над другими, то тщеславие – это зависимость от их мнения. Писание предостерегает: «Как можете вы веровать, когда друг от друга принимаете славу, а славы, которая от Единого Бога, не ищете?» (Ин. 5:44).

Святые отцы подчёркивали, что тщеславие порабощает человека, делая его действия пустыми и лишёнными духовного смысла. Иоанн Златоуст в «Беседах на Евангелие от Матфея» пишет: «Тщеславный трудится не ради Бога и не ради истины, но ради суетной похвалы, и потому его дела не приносят плода». Он указывает, что тщеславие заставляет человека сосредотачиваться на внешнем, теряя внутреннюю связь с Богом. Григорий Великий называет тщеславие «коварным врагом», который проникает даже в добрые дела. Он отмечает, что тщеславный человек может совершать благие поступки, но их мотив – не любовь или долг, а желание быть замеченным. Это делает тщеславие особенно опасным, так как оно искажает добродетели, превращая их в средство для самоутверждения.

Тщеславие проявляется в стремлении к внешнему признанию – будь то похвала, награды или восхищение. Иоанн Кассиан описывает его как «многоликую страсть», которая может принимать разные формы: от хвастовства достижениями до ложной скромности, рассчитанной на комплименты. Он подчёркивает, что тщеславный человек живёт в постоянной зависимости от мнения других, что делает его уязвимым и нестабильным: «Тщеславие – это ветер, который то возносит, то низвергает».

Святитель Василий Великий указывает на связь тщеславия с другими грехами, такими как зависть и лицемерие. Тщеславный человек завидует тем, кто получает больше похвалы, и может прибегать к обману, чтобы создать о себе лучшее впечатление. «Тщеславие заставляет человека носить маску, но под ней – пустота», – пишет он в «Беседах на псалмы». Кроме того, тщеславие разрушает подлинные отношения, так как человек становится озабоченным не искренним общением, а тем, как он выглядит в глазах других. Августин Блаженный в «Исповеди» подчёркивает, что тщеславие – это ложная цель, которая уводит от Бога: «Кто ищет славы человеческой, тот теряет славу небесную». Он описывает, как тщеславие заставляет человека жить ради мимолётного одобрения, игнорируя вечные ценности.

ГНЕВ

Гнев – это резкое стремление к контролю и порядку, сопровождаемое нетерпимостью к неподчинению или хаосу. Такие сотрудники – прирождённые лидеры, но склонны к конфликтам.

Сотрудники с гневом как мотивом – это руководители или менеджеры, которые устанавливают строгие правила и требуют их соблюдения. Они эффективны в системных проектах, но их микроменеджмент или вспышки гнева могут демотивировать подчинённых.

Гнев приводит к конфликтам и подавлению инициативы команды. Сотрудники под таким руководителем могут бояться ошибок, что снижает креативность. Например, руководитель, требующий строгого выполнения задач, может задушить инновации.

Делегируйте полномочия и расширяйте зоны ответственности, чтобы удовлетворить потребность в контроле. Организационные стимулы (системные проекты) работают лучше всего. Денежные стимулы эффективны ограниченно, а негативные (выговоры) вызывают сопротивление. Коррекция через добродетели – терпение и милосердие: вовлекайте в работу с менее опытными коллегами, чтобы развить терпимость к ошибкам.

Богословский контекст.

В христианской традиции гнев рассматривается как страсть, которая, будучи неуправляемой, разрушает душу человека и его отношения с другими. Это не просто эмоциональная реакция, но состояние, когда человек позволяет раздражению или злобе овладеть им, теряя мир и любовь. Писание предостерегает: «Гневаясь, не согрешайте: солнце да не зайдёт во гневе вашем» (Еф. 4:26). Это указывает, что гнев сам по себе не всегда греховен, но становится таковым, когда выходит за рамки праведного возмущения и превращается в разрушительную силу.

Святые отцы подчёркивали, что гнев становится грехом, когда он направлен на личную обиду, а не на исправление несправедливости. Иоанн Златоуст в «Беседах на Послание к Ефесянам» пишет: «Гнев – это огонь, который может согревать, если направлен против зла, но сжигает душу, если вызван эгоизмом». Он указывает, что гнев, порождённый личной обидой или жаждой контроля, отдаляет человека от Бога, так как разрушает любовь и смирение. Григорий Великий в «Моралиях на Книгу Иова» называет гнев «вихрем, который возмущает разум». Он подчёркивает, что гнев часто маскируется под справедливость: человек может оправдывать свою злобу стремлением к порядку или правде, но в действительности это лишь проявление его эгоизма. Гнев делает человека нетерпимым к ошибкам других и ведёт к конфликтам, разрушая гармонию в общине.

Гнев многолик: он может проявляться как вспышки ярости, так и как затаённая обида или раздражительность. Иоанн Кассиан в «Собеседованиях» описывает гнев как «кипящий котёл», который может быть явным (в виде крика или агрессии) или скрытым (в виде молчаливой злобы или сарказма). Он подчёркивает, что гнев особенно опасен тем, что ослепляет разум, заставляя человека действовать импульсивно и несправедливо: «Гнев лишает человека рассудка, и он становится рабом своей страсти». Василий Великий в «Беседах на псалмы» указывает на связь гнева с другими грехами, такими как гордыня и зависть. Гнев часто возникает, когда человек чувствует угрозу своему статусу или когда завидует успехам других. «Гнев – это дитя гордыни, – пишет он, – ибо тот, кто считает себя выше других, не терпит их непослушания». Кроме того, гнев разрушает отношения, так как делает человека нетерпимым и неспособным к прощению. Августин Блаженный в «О Граде Божием» отмечает, что гнев становится грехом, когда он направлен на человека, а не на грех: «Праведный гнев ненавидит зло, но любит грешника». Он подчёркивает, что гнев должен быть подчинён любви, иначе он превращается в разрушительную силу, которая отлучает человека от Бога и ближних.

ЛЕНОСТЬ

Леность – это избегание работы и ответственности, стремление к комфорту с минимальными усилиями. Такие сотрудники тормозят процессы, но могут быть мотивированы простыми стимулами.

Ленивые сотрудники выполняют только простейшие задачи, избегая сложных проектов. Они ценят льготы (оплачиваемый отпуск, транспорт) и работают ровно настолько, чтобы их сохранить. Их поведение заметно в рутинных ролях, например, в административной работе.

Леность снижает продуктивность и срывает сроки. Такие сотрудники могут создавать «мёртвый вес» в команде, перекладывая задачи на других. Например, офис-менеджер, избегающий новых обязанностей, может замедлить документооборот.

Негативные стимулы (штрафы за невыполнение задач) и натуральные льготы (оплачиваемый отпуск, питание) работают лучше всего. Патернализм (забота компании) мотивирует минимальными усилиями. Организационные стимулы (сложные проекты) и участие в управлении неэффективны, так как такие сотрудники избегают ответственности. Коррекция через добродетели – трудолюбие и надежда: постепенно усложняйте задачи с чёткими инструкциями, показывая путь к карьерному росту.

Богословский контекст.

В христианской традиции леность (или уныние) рассматривается как грех, который проявляется в уклонении от труда, духовного или физического, и в равнодушии к своему призванию. Это не просто праздность, но духовное состояние, при котором человек теряет стремление к добру, погружаясь в апатию или бездействие. Святые отцы видели в лености не только отказ от работы, но и духовную пустоту.

Иоанн Златоуст в «Беседах на Евангелие от Матфея» пишет: «Леность – это не просто отдых тела, но омертвение души, когда человек бежит от труда, который Бог заповедал». Он указывает, что леность делает человека бесплодным, лишая его радости от созидательной деятельности и служения другим. Григорий Великий в «Моралиях на Книгу Иова» называет леность «тяжёлой цепью», которая сковывает волю человека. Он подчёркивает, что леность часто маскируется под усталость или смирение, но в действительности это бегство от ответственности. Ленивый человек, по его словам, не только вредит себе, но и становится обузой для других, нарушая гармонию общины.

Леность может проявляться как откладывание дел, избегание обязанностей или полное бездействие. Иоанн Кассиан в «Собеседованиях» называет лень «полуденным бесом», который особенно искушает в моменты, когда требуется усилие: «Леность овладевает человеком, когда он видит трудности, и заставляет его искать покоя там, где нужен труд». Он отмечает, что леность часто сопровождается унынием, когда человек теряет веру в смысл своих действий.

Василий Великий в «Беседах на псалмы» указывает на связь лености с другими грехами, такими как зависть и тщеславие. Ленивый человек может завидовать тем, кто успешен, но не желает прилагать усилия для достижения подобных результатов. «Леность рождает недовольство, – пишет он, – ибо тот, кто не трудится, начинает винить других в своих неудачах». Кроме того, леность разрушает единство, так как человек, избегающий труда, перекладывает свои обязанности на других. Августин Блаженный в «Исповеди» подчёркивает, что леность – это не просто отсутствие действия, но отказ от божественного призыва: «Бог создал нас для труда и любви, а леность крадёт у нас и то, и другое». Он описывает, как леность делает человека слепым к возможностям, которые Бог даёт для роста, и погружает его в духовную спячку.

ЗАВИСТЬ

Зависть – это печаль о чужом успехе, сопровождаемая конкуренцией и снижением сотрудничества. Она не является отдельным типом, но «окрашивает» другие грехи, усиливая их негативное влияние.

Завистливые сотрудники сравнивают себя с коллегами, что приводит к саботажу или скрытию информации. Например, разработчик может не делиться кодом, чтобы конкурент не получил повышение. Зависть заметна в карьерно-ориентированных ролях, где конкуренция высока.

Зависть разрушает командную работу и создаёт токсичную атмосферу. Она усиливает конфликты, особенно если вознаграждения непрозрачны. Например, сотрудник, завидующий бонусам коллеги, может саботировать проект.

Избегайте индивидуальных наград, которые усиливают конкуренцию. Прозрачные системы вознаграждения и командные бонусы мотивируют к кооперации. Коррекция через добродетели – любовь и справедливость: поощряйте совместные проекты, где успех зависит от вклада всех.

Богословский контекст.

В христианской традиции зависть рассматривается как грех, который проявляется в печали или злобе по поводу благополучия другого человека. Это страсть, разрушающая любовь и единство, поскольку завистник не радуется успехам ближнего, а страдает от них, желая присвоить чужое или умалить чужие достоинства. Писание ясно осуждает зависть: «Где зависть и сварливость, там неустройство и всё худое» (Иак. 3:16). Зависть отравляет сердце, делая человека неспособным к искренней радости и благодарности.

Святые отцы подчёркивали, что зависть – это духовная болезнь, которая коренится в эгоизме и недоверии Богу. Иоанн Златоуст в «Беседах на Послание к Римлянам» пишет: «Зависть – это яд, который человек сам пьёт, желая навредить другому. Она не даёт ему видеть дары Божии в собственной жизни». Он указывает, что зависть заставляет человека сравнивать себя с другими, забывая о собственном призвании. Григорий Великий в «Моралиях на Книгу Иова» называет зависть «скрытым огнём», который сжигает душу изнутри. Он отмечает, что зависть часто маскируется под справедливость или критику: завистник может оправдывать своё недовольство тем, что другой «не достоин» своего успеха. Это делает зависть особенно коварной, так как она разрушает не только внутренний мир, но и отношения в общине.

Зависть может проявляться как открытая злоба, сплетни, осуждение или как подавленное чувство неполноценности. Иоанн Кассиан в «Собеседованиях» описывает зависть как «печаль о совершенстве другого», которая заставляет человека умалять чужие заслуги или радоваться их неудачам. Он подчёркивает, что зависть особенно сильна, когда человек сравнивает себя с равными: «Зависть не столько о богатстве, сколько о том, что другой достиг того, чего ты желаешь».

Василий Великий в «Беседах на псалмы» указывает на связь зависти с другими грехами, такими как гордыня и гнев. Зависть часто рождается из гордыни, когда человек считает себя достойным большего, и переходит в гнев, если он не получает желаемого. «Зависть – это тень гордыни, – пишет он, – ибо тот, кто возвышает себя, не терпит превосходства другого». Зависть разрушает единство, так как завистник не может искренне сотрудничать, видя в других угрозу своему положению. Августин Блаженный в «О Граде Божием» подчёркивает, что зависть – это отказ от любви, которая радуется добру ближнего: «Зависть делает человека врагом самому себе, ибо он страдает от того, что должно приносить радость». Он указывает, что зависть уводит от Бога, так как человек, одержимый ею, перестаёт благодарить за свои дары и сосредотачивается на том, чего у него нет.

Грехи – это не просто слабости, а ключи к пониманию мотивации сотрудников. Распознав ведущий грех, HR может подобрать стимулы, которые усиливают продуктивность и снижают риски. Направляя грехи через добродетели, можно превратить эгоизм в кооперацию, высокомерие в наставничество, а леность в трудолюбие. В следующих главах мы разберём, как диагностировать эти типы и встроить добродетели в корпоративную культуру.

Неужели еда и секс – плохие мотиваторы для программиста?

Не все смертные грехи одинаково релевантны для анализа мотивации в современном офисе. Интересные всем и такие востребованные чревоугодие и блуд оказываются гораздо менее значимыми в условиях интеллектуального труда, где преобладают когнитивные задачи и сложные социальные взаимодействия, а не грубые страсти, тесно связанные с телесными инстинктами и «животным началом» человеческой природы.

Чревоугодие, понимаемое как чрезмерное стремление к удовольствиям через пищу или комфорт, редко определяет поведение аналитиков, программистов или менеджеров. Блуд, выражающийся в неконтролируемом стремлении к физическим наслаждениям, также не является ключевым мотиватором для сотрудников, чья работа строится на мышлении, коммуникации и креативности. В этих профессиональных контекстах на первый план выходят другие страсти – алчность (стремление к материальному вознаграждению), гордыня (желание превосходства), тщеславие (потребность в признании), гнев (жажда контроля), леность (стремление к облегчению усилий) и зависть (ориентация на сравнение и конкуренцию). Именно они напрямую влияют на производительность, командную динамику и корпоративную культуру.

Тем не менее в других сферах человеческой деятельности «телесные» грехи могут играть более заметную роль. Так, в спорте чревоугодие проявляется в строгом внимании к диете и режиму: правильное питание становится инструментом мотивации ради победы. Блуд же может оказывать влияние на артистов или танцоров, для которых физическая форма и привлекательность – часть профессиональной самореализации. Но в офисной среде подобные стимулы оказываются несущественными: программист или аналитик куда скорее откликнется на признание своей экспертизы или возможность влиять на стратегию проекта.

Исключение чревоугодия и блуда из системы мотивации для интеллектуальных работников не означает отрицания их значимости в других контекстах. Но для HR-специалистов и руководителей важно сосредоточиться именно на тех мотивационных драйверах, которые реально определяют поведение сотрудников умственного труда.

Почему нельзя увлекаться грехами, если они так хорошо работают

Понимание грехов как мотивационных типов даёт HR-специалистам и руководителям мощный инструмент для диагностики и управления поведением сотрудников. Алчность, гордыня, тщеславие, гнев, леность и зависть – это не просто слабости, а ключи к тому, что движет людьми в работе. Распознав ведущий грех, можно подобрать стимулы, которые усиливают продуктивность и снижают конфликты: бонусы для алчных, сложные проекты для горделивых, публичное признание для тщеславных.

Грехи позволяют заглянуть в сердце сотрудника. Зная ведущий мотив, HR может адаптировать стимулы: чёткие бонусы для алчности, автономия для гнева, льготы за минимальные усилия для лености. Это повышает производительность и предотвращает конфликты, вызванные несовпадением ожиданий. Игнорирование же грехов ведёт к серьёзным рискам: конфликтам, текучке кадров, снижению продуктивности.

Однако использование грехов без контроля их последствий рискует превратить команду в инкубатор пороков, где слабости только усиливаются. Зная, что сотрудником движет алчность, мы можем «подкармливать» его бонусами, а гнев – подпитывать делегированием контроля. Такой подход становится безнравственным: он разжигает грех, делая человека заложником его слабости. Команда превращается в инкубатор пороков, где алчность, гордыня или гнев не просто эксплуатируются, но и поощряются, запирая человека в его худших чертах. Доведённый до предела грех оказывается не мотивационным триггером, а разрушающим психику изъяном.

Это как атомная энергия: одно дело – мирная АЭС, другое – атомная бомба. Мы хотим использовать грехи, но не поощрять их безудержный рост.

Например, сотрудники, мотивированные алчностью, изначально демонстрируют высокую продуктивность, особенно в продажах или проектной работе с чёткими бонусами. Компания может усиливать эту мотивацию, увеличивая финансовые стимулы или вводя соревновательные системы вознаграждения. Однако постоянное давление на результат и краткосрочное мышление, характерное для этого типа, приводит к эмоциональному истощению. Сотрудник начинает чувствовать себя «машиной для зарабатывания денег», теряя связь с командой и смыслом работы.

При длительном воздействии на ведущий грех ломается любой тип:

– сотрудники с гордыней стремятся к профессиональному превосходству, что делает их ценными в сложных аналитических или креативных задачах. Руководители могут эксплуатировать это, нагружая их всё более сложными проектами без достаточной поддержки. Это приводит к перегрузке, высокомерию и конфликтам с коллегами, что в итоге вызывает чувство изоляции и утраты смысла работы.

– сотрудники, мотивированные тщеславием, процветают на похвале и публичном признании. Компании часто используют это, награждая их грамотами, публичными выступлениями или корпоративными мероприятиями. Однако постоянная зависимость от внешнего одобрения делает их уязвимыми: при отсутствии похвалы они теряют мотивацию, а при её избытке – становятся эмоционально нестабильными.

– сотрудники с гневом стремятся к контролю и порядку, что делает их эффективными в управлении проектами. Однако, если компания предоставляет им слишком много ответственности без поддержки, это приводит к стрессу, конфликтам с подчинёнными и ощущению, что «всё держится только на мне».

– сотрудники с леностью избегают ответственности, что может быть использовано для выполнения рутинных задач с минимальными усилиями. Однако чрезмерное давление через штрафы или санкции приводит к полной демотивации и ощущению бесполезности.

– зависть, как дополнительный грех, усиливает выгорание, особенно если компания поощряет индивидуальную конкуренцию. Сотрудники начинают сравнивать себя с коллегами, что снижает сотрудничество и увеличивает стресс.

Здесь на помощь приходят добродетели. Грехи – это отправная точка, но без направления в добродетели они становятся ловушкой. Алчность можно преобразовать в щедрость через командные бонусы, гордыню – в смирение через наставничество, леность – в трудолюбие через постепенное усложнение задач. Добродетели не подавляют грехи (мы говорим про офис, а не про монастырь), но направляют их энергию в созидательное русло, создавая гармоничную и продуктивную команду. В следующей главе мы разберём, как диагностировать ведущие грехи сотрудников и использовать добродетели для построения мотивационной системы, которая не только повышает результаты, но и раскрывает человеческий потенциал.

Глава 2. Добродетели как путь к стабильности

Мотивация на грехах – очень хорошо, но не очень долго

Грехи отлично работают, особенно на короткой дистанции, но имеют ограничения. Алчность побуждает к гонке за бонусами, но разрушает командное единство. Тщеславие вдохновляет на работу ради похвалы, но в отсутствие признания рождает обиды и срывы. Гнев даёт энергию для контроля, но ведёт к микроменеджменту и конфликтам.

Такая мотивация нестабильна: сотрудник продуктивен, пока получает желаемое, но теряет интерес, как только внешние стимулы исчезают. Пример очевиден: менеджер по продажам, движимый алчностью, показывает рекордные результаты, но не делится опытом с коллегами. Когда компания сокращает бонусы, он уходит к конкурентам, подрывая общую систему.

Добродетели дают иной путь.

Они не уничтожают энергию страстей, а перенаправляют её в созидательное русло. Кроме того, добродетели укрепляют внутреннюю мотивацию, которая становится независимой от внешних стимулов вроде премий или наград. Добродетели мотивацию стабилизируют. Они создают баланс между личными амбициями и задачами организации, превращая «токсичные драйверы» в созидательную энергию. Это и есть прочная основа для практических инструментов, к которым мы перейдём в следующих главах.

Грехи как извращения идеальных форм мотивации

В первой главе мы с энтузиазмом рассказывали, что страсти – алчность, гордыня, тщеславие, гнев, леность и зависть – могут становиться мощными рычагами мотивации. Казалось бы, стоит только поощрить алчность бонусом или подпитать тщеславие похвалой – и сотрудник готов «свернуть горы». Но вскоре проявляется оборотная сторона: страсти дают не устойчивый ресурс, а вспышку, подобную энергетическому напитку. Они обещают быстрый подъём, но вскоре приносят усталость, конфликты и выгорание.

Алчность заставляет менеджера по продажам бить рекорды ради бонусов, но при первой возможности он уходит к конкурентам за прибавкой к зарплате. Его энергия – жажда выгоды, которая гасит командный дух. Гордыня делает аналитика «звездой» сложных проектов, но приводит к пренебрежительному отношению к коллегам. Его мотивация строится на превосходстве, которое же рождает конфликты. Тщеславие толкает маркетолога к эффектным презентациям, но без аплодисментов его интерес угасает. Его топливо – признание, слишком хрупкое для постоянной опоры. Гнев даёт руководителю энергию для контроля, но превращает его в микроменеджера, подрывающего доверие команды. Его скрытый мотив – власть, и это отталкивает окружающих. Леность позволяет сотруднику техподдержки избегать лишних задач, но тормозит работу всей группы. Его цель – комфорт, близкий к безответственности. Зависть подталкивает к соперничеству, но делает сотрудника недоброжелателем успехов коллег. Его энергия – постоянное сравнение, отравляющее атмосферу.

Современная психология объясняет такие «теневые мотивы» через дофаминовую систему. Исследования показывают: алчность, тщеславие или зависть действительно активируют центры удовольствия, вызывая краткосрочный всплеск мотивации. Но без новых «доз» – премий, похвал или контроля – интерес гаснет. Так работает спринт: яркий старт без выносливости марафона. Да, энергия грехов реальна и сильна, но в долгосрочной перспективе она нуждается в преобразовании – в облагороженном русле добродетелей.

Ещё в V веке Иоанн Кассиан определял страсти как искажённые желания, которые изначально даны человеку для блага. Алчность искажает естественное стремление к достатку, гордыня – к совершенству, гнев – к порядку. Но, вырвавшись из должных границ, эти желания превращаются в самоцель. Грех – это энергия без направления. Задача руководителя подобна задаче инженера: построить русло или турбину, чтобы сила воды не разрушала, а приносила плод.

Понимание грехов как искажённых мотивов позволяет HR не только эксплуатировать их «в лоб», но и использовать их как материал для работы на перспективу.

Добродетели почти как грехи, только лучше

Добродетели – источники устойчивой мотивации. Они преобразуют разрушительный импульс грехов в созидательную силу, укрепляя внутреннюю вовлечённость сотрудников. В отличие от страстей, которые дают краткий всплеск энергии и затем ведут к конфликтам или выгоранию, добродетели опираются на глубинные потребности человека: автономию, компетентность и связь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Этот эпиграф автор подобрал специально для русского издания книги. В международном издании эпиграф другой:

«Сила человека – в его слабости. Я, например, окружён редкими слабаками».

Andrew Safronik, CEO Honoris Causa

Вернуться