# Тень прошлого воплощения

Кристина Романова

Что, если ваша навязчивая ревность – это эхо давно забытой трагедии? Если ваша душа помнит то, чего не знает ваш разум?

Ольга была готова на все, лишь бы не потерять любимого мужа. Но ее слепая, разрушительная ревность к его бывшей жене, женщине, которую она даже не знала, сама толкала его к разводу. В отчаянии она обратилась к психологу. Сеансы гипноза обернулись шоком: под слоем этой жизни скрывалась забытая трагедия.

Пролог

Боль не умирает. Она лишь засыпает на время, прячется в самых потаенных уголках души, чтобы однажды проснуться от резкого запаха духов, от случайной фразы в толпе, от взгляда, устремленного в никуда. Ольга не знала этой простой истины. Она думала, что ревность – это что-то сиюминутное, обжигающее и несправедливое. Она и предположить не могла, что корни ее терзаний уходят глубоко под землю, в пласты забытых времен, в пыль утраченных жизней. И что однажды эти корни оживут и пронзят ее настоящее стальными щупальцами, заставляя вспомнить всё. Цену крови. Цену предательства. Цену материнской любви, которая сильнее смерти.


Глава 1. Разрушенное настоящее

Дверь захлопнулась с таким грохотом, что с полки со звоном упала хрустальная ваза – подарок на свадьбу. Ольга не стала ее поднимать. Она стояла, прислонившись к косяку, и смотрела на осколки, сверкавшие на паркете как ее собственные разбитые надежды.

– Я больше не могу, Оля! Слышишь? – это был голос Марка из-за двери, приглушенный, но от этого еще более отчаянный. – Я не дышу, я не живу! Я постоянно должен отчитываться, оправдываться за то, чего не было!

Она молча скользнула на пол, обхватив колени. Холод паркета проникал сквозь тонкую ткань пижамы. «Чего не было…» Вот он, ключ, который она сама себе вставила в замок собственного ада. Она никогда не видела эту женщину – Лену, бывшую жену Марка. Не слышала ее голоса. Не знала, как она пахнет. Она была призраком, фантомом, которого Ольга сама же и создала, наделив его чертами идеальной, недостижимой женщины.

Их брак с Марком длился три года. Первый год был раем. Второй – началом сомнений. Третий – кромешной пыткой. Она проверяла его телефон, читала переписки в соцсетях, звонила ему по десять раз на дню, чтобы «услышать фон», искала на его одежде следы чужих духов, волосы, пыльцу незнакомых цветов. Она устраивала истерики, когда он задерживался на работе на пять минут. Она плакала ночами, представляя, как он смеется с той, другой.

А сегодня вечером он просто сказал: «Лена звонила по поводу документов на квартиру». Этого было достаточно. Достаточно для бури, для обвинений, для крика: «Она не уйдет из твоей жизни никогда! Ты все еще любишь ее!»

И он ушел. Впервые за три года он вышел из дома ночью, хлопнув дверью.

Слезы текли по ее лицу солеными ручьями, но внутри все горело огнем ненависти. Ненависти к незнакомой женщине, которая украла ее покой. Ненависти к себе за свою слабость. И, как ни парадоксально, ненависти к Марку за то, что он… был. За то, что он существовал и своим существованием причинял ей такую невыносимую боль.

На следующее утро он не вернулся. Прислал сухое СМС: «Я остановился у Игоря. Нам нужно время.»

Время. Ольга смотрела в окно на серое небо и понимала, что время для нее остановилось. Оно застыло в липком, тягучем страдании. Мысль о разводе, которую он бросил вчера в сердцах, вдруг обрела четкие, чудовищные очертания. Нет. Только не это. Она любила его больше жизни. Именно поэтому и ревновала до исступления.

Спустя три дня отчаяния, когда она уже не плакала, а просто лежала на кровати, уставясь в потолок, ее рука сама потянулась к ноутбуку. Она вбила в поиск: «помощь психолога ревность разрушает отношения». Среди десятков ссылок взгляд зацепился за скромный сайт. «Центр интегративной психологии и регрессологии. Дмитрий Ветров. Проработка глубинных, в том числе надличностных, причин кризисов и фобий».

«Надличностных». Странное слово. Она записалась на прием. От безысходности. От последней надежды.