Елизавета Соболянская
Пастушка для дракона

Гредир, человеческий город в котором живет семья Кексгольм

Герои

Мелисса – дочь дракона, девочка шести лет

Нина Викторовна Столбовая Эринолла Кексгольм

Тэриора Кексгольм бабушка Эриноллы

Лэйран Трейер дракон

Пролог

– Тетя, вы кто? – я открыла глаза и с удивлением уставилась на маленькую девочку в шляпке.

– Я? – захотела встать, но не получилось. Голова гудела, перед глазами все расплывалось. То настигала пронзительная резкость, то снова окутывал туман. – А кто я?

– Мелисса, отойди! – раздался рядом мужской голос, и надо мной склонился мужчина. Волосы темные, щетина на щеках, кожанка… Девочка послушно отступила, слегка насупившись, а я поняла, что лежу на холодной земле, и это неудобно.

– Помогите мне встать, – попросила я мужчину и протянула руку.

Все же в моем почтенном возрасте не грех обратиться за помощью, да и голова все еще кружится.

Незнакомец понял меня по-своему: подхватил на руки и куда-то понес. Меня затошнило, появились мысли о сотрясении мозга, а девочка прыгала рядом, звонко выкрикивая:

– Папа, кто это? Ну кто это? Скажи!

В голове звенело, зато вдруг стали появляться воспоминания. Меня зовут Нина Викторовна Столбовая. Прозвище, конечно, «Боярыня». Прилипло с первого класса, после дружного чтения «Сказки о золотой рыбке». Дама я уже немолодая, корпулентная, удивительно, что этот мужчина несет меня легко и непринужденно, словно ребенка.

Между тем меня внесли в дом. Усадили на скамью и жадно уставились.

– Что? – спросила я, рассматривая мужчину в ответ. Молодой, симпатичный. Девочка на него похожа. Только что-то этакое мелькает в лице – изумление, недоверие, какая-то тоска и надежда?

– Мелисса, – сказал мужчина, – пойди, пожалуйста, посиди в своей комнате. Нам нужно поговорить.

Девочка демонстративно тяжело вздохнула, сняла перчатки, шляпку, положила на скамью у двери. Потом расстегнула пальто на кокетке и с пелериной, повесила на гвоздик и только потом, нарочито топая, прошла куда-то за печь, дернув занавеску.

Мужчина проводил ее взглядом и щелкнул пальцами:

– Я поставил полог от подслушивания. Клянись, что не причинишь нам вреда, сохранишь тайну и поможешь!

Глава 1

Я всегда любила осень.

Запах дождя, прелых листьев, дыма… Сытое время даже в самые скудные дни. Этот день застал меня на даче – где еще отдыхать обычной пенсионерке? Пусть я проработала больше двадцати пяти лет в бухгалтерии, пенсия у меня скромная, муж давно умер, родственники есть, а вот детей нам Бог не дал.

Правда, уже после смерти мужа, перебирая бумаги, я нашла его детскую медицинскую карту, а в ней запись о свинке… Поняла, почему ни он, ни свекровь никогда меня не упрекали в бесплодии и всячески поощряли трудовой энтузиазм и карьерный рост.

Увы, рожать мне было уже поздно, так что я продолжила жить, как привыкла – балуя племянников, кузенов, а потом и внучатых родственников.

Дача стала отдушиной, летним жилищем, источником радости и приложения сил. На этой самой даче мне и стало плохо. Я легла на диван, и вспомнила всю свою жизнь. Всплакнула, представив себе нерожденных детей. Уснула. А очнулась от вопроса маленькой девочки. А теперь ее, кажется, отец требует с меня клятву!

– Еще раз! Какую клятву вы от меня требуете? – с долей удивления произнесла я.

– Сохранение тайны, непричинение вреда, помощь! – перечислил мужчина.

– А чем я могу вам помочь? – изумилась я. Не так часто от пожилой пенсионерки что-то требуют.

Мужчина скрипнул зубами:

– Тайна и непричинение вреда, – процедил он так, словно я ему поперек горла встала, – я активировал семейный артефакт. Он должен был доставить нам с Мелиссой самое необходимое на ближайший год! Артефакт доставил тебя! Клянись!

Я испуганно моргнула, вспомнила, что психов сердить не рекомендуется, и пробормотала:

– Клянусь!

Тут же в воздухе вспыхнула искра, разделилась пополам и влетела нам обоим в запястья, оставив завитки. У мужчины, кстати, таких завитков прилично было, словно браслет татуированный. На моей руке завитушка появилась одна.

– А теперь слушай! Меня зовут Лэйран Трейер, лорд Одинокой скалы.

Я кивнула, находясь в полной прострации. Что это было? Даже завиток потерла, чтобы убедиться, что это не сон.

Мужчина продолжал:

– Семь лет назад одна легкомысленная драконица отложила яйцо. Уверяла, что от меня.

Я тихонечко хмыкнула. Ну-ну! Знаем мы таких «мамаш» и «папаш»! Она уверяла, а он ни сном ни духом. Вообще, детей зачинают вдвоем!

Мужик покосился недобро, и я тут же сделала невинное лицо. Ровно такое, какое изображала во время визитов налогового инспектора.

– Ее родственники поначалу настаивали на свадьбе, но я затребовал магическую экспертизу, и они затихли до рождения Мелиссы.

Вот тут уже становилось интересно.

– Проба крови, чешуи и слюны подтвердила, что Мелли – моя дочь, – дракон тяжело вздохнул, и мне стало жалко малышку. Если он ей все это рассказывал с таким же трагизмом, сложно представить, какого девочка мнения о «папаше».

– Я тогда служил в охране посольства Риимора и не мог за всем проследить, а когда вернулся…

– Драконица вышла замуж, а вашу дочь подкинули родственникам? – предположила я. Частый сценарий сейчас, когда женщины хотят свободы, как и мужчины.

– Так и есть, – мрачно взглянул мужчина, и его зрачок на миг стал вертикальным.

«Ладно-ладно, верю, что дракон», – подумала я, чувствуя, что голова снова кружится. Может, это все же сон?

– Фелиция не хотела Мелиссу, да и ее мужу не нужен был чужой ребенок.

– Вы, конечно, ничего не предприняли, вам и так было удобно, – философски заметила я, крутя в голове мысль о том, что ничего не меняется. Мужчины все так же равнодушны к детям, если не любят и не ценят их мать.

– Удобно, – буркнул этот самый Лэйран, – пока на меня не начали совершать покушения!

– Покушения? На дракона? – знаю, мой голос звучал недоверчиво, но мужик не выглядел хлюпиком. Скорее этак сдержанно-агрессивно, как опытный байкер.

– Драконы, знаешь ли, тоже не бессмертные! – Лэйран обиделся, встал и налил в кружку что-то из стоящего на печи горшка. Я уже прищурилась нехорошо, но кружку поставили передо мной, а вот из второй он отхлебнул сам. Тогда и я рискнула попробовать. Травяной настой, что-то вроде моего «дачного чая» – листочки смородины, вишни, какие-то пряные травки. В целом приятно.

– Родственники драконицы сообразили, что девочка ваша единственная наследница? – дошло до меня вдруг.

– Верно! – таким же недовольным тоном сказал мужчина. – А еще они оформили все бумаги на опеку, так что я даже видеться с дочерью не мог! Два года тянулась эта история, а потом я ее украл!

– Что? – я чуть со скамьи не рухнула.

– Украл! – повторил дракон. – В законе есть лазейка. Если ребенок прожил год с одним из родителей и остался жив, здоров и благополучен, опека возвращается.

Мне стало понятно. Что ж, украл так украл.

– А почему вы тут, а не на Одинокой скале? – припомнила я то ли прозвище, то ли фамилию, то ли титул.

– Потому что там нас сразу найдут и заберут Мелли, – поморщился мужик.

– То есть вам надо пересидеть год в тихом углу с ребенком, – поняла я. – А я тут при чем?

– Дослушай! – буркнул он.

Похищение оказалось спонтанным, так что Лэйран успел только заглянуть к другу, объяснить ему ситуацию, попросить присмотреть за владениями и уведомить короля драконов либо королевского судью – чтобы его не объявили в розыск как преступника. То есть искать все равно будут, но исключительно родственники Мелиссы по материнской линии.

Чтобы помешать поискам, дракон не должен пользоваться магией – по мощному всплеску его сразу обнаружат. И конечно, он не должен появляться в привычных для драконов местах. Значит, исключаются крупные города, поместья рода и друзей семьи.

Еще вариант – искать будут Мелиссу с помощью родственной крови, но тут есть засада – девчушка еще мала. Дракончик не отзовется родственникам, если рядом отец или мать.

Поэтому Лэйран и умчался в глушь, кинул кошель обитателям хутора и дал час на то, чтобы покинуть дом, оставив все, как есть. Крестьяне ушли, оставив дом, огород, пасеку, животных в стойлах и практически все, что было в доме. Забрали одну лошадь, телегу и то, что быстро покидали в узлах. Уехали с клятвой молчания, но весьма довольные – на кошель можно было в столице дом прикупить или лавку и записаться уже не крестьянами, а торговцами, например.

Вот только изгнав крестьян и накормив дочь оставшейся в печи едой, дракон понял, что абсолютно не знает, что делать со всем этим хозяйством. Чем кормить скот? Как доить? И что там в огороде и на пасеке? Его учили как воина и дипломата, а управление хозяйством сводилось к принятию отчета у управляющего да редкого облета владений для проверки.

Придя в отчаяние, Лэйран активировал родовой артефакт, загадав ему «самое необходимое на ближайший год» в надежде, что ему подкинут книгу по ведению домашнего хозяйства, новый кошель с золотом, чтобы нанять работников или хотя бы магического помощника, а на пригорке с артефактом внезапно появилась я!

Глава 2

Я, значит, ответ на молитвы этого чокнутого! Ха-ха! Зачем ему старуха? Но мужчина смотрел с такой надеждой, что я не стала его разочаровывать. Ладно, чем смогу – помогу. Силы уже не те, но уж голова-то у меня на плечах, да и опыт имеется.

Год продержаться в деревне – в принципе, задача решаемая. Надо только посмотреть, что ему оставили. Крестьяне народ ушлый и хитрый – наверняка самое ценное выгребли и увезли, а дракон и деньги все отдал, значит, будем жить с огорода и хозяйства. Интересно, что тут вообще есть?

Этот вопрос я и задала.

– По документам это обычный хутор на три семьи, – пожал плечами дракон. – Доходный. Подробностей не помню, мы здесь всего несколько часов.

Вот сейчас я посмотрела на мужика с уважением. Сориентировался он быстро. За пару часов понял, что сам не справится, не стал включать «фон-барона» и ждать преференций. Вызвал помощь и пусть скрипит на меня зубами… А кстати, почему скрипит-то?

– Господин Лэйран, – вежливо спросила я, – отчего вы так недовольны моим появлением?

– Я думал, артефакт пришлет помощь, а не… пастушку!

Вот тут я оскорбилась. Какая я, к бесам, пастушка? В мои шестьдесят восемь я еще вполне бодрая пенсионерка! Ну да, располнела, и ноги плохо ходят, зато голова работает!

Я уже открыла рот, чтобы возразить, и тут обратила внимание на то, что все время было у меня перед глазами – руки! Где мои натруженные ладони с пигментными пятнами и заметными раздутыми венами? Сейчас это были узкие девичьи ладошки, вполне крепкие, но изящные, с нежной светлой кожей…

– Господин Лэйран, здесь есть зеркало? – сдавленным голосом спросила я.

– Зеркало? – мужчина вздохнул и сказал: – Мне нельзя пользоваться магией, а у крестьян… если только медное блюдо, но, кажется, всю дорогую посуду они забрали с собой.

Тогда я догадалась просто себя ощупать и чуть не взвизгнула. Тонкая талия, прикрытая черным суконным корсажем, платье из коричневой плотной шерсти, грудь – хорошая такая «троечка» под белой льняной рубашкой. На ногах – крепкие ботинки, и, судя по ощущениям, под рубашкой есть что-то еще, как и под юбкой. Волосы… Я чуть по лбу себя не стукнула! Уже лет двадцать я носила короткую стрижку – хлопот меньше и седину можно не закрашивать, а теперь на спине лежали тяжелые каштановые косы!

Дракон наблюдал за моими ощупываниями с интересом. Потом прищурился и щелкнул пальцами, подвешивая рядом со мной зеркальную пленку. Я уставилась в нее и ахнула. Это была я в молодости! Вернее, не совсем я. Тоньше, изящнее, аристократичнее. Белоснежная кожа – у меня такой и быть не могло, все лето проводила на даче или в лагере! Маленькие нежные руки. Мозоли есть, но они отшлифованы и явно не от лопаты. Скорее от вышивки или от игры в теннис. А ноги? Я взглянула на ботиночки еще раз. Маленькая ножка, размер тридцать шестой максимум, а то и тридцать пятый. Дорогая кожа, металлическая оковка носа и подковка на каблучке. Чулки из тонкой шерсти телесного цвета. Ткань юбки – гладкая, плотная, ровно окрашенная… Этот мужик просто дурак, если принял изящную барышню в карнавальном костюме за пастушку!

– Если вам не нужна «пастушка», – хмыкнула я, любуясь собой, – тогда я пойду?

– Нет! – гаркнул этот гамадрил. – Вы действительно можете помочь нам прожить здесь год?

– Могу, – призналась я, – но на своих условиях.

– Это на каких же? – прищурился Лэйран.

– Я не стану вашей служанкой, – строго сказала я.

Дракон пожевал губами. Кажется, он думал, что я в один миг обеспечу ему привычный набор – еда, тепло, постель и комфорт. Увы, не на ту напал.

– А кем вы хотите стать? – хмыкнул он. – Хозяйкой?

При этом он смерил меня взглядом, словно вошь придавил. Ну-ну, строптивый какой! И глупый. Видел ведь крестьян, неужели разницы со мной не заметил?

– Считайте меня… экономкой, – нашла я достойный вариант. – Через год, как только поправите свои дела, заплатите мне жалованье за год, и разойдемся с миром. Кстати, не надейтесь, что я все буду делать сама. Жизнь в деревне требует полного участия мужчины. У меня не хватит сил ворочать навоз, чистить стойла или таскать сено. Больше того, я и на огороде ничего тяжелого поднимать не стану. Или нанимайте людей в деревне, или занимайтесь мужскими делами сами.

Дракон снова взбесился.

Ах да, денег-то у него нет! Вон как желваки катает! Ничего-ничего, руками работать полезно, глядишь, и мозги наконец включатся.

– Договорились! – выдавил дракон. – Только учти, пастушка, я умею сражаться, выживать в лесу или на паркете. Пахать, сеять или косить меня никто не учил!

– Научу, – вздохнула я и тут же встрепенулась: – Договор?

Лэйран небрежно махнул рукой и проговорил:

– Я, лорд Лэйран Трейер, лорд Одинокой скалы, обещаю заплатить…

– Нине Викторовне Столбовой, – вставила я, уловив, что дракон проглотил слово «пастушке».

– Нине Викторовне Столбовой жалованье экономки за год, если она поможет прожить на хуторе мне и моей дочери год и один день.

– Я, Нина Викторовна Столбовая, обещаю помочь Лэйрану Трейеру, лорду Одинокой скалы, и его дочери прожить на хуторе год и один день, если мне не придется выполнять мужскую работу, сражаться или прислуживать.

Мужик что-то рыкнул, и снова мелькнула искра, разделилась и приклеилась к запястьям. Я задумчиво почесала руку и сказала:

– А теперь давайте посмотрим, что тут есть, и что нужно сделать срочно!

Глава 3

Для начала я заглянула в печь.

Она уже практически остыла, потому что дракон не догадался прикрыть вьюшку. К счастью, сухие дрова нашлись под шестком. Я попросила мужчину сложить их в печь и зажечь. Он растерялся. Оказывается, драконьим огнем ему пользоваться нельзя, а как по-другому его зажечь, он не знает!

Тут растерялась уже я. Если в этом мире в ходу кресало – я не справлюсь!

К счастью, на приступке нашелся здоровенный коробок спичек, вернее, «серных палочек». Лучинки с кончиками, вымазанными серой, и жестяная коробка с грубой намазкой на крышке. Меня устроило. Я снова затопила печь, а после вынула из прикрытой заслонкой ниши горшок с кашей, горшок с какой-то похлебкой и горшок с тем самым чаем.

– Перекусим? – предложила мужчине.

– Вы же хотели хозяйство идти смотреть, – мрачно сказал он.

– На сытый желудок это приятнее, – отбрила я, – да к тому же в горячей печи еда засохнет и станет невкусной.

Немного покружив по кухне, я нашла глиняные миски, кружки, новенькие деревянные ложки в укладке на полке и сухари. Свежего хлеба не было – его, верно, забрали с собой, не было и ножей. Это понятно, крестьяне инструмент не бросают, даже если в город едут. Накрыла стол и вопросительно взглянула на дракона:

– Дочь сами позовете?

Он как-то вздохнул, щелкнул пальцами, вероятно, развеивая то, что мешало любопытной девочке нас подслушивать, и позвал негромко:

– Мелисса, к столу!

Девочка вышла.

Я невольно залюбовалась аккуратными локонами, бархатным платьицем и всем ее видом. Словно юная барышня на картине девятнадцатого века. Вот только не проживут в деревне все эти одежки долго, да и зима впереди. Вряд ли дракон украл дочь с чемоданом личных вещей и гардеробом. Значит, и это ляжет на мои плечи. Впрочем, мне и самой надо будет переодеться, но позже.

Мы все с аппетитом поели суп и кашу, закусывая сухарями. На сладкое я отыскала горшочек меда. Ржаные сухари с медом – не так и плохо, Мелиссе точно понравилось. Наевшись, она пожелала на прогулку и с разрешения отца побежала надевать шляпу, перчатки и пальто. Потом скрипнула дверью – малышке явно было интересно здесь. Что ж, пусть погуляет, надеюсь, тут безопасно!

Я присмотрелась к одежде, оставшейся у двери на вешалке. Все приличное – теплое, добротное – крестьяне забрали. Остался какой-то замызганный кожаный плащ, обрезок тулупа, похожий на потертый жилет, и совсем уж никчемные обноски. Поморщилась и прямо сказала дракону:

– Мне нужна теплая одежда.

Он открыл рот, чтобы отбрить, и уставился в глубокий вырез рубашки. Вздохнул и махнул рукой на стоящий тут же сундук:

– Прежние хозяева кое-что оставили. Посмотрите тут.

Я смерила взглядом тяжелую крышку и снова уставилась на мужчину. Около минуты он недоумевающе играл со мной в гляделки, потом понял и поднял тяжеленную, окованную железом крышку.

Плащ я нашла – очень тяжелый, пахнущий полынью, и неуклюжий, но зато теплый. Заодно и платок прихватила – тут, судя по всему, тоже осень, уши нужно беречь!

Мы вышли из дома, и я еще раз поразилась тому, как тут все разумно и аккуратно устроено. Дом и все необходимое замыкалось в квадрат, запираемый тяжелыми воротами. Рядом располагалась узкая калитка, но высотой она была равна воротам. Сбоку тянулась полоска забора. Вернее, не забора, а тына с заостренными кольями наверху. Тут же стояла лестница. Я подумала и забралась на нее под удивленными взорами дракона и девочки.

– Сверху лучше видно, – пояснила я, – к тому же мне надо увидеть, какая тут местность.

Вот это мужчина понял и даже одобрительно кивнул, а Мелисса смотрела с завистью – ей отец залезать никуда не разрешал. Маленькая драконочка пыталась возражать, но Лэйран так на нее глянул, что малышка надулась и отвернулась.

Я же отнеслась к такой ситуации одобрительно. Бархатные юбки и шляпка с перьями для лестниц и сеновалов не годятся. Вот переодену малышку в штаны – тогда пусть лазает где хочет!

С лестницы я увидела много интересного. Например, реку и что-то вроде многолучевой звезды, начерченной прямо на земле. Оказывается, хутор был выстроен на холме. С одной стороны текла река, с другой высился лес. Пространство между строениями и лесом было хорошо расчищено, видна четкая тропинка к реке и еще две в разные стороны.

Я посмотрела налево, туда, куда убегала вторая тропа, и ахнула – пасека! Обнесенная легким плетеным заборчиком, это, несомненно, была она. Колоды, накрытые деревянными крышками, а кое-где соломенными «хохлами», стояли красивым кругом. В центре высился вкопанный грубоватый стол. Вместо одного из ульев торчало что-то непонятное. Неужели омшаник? Ай да крестьяне – все продумано и устроено с понятием. Пчелы проде бы и в стороне, а на деле рядом. И заливные луга тут, и сад с плодовыми деревьями, и вон справа распаханная полоса неизвестно для чего. Большое хозяйство, справное.

– Господин Лэйран, – поинтересовалась я, возвращая внимание двору и дракону, – а сколько на этом хуторе было мужчин?

Мой вопрос его удивил. Нахмурился, что-то посчитал и ответил:

– Хозяин дома, два его женатых сына, три холостых и два мелких внука.

– Значит, минимум шесть взрослых работающих мужчин. Интересно, способен ли будет заменить их один дракон? – посетовала я и тут же мысленно хлопнула себя по голове, потому что от моих слов мужчина надулся, и, кажется, в глазах снова мелькнул вертикальный зрачок. Ладно-ладно, верю, что заменит!

Тяжело вздохнув, я спустилась с лестницы. Сад, огород, поле и пасека подождут. Сначала живность!

В хлеву мычали две коровы, бычок и две телушки. Мелисса смотрела на животных с изумлением, словно видела впервые.

Я схватилась за голову:

– Господин Лэйран, это… много!

– Много? – дракон оглядел животных без интереса.

– Коров нужно доить. Телки пока малы, их, наверное, можно продать, но в зиму скотину не покупают, не хватит сена на прокорм, значит, надо держать до весны. Бычок… Мелкий, как телки, можно оставить на откорм, а можно по морозу заколоть на мясо. Но пока все равно придется кормить и убирать за ним.

Дракон пожал плечами:

– Скажете, что нужно сделать, сделаю.

Я только головой покачала. Кажется, дракон плохо представляет себе, что такое хлев. Ладно, если что – это все мясо. Главное – холодов дождаться!

Тут же рядом с коровами стояли овцы и козы. Я опять тяжело вздохнула. Дюжина овец и два барана. Коз всего пяток, плюс козел, козлят не было – или продали, или съели. Но судя по раздоенному вымени, коз тоже нужно будет доить. Овец не успели постричь, коз не успели вычесать – и все это стадо недовольно цокало копытами в небольшой загородке возле стожка сена. С одной стороны – мясо, с другой – доход. Год ведь нужно прожить, а не пару месяцев. Подумаем.

За хлевом расположилась конюшня.

Дракон разрешил крестьянам забрать одну лошадь и телегу, словно они на ярмарку ехали, еще три остались в стойлах.

– Про лошадей я совершенно точно ничего не знаю! – призналась я.

– Зато я знаю, – отмахнулся дракон, – еда и вода у них есть, закончим обход, выпущу в леваду.

Мне стало легче.

Глава 4

Отдельным сюрпризом стал птичник.

Я даже застонала, а пальцы заныли от фантомной боли, вспоминая, как тяжело и больно их ощипывать. Гуси! Штук сорок, а то и пятьдесят крупных взрослых птиц! Понятно, река рядом, почему бы и нет? Утки – этих вообще под сотню! Куры, вот их было меньше, но тоже хватало. Чем всю эту ораву кормить?

Я заглянула в корыта. Ага. У гусей что-то вроде запаренных отрубей. У уток то же самое, плюс зелень. Что за зелень? Ряска? Неплохо! У кур отруби и трава, плюс какие-то объедки. А где все это готовится?

Оказалось, тут же, в птичнике, стоит кирпичная печурка, а на ней огромный котел с запаренными отрубями. Печь греет птичник и готовит еду на всех. Но сколько ж тут работы!

– Господин Лэйран, – вздохнула я, – у вас точно нет возможности нанять батраков?

Дракон только хмуро на меня посмотрел.

Ладно-ладно, авось передумает! Поживем – увидим!

В птичнике, как выяснилось, тоже была калиточка, вернее, тяжелая утепленная дверь, ведущая к реке. Стоило ее открыть – гуси и утки, радостно гогоча, ринулись вниз. Одной заботой меньше. Отруби есть, надо будет налить в корыта к вечеру, чтобы птицы вернулись. Кстати, крылья у них подрезаны или нет? Пригляделась – даже у кур подрезаны. Вот и славно. Не улетят.

Мелисса на птиц смотрела на диво дивное, а уж когда я обошла свитые из прутьев и набитые сеном «гнезда» у куриц, собирая в корзинку яйца, она вообще стала воспринимать меня как волшебницу.

Еще во дворе обнаружилась будка, в которой лежала собака с выводком щенков. Я, правда, думала, это не будка, а птичник еще один или сарай для дров, вот и вломилась туда, не услышав предупреждения дракона. Остановилась как вкопанная, увидев оскал.

– Кобелей хозяева забрали, – прокомментировал дракон, хмуро разглядывая крупную косматую псину размером с теленка, – а сука только ощенилась, до города не дойдет. Оставили.

Мелисса с радостным писком бросилась к щенкам, но я придержала ее за воротник:

– Стоп! Нельзя!

Девочка состроила грустное лицо, но на меня жалобные моськи давно не действуют.

– Эта собачка только-только родила. Хозяева ее бросили. Она всего боится. Если хочешь с ней подружиться, сходи в дом, принеси теплой воды и налей в ее миску. Еще можешь пару сухарей взять. Я разберусь, чем тут собак кормили, и приготовлю.

Девочка радостно убежала в дом. Я только вздохнула – вот уверена, она и дверь не прикроет, и воду расплещет, и сухари все выгребет. Но пока это не важно и не страшно.

Мелли и правда скоро примчалась с водой в ковшике и с сухарями в карманах пальто. Воду она сама вылила в миску, забрызгав не особо чистую солому, а дракон аккуратно подтолкнул к собаке. Та жадно напилась, похоже, воды после ощена ей не дали, и уже благосклоннее смотрела на нас, особенно когда ей к морде высыпали маленькую кучку сухарей – Мелисса точно все, что осталось, забрала!

После перекуса собака смягчилась окончательно и позволила драконочке потрепать себя по голове. А вот щенков я трогать запретила, объяснив малышке, что тогда мама может от них отказаться, а без собачьего молока щенки погибнут.

И уже закончив объяснения, поймала дрожание губ Мелиссы и снова мысленно стукнула себя по голове. Похоже, этой малявке не раз и не два объясняли, что родители ее не любят, не хотят, и, возможно, даже грудью ее мать не кормила.

– Кстати, я видела в хлеву миски для молока, наверняка тут есть кошки. Хочешь, пойдем их поищем?

Мелисса недоверчиво протянула мне руку, и мы пошли в хлев, приговаривая «кыс-кыс».

На призыв откуда-то из-под потолка вынырнула полосатая кошка. Взглянула на нас без интереса и снова скрылась.

– Вечером, когда коров будем доить, обязательно нальем в миску молока, и кошка придет, – пообещала я драконочке.

После скотного двора настало время амбаров и сараев.

Тут тоже все было сложено и устроено рационально донельзя. И аккуратно, как в кино. Я недоверчиво покрутила головой, зайдя под навес. Ровные, словно по нитке выстроенные поленницы окружали пространство, заполненное деревянными поделками. Бочки, кадки, какие-то латки и корыта. Похоже, кто-то из прежних хозяев делал всю эту красоту не то для себя, не то на продажу. Инструментов тут, кстати, нет – забрали с собой? А вот готовые изделия есть! И мешки со стружками и опилом стоят. Будет чем в птичнике пол посыпать!

Дальше – снова дрова, но в центре телега, две пары саней и что-то еще на колесах вроде высокой короткой телеги. Пара тачек, еще какая-то приспособа с колесами. Каретный сарай, не иначе!

Еще один навес. Тут плетенки – верши, корзины, короба, вязки прутьев, корыто с замоченными ветками… Кто-то в семье еще и плел? Богатый хутор, однако! Все стены увешаны связками прутьев разной степени обработанности и корзинами. Инструментов снова нет. Эх-х-х, хоть бы нож завалящий оставили!

Дальше пошли уже амбары.

Мед в кадушках, воск кусками в форме перевернутых мисок, берестяные туески с прополисом, пергой и подмором. Все аккуратно, подписано и расставлено. Мне даже страшно стало – что за суперлюди тут жили?

Я спросила у дракона, он отмахнулся:

– Глава семьи полугном, в жены взял эльфийку-квартеронку. Они оба магией неплохо владели, особенно бытовой. Я потому сюда и прилетел. Магический фон сильный, но ровный, они тут лет двести жили.

Я сглотнула. Вроде бы и приняла все это – другой мир, магия, дракон, а все равно холодком по хребту отдает. Словно вот-вот проснусь.

– Двести лет? – переспросила пересохшим ртом.

– Гномы по пятьсот лет живут, эльфы по тысяче и дольше, – пожал плечами дракон, – поэтому полукровкам достается век длиннее человеческого. Откуда ты появилась, если этого не знаешь?

– Очень… издалека. Там живут только люди, и средняя продолжительность жизни семьдесят лет. Иногда восемьдесят.

– Ты не врешь, но на Азарине я такого места не знаю. Люди легко смешиваются со всеми расами, поэтому полукровок так много.

Я просто отвернулась, делая вид, что рассматриваю амбар. Там еще и «антресоли» были, интересно, что там? Я забралась наверх и ахнула – тут хранились травы! Пучки, мешочки, горшочки – все подписанное и упакованное. И явно больше, чем нужно на одну семью.

– Лэйран, а эльфы торгуют лекарственными травами? – уточнила я.

– Чистокровные эльфы – нет, а полукровки – очень даже, – отозвался дракон. – Что там?

– Тут, похоже, запасы хозяйки, – ответила я, рассматривая амбарную книгу с записями. Конечно, это не травник, это учетная книга. Сколько заготовлено, чего и сколько продано, и сколько заказано. Похоже, нам придется эти заказы отвезти? Куда? И как? Ладно, это еще один вопрос грядущего дня.

Я спустилась вниз, и мы двинулись дальше. Амбар под зерно пустовал. Два мешка муки, пяток мешков отрубей, плюс два мешка крупы – одна походила на ячмень, вторая на гречку.

– Нужно будет закупить отруби, муку и крупу, – сказала я, заглянув в каждый мешок, – иначе зиму нам не прожить.

Дракон нахмурился, а я продолжила:

– Судя по записям хозяйки, в деревне по осени ярмарка каждую неделю устраивается. Надо будет туда поехать и сделать закупки.

– У меня денег нет, глупая ты пастушка! – прорычал мужчина.

Я взглянула на него с укоризной:

– Есть травы, мед и воск на продажу. Можно постричь овец, вычесать коз и продать шерсть и пух. Пару гусей или уток, бочки… Тебе оставили полноценное хозяйство, в котором муку и крупу закупали отдельно.

– Да не могу я в деревне появиться! – дракон нервно взъерошил длинные волосы. – Если меня узнают, всему конец!

– Не узнают, – хмыкнула я, – недельку тут поживете, и от крестьянина вас не отличат. В крайнем случае – замаскируем. Без вас я на ярмарку все равно не доеду – не умею обращаться с лошадьми!

Лэйран еще немного ерепенился, но я добила его тем, что Мелиссе скоро понадобится другая одежда, обувь к зиме и шуба. А взять это все негде. Разве были у живущих тут крестьян девочки ее возраста?

– Ладно, понял, – дракон сдался, – поедем на ярмарку, но не сейчас. Позже.

Глава 5

После амбара я слазила на сеновал, заглянула в погреб и в очередной раз похвалила рачительных хозяев. Судя по запаху и пустым крюкам, припасов они увезли немало, однако и нам кое-что осталось. Несколько копченых окороков, сыр, соленое сало, колбасы… Так тут еще и свиньи есть?

Свиней я тоже нашла. Вздохнула. Поморщилась. Снова вздохнула. И закрыла тяжелую дверь свинарника. Не сейчас!

Встал вопрос – идти ли в огород? В принципе, день уже клонился к закату, печь наверняка прогорела, и настало время подумать об ужине. Да и решить, где я буду спать. Так я дракону и сказала, отложив осмотр угодьев до следующего дня.

Он и не возражал – тоже нагулялся. Мелисса прыгала вокруг нас, совала нос и пальцы везде, куда получалось, задавала миллион вопросов, все трогала и спрашивала, для чего. Я терпеливо отвечала, отвлекала, давала подержать корзинку с яйцами, окорок и круг сыра. В итоге мы ввалились в дом, и я сразу начала командовать:

– Господин Лэйран, нужно принести еще дров, воды, и скоро пойдем кормить животных. Мелисса, замечательно, что ты уже разделась. Помой руки и накрывай на стол, а я посмотрю, что мы можем добавить к нашему ужину.

Девочка посмотрела на отца вопросительно – мол, почему эта женщина тут командует? А он ответил своим хмурым взглядом и кивнул:

– Мой руки, Мелисса, и помоги госпоже Нине с ужином, а я покажу ей ее комнату.

Ребенок подчинился, хоть и неохотно. Нет, Мелли не была лентяйкой, просто, если я правильно поняла эти переглядки, девочка не понимала, почему какая-то человечка командует ее отцом – сильным драконом.

Между тем мужчина наконец избавился от кожанки, остался в рубахе и кожаных штанах, даже сапоги не снял – повел меня осматривать дом. Мы-то, оказывается, в закутке у печи и разговаривали, и ели. А дом был весьма просторным и добротным. Уж не знаю, сколько лет тут жили прежние хозяева, но строились точно на века.

Сразу за печью начиналась, я бы сказала, общая комната. Просторная, с несколькими окнами по дальней стороне. Окна смотрели на реку и были предусмотрительно снабжены тяжелыми ставнями – изнутри и снаружи. Под окнами стояли широкие сундуки с ровными крышками, накрытые домоткаными коврами. Ух, тут еще и ткачихи жили? Или покупали? Над сундуками, между окнами устроены полки. Там, похоже, прялки лежали и всякие такие рукодельные штуки. Две полки пустые, а на одной все осталось – не пожелала хозяйка или невестка забирать, видно, не очень рукоделие любит.

Светильники на высоких ножках – похоже, масляные лампы? Тут же столики с забытыми пяльцами, в углу и правда – ковер на стене незаконченный! Такими же коврами и пол застелен. Вдоль стен еще сундуки, но над ними на полках какие-то деревянные заготовки, что-то мелкое типа рыболовных крючков, а в углу недоплетенная сеть.

Ясно, тут по вечерам семья собиралась с рукоделием. Теплая большая комната, а в сундуках что? Не выглядят они разоренными. Как вообще дракон убедил целую семью покинуть такой дом? Этот вопрос я и задала вслух.

Лэйран поморщился и признался:

– В кошеле лежали драгоценные камни. Я собирался выкупить Мелиссу у родни, но когда увидел их, понял, что не отдадут. Выпросил минуту с ней наедине, сказал, что хочу сделать ей подарок, обнял и свалился в случайный портал. Он вывел сюда. Балир знает ценность камней из Северных гор, поэтому оставил все, даже сыновьям и невесткам запретил забирать добро. Сказал только, что через год пришлет сюда кого-нибудь, и если мне не понадобится этот хутор, то отдаст его сыну с женой, а сам устроится в городе.

Я покивала, понимая, что дракон отдал за этот дом стоимость замка с угодьями. Что ж, его право. Значит, свою дочь он ценит. Или все же свою жизнь? Неважно. Год так год.

Рядом с большой комнатой обнаружилась, видимо, супружеская спальня. Небольшая комната с огромной кроватью и парой сундуков. Судя по отпечатку тела, дракон спал тут. Из этой комнаты проем вел в детскую с маленькой кроваткой, колыбелью, столиком, ванночкой – в общем, удобным местом для младенцев.

Тут поселилась Мелисса.

Кроватки ей еще хватало, а все остальное было аккуратно убрано в угол и закрыто ширмой. Очевидно, эта комната – самая безопасная в доме. Окон в ней не было совсем, стены толстые, угол печи выложен изразцами, топки нет – идеальное убежище для малышки под защитой грозного дракона.

Показав мне свои комнаты, дракон вывел меня в кухню, а там Мелли уже расставила миски и тарелки. Оставалось нарезать сыр и окорок, снять с шестка горшки с супом и кашей, да и взяться за ложки.

Мясо и сыр пошли хорошо и без хлеба. На сладкое я выдала Мелиссе пару яблок, потом вытряхнула в миску остатки каши и попросила девочку и мужчину отнести еду собаке, только щенков не трогать и не пугать.

Пока они ходили, я поставила на печь пару горшков с водой, чтобы потом помыть посуду, и пошла вновь обшаривать сундук у двери. Мне отчаянно нужно было сменить платье!

Увы, я ничего не нашла. В этом сундуке лежала только мужская верхняя одежда.

Вскоре Мелисса и ее отец вернулись. Девочка взахлеб рассказывала, как они кормили собаку, и собралась идти с нами ухаживать за другими животными. Я аккуратно напомнила, что другой одежды у нее здесь нет, но драконочку такие мелочи, конечно, не остановили. Не привыкла она думать о чистоте ботинок и пальто. Ладно, этому тоже научим!

Сама я идти в единственном приличном платье в хлев не собиралась. Так дракону и заявила. Он вздохнул и повел меня в соседний дом.

Да, к этому жилищу было пристроено еще одно – такое же основательное и надежное. Маленькая прихожая, кухня с печью и три комнаты, устроенные так же, как в большом доме, только чуть иначе. Общая гостиная тут была поменьше, а спальня и детская – одинаковые. Только в детской стояли две кроватки и колыбель.

– Третий дом такой же? – спросила я, понимая, что сейчас все это, конечно, хорошо, но зимой топить три дома… накладно. Да и два тоже.

– Да, третий такой же. Балир собирался всем своим сыновьям построить по дому к свадьбе, но младшие у него другие, хотят в город, получать образование, а старшие не прочь совсем отделиться… Так что мое предложение ему даже польстило.

Тогда я поняла, чего не хватает в большом доме и почему мне показались странно пустыми некоторые полки. Книги! Во всем доме я не нашла ни одной книги! Тетради расходные видела и что-то вроде простых карандашей рядом с ними. А вот книг – ни одной.

Это навело меня на новую мысль, но я ее пока придержала. Сейчас мне лучше переодеться, хватать дракона и бежать в птичник и хлев – ухаживать за скотиной. Подумать об образовании маленькой дракошки еще успею!

В сундуке этой спальни нашлось платье попроще, у порога – башмаки, а плащ я оставила тот, в котором обходила хозяйство. Дракону посоветовала тоже переодеться. Он смерил меня высокомерным взглядом, и тогда я деликатно напомнила, что я тут экономка, а не прислуга. Стирать его одежду я точно не буду, а магией ему пользоваться нельзя!

– Но это женская работа! – фыркнул Лэйран.

– Которую прекрасно могут выполнить мужчины! – стояла на своем я. – И потом, сравните мои маленькие нежные руки и ваши! Я ваши мокрые штаны даже не подниму! Или вы хотите, чтобы Мелисса тоже стирала?

– Моя дочь не будет стирать! – загремел дракон.

Я с готовностью прищурилась:

– А, собственно, почему? Работа – женская, сам сказал, а Мелли будущая женщина! Ей нужно учиться всем женским премудростям!

Драконище смерил меня взглядом и вышел, хлопнув дверью.

Глава 6

Я как ни в чем не бывало переоделась, подвязала голову и пошла для начала в птичник. Помешала запаренные отруби и вздохнула – где зелень-то брать? Луга – вон они, за тыном, да только косить я не умею ни разу! А ряску как собирать? Ладно, сегодня одной мешанкой обойдутся, а дальше думать будем.

Огляделась, нашла черпак на длинной ручке и пару ведер. Принялась черпать. Хлопнула дверь, рядом встал хмурый дракон:

– Что делать нужно?

– Ведрами наполнять корыта для птиц, – сказала я, – потом коровам по ведру отнести, сена им насыпать, воды налить. Остатки – свиньям. С конями сам разбирайся, я не знаю, можно ли им такое.

Лэйран, одетый в одежду с чужого плеча, взялся за ведра, а я принялась наливать следующую пару.

Мы работали в молчании. Я черпала, дракон таскал. Гуси и утки вернулись в птичник к полным корытам, свиньи довольно хрюкали в своем подполе, коровы тоже довольно мычали, а я пошла за ведрами для молока.

Хорошо, что пару лет ездила в гости к бабушкиной сестре в деревню и научилась там доить, правильно процеживать и хранить молоко. Потому и тут сразу все быстро нашла – подойник и горшки в холодных сенях, ситечко из грубой ряднины, кусок застиранного льна для протирки и маленькое ведерко для теплой воды, чтобы обмыть вымя. По-хорошему, еще бы йод или марганцовку, для обеззараживания и лечения мелких трещинок, но… А, тут какая-то мазь есть с травяным запахом, может, она сгодится?

В общем, пока я доила, за мной наблюдала любопытная Мелисса. Потом даже принесла кошачью миску, чтобы я брызнула туда немного молока из вымени. Кошка, услышав или учуяв, спустилась откуда-то сверху и с довольным видом принялась лакать молоко под восхищенным взглядом драконочки.

Когда я надоила первый подойник, в хлев заглянул дракон. Взял полное ведро молока, вопросительно на меня взглянул:

– Неси в сени, надо процедить и по крынкам разлить. Еще вторую корову доить…

Он не знал, где сени, так что пришлось показать. Молоко он разлил, а я ополоснула подойник, выплеснула остатки в пойло и пошла снова доить.

Вторая корова, козы – руки ныли с непривычки так, что выть хотелось. Хорошо, что дракон ведра таскал, а то я бы действительно взвыла!

Уже закончив дойку, я вспомнила про котел в птичнике. Туда следовало налить воды, насыпать отрубей и затопить печь, чтобы мешанка запарилась к утру. А утром снова дойка… Дракон молча выполнял команды – таскал воду, принес мешок отрубей, я растерялась было – сколько сыпать на такой котел? Да увидела на стене пришпиленный листок: «На корову один черпак, на телку половину, на десять гусей один черпак…» Следуя инструкции, засыпала отруби и накрыла котел крышкой. Пусть пыхтит. Кажется, все дела здесь переделаны, можно в дом!

Вот тут началась последняя часть марлезонского балета – подготовка ко сну. Мелиссу нужно было выкупать и переодеть.

Просторную рубашку я ей нашла в сундуке с детской одеждой. Не уверена, что это ночная сорочка – очень уж нарядная, но мне уже было все равно. Я скомандовала мужчине принести с печи горшки с горячей водой и ведро холодной. Отыскала тут же нежное мыло с запахом ромашки, выкупала драконочку, закутала в простыню, уложила в постель и рассказала сказку, пока дракон выносил грязную воду.

Мелли так набегалась, что уснула быстро. А я… поплелась в «свой» домик.

– Нина! – окликнул меня Лэйран.

Я нехотя повернулась:

– Что?

– Я тоже хочу помыться и сменить одежду!

– Баню мы не топили, – пожала я плечами, – но у вас есть горшки, печь и вода. Дерзайте.

– А одежда? – он наконец разглядел пятна пота, солому и отруби на рубашке и штанах.

– Я вам уже говорила, – я снова пожала плечами, – я не служанка. Или нанимайте людей в деревне, или стирайте сами.

– Вы же давали клятву! – возмутился он.

Я остановилась и, глядя в наглые глаза, напомнила:

– Я клялась никому не говорить, не причинять вреда и помочь вам прожить здесь год. Пятна грязи на вашей рубашке никак не угрожают вашей жизни!

С этими словами я все-таки ушла.

Второй домик еще хранил накопленное печью тепло, но уже остывал. Я нашла дрова и спички, развела огонь и занялась тем же, чем прежде – поставила на плиту горшки с водой, вынула детскую ванночку и полезла в сундук за простыней и ночной сорочкой. Спать хотелось неимоверно. Но и лечь грязная я не могла. Потому сильно воду и не грела – так, чуть теплая сгодилась. Ополоснулась, волосы трогать не стала, натянула льняную рубашку с завязками у горла и рухнула в постель. Все завтра!

Утром меня разбудил хмурый дракон. Чистый хмурый дракон.

Оказалось, животные уже шумят в стойлах, а Мелисса вот-вот проснется и затребует завтрак. Я вздохнула и велела ему пока что затопить печь в большом доме и натаскать воды и дров туда и в мое жилище.

– Сейчас оденусь и приготовлю завтрак. Надеюсь, Мелли ест яичницу?

– Ест, – слегка неуверенно сказал он и вышел.

Я быстро умылась и натянула то самое платье, что нашла в сундуке – оно практически чистое, а сорочку и белье я с вечера замочила в ванночке. Будет свободное время – постираю.

Пока дракон носил воду и топил печь, я сообразила, что без хлеба мы далеко не уедем. Даже сыр и окорок с хлебом будут сытнее. Вот только как тут хлеб пекли? Есть ли закваска?

Под эти мысли я настрогала окорок, пару луковиц, дала им потомиться на плите, потом залила яйцами, накрыла крышкой и сдвинула на самый край. Пусть стоит теплая, а я займусь заготовками для обеда. Дракон, кстати, с вечера не только сам помылся и нашел подходящую одежду в сундуках, но и посуду помыл, чем я и воспользовалась. Взяла горшок, нарезала в него сала, лука, моркови, репы, засыпала крупу, залила все водой и на печь – пусть томится, к обеду будет сытная каша. А пока завела пресное тесто на лепешки и напекла их на сковороде. Худо-бедно поедим с медом, а там видно будет.

Лепешки я оставила на столе, добавила к ним крынку молока и плошку с медом. Накрыла все полотенцем, повязала голову платком и пошла доить.

Дракон без подсказок занимался животными. Птиц выпустил на реку, животным налил болтушки, подсыпал сена или выпустил в леваду, а сам отбивал стойла.

Я подоила, процедила молоко, сняла сливки, поняла, что скоро надо будет или сыр варить, или масло сбивать, но тут можно и Мелиссу задействовать, так что спешить не буду.

Закончила самое срочное и пошла подсказать Лэйрану, что в птичник нужно принести еще дров и воды, пол засыпать опилом, и хорошо бы накосить травы, пока она есть.

– Я не умею! – запротестовал дракон.

– Я тоже не умею, – ответила я, – но зелень критично необходима животным и птицам. И хорошо бы узнать, где хозяева ряску добывали… И огород еще осмотреть!

Лэйран хотел что-то сказать, но тут в хлев вбежала Мелисса – одетая в свое прежнее пальто и шляпку, но с лохматой головой и липким от меда лицом.

– Так, юная леди, – строго сказала я, – вы большая молодец, что сами позавтракали и оделись, но сначала стоило умыться и привести в порядок волосы. Идем в дом? Сегодня там будет много интересного!

Драконочка насупилась, но пошла со мной, а дракон остался с навозом, тачкой и лопатой. Нет, он всерьез собирается заменять шестерых мужиков всю зиму?

Глава 7

Мелиссу я умыла, заплела ей косу, а потом нацепила ей передник и сказала, что мы будем заниматься очень интересными делами – печь хлеб, сбивать масло и варить сыр. Она тут же обрадовалась и воодушевилась, я тоже нацепила передник и чистую косынку вместо теплого платка и сняла с полки у печи большую дижу.

О сухих дрожжах в этой вселенной и речи не шло, зато я нашла горшочек закваски и мешочек с хмелем. Живем!

Закваску я разделила, подлила ей теплой воды и подсыпала муки. Отделенное плюхнула в дижу, добавила теплой воды и муки, дала Мелли помешать, накрыла полотенцем и поставила к теплому печному боку – подниматься.

– Пока закваска набухает, идем масло сбивать!

В большом хозяйстве маслобоек нашлось вдоволь – на любой вкус и размер. Я выбрала маленькую, нарядно украшенную, привязала ее полотенцем к животу драконочки, налила сливок, накрыла крышкой и показала, как брякать мутовкой.

– Можешь даже пальто надеть и во дворе бегать и прыгать, только сливки не разлей, – сказала я ей.

Девочка тут же оделась и убежала, а вместо нее в дом вошел дракон.

Я по старой привычке тут же плеснула кипятка в рукомойник, подала свежее полотенце, выставила на стол сковороду с яичницей, сняла полотенце с лепешек, подрезала сыр, налила молока…

Поели мы быстро и молча, но при этом как-то дружно.

– В огород? – спросил дракон.

Я заглянула под полотенце и кивнула. Закваска поднимала тесто медленее, чем дрожжи, вполне можно успеть обойти хозяйство.

Мы оделись и вышли. Прыгающая Мелисса с веселыми криками побежала за нами. Кажется, ребенку не дозволялось прежде так носиться, поэтому она периодически поглядывала то на меня, то на отца, как бы проверяя разрешение.

Огород на хуторе разбили обширный. Гряды уходили вдаль. Ближе к тыну красовались грядки с пряными травами и зеленью. Тут все еще зеленела мята, бился на ветру зелеными лохмами укроп, петрушка, сельдерей… Пройдясь, я насчитала дюжину гряд со всякими полезностями, которые хорошо бы собрать и сохранить.

Дальше шли уже пустые огуречные грядки, за ними, похоже, садили лук и чеснок – они, уже убранные в плетенки, стояли в подполе, а еще дальше пошли корнеплоды. Понятно, что в таком большом хозяйстве это основная еда, но меня аж тоска взяла, когда я разглядела уходящие вдаль полосы моркови, свеклы, репы, брюквы и редьки. Внизу, у воды, раскинула сизые листья капуста. Картошки тут не было и быть не могло, а жаль.

Зато нашлась делянка льна – вот еще помнила бы я, что с ним делать! Делянка ревеня, делянка щавеля и делянка гороха! Я прямо глазам своим не поверила, но обрадовалась. Разнообразие все же. Рядом с горохом нашлись бобы и фасоль, но совсем немного, словно на пробу посаженные. Возможно, и правда хозяйка только попробовала посадить их в первый раз, а нам все пригодится!

После осмотра мы вернулись к дому. Я повздыхала и велела дракону зарубить и выпотрошить пару петушков. Окорок – это замечательно, но на одной свинине не протянешь.

Мелли пошла со мной в дом. Я сняла с прыгучей драконочки маслобойку и показала ей готовый комок масла. Она страшно удивилась и полезла в него пальцем. Я не стала мешать – комочек маленький, пусть пробует. Слила сыворотку в дижу с хлебным тестом, а масло выложила в глиняную миску и присолила. Залила новую порцию сливок и отправила девочку отнести собаке теплой воды и размоченные в обрате остатки лепешек. Сама же занялась будущим ужином – подсыпала в закваску муки, соли, чуть-чуть пряных трав, вымесила первый раз и оставила отдыхать. Собрала из горшков в сенях простоквашу и поставила на плиту, чтобы сварился творог. Взяла за руку вернувшуюся Мелиссу и вместе с ней сходила в огород за зеленью на сырные лепешки.

Потом мы собрали яйца, и я разрешила девочке кормить кур любой травой, какую только она найдет во дворе. Драконочка так увлеклась, что вскоре двор напоминал английский газон. Впрочем, я не возражала.

Больше всего меня изумил дракон! Пока я возилась с тестом, он зашел в дом с двумя безупречно обработанными тушками! Я даже подумала, что он магией воспользовался! Оказалось – нет! Просто в походах часто случалось готовить, в том числе подбитую или пойманную птицу и дичь.

Мне очень полегчало!

Сунув одного петуха в горшок, я поставила его на плиту и снова вымесила тесто. Тут как раз Мелиса вернулась с новой порцией масла и рассказом о щенках. Мы с ней откинули на решето творог, и я подболтала обрат сечкой, чтобы сварить собаке кашу. Кормящую мать надо кормить получше!

После чего мы все сели обедать.

Каша с салом зашла неплохо, как и подогретые лепешки, мед и сыр.

Дракон ушел заниматься животными, а я позвала драконочку, и мы взялись за тесто. Вымесили караваи, разложили по латкам, накрыли мокрыми полотенцами и поставили на шесток – расстраиваться. Остаток теста раскатали, перемешали творог с яйцами и зеленью и напекли лепешек с начинкой.

Пока пекли лепешки, караваи подошли. Я заглянула в духовку, проверила – не слишком ли жарко натопила? Сунула в печь маленький веник, лежащий прямо на печи. Веник – затрещал! Сразу вынула, обмакнула его в чистую воду, побрызгала на стенки и сунула хлебы в печь. Не очень удачно сунула, конечно, и тело непривычно к таким движениям, и деревянная лопата не по руке, и капустные листья забыла на пол постелить, но справилась. Закрыла печь заслонкой и поманила Мелиссу, чтобы поменять сливки в маслобойке.

За день прыгучая драконочка сбила чуть не полкило свежайшего сливочного масла, а обрат весь выпоила кормящей суке. Та, благодарная за помощь и поддержку, уже не огрызалась, только тяжело вздыхала, когда ей принесли полную миску.

Ужин мы решили отложить – сначала я пошла доить, а дракон – задавать корм.

Справившись с делами, пошли мыться. Оказывается, Лэйран успел затопить баню!

Вот тут я ему была весьма благодарна. Снова возиться с горшками мне не хотелось, а в бане обнаружился и большой котел для горячей воды, и котел поменьше – для холодной. При том, когда я вычерпала часть холодной воды, котел снова наполнился! Я походила вокруг него и не выдержала – накинула платье обратно и выскочила во двор, забежала в дом и, запыхавшись от волнения, спросила:

– Лэйран, там в чан вода сама набирается! Вы все-таки использовали магию?

– Нет, – мотнул головой мужчина, – там встроенный артефакт бытовой магии. Я сразу не понял… Чан соединен с колодцем. Можно брать оттуда холодную воду и греть там же, в бане, чтобы животных поить теплой.

– Ваша магия не используется, значит, можно применять? – восхитилась я.

Ура! Никаких горшков! Лучше топить понемногу каждый день баню и приносить пару ведер кипятка для купания Мелиссы… А вообще, драконочка уже большая, можно и ее в бане мыть! И для дойки с теплой водой будет попроще, и для стирки!

– Артефакт нужно будет заряжать, но это в принципе нетрудно, даже ты сумеешь, – ответил дракон.

– Я? Я просто человек! – отмахнулась я и собралась снова идти в баню.

Лэйран хмыкнул насмешливо:

– Я же тебе говорил, что чистокровных людей очень мало? В тебе примерно поровну человеческой, эльфийской и, кажется, дриадской. А, еще и гномской капелька имеется! А магия все же больше человеческая, – озадачился дракон.

– Ладно, – недоверчиво сказала я, – никакой магии я не чувствую, но буду рада, если вы объясните, как заряжать артефакт, чтобы не таскать воду.

– Они тут везде были, просто хозяева их забрали. А в бане то ли забыли, то ли он неизвлекаемый.

– Везде? – я обвела взором кухню.

– Вот, смотри, – Лэйран показал мне пустое гнездо на рукомойнике, – здесь, кажется, нагревательный только стоял, а вот тут, на кадушке с водой, очищающий. Тут левитирующий…

Обойдя с драконом кухню, я насчитала две дюжины пустующих «гнезд».

– А можно эти артефакты снова купить и установить? – жалобно спросила я.

– Денег нет, – развел руками дракон, – но в принципе на ярмарке купить можно, установить тоже, а заряжать… Если понемногу, то даже твоих сил хватит.

Я расцвела снова – у меня появилась еще одна цель по облегчению себе работы!

Глава 8

Радостно улыбнувшись, я снова ушла в баню, прихватив из соседнего дома замоченное белье – раз воды вдоволь, постираю прямо там.

Намывшись, выстирав все как следует, я вышла в предбанник и пошарила взглядом в поисках веревки. Зимой белье иногда в предбаннике сушили, чтобы не ломалось в морозы. Веревка тут нашлась. Я тщательно развесила нижние юбки, сорочки, чулки, косынки и в самом дальнем углу наткнулась на бочку. Большую бочку с целым рядом артефактов по краю!

Да не может этого быть! Стиральная машинка?

Я тут же рванула обратно в дом, наслаждаясь легкостью шага, и вцепилась в дракона:

– Господин Лэйран, я кое-что нашла! Прошу вас, взгляните и скажите мне, права я или нет!

Дракон нехотя пошел за мной и подтвердил, что бочка действительно «очищающий артефакт большой мощности», а проще говоря – стиральная машинка, похожая на старые активаторные: закладываешь грязное белье, заливаешь воду и мыло, и оно там все бултыхается, потом только выполоскать и высушить.

Я прям расцвела.

Допустим, свою единственную пару штанов дракон сам постирает. А одежда Мелиссы? А постельное? А все те тряпочки, которые накапливаются в хозяйстве ежедневно, от полотенец до кухонной прихватки? Все нужно стирать! А еще лучше – кипятить. Но это я умею, и, кстати, подходящий котел тут тоже есть! Как же все-таки хорошо делать такие открытия!

Мы вернулись в дом и сели за стол.

Бульон из курицы с кореньями, плюс на выбор – лепешки с начинкой или хлеб с маслом и медом, травяной чай и немного мяса с птички – все ушло влет. Потом дракон принес воды для купания Мелиссы, и утомленная впечатлениями и бегом драконочка уснула.

Только вот я видела, что сегодня она устала меньше, чем вчера, а значит, нужно либо увеличить прогулки, работу по дому и прочие хлопоты, либо начинать занятия.

Это я с драконом и обсудила, когда девочка уснула.

Мы налили себе еще чаю, погасили все лампы кроме одной и в уютном полумраке заговорили о важном – о том, как мы будем жить дальше. Стоит ли сохранять весь скот? Птицу? Когда убирать овощи с огорода и куда? Может, сначала продать воск и часть меда, травки и бочки и прикупить муки, крупы, отрубей и тех самых артефактов? А хватит ли на все?

– Еще нужны книги, – сказала я, не забывая про драконочку. – Неплохо бы учебники найти, но на ярмарке в деревне учебники для драконов не водятся. Так что книги для долгих зимних вечеров, бумагу, чернила, иглы и нитки для рукоделия, возможно, настольные игры?

Дракон на цыпочках сходил в гостиную и принес несколько плоских резных коробок:

– Игры здесь есть. Думаю, Балир и его сыновья вырезали их сами, потому и не посчитали большой ценностью.

– Уже неплохо, – я рассматривала резьбу и радовалась, – но до зимы нам обязательно нужно на ярмарку. А еще… Я правильно помню, с другой стороны дома расположен сад?

– Верно, завтра нужно будет посмотреть. Если не ошибаюсь, там тоже не успели все снять, – вздохнул дракон.

Я вздохнула в ответ.

Хлопот впереди много, но без припасов зиму мы не переживем. А ведь нам целый год продержаться надо!

– Еще очень прошу вас подумать о работниках, – настойчиво попросила я, – сейчас кажется, что все легко, пока хозяйство налажено, но дела будут копиться как снежный ком, и однажды нас накроет. А животные и птицы – это ежедневные хлопоты!

– Нет! – мотнул головой Лэйран. – Вы не понимаете, Нина. Мелисса… Ее дракон не появлялся с рождения. Подозреваю, что в этом тоже виноваты родственники ее матери. Есть травы…

Я понимающе кивнула:

– Убогую богатую сироту держать в приживалках легче, чем сильную молодую драконицу. Я понимаю. Так нам ждать появления дракончика?

– Не знаю, – Лэйран взъерошил волосы на голове, – не знаю, чем поили, какие амулеты висели над ее кроватью, но все же Мелли еще мала, и ее дракон может проснуться.

– Если это были травы, – прикинула я, – через недельку начнутся фейерверки. Если что-то другое – не знаю. Чего ждать?

– А?

– Как себя проявит маленький дракон? Спонтанное превращение? Что делать нам? Кормить сырым мясом? Сделать запас одежды, если при внезапном обороте она будет разлетаться на куски?

Мужчина подвис на секунду, потом заговорил:

– Одежда… Может быть. Я не помню, как было в детстве. Взрослые драконы убирают все в пространственный карман, потом все возвращается на место магией.

– А просто магия у Мелиссы есть? – вспомнила вопрос, который я давно хотела задать.

– Есть, но слабая. Ущербный дракон равен человеку…

– Так если у нее магия есть, она сможет заряжать накопители? – обрадовалась я.

Лэйран поперхнулся чаем, потом подумал и согласился.

Магия, оказывается, в чем-то подобна воде, и в момент, когда формируются магические каналы, ее лучше почаще «вычерпывать», чтобы растягивать их.

– Правда, Мелли совсем не пользуется магией, – вдруг задумчиво сказал он.

– Возможно, ей запрещали? – предположила я. – Вам нужно будет завтра поговорить с дочерью и попросить ее помогать нам с бытовыми делами. Я заметила, что мы потратили большой запас дров, да и отрубей мало осталось. Хотите или не хотите, но на ярмарку нам надо!

Дракон вздохнул, что-то посчитал в голове и сказал, что с Мелиссой он поговорит, а на ярмарку мы поедем через два дня. Я зевнула и ушла к себе спать. Если бы я знала, какой ящик Пандоры открыла!

Наутро меня разбудили странные звуки во дворе. Я быстро привела себя в порядок – скрутила волосы в пучок, повязала платком, запрыгнула в деревенское широкое платье и выскочила из дома.

На улице стояла Мелисса, одетая в бархатное пальто поверх ночной сорочки, и странно трубила вслед улетающим птицам. Вслед за мной из большого дома выскочил Лэйран:

– Мелли! Что ты делаешь?

Драконочка опустила лицо и взглянула на нас желтыми глазами с вертикальным зрачком. Смотрела какое-то время, потом моргнула и заплакала:

– Папочка, я так хочу летать!

Дракон кинулся к ребенку – обнимать и неловко утешать, а я скомандовала:

– Давайте-ка в дом! Умываться, завтракать и радоваться тому, что дракончик просыпается.

Они будто и не слышали. Пришлось даже подтолкнуть Лэйрана в нужную сторону, а потом самой возиться с дровами и накрывать завтрак. Кроме чая и хлеба я подала творог с медом и мочеными ягодами, а еще нарезала ломтями окорок – поймав «драконью» волну, Мелли с аппетитом ела мясо, да и Лэйран не отставал. Кажется, животных мы продавать не будем – сами съедим!

Когда все немного успокоились, я предложила Мелиссе после завтрака обойти все наше немалое хозяйство, поискать там артефакты, нуждающиеся в подзарядке, и зарядить их. Лэйран тут же отыскал на кухне один уцелевший камушек и показал дочери, как правильно его заполнять. Да еще строго приказал – если устанет, идти на кухню, греться, отдыхать и есть.

Драконочка радостная убежала, а я рассматривала тот самый артефакт. По мне, так бусина и бусина. Я так и сказала. Дракон хмыкнул и посоветовал посмотреть на «бусину» магическим зрением.

Его слова что-то изменили – в голове словно щелкнуло, и… не бусина, а мягко пульсирующий красным сгусток тонких нитей, кое-где прихваченных узелками.

– Этот накопитель вы уже зарядили? – пересохшим ртом спросила я.

– Да, – подтвердил дракон.

– А незаряженные есть? Вспомнила! На бочке в бане!

Я вихрем помчалась в баню и, вспоминая, как дракон объяснял процесс своей дочери, потянулась к гладким камушкам на «бочке». Прикоснуться, представить, что из кончиков пальцев тонким ручейком течет магия…

Облом! Ничего у меня не вышло.

Разочарованно вздохнув, я вернулась во двор и хмуро сказала вышедшему за мной дракону:

– Идем кормить и доить, сегодня еще в сад надо!

Лэйран не возразил. Но пока я набирала в бане теплую воду для мытья вымени, сказал вдруг:

– Твои магические каналы хорошо растянуты и наполнены. Значит, маг ты опытный. Возможно, у тебя не получилось напитать накопители из-за травмы? Или мой вызов стер тебе память? Я же вижу, что ты иногда делаешь привычные жесты, явно часто пользовалась бытовой магией или просто использовала магию ежедневно. Только не наполняешь жест маной, и результата нет.

– Что? – изумилась я. – Какие жесты? Покажи!

Дракон замялся, потом поставил ведра на пол и показал какие-то щелчки, микрожесты, повороты кистями.

– Вот, я сейчас сдерживаюсь, чтобы не наполнять их магией. Ты, когда задумываешься, иногда пытаешься огонь разжечь щелчком или левитацией поднять тяжелую бадью. Только магией жест не наполняешь, поэтому не получается.

Я потерла висок – очень хотелось облегчить себе ежедневную рутину вот такими жестами. Только коровы уже мычат, козы нетерпеливо стучат копытцами, да и гуси гогочут, напоминая о прогулке. Значит, сейчас берем себя в руки и идем работать! А с магией будем разбираться вечером!

Самоустановка помогла. Я сказала дракону:

– Вечером попрошу вас, Лэйран, помочь мне с магией, Мелли это тоже будет полезно. А пока давайте продолжим работу! – взяла ведро теплой воды и пошла в хлев.

Глава 9

После дойки и кормления скота мы позвали Мелиссу, узнали, что она действительно отыскала изрядное количество накопителей и наполнила их, отчего побледнела и даже носик заострился.

Пришлось вести драконочку в дом – отпаивать горячим чаем, кормить бутербродами с окороком и ставить в печь большую порцию каши с овощами и второй курицей. Пока я возилась у печи, попросила дракона зарубить пару уток – овощи есть, можно и запечь с голубцами. Еще бы свежего мяса на фарш найти.

– Так в леднике есть, – сказал дракон, изумившись моему ворчанию.

– Ледник? Тут еще и ледник есть?

– Конечно! Мелли сегодня зарядила там все накопители, так что до зимы лед точно не растает!

Я не утерпела – пошла с драконом искать ледник. Оказалось, дверка из сеней ведет как раз в ледник! Там даже спуск был, чтобы лед скатывать вниз большими глыбами, благо река рядом! И толстый слой соломы, в которой лежали приличные тушки. Я обошла их, потирая руки. Чуть-чуть подрезанные уже баран, хрюшка и полть говядины. Живем! Средневековую мясорубку я на кухне видела, так что усажу вечером дракона фарш рубить, и будут у нас и голубцы, и котлеты, и пирожки!

Указала мужчине, какие части мне нужны, и, чуть не приплясывая, вернулась наверх. Там Мелисса уже поела, разрумянилась и была готова к новым подвигам. Мясо я пока сунула в холодную воду, взяла пару корзин, подозревая, что в саду нас ждет примерно то же, что на огороде, и мы пошли!

Сад, как и огород, тянулся к реке.

Наверху росли крупные деревья – яблони, груши, айва и еще какие-то незнакомые плоды, похожие видом на крупные зеленые абрикосы.

Падалицы там было…

И корзины стояли у плетня. Огромные – в половину моего роста! Я тут же дала Мелиссе задание – собрать все, что валяется на земле. Хорошие плоды в одну корзинку, очень побитые и червивые – в другую. Дракон предложил дочери сделать это магией, хотя бы частично. Драконочка неуверенно попробовала.

Поначалу все падало, вместо яблок взлетали листья и ветки, гниль попадала в корзинку с приличным фруктами, Мелли плакала и бормотала, что у нее ничего не получится и она никчемная. Тут уже Лэйран встал на дыбы и подробно объяснил ей, что она дочь древнего драконьего рода и просто не может быть никчемной. А я присела рядом и сказала, что у меня тоже не получается. Попробуем вместе?

Не сразу, примерно через час, Мелисса взялась лихо заполнять корзины, используя человеческую магию. А я… на моих способностях после некоторого задумчивого наблюдения дракон обнаружил печать. Причем свежую, поставленную буквально два-три дня назад. То есть перед моим появлением на хуторе?

– Как можно снять эту печать? – спросила я, ощущая неприятную щекотку в области солнечного сплетения.

Дракон покосился на увлеченную драконочку и мотнул головой:

– Позже! Куда отнести эти корзины?

– Совсем плохие фрукты поделите между козами, овцами и свиньями. Те, что получше, будем перерабатывать и запасать. А то, что снимем с деревьев, уберем в погреб и на ледник, может, кое-что продадим.

Он молча взял первую корзину с падалицей и отправился на скотный двор. Я же, вспоминая ряску в корытах у птиц, решила спуститься к реке через сад. Посмотрю, что растет внизу, и заодно разведаю берег. Сдается мне, на этом хуторе все шло впрок.

За плодовыми деревьями потянулись ряды кустов – вишня, смородина, крыжовник, что-то неизвестное, но уже без плодов, конечно. Вдоль забора росли калина, малина, рябина, ежевика… Все аккуратно обрезанные, подвязанные и вычищенные. Ух, да тут просто чудо-люди какие-то жили!

Ниже обнаружились грядки с клубникой – к сожалению, не ремонтантной, и еще незнакомые мне кустики – тоже на грядках и с подвязками. Хотелось руками всплеснуть от умиления и ужаса – в таком состоянии мы точно хутор не сохраним. Тут возникает ощущение, что все работали без передышки круглые сутки!

Внизу в плетне действительно обнаружилась калитка. Я открыла ее и вышла к реке. Широкая река. Спокойная. Берег расчищен, сделаны мостки. На берегу отдыхают три лодки, еще одна качается на волнах. Сарайчик – я заглянула и увидела там подставки для лодок, развешанные по стенам весла и веревки. Связку крупных поплавков из бересты, окрашенных в облупившийся карминовый цвет, верстак, какие-то посудины, черпаки, сети – в общем, что-то мужское и мне практически непонятное.

Дверь я закрыла и вернулась к берегу.

Слева от мостков из воды торчали солидные такие палки. Вернее – шесты. Я подошла ближе и ахнула. Палки держали двойную сеть, в которой, как в садке, плескались крупные рыбины. Пара щук, сом, судаки, налимы… Тут же мелькала какая-то мелочь, видимо, закинутая хищникам на прокорм. Ай да гном и эльфийка! Надо же, какое чудо устроили! Кто-то из сыновей любил рыбачить? «Или у них невестка из русалок?» – подумала я уже безо всякого смеха.

Между тем я обратила внимание на то, что по берегу тянется четкая тропинка. Пошла по ней и хмыкнула. Ну и куркули тут жили! Оказывается, сразу за пасекой река образовывала спокойную заводь. Тут и нашлись черпаки для ряски, колода для выловленного «продукта» и… тележка со знакомыми камушками! Похоже, тут ряску начерпывали, а потом тележкой на магической силе возили вдоль берега к дому!

Черпать я ничего не стала, памятуя о своих нежных ручках, зато заметила и тут вязки тростника. Интересно, где их использовали? Что-то такое я видела… Ну конечно! Чуть по лбу себя не стукнула. На хуторе не было полей, а значит, не было соломы! Тростник использовали как подстилку для животных, а потом загружали навоз в теплые гряды! Ох, чую, придется дракону лопатой помахать! Или все же нанять пять-шесть работников!

Глава 10

К дому я шла быстро – вспомнила, что там обед в печи, и надо бы подумать об ужине. Прошла через огородную калитку, чтобы набрать по пути овощей и зелени.

Когда вошла во двор, остановилась в изумлении – огромные корзины с падалицей выстроились в ряд возле хлева. С другой стороны двора – возле холодных сеней – стояли корзины с теми фруктами, которые дракон и его дочь сочли годными на переработку. Их было столько же. Я за голову схватилась – как все это обработать?

Ладно, обсудим все с Лэйраном. Сначала обед. Судя по всему, Мелли изрядно потратила силы на сбор урожая, ребенка надо кормить!

Дракон и драконочка обнаружились в доме.

– Где вы были, Нина? – недовольно сказал мне мужчина. – Мы вас потеряли! Мелиссе пора есть!

– Ходила к реке, – ответила я спокойно, снимая плащ и подходя к умывальнику, чтобы вымыть руки, – горшок с кашей стоит в печи. Хлеб и мед на столе, масло в масленке. Перекусить можно в любой момент. Накрыть на стол, я думаю, вы тоже в состоянии.

Лэйран насупился.

Ему не нравились мои отповеди. Не воспринимал он мое нежелание становиться для него служанкой. Да и резкие слова из уст молоденькой девушки цепляли. Но внутри я не ощущала себя юной. Опыт, привычки, взгляд на мир – никуда не денешь. А заодно и кое-какое понимание мужской психологии. Уступить сейчас дракону значило навсегда остаться для него на вторых ролях. Служанка, «мамочка», экономка – мне это не подходило. Я хотела узнать, кому принадлежит это тело, почему заблокирована магия и как вообще я тут оказалась. Юная барышня в карнавальном наряде на хуторе в отдаленном углу?

Вымыв руки, я неспешно села за стол и уставилась на дракона. Первым пришел в тепло – берись за дело. Глазик у него дернулся, не без этого, но Мелисса уже ерзала на лавке, а голодный ребенок – несчастный ребенок, так что Лэйран сдался. Шагнул к печи, вынул горшок с приготовленным, наполнил миски. Ложки мы взяли сами. Поощряя трудовой энтузиазм, я вынула из полотенца хлеб и протянула мужчине.

Еще одна проблема – ножи прежние хозяева все забрали с собой. Я чудом нашла какой-то выщербленный обломок с деревянной ручкой и пользовалась при готовке им, а вот резать хлеб, мясо и прочее приходилось дракону – его кинжал вполне с этим всем справлялся.

Лэйран нарезал хлеб, когда Мелли уже наполовину опустошила миску. Я ела неспешно, обдумывая ситуацию с фруктами. В принципе я знаю, как можно прибрать огромное количество падалицы, только…

– Я видела здесь корыто и сечку, а нет ли чего-то еще для измельчения? Если получится сделать фарш, на ужин будут котлеты…

Что такое котлеты, Мелисса не знала, но восприняла вопрос с энтузиазмом. Дракон хмуро ответил в духе – магией все можно порубить без проблем.

– Вот и отлично! Научите Мелиссу? Она может безопасно пользоваться магией, а до ужина не так много времени.

Скрип зубов мне, наверное, послышался, однако отказываться драконище не стал. Понятно, что девочка уже дважды, а то и трижды за день спустившая всю магию, на тонкие действия неспособна. Однако Лэйран увидел на полке ту самую «средневековую мясорубку» и предложил дочери использовать ее. В целом эта штука представляла собой известную мне с детских лет «качалку», только вместо полозьев торчали лезвия. Штуку ставили на колоду или толстую доску и рубили все, что под нее попадало, постепенно поворачивая. Вот с такой штукой драконы и отправились играться в холодные сени. Я выдала им пару кусков мяса и занялась наведением порядка. Потом сходила за фруктами – решила испечь шарлотку. Затем оценила запасы хлеба и поставила опару. Перебрала, помыла и почистила овощи, порубила зелень. И тут мне принесли миску фарша. Я поставила ее на стол и выглянула в сени. Поморщилась и скомандовала:

– Мясорубку, колоду и пол вокруг отмыть. Что забрызгали – протереть! И обязательно горячей водой! Если Мелли умеет очищать магией – тоже сгодится.

Драконы на меня вылупились, а я безжалостно добавила:

– Поработали – приберите инструмент! Будете молодцами – успею сладкий пирог испечь!

Лэйран открыл рот, чтобы сказать что-то неприятное, а Мелисса дернула его за рукав:

– Пап, а мне можно будет сладкий пирог?

И как-то так она спросила, что нам обоим стало понятно – сладкое драконочке перепадало нечасто. Может, поэтому она такая маленькая и худенькая? Сам-то дракон не качок, но рост и ширина плеч у него приличные.

– Будет порядок, будет пирог! – решительно сказала я и вернулась в кухню – резать яблоки и груши, взбивать белки. Конечно, дракон морщился и кряхтел, как старик, а вот Мелисса скакала вокруг него с нешуточным энтузиазмом, расспрашивая про всякие бытовые чары. В итоге они все отмывали руками – забрызгать умудрились даже окна, а я неспешно приготовила огромную шарлотку и два поддона запеченных котлет. На гарнир потушила капусту и решила, что вопрос с ужином и частично с завтраком решен.

А дальше снова замычали на выпасе коровы, заблеяли козы, и я, тяжело вздохнув, взялась за подойник.

Со двора появилась Мелисса:

– Тетя Нина, тетя Нина, а можно мне снова масло взбивать? Оно уже кончилось!

Я без вопросов налила в маслобойку сливки и отправила драконочку угощать коз яблоками. Пока она бегала с ними по загородке, я доила коров, а дракон разносил болтушку. Отрубей уходило очень много! Даже с добавкой падалицы. Так что ярмарку я ждала с нетерпением и прикидывала, что еще можно продать без потери для хозяйства, потому как купить нужно было много.

Пока я возилась с молоком, Мелли прибежала с готовым маслом. Дав ей задание накормить собаку, я вновь наполнила маслобойку и поставила варить новую порцию творога. Вот бы найти сычуг, тогда можно и на сыр замахнуться! Хотя… видела ведь я коробку на полке. В ней соль, дорогие покупные пряности и… Надо перебрать!

Сычуг я нашла, погладила себя по голове за догадливость и убрала его обратно. Сегодня точно ничего варить не буду! Хватит того, что есть. Не буду увеличивать себе работу. Можно приготовить сыр из творога, да и творог мы неплохо едим, как и масло.

Приняв решение, я занялась своими делами – собрала высохшую одежду в предбаннике, унесла в свой дом, приготовила комплект на утро, а грязное понесла к «бочке-стиралке»:

– Как же тебя включить? – бормотала я, разглядывая это сооружение.

– Сначала стоит налить воды! – прозвучало над ухом, и я подпрыгнула от неожиданности.

– Вы меня напугали! – ткнула в дракона пальцем.

Он промолчал, возвышаясь надо мной, как скала.

– Налить воды – это замечательно, но я даже подойник с молоком переставляю с трудом, а тут надо ведро поднять на высоту груди!

Дракон сложил руки и уставился на мою грудь.

Ну да, ему-то едва до пояса поднимать придется. Что поделать, в этом теле я действительно очень изящная и тоненькая. А работа по дому – непосильная нагрузка. И не потому, что тело слабо. Просто для таскания ведер нужны другие мышцы. Судя по некоторым движениям, которые я совершаю бессознательно, это тело не только магичить умело, но и танцевать, и… что-то еще, чего я не понимала. Ничего, разберусь со временем.

Дракон все стоял, и я поняла, чего он ждал – моей просьбы! Желательно униженной. «Ах вот как, – я нехорошо прищурилась, – мальчик обиделся, что его заставили самого накладывать кашу в тарелки!»

– Что ж, раз мне это не по силам, – вздохнула я печально, сгребая свой узел с женской мелочевкой, – придется вам, господин Лэйран, руками постирать свое белье, простыни, а также сорочки и нижние юбки Мелиссы. Девочки не должны ходить в грязном! Не забудьте все хорошенько выполоскать, от щелочного мыла случается сыпь на коже!

Дракон скрипнул зубами, наблюдая за тем, как я черпаю горячую воду, наливаю в таз, бросаю в него косынку и начинаю намыливать.

Зубы скрипели-и-и-и!

Я же, чуть не напевая, проверила, хорошо ли отстирался край, чуть пополоскала треугольник ткани, выжала, кинула на лавку и взялась за нижнюю юбку.

Тут в баню заглянула Мелисса:

– Тетя Нина, а что это вы делаете?

– Женскую работу, детка, – ехидненько ответила я, – белье стираю.

– А можно мне?

– Можно! Неси свой носовой платок, косынку, сорочку и нижние юбки!

Девочка убежала, а дракон молча прошел в баню и зачерпнул ведром из чана горячую воду.

Когда Мелли вернулась с ворохом белья в руках, бочка уже наполнилась кипятком наполовину. Девочка с интересом сложила одежду на скамью и уставилась на меня. Я спокойно сказала:

– Сейчас твой папа принесет свои рубашки, и мы все постираем в этой большой бочке. А пока я тебе покажу, как нужно намыливать тонкие ткани и пятнышки.

Дракон катнул желваками, но за бельем сходил. Мелли очень понравилось мочить и намыливать тонкий лен, и она с энтузиазмом припахала к развлечению родителя. Пришлось Лэйрану брать шайку, наливать воду, мочить свои портки, мылить и под присмотром дочери складывать в «бочку». А дальше заработала магия. Мелисса активировала накопители, вода забурлила и принялась крутить и таскать белье, вымывая пыль, пот и соль.

– Как только докрутит, нужно будет все хорошенечко прополаскать и развесить вот тут на веревке, – я показала драконочке натянутые ряды возле печки. – А можно сложить в таз и постирать в этой же воде что-то другое. Например, платья или камзолы. Только если они из простой, грубой ткани. Твое пальто, например, стирать нельзя. Можно только чистить или проветривать. Если хочешь, покажу потом, как это можно сделать.

Мелисса, конечно, быстро утомилась наблюдать, и «бочка» утихла. Да больше и не надо было.

Я поискала глазами и нашла обычную толстую палку, похожую на черенок от лопаты. Отличалась она белизной и потертостями – явно этой штукой вылавливали белье из «бочки». Так что я показала Мелли новый аттракцион, выловив белье в таз, и предложила постирать в этой самой машинке еще что-нибудь. У драконов больше ничего не нашлось, так что я закинула в бочку полотенца и простыни и, пока они крутились, показывала драконочке, как нужно полоскать в тазу носовые платки.

Дракон стоял рядом и морщился. Однако после завершения стирки слил воду – там, оказывается, пробка была! И дырка в полу! Набрал в бочку холодной воды из чана, добавил немного горячей и закинул белье, чтобы прополоскать.

Я восхищенно закатывала глаза, хвалила Лэйрана перед дочерью и рассказывала ей, что настоящий мужчина, несомненно, должен уметь мыть полы, носить воду, чистить коней и готовить еду – иначе как же он отправится в поход? Как устроит дом для своей принцессы, если не знает, как постирать свои рубашки? В общем, расписала девчушке идеального мужчину, способного и врага зарубить, и кашу сварить, и белье постирать.

– Папочка! – восторженно запрыгала на одной ножке драконочка. – Ты у меня самый лучший! Лорд Саридер совершенно точно не умеет махать мечом и стирать!

Выражение лица у дракона было такое… Я отвернулась, чтобы скрыть усмешку, но, конечно, он все равно догадался, что я кисну от смеха. Ничего-ничего, драконище, ты у меня всему научишься!

Глава 11

Стирку мы все же закончили – я выловила белье, показала драконам, как его отжимать и развешивать. Сама ограничилась косынками и полотенцами – все тяжелые, крупные вещи отжимал и развешивал дракон. На все его мрачные взгляды я предлагала простыню Мелиссе, и он тут же кидался помогать своей девочке. Она, значит, сокровище и не должна, а я? У меня такие же маленькие и нежные руки, которые я не собираюсь портить!

После стирки мы вернулись в дом, и я первым делом нашла баночку с кремом для дойки и обильно намазала руки себе и Мелли, объясняя, что это и зачем.

– А папе? – спросила девочка.

– У мужчин кожа грубее, но после стирки, конечно, нужно смазать, щелок очень разъедает кожу!

Дракон от нас пытался отмахнуться, но Мелиссе отказать не мог. И тут я заметила кое-что интересное. У Лэйрана действительно покраснела кожа на руках! Крем успокоил воспаление, но ситуация меня все равно насторожила.

– Лйэран, почему ваша кожа настолько чувствительна? У меня и Мелиссы руки покраснели, потому что прежде мы не занимались стиркой и щелочное мыло увидели тут в первый раз. А вы…

– Я тоже занимался стиркой первый раз! – буркнул дракон.

– Не верю, – покачала я головой, – но если не хотите рассказывать, не стану настаивать. Пойдем, Мелли, приберем со стола, вымоем посуду и ляжем спать. Если хочешь, я расскажу тебе сказку.

Сказку Мелисса хотела сразу, но я настояла на небольшой уборке на кухне, вздохнув мимолетно о том, что пол уже очень грязный. Возможно, раньше его очищали артефактом, но теперь придется брать в руки тряпку и мыть водой с щелоком. Бедные мои ручки!

К моему удивлению, дракон с нами не пошел. Поцеловал Мелиссу в щечку, пожелал добрых снов и подтолкнул малышку идти в спальню со мной. Я удивилась и обрадовалась. Давно не представлялось мне случая повозиться с маленьким ребенком в удовольствие. Даже самые юные внучатые племянники вошли в подростковый возраст, а тут такое сокровище!

Однако лезть к девочке с нежностями я не стала. Просто подозревала, что после ухода матери ее перебрасывали от одной няньки к другой, и каждая начинала умильно сюсюкать. Я не хотела играть в малышку, как в куклу, хотя руки чесались помочь ей снять испачканное платье, разобрать ослабевшую косу, пройтись по волосам частым гребнем. Вместо этого я принесла в детскую кувшин горячей воды и показала малявочке, как нужно умываться над тазом «как взрослая».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.