# Банк

Бентли Литтл

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.


Банковское дело существует очень давно. В общем-то так же, как и зло. Итак, однажды вы узнаете, что открылся банк, который раздает налево и направо беспроцентные кредиты и готов с легкостью финансировать весьма сомнительные стартапы, да вдобавок выдает ссуды на самые темные фантазии и желания… Скажете – сказка? Да. Но это очень страшная сказка. Жители небольшого городка Монтгомери столкнулись с таким банком наяву. «Первый Народный» возник из ниоткуда всего за одну ночь и стал разрастаться подобно настоящей эпидемии, сея раздоры, смерть и хаос. Можно ли остановить этот ужас? Можно, но какой ценой! Проверьте свой почтовый ящик – возможно, подобный банк ближе, чем вам кажется!

Мрачный, острый как бритва роман от маэстро хоррора, после прочтения которого вы уже никогда не взглянете на своих банкиров прежними глазами. «Литтл берет обычных людей и ставит их в ненормальные ситуации. В этом и заключается прелесть его творчества: его героями можем быть вы или я, а сюжеты очень правдоподобны – и это действительно пугает».

(Джини Ректор, писатель)

> Bentley Little

> The Bank

> Copyright © 2019 by Bentley Little

> All rights reserved.

> © Перевод: Хотимченко К., 2025

> © Дизайн обложки: Ильин В., 2025

> © Иллюстрации: Ивахненко А., 2025

> © Оформление: ООО «Феникс», 2025

> © В оформлении книги использованы иллюстрации по лицензии Shutterstock.com

## Пролог. 1932

Тео сидел рядом с отцом на жестком сиденье в кабинете президента банка. Он никогда раньше не бывал в таких учреждениях, и его пугала обстановка. Стены комнаты с высокими потолками были обшиты панелями из темного дорогого дерева, и по площади она превосходила весь их дом. Стол президента, стоявший перед ними, казался размером с небольшую яхту, а сам хозяин кабинета был крупным и толстым и выглядел так, словно ни дня в жизни не голодал.

Президент бросил беглый взгляд на бумаги, которые дал ему отец Тео, а затем опустил их на стол с таким видом, будто прикоснулся к чему-то жирному и неприятному.

– Я не совсем понимаю, что вы хотите от меня услышать, мистер Джанопуолос. Мой кредитный специалист тщательно изучил ваше дело и объяснил вам причины, по которым наш банк не считает возможным выдать вам запрашиваемую сумму. – Он широко развел руки. – Я не совсем понимаю, чего вы от меня ждете.

– Отмените его решение. – Отец Тео наклонился вперед в своем кресле. – Это хорошая идея, мистер Джонс. Вы не пожалеете!

– Сейчас трудные времена, мистер Джанопуолос, я уверен, вы и сами это понимаете. Банк не в том положении, чтобы необдуманно брать на себя такие риски.

Тео услышал разочарование в голосе отца.

– Это вряд ли можно назвать необдуманностью. И это даже не риск. Да, времена сейчас тяжелые. Но именно поэтому у моего проекта такой потенциал. Место, которое я выбрал, находится в квартале от кинотеатра, на той же стороне улицы, что и Первая баптистская церковь, самая большая в городе. Люди будут постоянно проходить мимо ресторана. И, как я уже объяснял мистеру Томпсону, я планирую оставить фасад ресторана открытым, без стен, как в бакалейной лавке. Так делают в Европе, хотя у них столики стоят на тротуаре. Они называют их кафе.

– Как я уже говорил, я действительно ничего не могу сделать. Если я начну отменять решения своих сотрудников, они потеряют уверенность в своей способности их принимать, и в итоге вся наша система начнет давать сбои. Я должен доверять моим специалистам, чтобы они выполняли свою работу, и я уверен, что вы меня поймете, ведь если бы у вас был свой бизнес, вы бы тоже верили в тех, кого наняли.

– Но это хорошая инвестиция!

– Как бы там ни было…

Отец глубоко вздохнул.

– Я понимаю, что вы можете не верить в эту идею, но если бы вы взглянули на мой бизнес-план…

– О, мы верим в вашу идею, мистер Джанопуолос. – Президент наклонился вперед. – Мы не верим в вас.

Отец был ошеломлен.

– Простите, что?!

– Ваше имя. Джанопуолос. Что это? Вы грек? Люди не захотят покупать еду у грека. Не в этом городе. Нам нужна настоящая еда. Американская еда. И хотя банк не может поддержать заведение со столиками на тротуаре, которые мешают движению пешеходов, ваша идея ресторана с открытым фасадом интригует, и если бы нашелся подходящий человек, мы бы сочли нужным вложить деньги…

Тео не смотрел на президента. Рядом с ним в кресле скорчился отец, и когда Тео рискнул взглянуть в его сторону, то увидел на покрасневшем отцовском лице выражение униженной покорности. Ему захотелось, чтобы отец вскочил и врезал этому толстому банкиру прямо в нос. Но это было не в его характере, да и за такие действия их просто вышвырнули бы из банка, а возможно, и арестовали. Как Тео уже понимал в свои восемь лет, у богатых людей была власть, а у бедных – нет, и если не знать свое место, то могут возникнуть проблемы.

Отцу пришлось сидеть и терпеть все это, после чего он пожал руку президенту банка, поблагодарил за уделенное время, забрал свои бумаги и они с Тео покинули кабинет. Раздавленные, они шли через вестибюль к входной двери. Улыбались ли кассиры? Смеялись ли над ними за их спинами? Тео захотелось, чтобы кто-нибудь ограбил банк и забрал все деньги.

Должно быть, отец неправильно истолковал его гнев как разочарование. Он обнял Тео за плечи.

– Все в порядке, сынок. У нас все будет хорошо. Может, не так богато, как могло бы быть, но все будет хорошо.

Он хотел, чтобы Тео поверил в это – он хотел верить в это, – но Тео почувствовал перемену в отце, отказ от надежды, уход в себя. Эта перемена проявилась в его голосе, даже в походке, и Тео испугался, что отец изменился навсегда, и этот страх оказался обоснованным.

Они вышли из двойных дверей на тротуар и вдохнули ночной воздух города.

Тео поклялся, что, когда он вырастет, с ним никогда не случится ничего подобного.

Он позаботится об этом.

## Часть первая

### Глава 1

Деннис Уиттакер, директор средней школы Монтгомери, худой, нервный мужчина в немодном коричневом костюме, хмурился, переводя взгляд с Кайла на Аниту.

– Я не знаю, что делать с вашим мальчиком.

Кайл взглянул на Ника, который сидел между ними и разглядывал свои ботинки.

– Если вы расскажете нам, чем он провинился, – резко сказала Анита, – это может помочь.

Директор взял со стола сшитую пачку бумаг и, наклонившись вперед, протянул ей.

– Это пьеса вашего сына, – сказал он. – Просто посмотрите на название.

Кайл наклонился, чтобы посмотреть на титульный лист. «Я классно посрал. – Автор: Николас Декер».

– Пьеса состоит из того, что молодой человек полтора часа использует туалет и, глядя на зрителей, снова и снова повторяет одну и ту же фразу.

Кайл взял у жены пьесу и пролистал ее. На каждой странице были одни и те же указания и диалоги: «КЕННИ (ворчит). – Ух-х-х, ну я и посрал. Ух-х-х, ну я и посрал. Вот же дерьмо!»

– Вы же понимаете, что подобное неприемлемо в нашей школе. Мне не важно, насколько авангардным считает себя Ник, но это просто недопустимое поведение для школы Монтгомери.

– Миссис Нельсон сказала, что мы можем писать все, что захотим!

Директор окинул мальчика взглядом, не терпящим возражений.

– Это не то, что она имела в виду, и вы это знаете, молодой человек.

– Мы разберемся с этим, – сказал Кайл, вставая. – Спасибо, что обратили на это наше внимание.

Уиттакер вздохнул.

– Боюсь, все не так просто. Учитывая граффити в спортзале на прошлой неделе и то, что газета выпустила серию статей о кибербуллинге, на совет оказывают сильное давление, чтобы пресечь действия нарушителей порядка. А раз давят на них, то и на меня. Я не могу позволить себе быть снисходительным. Речь идет как минимум о двухдневном отстранении от занятий.

– За написание пьесы? – удивилась Анита.

– За то, что он написал эту пьесу, да.

Кайл попытался сгладить ситуацию. Зная Аниту, он прекрасно понимал, что вот-вот может последовать взрыв.

– Может, вы просто назовете это испытательным сроком и позволите ему посещать занятия? Если честно, оставить его в школе – большее наказание, чем отправить сидеть дома.

– Мне очень жаль.

– Позвольте мне прояснить ситуацию, – сказала Анита. – Моего сына отстраняют от занятий за то, что он выполнил задание так, как вам не нравится, в то время как ученики, которые совсем не выполнили задание, не наказаны вообще никак?

– Эти ученики тоже получат неудовлетворительные оценки. И это не имеет никакого отношения к тому, что мне нравится: Ник здесь использовал ненормативную лексику и довел литературу до абсурда. Это не пьеса.

– Так какую оценку получит Ник? Или он будет наказан дважды: отстранен от занятий и получит неудовлетворительную оценку?

– Это зависит от учителя.

Анита встала, и Кайл с Ником последовали ее примеру.

– Это оскорбление в виде пощечины, Деннис, и ты это знаешь. Пить в школе? Принимать наркотики? Воровать? Драться? Это преступления с отстранением от занятий. Употребление плохого слова? Пощечина, Деннис, пощечина.

Ник, похоже, удивился, услышав, как его мать обращается к директору по имени, и Кайл понял, что его сын, скорее всего, не в курсе того, что те встречались еще в школе.

В маленьком городке прошлое никогда не проходит без следа.

Не говоря больше ни слова, Анита покинула кабинет директора, а Кайл и Ник быстро последовали за ней. Втроем они прошли мимо дверей консультантов и мимо стола учета посещаемости в главный коридор школы.

– Забери нужные вещи, – приказал Кайл сыну. – Мы подождем здесь.

Ник поспешил к шкафчикам на полпути по коридору.

– Ох, Деннис… – Кайл покачал головой. – Ты заметила, что он сказал «использует туалет» вместо «сидит на толчке»?

Она кивнула, улыбнувшись несмотря на раздражение.

Кайл приподнял бровь.

– Все еще пытается произвести на тебя впечатление. Дай ему шанс!

Она ударила его по плечу.

– Прекрати.

Кайл смотрел, как Ник открывает свой шкафчик, достает книгу и кладет в рюкзак. Он понизил голос.

– Я знаю, что мы должны отнестись к этому серьезно, быть трезвомыслящими родителями и все такое. Но… «Ну я и посрал»? – Кайл хихикнул. – Это было чертовски смешно.

– Трудно было не рассмеяться, – призналась Анита, улыбаясь. – У нашего сына определенно талант.

– Да, далеко пойдет.

Ник перекинул рюкзак через плечо и уже возвращался.

– Тебе придется отвезти его домой, – сказал Кайл Аните. – Мне нужно вернуться в магазин.

– Мне тоже надо на работу.

– Я знаю, но Гэри сегодня нет. Я буду работать один и уже опоздал с открытием на полчаса. Сейчас мне нужны все покупатели, которых я могу заполучить. Если кто-то придет и увидит, что у нас закрыто, он, скорее всего, зайдет в интернет или…

Анита кивнула.

– Я поняла. Я возьму Ника.

– Куда едем? – спросил сын, подходя к ним.

– Домой, – сурово ответила Анита. – Будешь сидеть там и делать свои школьные задания.

Ник кивнул.

– Так на какой срок меня выгнали? Он сказал, что это «минимальное двухдневное отстранение», но максимальное-то не назвал и, похоже, так и не определился.

– Дерьмо! – сказала Анита. – А ведь верно. Подожди здесь.

И она зашагала обратно в кабинет директора.

Ни Кайл, ни Ник не обратили внимания на то, что она только что произнесла то же самое ругательство, из-за которого ее сына отстранили от занятий. Через минуту она вышла в коридор.

– Два дня.

Кайл кивнул.

– Два дня.

Они вышли на улицу, где он ущипнул Ника за плечо и чмокнул Аниту в щеку.

– Увидимся дома, ребята.

Он зашагал на парковку для сотрудников школы, где поставил свой грузовик «Рам» между двумя машинами преподавателей, а Ник с матерью направились к стоянке для посетителей, где Анита припарковала свой «Киа».

### Глава 2

По дороге в центр города Кайл позволил себе пофантазировать на тему того, что, когда он доберется до магазина, там окажется очередь в два-три человека, терпеливо ожидающих открытия. Но, конечно, тротуар перед входом в книжный магазин был пуст, а за витриной с названием «Дивный новый мир» царила темнота.

Он заехал в переулок позади здания, и его огромный пикап занял два из трех мест на крошечной парковке. Войдя через черный ход и включив свет, он достал деньги из сейфа под нижней полкой небольшой кладовки рядом с туалетом и отсчитал нужную сумму для кассы, а затем прошел в переднюю часть магазина, отпер стеклянную дверь и перевернул табличку с «Закрыто» на «Открыто». Потом вставил диск с Моцартом в проигрыватель за прилавком, и из динамиков, установленных в углах помещения, зазвучала музыка.

Кайл не сказал Аните, что Гэри сегодня не будет, потому что он проходит собеседование на другую работу, в «Костко» в Сирене.

Гэри не был глупцом. Он знал, что магазин испытывает трудности, и понимал, что, возможно, это лишь вопрос времени, когда Кайлу придется его уволить. Сирена находилась в сорока милях, но начальная зарплата в «Костко» была выше, чем Гэри зарабатывал сейчас, после пяти лет работы, а льготы намного превосходили все, что мог предложить Кайл.

Именно поэтому Кайл дал Гэри свое благословение. Он не зверь и все понимает.

С появлением Amazon книжные магазины стали умирать, и хотя независимые и букинистические книжные продержались немного дольше, чем большинство сетей, они тоже стали уходить на второй план. Некоторое время «Гарри Поттер», «Сумерки» и другие молодежные блокбастеры, которые пришлись по душе читателям всех возрастов, обеспечивали хотя бы минимальный приток покупателей. А детские книги стабильно продавались независимо от состояния экономики. Но мобильные игры на телефонах отвоевывали у чтения все больше времени, и «Дивный новый мир» переживал не лучшие дни, тем более что книжный магазин младшего колледжа расширил ассортимент, включив в него не только учебники, но и художественную литературу и публицистику.

Некоторые из выживших сетей теперь открывали в своих магазинах «Старбакс» или ему подобные кафе, пытаясь побудить посетителей задерживаться подольше и (как надеялись владельцы) больше покупать, и в моменты всплеска амбиций Кайл подумывал о том, чтобы и самому организовать что-то в таком роде. Его магазин примыкал к небольшому пустующему торговому помещению, которое можно было легко переоборудовать в кофейню-бар или пекарню с точкой доступа Wi-Fi, но если только он не выиграет в лотерею или не получит наследство от неизвестного богатого родственника, то никак не сможет позволить себе купить, арендовать или отремонтировать хоть что-нибудь.

И даже если бы он это сделал, не было никакой гарантии, что все получится.

В итоге он может оказаться в еще более серьезных долгах.

Слава богу, у Аниты была обычная работа с гарантированным доходом. На одну ее зарплату им не прожить, но, если ему удастся хотя бы удержаться на прежнем уровне, они смогут сводить концы с концами. И кто знает, может быть, в конце концов все изменится к лучшему.

Хотя с каждым днем вероятность этого становилась все меньше и меньше.

Кайл сел за стойку и включил компьютер, чтобы проверить электронную почту. В основном спам. Объявления от издателей о предстоящих релизах. Предложения от дистрибьюторов, которыми он хотел бы воспользоваться, но не мог себе позволить.

Колокольчик над дверью зазвенел, и он поднял голову, надеясь увидеть покупателя, но это был всего лишь почтальон.

– Что-то ты сегодня рановато, а, Гил?

– Прохожу маршрут в обратном направлении. Решил немного сменить обстановку. – Почтальон протянул Кайлу стопку конвертов и каталогов, стянутую резинкой. – Как дела?

– Потихоньку.

– Центр уже не тот, что раньше, – согласился Гил. – Черт, да и почтовая служба уже не та, что раньше. Слава богу, что есть спам, иначе я бы остался без работы.

Он кивнул, открывая дверь и выходя на тротуар.

– Увидимся завтра.

Кайл помахал рукой на прощание и через окно проводил почтальона взглядом. Перебирая корреспонденцию, он наткнулся на официальный конверт из банка и, нахмурившись, вскрыл его. Лежащее в нем уведомление гласило, что он не внес в прошлом месяце платеж по ипотечному кредиту за магазин и теперь должен выплатить сумму плюс сто долларов штрафа за просрочку.

Он точно помнил, что выписывал чек на погашение платежа. Теперь ему придется полдня просидеть на телефоне, пытаясь разобраться с этим недоразумением.

– Придурки, – сказал он вслух, когда в магазин вошел первый за день посетитель.

– Ты говоришь о правительстве? – усмехнулся Дурл Медоуз, подходя к прилавку. Дурл стал одним из его первых покупателей, заказав себе экземпляр «Поваренной книги анархиста», когда Кайл только открыл «Дивный новый мир». Они с Кайлом почти ни в чем не сходились во взглядах, но между ними установилась дружеская, почти игривая оппозиция, и Дурл оказался одним из самых преданных клиентов магазина, продолжая заказывать самиздатные книги о правых заговорах, а также, как ни странно, сентиментальные романы. «Для моей жены», – всегда говорил он, хотя Кайл подозревал, что это не так.

Кайл вздохнул.

– Нет, не правительство. Банк.

Дурл пожал плечами, продолжая ухмыляться.

– Невелика разница.

– Они говорят, что я не внес платеж по ипотеке.

– А ты вносил.

Кайл кивнул.

– Теперь тебе придется звонить в Индию, чтобы все распутать.

– Возможно.

– Что ж, повеселись от души.

Рассмеявшись, Дурл направился к стенду с новинками, стоящему перед витриной. Он просмотрел названия, но, похоже, не нашел там ничего интересного для себя. Затем он указал на нишу в левом заднем углу магазина и заметил:

– Похоже, вы расширяете отдел подержанных книг.

Кайл кивнул.

– В последнее время на это большой спрос. Читатели детективов и любовных романов быстро раскупают книги. Люди вроде тебя…

– Моей жены.

– Именно это я и хотел сказать. Такие люди, как твоя жена, быстро читают книги. Логично предложить им место, где они могут обменять старые книги на те, которые они еще не читали.

– Или они могут торговать друг с другом, минуя посредника. – Дурл улыбнулся.

Кайл благоразумно кивнул.

– Конечно, они могут это сделать. Если не верят в свободный рынок и хотят жить в коммунистическом мире хиппи, где никому ничего не принадлежит, никому не нужны деньги и все просто делятся тем, что у них есть, чувак.

Дурл хихикнул.

– Ты меня подловил.

– Я еще не успел расставить всё по полкам, но ты можешь заглянуть в ту коробку на полу. Их принесла Рене Уоллес, и там довольно много Норы Робертс[1]. Может быть, Делия какие-то из них не читала.

– Может, и так, – сказал Дурл, отходя в угол. – Спасибо.

Кайл взял банковскую выписку по ипотечному кредиту, нашел бесплатный номер службы поддержки клиентов под корпоративным адресом банка в левом верхнем углу.

– Если понадобится помощь, дай мне знать! – обратился он к Дурлу.

– Обязательно!

Приготовившись к долгому ожиданию, он взял телефон и позвонил в банк.

### Глава 3

Везя Ника домой, Анита проезжала не только мимо кабинета оптометриста, где работала, но и мимо ботанического сада, где за оградой из сетки-рабицы маячил Стивен, поливавший клумбу с многолетниками. Она старалась сохранять невозмутимый вид, сосредоточившись на дороге, хотя лицо ее порозовело, а пульс внезапно участился. Они со Стивеном должны были встретиться сегодня за обедом – на этот раз не в саду, а у него дома. Анита не была уверена, что это хорошая идея. Они часто обедали вместе, и все пока двигалось в определенном направлении, но флирт – это не то же самое, что… бывает после флирта, и, возможно, было бы разумнее использовать наказание Ника как повод отменить встречу. Она могла бы отойти от пропасти, вернуть отношения в дружеское русло.

Но этого ли она хотела на самом деле?

Она вспомнила, как на прошлой неделе он взял ее руку в свою, большим пальцем нежно поглаживая костяшки.

– Мама! Осторожно!

Анита затормозила, едва не врезавшись в стоящую перед ней машину, которая по какой-то причине остановилась посреди улицы.

– Ты где витаешь? Как будто даже не видела, как тот парень остановился!

– Я в порядке, – сказала она. – Я просто… отвлеклась на мгновение.

Худенькая женщина с мальчишескими чертами лица распахнула пассажирскую дверь и, выскочив из машины, побежала в сторону заправки «Шелл». Машина свернула направо, на другую полосу, и последовала за ней.

– Чего это она? – поинтересовался Ник.

– Не наше дело.

Ник выглянул в окно, когда они снова двинулись вперед.

– А вдруг ее похитили и она пытается сбежать?

– Вряд ли, но, может быть, тебе стоит использовать свое воображение во благо. И в следующий раз не писать о чем-то подобном… что есть в твоей пьесе.

Остаток пути проехали в молчании. Когда они остановились у дома, Анита быстро разблокировала и открыла входную дверь, а затем вернулась к машине.

– Я опаздываю на работу. Закрой и запри за собой дверь. И оставайся здесь! Я хочу, чтобы ты не выходил из дома.

– Я думал, что это оскорбление в виде пощечины.

– Да. Но ты все равно отстранен, приятель. И если эта детская выходка что-то и показала, то только твою недальновидность. Ты действительно думал, что это годится для письменного задания? У миссис Нельсон? В школе Монтгомери?

– Нет, конечно, – признался он.

– Вот и хорошо.

– Но я ведь могу зайти в интернет? Или смотреть телевизор?

– После того, как сделаешь домашнее задание.

Он усмехнулся.

– Чудесно. Я ходил только на первый урок. Так что у меня всего одно задание.

– Затем ты напишешь своим учителям и получишь домашнюю работу на следующие два дня. Это не каникулы. – Она посмотрела на часы. – Мне действительно пора. Но я тебя проверю. Я позвоню на домашний телефон. Внезапно. В течение дня. И если тебя не окажется дома, чтобы ответить…

– А если я буду в ванной?

– Ты меня слышал!

Ник рассмеялся.

– Да понял я, понял. Не волнуйся. Я никуда не уйду.

Анита сделала жест «Я слежу за тобой», двумя пальцами показав на свои глаза, а одним – на Ника, после чего снова села в машину и развернулась на улице. Ник был хорошим парнем, и она ему доверяла, но, как показал этот инцидент, он был слишком хитрым и самоуверенным для своего возраста.

Анита надеялась, что сегодня окажется один из тех редких дней, когда доктор Уилсон опоздает в офис, но не тут-то было. Подъехав, она сразу же увидела «Мерседес» оптометриста, припаркованный на небольшой стоянке сбоку от здания. Остановившись рядом с ним, она быстро вышла из машины, схватила сумочку и поспешила внутрь через боковую дверь. Доктор Уилсон, шедший по короткому коридору, повернулся и заметил ее.

– Извините, – пробормотала она на ходу. – Семейные обстоятельства.

Оптометрист нахмурился, но, поскольку это было его обычное выражение лица, Анита не была уверена, что босс вообще как-то отреагировал на ее оправдание. Предпочтя поверить, что нет, она направилась к стойке и спрятала сумочку под стол. Кабинет всего полчаса как открылся, и пациентов пока не было, но оптометрист строго следил за тем, чтобы сотрудники приходили вовремя, и она мысленно корила себя за то, что не позвонила и не объяснила, что задержится. Так она выглядела бы менее… взбалмошной.

Доктор Уилсон ненавидел, когда нарушались традиции и устои.

Оптометрист уже вернулся в свой личный кабинет и закрыл дверь, а Анита помахала рукой Джен, другой ассистентке, которая переставляла витрину с дизайнерскими оправами.

– Ты опоздала? – сказала Джен, подойдя к ней. – Это впервые.

– Это случается и с лучшими из нас.

– Что стряслось?

– Ника отстранили от занятий.

– Правда? – Другая ассистентка понизила голос. – Наркотики? Мой племянник Томми попался с марихуаной пару лет назад. Так и не оправился. Он до сих пор не в себе.

Анита покачала головой.

– Нет. Ничего такого. Директор вызвал нас, потому что Ник написал пьесу, в которой было слово «дерьмо».

– И это все? Ну и… дерьмо.

Они обе рассмеялись.

Звякнул зуммер, открылась входная дверь, и вошел посетитель. После этого вдруг начался ажиотаж, и все трое внезапно оказались заняты: два человека пришли на первичный осмотр, а трое постоянных пациентов – заказывать очки или подбирать новые.

К одиннадцати все разошлись, и, поскольку кабинет был пуст, а записи на прием не было до пятнадцати, доктор Уилсон сказал Аните и Джен, что они могут сходить на обед пораньше. Они вдвоем остановились у выхода.

– Ты… идешь в ботанический сад? – осторожно спросила Джен.

– С чего ты взяла? – ответила Анита, внезапно приняв оборонительную позицию.

– Да нет… Извини. Просто так.

Это что, настолько очевидно?

Ситуация со Стивеном явно выходила из-под контроля. Следовало было пресечь все в зародыше, так сказать, оборвать бутоны до цветения, если использовать садоводческий термин, остановить ситуацию, пока она не зашла слишком далеко и не нанесла реальный ущерб. Лучшей идеей было бы увеличить дистанцию, не встречаться и не разговаривать, а дальше пусть сам делает выводы.

Отстраниться от Стивена означало вызвать у него еще больший интерес.

Она знала это.

И поэтому так себя вела?

Анита вспомнила прикосновения его рук и то, что она чувствовала, когда он стоял совсем близко.

– Нет. У меня нет никаких планов, – поспешно сказала она Джен. – Может, вместе пообедаем?

– Я только возьму сумочку.

Анита вышла на улицу и стала ждать у двери, рассеянно уставившись на три машины на маленькой парковке. Что с ней не так? У нее хорошая жизнь, хорошая семья. Неужели она настолько склонна к саморазрушению, что ей просто необходимо все саботировать, когда дела идут хорошо? Так говорили ее родители, когда она бросила университет штата Аризона на втором курсе, и она начинала склоняться к тому, что, возможно, они были правы.

Не делал ли Ник то же самое своей пьесой «Я классно посрал?».

Может быть, это семейное…

Кайл был ей опорой, надежной как скала, и не заслуживал подобного отношения. Он стал хорошим мужем и отцом, и в глубине души она любила его. Меньше всего ей хотелось причинять ему боль.

Почему же она позволила этому случиться?

Джен открыла заднюю дверь и вышла наружу.

– Готова ехать?

Взяв машину Джен, они поехали в «Хуан Ванг», новое заведение быстрого питания с азиатской кухней, открывшееся на месте, где раньше находился «ЛоттаБургер». Все столики стояли на улице, день выдался хороший, но свободные места нашлись. Сделав заказ, они подождали, пока назовут их имена, а затем понесли подносы от окна выдачи к своему столику.

Анита развернула соломинку и просунула ее в отверстие в крышечке стакана с холодным зеленым чаем.

– Так что там с твоим кредитом? – спросила она. – Выяснили, отвечаете ли вы требованиям?

Джен вздохнула.

– Вообще-то нет. Но если мои родители подпишутся… может быть. – Она откусила кусочек буррито с яичным роллом. – Ты хоть понимаешь, как это унизительно – просить родителей поручиться за тебя, когда тебе уже тридцать пять? Через три года у меня будет встреча выпускников в честь двадцатилетия окончания школы. Вроде бы я уже достаточно взрослая, чтобы вместе с мужем купить дом. Но нет…

– Какая у вас кредитная история?

– Довольно хорошая. Мы оба ответственные, всегда платим вовремя. Дело в доходах. Мы не зарабатываем столько, даже вместе, чтобы банк поверил, что мы сможем справиться с выплатами за дом. Трейлер – да. Дом – нет.

– Что ты будешь делать, если тебе откажут?

Джен покачала головой.

– Лейн считает, что нам стоит попробовать взять кредит через интернет. Но даже не знаю… Я много плохого слышала о таких услугах. На днях читала об одной компании, которая обанкротилась и продала все свои долги другому кредитору, а он потребовал немедленного полного погашения от всех заемщиков.

Анита кивнула.

– О, да! В интернете сейчас просто Дикий Запад. И я не уверена, насколько хорошо регулируется деятельность таких компаний. Думаю, с настоящим банком вы будете в большей безопасности.

– Я тоже. Но все зависит от того, одобрят нам кредит или нет. – Джен взяла в руки буррито с яичным роллом. – Это очень вкусно. Я не думала, что мне понравится, но это потрясающе.

Анита подцепила вилкой вонтон «Фиеста».

– Мой тоже хорош.

– Наверное, мне стоит вернуться к тому, чтобы приносить обед из дома. Попробую сэкономить несколько баксов. – Джен вздохнула. – Тогда, возможно, мне не придется постоянно полагаться на родителей.

### Глава 4

Ему уже исполнилось семнадцать, а он все еще не любил оставаться дома один.

Как только мама уехала, Ник включил телевизор в гостиной и свет в прихожей, чтобы в доме слышались хоть какие-то звуки и ни в одном уголке не осталось темноты – несмотря на то, что было позднее утро погожего дня. Он знал, что такие страхи – это ребячество, но ничего не мог с собой поделать. Можно было надеяться, что ситуация изменится, когда он станет взрослым, но, по правде говоря, это выглядело маловероятным. Меньше чем через год ему исполнится восемнадцать, и трудно представить, что в его личности за это время произойдут какие-то радикальные изменения.

Ник не знал, почему ему до сих пор страшно оставаться одному. Дом был не таким уж старым. Они не жили в каком-то историческом особняке, где богатый безумец убил свою жену в 1800-х годах. Это был обычный дом на обычной улице с кучей других почти таких же.

Но у него всегда было живое воображение, которое неизбежно обращалось в сторону тьмы. В детстве он видел по телевизору фильм о сбежавшем сумасшедшем, который жил между стенами дома обычной семьи, и в течение многих лет после этого каждый шум, который Ник слышал в доме, заставлял его думать, что кто-то прячется в стенах, на чердаке или в подвале.

Телефон вдруг зажужжал. Ник взял его и увидел сообщение с незнакомого номера.

Это оказался какой-то банк, предлагавший ему собственную кредитную карту.

Это было странно.

Он автоматически удалил сообщение. Скорее всего, какие-то мошенники. Как он может получить кредитную карту? Он ведь еще школьник. Кто-то просто выведывал личную информацию, чтобы создать фейковый аккаунт или… получить кредитную карту.

А вдруг он все-таки может?

Идея пришлась ему по душе. Прошлым летом он хотел обновить свой телефон и попросил у отца денег, но ему сказали, что этот позорный антиквариат, которым он пользуется, еще вполне хорош. А вот если бы у него была своя кредитная карта, он мог бы снять деньги с нее.

Телефон снова зажужжал, но на этот раз не было ни сообщения, ни звонка. Сигнал раздался будто бы безо всякой причины.

Его взломали?

Внезапно запаниковав, Ник перевернул телефон, снял крышку, открыл заднюю панель и вытащил аккумулятор. Он понятия не имел, насколько изощренными были хакерские операции в наши дни, но, поскольку телефоны можно было отследить даже в выключенном состоянии, он логично предположил, что их могут взломать и таким способом.

Единственное, что говорило в его пользу, – это то, что он почти никогда не размещал в Сети достоверную личную информацию о себе. Его аккаунт в Google был связан с фальшивым именем и фальшивым адресом. Если требовалась дата рождения, он вводил случайные цифры.

Хотя…

Счет за телефон оплачивал отец, так что, скорее всего, номер был привязан к его кредитной карте.

Стоит ли позвонить отцу и рассказать, что произошло? Если сделать это, отец просто отчитает его за то, что он позволил себя взломать. Кроме того, не было никакой гарантии, что его действительно взломали.

Может быть, лучше было бы просто подождать и посмотреть, что будет дальше.

Он решил вытащить батарею из аппарата до конца дня, а затем вставить обратно, прежде чем вернутся родители.

Оставив телефон в гостиной, Ник прошел на кухню и достал из холодильника бутылку с водой. Открутив крышку, он долго пил, глядя на задний двор через окно над раковиной. Если это не взлом, то что могло заставить его телефон так странно звонить? Может, проблема с самим аппаратом? Какой-то технический сбой?

А может, это был призрак?

Идея была абсурдной, и он знал, что она абсурдна, но, зародившись в голове, она накрепко засела там. Ник оглянулся на дверной проем. Ему вдруг стало страшно заходить в гостиную и даже смотреть на телефон, он почему-то был уверен, что увидит на ожившем вдруг экране отключенного гаджета какую-то картинку, лицо маленького мальчика, слишком серьезного мальчика с обсидианово-черными волосами и жесткими пронзительными глазами, смотрящими на него.

Это, как понял Ник, и была одна из причин, по которой он продолжал пугать сам себя, даже будучи почти взрослым: конкретность его страхов. Он никогда не боялся, что увидит какое-то банальное привидение или аморфный сгусток. Это всегда была старуха без зубов, прячущаяся в шкафу, или что-то бормочущий человек с обезьяньим лицом, ползущий по коридору.

Или слишком серьезный мальчик, подглядывающий за ним через телефон. Как вариант.

Он понятия не имел, откуда взялись эти образы и почему пришли ему в голову, но с той секунды, когда в его мозгу возникала такая картинка, он уже не мог ни на чем сосредоточиться, пока не доказывал сам себе, что это всего лишь воображение.

Собрав всю свою храбрость и приготовившись к тому, что может увидеть, Ник вернулся в гостиную и взял телефон.

Ничего.

Черный экран.

Облегчение захлестнуло его, и он вставил аккумулятор обратно и включил аппарат, убедившись, что не видит ничего необычного на экране, пока тот оживает. Возможно, у него случился легкий приступ обсессивно-компульсивного расстройства, поскольку напряжение и тревога исчезли так же быстро, как и появились, сменившись чувством спокойствия.

Телефон вдруг зазвонил, и Ник подскочил от страха и неожиданности, едва не выронив его. Первой реакцией было снова вытащить батарею, но на экране высветился номер его друга Виктора. Взглянув на часы, Ник понял, что в школе сейчас перерыв.

– Привет, – сказал он, приняв вызов.

– Чувак, ты где? Что случилось?

– Отстранен от занятий, – сказал Ник и почувствовал некоторую гордость. Ни с кем из них такого не случалось.

Голос Виктора заговорщически понизился.

– Что ты отмочил?

– Ничего. Это из-за той пьесы, которую я написал по заданию Нельсон.

– Они отстранили тебя за это?

– Да.

– Это потому, что там было слово «дерьмо», верно?

– И ты сейчас это свободно говоришь в священных стенах школы Монтгомери, – язвительно заметил Ник.

– На какой срок тебя наказали?

– Два дня.

– Что мы с Аароном будем делать во время обеда?

– Ты что-нибудь придумаешь.

На заднем плане в трубке раздался школьный звонок.

– Мне пора, – сказал Виктор. – Пока.

– Пока.

Ник щелкнул кнопкой. После разговора с другом в доме вдруг стало тихо – слишком тихо, – и он снова почувствовал себя немного неуютно. Он проверил, не приходило ли сообщений за те несколько минут, пока телефон был выключен. Оказалось, что нет. И хотя он порадовался, что на экране не оказалось фотографии серьезного мальчика, его немного разочаровало отсутствие нового предложения о кредитной карте.

Возможно, ему не стоило удалять то первое сообщение от банка.

Было бы здорово иметь собственную кредитную карту.

## Часть вторая

### Глава 1

– Звонили из банка. Еще одно взыскание. Сейчас они пересылают документы по факсу.

– Черт побери! – Шериф Брэд Нэт поднял чашку с кофе, сделал глоток, а затем, скривившись, выплюнул обратно. Он ненавидел холодный кофе больше всего на свете.

– Кто на этот раз? – спросил он своего помощника. – Кто-нибудь из наших знакомых?

Хэнк Диллман пожал плечами, дернувшись при этом так, будто у него чесалось между лопатками; этот жест всегда раздражал Брэда.

– Не уточнили. Проверить факс?

Шериф махнул ему рукой.

Число изъятий заложенного имущества сократилось по сравнению с пиком рецессии, но это был уже второй случай за последние несколько недель, и Брэд всегда испытывал тошнотворное чувство, когда ему приходилось выгонять людей из их домов. Особенно семьи. Ему это не нравилось, и, хотя все было в соответствии с законом, он чувствовал себя не в своей тарелке. Он пришел в правоохранительные органы, чтобы ловить плохих парней, а не усложнять жизнь хорошим людям, которым не повезло, и ему казалось нарушением присяги заниматься выселением жильцов из их домов от имени частной компании. Он был государственным служащим, черт возьми, и в его обязанности входило поддерживать порядок и исполнять закон, чтобы защищать жителей Монтгомери.

– Кэрол! – позвал он. – Кто свободен сегодня утром?

– Митча сегодня нет, Хилди и Клинт на этой неделе работают по ночам, Верн и Иссак уехали на вызов, а Норрис, Пол и Билл в патруле. Похоже, остались только вы с Хэнком.

# Примечания

1

Нора Робертс (Nora Roberts, при рождении – Элеонора Мари Робертсон Ауфем-Бринк Уайлдер) – американская писательница, автор современных любовных и детективных романов.