Анастасия Либсон
Через тернии к Астре

Глава 1

15 дней до конца света.

Блажен читающий и слушающие слова пророчества сего

и соблюдающие написанное в нем;

ибо время близко.

Откр. 1:3

Не понимаю, почему няня не даёт мне эту книгу читать. Мало что понятно, и к тому же плохо применимо в реальной жизни. Но общий посыл правильный. Наверное, возьму с собой.

Из дневников Б.Д.

– Почему все опять молчат? Никто не сделал дополнительную задачу?

Фирс замер, выжидая. В его тетради под ровно выведенным “Домашнее задание” не было ничего, кроме пары закорючек. Вчера его личный учитель заболел, а Фирс не смог себя заставить позаниматься… Не то что дополнительное задание не сделал, а вообще ни одного. Хуже того, он был уверен, что математичка обязательно его спросит. Когда твоя фамилия начинается на “А”, – нужно либо хорошо учиться, либо менять фамилию…

С другой стороны, если не высовываться, ситуация может поменяться к лучшему.

Он с надеждой посмотрел на первую парту. Может быть, снова повезёт? Ну же…

Три… Два…

– Ну? Вы правда такие лентяи? Ни один человек не…

Один.

– Я. – Рука Астры Гри́вы взлетела вверх. Она отодвинула стул и встала – только золотые кудри взметнулись.

– Астрочка, что же ты молчала? Я так и знала, что это будет Грива. Давай, выходи к доске.

Класс ещё выдыхал от секундного напряжения, – кто до конца уверен в том, что тот самый отличник ответит за всех? – а она уже стучала мелом по доске, выводя число за числом.

Фирс откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. То, что Грива училась в их классе, было настоящим благословением – беспощадный лазер внимания учителей переставал быть волей случая, и становился константой, неизменно сходясь на Астре. Доклады… Организация всяких школьных вещей… Иногда им даже бывало стыдно, что всё это делает одна девчонка, но что поделать, если у неё получается. Да ведь она сама первой поднимает руку, думал Фирс, прикидывая, стоит ли переписывать в тетрадь ответы с доски.

Просто бывают люди, которым всё даётся легко. Может быть, ей и личный учитель не нужен, вдруг с изумлением подумал Фирс. Хотя это, наверное, было бы слишком…

Вздохнув, он взялся за ручку.

* * *

Она вернулась на своё место и перемигнулась с Ю́лианом. Тот только фыркнул и произнёс что-то одними губами – ей показалось, что она разобрала слово “выпендрёж”. Ну да, выпендрёж. Ну и подумаешь!

Астра сидела вчера за уроками весь вечер. Но это того стоило. Все думают, что отличники получают свои оценки просто так… потому что они умные, или потому что учителя их любят…

На перемене, по пути в столовую, их догнала Злата.

– Ну ты, Грива, даёшь. – Злата хихикала. – Каждый раз одно и то же, но я всё равно переживала. Вот честно, я вчера смотрела на эту задачу и думала – ну ведь никто не станет этого делать, и математичка снова психанёт… Почему это всегда ты, а?

– А кто, ты, что ли? – Юлиан неспешно шагал, потягиваясь. – Как будто ты вообще хоть что-то делаешь. Она-то поди сидит и учится. Да, Грива?

Астра пожала плечами.

– Когда как. Ты сдал проект по географии?

Юлиан зевнул.

– Нет. А вы?

– Честно, я открыла и закрыла сразу же. Тоска. Мне вот дядюшка из путешествий привозит та-акие штуки, – мечтательно протянула Злата. – География и рядом не валялась!

– Грива, ты ведь врёшь, ты давно уже всё сделала, – вздохнул Юлиан.

– А вот и нет! – засмеялась Астра. – Точнее, не всё. Проект-то объёмный.

– И списать ты, конечно, не дашь, – заключил он, искоса посматривая на неё сверху. – Из принципа.

– Вам только палец в рот положи, сразу откусите, – огрызнулась Астра. – Я знаю, что это дорожка в один конец… Могу предложить только океан поддержки, заботы и любви.

Перебрасываясь шутками, они пришли в буфет. Правда, называть это место буфетом или столовой у Астры не поворачивался язык – это было больше похоже на какой-нибудь кафетерий из центра города. Под потолком мерцали люстры, дрожа стеклянными подвесками. За изящными высокими столиками сидели ученики: кто-то болтал, кто-то учился. При первом взгляде на витрины хотелось купить всё: всевозможные салаты, супы, сэндвичи, паста и морепродукты, а отдельно, как маленький праздник – пирожные…

– Ну что, Грива, сегодня опять на диете? – хихикнула Злата. – Как ты так выдерживаешь, я понять не могу. Я один раз попробовала прожить день без сладкого – это был худший день в моей жизни, честное слово…

– Для Гривы здесь еда недостаточно хороша, – насмешливо сказал Юлиан, окидывая взглядом витрины. – Вот увидишь, опять ей ничего не понравится. Хотел бы я знать, что тебе готовят дома, что ты не можешь всё это жрать…

Астра только усмехнулась и подошла к кассе, сжимая в руке купюру.

– Можно кофе, пожалуйста. И воду.

– А мне молочный коктейль… и супчик с мидиями… и чиабатту… а где карточка? – Злата растерянно захлопала себя ладошками по карманам. – Ну вот! Ребята, одолжите мне, пожалуйста, я опять посеяла…

– Да бери так, это же фигня. – Юлиан положил чёрную банковскую карту поверх Астриной мятой купюры. – Я за эту растяпу плачу. Мне можно, пожалуйста, стейк и три эклера. Видишь, Грива, даже я не такой привередливый.

Они устроились за столиком у окна. Астра небрежно отхлебнула из бумажного стакана с золотистым гербом их школы.

– А меня мать опять тащит на каникулах во Францию. Как меня это задолбало, вы бы знали… – Юлиан расчленил свой стейк, умело орудуя блестящим ножом. – Мечтает, чтобы я там учился. А я в гробу всё это видал.

– Зато там круассаны вкусные, – со знанием дела заметила Злата. – А тут просто картонные, есть невозможно. Астрочка, передай салфетку, пожалуйста…

– На. – Астра великодушным жестом протянула ей всю пачку. – А ты куда на каникулы?

– Ой, не знаю. Куда скажут. Мне даже всё равно, знаете, я просто люблю процесс – чемодан, самолёт… томатный сок…

– Фу, я в самолёте не могу есть, – скривился Юлиан. – Тошнит же.

– А если в Штаты? Голодным, что ли? – удивилась Злата. – Не терпеть же всю дорогу…

– А я сплю или сериалы смотрю, мне нормально… А ты, Грива? Если здесь не ешь, то в самолёте и подавно.

– Смотря что дают. – Астра задумчиво поболтала в стакане кофе. Запах был умопомрачительный. – Томатный сок я тоже люблю.

– Кровь невинных помидоров… – Неразборчиво пробормотал Юлиан, вгрызаясь в стейк. – Мы ушли от темы. Что с географией будем делать? Я так понял, мы все не готовы, а сдавать к концу недели.

– Нам Грива обещала заботу и поддержку, – заметила Злата, подхватывая губками соломинку молочного коктейля. – Я ловлю на слове.

– Хотите вместе делать? Но я предупреждаю, ни слова не дам списать.

– Надо вместе, – решительно сказал Юлиан. – Я один не сяду за это дело. Усну через полчаса. Меня ведь надо кому-то будить…

– К кому пойдём? – оживилась Злата. – У меня мы уже на прошлой неделе сидели. Я не против, но хочется какой-то новизны, знаете ли.

– В моём крыле ремонт делают, лепнина в коридоре обвалилась. Рабочие гремят, лестницы какие-то переставляют… – пожаловался Юлиан. – Не очень-то учебная обстановка.

– А может, нас Грива наконец-то к себе пригласит? – хитро улыбнулась Злата. – Астрочка, ну пожалуйста, мы будем тихо…

– Вы же знаете, какие у меня предки, – пробурчала Астра. – Они меня убьют, если я заикнусь. И вообще, ты права, нам нужно что-то новенькое. Как насчёт библиотеки?

– Но ведь туда нельзя с едой! – возмутилась Злата. – А мне нужно что-то жевать… Юлиан, ну может ты её уговоришь?

– Грива, я купил тебе эклер, пусти нас к себе домой! Ну пожа-алуйста! Видишь, она и взяток не берёт. Помяни моё слово, должен наступить конец света, чтобы она нас пригласила. – Он пожал плечами. – Боюсь представить, что у тебя за предки. Ты так про них говоришь, что они мне пару раз в кошмарах снились.

– Что поделать, чиновники – другая каста, – разочарованно протянула Злата. – Не то, что мы с тобой – простые бизнесмены. Жрём, что дают… в гости всех можно… ну, почти всех… так что, всё-таки библиотека?

Астра незаметно выдохнула, чуть сильнее сжав стакан.

* * *

Ещё из-за двери она услышала, что дома опять скандал.

Рука дрогнула, когда она вставила ключ в замочную скважину обшарпанной двери. Хоть бы они были у себя в комнате, хоть бы не столкнуться… Что, если там вино? Она поплотнее запахнула куртку, чтобы, не дай бог, не запачкать форму. Мало ли что, под горячую руку… Потом будет не отстирать.

В коридоре, как обычно, было темно. Чернели по сторонам тумбочки, жухлые цветы в горшках и велосипеды. Их комната была дальняя, и каждый раз, когда она шла по этому коридору, коммуналка как будто отзывалась: то в одной комнате залает собачонка, то в другой – заплачет ребёнок… Из дальней комнаты доносились слегка приглушённые крики. Если это продолжится, скоро кто-нибудь выйдет… У Астры от стыда потеплели щёки. Только не снова.

Может, вернуться и подождать на лестнице? Но тогда ей достанется. Во-первых, будут орать за то, что она позже пришла домой (отчим даже пьяным высчитывал ей время возвращения до минуты), во-вторых, мать ещё чего доброго подумает, что она курит (на площадке дым стоял колесом). Тогда общее недовольство найдёт себе новую цель.

Нет, лучше незаметно проскользнуть… И сразу сесть за уроки… Но как же хочется есть! Астра обхватила болезненно ноющий живот рукой. Может, на кухне что-то осталось? Она вспомнила, что спрятала в ящике письменного стола немного печенья. Это будет лучше, чем идти на кухню – там ей может встретиться бабка-соседка, которая уже почти рехнулась, и ей постоянно нужен собеседник, свои-то родственники уже давно не приезжают…

Решившись, Астра потянула на себя дверь их комнаты – точнее, это была дверь в небольшой “предбанник”, заваленный всяким хламом – коробки, старые лыжи, сломанная микроволновка… Здесь же были крючки для верхней одежды, но с этим Астра решила повременить, и осталась в куртке.

У них было целых две соединённые комнаты: одна “отдельная” и одна проходная – в неё попадаешь сразу из предбанника. В проходной жила Астра, а по совместительству комната служила прихожей, гостиной и столовой. Она называлась “залом”. В комнате с дверью – “спальне” – жили родители.

Стараясь не дышать, Астра переступила порог.

Не повезло.

– Явилась! – заорал он. Мать плаксиво переводила взгляд с неё на отчима и обратно, и Астра поняла, что защищать её в этот раз никто не будет. – Нихрена по дому не сделано, а она гуляет!

Защищая форму, Астра отступила на полшага назад. Отчим – дядя Кир – был уже весь красный, значит, они тут орут не меньше часа. По какому поводу? Неужели из-за неё? Но она ничего не сделала.

– Я была в школе, – нерешительно заметила Астра. – Мне нужно уроки делать, можно, я пойду в библиотеку?

– Ты посмотри! – он тяжело дышал. Видимо, то, что говорила Астра, каким-то образом подтверждало его позицию в споре с матерью. – Такая здоровая кобыла, врёт, бездельничает… В доме помойка… Ты полы когда мыть будешь? Какая библиотека?!

– Я ведь мыла в понедельник. – Она решила не лезть на рожон. – Сегодня вечером могу ещё раз… Дядя Кир, что-то случилось? Мам?

– Садись. – Он грузно опустился на деревянный стул с рваной обивкой. – Давай, мать, говори, что мы решили.

Мама подняла на неё глаза – опухшие, краснющие, безжизненные. Астра медленно села.

– Тебе пора начать работать, Астра, – тонким голосом сказала она. – Мы решили…

– В смысле? – опешила Астра. – Я же… Школа…

– Ну какая школа, заечка, ты посмотри, как мы живём… У тебя мозги есть, на работе-то их поди лучше применишь… Так будет лучше, – явно сама себе не веря, шептала мама. – Ну какая школа… Столько времени у тебя отнимает… Кир прав, ты даже готовить перестала… Хозяйка-то какая растёт из тебя? Ты же большая уже, моя девочка, я в пятнадцать-то лет уже…

– Я в пятнадцать! Шофёром! – грохнул отчим. – У нас в семье! Да чтоб такая кобыла, и не работала!

Астра моргнула. Они, конечно, и раньше бывали недовольны школой, но маме всегда нравились грамоты в золочёных рамках, которые она приносила домой. Мама любила говорить соседям, что дочь у них умная, что наверняка станет врачом… Астра никогда не хотела стать врачом, но и начинать работать шофёром в пятнадцать у неё желания не было. Это что ещё за новости?

Правда, теперь она начала припоминать, что любые слова о школе или учёбе в последнее время вызывали у дяди Кира раздражение. Мысли о том, чтобы отправить её работать, видимо, какое-то время зрели в его постоянно изменённом сознании, и теперь дали первые ростки. Астра сглотнула. Это было плохо. Теперь всё зависит от её умения сглаживать конфликты… Если ей удастся это вывести на позитивную ноту, можно избежать последствий. Просто очередной скандал.

– Если я закончу девятый класс, смогу поступить в техникум, – осторожно сказала она. – И сразу начну работать. Обещаю.

Это была наглая ложь. Разумеется, она не собиралась ни в какой техникум. Но девятый класс ещё только начинался, и за это время она что-нибудь придумает. А то, глядишь, пройдёт несколько месяцев, они и забудут про эту идею…

– В техникум! В какой техникум? – возмутился дядя Кир, но Астра почувствовала, что напор в его голосе стал куда меньше. Значит, надо давить.

– Я и сама хочу работать! – твёрдо заявила Астра. Теперь она поняла, что говорить. – Конечно, я хочу, я ведь тоже вижу, как мы живём! И кому понравится одиннадцать лет торчать в школе? Я уже давно хочу. Но кто меня возьмёт на работу без школьного аттестата? Понимаете? Обязательно нужен аттестат. Я полностью согласна, надо работать.

– Кирушка, послушай, а ведь аттестат… А в техникуме если сразу работать, а? – залепетала мать. – Ничего ведь, а?

Дядя Кир тяжело смотрел на Астру исподлобья. Молчал.

– Всё, решено. В библиотеку тогда не пойду сегодня, – быстро сказала она. – Лучше что-нибудь приготовлю. Давайте макароны с фаршем? Есть фарш, мам?

– Замороженный есть, заечка, посмотри в нашем ящике в морозилке… А макарошки в шкафчике здесь, ещё остались. И полы, заечка, надо ведь, Кирушка прав, надо привыкать… А мы пока с Киром… сейчас…

– Но чтоб в последний раз! – взревел отчим, непонятно что имея в виду. Они удалились в спальню. Зазвенело бутылочное стекло.

Уже на кухне, сжимая зубы от разочарования, она настрочила сообщение Юлиану: “Меня не пустили. Идите без меня”.

* * *

Слава богу, что внутри школы мобильные телефоны были запрещены. Друзья считали её увлечение ретроградскими кнопочными мобилками забавной причудой, а вот другие ребята в классе могли бы этого не понять. Сейчас её телефон, похожий на маленькую рацию, выходил из себя, бесконечно жужжа входящими сообщениями. Внимание друзей грело ей душу, но отвечать пока было нельзя – сначала доделать уроки. И все дополнительные задания. И, конечно же, проект по географии…

Астра сидела, скрючившись, за маленьким столиком у кровати. На улице уже давно стемнело, и ей пришлось зажечь настольную лампу. Жёлтый свет был настолько горячим, что у неё потели ладони.

Упражнение за упражнением, пример за примером – помимо прочего, это был её способ справляться с ежедневным напряжением, которое устраивала ей жизнь. А может быть, она сама делала это с собой; думая об этом, Астра часто вздыхала и переводила взгляд на чёрный прямоугольник окна. Не так выматывали её бесконечные домашние задания и работа по дому, как необходимость постоянно лгать – друзьям, семье, всем вокруг. И вроде бы ничего такого не было в этой лжи, кто-то, наверное, и ложью её называть не стал бы – но Астра уставала, как будто нигде не могла расслабиться и почувствовать себя в безопасности.

Впрочем, если бы кто-то предложил ей другую жизнь, не насыщенную такими драмами – она бы сто раз подумала, прежде чем согласиться.

Скоро начнутся олимпиады – Астра будет в них участвовать. Потом начнутся новогодние капустники – о, Астра будет всех организовывать! Потом надо будет делать какие-нибудь стенгазеты… произносить речь на общем празднике… участвовать в волонтёрской программе… Астра будет это делать. Ради того, чтобы продолжать свою чудесную школьную жизнь, она готова была трудиться хоть в десять раз больше. А дома – что ж, дома она, так и быть, помоет полы, приготовит очередную дрянную еду из самых нищенских продуктов, будет спать на этом продавленном вонючем матрасе… Пока не закончит школу. Всего три года! Потом и ноги её здесь не будет.

Ближе к полуночи она решила сделать перерыв. Послушав пару минут у двери, – нет ли кого на кухне, – она прокралась туда, поставила на газовую плиту тяжеленный железный чайник. Села на табуреточку и стала ждать.

Через какое-то время высокая деревянная дверь вдруг скрипнула, заставив Астру вздрогнуть от неожиданности. Это была соседская девчонка из комнаты напротив. Она высунулась на кухню с полотенцем наперевес и издала разочарованный возглас, увидев Астру.

– Ты в душ? – Астра устало потёрла глаза. – Подожди, пока я чайник кипячу. Садись куда-нибудь.

Астра даже не помнила, как её зовут – Лира, Лита, Лика… Девчонка была примерно её возраста, но на фоне Астры походила на привидение. Её как раз местная жизнь вполне устраивала. Это было то, чего боялась Астра – неприметное, жалкое существование, полное тупого безделья. Телевизор, фарш с макаронами, рыжий рваный диванчик, редкие вылазки в продуктовый за углом, вечные крики и ссоры, алкоголь… Астра могла ей только посочувствовать. Это с одной стороны. А с другой – в глубине души ей было всё равно. Если беспокоиться обо всём на свете, можно сойти с ума. Они были на равных – и Астра создала себе шанс, а она нет. Пусть даже ради этого приходится так стараться…

Чайник всё не закипал – воды было многовато. Астра выжидала, зная, что очень раздражает соседку: та не могла помыться. Душ стоял на кухне, как и во многих квартирах этого типа. Ржавая, грязная коробка в белых потёках жёсткой воды, занавешенная клеёнкой. Чтобы им воспользоваться, Астра вставала раньше всех – сама мысль о том, что кто-то может стоять под дверью и слушать, как она моется, вызывала у неё отвращение. А девчонка протянула до ночи – и вот результат. Ещё повезло, что это она, Астра, а не какой-нибудь дед.

Снова зажужжал телефон. Астра мельком глянула – входящий вызов. Юлиан.

– Тебе звонят, – недовольно сказала Лира-Лита-Лика. – Чего не берёшь?

– А тебе какое дело? – огрызнулась Астра. – Я же не спрашиваю, что ты собралась делать в душе.

Впрочем, ей и самой очень хотелось взять трубку. Это была ниточка в тот, другой мир, в котором она жила совсем по-другому, в котором её любили, пусть и не знали, кто она на самом деле…

Палец сам собой потянулся к кнопке. Но пока она размышляла, чайник наконец засвистел.

Уже в комнате, раздвигая завалы учебников, чтобы поставить между ними кружку, она снова почувствовала вибрацию телефона. Окно рядом со столом слегка запотело от пара, проявляя старый рисунок пальцем – подмигивающий смайлик из трёх чёрточек. Типа, улыбнись, всё не так уж плохо.

Ладно, может, что-то случилось? Оглядываясь на дверь спальни, Астра решила забиться в предбанник для пущей конспирации. Сердце ухнуло; она даже не знала, почему так боялась общаться с ними здесь, в этой квартире… Но ей казалось, что именно в такие моменты она обманывает их больше всего.

“Ало?”

– Привет, – прошептала она. – Ты чего, ночь на дворе…

“Я хотел убедиться, что тебя не похитили, – заявил Юлиан. – Чё, реально не пустили? Почему? Мы вдвоём сидели как идиоты, я полстраницы написал и сдулся. А ты как?”

– Нормально, спать уже ложусь, – соврала она. Почему-то ей не хотелось рассказывать им, как много ей приходится учиться. – Ты в порядке? Что-то у тебя голос странный.

“Нормальный голос, – Юлиан прокашлялся. – Так что, тебя не убили там?”

– Пока держусь, – на автомате пробормотала Астра. – Надеюсь, до завтра дотяну…

“Это хорошо. – Он замолчал. На заднем фоне тихо играла музыка. – Кстати, я тут кинцо интересное нашёл, давайте на выходных сгоняем? Там пацан выживает в условиях постапокалипсиса, и у него ещё конфликт с матерью, очень хорошие рецензии…”

– О, – Астра постаралась не выдать замешательства. Где достать деньги на кинотеатр? – Можно… Если успею…

“Во, сходим, я хоть с вами обсудить смогу. А то только комментарии в интернете пишу, надоело… Ты там как-нибудь умасли своих родителей, подготовь, а то вдруг опять не пустят? Нам без тебя грустно будет, – Юлиан звучал весело-равнодушно, но сквозь это обычное для него настроение пробивалось что-то ещё. Не знай она его так хорошо, подумала бы, что он чем-то расстроен. – Так что, спишь там уже?”

– Типа того, да, – Астра рассеянно провела рукой по облезлой полке рядом с собой. На пальцах осталась густая пыль. Она поморщилась, оглянулась, но не нашла, обо что вытереть и просто отставила руку от себя на безопасное расстояние. – Слушай, Юлиан, мне пора. Пока мои похитители не вернулись.

“Да, конечно, я и забыл… Ну, номер знаешь – если что, наберёшь, – зачем-то бросил он. Музыка в трубке становилась то громче, то тише, и Астре показалось, что Юлиан ходит туда-сюда, то приближаясь к источнику звука, то удаляясь от него. – Тогда, спокойной ночи?”

– До завтра, – прошептала она. И нажала “отбой”.

В воздухе повисла ночная тишина, сквозь которую пробивался только далёкий звук льющейся на кухне воды. Астра постояла так немного, собираясь с мыслями. Вытерла руку об удачно подвернувшуюся тряпку.

– Я всё придумаю, – пообещала она себе. – Выкрутимся, выберемся, проскользнём, не мытьём так катаньем…

Кружка с чаем ждала её на столе, предвещая долгую ночь впереди.

Глава 2

13 дней до конца света.

Се, гряду скоро;

держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего.

Откр. 3:11

Стоило везти сюда эту тонну вещей, чтобы теперь собирать всё это обратно. Перечитываю “Откровение”. Кажется, с первого раза я не всё поняла.

Волнуюсь? Немного. Чуть-чуть. Прочитала про школу, куда они хотят меня засунуть. Уверена, там будут одни придурки.

Из дневников Б.Д.

В школу Астра приходила раньше всех. Одноклассники думали, что это дань её позиции отличницы, но на самом деле она не могла никому позволить увидеть, как добирается до школы.

Её друзей привозили в школу личные водители, или, на худой конец, такси. Астра приезжала на троллейбусе. Она подозревала, что Злата и Юлиан даже не знают, как купить в нём билет.

Школа находилась в другом районе, и этим было всё сказано. Астра жила на юге города, где дома были постарее и пониже, а на улицах часто встречалось одностороннее движение, и гораздо реже – пешеходные переходы.

Город делился узкой и длинной рекой Падубкой примерно пополам. На меньшей, северной, половине как раз и находилась школа. Там всё было… по-другому. Дома на севере стояли высокие и светлые, как будто стремящиеся в небо, с небольшими лёгкими балкончиками и неизменными белыми барельефами у парадного входа. Широкие проспекты, кафетерии, движение, какая-то весёлая и целеустремлённая суета – Астре нравилось здесь всё.

И школа была такая же – высокое, белое, красивое здание. Конечно, изначально она не должна была здесь учиться. Но школа была государственной, и поэтому призрачное право на обучение у неё всё-таки имелось… Когда Астра была помладше, и бабушка ещё была жива, Астру каждую неделю возили на север – на дополнительные занятия. Иностранные языки, арифметика, искусство… Когда-то они могли себе это позволить, со скрипом, но могли. Сейчас Астра понимала, что это по большей части была заслуга бабушки.

Вопрос выбора школы в семье никогда не стоял – школа была у них в соседнем дворе, такая же облезлая и рыжая, как и все дома в округе. Каждый день проходя мимо неё, Астра неизменно внутренне вздрагивала, думая о том, какой могла быть её судьба. Но всё сложилось иначе.

В холле Астра внимательно оглядела себя в широком зеркале, чтобы убедиться, что выглядит прилично. Как дорого ей обошлась эта форма! Другие платили за неё деньгами, а Астра – даром убеждения и борьбой с собственным страхом. Когда она поступила, оказалось, что бесплатное в школе только само образование, а за всё остальное надо платить. Красивая бежевая форма – пиджак, мягкий вязаный жилет и плиссированная юбка до колена, а ещё чёрные туфли на квадратном каблуке, кожаный портфель на лямках, фирменный спортивный костюм… А что говорить об учебниках, о сборах на особые школьные расходы, праздники, мероприятия! Всё это было для неё непостижимо дорого. Астра на секунду представила, какое было бы лицо у дяди Кира, если бы она выкатила им счёт на эту сумму, и расхохоталась. Звук разнёсся по гулкому пустому коридору.

Первую стипендию ей “выбила” бабушка. Потом Астре уже приходилось заниматься этим самой. Разумеется, никаких денег на учеников в школе предусмотрено не было; но Астра всегда хорошо умела доносить свою позицию. Она научилась приносить школе пользу, выигрывая конкурсы и получая награды, и в конце концов совершенно влюбила в себя молодую завучиху. Когда Астра, чуть не плача от неловкости, впервые пришла к ней с этим вопросом сама, её едва не выставили за дверь. Через год, уходя в бессрочный декретный отпуск, завуч задним числом оформила Астре стипендию до конца одиннадцатого класса, подключив школу к какому-то фонду поддержки одарённых и малоимущих, с её, Астры, подачи. Уходя, она унесла с собой и Астрину тайну. Больше никто об этом не знал.

Расположившись на кожаном диванчике у окна, Астра наблюдала, как во дворе постепенно прибывают машины. А вот и автомобиль водителя Златы; Юлиан же, как всегда, опаздывает.

Большинство учеников, проходящих через турникет, приветствовали её, едва завидев издалека. Астра радостно улыбалась и махала рукой.

– Грива! – завопила Злата, только зайдя в школу. Её белая шерстяная шапочка забавно топорщилась на светлых волосах, придавая её образу слегка детский вид. Астра засмеялась. – Опять я не успела! Думала, хоть раз раньше тебя приеду.

У Златы с Астрой было много схожих внешних черт, но это был как раз тот случай, когда сходства призваны только подчёркивать различия. У обеих были светлые волосы, но Астрино тугое, кудрявое золото никогда не нуждалось в укладке и подскакивало аж выше плеч, обрамляя лицо красивыми завитками, а у Златы волосы ложились мягкими волнами, ловя металлический отблеск только в свете солнца. Обе были невысокого роста, но Астре это придавало мальчишеский, задорный вид, а Злату делало более женственной и изящной. Обеим от природы досталось хрупкое телосложение, но у Астры от этого только больше выдавались детские, ещё не успевшие осунуться щёки, а у Златы было чётко очерченное личико и тонкие скулы. Если бы у них был другой склад характера, они могли бы друг друга возненавидеть, как часто недолюбливают друг друга в чём-то похожие люди. Но Златина наивная любовь к жизни и Астрино всеобъемлющее очарование, однажды столкнувшись, уже не смогли друг друга отпустить.

Они обнялись и Злата привычно чмокнула её в щёку, а потом вдруг наморщила нос.

– Астрочка, у тебя опять водитель курит. Ты не чувствуешь? Он тебе одежду слегка провонял, скажи ему, пусть не курит! В машине курить – это вообще ужасный моветон… У меня родители никогда не нанимают курящих.

У Астры быстрее забилось сердце. Всё было в порядке, но эта маленькая, совершенно лишняя сейчас деталь её реальной жизни заставила её занервничать. Значит, или дядя Кир втайне от матери курит в форточку, или ей надо научиться быстрее пробегать лестничную площадку.

– Как ты чувствуешь? Я вот ничего не унюхала! Спасибо, я маме расскажу, – обворожительно улыбнулась Астра и увлекла её за собой в класс, быстро переводя тему на более насущные и интересные вопросы.

Они погрузились в обсуждение одноклассников. Мать Златы руководила лучшей клиникой в городе, и Злате вечно доставались самые свежие сплетни. Молчаливый Фирс, по её сведениям, заболел акне, и Злата клялась, что он придёт в школу с перебинтованным лицом. А Виолетту видели возле входа вместе с Костом, и это наверняка значило, что они встречаются, и, как следствие, Виолетта беременна и пришла в клинику сделать аборт. Астра хохотала как сумасшедшая.

Периодически кто-нибудь подходил к ним, чтобы попытать счастья и зря потратить время, выпрашивая у Астры домашнее задание. Астра величественно пожимала плечами и оставляла одноклассников ни с чем, но никто не был на неё в обиде – она не давала списывать никому. Не из жадности, конечно, и даже не то чтобы из принципа – но ей не хотелось, чтобы это стало той причиной, по которой с ней будут дружить люди. Нет, с ней дружили не поэтому. Астра не была источником халявы. Она была источником тепла, притягательной харизмы, чем-то особенным, к чему все хотели прикоснуться.

Первым уроком была родная речь. Юлиан ввалился вместе со звонком и упал за соседнюю парту, подмигивая Астре. Астра кивнула и улыбнулась. Ещё один отличный день!

Через пару минут после начала урока ей на парту прилетела записка. Астра, поморщившись, оглянулась на Юлиана и сразу поняла, что это от него – тот выжидательно смотрел на неё, да и больше никто не рискнул бы навлечь на себя её гнев. Она для виду ещё нахмурилась, но записку развернула, предварительно глянув на учителя. Тот стоял к ней спиной, выводя на доске тему. Астра покачала головой и опустила взгляд.

“Так что насчёт кино? Хотел прийти пораньше, но не вышло. Ты у Златы спросила?”

Астра чуть не хлопнула себя по лбу – она совсем забыла. Где же взять деньги? Снова сослаться на предков не выйдет, это будет выглядеть странно… Думай, думай, умоляла себя Астра.

– Убираем тетради, – монотонно произнёс учитель, шагая от доски к партам и обратно. – Достаём чистые листы. Сейчас будет тест.

Её осенило. Она перевернула мятую бумажку и вывела:

“Идём, но кто хуже напишет, платит за всех!”

И, подумав, пририсовала подмигивающий смайлик из трёх чёрточек. Всё не так уж плохо, Грива. Выход есть всегда.

А если нет, то я найду, подумала она и, когда снова отвернулся учитель, запустила в Юлиана скомканной запиской.

* * *

В середине дня им поставили урок драмы. Кто-то любил эти занятия, кто-то не очень; все они поглядывали на Астру в надежде, что та будет слегка задавать тон происходящему. Астра улыбнулась, но собралась с мыслями.

После разминки их разделили на группки, выдав листочки со сценами. Астра, пожалев остальных, вышла со своей группой первой.

Будучи неплохой актрисой в жизни, она довольно топорно играла на сцене, но это всегда компенсировала её уверенность в себе. Астра читала громко и нараспев, улыбаясь, зрители-одноклассники кивали и улыбались в ответ.

Злата, напротив, была прекрасна. Она не всегда помнила слова, но так любила играть, что, увлёкшись, ещё долго витала в облаках по окончании урока – всё время, что они проводили на диванчике у класса в ожидании конца перемены.

Юлиан редко входил во вкус таких развлечений – ему больше нравилось комментировать то, как это делали другие. За это ему часто прилетали едкие замечания от Астры, и на пару минут ему хватало запала работать. Потом он снова принимался наблюдать, а не делать; так пролетал урок. Юлиану ставили оценку за то, что он прекрасно разбирался в жанрах и музыке, а также помнил все сцены наизусть, всего лишь пару раз прочитав их. Астра уважала его теоретический интерес к искусству и совершенно не разделяла его.

Все трое были разными, и все трое получали необъяснимое удовольствие от общения друг с другом.

– Что-то я уже устала, – заявила Злата, когда закончился урок. – Вам не кажется, что шесть уроков – это многовато?

– А сколько нужно, два? – зевнул Юлиан. – Мне понравилось, всё лучше тригонометрии. Я вообще не готов.

– А сейчас тригонометрия, да? – озабоченно спросила Астра. Не осталась ли её тетрадь дома? Засомневавшись, Астра присела, чтобы покопаться в портфеле. Друзья остановились, ожидая, пока она присоединится к ним.

– И всё-таки я думаю, что она делала аборт, – как обычно, после занятий по драме Злату заносило. Юлиан иронично поглядывал то на одну, то на другую, не задавая уточняющих вопросов. – Она обычно такая, немного с животиком, да? А сегодня прям худая! И с Костом ни разу не заговорила.

– Я бы и сам не стал с Костом разговаривать, он же клинический идиот, – заметил Юлиан. – Ты чего там копаешься?

– Сейчас…

– Мы тетради на прошлом уроке сдали, забыла?

Астра несильно стукнула себя по лбу.

– А как ты догадался, что я ищу?

– Впрочем, может, она и отравилась, – задумчиво сказала Злата, доставая из кармана жвачку в блестящей упаковке. Юлиан только вздохнул и покачал головой.

– Мы знакомы уже лет пять. Как-то догадался… Если я общаюсь с двумя такими дурами, может, и меня давно пора сдавать в клинику, а? – жалобно спросил он. – Пойдёмте уже… Я и так на первый урок чуть не опоздал.

– Надо было меньше спать, – Астра вскочила. – Догоняйте!

Они помчались по коридору, цокая каблуками.

Оказалось, что в кабинете рядом с учителем тригонометрии их почему-то ждала классная руководительница госпожа Павла. Видимо, урок частично совместили с классным часом. Учитель явно был недоволен и мрачно листал журнал, время от времени сверля взглядом круглые часы на стене.

Когда все расселись и успокоились, госпожа Павла прокашлялась. Астра вся обратилась в слух.

– Итак, учебный год уже какое-то время идёт своим чередом… – Она всегда любила долгие вступления, даже если главная мысль её речи была совершенно незначительной. Класс зевнул. – Все немного уже собрались с мыслями после лета… подтянулись, встряхнулись… пришли в себя… Теперь можно уже начинать год всерьёз. У меня для вас несколько новостей! Во-первых, сезон олимпиад объявляется открытым. Наш класс традиционно лидирует по количеству олимпиадных предметов, оставляя далеко позади всю школу…

Все захихикали и посмотрели на Астру. Та, ничуть не смутившись, только улыбнулась.

– Я надеюсь, что и в этот раз мы проявим себя, и что наша звёздочка, Астра Грива, поможет нам в этом деле…

– Ты уж нас не подведи, Грива, – шепнул кто-то сзади. Астра фыркнула.

– Дальше. Скоро праздник – день Учителя – и, если у вас есть немного совести, вы захотите поздравить ваших дорогих преподавателей… Нужно поставить небольшую сценку и организовать ребят нарисовать стенгазету в главный холл. Будет конкурс между классами! Кто ответственный? Кого назначаем?

Класс зашушукался, тревожно переглядываясь. Юлиан прыснул в кулак. Злата давилась смехом в дальнем углу класса. Шепотки становились громче. Никому не хотелось брать на себя такую ответственность, и все ждали, когда единственный человек, который всегда это делал, наконец-то поднимает руку. Молчание затягивалось. Наконец не выдержала Виолетта Вранеш, дотянувшись до Астры с правого ряда парт. Она легонько тронула её за плечо, вопросительно заглядывая ей в глаза – это была воля всего класса, выраженная в одном взгляде. После этого шепотки стали громче:

– Ну пожалуйста…

– Астра, ну давай!

– Ой, как будто мы не знаем, кто это будет!

Астра закатила глаза, для вида оглянулась вокруг – и подняла руку.

– Отлично, записала. Теперь, я рада объявить, что начинают работу внешкольные клубы – я надеюсь, что те из вас, кто ведёт свои секции, продолжат это делать и в текущем учебном году…

Астра в прошлом году вела сразу несколько клубов, причём даже не по своей инициативе – ребята просили её сами. Разговорный клуб иностранного языка, клуб дебатов, клуб математики – многие хотели научиться чему-нибудь, и, хоть у всех была возможность нанять любого репетитора, они приходили к Астре. Юлиан, заразившись её примером, вёл музыкальный клуб. Злата с удовольствием бездельничала на занятиях у них обоих.

– Кураторы клубов должны подойти ко мне после уроков, чтобы мы составили расписание и распределили кабинеты… Завтра в клубы уже можно будет записаться. Что ещё? Ах да, у нас в этом году небольшое нововведение. Школа решила поощрять заметных учеников, поэтому скоро будет объявлен общий конкурс: Звезда школы. Учитываться будет всё – и оценки, и внеучебная активность, и голоса других учеников, и мнение учителей… В конце года комиссия объявит своё решение, и звезду ждёт приятный приз, а какой – вы узнаете на официальном объявлении в конце недели…

Астре на стол шлёпнулся комочек бумаги.

“Ну что, звезда школы? Уже спишь и видишь, да?”

Обернувшись, она увидела, что Юлиан ухмыляется во всей рот. Астра с досадой скривилась и нацарапала в ответ: “Вот ещё! Конкурс для идиотов. Как будто мне нечем заняться”.

Она постаралась залепить ему запиской прямо в лоб.

Да, конкурс был дурацкий, и звучал глупо – “Звезда школы”… Но… конечно… в глубине души Астре казалось, что она заслуживает этот титул. Более того, чем дальше, тем больше ей казалось, что если его получит кто-то другой – она умрёт от обиды и зависти прямо на месте.

– А самую приятную новость я оставила на потом. – Руководительница загадочно улыбнулась. – У нас появилась новенькая! Вы с ней обязательно подружитесь, замечательная девочка… Будьте к ней внимательны! Все поняли? Я сейчас схожу за ней, приведу, а вы сидите тихо. Можете пока готовиться к уроку…

Она вышла.

Астра оглянулась на друзей и в ответ на их взгляды пожала плечами. Ну, новенькая… Подумаешь. В прошлом году вот Фирс пришёл. Кстати, сегодня он действительно был весь замотанный – Злата оказалась права… Как там это называлось? А… акна… акни… акнэ….

Цепочку её глубоких размышлений прервала распахнувшаяся дверь. В класс вошла девчонка, тонкая, повыше Астры. У неё были гладкие тёмные волосы и какие-то острые глаза – приглядевшись, Астра с удивлением поняла, что они ярко-голубые. Необычный цвет.

Девочка выглядела невесело. Ещё Астра не могла отделаться от ощущения, что от неё как будто веет холодом. Астра сидела на первой парте, прямо напротив, и светлые волоски у неё на руках мгновенно встали дыбом, а кожа покрылась мурашками.

Астре показалось, что она как-то знакомо выглядит. Может дочь какого-то депутата, или юная актриса из рекламы… Тут всякое случается… Астра наморщила лоб. Возможно, она и правда её видела раньше?

Классная руководительница шагнула в кабинет, приобнимая новенькую за плечи.

– Беллочка, представься. Это наши ребята.

Девочка поджала губы.

– Меня зовут Белла. Давыдова. Мне пятнадцать лет… Я училась заграницей, а теперь переехала сюда… Я здесь родилась.

Астра открыла рот. Потом закрыла. Потом потрясла головой.

Нет, не может быть.

Не может быть!

Она и сама знала, что Белла Давыдова здесь родилась. Но как, как?!

Чтобы не схватиться за голову и не взвыть прямо в классе, Астра так пнула под партой портфель, что её дневник свалился на пол.

К счастью, посреди возбуждённого галдежа от появления новенькой никто этого не заметил.

* * *

Когда Астре было лет семь-восемь, и бабушка ещё возила её на занятия, ей повезло оказаться на хороших курсах иностранных языков. Стоили они наверняка немало, но тогда Астра этого ещё не понимала. Она любила интересные занятия, старалась, радовалась жизни… и заводила друзей. Как и сейчас, ей удавалось это без особого труда.

Другое дело, что тогда она совершенно не понимала, что творит.

С одной девочкой она проводила особенно много времени. Они вместе сидели на уроках, помогали друг другу отвечать, а после школы порой ходили друг к другу домой… Тогда Астра ещё не чувствовала пропасти, которая лежала между ними. Непреодолимой, неумолимой пропасти, которую никто не должен был заметить, а она по наивности малых лет не додумалась прятать…

Когда бабушка умерла, никто не стал возить её на занятия. Да и не до того ей было, честно говоря… Иностранные языки, рисование, музыка, арифметика – всё это растворилось в тумане детских воспоминаний, а уж когда она поступила в школу, ушло и подавно.

Она видела всё. Видела коммуналку. Видела пьяную мать. Ободранные диваны и тусклые алюминиевые вилки. Всё это, и многое другое…

Белла Давыдова всё знала.

Но помнит ли она её?

Астра, сжав зубы, наблюдала, как “новенькая” проходит на свободное место. Что делать? Вести себя, как ни в чём не бывало, или поговорить с ней напрямую?

Она ведь должна понять?

Ничего она мне не должна, напряжённо размышляла Астра. Девчонка неторопливо раскладывала на столе учебники и тетради. Уже все заметили, как Астра пялится на неё, но Астре было наплевать.

Ничего она мне не должна, думала Астра. Она может одним словом разрушить всё, что я строила здесь столько лет.

За весь урок она так и не смогла сосредоточиться, занимаясь только методичным разламыванием карандаша на мелкие кусочки. Может, ей перекраситься и уехать в другой город? Нет, в другую страну. Она не переживёт такого позора. Потерять всё! Из-за какой-то… какой-то…

Но погодите, думала Астра, может быть, она меня и не помнит вовсе. Я тут изнываю от злости, а она ещё ни в чём не виновата?

Белла Давыдова сидела с совершенно равнодушным видом, и со стороны Астра не могла понять, узнала ли она старую знакомую. В конце концов, прошло столько лет… Они обе очень выросли. Астра и то долго не могла понять, откуда её знает. Тогда Белла носила две пушистые косички и шутила так, что у Астры живот болел от смеха. Теперь же она выглядела какой-то… замученной.

Астра сжала кулак. Хрустнул ещё один карандаш.

Нет, но какое невезение… Изворачиваться несколько лет змеёй, и всё ради чего? Чтобы какой-то призрак из прошлого, внезапно вернувшись из-за границы, всё испортил?

Как только урок закончился, Астра не выдержала и подскочила к Белле прямо при всех. Класс выжидающе оскалился: что-то будет. Юлиан, присев на краешек парты, подбрасывал и ловил скомканный тетрадный лист. Злата рассеянно жевала жвачку, поглядывая на них издалека.

– Ну что, освоилась немного? – покровительственно и слегка небрежно бросила Астра, опираясь на её стол ладонью. Пальцы немного дрожали. Эта реплика играла на оба варианта развития событий: годилась и для того, чтобы нормально выглядеть, если Астру помнят, и для того, чтобы показать дружелюбное отношение главной девчонки класса к новенькой.

Белла подняла на неё взгляд.

Астра в течение томительного мига вглядывалась в острые голубые глаза, пытаясь поймать в них что-нибудь – непонимание, узнавание, радость, удивление, что-то! Но не находила. Это и успокаивало, и настораживало одновременно.

– Чего привязалась? – спокойно ответила ей та. Астра едва не разинула рот второй раз за день, но вовремя взяла себя в руки.

– Что? – улыбнулась она, делая вид, что новенькая ляпнула какую-то глупость. Смотри, думала Астра, я даю тебе шанс… не позорься… ты только что появилась, они полюбят тебя, но только если ты понравишься мне…

– Что слышала. Отстань от меня. – Холодному равнодушию Беллы мог бы позавидовать айсберг в Антарктиде.

Астра сглотнула. Она ещё никогда не получала отпор.

– Не поняла, – вежливо сказала Астра. – Я тебя чем-то обидела?

– Да, я тоже не понял, – послышался голос сзади. Это был Юлиан. – Что-то не так?

– Всё в порядке. Просто я не общаюсь с лицемерами, и вообще, мне плевать, что она у вас тут главная. Я в вашу иерархию не лезу, а вы не трогаете меня. Ясно?

Астра засмеялась, как будто новенькая удачно пошутила, но на самом деле у неё зуб на зуб не попадал. Ей показалось, что в классе нечем дышать.

– Не переживай так, я тебе тут могу всё показать… – Она всё ещё пыталась сгладить чудовищный диалог, свидетелем которого стали все. – Я понимаю, что первый день – это стресс…

– Для меня сейчас единственный стресс – это ты. Будь добра, не попадайся мне на глаза, – прохладно улыбнулась Белла. После чего молча собрала вещи и вышла.

Астра осталась стоять, уставившись в пустой стол, но ничего не видя. Её заставил прийти в себя только прилетевший ей в затылок комок бумаги. Совсем не соображая, она медленно присела на корточки, нашла листок. Развернула. Это был тест по родной речи, который они писали сегодня утром. Сверху корявым почерком было выведено: Юлиан Загорский. Снизу красовалось алое “три из десяти, небрежно”.

– Астрочка, ты что думаешь насчёт её укладки? Может, мне так же сделать – утюжком волосы? Хотя, конечно, портятся… – Злата с истинно женской непосредственностью обходила острые углы своими путями. – Но какие у неё глаза, ты видела? А я-то думала, что это у меня голубые. Ну что, в столовую?

Всю дорогу до кафетерия, выдавая дежурные фразы и шутки, Астра не могла отделаться от мысли, что спокойной жизни – если так можно было назвать её жизнь – ей больше не видать никогда.

Узнала она её или нет? Неизвестно. Совершенно непонятно. Прокручивая в голове те немногие фразы, что Белла успела произнести, Астра понимала, что в них не содержалось ни однозначного подтверждения, ни опровержения.

Белла уже нанесла первый удар по её репутации, вне зависимости от того, вспомнила ли она её. И Астра не собиралась оставлять это просто так. Но ей нужна была хоть какая-то стратегия, а с учётом неизвестности, в которой ей приходилось теперь существовать, было трудно составить толковый план. Если бы она точно знала, что Белла её помнит – пошла бы говорить наедине, придумала бы что-то, надавила бы, подкупила… Как-нибудь… Если бы была уверена, что не помнит! О, всё было бы намного проще. Там уж она придумала бы способы, как вернуть баланс в классе…

Но Астра не знала. Всё, что ей оставалось – это осторожно импровизировать. Впрочем, она с переменным успехом делала это без малого всю жизнь.

Белла Давыдова, как мне хорошо без тебя жилось, думала Астра, и её шаги становились злее и отрывистее. Как будто мало было головной боли… А теперь ещё и эта. Клуша. “Я не общаюсь с лицемерами”… На себя посмотри, хмуро думала Астра. Никто и звать никак, а ещё выпендривается. Мы ещё посмотрим, кто кого…

К концу дня, помимо карандашей, она доломала ещё и ручки.

Глава 3

12 дней до конца света.

Не существует никакого соглашения, никакой доброй цели, никакой особой милости, посредством которых было бы дано божественное или человеческое позволение говорить ложь.

Блаженный Августин

Соглашусь. Пожалуй, даже выпишу себе куда-нибудь. Вот няня озвереет, если найдёт дневник – думает, что я не слышу, как она за моей спиной болтает с матерью. И хоть бы что-то толковое, так ведь нет. Белла не старается, Белла где-то ходит, Белла витает в облаках… читает всякую дрянь…

Кстати, о дряни. Нужно сменить эту школу немедленно.

Из дневников Б.Д.

В кабинете музыки было ещё пусто. Уроки закончились совсем недавно, а клубы по расписанию начинались только через полчаса. Но Юлиану нужно было заранее навести здесь порядок и подготовить занятие, поэтому ему пришлось пропустить очередной поход в столовую, а Астра и Злата, конечно, пошли ему помогать.

Сквозь лёгкие белые шторы пробивался осенний свет. Астра с трудом приоткрыла окно, проветривая класс – комната сразу наполнилась звуками. Последние запоздавшие с лета птицы, шум машин… Ветерок взметнул кипу нот на учительском столе, заставив Юлиана с воплем кинуться собирать их. Астра улыбнулась, но в душе ей было совсем не весело.

Со вчерашнего дня она не сделала ни одной попытки заговорить с Беллой. Плана не было. Друзья тоже не пытались с ней это обсуждать, хотя Астра видела по их глазам, как им хочется посплетничать. Но они терпели – ради неё, и Астра была им благодарна. У неё ещё не сформировалось никакой позиции, и любое высказанное сейчас мнение могло скорее помешать, чем помочь. Ей и так с трудом удавалось сдерживать уязвлённую гордость, чтобы не побежать выяснять отношения прямо сейчас.

Они расставили парты полукругом, разложили распечатанные задания для обсуждения. Юлиан сначала рассказывал какие-нибудь занимательные эпизоды из истории музыки, потом давал задания, а в конце они все вместе играли на инструментах – кто во что горазд. Каждый раз это было очень весело, и иногда Астра даже немного завидовала непринуждённому стилю, в котором Юлиан вёл свои уроки. Сама она подходила к делу очень серьёзно.

Вчера Астра была в таком замешательстве, что даже ни разу за день не заплакала. Но сегодня ей стало заметно грустнее – проблема не решилась сама собой. Белла мозолила ей глаза, превратившись в неизменный раздражитель для её нервной системы. На каждом уроке Астра ловила себя на том, что её взгляд притягивается к одному и тому же – стене гладких тёмных волос, из-за которых не было видно лица, так низко Белла склонялась над тетрадью. Учитывая, что Астра везде сидела на первой парте, можно было представить, как она себя чувствовала, постоянно оглядываясь.

Она могла только догадываться, что думали об этом одноклассники.

А что думают об этом друзья?

Ей и хотелось об этом узнать, и не слишком. Впрочем, если они до сих пор общаются с ней – значит, их мнение об Астре не очень пошатнулось? Астра тайком посмотрела на Юлиана (сосредоточенно сортирующего ноты), потом на Злату (та самозабвенно пускала солнечных зайчиков зеркальцем от пудры). Если она их спросит, придётся начать разговор, а Астре было страшно это делать. Но тема висела в воздухе, и было неясно, сколько ещё можно будет её игнорировать.

– Мне так скучно в последнее время, – вдруг сказала Злата. Астра заметила, что теперь она целится своими зайчиками наружу, в окно – в ветровые стёкла машин на парковке. Кто-то заругался, хлопнула дверь; Астра поспешила задёрнуть штору.

– Скучно?

– Хочется чего-то… такого… понимаете? – Злата помахала в воздухе рукой.

– Нет, – честно ответила Астра. Юлиан всё ещё копался в нотах.

– Или уехать автостопом… или с моста прыгнуть… – Злата принялась карандашиком расковыривать дорогущую пудру, стряхивая крошки в мусорное ведро. – Чего-нибудь эдакого! Весёлого…

– Я же говорю – надо в кино, – заметил сзади Юлиан. – Она уже с ума сходит…

– В кино? И чего я там не видела, в вашем кино… – Злата как-то непривычно для неё вздохнула и с непониманием уставилась на изуродованную пудру. – Вот блин…

Астру этот маленький монолог здорово напугал. Она знала, что Злата малость избалована, и её действительно иногда тянуло выйти за рамки разумного, дозволенного. Но ей казалось, что основной период “бесячества”, как они это называли, остался позади – в шестом-седьмом классе, когда всякой фигнёй занимаются все подростки.

Ещё она знала, что если Злата по-настоящему скучает, она способна на нехорошие вещи.

– А что вы думаете про новенькую? – не думая, выпалила Астра в попытке решить несколько своих проблем одновременно. Злату надо было отвлечь.

– О-о-о… – протянула Злата, с интересом глянув на Астру из-за зеркальца. – Я уж думала, ты не спросишь.

– Да, нам надоело обсуждать это вдвоём. – Юлиан наконец подошёл, скрестив руки на груди. – Ну и что это было? Твоя версия?

– Моя версия… Нет, я хочу сначала вас послушать. – Астра перевела взгляд с одной на другого, внимательно следя за выражениями их лиц. – Вы… Что вы про неё думаете? Честно?

Злата помолчала.

– Я думаю, что так ей будет сложно с кем-нибудь подружиться. На лицо она красивая, но совершенно не умеет разговаривать… Хамить при первой встрече – ну это просто грустно, ребята. Наверное, её так запугали в прошлой школе, что она просто оттуда сбежала. И боится, что здесь будет так же.

– Ого, – пробормотала Астра. Знание неизвестного друзьям аспекта их взаимоотношений увело её в сторону от других способов понять Беллино поведение. А ведь в словах Златы был смысл.

– А я думаю, что она забавная, – сказал Юлиан. И, пока Астра не успела ощериться, добавил:

– Но я не считаю, что она вправе так разговаривать с тобой. Это было глупо. Теперь все в классе считают её идиоткой.

– Да? – выдохнула Астра, не сдержавшись. Она не хотела так явно показывать свою заинтересованность (хоть все и понимали, что к чему). Но вышло как-то само собой. – А в чём, по-твоему… её забавность?

– Ну, – задумчиво произнёс Юлиан, – Злата чуть не выцарапала мне глаза, когда я сказал это… Но она чем-то напомнила мне тебя. Это и забавно. Вы ведь вообще не похожи…

– Не понимаю, – сказала Астра.

– А я не могу объяснить. Кстати, ещё одна вещь… Помимо прочего… Вот только не смейтесь надо мной сейчас, но…

– Ну не тяни уже, – не выдержала Злата. – Что?

– Она… не показалась вам немного жуткой? – тихо спросил Юлиан.

Астра вдруг вспомнила первое мгновение, когда увидела Давыдову, – последний миг в её жизни, ещё не наполненный постоянной тревогой, – и почти физически ощутила тот мрачный холод, который от неё исходил.

Действительно, что-то такое было, но за мыслями о потенциальной угрозе Астра совершенно забыла про это.

– Жуткой? Что ты имеешь в виду? – переспросила Злата. – Вполне обычная, только зашуганная.

– Я понимаю, о чём ты, – Астра сглотнула. – Но, знаете что… Мне вообще плевать, зашуганная она, жуткая, или забавная… или ещё что-то такое… Я никому не позволю так себя вести. Мы ведь не в пятом классе!

– Смотри-ка, Грива завелась, – засмеялась Злата. – Мне это нравится! Это совсем другое дело… И что же ты собралась делать?

– Ничего особенного. – Астра отошла к окну и опёрлась на подоконник локтями, разглядывая машины. – Просто надо с ней поговорить. Если вы понимаете, о чём я.

– О, старая добрая Астра, – Юлиан издал короткий смешок. – Я только за… Мне уже сутки ужасно интересно, что ты будешь с ней делать. Жду-не дождусь увидеть развязку.

– И что, тебе совсем не жалко бедную новенькую? – насмешливо протянула Злата. – Она же такая заба-а-авная…

– Думаешь, разговор с нами ей может не понравиться? – деланно удивился Юлиан и тут же захохотал.

Астра невесело усмехнулась. Если бы они знали, что она ставит на кон этим “разговором”…

* * *

После музыкального клуба Астра, отговорившись головной болью, пошла шататься по городу. Дома её ждёт за это здоровский нагоняй, но Астра ничего не могла поделать – ей было тревожно.

Во время занятия у неё никак не получалось сосредоточиться, хотя обычно она с интересом слушала Юлиана. Тот даже немного обиделся, когда она в очередной раз переспросила у него одно и то же; Астра виновато смотрела на свой листок, а мысли у неё витали далеко-далеко от кабинета музыки.

Обычно после школы её мучил голод, но сейчас при одном упоминании еды её воротило. Портфель с книгами тяжело тянул плечи вниз.

– У нас два по цене одного! – заорал прямо перед ней завывала. Астра даже не поняла, что именно он продаёт. Ей чуть ли не в лицо пихнули несколько листовок.

– Возьми, тебе жалко, что ли? – поинтересовался детина. – Ну?

Астра медленно отвела от лица его руку с пачкой бумажек. Потом вырвала их одним резким движением и швырнула вверх, оставив листовки планировать на асфальт, как осенние листья. И зашагала прочь.

– Идите все к чёрту, – шипела Астра сквозь зубы. – Задолбали. Дайте мне спокойно жить…

Она никогда всерьёз не завидовала своим друзьям, как бы странно это ни звучало. Казалось бы, чем не основа их дружбы – бедная девочка притворяется богатой, чтобы дружить с богатыми ребятами, потому что хочет быть, как они… Но это было действительно не так. Астра любила друзей не за богатство и не за статус, которыми они обладали. Они были особенные, остроумные, классные, да просто отличные друзья. И она никогда им не завидовала.

До этого момента.

Сейчас Астра бы дорого дала, чтобы жить жизнью Златы или Юлиана. Им не нужно было каждую секунду дрожать за свою репутацию. Им не нужно было беспокоиться из-за того, что какая-то Белла Давыдова перешла в их школу.

Мало того, что она сама по себе портила всё, просто своим существованием… Так она ещё и активно ухудшала ситуацию! Зачем, спрашивается, ей было ставить Астру в такое положение?

И как ей, Астре, теперь из него выйти?

Юлиан сказал, что все в классе теперь считают Беллу идиоткой. Но насколько он искренен, и, при условии, что на сто процентов, – насколько он прав? Кроме того, Астра, занимая свою позицию уже который год, не могла не знать, как легко меняется настроение толпы при появлении раздражителей. А Белла была раздражителем, и ох каким.

Она просто всё портила.

Сегодня они считают Беллу идиоткой. А завтра подумают: если новенькая говорит, что Астра Грива – никто, может, и мы так можем?

И это ещё не самый худший вариант развития событий. О худшем Астра даже думать не хотела.

Ноги принесли её к зданию с панорамными окнами. Подняв глаза, Астра с удивлением узнала его: здесь, да, совершенно точно… Здесь проходили те злополучные языковые курсы, пропади они пропадом, гори они синим пламенем.

Зазвонил телефон. Мать. Астра сбросила.

В худшем варианте Белла расскажет им правду.

Что её тогда ждёт?

Астра, сама не зная, зачем, поднялась по гранитным ступенькам. Присела на них. Перегнулась через низкие перильца, плюнула вниз. Мамаша с ребёнком, проходя мимо, с подозрением глянула… Мы же не на юге, читалось в её глазах, а ещё так прилично выглядит.

Телефон снова зазвонил. Астра устало взяла трубку.

“Где тебя носит?!”

В её голосе пробивались истеричные нотки. Астра поморщилась.

– Внеклассное собрание. Задержалась. Скоро буду.

Она даже не потрудилась изменить интонацию на что-нибудь доброжелательное, как делала это обычно. Может быть, потом она об этом пожалеет.

Может быть, уже довольно скоро.

Ей не хотелось садиться в троллейбус, и она медленно побрела к набережной. На сэкономленные деньги взяла в ларьке мороженое. Попробовала, не почувствовала вкуса, и со странным наслаждением швырнула в мусорный бак.

Правда – это не всегда самое лучшее, что бывает. Ложь – далеко не корень всех зол, как учат их детские сказки…

Если Белла сделает это, исступлённо подумала Астра, я вырву ей язык. И засмеялась собственной драматичности. Но смех вышел какой-то сухой, кашляющий, и она сама немного испугалась.

Денег было не вернуть. Астре пришлось и вправду переться пешком, сбивая носки лакированных ботинок. К концу пути она замёрзла так, что не стала вытаскивать руки из карманов и поддела ручку входной двери плечом, чтобы войти.

В комнате оказалось подозрительно тихо, и Астра замерла в предбаннике, прислушиваясь. Но нет, затишье было временным; вот снова заголосила мать, и Астра зло толкнула дверку от себя, в глубине души надеясь, что прилетит дяде Киру. Ни в кого не попала. От резкого стука двери очнулась и заверещала соседская собачонка.

– Я устала, – сообщила она маме и отчиму, от неожиданности замолкшим. – Будете чай?

Они так опешили, что не успели продолжить скандал прежде, чем она улизнула.

На кухне кто-то мылся. Астра обессиленно опустилась на корточки у дверного косяка, прислонилась к стене спиной. Выдохнула и прикрыла глаза.

Позвонить бы сейчас Злате… или Юлиану… и рассказать… что? “Привет, у меня отчим опять нажрался, представляешь… да… и еда закончилась! Надо будет вечером опять – кашу из топора… А в туалете лампочка перегорела, снова предки будут ругаться с соседями – чья очередь покупать… Ага, ну ты понимаешь… Хоть бы не простудиться, а то со психу потратила деньги и не смогла уехать домой на трамвае. Смешно, да?”

Астра сглотнула, чтобы убрать тошноту. Ни-ког-да.

Раньше, в особо тяжёлые минуты, у неё были порывы рассказать. Чаще – Юлиану, реже – Злате… Почему? Потому что ей казалось, что реакцию Юлиана она может предсказать хотя бы примерно, а вот что может сказать на это Злата, оставалось для неё загадкой.

Нет, они, конечно, не были ужасным снобами и мажорами, её друзья. Они были в достаточной степени изнеженными, но со своими проблемами, со своими мыслями насчёт устройства мира. Конечно, о такой нищенской, обычной жизни они мало что знали, и, скорее всего (к счастью, добавила про себя Астра), не узнают никогда. Что они могут сказать, если поймут, что их лучшая подруга так живёт? Что она вовсе не дочь строгих высокопоставленных чиновников? Что она лгала им на протяжении всей истории их знакомства?

Удивятся. Пожалеют её. Какое-то время ещё подружат с ней, по инерции… Может быть, даже будут пытаться давать ей денег.

Кем она станет для них? Героической нищей выскочкой? Несчастной девочкой из трущоб? Лживой лицемеркой, пытавшейся купаться в лучах их богатства и социального положения, врушкой, которую они пускали к себе домой? Пускали, думая, что она – такая же… такая же, как они… своя…

Шум воды затих. Загрохотали какие-то железные тазы, послышался скрип мокрых резиновых шлёпанцев, незлобливые матершинные словечки… Ощутимо потянуло сыростью и ржавчиной, тухловатым болотистым запахом. Потом зашуршала клеёночная шторка.

Мимо неё, даже не глянув, прошествовал соседский дед в одном полотенце.

Астра закрыла лицо руками.

* * *

Чтобы отвлечься, она вытащила из бельевого ящика “Городские легенды и сказания” и завалилась на свой матрасик, не обращая внимания на возмущения родителей.

“Одна девочка была непослушной и часто сбегала из дома. Она жила на юге, и чтобы сбежать, ей достаточно было высунуть ноги из окна, одну за другой. Улица, на которой она жила, была короткой – всего два квартала. Спрыгнув, она быстро-быстро добегала до тупика. Маленькая улица упиралась в жёлтую кирпичную стену”.

Стену эту Астра знала. Речь шла об улице Якчева, которую (как говорили соседи, курившие на лестничной площадке) всё собирались слить с Июльским проспектом, путём разрушения, собственно, той самой жёлтой стены. Но всё никак не складывалось. Поэтому улица оставалась жалким обрубком, с нумерацией домов от одного до восьми.

“Возле стены девочка ждала других детей. Когда дети приходили, начиналась игра. Каждый ставил что-нибудь на кон. Игрушку, книжку, безделицу, любую ценную личную вещь. Самые храбрые, а также самые бедные, ставили на кон своё достоинство”.

В детстве Астра, хоть и зачитала книжку до дыр, убей не понимала, что это за “достоинство” и как его можно поставить на кон. Ей представлялся какой-то документ, который дети приносили с собой…

“Правила игры:

1. Каждый приносит что-то с собой. Просто так смотреть нельзя.

2. На земле чертят цифры в ряд по количеству участников. Каждому по одной цифре.

3. Кто последний пришёл, первым кидает мячик. Куда попал – то и забирает.

4. Игра идёт, пока её не прервут.

В тот день у девочки ничего с собой не было. Пришло пятеро детей. Они положили у стены в ряд вещи, которые принесли: кусочек кварца, плюшевый котёнок, конфета, свеча и тетрадь. Шестой у стены встала девочка.

Самый маленький мальчик, который пришёл последним, бросил мячик и попал в цифру шесть.

Девочке стало страшно, но она не убежала. Она не хотела проигрывать.

Мальчик сказал ей идти в дом номер восемь, который был заброшен”.

До сих пор, кстати, заброшен. В последний раз Астра брала в руки “Городские легенды” лет шесть назад. С тех пор она несколько растеряла интерес к художественной литературе, особенно такого толка. Но именно эта книжка всегда её затягивала и помогала забыть о насущных проблемах.

“Девочка зашла в заброшенный дом. Сначала ей показалось, что кто-то громко разговаривает, но потом сразу стало тихо. Она поднялась по главной лестнице. В этот дом запрещено было ходить детям, и теперь она поняла, почему. Дверей в доме не было. Из каждой квартиры на девочку внимательно смотрели игрушки.

Девочка испугалась и быстро спустилась по лестнице вниз. Когда она вышла, была уже глубокая ночь. Все дети давно разошлись по домам.

Девочка тоже вернулась домой. Её отругали. Целый месяц она не ходила на улицу, только в школу и в магазин.

Однажды ей надоело сидеть дома…”

Книжку выбили у Астры из рук, и ей больно попало корешком по носу.

– Ты долго ещё валяться будешь? – хмуро поинтересовался дядя Кир. – Вообще никакого уважения к матери нет, что ли?

Астра неторопливо села на кровати. Потёрла переносицу.

– У меня просто страшное количество уважения, – помолчав, сказала она. После этого ей ожидаемо прилетел подзатыльник, и Астра (не из-за этого, разумеется, а потому что так и планировала) отправилась чистить картошку.

Мягкая кожура спиральками падала в ведро. Астра думала.

“Городские легенды” давным-давно, в какой-то Новый год, подарила бабушка. Астра, помнится, сначала не оценила книгу – хотелось чего-нибудь помоднее, игрушечный кулончик или куклу из рекламы… Сильно хочешь? Перехочешь, как часто говорили ей. А потом оказалось, что книжка очень интересная, а когда она закончилась, Астра попросила ещё, и так открыла для себя мир районной библиотеки.

Бабушка никогда не предлагала ей лгать о своей настоящей жизни. Это Астра придумала сама. Решила, что так будет лучше.

Белле не нужно было ходить в библиотеки – у неё была своя дома. Астра, помнится, чуть не сошла с ума, когда увидела их домашнюю коллекцию книг: отдельная комната с лакированными шкафами, там под стеклом хранились несчётные отсортированные серии томов… На стене был специальный датчик с возможностью регулировать температуру, а в отдельном закутке стояли удобные кресла и кофемашина. Впрочем, довольно быстро оказалось, что из интересного там был только датчик, ну и, пожалуй, кофемашина тоже. Книги показались девочкам скучными и слишком взрослыми; тогда Астра, которой наконец представилась возможность тоже чем-то блеснуть, решила привести подружку в свою районную библиотеку.

В ней не было датчиков, вести себя нужно было очень-очень тихо, запах стоял слегка затхлый, а стулья были шаткие, и хорошо, если без заноз. Зато там было очень много интересных книг.

Астра выбирала детские детективы и приключения. Беллу больше тянуло на мистику. Однажды Астра одолжила ей те самые “Городские легенды” и только через две недели, с боем, отвоевала обратно.

Белла запомнилась ей весёлой, очень разумной девчонкой. Она была какой-то слишком взрослой, и Астра тоже казалась себе взрослее, стараясь “дотянуться” до неё. Белла умела пространно рассуждать на взрослые темы, и даже по-взрослому смешно шутить. Не как соседские пацаны – анекдоты про Чебурашку – а действительно очень остроумно…

Что с ней случилось за эти несколько лет? Куда подевался умный и шутливый ребёнок, откуда взялась мрачная, забитая девушка?

Но самое главное – чего она хочет?

Нет, Астру не мучила сентиментальность, она не скучала по детству, никогда особо не скучала по Белле. В конце концов, детская дружба быстро забывается, а люди меняются ещё быстрее. Белла, которая пришла к ним в класс – совсем другой, незнакомый человек, и этот человек почему-то решил обращаться с Астрой, как с дерьмом. Ностальгические воспоминания никак это не поправят.

Астра с усилием подняла казанок с картошкой на плиту, включила газ. Села отдыхать.

На кухне было окно в потолке (они жили на последнем этаже). В дореволюционных домах иногда встречались всякие забавные несуразности, вроде этой. Сейчас сквозь окно красными полосами, жутковато, пробивался закат.

Раньше общение Астры с новыми людьми протекало легко и естественно.

Иногда ей было достаточно просто улыбнуться, и она видела, что человек тает. Иногда нужно было добавить несколько слов – даже неважно, каких, потому что у Астры был очень уверенный голос. Я тебе нравлюсь, говорил он. И люди соглашались.

Это, конечно, если ей хотелось понравиться.

Когда она подошла к Белле, у неё не было даже мысли о том, что что-то может пойти не так. Она сказала то, что сказала бы любой новенькой девочке, предложила покровительство, предложила своё внимание… А её просто-напросто при всех отшили.

Риторический вопрос, который вертелся у неё на языке, был до того наивным и дурацким, что Астре было от него тошно.

– Как я могу кому-то не понравиться? – одними губами произнесла она, глядя в окно в потолке. Потом одёрнула себя и вернулась к готовке.

Через несколько часов, ворочаясь, она поняла, что не может уснуть. Все уроки были сделаны. Тогда Астра неслышно взяла со стола “Городские легенды”, накрылась одеялом и включила на телефоне фонарик.

“…Однажды ей надоело сидеть дома.

Девочка дождалась, пока родители уйдут на работу. Она подошла к окну, села на подоконник и перебросила ноги на ту сторону. Внизу вместо асфальта она увидела темноту и лестницу. Это была та самая лестница из восьмого дома.

Девочка вгляделась в тьму под ногами. Ей показалось, что её кто-то зовёт.

Тут зазвенел дверной звонок – это мама вернулась, потому что забыла взять зонтик. Но девочка уже ничего не слышала.

Она спрыгнула вниз, и больше её никто не видел”.

Глава 4

11 дней до конца света.

Каждый дурак может говорить правду, но нужно кое-что иметь в голове, чтобы толково солгать.

Сэмюэль Батлер

Чушь. Разум замутняется ложью, как чайник накипью. Я бы даже сказала, что это практически необратимый процесс, и от лжи любого рода следует держаться подальше, чтобы не запачкаться.

Стоило заикнуться о смене школы, как мать перестала со мной разговаривать. Лучше бы ударила, честное слово.

Из дневников Б.Д.

Утро началось не с кофе. Утро началось с шепотков. Видимо, вчера одноклассники ещё как-то переваривали происходящее, а сегодня уже поняли, что происходит что-то не то.

Астра сидела с излишне ровной спиной и прикладывала невероятные усилия, чтобы не оборачиваться.

Она ужасно не выспалась. Кроме того, вчера родители после ссоры не дали ей денег на обед в столовой (которых ей как раз хватало на один стакан кофе), предложив вместо этого завёрнутую в фольгу картошку. Астра подняла брови и отказалась.

Сейчас она об этом жалела.

“Городские легенды” в совокупности с бессонной ночью подействовали на неё угнетающе. Астра излишне нервно реагировала на громкие звуки и прислушивалась, приглядывалась. Глупости, конечно, но вот что-то в углу… или это шевельнулся чёрный провод от учительского компьютера?..

Белла сидела сзади неё, на правом ряду, за Виолеттой Вранеш. Молчала. Астра чувствовала её присутствие, не глядя. Как будто в доме разбили окно, и сквозь него задувает ветер…

Но какая же Белла наивная дурочка, думала Астра, еле ворочая ручкой по тетради. Неужели она вправду, вправду думает, что выглядит круто? Что они полюбят её, если она отвергнет Астру Гриву?

Чем дальше, тем больше Астра приходила к выводу, что Белла просто социально неопытна. Тут было уже даже неважно, узнала или нет… то есть важно, конечно, но сам факт… Она ведь всё-таки новенькая, сказала себе Астра. Она просто не поняла, кто тут… самый классный.

На перемене Юлиан и Злата подошли к ней и встали с двух сторон от её парты, вопросительно глядя.

– Ты хотела провести один разговор, – заметил Юлиан.

– Когда болтать будем? – поинтересовалась Злата. – Я б хоть сейчас, например.

– Это не моё дело, но ты с первой парты вряд ли всё это слышишь. – Его голос опустился практически до шёпота. – Я знаю, что это чушь. Но эти идиоты, похоже, считают, что ты струсила.

– Плевать на них, – в полный голос заявила Злата. – Давайте уже что-нибудь сделаем… Плевать, кто там что думает, но ты ведь мне обещала!

Астра устало помассировала пальцами виски.

– Это всё очень трогательно, конечно… Но я хочу разобраться с этим сама. Вот увидите, всё будет нормально. Мне кажется, мы развели слишком много кипишу из-за неё. В конце концов, не все сразу понимают, что к чему, когда приходят в новое место…

Друзья с сомнением глядели на неё. И молчали.

Весь следующий урок Астра планировала свою маленькую речь и с облегчением убеждалась в том, что она права. Белла просто ничего не поняла. Но у Астры хватит великодушия объяснить ещё раз, и та обязательно поймёт… Настроение приподнялось. Астра едва дождалась звонка.

Белла успела выйти в коридор, когда Астра её нагнала и потрогала за плечо, обворожительно улыбаясь.

– Привет.

– Привет, – нехотя ответила та, как будто ещё думала, стоило ли вообще открывать рот.

– Ты меня в тот раз не так поняла, – произнесла Астра добрым голосом, которым втолковывают пятилеткам, что в розетку нельзя совать пальцы.

Белла скрестила руки на груди и скептически уставилась на неё, ожидая, что она скажет. Астра приободрилась.

– Видишь ли, я тут что-то вроде старосты… как старшая сестра для всех, понимаешь? Я просто хочу тебе помочь, окей? Расскажу тебе, что тут к чему. Помогу выбрать клуб. А может, у тебя есть какие-то способности, и ты сама захочешь создать секцию – это отличный способ найти друзей… Ты, наверное, сейчас чувствуешь себя очень потерянно, скучаешь по своим ребятам из прошлой школы, и поэтому так на меня отреагировала. Но поверь мне, стоит со мной подружиться – и тебе все дороги будут открыты! Не надо бояться, я не кусаюсь, – закончила она и снова улыбнулась. Открыто, обезоруживающе, лучшей своей улыбкой. Секрет был в том, чтобы всегда улыбаться искренне – и у Астры каждый раз получалось.

Улыбка её быстро скисла.

– Хочешь мне помочь, да? – со странной интонацией уточнила Белла. Она почему-то не выглядела ни смущённой, ни проникшейся.

– Ну конечно, – пробормотала Астра. – Ты ведь новенькая, а я…

– То есть, мне стоит с тобой подружиться? – перебила она. Астра не понимала, к чему она ведёт.

– Конечно, – тупо повторила она. – Мне кажется, ты просто не поняла расклад…

Это было лишнее, и Астра поняла это сразу.

– О-о-о, – протянула Белла, щуря ледяные глаза. – Думаешь? А мне кажется, я поняла расклад. Тебе на новенькую плевать с высокой колокольной башни, зато ты очень беспокоишься о том, что болтает о тебе это стадо кретинов. Думаешь, это незаметно? Думаешь, мне стоит с тобой подружиться?

Астра промолчала. Это далось ей нелегко.

– Теперь я думаю, что это ты меня не поняла. – Губы Беллы вытянулись в тонкую струну. – Я не общаюсь с лицемерами. Мне неинтересно ваше стадо. Я хочу, чтобы ты держалась от меня подальше… И твои дружки тоже.

Вокруг постепенно собирались люди, глазея на новое представление. Проклиная всё на свете, Астра решила, что нужно как-то выходить из ситуации.

– Белла, это некрасиво, – мягко и убедительно сказала она. – Завидовать… У тебя тоже будут друзья, если просто нормально себя вести…

Важно было дать окружающим понять, что Астра смотрит на новенькую сверху вниз, как на подопечную. Это было непросто, особенно учитывая, что Астра была ниже.

Белла так удивилась, что тонкие чёрные брови взлетели вверх.

– Завидовать?

– Завидовать, злословить… Нельзя просто сидеть, злиться на всех, и ждать, что с тобой захотят дружить!

– Да ну? – насмешливо спросила Белла. От её удивления не осталось и следа. – А пока что прекрасно работает – ты бегаешь за мной, как собачонка…

Лицо Астры вытянулось. Вокруг негромко заговорили. Белла оглядела толпу, снова вернулась взглядом к Астре – мол, ну и чего ты добилась этим? – и, протиснувшись между людьми, удалилась в сторону лестницы. Все слушали, как вдали неторопливо цокают каблуки. Когда шаги наконец стихли, толпа взорвалась.

В класс Астра вернулась первой, красная и злая как чёрт.

* * *

Переговоры провалились – надо было действовать. Ей даже не пришлось ничего говорить: друзья всё и так поняли по её виду, и решили лишний раз её не трогать. Она подошла к ним после урока сама.

Было уговорено подойти беседовать по дороге в столовую. Они дождались, пока Белла выйдет, и последовали за ней на достаточно вежливом расстоянии, но всё же так, чтобы их можно было заметить. Белла сначала нарочито не торопилась, потом ускорила шаг. Но её погубило то, что она ещё не слишком хорошо знала школу.

Когда остальные одноклассники, спешащие в столовку, исчезли из виду, Белла явно растерялась. Она свернула не туда.

Они вчетвером удачно оказались в коридорчике-ответвлении. Здесь было очень тихо. Из огромных окон било не по-осеннему яркое солнце, отражаясь от кожаных диванчиков у стен. В воздухе плавали, мерцая, пылинки. Все были в столовой.

Белла обернулась, и луч солнца попал ей в лицо, заставив на секунду зажмуриться. Сейчас она выглядела гораздо более беззащитной, чем при последней встрече… Но Астру это не слишком волновало.

– Привет, Белла. – Негромко сказала Астра. – Ты заблудилась?

Белла шагнула назад.

Тогда они подошли к ней почти вплотную.

Она снова отступила, но сзади оказался тупик. Белла не успела его вовремя заметить и неловко упала на диван, как будто ей сделали подножку.

– Хочешь, проводим до столовой? – миролюбиво предложил Юлиан. Теперь они втроём возвышались над ней, и солнечный свет из-за их спин бил Белле прямо в глаза. Она поднесла ладонь козырьком ко лбу, щурясь.

– Ты вообще молодец, – весело заметила Злата. – Я бы так не смогла. Отшить лучшую девчонку в классе… Нужно иметь внутренний стержень. Очень крепкий.

– Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь. – Астра была внешне спокойна, но внутри её тошнило от злости уже от одного вида Давыдовой. – Давай-ка найдём общий язык.

– Иначе что? – нагло поинтересовалась Белла и попыталась рывком встать с диванчика, но Злата положила ей руку на плечо и мягко усадила обратно:

– Невежливо так убегать, мы же беседуем…

– Никакого “иначе” не будет, потому что мы договоримся. – Астра сжала зубы. – Мы тут не привыкли к хамству, знаешь ли.

– Могу себе представить, – пробормотала Белла. Она всё ещё боролась с солнечными лучами. – У вас тут монополия на хамство, как я посмотрю…

Злата подняла тонкую руку и медленно ткнула Беллу в лоб указательным пальцем, заставляя неудобно откинуть голову назад. Белла вскинулась, пытаясь вцепиться Злате в волосы, та вскрикнула; Юлиан силком усадил Давыдову на место.

– Эй, ты чего! – хохоча, выкрикнула Злата. Несколько золотистых волосков спланировали Белле на колени, выделяясь на чёрных колготках. – Я ведь тебе помогала – чтобы свет не мешал… И честное слово, мне так не нравится, как ты с Астрочкой разговариваешь! Я думаю, что…

– Давай договариваться, Белла, – процедила Астра, сжимая кулаки. – Никому не нравится, как ты себя ведёшь.

– А мне не нравится, как вы себя ведёте, – огрызнулась она. – Только попробуйте меня ещё тронуть. Вы думаете, мне не плевать на ваши закидоны… Истеричка… Думаете, что вам всё можно… Лицемерные кретины! Ну ударь меня, попробуй! Ты серьёзно думаешь, что я после этого побегу с тобой дружить?

Астра ударила.

Точнее, замахнулась – Юлиан перехватил её руку в полёте, в двух сантиметрах от носа Беллы. Злата восторженно завизжала. Белла застыла. На её бледном лице постепенно проступали красные пятна, как у больной.

– Смотри, у одного всё-таки мозги есть. – Белла затравленно перевела взгляд с Астриного кулака на лицо Юлиана. – Молодец, только она тебе спасибо не скажет…

Теперь Юлиану приходилось прикладывать вдвое больше усилий, чтобы сдерживать Астру. Белла, сложив руки на груди, откинулась на спинку дивана. Она не то чтобы наслаждалась зрелищем, а скорее выжидала момент, поглядывая на Злату, перегораживающую путь к отступлению.

– Белла, ты пришла в класс пару дней назад. Ты ничего не понимаешь и обзываешь первого человека, который с тобой заговорил! У нас не принято так общаться. Мы все очень любим Астру, и ты должна понимать, что… – Юлиану с трудом давался монолог, потому что Астра сосредоточенно вырывалась как могла, слушая его вполуха. – Ты должна понимать, что она нам очень дорога…

– И что с того? Мне за вас порадоваться? Чего вы от меня хотите-то? – Видимо, поняв, что экзекуция откладывается, Давыдова осмелела. – Болтовня, болтовня… скоро перемена закончится…

Тут Астре удалось пихнуть Юлиана локтем в живот и тот, охнув, на миг ослабил хватку. Астра вылетела из захвата, как камушек из рогатки, и бросилась на противницу, сначала с силой подняв её за пиджак, а потом пинком сваливая на пол. Злата с радостным воплем присоединилась.

Они покатились. Злата пыталась за волосы оттащить Беллу, Юлиан оторопело смотрел на них, опасаясь влезать.

– Почему! Ты! Такая! – совсем утратив контроль над эмоциями, орала Астра и трясла её за ворот пиджака, параллельно пытаясь лягнуть новенькую как можно больнее. – Какого! Чёрта! Я это не заслужила! Я ничего! Тебе! Не сделала!

Белла с ненавистью молчала, изворачиваясь как змея. Но с двумя ей было не справиться.

Астра со стыдом ощутила, что на щеках становится горячо и как-то мокро. Осознав, что плачет, она отшвырнула Беллу на пол и, пошатываясь, вскочила. Лицо горело.

– Если пойдёшь жаловаться директору, не бери на себя лишний труд, – яростно бросила Астра. – Я пойду сама.

– И что ты скажешь? – Белла не без труда стряхнула Злату и кое-как поднималась, одёргивая юбку. По её чулкам молнией бежала стрелка. – Скажешь, что я на тебя напала, да? Ничего удивительного, чего-то такого и стоило бы ожидать от настолько двуличной, жалкой, лживой…

– Что тут происходит? – послышался высокий женский голос из-за угла. Все трое уставились на Астру: Юлиан – поражённо, Злата – напряжённо-выжидательно, а Белла – с каким-то мрачным торжеством на дне холодных глаз.

Астра медленно обернулась. Сглотнула.

Перед ней стояла заведующая учебным процессом – госпожа Азалия. И она была в ужасе.

Не давая ей (и себе) опомниться, Астра шагнула вперёд и расправила плечи, подсознательно пытаясь спрятать участников происходящего от непрошеных глаз.

– Госпожа Азалия, я вовлекла троих учеников в агрессивную коммуникацию, спровоцировав их своими действиями, по личной инициативе… – Она говорила твёрдо и смотрела заведующей прямо в глаза. Та окидывала Астру взглядом и, судя по всему, никак не могла поверить в то, что лучшая ученица стоит перед ней таким чучелом, после драки, и ещё и имеет наглость что-то объяснять… – Насколько мне известно, мне грозит дисциплинарное взыскание вплоть до исключения из школы, при условии, что родители учеников не захотят вмешаться и довести дело до суда. Я готова повторить всё это перед директором и полностью осознаю свою вину. Мне очень жаль, госпожа Азалия.

Воцарившуюся было тишину перебил звонок на урок. Всё время, что он звенел, Астра не смела двинуться с места. Смотрела на заведующую. И чувствовала, как её собственную спину прожигают три взгляда.

Госпожа Азалия вздохнула.

– Грива, Заго́рский, Ши́пка, – она запнулась, не узнавая четвёртую школьницу. – И ты. Как твоё имя?

– Давыдова, – Белла произнесла это едва слышно, одними губами. Она была белее мела. Интересно, чего она боится, промелькнуло у Астры на задворках сознания, и тут же растворилось в её собственном всепоглощающем страхе.

– И Давыдова. К школьному психологу. – Госпожа Азалия покачала головой. – Немедленно. Все четверо.

Сзади зашуршали, подбирая портфели. Астра не могла поверить в такую удачу и тоже наклонилась за сумкой, молясь о том, чтобы за кабинетом психолога не последовал кабинет директора.

– Я разочарована, Астра, – искренне сказала госпожа Азалия, наблюдая за их вознёй и попытками привести себя в хоть сколько-нибудь приличный вид. – Лучшая ученица…

* * *

Они сидели в кабинете и ждали психолога. Там было только два маленьких, мягких диванчика и на один сразу же упали Злата с Юлианом, а Астра и Белла, косясь друг на друга, остались стоять. Несколько минут все четверо переводили дух.

Злата оправилась первой и встала, чтобы подойти к кофемашине.

– Астрочка, будешь какао? – беспечно спросила она, оборачиваясь. – Ребята?

– Нет, – отстранённо сказала Астра, поражаясь её крепким нервам – и тому, что она как будто обращалась и к Белле тоже.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.