Леонид Матвейчук
Франция. Историческая хроника. Часть вторая

1716 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Внешняя политика регента Филиппа Орлеанского представляла реакцию против направления и политики Людовика XIV. Внутреннее управление ознаменовалось финансовыми неурядицами. Молодой король воспитывался под руководством епископа Флёри, заботившегося только о его набожности, и маршала Вильруа, который старался привязать к себе ученика, потворствуя всем его прихотям и усыпляя его разум и волю. Период регентства ознаменовался также усилением свободомыслия в обществе и смягчением строгих нравов, царивших при дворе Людовика XIV. Филипп Орлеанский перенёс свою резиденцию из Версаля в Париж; центром общественной и политической жизни стал дворец Пале-Рояль. В моду вошли «галантные празднества», балы, маскарады и салоны.

–– Джон Ло оф Лористон вернулся в Париж после смерти Людовик XIV. Регентом короля Людовика XV становится Филипп Орлеанский, покровительствовавший Ло. В Пале-Рояле хорошо приняли Ло, а через некоторое время он получил французское подданство. С этого момента, пользуясь поддержкой герцога Орлеанского, Джон Ло приступил к реализации своих финансовых и торговых проектов. В был организован первый частный банк Banque générale, создана международная

Миссисипская компания.

1717 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

За сатирические стишки в адрес регента и его дочери герцогини Беррийской французский философ Вольтер попал в Бастилию, где пробыл почти год.

–– Регент Филипп Орлеанский вёл активную переписку с русским царем Петром I, полагая, что Россия может быть выгодным союзником для Франции. Союз Франции, Пруссии и России был заключён в Амстердаме 4 августа. Имела место и личная встреча царя и регента. Пётр находился в Париже с 7 мая по 20 июня. В результате этой встречи возник смелый проект – женитьба Людовика XV на младшей дочери Петра – Елизавете.

–– Филиппу Орлеанскому также удалось упрочить международные позиции Франции. Он заключил союз с недавними противниками – Великобританией и Соединёнными провинциями. Выступив вместе с ними против Филиппа V, стремившегося вернуть под власть Испании Королевство обеих Сицилий, он дал отпор испанскому королю, который не только признал статус-кво в Европе, но и присоединился к тройственному альянсу.

1718 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Частный банк Banque générale был преобразован в государственный (Джон Ло оф Лористон стал министром финансов Франции). Банк выпускал бумажные деньги, не обеспеченные золотом и серебром (по мнению Ло, это могло способствовать деловой активности и обогащению нации). Спекулятивный ажиотаж на акциях компании, вызванный чрезмерной эмиссией банковских билетов, и неразумная дивидендная политика привели через два года к ликвидации всех инициатив, предложенных Джоном Ло.

–– Во Франции упразднены права парламента, госсоветы, ведающие иностранными и внутренними делами, расформированы.

–– Заговор Челламаре. Интригу против действовавшего регента затеяла герцогиня Мэнская, супруга узаконенного внебрачного сына Людовика XIV, Луи-Огюста. Она была возмущена тем, что регент в нарушение предсмертной воли умершего короля лишил её мужа какого бы то ни было политического влияния, и вступила в переписку с первым министром испанского короля Филиппа V итальянским кардиналом Альберони, фаворитом жены короля Испании Изабеллы Фарнезе. Опираясь на твёрдую поддержку посла Испании князя Челламаре, члены окружения герцогини составили план заговора. В это окружение входили фрейлина герцогини баронесса де Сталь, оставившая после себя любопытные мемуары, кардинал Полиньяк, герцог Ришельё и ещё несколько менее значимых персонажей. Заговорщики строили несбыточные планы – похитить регента, вынудить признать регентом Филиппа V, который должен был созвать Генеральные штаты. Исполнение плана было таким же бестолковым, как и сама идея. Важные документы, компрометирующие организаторов сговора, перед отправкой кардиналу Альберони в Испанию заговорщики поручили переписывать Жану Бюва, служившему писарем в королевской библиотеке, который испугался содержимого этих документов и отнёс их министру Дюбуа. Министр снял с документов копии для себя и заставил Бюва ежедневно приходить и приносить новые документы. Аббат Дюбуа намеренно позволил заговорщикам отправить свои депеши, доверенные молодому испанскому аббату, но поручил задержать того в Пуатье 5 декабря. 9 декабря регент распорядился арестовать князя Челламаре и вскоре после этого выслать его за пределы Франции. Изгнанию подверглись также и другие участники заговора.  Герцог Мэнский был отправлен в крепость Дуллан, его супруга была выслана в Дижон, герцог Ришельё был отправлен в Бастилию. В силу мягкости характера Филиппа II Орлеанского все заговорщики были через несколько месяцев прощены.

1719 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

09 января Франция объявила войну Испании. Англия в это время уже находилась в состоянии войны.

–– Французский регент герцог Орлеанский приказал маршалу Франции герцогу Бервику начать вторжения в северную Испанию, и в апреле французские войска начали переход границы. Французским войскам удалось взять укрепления, позволившие им перейти реку Бидасоа возле Хондаррибии. Были захвачены обширные военно-морские склады, в том числе шесть строящихся военных кораблей. Затем была отброшена контратака испанского гарнизона Сан-Себастьяна. Выйдя из Ируна, Бервик осадил Хондаррибию и захватил ее 18 июня. Это позволило ему продвинуться на Сан-Себастьян с обеспеченным тылом. Испанские силы численностью 13 000 человек под командованием короля Филиппа V собрались в Памплоне и двинулись к Лессаке, но затем отступили, когда до них дошли новости о падении Хондаррибии. Французы вошли в Сан-Себастьян 30 июня и начали размещать батареи вдоль реки Урумеа, где Бервик считал стены города наиболее уязвимыми. Задержка из-за сильного дождя замедлила рытье траншей, и только 25 июля французская артиллерия смогла открыть огонь по стенам. Осадные орудия быстро пробили брешь и били по ней до тех пор, пока не стал возможным штурм. Как было принято в то время, испанский комендант Александро де ла Мотте потребовал переговоров, и его гарнизону было разрешено отступить в цитадель, оставив остальную часть города под контролем французов. Через три дня после того, как французы начали осаждать цитадель, защитники предприняли внезапную вылазку и сумели нанести потери осаждающим. Однако им не удалось разрушить осадные сооружения, и они были отброшены с тяжелыми потерями. Основная испанская армия под командованием Филиппа оставалась в Памплоне, не предпринимая никаких усилий по выручке гарнизона. 11 августа отряд из 750 французских пехотинцев в сопровождении британского флота предпринял успешную атаку на портовый город Сантонья на побережье, за Бильбао, и нанес ему больший ущерб, уничтожив испанские военно-морские предприятия. Тем временем Бервик наконец смог установить возле цитадели батареи с дальнобойными орудиями и начать новый обстрел из мортир. Он нанес больший ущерб, в частности, одним выстрелом был уничтожен пороховой погреб, другим – провиантский магазин. Боевой дух гарнизона упал, и комендант согласился на капитуляцию. Испанцы сдались, но им разрешили выйти с воинскими почестями. После захвата Сан-Себастьяна Бервик получил приказ продвигаться в сторону Каталонии и захватить города Урхель и Росас на севере провинции. Он захватил первый, но плохая погода вынудила его отказаться от осады последнего. В это же время времени британские войска провели успешную десантную операцию и захватили Виго. Попытка испанцев начать встречное вторжение в Бретань потерпела неудачу.

1720 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Гаагский договор, Гаагский мир – мирный договор, заключённый 17 февраля в Гааге между странами Четверного союза и Испанией. Договор положил конец войне. Испания не была способна в одиночку противостоять четырём ведущим державам Европы. После двух лет войны, её главный испанский вдохновитель, министр Хулио Альберони, был отправлен в отставку. 26 января Испания согласилась принять условия победителей. Филипп V отказывался от притязаний на земли Италии, кроме Пармы, Пьяченцы и Тосканы, которые отходили сыну Елизаветы Фарнезе. Австрия получала Сицилию, Савойя – Сардинию.

–– В политике реента Филиппа Орлеанского, как внутренней, так и внешней, начался отказ от экспериментов и инноваций в пользу методов управления его предшественника, связанный в первую очередь с влиянием аббата Дюбуа.

1722 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

22 октября двенадцатилетний Людовик был коронован в Реймсском соборе специально изготовленной для него короной.

–– Несмотря на алчность и распущенность, аббат Дюбуа взятками и посулами помощи в борьбе с янсенистами добился для себя от папы римского титула кардинала, а заодно и архиепископа Камбре, войдя таким образом в число князей Священной Римской империи. Для сына сельского доктора, ни разу не служившего мессы, это была головокружительная карьера. Также Дюбуа стал первым министром Франции. Двор вернулся в Версаль, была упразднена полисинодия. Регент сблизился с иезуитами и возобновил прекратившееся на время преследование янсенистов.

1723 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

01 октября Людовик был объявлен совершеннолетним, но власть продолжала оставаться в руках Филиппа Орлеанского, а по смерти последнего перешла к герцогу Бурбону. Ввиду слабого здоровья Людовика и опасения, чтобы в случае его бездетной смерти его дядя испанский король Филипп V не предъявил притязания на французский престол, герцог Бурбон поспешил женить короля на Марии Лещинской, дочери экс-короля Польши Станислава Лещинского.

–– Регенту герцогу Орлеанскому удалось сохранить единство страны, способствовать поддержанию мира внутри Европы. В целом он сумел сохранить преемственность в управлении государством, не допустив существенных отступлений от принципов абсолютной монархии, и эпоха регентства не стала для Франции периодом застоя.

1725 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Венский союз. Союз Австрии и Испании, заключённый и направленный против Франции и Англии. После завершения Войны за испанское наследство между Австрией и Испанией остались некоторые нерешённые вопросы, которые Франция с Англией попытались уладить на конгрессе в Камбрэ. Однако это посредничество не имело успеха. Англия же навлекла на себя неудовольствие обеих держав, и они начали сближаться друг с другом. Испания не могла смириться с тем, что Минорка и Гибралтар оставались в руках англичан, к тому же её сильно раздражала английская торговля в испанских колониях. Австрия была недовольна притеснениями, которые чинили основанной австрийским императором Ост-Индской компании англичане и голландцы. Австро-испанское сближение ускорило также оскорбление, которое французский двор нанёс испанскому, неожиданно разорвав в апреле помолвку Людовика XV с испанской инфантой. Союз не только угрожал войной Франции, но и затрагивал англо-голландские политические и торговые интересы.

–– Ганноверский союз.  Оборонительный союз, заключённый 3 сентября в расположенном неподалёку от Ганновера замке Херренхаузен между Великобританией, Францией и Пруссией. Союз стал противовесом австро-испанскому альянсу (Венский союз), участники которого стремились решить в свою пользу торгово-политические противоречия с Англией и Францией.

1726 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Король объявил, что он берёт бразды правления в свои руки, но на самом деле власть перешла к кардиналу Флёри.

–– После ссылки герцога де Бурбона и его влиятельной фаворитки маркизы де При Флёри, находясь уже в возрасте 73 лет, сделался кардиналом и фактическим правителем Франции. Принять титул первого министра он отказался. Считая союз с Англией залогом мира, всеми силами стремился к оному. Фактический правитель Франции отличался умеренностью своего образа жизни. Он тратил свои доходы на благотворительность и был доволен своей зарплатой министра (20 000 ливров). Флёри стараясь заглушить в Людовике всякое желание заниматься политикой. Правление де Флёри, служившего орудием в руках духовенства, может быть характеризовано так: внутри страны – отсутствие каких бы то ни было нововведений и реформ, освобождение духовенства от уплаты повинностей и налогов, преследование янсенистов и протестантов, попытки упорядочить финансы и внести большую экономию в расходах и невозможность достигнуть этого ввиду полного невежества министра в экономических и финансовых вопросах; вне страны – тщательное устранение всего, что могло бы повести к кровавым столкновениям.

1727 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Летом умер верховный вождь фоксов Ушала и с его смертью способность племени к соблюдению соглашений с французами сразу понизилась. Нападения на иллиноев и торговцев возобновились. Не дожидаясь инструкций из Парижа генерал-губернатор Новой Франции Боарнуа решил атаковать враждебное племя. Комендантам французских постов были даны указания о подготовке большой военной экспедиции.

1728 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Летом власти Новой Франции намеревались держать свои приготовления в тайне, но сенека узнали о готовящейся кампании и предупредили фоксов, послав к ним гонцов. Комендант форта де Шартре Шарль Анри де Лиэт де Тонти атаковал охотничий лагерь фоксов близ современного Чикаго. Его отряд состоял из 20 солдат и нескольких сотен воинов-иллиноев. После нападения иллинои решили не продолжать поход на фоксов и вернулись в свои селения. 5 июня из Монреаля выступил Линьери и двинулся на запад. Его армия включала в себя 400 солдат и лесных бродяг, а также индейцев из Семи наций. 1 августа он прибыл в форт Мишилимакино, где к нему присоединились ещё сотни индейцев и лесных бродяг. Задержавшись в форте, армия Линьери достигла Грин-Бея только 17 августа. Узнав о приближении французов и их союзников, фоксы бежали к Миссисипи. Прибыв к селению фоксов 24 августа, Линьери нашёл его покинутым. Так и не дождавшись де Лиэта и иллиноев, он отказался от преследования враждебных индейцев. Линьери сжёг деревню фоксов, уничтожил их припасы и возвратился в Ла-Байе-де-Пуан. В начале сентября французская армия прибыла в Мишилимакино. Боарнуа был обеспокоен неудачей кампании. Французские власти были недовольны как самой экспедицией, так и тем, что генерал-губернатор принял это решение не посоветовавшись с ними. Фоксы хоть и смогли избежать сражения, но их селения были сожжены, а поля разорены.

1729 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

После спора об отказе кикапу и маскутенов убить французских заложников, которых они удерживали, фоксы покинули их лагерь в ярости. После нескольких дней пути они повстречали воинов кикапу и маскутенов и убили их. Узнав об этом, их бывшие союзники перешли на сторону Новой Франции. Поскольку известие об отступничестве кикапу и маскутенов распространилась среди индейских племён Великих озёр, многие из них решили присоединиться к французам. Меномини и виннебаго совершили ряд нападений на деревни фоксов, те, в ответ, атаковали селение виннебаго. Поняв, что оставаться в Висконсине они больше не могут, фоксы послали гонцов к сенека, прося у них разрешения переселиться на территорию ирокезов. Они также попросили ирокезов присоединиться к войне против Новой Франции. Сенека неохотно согласились дать приют фоксам, но предпринимать какие-либо действия для поддержки их переселения отказались.

1730 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Летом, фоксы, уверенные в поддержке ирокезов, решили покинуть Висконсин и направиться в Нью-Йорк. Но чтобы попасть туда, им надо было пересечь страну иллиноев. Они отправил посланника, чтобы спросить иллиноев разрешения на проход, но возникла ссора, в результате которой был убит племянник вождя племени кахокия. Разъярённые воины кахокия преследовали фоксов и настигли их 4 августа в открытой прерии к востоку от современного города Блумингтон. На помощь кахокия подоспели воины потаватоми, кикапу и маскутенов. Фоксы решили укрепить свой лагерь и отразить нападение своих врагов. Гонцы из деревни кахокия доставили весть о передвижении фоксов в другие селения конфедерации иллиноев, которые находились около форта де Шартре на юге современного штата Иллинойс. Комендант форта, Робер Гростон де Сен-Анж, собрал почти сотню солдат и торговцев, и 10 августа, присоединив ещё воинов-иллиноев, выступил в поход. 17 августа объединённый отряд из 500 французов и индейцев прибыл к месту осады. Получив известие о предстоящем сражении, Николя-Антуан Кулон де Вилье собрал 300 сауков, майами и потаватоми у форта Сен-Жозеф, и также отправился в поход, прибыв в тот же день, что и де Вилье. На следующий день к ним ещё присоединились 28 французов и 400 веа и пианкашо под руководством Симона Роме. Окруженные более чем 1400 воинами, фоксы успешно держали оборону, но их провизия и вода заканчивались. 1 сентября их положение ещё более ухудшилось – прибыл отряд Николя-Жозефа де Нуайе с 200 воинами из племён потаватоми, майами и вайандотов. В ночь на 8 сентября разразилась гроза, и фоксы воспользовавшись этим, решили бежать. Французы и их союзники догнали и убили около 600 из них. Лишь примерно 50 воинов смогли спастись, но позже, часть из них, была захвачена в плен. В последующие месяцы власти Новой Франции смогли насчитать всего 450 выживших фоксов, большинство которых являлись пленниками союзных французам индейцев.

1731 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

В сентябре делегация фоксов прибыла в Монреаль, чтобы просить Боарнуа сжалиться над племенем и заключить мир. После того, как посланники отправились домой, генерал-губернатора посетили вайандоты форта Детруа и мохоки из миссии Лак-де-Дё-Монтань. Они просили позволения атаковать уцелевших фоксов. Видя в предлагаемой кампании удобную возможность окончательно сломить врагов Новой Франции, Боарнуа согласился.

1733 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Умер король Речи Посполитой Август II. Франция выдвинула в качестве его преемника Станислава Лещинского, утверждение которого явилось бы значительной политической победой Франции и могло бы подорвать русское влияние в Речи Посполитой. Кроме того, это могло привести к созданию антирусского блока государств (Польша, Швеция, Османская империя) под руководством Франции. Россия и Австрия поддержали саксонского курфюрста Фридриха Августа II. Обе стороны сразу же начали активно действовать деньгами. Избирательный сейм начался 25 августа. Его работа была отмечена ссорами. 12 сентября Потоцкий провозгласил избрание королём Речи Посполитой Станислава. Между тем меньшинство, опубликовав манифест, в котором жаловалось на уничтожение liberum veto, отступило в Венгров. 22 сентября Лещинский в сопровождении своих главных сторонников, а также французского и шведского послов выехал в Гданьск, где намеревался дожидаться французской помощи. Расположенный у побережья, Гданьск был лучшей крепостью Польши и одной из лучших крепостей Европы, а близость к морю позволяла получать помощь от Франции и Швеции. Часть шляхты 24 сентября в полмиле от Праги, в урочище Грохове, избрала на престол Фридриха Августа.

–– Кардинал Флёри, который был фактическим правителем Франции, отправил на Балтику для поддержки Лещинского небольшую эскадру. Французское правительство решило использовать эскадру в качестве отвлекающего манёвра, создав видимость присутствия на ней Лещинского, который выехал в Польшу по суше. Лещинского изображал граф де Трианж, который прибыл на флагманский корабль. Выйдя из Бреста 20 августа, эскадра под командой графа Сезара Антуана де ля Люзерна в составе 9 линейных кораблей, 3 фрегатов и корвета 09 сентября прибыла в Копенгаген. Франция, поддерживавшая Лещинского, с большой неохотой пошла на посылку своей эскадры на Балтику, так как это могло бы вовлечь в войну нейтральные Англию и Голландию. У французских моряков не было опыта хождения по Балтике и при подготовке эскадры выяснилось, что найти необходимое количество лоцманов достаточно проблематично. Когда эскадра встала на рейде Копенгагена, её посетил французский посол в Дании граф де Плело, который сообщил, что Лещинский успешно добрался до Польши и уже избран королём. 27 сентября Люзерн получил приказ возвращаться в Брест и 22 октября эскадра вышла в обратный путь. Отбытие эскадры вызвало всеобщее удивление, но многого эскадра сделать не могла. Военные действия происходили на суше, а десанта на кораблях не было.

–– Французские деньги достигли Гданьска и были использованы комендантом генерал-майором фон Штайнфлихтом, отвечавшим за оборону города, на укрепление обороны в ожидании военных действий со стороны России, Саксонии и Австрии. К расквартированным в городе солдатам постоянного гарнизона присоединились многочисленные сторонники Станислава Лещинского и местное ополчение.

1734 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Осада Данцига. 5 марта фельдмаршал Миних прибыл к осадной армии и принял командование. Главной проблемой осаждавших было отсутствие тяжелой артиллерии, так как прусский король долго не соглашался пропустить русские пушки через свои земли. Армия располагала только тремя однопудовыми саксонскими мортирами, доставленными через Пруссию как багаж герцога Иоанна-Адольфа. У осажденных оставалась связь с морем по рукаву Вислы (Мертвая Висла), где у впадения реки в море находился форт Вейхсельмюнде. По этому рукаву в город постоянно прорывались мелкие суда, обеспечивая связь и доставляя припасы. Русские старались расстреливать суда, идущие в город. 18 апреля огнём русской артиллерии был разбит один из двух кораблей, пытавшихся пробиться в Гданьск. 6 человек из команды и груз (порох, фузеи, гранаты и мука) были захвачены. Ночью на 29 апреля начался штурм укреплений Хагельсберг, закончившийся трагедией. В первые минуты боя выбыли из строя все офицеры в штурмующих частях, а солдаты, заняв траншеи противника, отказались отступить и гибли под огнём защитников крепости. Только генерал-аншеф Ласси, лично пробившийся на передовую, смог уговорить солдат отступить. Этот штурм обошелся русской армии в 673 убитых и 1418 раненых, потери защитников крепости составили около 1000 человек. Реальную поддержку осадной армии мог оказать флот, но в Адмиралтейств-коллегии надеялись на скорую сдачу города и медлили с отправкой эскадры. Когда в Париже узнали, что Лещинский блокирован в Гданьске, была собрана вторая эскадра. В этот раз в Гданьск посылались войска. Общее командование над эскадрой получил адмирал Жан-Анри Берейл. Суда для перевозки войск предполагалось фрахтовать или реквизировать именем короля. Сосредоточение флота происходило в Кале. 29 апреля, французская эскадра встала на рейде Гданьска. В этот же день произошла высадка войск на Вестерплятте (остров Лаплата) – небольшой территории между Вейхсельмюнде и морем. В ночь на 4 мая французский отряд тихо сел на корабли и отбыл, что вызвало отчаяние в городе. К резиденту Плело в Копенгаген посыпались призывы развернуть эскадру. Дождавшись подхода кораблей, Плело провел совещание с офицерами и 9 мая эскадра выступила обратно к Гданьску. В этот раз, Плело отправился вместе с ней. 13 мая около крепости Вейхсельмюнде эскадра высадила французский отряд второй раз. 14 мая несколько французских офицеров добрались до Гданьска, что уверило французов в возможности прорыва. Эскадра получила приказ крейсировать между Хельской косой и Пилау. 15 мая русская эскадра под командованием адмирала Томаса Гордона, приняв на транспорты (флейты) осадную артиллерию и снабжение для армии, вышла из Кронштадта к Гданьску. 16 мая французские войска, взяв в плен русский пикет, попытались пробиться в Гданьск через позиции Олонецкого драгунского полка полковника Юрия Лесли из корпуса князя Урусова. Одновременно гарнизон попытался сделать отвлекающую вылазку. Проводник французского отряда провел солдат по болотам и вывел прямо на русские позиции. В результате сражения французы, замочившие в болотах патроны, были разбиты и заперты на пустынном, простреливаемом со всех сторон острове Лаплата в устье Вислы. Французы потеряли в бою 232 человека, включая графа Плело, на теле которого насчитали около двадцати пулевых и штыковых ран. 26 мая русские транспортные суда (флейты) под прикрытием эскадры произвели выгрузку артиллерии у Пиллау. 1 июня к Гданьску прибыл русский флот под командованием адмирала Томаса Гордона, который привёз дополнительный осадный парк. С конца мая, получив артиллерию, фельдмаршал Миних начал производить интенсивные бомбардировки города. 4 (июня к бомбардировке присоединились корабли эскадры. 5 июня в результате бомбардировки произошли взрывы пороховых складов в Гданьска и Вейхсельмюнде. В пятом часу утра фрегаты и бомбардирские корабли возобновили обстрел лагеря, береговых батарей и французского фрегата. 9 июня бомбардирские корабли готовились возобновить бомбардировку, но в 6-м часу из Вейхсельмюнде прибыл барабанщик, который просил огонь не открывать, так как гарнизон начал переговоры. 10 июня эскадра Гордона вернулась к гданьскому рейду, опасаясь, что из крепости могут уйти мелкие суда противника. Вечером 11 июня сложили оружие французы. 12 июня комендант Вейхсельмюнде прислал офицеров для переговоров о капитуляции и 13 июня гарнизон поднял белый флаг. Граф Миних лично прибыл во французский лагерь и принял знамёна капитулировавшего корпуса, гарнизон Вейхсельмюнде присягнул Августу III. В крепости и на судах было взято 168 орудий и значительное количество боевых запасов. В ночь на 17 июня, переодевшись крестьянином, из города бежал Станислав Лещинский. 6 июня была подписана безоговорочная капитуляция Гданьска, через два дня гарнизон открыл ворота. Горожане выдали Миниху французских агентов, примаса Теодора Потоцкого и графа Станислава Понятовского. На город была наложена контрибуция в 2 миллиона талеров. Победителям достались 1 французский фрегат, два прама с 52 пушками, 114 крепостных орудий, 7269 ядер, 1303 картечных заряда и 1130 пудов пороха. В плен сдались французский министр маркиз де Монти, подскарбий великий коронный граф Франтишек Оссолинский, печатник Сераковский, сеймовый маршалок Рачевский и комендант генерал-майор Штайнфлихт, 1197 наемников, 2147 французских солдат и офицеров и пять коронных полков – драгунский Станислава, пехотные Старой Гвардии, Принца, Флиманла, Гвардии Примасовой.

–– Осада Трарбаха проводилась с 10 апреля по 2 мая. Французские войска маршала Бель-Иля осадили и захватили крепость Трарбах, обороняемую трирским гарнизоном войск Священной Римской империи. Крепость Трарбах, расположенная на берегу Мозеля, контролировала подступы к Триру. Поэтому в ходе войны одной из задач наступавшей французской армии было захватить крепость и возвышавшийся над ней замок Гревенбург, служивший цитаделью. За несколько дней до подхода французов гарнизон численностью около 600 человек был усилен и приведен в боевую готовность. Надежда французского авангарда захватить город Трарбах и Гревенбург внезапной атакой в ночь с 9 на 10 апреля не оправдалась. Тем не менее французам удалось ночью взломать одни из городских ворот Трарбаха и взять город. Однако оборонявшиеся войска смогли отступить в Гревенбург. Наконец, 12 апреля маршал Бель-Иль прибыл со всей своей армией в Трарбах. В ожидании запрошенной артиллерии французы прокладывали новые дороги, выкапывали траншеи и устанавливали защитные туры. После прибытия артиллерии начался обстрел замка. При бомбардировке Гревенбурга французы применили своеобразное химическое оружие. Они использовали тяжелые бомбы, от которых при падении исходил неприятный смрад. За время осады по цитадели было выпущено 2687 бомб. Несмотря на обстрел, защитники смогли продержаться около месяца и отразить несколько попыток штурма. Однако к 1 мая французы смогли сильно повредить наружные укрепления перед главным входом в цитадель и проделать широкую брешь в стене, так что штурм стал неизбежным. Поэтому комендант решил 2 мая капитулировать, чтобы спасти людей. Согласованная капитуляция предусматривала почетный выход войск гарнизона, которым 4 мая было разрешено покинуть крепость под французским конвоем и направиться в Кобленц. С отходом из Трарбаха закончилась война для трирских войск, которые отошли к Кобленцу и Эренбрайтштайну. Бель-Иль, разрушив Гревенбург, двинул основную часть своей армии на верхний Рейн, чтобы осадить Филиппсбург.

–– Готфрид Эрнст фон Вуттгенау был назначен комендантом крепости Филиппсбург. В гарнизоне не хватало боеприпасов, опытных артиллеристов и инженеров. Защитники состояли из рот, выделенных от различных имперских полков. В конце мая французы начали окружать крепость Филиппсбург. Всего было переброшено 46 батальонов, из них 14 – на левом берегу Рейна, а остальные – на правом берегу. Одна половина войск на правом берегу была занята осадными работами, другая – защитой осадного лагеря в случае попыток деблокады. 26 мая 12 000 французов начали рыть внешнюю траншею для окружения крепости. Осадные работы под командованием Бервика продолжались до 12 июня, когда он был сражен выстрелом во время осмотра осадных работ. Командование осаждающей армией перешло к генералу Клоду Франсуа Бидаль д’Асфельду. 19 июня Евгений Савойский, выполняя приказ императора, начал движение своей армии, 70 000 человек, к Филиппсбургу с целью снять осаду. 27 июня армия подошла к Брухзалю. В ответ д’Асфельд построил дополнительные понтонные мосты через Рейн и перебросил свою кавалерию через реку, а также перенаправил часть осадного корпуса против войск Савойского. Он также включил кавалерию в кольцо осады, которое тем временем было защищено снаружи земляными валами и рвами перед ними. 5 июля из-за проливных дождей часть французских траншей и минных ходов была затоплена, но это также доставило дополнительные неудобства австрийцам. Евгений Савойский после нескольких безуспешных атак на циркумвалационную линию не смог действовать решительнее и отвел свою армию. К 17 июля французы довели осадные работы до внутреннего рва крепости, а затем прорвали валы и дошли до цитадели. Так и не получив помощь от Евгения Савойского, Вуттгенау рано утром 18 июля согласился на условия капитуляции.

–– В мае австро-германские армии закрепились основной частью войск южнее реки По в Понте-Сорболо и Серральо-Мантовано и стали отправлять беспокоящие рейды кавалерии против союзников. Франко-сардинские войска, переправившись через реку По в Казальмаджоре, заняли высоты у Сакка силами примерно в 20 000 и разместили свой штаб в герцогском дворце в Колорно, в центре своей оборонительной линии. Сам Колорно и его дворец защищали 2 000 французских солдат. Князь Фредерик Людовик Вюртемберг-Винненталь, вступивший в командование австрийской армией вместо заболевшего генерала графа Мерси, решил внезапным ударом выбить противника с его плацдарма на реке Парма и захватить Колорно. После полуночи 1 июня имперские войска численностью примерно 14 000 пехотинцев и 1 200 кавалеристов незаметно продвинулись к Колорно и в течение часа захватили и город, и дворец, взяв 200 пленных. Вюртемберг-Винненталь не стал преследовать французов и атаковать их в лагерях у Сакка, а предпочел остановиться, оставив в городе два полка. Союзники решили вернуть Колорно. На рассвете 4 июня они, силами в 12 000, разделившись на 4 колонны, двинулись к городу. В шесть часов утра генерал-лейтенант де Мальбуа, непосредственно командовавший союзными войсками, захватил мост через ручей Лорно и после ожесточенной борьбы, в восемь часов утра, дома предместья на другом берегу. Затем он продолжил наступление на плацдарм за Пармой. Имперская пехота генерал-майора Гектора Франца де Винса, стоявшая вдоль набережной и в домах, встретила французов оживленной артиллерийской стрельбой. Атаки французов, повторявшиеся в течение трех часов до одиннадцати часов дня, решительно отражались австрийцами. Только расположив на берегу Пармы свои батареи и ведя из них сосредоточенный артиллерийский огонь, союзники заставили имперские войска отступить во дворец и окружающие сады, откуда они продолжали отстреливаться до ночи. Пока шёл бой за город, де Мальбуа приказал построить два понтонных моста через Лорно, по которому в три часа дня переправилась пехота и кавалерия. Вечером он расположился на фланговой позиции лагерем у слияния ручья Лорно с рекой Пармой. Утром 5 июня 2000 солдат имперских войск вышли из своих окопов и попытались атаковать фланговую позицию союзников на ручье Лорно, а также попытались взорвать мост, однако под непрерывным огнем франко-пьемонтских войск они вынуждены были отвести свою артиллерию. Франко-сардинские союзники воспользовались этим и, проведя массированную атаку силами 10 гренадерских рот при поддержке кавалерии, перешли реку Парму выше Колорно и окончательно вытеснили австрийцев из города. Австрийская армия в двух боях потеряла более 1200 человек. Французы отчитались о своих 800 убитых и раненых. Имперская армия отошла к Понте-Сорболо и вновь заняла позиции к северу от Реджо-Эмилии, чтобы предотвратить возможные атаки франко-сардинских войск за пределами Энцы. 7 июня генерал граф Мерси, излечившись от болезни, отправился в Понте-Сорболо, где возобновил командование имперскими войсками.

–– После сражения при Парме австрийская армия принца Людвига Вюртембергского отошла к реке По и стала лагерем у Роверы (напротив Остилии). 8 июля союзная франко-сардинская армия (30 тысяч пехоты и 10 тысяч кавалерии), достигнув реки Секии, стала в укрепленном лагере, на левом берегу реки от Банданелло до Сен-Бенедетто. Обе стороны до сентября оставались в бездействии. Продолжительное бездействие противника заставило союзников предположить, что австрийцы продержатся на По до зимы. Исходя из столь предвзятой идеи, они расположили конницу на широко расположенных квартирах, сильно растянули занятую позицию и слабо следили за неприятелем. Правое крыло союзной армии, бригада Пикарди, стояла у Банданелло, главная квартира находилась в Гайделле, где была расположена бригада дофина; от Гайделлы до Куистелло стояли бригады Шампани, Оверни, Нивернуа и королевская; на пространстве от Куистелло до впадения Секий в По находились бригады Дю-Мэн, Суоне, королевы и Савуа. На левом крыле у Сан-Бенедетто – 6 тысяч человек сардинцев. Рассчитывая на беспечность союзников, новый главнокомандующий австрийской армии, граф Кёнигсегг, решил атаковать их внезапно в ночь на 15 сентября. Австрийская армия была разделена на два крыла: правое (15 батальонов и 10 гренадерских рот), графа Вальдека, должно было продвинуться вправо от Куистелло до Секии и тем прикрыть собственный лагерь, для защиты которого главнокомандующий поставил генерала Лантиери с 3 кавалерийскими полками; левое (20 батальонов, 24 гренадерские роты, 6 полков кирасир и 7 эскадронов гусар), принца Вюртембергского, должно было вести наступление. Ночью на 15 сентября австрийцы выступили из лагеря и за час до рассвета, не замеченное неприятелем, левое крыло приступило к переправе через Секию вброд. Французские бригады дофина, Оверни и Шампани после кратковременного сопротивления отступили на Сен-Бенедетто, при чём едва не был захвачен в плен главнокомандующий герцог де Брольи. Его штаб и военная касса, с 200 тысячами талеров, достались победителям. Тем временем граф Вальдек на правом крыле подошел к Куистелло и начал готовиться к штурму деревни. Между тем, пользуясь задержкой австрийцев при развертывании на левом берегу Секии, союзники успели восстановить порядок и двинулись против Гайделлы. Герцог де Брольи начал выстраивать боевой порядок. Но не успели союзные войска окончить построения, как граф Кенигсек начал атаку. Сильный огонь австрийцев произвел замешательство в бригадах дофина и Шампани, которые начали отходить в беспорядке. Видя, что нет возможности выиграть сражение, сардинский король приказал оставить Квистелло и отступать к Сан-Бенедетто. Австрийцы овладели всем лагерем и, не преследуя союзников, отступавших в порядке, стали у Куистелло, куда вслед за тем была перенесена главная квартира графа Кёнигсегга, не использовавшего, таким образом, победы преследованием. Потери французов и сардинцев – 1100 человек убитыми и ранеными, 6 тысяч пленными; у австрийцев, 800 человек убитыми и ранеными, 100 пленными. Среди убитых находился и храбрый граф Вальдек.

–– После неудачного сражения при Куистелло, союзная французско-сардинская армия отступила к Гвасталле. Сардинский король Карл Эммануил III решил расположить войска на позиции между реками Кростоло и По. Выйдя из Луццары, фон Кёнигсегг во главе сорока тысяч человек появился 19 сентября около десяти часов перед франко-пьемонтскими позициями. Силы союзной армии состояли из 12 бригад пехоты и 46 эскадронов кавалерии; правое крыло, под командованием французского маршала Куаньи, примыкало к деревне Баканелло на реке Кростоло; центром командовал король Карл Эммануил III, а левым крылом, примыкавшим к реке По, маршал граф Брольи. Вся позиция была прикрыта лесками; только часть левого крыла стояла на открытом месте. Австрийцы, обманутые движением войск и обоза через мост за левым крылом неприятельской армии, полагали, что союзники отступают за По и оставшиеся по эту сторону реки войска представляют лишь арьергард; это заставило австрийского фельдмаршала графа Кёнигсегга обратить свои силы (40 батальонов и 68 эскадронов) только на одно левое крыло противника, что дало возможность королю постепенно усиливать его войсками центра и правого крыла. После семичасового боя и пяти безуспешных атак граф Кёнигсегг приказал отступать. Отступление прикрывал генерал граф Нейперг; маршал Куаньи преследовал его. Австрийцы потеряли 3 генералов (князя Вюртемберг-Винненталя, маршала Вальпарайза и маркиза Кольменеро), 56 офицеров и 1520 нижних чинов, французы лишились генерала Франсуа д’Аффри, маркиза Мамона и 1 600 рядовых. Было ранено около 4 тысяч человек с каждой стороны. После того, как франко-пьемонтская армия не воспользовалась своей победой, австрийские части смогли стабилизировать свои позиции у Луццары и предотвратить дальнейшее наступление на Мантую, так как Карл Эммануил III не был заинтересован в завоевании Мантуи, потому что она отошла бы испанцам в случае победы.

1735 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Осенью Франция, пользуясь нейтралитетом Англии и Голландии, укрепила свои войска и вновь попыталась форсировать Рейн. Войска располагались на зимние квартиры. Часть батальонов русского корпуса предполагалось поставить в гарнизоны Фрайбурга и Альт-Брайзаха, но Ласси отказался разделить войска и корпус был расставлен по постам вдоль Рейна и на зимних квартирах в Вюртемберге. На правом фланге у Майнца формировался корпус Зекендорфа, который должен был выбить французов из Коблеца и с реки Мозель.

–– 20 октября 35 тысяч имперских солдат, шедших в направлении Трира, встретили 25-тысячное французское войско, идущее из Трира. Австрийские войска расположились на левом берегу Зальма между Эшем и Ривенихом, резервы находились в небольшой долине, ведущей от Эша к Клаузену, и на горе восточнее Ривениха. Дальнейшие резервы располагались между Зелемом и Польбахом и на высоте к востоку от Зальмрёра. Французы были на правом берегу Зальма между Ривенихом и Хетцератом. По преданию, они затопили луга, перегородив Зальм, чтобы затруднить продвижение имперских войск. Зекендорф приказал части своей венгерской кавалерии атаковать французский авангард. Они это сделали около 11:00, но были отброшены. Около 14:00 французские колонны прибыли на высоты выше Эша и Ривениха. Около 16 часов граф фон Зекендорф приказал своему левому крылу атаковать Ривенихский мост, занятый французами. Французы, в свою очередь, наступали двумя линиями против корпуса в центре, напротив деревни Эш. Но там их удержали артиллерийским огнём. Однако французы не ушли из Ривениха, несмотря на массированный австрийский обстрел. Поэтому князь фон Вальдек с 6 гренадерскими ротами, а также с 100 кавалеристами и 100 гусарами переправился через Зальм и двинулся вдоль изгородей через Ривених, чтобы там атаковать фланг французов. Тем временем несколько эскадронов также переправились через Зальм и мост в Эше. 2000 французских гренадеров, увидев гусар, сразу же открыли огонь, а затем начали отступать к центру. Куаньи, поняв, что противник превосходит его по численности, отвел свои войска от моста и покинул Ривених. С наступлением темноты боевые действия стихли. Маршал Куаньи, осмотрев утром позицию Зекендорфа, решил, что она слишком сильна для штурма, и на следующий день отступил к Хетцерату. Зекендорф послал барона Димара с венгерской и немецкой кавалерией атаковать французский тыл, но они не добились успеха. Значительная нехватка провизии вынудила Куаньи разделить свои войска по обе стороны Мозеля, что было рискованным шагом, когда противник был рядом. Зекендорф не использовали это, но Куаньи к 28 октября полностью отошел с северной стороны Мозеля. 31 октября Куаньи узнал, что в рамках продолжающихся мирных переговоров было достигнуто соглашение о прекращении огня; 12 ноября эта новость была доставлена Зекендорфу. Боевые действия прекратились.

–– Присутствие русских войск в Польше и на Рейне не позволяло Франции вербовать союзников в немецких землях, раскол в Германию внести не удалось. Французский двор, не забывший встречу с русскими под Данцигом, опасался совместного наступления русско-австрийской армии. Кардинал Де Флёри послал маркиза Жака де Шетарди, послом в Россию. Присутствие в Германии российских войск не только способствовало мирному разрешению европейского конфликта, но и переменило общественное мнение Европы в пользу России.

–– 3 октября. Предварительный мирный договор между Австрией и Францией.

–– Присоединение Пармы к владениям Габсбургов. Франция и Австрия договорились о передаче Тосканы Францу Лотарингскому. К Сардинии присоединена часть Миланского герцогства. Испания получает Неаполитанское королевство и Сицилию.

1736 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

В связи со сделкой между Людовиком XV и будущим императором Священной Римской империи Францем I Стефаном, Лещинский возведён на престол Лотарингии и герцогства Бар.

1738 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Венский мирный договор подписанный в Вене 18 ноября и завершивший войну за Польское наследство. Со стороны Австрии договор подписал граф Филипп Цинцендорф, а со стороны Франции и её союзников (Испании, Сардинии) – Жан де ла Бон. По условиям договора Франция гарантировала прагматическую санкцию и признавала курфюрста саксонского Фридриха Августа II польским королём под именем Августа III. За Станиславом Лещинским оставлялся пожизненно королевский титул, ему также передавались герцогство Лотарингия и графство Бар, которые после его смерти должны были отойти к Франции. Герцог лотарингский Франц Стефан, зять императора Карла VI, в качестве компенсации за Лотарингию получал Пармское герцогство в составе Пармы, Пьяченцы и Великое герцогство Тосканское, престол которого оказался вакантным в связи с пресечением династии Медичи. Австрия отказывалась от приобретённого ею по итогам Утрехтского мирного договора и Лондонского договора королевства Сицилия, которое было передано младшей линии испанских Бурбонов (без права объединения с Испанией под одним скипетром). Сардиния получала часть принадлежавшего Австрии Миланского герцогства (Новара, Тортона). Венский мирный договор стал военным и дипломатическим поражением Австрии. В то же время договор был крупным успехом Франции, которой удалось не только значительно ослабить позиции Австрии в Италии, но и завершить, с присоединением Лотарингии, воссоединение своей национальной территории. Одновременно Венский мирный договор был отражением военно-дипломатических успехов России, одержавшей победу над Францией в польском вопросе.

1740 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

На полуострове Индостан французов представлял Жозеф Дюплеи, на островах – Бертран де Лабурдонне. Лабурдонне успел превратить Иль-де-Франс в крупную военно-морскую базу, а когда возникла возможность войны между Францией и Великобританией – добился выделения от Ост-Индской компании эскадры, с помощью которой предлагал пресечь английскую торговлю и торговое судоходство. Дюплеи мечтал о создании вокруг Пондишерри французского княжества на юго-востоке Индии, и потому занимался тонкой политической игрой, заключая альянсы с местными индийскими правителями. Руководство Французской Ост-Индской компании надеялось, что несмотря на состояние войны между странами, в столь отдалённом регионе между компаниями двух стран может сохраняться нейтралитет, и приказала Лабурдонне избегать нападений на британские суда. Британская компания приняла предложение о нейтралитете, однако при этом сделала оговорку, что соглашение между компаниями не может являться обязательным ни для британского правительства, ни для королевского флота. В результате было утрачено преимущество, достигнутое французами благодаря предусмотрительности Лабурдонне. Французская компания перестала тешить себя иллюзиями лишь после того, как британское адмиралтейство отправило эскадру и начало захватывать французские корабли в акватории между Индией и Китаем.

1741 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

28 мая. В Нимфенбурге заключён второй антиавстрийский союзный договор между Францией, Баварией и Испанией.

–– 5 июня. В Бреславле заключён направленный против Австрии союзный договор между Францией и Пруссией.

–– В ночь на 26 ноября франко-баварско-саксонские войска внезапной атакой захватили богемский стольный город Прагу. На следующий день Карл Альбрехт Баварский был признан сословиями королем Богемии, а позже также некоторое время носил титул императора Священной Римской империи как Карл VII.

–– Баварская армия Карла Альбрехта и французский вспомогательный корпус маршала Бель-Иля в конце июля вторглись в Верхнюю Австрию, а затем 27 ноября вместе с саксонцами заняли Прагу, пруссаки взяли Бреславль. Но так как полное уничтожение Австрии и территориальное расширение своих союзников вовсе не входило в планы Фридриха, кроме того, прусская армия крайне нуждалась в отдыхе, поэтому, при содействии Англии, 11 октября в деревне Клейн-Шеллендорф между Пруссией и Австрией заключено было тайное перемирие на всю зиму. Все силезские крепости были сданы пруссакам. Освободившись на время от Пруссии, Австрия обратила все свои силы против французов и баварцев. В Австрию были переброшены войска из отдаленных провинций, дополнительно набрано 15 000 в линейные войска. Назначенный командующим Кевенхюллер пообещал Марии Терезии, что этого достаточно, чтобы изгнать захватчиков. Вначале решили выбить союзный французский корпус из Верхней Австрии. Первоначальной целью стала диверсия на французский лагерь, расположенный у Санкт-Пёльтена. 23 декабря венгерская кавалерия посреди ночи вышла из Герцогенурга и окольными дорогами неожиданно вошла в полдень в район Санкт-Пёльтена. Воспользовавшись преимуществом неожиданности, она на большой скорости атаковала лагерь противника, застигнув французов врасплох. В результате боя, в котором венгерская кавалерия превзошла французскую, было уничтожено много французских солдат и взят в плен граф Таванн. По лагерю, а затем и по всему городу распространились паника. Ворота Санкт-Пёльтена были немедленно очищены гвардейцами и закрыты. Полки срочно вызванные для борьбы с венграми, дали бой. Однако командовавший набегом Менцель, потеряв всего одного человека, не принял боя и ушёл со своей добычей.

1742 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

С начала лета французские войска в городе были осаждены австрийской армией численностью 27 000 пехотинцев и 17 000 кавалеристов. К войскам маршала Бель-Иля в Праге подошёл контингент маршала де Брольи, что увеличило гарнизон до 19 000 пехотинцев и 7000 кавалеристов. Французы перекрыли петлю Влтавы с пражской Малой-Страной полевыми укреплениями от Цисаржского острова до Смихова и сосредоточили за ними всю кавалерию, 15 драгунских полков, два гусарских полка, 17 полков тяжелой кавалерии и семь пехотных полков. Выходом из этого «котла» был мост, который охраняли три кавалерийских полка и один пехотный полк. На другой стороне моста стоял гусарский полк для разведки. Регулярная осада началась только 16 августа, после завершения создания австрийцами параллельных траншей напротив бастионов Санкт-Элизабет и Санкт-Норберт. Главным районом боевых действий были передовые полевые окопы перед районом Старе-Место, где была сосредоточена почти вся французская пехота. Атаки австрийцев были малоэффективны, а из-за особого географического положения город не удалось полностью окружить. Тем не менее условия для осаждённых становились все более тяжёлыми, начались болезни. В сентябре французская деблокирующая армия вынудила австрийцев временно снять осаду. Затем де Брольи покинул город, и командование перешло к маршалу де Бель-Иль. Он все еще надеялся на маршала де Мальбуа, который в Нидерландах с 40 000 человек противостоял войскам курфюрста Ганновера. Наконец де Мальбуа, соединившись с корпусом графа Харкорта, двинулся с большими силами на восток через Нижнюю Франконию, но ему не хватило решимости, чтобы форсированным маршем продвигаться в Богемию. Не дождавшись подхода деблокирующей армии, герцог де Бель-Иль покинул крепость с 14 000 человек, что австрийцы заметили только 18 декабря. Они сразу перекрыли возможные пути отхода, но де Бель-Иль перехитрил их и в сложных климатических условиях после десятидневного марша через Богемский лес достиг территории Баварии. Де Бель-Иль оставил в Праге 6000 человек, большинство из которых были ранены или больны. Они согласились на капитуляцию и сдали крепость. Им было предоставлено право выхода со всеми воинскими почестями.

–– Прусская армия Фридриха II нанесла поражение австрийцам в битве при Хотузице и французы, его союзники, двинулись в южную Богемию. Австрийский фельдмаршал Лобковиц поспешно стал строить еще один укрепленный лагерь к северо-западу от Захаи. После известий о сосредоточении большой массы французских войск, около полудня 25 мая Лобковиц отдал приказ об отступлении. В это время на горизонте появились первые французские солдаты. Сражение началось около четырех часов дня. Австрийцы выстроились в боевой порядок левым флангом у деревни Захаи, которую они заняли силами 300 пандуров (нерегулярных легких пехотинцев). Слева от них была болотистая местность с лесом на возвышенности справа и сзади. Французы атаковали превосходящими силами. Они попытались обойти болото с фланга с помощью кавалерии и атаковали Захаи авангардом гренадеров, изгнав пандуров из деревни, которую те подожгли, чтобы прикрыть отступление. Австрийцы в беспорядке отступили в лес, но оправились и контратаковали. Кавалерийская атака трех полков австрийских кирасиров была начата с возвышенности перед лесом против французских карабинеров, которых поддерживали два драгунских полка. Французская кавалерия окружила австрийскую кавалерию с фланга, и австрийцы были отброшены. Пехота с обеих сторон атаковала друг друга, но французы оттеснили австрийцев обратно в лес. Австрийская кавалерия сплотилась позади пехоты и снова атаковала, но снова была отброшена. Сражение закончилось около восьми вечера. Австрийцы отступили ночью, потеряв около 500 человек убитыми и шесть орудий, за стены Ческе-Будеёвице. Потери французов составили около 250 человек.

1743 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Англия, с целью ослабить влияние Франции, решила принять более деятельное участие в этой войне. Так называемая Прагматическая армия, под командованием английского короля Георга II, сформированная во Фландрии (австрийцы, англичане, ганноверцы), была выдвинута к Майну на соединение с главной австрийской армией, которая направлялась через Баварию. 19 июня Прагматическая армия в составе 42 батальонов и 71 эскадрона (40-44 тысяч) прибыла к Ашаффенбургу. Французская армия маршала Ноаля (69 батальонов и 68 эскадронов, около 70 тысяч) перешла Рейн и 19 июня стала лагерем на левом берегу Майна у города Штокштадта, западнее Ашаффенбурга. Французы заперли выше и ниже Ашаффенбурга дороги по правому берегу Майна и, таким образом, отрезали королю связь с его главными магазинами в Ганау. 27 июня король решил пробиться в Ганау. Ноаль, который своевременно узнал о движении, приказал: 5 пехотным и 2 кавалерийским бригадам, под командованием герцога Грамона, переправиться через Майн у Зелигенштадта и занять позицию у Деттингена, прикрытую с фронта болотистым ручьем, а 3-м бригадам через Ашаффенбург зайти в тыл королю; сам же Ноаль с остальными 5-ю бригадами двинулся к Зелигенштадту. Около 9 часов утра передовые войска союзников вступили в бой. Грамон, предполагая, что союзники начали отступление к югу, и думая, что перед ним находится только арьергард, сам начал переходить через ручей по мосту у Деттингена, но в это время из леса южнее Деттингена двинулись главные силы союзников. Грамон был вынужден бросить в бой все силы, которые, хотя и не могли продвинуться вперед, тем не менее задержали Прагматическую армию. Подошедший маршал Ноаль приказал ввести в бой около часа дня ещё три свежие бригады, однако, решающего влияния они на ход боя не оказали; союзники твердо удерживали позиции. Ноаль, предвидя, что не добьется благоприятного оборота боя, приказал отступать на Зелигенштадт. Этот упорный бой стоил: союзникам 3 тысячи человек, а французам 2700 человек. Сражение, правильно задуманное и хорошо стратегически выполненное, не удалось, благодаря разбрасыванию сил и увлечению одновременным достижением второстепенной задачи (отправка 3 бригад к Ашаффенбургу).

–– Кардинал Флёри умер в начале войны, и король, вновь заявив о своём намерении самостоятельно управлять государством, никого не назначил первым министром. Ввиду неспособности Людовика заниматься делами, это имело крайне неблагоприятные для работы государства последствия: каждый из министров управлял своим министерством независимо от товарищей и внушал государю самые противоречивые решения. Сам король вёл жизнь азиатского деспота, сначала подчиняясь то той, то другой из своих любовниц.

1744 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

21 февраля испанская эскадра, сопровождаемая французским отрядом, вышла из Тулона. Английский вице-адмирал Мэтьюз погнался за ней, и 22 февраля противники сблизились настолько, что он отдал приказ о формировании линии баталии. Ветер был слабый, к наступлению темноты линия ещё не была сформирована, и Мэтьюз поднял сигнал «Сблизиться». Авангард и центр выполнили приказ, однако арьергард, которым командовал Лесток – нет. Лесток предпочёл сначала выстроить свои суда в линию баталии, и уж потом начать заполнять промежутки между частями флота. Мэтьюз поднял сигнал Лестоку «Прибавить парусов», однако медлительность Лестока в выполнении приказа привела к тому, что испано-французский флот начал уходить на юг. Опасаясь, что он сможет пройти через Гибралтарский пролив и присоединиться к силам, готовящимся вторгнуться в Великобританию, Мэтьюз принял решение атаковать. В час Мэтьюз поднял на своём флагмане «Намюр» сигнал «Сближаться с противником», и покинул линию, чтобы атаковать испанский арьергард. За ним последовал Джеймс Корнуол на «Мальборо». Однако сигнал «Построиться в линию баталии» на флагмане не был спущен, и два одновременно висящих сигнала вызвали путаницу среди английских кораблей: одни последовали примеру флагмана, другие пытались держать строй. В результате, хотя «Намюр» и «Мальборо» успешно достигли неприятеля, они оказались одни против превосходящих сил противника. В ходе трёхчасового боя испанский арьергард нанёс серьёзные повреждения атаковавшим его кораблям британского авангарда. Около пяти часов подошёл французский отряд, и их манёвры некоторые британские капитаны интерпретировали как попытку выстроить линию по другую сторону от британского строя, чтобы зажать британский флот в клещи. Не имея приказов от Мэтьюза или кого-либо другого из начальников, британский строй сломался, и корабли начали уходить на северо-запад. Ведя оборонительный бой, испанцы не стали захватывать беззащитный «Мальборо», хотя и отбили «Подер», ранее капитулировавший перед британцами. Испано-французский флот продолжил свой путь на юго-запад. Британский флот сумел перегруппироваться и возобновить погоню лишь 23 февраля. Британцы нагнали противника, скорость которого была замедленна из-за необходимости буксировки повреждённых судов. Так как «Подер» не мог двигаться самостоятельно, французы предпочли затопить его в виду британского флота, и за счёт этого увеличить скорость. Британцев отделяло от неприятеля всего несколько миль, когда Мэтьюз опять поднял сигнал «Сблизиться». На следующий день, 24 февраля, испано-французский флот был уже практически не виден, и Мэтьюз повернул обратно к Йерским островам, откуда вернулся к началу марта в Маон.

–– Вывод флота адмиралом Мэтьюзом временно оставил морские пути под контролем Франции и Испании. Таким образом, провизия была доставлена в лагерь дона Филиппа. Затем 20 000 французов под командованием принца Конти были отправлены соединиться с 20 000 испанцев дона Филиппа с целью прорваться в Ломбардию и соединиться к испанской армией Монтемара на юге. 1 апреля союзники форсировали Вар и двинулись на Ниццу, которая пала без боя. Виллафранка лежала перед ними. Сардинцы во главе с маркизом Сузы, братом короля Карла Эммануила III, закрепились на высотах у Виллафранки, заняв грозную оборонительную позицию. Атакующим, окруженным скалами и пропастями, предстоял трудный подъем по скалам и валунам, на виду у пьемонтских пушек. Укрепленный лагерь был оснащен более чем 80 орудиями всех калибров, выгруженными со стоявших в порту английских кораблей и установленных на одиннадцати батареях. Сардинские силы насчитывали четырнадцать пехотных батальонов. Тем временем адмирал Мэтьюз вернулся в этот район и высадил контингент британской регулярной пехоты, моряков и инженеров для поддержки обороны Сардинии. Эти силы присоединились к сардинцам на возвышенности. Первая атака принца Конти была предпринята 14 апреля, но была отменена из-за шторма. Наконец, Конти штурмовал укрепленный лагерь Виллафранка в ночь на 20 апреля. На начальных этапах сражения французам и испанцам удалось захватить позиции Колле-де-Вильфранш, захватив или уничтожив пять сардинских батальонов. Главнокомандующий, маркиз Сузы, был взят в плен и сменен кавалером ди Чинзано. Французские и испанские войска двинулись дальше, чтобы захватить позиции Мон-Гро, Мон-Руж и Мон-Лёз, ключи к оборонительному периметру Виллафранки. Однако во главе со своим новым командиром защитники смогли сдержать атаку. В частности, полк швейцарцев на сардинской службе удержал позицию Мон-Лёз. В четыре часа дня положение было восстановлено, и Конти исчерпал все силы, имевшиеся в его распоряжении. Вечером пьемонтские гренадерские роты отбили потерянные утром позиции на Колле-де-Вильфранш. Защитники понесли тяжелые потери. Было более 1000 убитых и раненых и 1500 пленных против менее чем 3000 потерь испанцев и французов, из них 433 пленных. Имея всего 5000 человек, способных сражаться, Чинзано предпочел покинуть укрепленный лагерь Виллафранка с помощью британского флота. Вечером 21 апреля на пристани началась посадка гарнизона на борт 33 кораблей. На рассвете 22 апреля это флот покинул порт в сопровождении четырех британских военных кораблей. Форт Монтальбано был брошен, но Чинзано оставил гарнизон из 340 солдат в цитадели Виллафранки, которая сдалась 27 апреля. Принц Принц Конти понимал, что завоевание Лигурийской Ривьеры будет стоить нескольких месяцев боев.

–– 22 мая. Во Франкфурте-на-Майне по инициативе Франции заключена Франкфуртская уния между Пруссией, Баварией, Гессен-Касселем и Пфальцем.

–– 5 июня. В Версале заключён новый союзный договор между Францией и Пруссией, которой обещана часть Чехии.

–– В октябре союзной франко-баварской армии скоординированными действиями с Пруссией удалось изгнать австрийцев из Баварии и восстановить на престоле Карла VII, курфюрста Баварии и императора Священной Римской империи. Однако через три месяца тот умер. Его 18-летний сын и наследник Максимилиан III колебался между партией во главе со своей матерью Марией Австрийской и главнокомандующим армией Фридрихом Зекендорфом, выступающей за мир, и партией, во главе с министром иностранных дел генералом Игнацом фон Торрингом и французским посланником Шавиньи, выступающей за продолжение войны.

1745 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Сражение при Пфаффенхофене. Сначала австрийцы атаковали Пфаффенхофен, но были встречены огнём французов. Однако австрийцам, сражаясь за каждый дом, все же удалось взять город. Во время боя ожесточенные упорством противника, хорватские пандуры не брали в плен французских солдат. Тем временем Сегюр поспешно взводил оборонительные позиции вокруг холма к западу от города. Но под давлением прибывавших новых австрийских частей из основной армии Баттьяни Сегюр был вынужден дважды отступать, чтобы избежать окружения. Услышав сигнал к общему отступлению, солдаты, прибывшие из Пфальца, запаниковали и бросились бежать. Сегюр с величайшим трудом предотвратил панику среди французских солдат. Отступающая армия, преследуемая по пятам пандурами и гусарами, понесла большие потери. После того как французские и пфальцские войска в 18:00 переправились через реку Пар в Хоэнварте, австрийцы прекратили преследование. На следующий день в 11:00 измотанная союзная армия вышла к реке Лех и разбила лагерь. На следующее утро неожиданно появилась австрийская армия, и, бросив весь обоз, союзники переправились через реку Лех. Лишь сожжение моста предотвратило полную катастрофу. На следующий день после сражения Торринг был отстранен от командования, и партия мира взяла вверх. Через неделю, Максимилиан III заключил мирный договор в Фюссене с Габсбургской монархией. Максимилиан III признал Прагматическую санкцию. Он также отказался от претензий своего отца на Богемию и императорскую корону и обещал поддержать на имперский престол кандидатуру мужа Марии Терезии, Франца I, который стал императором 13 сентября. Сражение при Пфаффенхофене ликвидировало Баварско-богемский театр военных действий и позволило австрийцам перебросить освободившиеся войска на другие направления: в Силезию, Италию и Австрийские Нидерланды.

–– После французского вторжения во Фландрию  маршалу Морицу Саксонскому было приказано подготовить военную каманию. Он выбрал крепость Турне в качестве центральной базы снабжения, так как она образовывала стратегический плацдарм от Шельды до городов Гент, Брюгге, Ат и Монс, которые должны были быть взяты в качестве военных целей. 21 апреля 90-тысячная французская армия начала поход на Турне, 25-го перед городом появился авангард, за которыми 26 апреля прибыла основная часть войск. Столкнувшись с французским наступлением, Йохан Адольф Ван Дорт приказал поджечь пригороды и совершить вылазку в сторону Орка, которая была пресечена в зародыше французской артиллерией. Вечером 30 апреля осаждающие начали рыть подходные траншеи к воротам Септ-Фонтен на левом берегу Шельды. В то же время артиллерия открыла огонь по передовым сооружениям города. 8 мая король Людовик XV и дофин посетили армейский лагерь перед Турне. В тот же день, около 15:00, взрыв порохового погреба в цитадели привел к большому количеству потерь и значительному её повреждению. Вечером случайно произошел взрыв на позициях осаждающей армии, в результате чего были погибшие. Во время сражения при Фонтенуа туда были переброшена часть армии. Осада была поручена маркизу де Брезе, которому оставили 27 батальонов пехоты и 17½ эскадронов кавалерии. За это время голландская кавалерия совершила вялую вылазку, легко отражённую французами. Поражение союзников при Фонтенуа означало конец теперь уже изолированной крепости Турне. 18 мая швейцарскому полку Хирцеля и шотландскому полку Маккея удалось занять главный бастион у ворот Септ-Фонтен. Французские батареи продолжили обстрел валов, и 22 мая защитники подняли белый флаг, и город был взят. 23 мая была подписана капитуляция. После падения города голландский гарнизон отступил в уже поврежденную цитадель, ожидая приказов из Гааги о дальнейших действиях. После восьмидневного затишья он получил приказ продолжать бой. Поэтому осада была возобновлена 1 июня. Цитадель подверглась мощному обстрелу французских пушек и мортир. Несмотря на героическое сопротивление, голландский гарнизон 19 июня сдался. Из-за смелого поведения гарнизону численностью 6500 человек под командованием барона Ван Бракеля было разрешено отойти в Ауденарде с воинскими почестями. Сильно поврежденная цитадель впоследствии была разрушена.

–– Битва при Фонтенуа. 11 мая в 14:00 союзные соединения заняли свои позиции. Британцы расположились на правом фланге вместе с ганноверцами (правее последних), голландцы при поддержке небольшого австрийского контингента (в основном состоявшего из всадников) расположились на левом. Крупная артиллерийская батарея союзников, от 40 до 50 орудий по данным французов, начала издалека обстреливать позиции противника. Однако нанесённый ущерб был минимальным, ибо большинство французских солдат были в лесу и на редутах, защищённые земляными насыпями, или в укреплениях в Фонтенуа. Представители обеих сторон сходятся на интенсивности огня, длившегося три часа Проведённая Камберлендом рекогносцировка по состоянию на вечер 10 мая так и не обнаружила расположенный рядом с лесом редут «Э», но эта информация была им получена ночью. После этого важно было оценить численность войск противника. Задача нейтрализации укрепления была дана Инголсби, получившему для этого командование над (12-м полком Дурера), (13-м полком Пултени), (43-м Хайлендским полком), и ганноверским полком Бошлангера. Пока эти силы атаковали на правом фланге, голландцы с австрийцами и ганноверцами по центру вместе с левым флангом атаковали Фонтенуа и Антуэн. Пока фланги находились под тяжёлым огнём, британская пехота могла штурмовать линию Фонтенуа-Барри и выбить оттуда основную часть французской армии. Инголсби имел чёткий приказ герцога захватить редут «Э», заклепать находившиеся там пушки или развернуть их на противника. Около 6 часов утра Инголсби со своей бригадой направился к указанной цели, но затем остановился недалеко от леса. Он увидел в лесу войска неизвестной численности, и в ходе совещания с офицерами было решено прекратить движение. 'Лесными войсками' были грассины, смесь лёгкой пехоты и лёгкой кавалерии, упорно защищавшие эти позиции от союзников. Колебавшийся Инголсби запросил пушку, но, получив три 6-фунтовых орудия, атаку не начинал. Наконец Камберленд лично встретился с бригадиром, но к этому времени британская пехота уже выстраивалась на равнине перед Везоном для главного удара, в то время как на левом фланге голландцы готовились к взятию Фонтенуа и редутов между деревней и Антуэном. Было очевидно, что французская артиллерия нанесёт тяжёлый урон этим соединениям, тем самым момент для Инголсби был уже упущен. Поэтому князь приказал ему со своим отрядом присоединиться к основным британским силам под командованием Лигоньера. Камберленд решил игнорировать опасность на своём правом фланге, где после смертельного ранения командовавшего британской кавалерией генерала всадники встали в тылу у пехоты. В итоге Лигоньер сообщил Камберленду о готовности действовать, как только голландцы начнут атаковать Фонтенуа. Ночью 10 мая левое крыло войска сторонников Прагматической санкции было сильнее продвинуто в сторону противника, чем правое. Тем самым принц Вальдек мог быстрее завершить диспозицию своих сил утром перед битвой, чем Лигоньер. Линия голландских войск слева направо состояла из 36 эскадронов кавалерии, затем шли восемь батальонов пехоты, четыре эскадрона и перед самим Фонтенуа – 12 батальонов, выстроенных в две линии. Но герцог из-за недостаточной разведки не знал о численности противника в деревне, к наступлению на которую голландцы подвезли три артиллерийских батареи. Защищённая укреплениями французская пехота подпустила голландцев ближе к своим позициям, после чего открыла огонь. Оставшиеся в живых наступавшие начали отступать В это время к Антуэну приближалась вторая колонна, прикрываемая с тыла конницей, они подверглись огню из трёх редутов и батареи на другом берегу Шельды. Из-за этого наступление было приостанволено, небольшая часть солдат бежала. Полковник Аппиус вёл бой всё время, пока возвращался в Ат. К 22-30 британская и ганноверская пехота были готовы начать наступление, но фланговые атаки Инголсби и Вальдека провалились. Сохранившийся контроль французов над Фонтенуа и редутом Э ставил Камберленда и Кёнигсегга перед выбором: продолжить наступление или отступить, дожидаясь более благоприятных обстоятельств. Британский полководец склонялся к атаке, он решил лично участвовать в грядущей битве. Получив подкрепления в виде австрийской кавалерии и двух британских батальонов, включая хайлендский, голландцы начали повторную атаку, которая была отбита общими усилиями французов. Обескураженные голландцы после этого уже не участвовали в сражении и основной атаке на французские позиции. Хотя угроза для правого фланга была ликвидирована, Мориц Саксонский ожидал более трудного столкновения с британцами. Исходный беспорядок в союзной колонне был вскоре исправлен. Подвергавшиеся атакам с трёх сторон союзники осуществили боевой отход – арьергард колонны через промежутки времени открывал огонь по преследователям. Армия перестроилась за Везоном, после чего отступила в Ат. Мориц Саксонский обвинялся «паркетными генералами» за преследования врага лишь в пределах в 100 ярдов, что позволило отступавшим частям сторонников Прагматической санкции избежать разгрома.

–– Индия. В июле британская эскадра отправилась к побережью Индии и приготовилась к атаке на Пондишерри, которую губернатор Мадраса собирался поддержать с суши, однако тут же обнаружилось влияние политических планов Дюплеи. Набаб Карнатики пригрозил нападением на Мадрас, и британцы отступили.

–– К осени армии Бурбонов, наконец, объединившись после двухлетней кампании, вместе с сильным контингентом генуэзцев захватили ряд городов, Тортона, Парма, Пьяченца, и угрожали взять Милан. Быстрый марш на Пьяченцу заманил туда австрийского командующего, и 25 000 австрийских войск направились, чтобы защитить столицу Ломбардии, оставив своего сардинского союзника Карла Эммануила III с его войском в 30 000 человек изолированно от главных сил. В ночь на 26 сентября под прикрытием своих постов прикрытия в Пьовере, которые маскировали все их передвижения, Бурбоны покинули Кастельново, чтобы за час до рассвета оказаться лицом к лицу с савойцами. Они продвигались шестью колоннами. Каждой из этих 6 колонн предшествовали гренадеры и стрелки. На правом фланге наступали испанцы, на левом – французы. 27 сентября они сбили авангардные части сардинцев и вышли к реке Танаро, за которой находилась главная позиция противника. Сардинский король с 30 000 солдат занимал позицию, левый фланг которой упирался в реку По, а перед ней была река Танаро. Его идея заключалась в том, чтобы сдержать там войска Бурбонов и дать время австрийцам прийти ему на помощь. Де Мальбуа и де Гаж начали строительство моста через реку Танаро, давая понять противнику, что не начнут атаку, пока он не будет завершен, одновременно отправили кавалерию на поиски бродов. На рассвете 28 сентября франко-испанские войска начали наступление тремя колоннами, переправившимися тайно выбранными ранее бродами. Центральная колонна атаковала центр, бригаду пьемонтев, которой пришлось отступить. Как только Карл Эммануил III увидел, что центр его позиции открыт, он послал резерв гренадеров, чтобы закрыть брешь, но расстояние было слишком велико, и они не подоспели вовремя. Тем временем второй колонне, несмотря на сопротивление сардинцев, также удалось продвинуться вперед. Третья колонна двинулась на левый фланг противника, где была развернута вся кавалерия Карла Эммануила и 4 недавно прибывших австрийских батальона, между Бассиньяной и Ривароне. Эскадроны бросились в реку, а за ними последовали тысячи пехотинцев по шею в воде. Испанцы сокрушили своих противников, понесших тяжелые потери, и заставили их отступить. Карл Эммануил со своей разбитой армией отошел к Валенце, а затем к Казале-Монферрато. Гренадеры и карабинеры образовали арьергард, чтобы замедлить продвижение франко-испанских войск. У армии Бурбонов было 1000 убитых и раненых, а у сардинцев – 1000 убитых и раненых, 1500 пленных. Де Гаж затем двинулся на завоевание Ломбардии вопреки совету французских командиров, предпочитавших захват Пьемонта. Он взял Казале и 16 декабря Милан, но цитадель устояла. Вскоре сдались города Лоди и Комо, и к концу вся Ломбардия, за исключением крепости в Мантуе и цитадели в Милане, оказалась под контролем Испании и Франции.

–– Король Людовик XV попал всецело под влияние маркизы де Помпадур, искусно потворствовавшей низменным инстинктам короля и разорявшей страну своей расточительностью. Парижское население стало более враждебно относиться к королю.

1746 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Осада Брюсселя. В связи с восстанием якобитов большая часть британской армии была вынуждена вернуться в Британию. Поэтому очень немногие войска могли активно противостоять французским войскам. Воодушевленный этим фактом, маршал Мориц Саксонский двинулся на Брюссель и 29 января окружил город. Однако 2 февраля маршал был вынужден передать командование генерал-лейтенанту Брезе из-за болезни, и смог снова принять участие в осаде только 18-го. В ночь с 7 на 8 февраля была вырыта первая параллель, на следующую ночь – вторая. В ночь на 12 февраля осажденные (2000 человек) сделали вылазку, но днем осаждающие смогли поставить там батарею. 15-го была ещё одна вылазка, во время которой комендант крепости генерал Адам Адриан ван дер Дуйн был ранен. В ночь с 19 на 20 французы атаковали, но были отброшены. Защитникам стало ясно, что крепость уже не удержать, и поэтому, не желая подвергнуть город разграблению, они были вынуждены капитулировать 22 февраля после трёхнедельной осады.

–– После того, как Австрия закончила Дрезденским миром вторую Силезскую войну с королем Пруссии Фридрихом II, она усилила свои войска в Италии. В апреле Парма, Реджио и Гвасталла были заняты австрийцами. Чтобы укрепить свои разбросанные силы, испанцы попросили маршала де Мальбуа направить свою французскую армию на восток, чтобы они могли объединиться. Под давлением короля Людовика XV Мальбуа приказал своим войскам идти к Пьяченце. 15 июня испанская и французская армии встретились. Объединенная франко-испанская армия стала насчитывать в общей сложности 40 000 человек, но у австрийской армии было больше солдат. Так как с запада подходила союзная Габсбургам сардинская армия численностью 10 000 человек, то это давало австрийцам заметное численное преимущество, поэтому французский маршал умолял Филиппа Бурбон-Пармског немедленно атаковать австрийцев. К несчастью для французов, Максимилиан Броун (номинально командующим был фон Лихтенштейн, но он был болен) с самого начала понял план Мальбуа. Утром 15 июня австрийцы стали располагать свои войска севернее Пьяченцы. Командующий правым флангом Ботта д’Адорно накануне вечером привел свои войска в боевую готовность, а Броун придвинул свой левый фланг под командованием генерала Надашти за канал Рифиуто, чтобы заблокировать продвижение французов. Австрийцы теперь только и ждали франко-испанского наступления. Местность, на которой им предстояло сражаться, была пересечена большим количеством канав и каналов. Утром 16 июня австрийская артиллерия открыла огонь по лагерю Бурбонов. В то же время франко-испанская армия начала наступление на австрийские рубежи. План маршала де Мальбуа зашел в тупик всего через несколько минут после начала наступления. Вместо того, чтобы идти прямо на австрийский тыл, маршал был обескуражен, увидев, что войска Броуна выстроились перед ним за каналом. Кроме того, французы оказались не в том месте. Узкая долина, в которую они вошли, заканчивалась дефиле, и как только они вышли, австрийцы атаковали их. Маршал попытался ввести в бой больше войск, но его солдаты не могли приблизиться к австрийцам из-за интенсивности их огня. Наконец Броун двинулся в контратаку через канал, и наступление французов было остановлено. Многие французы были уничтожены в узком дефиле. На другом фланге испанцам графа де Гажа удалось продвинуться до австрийской линии, и его войска стали медленно теснить противника. Однако графу Барнклау удалось ввести в бой австрийскую кавалерию, и испанская линия в конечном итоге рухнула её под давлением. Испанцы бежали обратно в Пьяченцу, преследуемые австрийцами. К двум часам дня битва битва закончилась, как и франко-испанские надежды в Италии. После сражения, 27 июня, армии Бурбонов эвакуировали Пьяченцу, а за ними на запад, в Генуэзскую республику, двинулась австро-пьемонтская армия. В итоге австрийцам постепенно удалось заставить французов и испанцев отступить из северной Италии. Этой кампанией закончилась война в Италии. Однако завоеванное Пармское было возвращено Марией Терезией в обмен на оккупированные французами Австрийские.

–– После поражения при Пьяченце французская и испанская армии были вынуждены отступить, и маршал де Мальбуа думал о возвращении на свои позиции при Нови, чтобы поддерживать связь с Провансом. Поэтому вначале он сделал ложное движение к Пиццигеттоне, затем вернулся и расположился в Кодоньо, а в итоге направил свои войска на правый берег По, чтобы сконцентрировать их в Кастель-Сан-Джованни. Чтобы прикрыть переброску войск, маркиз Пиньятелли с авангардом был отправлен восточнее реки Тидоне к городку Роттофреддо, где занял позицию, правый фланг которой опирался на госпиталь в Роттофреддо. В свою очередь, австро-сардинский командующий фельдцейхмейстер маркиз Антониотто Ботта д’Адорно, узнав об авангарде Пиньятелли, двинулся своей армией также в направлении Роттофреддо. Он отправил графа Горани с гусарами для рекогносцировки позиции маркиза Пиньятелли. Испанские стрелки, так называемые «микелеты», дали залп по австрийским гусарам. Когда разъярённый Горани лично повёл своих бойцов в атаку, во всех окнах госпиталя появились «микелеты», которые встретили его выстрелами. Однако герцог Сербеллони пришёл на помощь графу, и госпиталь был взят, и правый фланг Пиньятелли был обойдён, что вынудило последнего оставить свою позицию и отступить за Тидоне. Граф де Гаж, только что перешедший Батороне, узнав о бое авангарда, поспешил со своим корпусом на помощь генералу Пиньятелли. Но войска, не зная местности, опоздали, и только потом примкнули свою линию от Кассин-Спальта до правого фланга отступившего авангарда маркиза Пиньятелли; артиллерия была размещена в центре, прикрытая полем пшеницы. Фельдмаршал фон Барнклау, командовавший левым флангом австрийцев, перейдя Тидоне, выстроил боевую линию от верхнего Вератто до большой дороги, намереваясь ударить в правый фланг противника, и немедленно двинул её в направлении замка, завязав бой с испанской пехотой. Испанская артиллерия, стеснённая высокой пшеницей, стреляла бессистемно, линия пехоты начала колебаться под ударами австрийцев, и сражение казалось проигранным. Граф де Гаж, не дождавшись подхода подкрепления отряда маркиза де Кастельяра и убедившись в невозможности удержать позицию, попросил Филиппа Бурбон-Пармского покинуть войска, чтобы не подвергать свою жизнь опасности. Только смерть фон Барнклау, поражённого мушкетной пулей, посеяв беспорядок в австрийских войсках, позволила союзникам со всей поспешностью отступить по дороге на Вогеру, оставив на поле боя три тысячи человек, восемнадцать орудий и тринадцать знамён. Ботта д’Адорно остановился на позиции в Кастель-Сан-Джованни, а франко-испанская армия – в Вогере.

–– Индия.  6 июля французские войска под командой губернатора Иль-де-Франса и Бурбоннэ Ла Бурдонне победили британский флот в сражении у Негопотама и заняли Мадрас. Вслед за этим из-за конфликта между двумя амбициозными губернаторами, не желающими подчиняться друг другу Ла Бурдонне был обвинен Дюплексом в измене и отозван в Париж. Его вина заключалась в том, что при подписании капитуляции Мадраса Ла Бурдонне оставил британцам право выкупить город за 2 миллиона долларов. Оставшись с небольшим отрядом французских войск в Мадрасе, Дюплекс был вынужден отразить нападение союзных британцам Великих Моголов и безуспешно осадил крепость Сент-Давид.

–– Осада Намюра. 5 сентября французская армия, из 59 батальонов и 56 эскадронов, полностью обложила Намюр и 11 сентября был открыт огонь против укреплений Эпиноа и С.-Антуан, а 12 сентября батареями при Сальсин – против форта Вильгельм; в ночь на 13 сентября были выстроены параллели против форта Кокеле и форта Святого Николая, а также против форта Бирахт на левого берега Мааса. В ночь на 15 сентября французы закончили вторую параллель против Святого Николая и фортов Балар и Кокеле. Форты Бирахт и Балар вскоре были захвачены внезапным нападением, а форт Кокеле был полностью отрезан от крепости. 17 сентября атакующие открыли огонь против полубастиона С.-Рох из брешь-батарей, установленных в форте Бирахт, а 18 сентября 12 рот гренадер ночью овладели укреплением, захватив в плен весь его гарнизон. Утром 19 сентября на военном совете, собранном комендантом, было решено сдать город с условием, что гарнизон его перейдет в цитадель. Французы рассчитывали ограничиться лишь блокадой последней, но король приказал овладеть Намюром как можно скорее. Поэтому 24 сентября атакующие открыли сильный артиллерийский огонь против форта Вильгельм и цитадели из 39 орудий, 27 мортир и 8 гаубиц, установленных в равнине и 3 бастионах при Самбре; осажденные на него ответили огнем всех пушек. В ночь на след. день были выведены траншеи к фортам Вильгельм и Камюс и построены в них батареи. С обеих сторон поддерживался сильный огонь. 29 сентября французы штурмовали форт Камюс, но овладели лишь редутом Казотт. Голландцы, однако, вынуждены были оставить Камюс; к этому времени в форт Вильгельм и Терра-Нуова были пробиты бреши, и 30 сентября, когда французы овладели у форта Вильгельм прикрытым путём, на стенах старого замка был выкинут белый флаг. Потери французов с 5 по 30 сентября превысили шестьсот человек, голландцы же потеряли 80 солдат и офицеров убитыми и 240 защитников города получили ранения.

–– Битва при Року. Оставив Людовика Конти на направлении Шарлеруа, Мориц Саксонский перерезал вражеские линии снабжения, вынудив их отступить. К концу сентября Намюр пал, и союзники. двинулись защищать Льеж, следующий город на Маасе. Укреплённая слева пригородами Льежа, линия союзников проходила через Року до реки Йекер, голландцы под командованием Карла Августа удерживали левый фланг, англичане и немцы в центре и австрийцы справа. Французская армия вступила в контакт с австрийскими аванпостами около 18:00 10 октября, они остановились на ночь и разбили лагерь за пределами Льежа. Зная, что их значительно превосходят численностью, Карл Лотарингский приказал обозу переправиться через Маас, чтобы обеспечить упорядоченное отступление, а войска Лигонье укрепили деревни Року, Вару и Лиер. Мориц Саксонский решил атаковать союзников слева и в центре, оставив небольшие силы для прикрытия австрийского сектора, который был защищен рядом рвов и оврагов. За ночью проливного дождя последовал густой туман, задержавший французов до 10:00 утра. Их артиллерия открыла огонь по позициям англичан и голландцев, в то время как две колонны во главе с Клермон-Тоннером и Ловендалем готовились к лобовой атаке. После того, как власти Льежа открыли ворота, третий отряд под командованием Луи Контада прошел через город и обошел Карла Августа с фланга, который перестроил свои войска, чтобы противостоять этой угрозе. Эти перемещения означали, что французское наступление началось не раньше 15:00. Голландцы оказали сильное сопротивление, особенно в районе деревни Ансе, которую они сдали после двух часов тяжёлых боёв. Контратаки голландской кавалерии позволили их пехоте отступить с меньшими потерями. Вторая французская атака была предпринята против британско-немецких войск в центре, которые были вытеснены со своих укрепленных позиций в Року и Верку, прежде чем успели перегруппироваться. Хотя Людвиг фон Застров сохранил Эрсталь, голландская, британская и немецкая пехота отступила к Маасу, прикрываемая австрийцами, которые не участвовали непосредственно в сражении. Георг II позже раскритиковал Карла Лотарингского за то, что он якобы не поддержал англичан и голландцев, но Лигонье сказал, что действовал в соответствии с планом, согласованным руководством союзников накануне вечером. Мориц Саксонский решил, что уже слишком поздно продолжать наступление, и позволил войскам Прагматичной армии отступить без помех. Англичане, немцы и голландцы переправились через Маас по трем понтонным мостам, австрийцы отступили через Йекер, а затем направились в Маастрихт.

–– Осада Антиба. Объединённая австро-савойская армия под командованием Максимилиана Улисса Брауна вторглась во Францию и осадила Антиб на французском средиземноморском побережье. Командование операцией было возложено на австрийского генерала Максимилиана Улисса Брауна. 30 ноября Браун повел свою австро-савойскую армию через реку Вар во Францию и расположился лагерем в Кань-сюр-Мер. Отсюда у него была возможность продвигаться на запад, но перед этим он хотел взять под свой контроль укрепленный город Антиб, который находился на мысе в 10 километрах к югу и мог нарушить его сообщение с Италией, если его оставить в руках противника. Поэтому 4 декабря его парламентёр предложил городу условия капитуляции, но комендант Жозеф-Давид, граф Сад, отклонил их, и поэтому Браун снял лагерь и двинулся на юг, чтобы осадить Антиб. Осада началась 5 декабря, а в 4 утра следующего дня союзники попытались взять город штурмом, но ночная атака была отбита. Поэтому Браун поднял свою артиллерию, которая закрепилась в Гольф-Жуане и оттуда начала бомбардировку Антиба. В течение недели с 19 по 25 декабря город также подвергался бомбардировке с моря британской эскадрой под командованием Джона Бинга. Браун снова предложил условия 26 декабря, но де Сад ещё раз отверг их. Двумя днями позже, 28 декабря, Браун предпринял ещё одну попытку захватить город напрямую, на этот раз сосредоточив атаку на форте Карре и развернув свои хорватские ударные отряды, чтобы возглавить штурм, но снова осаждающие были отбиты. Поэтому австрийцы были вынуждены вернуться к своей предыдущей стратегии бомбардировки Антиба, чтобы заставить его подчиниться. Осада затянулась до нового года, но к этому моменту союзники получили тревожные новости о том, что гарнизон, который они оставили в Генуе, был изгнан восстанием 6 декабря. Генуэзское восстание поставило под угрозу пути сообщения армии из Италии и поставило под угрозу вторжение во Францию.

1747 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Осада Антиба. Австрийский генерал Максимилиан Улисс Браун колебался в течение нескольких недель, но 1 февраля гарнизон Антиба был усилен с моря войсками под командованием шевалье де Бель-Иль. Прибытие этого подкрепления разрушило последние надежды на захват Антиба, поэтому в тот же день союзники сняли осаду и начали отступление в Италию. К тому времени, когда австрийцы отступили, их артиллерия выпустила 2600 бомб и 200 зажигательных снарядов по Антибу, сравняв с землей 350 домов.

–– Осада Генуи. Войска Шуленберга достигли окраин города в апреле, но затем потребовали дополнительные войска от союзника. Двенадцать сардинских пехотных батальонов прибыли в июне. Задержка позволила подойти французским и испанским войскам под командованием Жозефа Мари, герцога Буфлерса, для усиления гарнизона. Приближение дополнительных франко-испанских войск под командованием маршала Бель-Иля и испанского генерала Ла Мина вынудило сардинцев отступить, чтобы попытаться защитить Милан от возможной угрозы. Шуленберг был вынужден отказаться от осады, обвиняя во всём сардинцев. Неудачная осада привела к взаимным обвинениям между Веной и Турином. Обе стороны стали жаловаться своим британским союзникам на предполагаемое предательство.

–– Первая битва при мысе Финистерре. Французам, несмотря на британскую военно-морскую мощь, приходилось поддерживать связь со своими владениями в Америке и Ост-Индии для снабжения и поддержания связи. Однако возможности французского флота по охране конвоев были весьма ограничены. 10 мая две группы конвоев с охраной покинули Францию. Первый состоял из трех линейных кораблей, двух фрегатов и тридцати транспортов. Эскадрой командовал Жак-Пьер де Таффанель де ла Жонкьер. Их целью была Канада. Второй конвой состоял из двух линейных кораблей и пяти кораблей Французской Ост-Индской компании. Пунктом назначения была Ост-Индия. Планы французов были известны в Британии. Адмирал Ансон на флагмане «Принц Георг» и контр-адмирал сэр Питер Уоррен на «Девоншире» вышли 9 апреля из порта Плимута для перехвата французских кораблей. Примерно в 75 морских милях к северо-востоку от мыса Финистерре два флота впервые установили визуальный контакт. Французский командующий Жонкьер приказал военным кораблям и вооруженным кораблям Ост-Индской компании образовать линию. Транспортники должны были убегать. Учитывая превосходство британских кораблей, Ансон отказался от четкого боевого порядка, вместо этого отдав приказ об общей охоте на вражеские корабли. Линия противника была прорвана. Французы оказывали сопротивление до 7 часов вечера, но всё же в результате численного превосходства и маневрирования англичанам удалось захватить все военные корабли французов, а также 7 торговых судов. Захваченные суда были зачислены в Королевский военно-морской флот Великобритании, а общая сумма добычи составила 300000 фунтов стерлингов. В результате битвы французы потеряли 700 человек убитыми и 3000 человек попали в плен, англичане потеряли 520 человек убитыми. После этого сражения адмирал Ансон был повышен до вице-адмирала, а также получил звание пэра. После этого сражения в морском министерстве Франции убедились, что прежняя стратегия конвоирования торговых караванов исчерпала себя. Однако французский морской министр граф Морепа распорядился увеличить численность и огневую мощь кораблей сопровождения.

–– Битва при Лауфельде. Камберленд не прислушался к советам генерала Джона Лигонье занять и укрепиться у деревни Лауфельд. Однако он в итоге был вынужден это сделать, когда его австрийские союзники стали готовиться к обороне. Французы сделали пять нападений на Лауфельд, деревня переходила из рук в руки несколько раз, пока Мориц Саксонский не взял верх. Камберленд реорганизовал голландцев и британцев для контратаки. Однако голландская кавалерия была встречена залпами французских карабинеров и бежала, бросив свою пехоту. Затем французская кавалерия атаковала союзнический центр. Теперь французы перенесли тяжесть атаки на левый фланг союзников, угрожая уничтожением британской пехоте. Генерал Лигонье по собственной инициативе устремился в бой во главе кавалерии, чтобы спасти армию. В результате его атаки семь полков ирландской бригады на французской службе потеряли более 1400 убитыми и ранеными. Герцог Камберленд, любимый сын Георга II, был почти взят в плен ирландцами, но Лигонье подошел с кавалерией и позволил Камберленду бежать ценой собственной свободы. Победа французов открыла им дорогу для вторжения в Голландию. Отступление союзников позволило Морицу Саксонскому отправить отряд из 30000 солдат на север, в Нидерланды.

–– Осада Берген-оп-Зома. 1 июля французы открыли окопы, 2 июля расставили артиллерию и приступили к обстрелу города. Осажденные делали небольшие вылазки, чтобы тревожить саперов, начавших рыть и минировать минные галереи под редутами, люнетами и бастионами. По саперам также велся артиллерийский огонь с валов, и голландцы стали рыть контрмины. После месячной осады осаждавшие вышли на прикрытый путь. К этому времени было вырыто более 75 мин. Однако защитники еще удерживали люнет на участке главного удара. Поскольку начавшиеся осенние дожди нанесли ущерб раскопанным земляным валам осадного кольца, 16 сентября, в 4 часа утра, французский командующий начал внезапный генеральный штурм крепости, который застал защитников врасплох. За штурмом последовал полный крах обороны и взятие крепости. Гарнизон уничтожается без пощады, и французские солдаты приступают к разграблению города, который был одним из главных складов и арсеналов Соединенных провинций. Жестокое разграбление города и резня были осуждены не только по всей Европе, но и шокировали королевский двор в Версале. Морицу Саксонскому пришлось оправдываться и свалить всё на Лёвендаля. Осада Берген-оп-Зома стоила нападавшим около 10 000 убитых, раненых и умерших от болезней, защитникам – около 8 000 убитых, раненых и умерших от болезней. Падение крепости вызвало раздор между Соединенными провинциями и Великобританией. Британскому правительству пришлось понять, что они переоценили способность голландцев противостоять французам. Голландцы, в свою очередь, обвинили своих союзников в том, что они ничего не сделали для помощи осажденному городу. Взятие этой важной крепости в конце концов открыло французам путь в Нидерланды и Ганновер.

–– Сражение при Колле-дель-Ассьетта. Король Людовик XV приказал решительное наступление на Пьемонт. Выделенные для этой цели 50 батальонов под командованием французского генерала Армана Фуке де Бель-Иль и испанского маркиза де лас Мина должны были атаковать как с юга, так и осадить Геную, а также продвигаться через Альпы в сторону Турина. Карл Эммануил III Савойский был вынужден направить силы для защиты всех перевалов в свою страну, в то время как французы могли сосредоточить свои силы и нуждались в атаке только одного горного перевала, чтобы войти на территорию Сардинского королевства. После того, как наступление на юге не имело желаемого успеха, французы сместили свои усилия дальше на север и попытались продвинуться силами пехоты и кавалерии при поддержке артиллерии через Мон-Сени к Эксиллес и через высоты Ассьетта к Фенестрелле. Король Сардинии и герцог Савойский Карл Эммануил III предвидел этот французский шаг и приказал расширить пьемонтские позиции на 2500-метровой высоте Колле-дель-Ассьетта, которые были заняты в общей сложности 13 батальонами. Среди этих сил было также несколько швейцарских наемников и четыре батальона союзных австрийцев. Сардинские защитники построили на склоне многочисленные препятствия, редуты и частокол высотой восемнадцать футов. Атака началась в 16:30 19 июля. Было совершено четыре штурма подряд, один за другим, без перерыва. В пьемонтском отчете описывается, что французские генералы шли впереди, а за ними следовали их офицеры. Несмотря на отчаянные попытки французских солдат и личное проявление доблести их офицеров, все четыре атаки были отбиты сардинскими войсками с большими потерями в их рядах. Французский командующий шевалье де Бель-Иль был убит, когда поднимал французский флаг у сардинского редута, д'Арно также пал во время ожесточенных боев. Хотя французы потеряли своих командиров, они продолжали атаковать в колонных построениях, не заботясь о том, чтобы колонны имели достаточную поддержку в виде прикрытия огнем. Ближе к вечеру фланговые колонны прекратили атаки, но центральная колонна продолжала пробиваться вверх по склону, всё время подвергаясь мушкетному огню из скрытых и защищенных сардинских укрытий. Живые перелезали через мертвых, пытаясь преодолеть частокол. Защитники обрушивали град пуль и, когда стал заканчиваться порох, камней на залитых кровью нападавших. Потери французов составили 6400 человек убитыми и ранеными, в том числе 400 офицеров, и в первый и единственный раз в войне большинство из них, 3700 человек, были убиты, в то время, как только 299 сардинцев были убиты или ранены. Разбитые французские войска отступили с поля боя. Это стало их последним сражением на итальянском фронте, поскольку после него они полностью ушли из Италии, хотя небольшие стычки на границе продолжались.

–– Второе морское сражение у мыса Финистерре. 6 октября конвой из 250 торговых судов отправился в Вест-Индию. Их защищали восемь французских линейных кораблей и фрегат. Военными кораблями командовал Анри-Франсуа де Эрбье, маркиз де л’Эстендюер. Приготовления французов не остались незамеченными. Уже 20 августа британский флот из четырнадцати линейных кораблей и нескольких фрегатов под командованием адмирала Эдварда Хоука вышел, чтобы перехватить конвой. Французы ожидали, что британский флот может встретить их у мыса Финистерре. Поэтому французский командующий направил корабли через Бискайский залив с целью пройти как можно дальше от мыса. Однако конвой заметили британские корабли, которые передали информацию флоту. 25 октября оба флота встретились примерно в 270 морских милях к северу от мыса. Торговые суда смогли уйти при постоянном ветре. Французские боевые корабли построились в кильватерную линию. Подобно адмиралу Ансону в первом сражении, Хоук, ввиду собственного превосходства, отказался от боевой линии и приказал начать общую охоту на вражеские корабли. Британские корабли атаковали противника самостоятельно, по усмотрению своих командиров. Бой длился семь часов. После этого шесть французских линейных кораблей оказались в руках англичан. Только флагманский корабль Тоннан и Интрепид смогли уйти в Брест. Но англичане также понесли большие потери, многие корабли были повреждены, и преследовать торговые суда стало невозможно. После того, как Хоук сообщил о сражении британским военно-морским силам в Вест-Индии, в этих водах было захвачено более тридцати французских торговых судов. Остальные сбежали. После битвы Хоук был награжден Орденом Бани. Потери среди моряков сильно ослабила французский флот. Оба сражения показали, что французы больше не способны охранять большие конвои. Это стало одной из причин гибели французской колониальной империи.

–– Была образована Компания Огайо, акционерами которой стали губернатор Вирджинии, члены семей Ли и Вашингтонов. В долине стали появляться британские поселения, что встревожило Францию, которая считала, что Огайо открыто французами и должно принадлежать Франции.

1748 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Предложения о мире были переданы королю Людовику XV Кауницем от имени Австрии после падения Берг-оп-Зоома. Тем не менее, за первыми мирными инициативами не последовало никакого соглашения. Голландцы опасались вторжения в свою страну, англичане больше не хотели продолжать финансировать дорогостоящую и проигранную войну, но прибытие русского вспомогательного корпуса, который императрица Елизавета готовилась отправить Марии-Терезии, беспокоило французов. Весной в Версале было решено развязать этот дипломатический узел последним военным усилием: осадой великой голландской крепости Маастрихта. Взятие города стало бы козырной картой за столом переговоров для дипломатов Людовика XV, что прекрасно знали и его противники. Приготовления, произведенные под командованием Морица Саксонского и проведенные Ловендалем, проводились в строжайшей тайне. В начале апреля вокруг лагеря Тонгерен и в долине Мааса было собрано огромное войско. Первая траншея параллели была отрыта в ночь с 15 на 16 апреля на каждом берегу Мааса. В ночь на 18-е гарнизон барона ван Айлва, коменданта крепости, проводит неудачную вылазку. 20 апреля начинается канонада, крайне жестокая. С 22 апреля, однако, осадные операции замедлились: снежный дождь, грязь и холод, внезапный подъём Мааса, унесший мосты, затрудняли их. В ночь с 24 на 25 апреля, затем с 27 на 28 апреля гарнизон проводит новые вылазки, в результате чего одиннадцать французских орудий были заклёпаны. 29 апреля, когда Морис Саксонский решил начать генеральный штурм, прибыло сообщение о соглашении о предварительном заключении мира. 7 мая, ради спасения чести французов, после консультации со штатгальтером Вильгельмом IV Оранским, комендант ван Айлва подписывает капитуляцию на почётных условиях.

–– Во исполнение заключеного русско-австрийского договора 36-тысячный русский корпус под командованием князя Василия Аникитича Репнина выступил из Лифляндии через Богемию и Баварию на Рейн с целью оказания помощи Марии Терезии. Однако пока русская армия совершала марш через всю Германию, Мориц Саксонский 7 мая взял Маастрихт и тем самым лишил англо-голландцев последних форпостов во Фландрии. Репнин пришёл на Рейн, когда всё было уже кончено для англо-голландцев, но его действия способствовали заключению Аахенского мира.

–– Индия. Зимой Великобритания направила в Индийский океан самый мощный европейский флот из тех, которые когда-либо показывались на Востоке; на борту кораблей находился крупный контингент войск. Возглавлял флот адмирал Эдвард Боскауэн, который был ещё и командующим сухопутными экспедиционными силами. В августе 17 британцы атаковали Пондишерри с моря и суши, но Дюплеи организовал успешное сопротивление. В свою очередь британский флот пострадал от урагана, и в октябре осада города была снята. Вскоре пришли вести об Аахенском мире, положившем конец войне.

–– Второй Ахенский мир окончивший войну за австрийское наследство. Предварительный мирный договор между Францией и Великобританией с Нидерландами был заключён 30 апреля, после чего 18 октября т был подписан этими державами окончательный мирный договор, к которому 28 октября присоединилась и Австрия. По этому миру были подтверждены как все прежние мирные договоры (Бреславльский, Дрезденский и др.), так и Прагматическая Санкция (1713). По этому договору Англия, Франция и Испания остались при тех владениях, которые у них были до войны, так как первые две державы обменяли захваченные друг у друга в ходе войны Луисбург (в Северной Америке) и Мадрас (на полуострове Индостан). Нидерланды вышли из этой войны вновь сильно ослабленными вследствие целого ряда неудач на суше.  Парма переходит к боковой ветви Бурбонов. Ломбардия вошла в состав австрийских владений.

1749 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Генерал-губернатор французской Индии Жозеф-Франсуа Дюплекс завидовал торговой и морской активности англичан и мечтал изгнать их если не из пределов Индии, то хотя бы из Карнатика. Он всерьез подумывал о создании французской колониальной империи в Индии и твердо решил, несмотря на враждебное настроение директоров Компании, продолжать борьбу за Карнатик. Умер один из самых могущественных правителей южной Индии – Низам-уль-Мульк, первый низам Хайдарабада. Между его сыновьями и внуками тотчас же началась борьба за наследство. Главным претендентом считался внук деканского владыки Музаффар Джанг. Реальная власть в Хайдарабаде оказалась у Насир Джанга, второго сына Назима, ибо он командовал войсками. Вскоре из Дели пришел фирман, подтверждающий право Насир Джанга на наследство Низама, но спустя несколько дней подобный фирман получил и Музаффар Джанг. Чанда Сахиб, который хотел стать навабом Карнатика вместо Анвар-уд-дина Мухаммад-хана, тут же ввязался в распри между наследниками, приняв сторону Музаффара. Он предложил генерал-губернатору Дюплексу свой план: он, Чанда Сахиб, получает французских сипаев, возводит Музаффара на трон Хайдарабада и сам становится навабом Карнатика, а в собственность Компании после победы переходит один из городов близ Пондишери, Вилленур, и 40 деревень. Дюплекс сначала колебался, но, когда узнал, что Музаффар и Чанда одновременно стараются заручиться поддержкой англичан, поспешно согласился. В июле Совет Пондишери заключил с Чандой договор, по которому Вилленур и 40 деревень перешли к французам. Колония превратилась в крупного земельного собственника.

–– Индия. Наваб Чанда Сахиб  собрал свою собственную армию из 3500 человек и получил 400 французских пехотинцев от французского генерал-губернатора Индии Дюплекса. У наваба Музаффара Джанга было 30 000 человек. Вместе они двинулись к Аркоту, столице Карнатика, стремясь устранить его наваба Анвар-уд-дина, который поддерживал притязания Насира Джанга на трон Хайдарабада. 3 августа у деревни Амбур объединённая армия встретилась с войсками Анвар-уд-дина. Аркотский наваб привел с собой почти 20 тысяч человек, в его распоряжении было 200 пушек и несколько сот слонов. Увидев противника, д’Отейль, командир французского контингента, приказал немедленно его атаковать. Французские пехотинцы бросились в атаку, но попали в болото и отступили. Д’Отейль повел солдат во второй раз, но опять безрезультатно, к тому же его ранила шальная пуля. Его заменил капитан Бюсси. Он сумел подвести французских солдат и сипаев вплотную к войскам Анвар-уд-дина. После первого залпа аркотские воины начали отступать. Наваб в ярости пустил своего слона на бегущих и стал их топтать, осыпая проклятьями. Его узнали, открыли стрельбу, и вскоре смертельно раненный Анвар-уд-дин упал под ноги собственного слона. Это означало конец битвы, выигранной благодаря военной тактике французов. Во время битвы Музаффар Джанг и Чанда Сахиб не спешили бросать свои собственные войска в бой. Французы потеряли всего 12 солдат и 200 сипаев. Войска наваба почти все сдались. Сыну Анвар-уд-дина Мухаммаду Али-хану удалось бежать с небольшой свитой. Победа при Амбуре дала французской Ост-Индской компании дополнительные территории. Музаффар Джанг утвердил её власть над городком Бахур, расположенном неподалеку от Пондишери. Чанда Сахиб был провозглашен навабом Карнатика.

–-Маркиз де Галиссоньер отправил в долину Огайо миссию Пьер-Жозефа Селорона де Бленвиля. Добравшись до Логстауна, Селорон призвал индейские племена присоединиться к Франции для борьбы против англичан. Когда об этом стало известно в английских колониях, власти Вирджинии и Пенсильвании решили наладить отношения с ирокезами и, в частности, добиться ратификации Ланкастерского договора. Также было решено построить несколько фортов в долине Огайо.

1750 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Станислав Лещинский, бывший польский король основал в Нанси Академию Станислава (Королевское общество наук и изящных искусств) и кадетскую военную школу в Люневиле.

–– Индия. Французы добились первых успехов как в Декане, так и в Карнатаке, разгромив и убив своих противников и посадив своих сторонников на троны. Французская армия под командованием Бюсси была размещена в Хайдарабаде, чтобы обеспечить французские интересы. Но 16 декабря низам Хайдарабада Насир Джанг был убит в Дюпле-Фатхабаде (Сарасангупеттаи), близ Джинджи, Патан-Химмат-ханом, который был навабом Кадапы. В результате Музаффар Джанг при содействии французов унаследовал престол Хайдарабада.

1751 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Чанда Сахиб после захвата власти в Карнатике повел большие силы для осады Тиручирапалли, где укрылся бывший навоб Мухаммед Али-хан Валладжах, поддерживаемый британцами. Роберт Клайв предложил план губернатору Мадраса Томасу Сондерсу. Вместо того, чтобы бросить вызов сильным франко-индийским силам в Тиручирапалли, он решил нанести удар по Аркоту, столице Чанда Сахиба, с целью заставить последнего снять осаду Тиручирапалли. 26 августа 200 британских солдат и 300 сипаев вместе с тремя небольшими пушками и восемью европейскими офицерами под командованием Клайва двинулись к Аркоту из Мадраса. Утром 29 августа они вошли в Канчипурам, а затем достигли Аркота за два дня форсированного марша. Гарнизон, оставленный Чандой Сахибом для защиты Аркота, несмотря на свою большую численность, в панике из-за внезапного появления противника немедленно покинул форт. Клайв и его войска захватили город и форт, не сделав ни единого выстрела. Узнав о потере Аркота, Чанда Сахиб немедленно отправил 4000 своих лучших солдат со 150 французами под командованием своего сына Разы Сахиба, чтобы вернуть его. 23 сентября Раза Сахиб вошел в город и окружил форт, в котором укрылся отряд Клайва, армией из 2000 местных регулярных войск, 5000 нерегулярных войск, 120 европейцев и 300 кавалеристов. Форт Аркота был с милю в окружности, с низким, непрочным парапетом; некоторые из его башен были в полуразрушенном состоянии. Ров в нескольких местах можно было перейти вброд, а в других местах он был полностью сухим. Провизии и воды было достаточно, хотя последняя была солоновата на вкус. Лагерь Разы Сахиба был расположен в нескольких милях от форта, блокируя прибытие любого пополнения или подкрепления. Осаждавшие занимали дома города, ближайшие к форту и возвышавшиеся над стенами последнего, и стреляли во всех, кто двигался. Две вылазки против них провалились, поэтому Клайв решил провести ночную атаку 14 сентября. Она была настолько успешной, что все осаждавшие в страхе разбежались, в то время как люди Клайва не понесли потерь. Попытка Сондерса помочь подкреплением провалилась. В свою очередь, конце октября французы перебросили из Пондишери две батареи, из которых течение шести дней обстреливали стены, разрушив два участка. Провизия и боеприпасы были на исходе, и когда наступил пятидесятый день, единственной надеждой Клайва стала помощь, обещанная Морари Рао, вождем маратхов, который до сих пор сохранял нейтралитет, но, впечатлённый британской силой воли, обещал прийти на помощь. 9 ноября отряд маратхов прибыл в окрестности города и перехватил часть боеприпасов, направлявшихся противнику, но не смог пробиться в осаждённый форт и отступил. Раза Сахиб решил рискнуть и провести штурм и назначил его на 14 ноября, но 13 ноября шпион предупредил Клайва о готовящемся нападении. Противник наступал, гоняя перед собой слонов, чьи лбы были прикрыты железными пластинами. Ожидалось, что ворота уступят удару этих живых таранов. Но огромные звери, осыпаемые английскими мушкетными пулями, развернулись и бросились прочь, топча толпу, которая подгоняла их вперед. На воду, заполнявшую часть рва, спустили плот, но он был разбит огнём из орудий. Там, где ров был сухим, нападавшие сумели подняться, но британский огонь был настолько сильным и прицельным, что они не продвинулись вперед. После отчаянных атак осаждающие отступили за ров. Борьба длилась около часа. Четыреста нападавших пали, в то время как защитники потеряли всего пять или шесть человек. Осажденные провели тревожную ночь, ожидая возобновления атаки. Но когда наступил день, противника больше не было видно. Под прикрытием огня Раза Сахиб снял осаду и отвел свою армию в Веллор, оставив несколько орудий и большое количество боеприпасов.

–– Маратхи наголову разбиты французами, превратившими Хайдерабад в своего вассала.

1752 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Затянувшаяся на год осада Тиручирапалли закончилась 9 апреля, когда в нескольких километрах от Тиручирапалли подошедший деблокирующий отряд Стрингера Лоуренса (400 европейцев, 1100 сипаев и 8 пушек) разбил французов. 12 апреля Жан-Жак Франсуа Ло, французский командующий, приказал своим войскам уходить на остров Шрирангам, лежащий на реке Кавери немного севернее Тиручирапалли. Сипаи переправились на остров, бросив на старых позициях запасы пороха и пушки. Чанда Сахиб также увел своих воинов на остров. 20 тысяч человек заняли оборону на Шрирангаме. Вскоре после отступления французов и их союзников британский отряд Роберта Клайва, вышедший из Тиручирапалли, двинулся вперед и 17 апреля захватил Самаяпурам к северу от Шрирангама. Французские войска теперь были полностью окружены. Вместо того чтобы попытаться нанести удар по войскам Клайва, французский командующий решил ждать подкрепления с севера. Действительно, с 10 апреля д’Отейль с небольшим отрядом двигался из Пондишери. Как только он узнал о присутствии Клайва, он немедленно отступил. Клайв начал было преследовать его, но затем также отвел свои войска обратно. Воспользовавшись выходом Клайва из Самаяпурама, Ло отправил туда отряд из 80 европейцев и 700 сипаев, чтобы захватить Самаяпурам, но был разбит. Это поражение окончательно парализовало силы французов и их союзников. Тиски, в которые попали французские войска на острове Шрирангам, медленно сжимались. С юга отряд Лоуренса медленно наступал на позиции Ло. Ло атаковал британские войска, но был отбит и снова отступил в Шрирангам. Войска танджурского раджи, прибывшие на помощь Мухаммаду Али-хану Валладжаху, также перешли в наступление. Отряд д’Отейля бессмысленно маневрировал на севере. Напрасно генерал-губернатор Дюплекс умолял своих командиров действовать согласованно; никакой связи между двумя французскими группировками не было. 8 июня Клайв атаковал д’Отейля в Волконде и заставил его сдаться вместе со своей армией. Лоуренс начал круглосуточную бомбардировку острова Шрирангам. Французские солдаты и сипаи укрылись в древнем храме. Здесь же толпились наемники Чанда Сахиба. Как только обстрел прекращался, десятки сипаев перебегали в английский лагерь. К острову подошли отряды маратхов во главе с Морари Рао, танджурцы и майсурцы. Мухаммад Али-хан ликовал, предвкушая месть Чанда Сахибу, но тот все еще надеялся на спасение. Он умолял танджурского военачальника Манакоджи отправить его в Карикал, обещая заплатить за это. 11 июня, за день до капитуляции, Чанда Сахиб сдался в плен англичанам. Командующий объединенными войсками Лоуренс созвал военный совет. Маратхи и майсурцы настаивали на выкупе. Мухаммад Али-хан и Манакоджи требовали смерти Чанда Сахиба. Лоуренс хранил молчание, но затем распорядился отдать Чанда Сахиба танджурцам. Через несколько часов его убили. По традиции голова его была преподнесена главному сопернику казненного – Мухаммаду Али-хану Валладжаху. 12 июня Ло объявил о своей капитуляции, сдав 758 французских солдат и 2000 сипаев. Все боеприпасы и пушки передавались англичанам, солдаты оставались в плену, офицеры без оружия отправлялись в Пондишери. Французский генерал-губернатор Дюплекс понял, что кампания в Карнатике проиграна.

1753 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Директора Французской Ост-Индской компании были недовольны политическими амбициями генерал-губернатора Дюплекса, которые привели к огромным финансовым потерям, и его отозвали во Францию.

–– Роберт Динвидди, губернатор Вирджинии, отправил в Логстаун делегацию, которая добилась ратификации Ланкастерского соглашения. Но весной на южном берегу озера Эри высадились 1500 французских военных и занялись строительством укреплений. Ими был возведён, в частности, Форт Ле-Бёф. Власти Вирджинии опасались, что если этот отряд двинется на юг, то полностью отрежет британским торговцам доступ в долину Огайо. Было решено отправить к французам посланца с официальным протестом. Согласно Вашингтону Ирвингу, первым таким посланцем стал капитан Уильям Трент, который прибыл в Логстаун, но затем растерялся, заколебался, и в итоге вернулся обратно, не выполнив свою миссию. Губернатору пришлось искать другого посланца, более подходящего для этого задания: более сильного физически и морально. О замыслах губернатора узнал Джордж Вашингтон, в то время майор колониального ополчения. Он решил воспользоваться этим шансом, отправился в Уильямсберг и вызвался быть добровольцем для доставки письма. Вашингтону было приказано незамедлительно отправиться в Логстаун, вручить французам письмо губернатора, затем вернуться назад, собрав по пути всю возможную информацию о численности французов, их вооружении, укреплениях, коммуникациях и планах. Вашингтон должен был по дороге встретить первопроходца Кристофера Джиста и взять его с собой проводником. Экспедиция Джорджа Вашингтона в Огайо началась 15 ноября, когда он выступил из селения Уиллс-Крик с отрядом в шесть человек. 23 ноября он достиг слияния рек Мононгахила и Аллегейни, и исследовал место, на котором губернатор предполагал основать форт. 25 ноября он встретился в Логстауне с вождём Таначарисоном и договорился, что индейцы проводят его к французскому форту. 11 декабря экспедиция достигла французского форта Ле-Беф. На следующий день его принял французский командующий Жак де Сен-Пьер и Вашингтон вручил ему письмо губернатора. Пока шли переговоры, Вашингтон заметил, что французы считают Огайо своей землёй, намерены продвигаться всё дальше и явно пытаются склонить ирокезов на свою сторону. Поэтому, получив ответ для губернатора, он решил возвращаться назад как можно быстрее. На обратном пути экспедиция двигалась слишком медленно, поэтому 26 декабря Вашингтон с Джистом отправились вперёд налегке. Им пришлось вдвоём идти через огайские леса и переправляться на плоту через реку Аллегейни, но в итоге 16 января Вашингтон добрался до Уильямсберга и передал губернатору ответ французов. Он составил рапорт для Ассамблеи и переписал свой путевой дневник в подробный отчёт.

1754 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Война закончилась Пондишерским договором, в котором содержались следующие положения: французы и англичане решили не вмешиваться во внутренние дела индийских правителей; обе стороны остались на территориях, которые они занимали на момент подписания договора; французской армии, размещенной в Хайдарабаде под командованием Бюсси, было разрешено там остаться. Мухаммед Али-хан Валаджах был признан навабом Карнатика. Хотя французы и потерпели неудачу в войне, они выиграли больше всех. Их кандидат, низам Хайдарабада Музаффар Джанг, получил территории в Пондишери и Северном округе.

–– Информация, доставленная Вашингтоном, заставила правительство Вирджинии принимать срочные меры. К слиянию рек Аллегейни и Мононгахила был отправлен отряд для постройки форта, а в Вирджинии был набран полк, который поручили Вашингтону. 2 апреля этот полк был отправлен в строящийся форт, но отряд не успел достичь форта: 17 апреля французский отряд под командованием Клода-Пьера Пекоди вышел к недостроенному форту, обнаружив там всего 40 вирджинцев под командованием Энсина Уорда. Уорд сдался, и французы начали строить свой собственный форт, который назвали Форт Дюкен, в честь губернатора. Отряд Вашингтона численностью около 120 человек покинул Александрию только 2 апреля и находился в Уиллс-Крик, когда пришли новости о захвате французами форта. Французов было 800 или 1000 человек, поэтому продолжать наступление не имело смысла, но индейцы запрашивали помощи. Отступление могло лишить Вашингтона поддержки индейцев, поэтому он решил занять позицию поближе к противнику и дожидаться подкреплений. Он успел дойти до местности Грейт-Медоуз, где узнал, что противник находится уже близко. 27 мая Кристофер Джист выследил небольшой французский отряд неподалёку от лагеря. Вашингтон взял с собой 40 человек, встретился с вождём Таначарисоном и группой индейцев и вместе с ними 28 мая атаковал обнаруженный отряд. В ходе столкновения около 10 французов было убито и 21 взят в плен. Погиб командир отряда, Жозеф Кулон де Жюмонвиль. Французские офицеры заявили, что были посольством, но Вашингтон не поверил им и отправил под конвоем в Винчестер. Вашингтон начал укреплять свой лагерь, который он назвал «Форт Несессити». 9 июня подошли первые подкрепления, примерно 181 человек. С ними прибыло некоторое количество припасов, а также девять лёгких орудий. 2 июля индейцы свернули лагерь и скрылись, оставив Вашингтона без разведки, так что ему пришлось использовать как разведчиков своих собственных людей, мало знакомых с этим делом. Всего в форте было 400 человек, из которых здоровы и боеспособны были только 284. На рассвете 3 июля французский отряд численностью около 500 человек подошёл к форту и вступил в перестрелку с британцами. Она затянулась на весь день, а вечером начался сильный ливень, и у отряда Вашингтона промок весь порох. Положение стало безнадёжным, и Вашингтон согласился на капитуляцию. Французы разрешили британцам покинуть форт, оставив все орудия, кроме одного, и всё военное имущество, кроме пороха (чтобы сдавшиеся могли в пути обороняться от индейцев). 9 июня Вашингтон вернулся в Уиллс-Крик, потеряв в этом походе 30 человек убитыми и 70 ранеными.

–– В марте премьер-министром Великобритании стал Томас Пелэм-Холлс, 1-й герцог Ньюкасл. Новости о разгроме Вашингтона потрясли его, он заявил, что вся Северная Америка будет потеряна, если такие случаи повторятся. Оппозиция уже начала обвинять его в бездеятельности, и он решил, как можно скорее сделать что-то. Последующие три недели король и правительство составляли план действий. Поразмыслив над итогами кампании года, Ньюкасл пришёл к выводу, что колонии не способны к совместным действиям и не имеют опыта ведения войны, поэтому стоит использовать регулярную армию. Герцог Камберленд, главнокомандующий британской армией, предложил начать наступление по нескольким направлениям и даже посоветовал назначить в колонии вице-короля по примеру испанцев. Последнее предложение было отклонено, и было решено, что армиями будет командовать британский армейский офицер. На встрече с королём 22 сентября Камберленд порекомендовал на эту должность Эдварда Брэддока.

–– Во Франции начато расследование деятельности иезуитов.

1755 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Король Пруссии Фридрих II, чей альянс с Францией прекращал действие в июне следующего года, не мог договориться с Парижем о плане действий. Он ожидал, что король Людовик отправит войска в Австрийские Нидерланды, не давая Габсбургам нацелиться на Силезию, либо в обход них в Ганновер, но оба варианта не устраивали его союзников. В свою очередь, государственный секретарь Франции по иностранным делам Антуан Луи Руйе предлагал пруссакам самостоятельно захватить Ганновер. В ответ Фридрих просил своего посланника передать, что Австрия собрала у своих границ около 80 тысяч солдат, а в Лифляндии находится 60-тысячное российское войско. Вместе с тем прусский король стремился наладить отношения с англичанами. В мае, узнав о прибытии Георга II в Ганновер, Фридрих, всё ещё надеявшийся на мирное разрешение конфликта между колониальными державами, предлагал французам организовать дипломатическую миссию для переговоров с британским королём. Вскоре прусский король через своего зятя брауншвейгского герцога Карла сообщил англичанам о желании лично встретиться с Георгом. В июле герцогиня Брауншвейгская, находясь с визитом в Херренхаузене, лично заверила ганноверского министра Мюнхгаузена в мирных намерениях своего брата.

–– В британское командование приняло решение захватить форт Босежур с целью овладения перешейком Чигнекто. 2 июня  британские войска под командованием подполковника Роберта Монктона на кораблях прибыли в бассейн реки Камберленд и высадились в устье небольшой реки Мисэгуш, разбив лагерь под стенами форта Лоуренс. Численность британских войск составляла 270 регулярных солдат и 2000 ополченцев. В качестве опорного пункта английским войскам служил форт Лоуренс. Британское наступление началось 3 июня. Переправившись через реку в местечке Понт-а-Бюо и выбив оттуда французские заслоны, 4 июня англичане начали строительство лагеря в Бют-а-Миранд на подступах к форту. 12 июня англичане заняли удобную позицию в местечке Бют-а-Шарль и начали строительство укреплений и батарей для обстрела форта. Интенсивный обстрел форта длился с 13 по 16 июня, когда комендант форта Луи Дю Пон Дюшамбон де Вергор, понимая безнадёжное положение французского гарнизона, принял решение о капитуляции и передал форт англичанам, которые вскоре переименовали его в Камберленд. Печальным итогом победы британцев стало принятое британской администрацией решение о депортации франко-акадского населения области, прямо или косвенно помогавшего французским войскам во время конфликта (так, часть акадцев находилась в гарнизоне форта, защищая его совместно с французскими солдатами и индейскими союзниками). Осуществление акции было возложено на подполковника Монктона и его солдат. Депортация населения сопровождалась уничтожением их имущества англо-американскими властями.

–– Англичане уже не первый раз заявляли о своих правах на Долину Огайо. Губернатор колонии Виргиния решил отправить к французам гонца с требованием покинуть земли английского короля. Выполнить эту миссию он поручил 23-летнему майору Джорджу Вашингтону, который должен был доставить ноту французскому коменданту форта Ле-Бёф. У Вашингтона имелись и личные интересы – его старшие братья также были акционерами Огайской компании. Майор взял с собой 150 человек и попытался выгнать французов. Он получил отказ, произошла стычка, и англичане убили 10 человек. Тем не менее, Вашингтон трезво оценивал свои шансы и счёл за благо отступить. Из Европы прибыл генерал Эдвард Брэддок. Его три тысячи солдат имели конкретную задачу – захватить форт Дюкен и другие французские укрепления в долине Огайо. Помимо солдат регулярной армии и местного ополчения, в состав экспедиции Брэддока должен был войти вспомогательный отряд индейцев из южных колоний (из племён чероки и катавба). Однако он так и не прибыл – в первую очередь из-за противодействия губернатора Южной Каролины Джеймса Глена (James Glen) (он отказался посылать «своих» индейцев на службу «чужим» интересам). Вместе с тем, во многом из-за этого Брэддока отказались поддержать ирокезы, хоть они и навещали его лагерь. Ни с чероки, ни с катавба – своими давними врагами – они связываться не хотели. Поход генерала Брэддока был назван «Экспедицией Брэддока». Армия Брэддока медленно двигалась от форта Камберленд, прорубаясь сквозь лесную чащу. Солдат постоянно мучил зной, мошкара и непроходимая размытая дождями тропинка. Тропа, которую они прорубили, затем стала частью Национальной дороги. Марш затянулся на 19 дней. Главные силы англичан уже подходили к поросшему густым лесом оврагу, когда разведчики развернулись и бросились назад. Недалеко от них на тропу выскочил человек, раскрашенный, как индеец, но с офицерским знаком на груди. Он взмахнул шляпой и издал ужасный клич. Тут же из-за деревьев высыпала толпа индейцев и солдат, которые подхватили клич командира. Прячась за деревьями и валунами, они окружили английскую колонну с флангов и открыли стрельбу. Поднялись клубы грязного сине-белого дыма. На какой-то миг солдаты Гейджа застыли, «словно поражённые громом», а затем открыли ответный огонь и держались, пока не подоспели лесорубы майора Д. Синклера. Затем Гейдж приказал отходить к дороге. Его встретил смертоносный залп, и снова его ряды поколебались. Гейдж попытался сломить и устрашить врага картечью; от английского залпа капитан Божо и ещё дюжина человек упали замертво. Божо погиб мгновенно, от попадания пули в голову и шею. Канадцы дрогнули и побежали. Индейцы подались назад, не желая стоять под пушками. В этот драматический момент командование боем приняли Дюма и де Линьери. Им удалось прекратить панику и воодушевить индейцев и солдат. Сражение вспыхнуло с новой силой, но некоторое время ни одна из сторон не имела перевеса. Но затем непрерывный и убийственно точный огонь из укрытий переломил чашу весов в пользу французов. Канадские индейцы под началом вождя Атанаса заняли господствовавший над полем боя холм и превратили его в идеальную огневую точку. Главные силы французов и индейцев оставались невидимы для англичан. На узкой дороге 12 футов шириной, стиснутой с боков густым лесом, толпа насмерть перепуганных солдат наспех перезаряжала ружья и палила вслепую, наугад, в воздух, будто враги скрывались в верхушках деревьев. Страшный огонь неприятеля косил их, как косой. К концу дня вся английская армия оказалась в окружении. Кончались боеприпасы, смолкли орудия, а фургоны получили сильные повреждения. К пяти часам пополудни всё было кончено. Солдаты Брэддока бросали всё – ружья, пояса, рюкзаки, даже снимали мундиры, чтобы облегчить свой бег. Индейцы гнались за ними до воды, и многие англичане пали под ножом и томагавком. Однако тех, кому удалось переплыть реку, победители не преследовали – добычи в избытке хватало и на этом берегу. Англичане отступали всю ночь и весь следующий день, 10 июля, пока к 10 часам вечера они вышли к плантации Христофора Гиста.

–– 14 июля до Лондона дошли известия о том, что британская эскадра под командованием вице-адмирала Боскауэна захватила два французских линейных корабля в заливе Святого Лаврентия. Надежды премьер-министра Великобритании Томаса Пелэма-Холлса, герцога Ньюкасла на разгром французского флота и мирное решение колониальных разногласий не оправдались. Стало очевидным, что война с Францией теперь неизбежна. В конце июля Государственный совет Франции обсуждал план действий в ответ на захват кораблей британцами. Было очевидно, что страна не сможет вести продолжительную войну на море и в колониях: несмотря на надежды Машо на усиление флота, король не видел в нём серьёзного соперника для англичан. Король решил прислушаться к тем, кто высказывался против эскалации конфликта. Он всё больше склонялся к необходимости нападения на Ганновер, к которому ещё требовалось подготовиться, в том числе дипломатически. В то же время в британском правительстве не было единого мнения о том, как реагировать на бездействие Парижа. Если бы французы объявили войну, англичане могли бы свободно перехватывать их корабли. Теперь же такие действия поставили бы Лондон в положение агрессора. Не будучи жертвой нападения, Великобритания не могла рассчитывать на поддержку австрийцев и голландцев, в то время как для Франции это было поводом задействовать свой оборонительный союз с Испанией. Герцог Камберлендский высказывался в пользу начала войны и предлагал немедленно задействовать против французских торговых судов флот из 16 кораблей под командованием вице-адмирала Эдварда Хоука. Герцог Ньюкасл склонялся к выжидательной позиции. В итоге было принято компромиссное предложение первого лорда адмиралтейства Джорджа Ансона: 28 июля флотилия Хоука, получившая разрешение на захват линейных кораблей, отправилась в Бискайский залив. Впрочем, вскоре настроения в правительстве переменились, и уже через 8 дней было решено также атаковать и прочие суда. Новые указания были получены только в конце августа, что дало французам месяц отсрочки.

–– 4 сентября Дискау решил организовать рейд в тыл англичанам, недавно построившим форт Эдвард на реке Гудзон. Целью рейда было уничтожение лодок, продовольствия и артиллерии, необходимых англичанам в экспедиции. Оставив часть сил в Карильоне, Дискау выступил во главе 222 гренадеров регулярных полков La Reine и Languedoc, 600 ополченцев и 700 индейцев из племени абенаков и 7 сентября прибыл к форту Эдвард. Джонсон в то время расположился с главными силами в 14 километрах к северу от форта вдоль берега озера Джордж и вскоре был извещён разведчиками о приближении противника. Джонсон отправил курьера с письмом для предупреждения гарнизона форта Эдвард о приближении противника. Курьер, однако, был перехвачен, и планы Эдварда моментально вскрылись. Несмотря на численный перевес англичан, утром следующего дня Дискау приказал войскам идти маршем к озеру. В этом его поддерживали и индейцы, не желавшие атаковать защищённый артиллерией форт. В 9:00 утра Джонсон послал полковника Вильямса с 1000 солдатами и 200 могавками для поддержки гарнизона форта (в это время форт защищало 500 английских солдат). Обеспокоенный наступлением англичан, Дискау расположил своих гренадеров на дороге к форту, а ополченцам и индейцам приказал устроить засаду по бокам дороги. Колонна Уильямса, тем самым, угодила в ловушку, попав под перекрёстный ружейный огонь противника. В этом кровопролитном бою погиб командующий колонной полковник Уильямс и вождь мохоков Хендрик. Англичане, расстроив ряды, начали спешно отступать, прикрываемые мохоками и солдатами под командованием полковника Уайтинга. В этом бою погиб известный французский командующий Легардуэр де Сен Пьер, пользовавшийся большой популярностью среди индейцев. Дискау решил развить успех и приказал атаковать лагерь Джонсона. Но уже в это время Дискау контролировал только регулярные части. Индейцы и отчасти ополченцы отказывались принимать участие в наступлении. Дискау построил гренадеров в колонну из шести рядов и лично возглавил наступление, желая воодушевить своих солдат и союзников. Тем временем англичане уже успели укрепить лагерь, построив вокруг него баррикады из повозок, перевёрнутых лодок и сваленных деревьев. При приближении французов англичане открыли огонь картечью при поддержке трёх пушек и проделали большие бреши в рядах французов. Сам Дискау был ранен в сражении и попал в плен. Наступление французов захлебнулось. В это время командующий гарнизоном форта Джозеф Бланчард, увидев дым сражения, послал на разведку отряд из 80 солдат Нью-Гемпширского провинциального полка и 40 солдат Нью-Йоркского под командованием капитана Макгенниса. В пути они набрели на французский обоз и, рассеяв охрану, быстро захватили его. В 4 часа пополудни на пути англичан оказался отступавший французский отряд численностью 300 человек (в основном, канадских ополченцев и индейцев). Англичане устроили засаду и открыли прицельный огонь при приближении противника.  В результате сражения потери англичан составили 331 солдат, а французов – 339 солдат.

1756 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Для нарушения снабжения форта Осуиго французское командование весной приняло решение о проведении рейда, на волок Онейда Кариэн Плэйс где на двух концах волока находилось два форта – форт Булл и форт Уильямс. По прибытии на место лейтенант Гаспар Жозеф Шосегро де Лери увидел, что форт Уильямс хорошо укреплён и на подходе к нему местные ополченцы, поднятые по тревоге которых вёл полковник Уильям Джонсон. В связи с этим было решено атаковать малый и слабо укреплённый форт Булл. Французы под покровом леса скрытно приблизились к форту, однако индейцы вопреки приказам издали боевой клич, и де Лери пришлось отдать приказ о наступлении на форт. Французы, приблизившись к стенам форта, открыли огонь по защитникам сквозь узкие бреши в деревянных стенах. Де Лери несколько раз безуспешно предлагал противнику капитулировать. В конце концов нападавшие взломали ворота и ворвались в форт, начав грабежи и резню его защитников. Французы, отягчённые награбленным добром, подожгли форт. Огонь вскоре перекинулся на пороховые склады, в результате чего прогремел страшный взрыв, разрушивший все строения форта. Получив известия о приближении подкрепления из британского форта Уильямс, французы покинули форт и вернулись в Канаду, приведя с собой захваченных в ходе штурма пленных.

–– 21 апреля в Петербург прибыл французский агент Александр Маккензи-Дуглас. Руйе поручил ему приложить все усилия, чтобы отстранить от власти Бестужева-Рюмина и расторгнуть российско-британское соглашение. Будучи участником «королевского секрета», шотландец также действовал в интересах принца Конти, стремившегося стать королём Польши. Его патрон хотел получить командование российскими войсками, а также титул герцога Курляндского. Маккензи-Дуглас передал Воронцову послание для Елизаветы Петровны, в котором говорилось о желании Людовика XV восстановить дипломатические и торговые отношения с Россией. Единственным препятствием для сближения называлось соглашение с Великобританией, идущее вразрез с интересами императрицы. Французский король выражал надежду, что она не позволит направить против него российские войска. 18 мая Воронцов передал Маккензи-Дугласу положительный ответ Елизаветы Петровны. Она распорядилась немедленно отправить в Париж поверенного в делах Фёдора Бехтеева и пожелала, чтобы Маккензи-Дуглас стал официальным представителем Франции в Петербурге. 6 мая в Лондоне стало известно о высадке французских войск на Минорку; 17 мая Георг II объявил войну Франции.

–– Индия. В апреле наваб Бенгалии Аливарди-хан умер, и власть перешла к его 23-летнему внуку Сирадж уд-Даула, который был темпераментным и нетерпеливым человеком. Он с подозрением относился к европейским торговым компаниям, и когда англичане и французы начали усиливать свои форты, ожидая новой войны, он (16 мая) запретил делать это без разрешения. Французы ответили, что только ремонтируют повреждённые стены, а англичане сказали, что, поскольку ожидается война с Францией, им приходится укреплять свои фактории. Сирадж уд-Даула счёл этот ответ оскорбительным, поскольку он ставил под сомнение его способность поддерживать мир в своей стране. Он решил напасть на англичан, заставить их снести все укрепления, а в случае отказа – полностью изгнать их из страны.

–– Ожидаемое движение французов на Менорку началось, но действия британской короны были несколько запоздалыми, и несмотря на данные разведки о значительных силах, вышедших из Тулона, адмирал Джон Бинг был вынужден отправиться к Менорке из Гибралтара всего с десятью военными кораблями, к тому же недоукомплектованными и в плохом состоянии. По прибытии на остров небольшая эскадра Бинга и эскадра, базировавшаяся на Менорке застали остров наводнённым французскими войсками, а британский гарнизон находился в осаде в форте города Маон. Бинг отдал приказ освободить гарнизон от осады, но этому препятствовал французский флот, сражение было отложено на следующий день 20 мая. Против 12 французских Бинг выставил 12 своих самых больших кораблей. Противники построились в две линии, шли параллельным курсом, Бинг приказал атаковать каждому кораблю свой номер, а сам атаковал флагмана, но из-за плохих сигнальных возможностей того времени британский флот пришёл в некоторое замешательство и запоздал с атакой. Во время сражения Бинг действовал со значительной осторожностью, проявляя стандартные методы ведения боя. Из-за значительного превосходства французов в огневой мощи несколько британских судов были значительно повреждены, но ни одно не затонуло и не было захвачено французами. После военного совета, который пришёл к выводу, что освободить гарнизон не удастся, а дальнейшее сражение с превосходящим флотом французов бесперспективно, Джон Бинг принял решения уйти в обратно в Гибралтар.

–– Военный союз Англии и Пруссии. Фридрих внезапно напал на Саксонию.

1757 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Когда 5 января король Людовик XV выходил из своего дворца в Трианоне, чтобы сесть в карету, Дамьен прорвался между гвардейцами и, набросившись на короля, ранил его перочинным ножом в правый бок. Злоумышленник был тут же схвачен. Несмотря на то, что ранение королю было нанесено пустяковое (холодным вечером 5 января он надел второй редингот, причём на меху), что за Дамьеном не стояло никакого заговора и что сам он впоследствии раскаялся, его приговорили к смертной казни. Казнь, состоявшаяся на Гревской площади Парижа 28 марта. После казни Дамьена его отца, жену и дочь заставили уехать из Франции, запретив возвращаться под страхом смерти. Остальным его родственникам было приказано поменять фамилию.

–– Бедственное состояние страны навело генерального контролёра Машо на мысль о реформе в финансовой системе. Он предложил ввести подоходный налог (vingtième) на все сословия государства, в том числе и на духовенство, и стеснить право духовенства покупать недвижимые имущества ввиду того, что владения церкви освобождались от уплаты всякого рода повинностей. Духовенство восстало единодушно в защиту своих исконных прав и постаралось устроить диверсию – возбудить фанатизм населения преследованиями янсенистов и протестантов. В конце концов Машо пал. Проект его остался без исполнения.

–– Индия.  Полковник Роберт Клайв, представлявший интересы Британской Ост-Индской компании, и адмирал Королевского военно-морского флота Чарльз Уотсон 23 марта  обстреляли и захватили Чанданнагар. Французы имели всего 16 орудий против HMS Кент, HMS Тигр и HMS Солсбери, а также сухопутных войск Клайва. Хотя орудия форта причинили серьезный ущерб, в том числе было убито 37 и ранено 74 человека, атака была успешной. Укрепления города и многие дома были разрушены после этого, и место города как торгового центра заняла Калькутта.

–– В начале июня французская армия начала наступление на Ганновер, как только стало ясно, что никакого согласованного соглашения не будет. Первая стычка между двумя силами произошла 3 мая. Часть французской армии была задержана осадой Гельдерна, на захват которой у прусского гарнизона численностью 800 человек ушло три месяца. Основная часть французской армии переправилась через Рейн, продвигаясь медленно из-за трудностей материально-технического обеспечения для переброски армии численностью около 100 тыс. человек. Перед лицом этого наступления меньшая по численности немецкая Обсервационная армия отступила обратно за реку Везер на территорию самого Ганноверского электората, в то время как Камберленд пытался подготовить свои войска. 2 июля прусский порт Эмден пал перед французами, прежде чем туда смогла добраться эскадра Королевского флота, посланная на его помощь. Это отрезало Ганновер от Голландской республики, а поставки из Великобритании теперь могли осуществляться только прямым морским путем. Французы последовали за этим, захватив Кассель, обеспечив свой правый фланг. К концу июля Камберленд считал, что его армия готова к бою, и занял оборонительную позицию вокруг деревни Хастенбек. Французам удалось победить в сражении при Хастенбеке, но по мере начавшегося отступления союзников из войско стало рядеть по мере падения боевого духа. Несмотря на свою победу, д’Эстре вскоре был заменен на посту командующего французской армией герцогом де Ришельё, который недавно захватил Менорку. Приказы Ришельё следовали первоначальной стратегии полного захвата Ганновера, а затем поворота на запад, чтобы предложить помощь австрийцам, атакующим Пруссию. Войска Камберленда продолжали отступать на север. Преследование французов замедлилось из-за дальнейших проблем с поставками, но они продолжали неуклонно преследовать отступающую Обсервационную армию. Стремясь отвлечь внимание и оказать некоторую помощь Камберленду, британцы запланировали экспедицию для рейда на французский прибрежный город Рошфор, надеясь, что внезапная угроза заставит французов вывести войска из Германии, чтобы защитить французское побережье от дальнейших нападений. При Ришельё французы продолжили свое наступление, взяв Минден, а затем 11 августа захватив город Ганновер. Ришельё послал войска, чтобы занять Брунсвик. Фридрих II, Потерпевший поражение от русских в сражении при Грос-Егерсдорфе решил вывести прусский контингент из армии Камберленда, чем ещё больше ослабив союзников. Ганноверское правительство отступило вместе с Камберлендом через Ферден в столицу принадлежавшего курфюршеству княжества Бремен-Ферден и портовый город Штаде, соединенный с Северным морем рекой Эльбой. Хотя он был хорошо укреплен и мог снабжаться с моря, Камберленд считал своё положение опасным. Предложение о прибытии к городу большого количества британских подкреплений было отклонено, и британская экспедиция была отправлена в свой первоначальный пункт назначения Рошфор, хотя диверсия не могла помочь Камберленду из-за позднего времени отплытия. Капитану Хайду Паркеру было приказано использовать свою эскадру для сохранения маршрута снабжения союзников по Эльбе, пока ему не помешает наступление льда. Развертывание вражеского флота заставило Ришельё поверить, что положение Камберленда с учётом бесперебойного снабжения в Штаде является безопасным. Это привело к падению морального духа во французской армии, также в её рядах началась вспышка болезней. Тем самым Ришельё был открыт для переговоров, хотя ещё 21 августа он отверг предложенное принцем перемирие. По договору датский король Фредерик V был обязан направить войска для защиты находвшихся в личной унии с Великобританией и Ганновером Бремена-Фердена и княжества-епископства Ферден при наличии угрозы от иностранной державы. Поскольку он стремился сохранить нейтралитет своей страны, то монарх попытался заключить соглашение между командирами противоборствующих армий. Ришельё, полагая, что его армия в состоянии атаковать Клостерцевен, был восприимчив к этому предложению, как и Камберленд, который не был оптимистичен в отношении своих собственных перспектив. 10 сентября в Цевене англичане и французы подписали Цевенскую конвенцию, которая обеспечила немедленное прекращение военных действий со следующими условиями. Национальные контингенты из Брунсвика и Гессена вернутся на родину, половина ганноверских войск будет интернирована в Штаде, а остальные должны будут отступить за реку Эльбу, большая часть Ганновера будет находиться под французской оккупацией, за исключением демилитаризованной зоны, Французы эвакуируют герцогство Бремен при условии, что британцы выведут свои корабли из реки Везер. Однако ряд вопросов остался расплывчатым и плохо определённым, что привело к последующим спорам и разногласиям. После подписания конвенции Наблюдательная армия начала расходиться, хотя от неё не требовали сдавать оружие. Однако некоторые из гессенцев были насильственно разоружены французскими войсками, что явилось явным нарушением условий. Конвенция была немедленно подвергнута критике в Великобритании, и, несмотря на разрешение Камберленда Георг II сердито упрекнул вернувшегося в октябре в Лондон сына, вынудив его отказаться от всех своих военных должностей. Ришельё также столкнулся с резкой критикой из Парижа, где условия были восприняты как слишком мягкие. Он решил, что в этом году уже слишком поздно бросать свои силы в полное наступление на Пруссию, которое придется отложить до следующего года. Вместо этого он перебросил свои войска на зимние квартиры вокруг Хальберштадта, хотя ему было приказано осадить прусскую крепость Магдебург. Британское правительство из-за противоречия условий конвенции соглашению с Пруссией объявило, что они не связаны им. Они также начали продвигать Георгу II и его ганноверским министрам идею об отказе от подписанной конвенции и вновь вступили в войну. 8 октября Георг II отменил соглашение из-за формальности, связанной с вмешательством Франции в возвращение гессенских войск домой. Поскольку французы сами были недовольны соглашением, они также были готовы согласиться на возвращение к военным действиям.

–– Сражение при Хастенбеке. В конце мая французская армия, насчитывавшая, вместе с отрядами австрийцев, 115 тысяч человек, перешла Рейн. 20 июня французы берут Билефельд. Против них Фридрих может выставить лишь 5 тысяч солдат. Таким образом, основную тяжесть борьбы с французским наступлением должны были взять на себя германские протестантские княжества. Герцог Кумберлендский видел свою основную задачу в защите Ганновера, владения английского короля на континенте. С этой целью он намеревался воспрепятствовать переправе французов через Везер, когда они, всё же, 16 июля перешли Везер и расположились лагерем в Ольденбурге, он решается дать им сражение у крепости Хамельн, у деревни Хастенбек. В его распоряжении находятся, к этому моменту, 36 тысяч человек, включая 5 тысячный отряд пруссаков. У противника – 60 тысяч. Сражение началось с рассветом обстрелом левого фланга союзников, в девять утра французы пошли в наступление, им удалось охватить левый фланг, один отряд французов ударил с тыла по центру армии, другому удалось захватить главную батарею. Получив известие о потере батареи, слыша со стороны Дирсена сильную стрельбу и истолковав её превратно (на самом деле, стрельба велась побеждающими солдатами Брайденбаха), герцог Кумберлендский счёл сражение проигранным и дал приказ к отступлению. Между тем, принц Брауншвейгский контратаковал французов и отбил батарею, в то время, как Брайденбах неожиданно напал с тыла на французский корпус, состоявший из 16 батальонов, и обратил его в паническое бегство, захватив 22 пушки и изрядное количество повозок. Теперь настала очередь французов посчитать битву проигранной. Им посчастливилось, однако. Уже отступая, они сумели вовремя обнаружить, что и противник уходит. Приказ об отступлении был отменён, французская армия заняла лагерь у Хастенбека на правах победителя. Офицер, посланный к герцогу Камберлендскому с сообщением об успехе Брайденбаха, сумел, в неразберихе и хаосе поспешного отступления, разыскать того лишь на следующий день. Вот тогда герцог и узнал, что это, возможно, он, а не французы, выиграл сражение. Но было уже поздно.

–– Индия. Битва при Плесси. На рассвете 23 июня полковник Клайв поднялся на крышу охотничьего дома и оттуда стал изучать позиции противника. Когда солнце взошло, армия наваба вышла из укреплений. Она состояла из трёх частей, которыми командовали Рай Дарлаб, Яр Лутуф хан и Мир Джафар. 4 орудия под командованием французских офицеров заняли позиции в 200 метрах от британской линии. Ближе к реке встали ещё два тяжёлых орудия под командованием индийцев. Орудия прикрывали самые надёжные части: 5000 кавалерии и 7000 пехоты под командованием Мир Мадана, самого доверенного командира при навабе. У Клайва были все основания сомневаться в успехе. У него не было оснований доверять Мир Джафару, и если тот не поможет, небольшой отряд Клайва мог быть быстро уничтожен. Клайв, однако, велел своей армии выйти из рощи и встать фронтом к французским артиллеристам. В центре своей линии он поставил европейских солдат, прикрыв их с каждого фланга тремя 6-фунтовыми орудиями. На флангах он разместил сипаев. Чуть впереди своей линии он поставил два 6-фунтовых орудия и две гаубицы. Сражение началось примерно в 08:00. Французские орудия открыли огонь, и малочисленная британская артиллерия не смогла им противостоять. За полчаса перестрелки Клайв потерял 10 европейцев и 20 сипаев. Он приказал своей армии отступить назад в рощу. Артиллеристы наваба решили, что противник отступает, придвинули орудия ближе и начали обстреливать рощу. Ядра повредили много манговых деревьев, но британцы теперь стояли под прикрытием глиняной стены и перестали нести потери. Британские гаубицы действовали весьма эффективно и одним из залпов был ранен Мир-Мадан. Близился полдень, армия наваба понесла потери от артиллерийского огня, но сохранила подавляющее численное превосходство. Мир Джафар не двигался с места. В 11:00 Клайв созвал офицеров на совет, и было решено стоять в роще до темноты, а затем атаковать противника. Но ровно в полдень начался сильный ливень. Британцы были готовы к этому и быстро накрыли боеприпасы парусиновыми тентами. Дождь длился час. Британцы полагали, что противник атакует под прикрытием дождя, но этого не произошло. Артиллерия наваба тоже прекратила огонь. В 15:00 стало видно, что армия наваба отступает к лагерю, и в то же время один её отряд приближается к селению Плесси, выходя в тыл британцам. Орудия открыли огонь по этому отряду и заставили его отступить. Позже выяснилось, что это были люди Мир Джафара. Смерть своего самого надёжного командира повергла наваба в отчаяние. Он стал спрашивать у подданных, как ему поступить, и в итоге приказал армии начать отступление. Клайв промок во время дождя, поэтому покинул свой пост на крыше охотничьего дома, чтобы переодеться. Командование временно принял майор Килпатрик, который увидел отступление противника, и выдвинул отряд пехоты вперёд, почти до того места, где ранее стояла французская артиллерия. Отряд состоял из 250 человек и двух орудий. Клайв был взбешен, когда узнал, что Килпатрик принял это решение без его приказа. Он поспешил на позицию Килпатрика с намерением отдать его под трибунал, но выслушал оправдания майора и ограничился тем, что отправил его назад к основной армии. Вернуть отряд назад было опасно, потому что могло спровоцировать противника на атаку, поэтому Клайв оставил отряд на позиции, и усилил его ещё одним отрядом под командованием Эри Кута. Кавалерия наваба атаковала отряд Клайва на его новой позиции, но была отбита плотным огнём. Увидев, что противник колеблется, Клайв велел Куту атаковать небольшой холм, с которого противник обстреливал его позицию, а другой отряд послал на захват редута, в котором стояла французская артиллерия (два орудия и 40 артиллеристов). И холм, и редут были захвачены одновременно. Узнав об этой атаке, наваб покинул поле боя. К 17:00 сражение было окончено. Армия наваба отступала в беспорядке, бросая всё своё имущество. Британцы преследовали её 6 миль, и захватили 5 орудий. Но у Клайва не было кавалерии, поэтому он смог преследовать противника только до Даудпура. Там он остановился на ночь и вечером написал рапорт в Калькутту. Пока шло сражение, Мир Джафар не пытался помочь Клайву, а в 17:00, когда сражение завершилось, прислал письмо, где объяснил, что наваб взял с него клятву (заставил написать её на Коране) что он не перейдёт к англичанам, и по этой причине Мир Джафар придерживался нейтралитета. Позже он прислал ещё одно письмо, в котором поздравил Клайва с победой. Утром 24 июня Клайв пригласил Мир Джафара к себе, и тот явился вместе с сыном, хотя и опасался гнева Клайва. Он успокоился только тогда, когда Клайв обнял его и назвал субабом трёх провинций. Клайв предложил немедленно идти на столицу Бенгалии, и обе армии выступили вечером того дня. 25 июня армия Клайва пришла в Мандипур (около Касимбазара), и только 29 июня Клайв вступил в Муршидабад. После сражения Сирадж уд-Даула спешно отправился в Муршидабад на быстром верблюде, и провёл 24 июня, раздавая сокровища военным, чтобы уговорить их дать ещё одно сражение. Но никто не поддался на уговоры. Он спросил совета у своих офицеров, и те предложили сдаться Клайву. Вечером стало известно о приближении Мир Джафара, поэтому Сирадж уд-Даула погрузил в повозки жену и ближайших придворных, забрал всё золото и драгоценности, которые смог, и примерно в 3 часа ночи 25 июня покинул дворец. Он двигался вверх по реке и 30 июня прибыл в Раджмахал, но был так голоден, что ему пришлось просить еду у местного мусульманина Даха-Шаха. Тот узнал наваба, который когда-то причинил ему много зла, и донёс Мир Касиму, губернатору Раджмахала. Тот взял наваба в плен и отправил его под охраной в Муршидабад. 2 июля Сирадж уд-Даула был проведён по улицам Муршидабада, после чего Мир Джафар передал его под охрану своему сыну Мирану. Тот решил убить бывшего наваба, но все его придворные отказались выполнить это, кроме Мухаммад-Бега, который зарубил Сираджа саблей. В Муршидабаде в руки победителей попала казна наваба. Ожидалось, что там будет хотя бы 40 миллионов фунтов, но подсчёт показал, что имеется всего 1,5 миллиона, в то время как Мир Джафар должен был выплатить компенсаций на сумму 2,5 миллиона. Половина этой суммы покрывала убытки Калькутты, а остальная часть должна была стать вознаграждением военным.

–– Сражение у Кап-Франсе. Британский флот под командованием коммодора Артура Форреста был отправлен с Ямайки контр-адмиралом Томасом Котсом на перехват французского конвоя. Британская эскадра включала два 60-пушечных линейных корабля: HMS Augusta (флагман Форреста), HMS Dreadnought (под командованием капитана Мориса Саклинга), а также 64-пушечный линейный корабль HMS Edinburgh (под командованием капитана Уильяма Лэнгдона). Эскадра прибыла к Кап-Франсе утром 21 октября, ожидая там найти конвой. Сопровождение французского конвоя, во главе с Ги Франсуа де Коэтнемпреном, графом де Керсеном, было усилено, и ко времени британского прибытия состояло из четырёх линейных кораблей и трёх больших фрегатов. Обладая превосходящими силами, де Керсен вышел в море, как только подошли англичане. Англичане выстроились в боевой порядок и, несмотря на французское превосходство, двинулись навстречу противнику. Впереди шёл «Дредноут», «Аугуста» – в центре, «Эдинбург» – в арьергарде. Бой начался в 3:20 после полудня и продолжался в течение двух с половиной часов, пока де Керсен не сигнализировал одному из своих фрегатов отбуксировать повреждённый флагман Intrépide из боевой линии. При этом французская линия смешалась, Intrépide, Sceptre и Greenwich встали бортами друг против друга и попали под сильный обстрел с «Аугусты» и «Эдинбурга». Остальные французские корабли постепенно стали выходить из боя. Англичане были не в состоянии их преследовать, понеся потери – 23 убитых и 89 раненых, мачты были повреждены, как и такелаж. «Дредноут» потерял бизань-мачту и был не в состоянии преследовать французов, в итоге английская эскадра удалилась на Ямайку, чтобы провести ремонт. Де Керсен, раненый в бою, вернулся к Кап-Франсе для проведения ремонта, а затем отплыл во Францию с конвоем в ноябре. Французские потери в акции были оценены в 500—600 убитых и раненых. Битва не имела очевидного исхода, де Керсен всё-таки смог провести свой конвой во Францию, как только его корабли были отремонтированы. Тем не менее британских капитанов поощрили за мужество и упорство против превосходящих сил. Значительную часть матросов де Керсен потерял не в бою, а в шторме у мыса Кап-Франсе после битвы, когда Opiniâtre, Greenwich и Outarde сели на мель и были взорваны.

–– Росбахское сражение. В конце лета французская армия под командованием принца Шарль де Роган-Субиза, усиленная сильным имперским контингентом под командованием Саксен-Гильдбурггаузена продвинулась в Тюрингию с целью освобождения Саксонии, оккупированной Фридрихом II в начале войны. Фридрих II, используя внутренние пути сообщения, хотел вытеснить франко-имперские войска Субиза, прежде чем они смогут присоединиться к другим противостоящим пруссакам силам. 31 августа он выступил из Дрездена с 25 000 человек и повел свои войска форсированным маршем, преодолев 300 км за 13 дней. Чтобы ускорить свой марш, он оставил свои обозы. К концу октября Фридрих собрал свои войска вокруг Лейпцига. 3 ноября он форсировал Заале в трех местах и 4 ноября столкнулся с противником, стоявшим лицом к востоку, юго-востоку от Мюхельна. Фридрих расположился лагерем между Бедрой и Россбахом фронтом на запад. Так как между принцем Субизом, желавшим только двинуться в лагерь, и Гильдбурггаузеном, призывавшим к наступлению, возникли разногласия, коалиционная армия, вдвое превосходившая по численности прусские войска, сначала двинулась на юг, но отвернула в день битвы южнее Петтштедта на восток. Около 14:30 союзники, полагая, что смогут разбить отступающих пруссаков, выдвинули кавалерию резервного корпуса под командованием герцога де Брольи и кавлерийскую бригаду Бурбон (по имени кавалерийского полка Бурбон) перед своими войсками, которые двинулись на восток тремя колоннами, тем самым начав сражение. Прусский король понял опасность для своего левого фланга и решил контратаковать подходившие три колонны противника. Поэтому генерал-майору Фридриху Вильгельму фон Зейдлицу было приказано немедленно атаковать противника силами 38 кавалерийских эскадронов между Янус-Хюгелем и Позендорфер-Берг. Вначале союзники в течение 15 минут обстреливались прусской артиллерией с холма Янус, а затем Зейдлиц, незаметно для противника занявший исходную позицию, около 15:30 атаковал сначала в лоб, затем в обход с флангов и захватил вражескую батарею. Контратака кавалерии союзников под командованием герцога де Брольи провалилась, и она устремилась назад к Сторкау. В 16 часов прусская пехота, построенная в косом боевом порядке фронтом на юго-запад, вышла на линию Налендорф – Райхардтсвербен и сблизилась с потрёпанными Зейдлицем тремя маршевыми колоннами противника. Франконские батальоны принца отклонились вправо и бежали, преследуемые прусской кавалерией. Фридрих охватил открытое правое крыло колонн и тем самым усилил наметившуюся панику в рядах союзников. Паника вылилась в неуправляемую стрельбу и переросла в бегство большей части войск. Выстояла только бригада Витемера (названа по имени полка швейцарцев на французской службе), которая, развернувшись в линию, решительно пошла навстречу пруссакам в штыковую атаку. Но в 40 шагах от прусской линии она была встречена огнём выдвинувшейся вперёд артиллерии и понесла большие потери. Союзные полки вначале отступили, а затем бежали, как и франконские полки с правой стороны колонны. Около 17 часов Зейдлиц снова атаковал уже отступавших союзников на их правом фланге. Войска коалиции, окруженные теперь с двух сторон, оставив большую часть орудий, в полном беспорядке рассеялись в направлении Петтштадта. Кирасирские полки преследовали отступающего противника до Грёста и Обшюца. Армия Фридриха II потеряла 500 человек. Потери Франции и Империи составили 5000 человек убитыми и 5000 пленными. Фридрих решил продвинуться на восток, в Силезию.

–– Под руководством англичан ганноверцы начали реформировать Наблюдательную армию и выбрали её командиром Фердинанда Брауншвейгского. Теперь британцы согласились взять на себя оплату ганноверских войск, а также других контингентов, что привело к пересмотру политики Уильяма Питта, выступавшего против дальнейших финансовых обязательств Великобритании перед континентальной войной. Однако он по-прежнему настаивал на том, что никакие британские войска не будут отправлены в армию Брауншвейга. Фердинанд немедленно приступил к реформированию войска, стремясь повысить боевой дух ганноверцев. Ему помогло то, что французские войска своей жестокостью настроили гражданское население против себя. Фердинанд начал необычную для того времени зимнюю кампанию. К этому моменту состояние французских войск ухудшилось, и Ришельё начал отступать с целью не участвовать в крупном сражении. Вскоре после этого он подал в отставку со своего поста и был заменен графом Клермоном Луи. В своём послании к Людовику XV он описал плохое состояние армии и её солдат, также обвиняя Ришельё в краже их жалованья.

1758 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

План по захвату Сенегала был разработан американским торговцем Томасом Каммингом, который долгое время жил в Западной Африке и подробно описал возможность британской атаки. План опирался на растущее господство британского флота в мире и упадке Королевства Франции в мировой торговле. Британские военно-морские силы, согласно плану Камминга, должны были высадить десант в районе реки Сенегал, с целью заручиться поддержкой африканских местных правителей и затем вместе напасть на главный французский портовый город Сен-Луи. Руководство экспедиций было поручено Генри Маршу. Французские поселения в Сенегале имели небольшое стратегическое значение, но они были важны в качестве базы в мировой торговли рабами, а также Сенегал являлся одним из лидеров по добыче натуральной камедь. Поэтому основной целью экспедиции было нанести ущерб экономике Франции, сократив доходы от этих отраслей экономики. Эти экспедиции были частью стратегии Государственного секретаря Южного департамента Уильяма Питта по уничтожению способности Франции продолжать Семилетнюю войну, истощая её средства. Первой экспедицией к берегу Западной Африке руководил капитан небольшой эскадры Генри Марш, к нему были прикреплены 200 пехотинцев и отряд артиллеристов из 74 пехотного полка. Экспедицию сопровождал, составитель плана по захвату Сенегала, Томас Камминг. Войска покинули Плимут 9 марта, после короткой остановки для пополнения запасов на Тенерифе (Канарские острова) в апреле эскадра достигла устья реки Сенегал. Камминг сошёл на берег, чтобы заручиться поддержкой местных жителей, но переговоры затягивались и Марш решил начать атаку на главный торговый порт французов Сен-Луи. 29 апреля Марш двинулся вверх по реке и после короткого морского сражения французские корабли укрылись под пушки форта. 30 апреля 700 пехотинцев и моряков высадились на берег, чтобы атаковать форт Сен-Луи. Внезапная высадка британских войск застала гарнизон врасплох. 1 мая французы сдали форт, а местные торговцы поклялись в верности англичанам. Во время захвата форта ни один британец не был убит. Марш захватил 16 кораблей разного типа и 92 орудия. Французские торговые пункты на реке Сенегал перешли к Великобритании. Генри Марш воодушевлённый лёгкой победой, оставил в Сен-Луи несколько небольших судов и отплыл к острову Горе, чтобы атаковать и его. 24 мая корабли достигли острова Горе и сразу же начали обстрел форта. Но он недооценил укрепления форта и спустя два с половиной часа прекратил атаку. В этом сражение Марш потерял 20 человек и ещё 40 человек были ранены, а также корабли были сильно повреждены. Корабли вернулись домой, забитые захваченными товарами стоимостью в сотни тысяч фунтов. Уильям Питт был чрезвычайно доволен лёгкой победой в Западной Африке и вскоре снарядил новую экспедицию.

–– Битва при Крефельде. Ганноверская армия во главе с братом герцога Брауншвейгского Фердинандом, оттеснила французов во главе с графом де Клермоном обратно через Рейн. Собственная армия Фердинанда переправилась на левый берег Рейна и теперь могла угрожать Франции. Битва при Райнберге 12 июня закончилась отсутствием чёткой победы какой-либо из сторон. Клермон, недавно сменивший герцога де Ришельё в командовании французской армией, пытался остановить продвижение Фердинанда. Он выбрал линию обороны на южной стороне обнесенного стеной канала, идущего примерно с востока на запад. Таким образом, обнесенный стеной канал представлял собой своего рода естественное укрепление, которое, по мнению Клермона, было легко защитить. Генерал Клермон занимал укреплённую позицию в Фишельне (ныне- район Крефельда, южная часть города), ожидая подхода армии принца Субиза, назначенной ему в подкрепление. Однако союзники опередили Субиза, принц Брауншвейгский переправился через Рейн уже 2 июня, накануне сражения он стоял лагерем между Кемпеном и Хюльсом (ныне- северная оконечность Крефельда). Соответственно, французы ожидали нападения с севера, однако, принц Брауншвейгский, обойдя французские позиции с флангов, неожиданно ударил по французам с юга. Ему удалось зажать французскую армию в клещи между наполненным водой рвом и Ландвером (средневековыми валами и укреплениями, возведёнными в XIV веке). Прусская кавалерия, преодолев Ландвер с севера, атаковала французский резерв и вынудила его к отступлению. К вечеру сражение завершилось убедительной победой союзников. Разбитая французская армия отошла к Нойсу. Сочетание фланговых и фронтальной атаки (прусская кавалерия) самостоятельных групп войск явилось для того времени новаторским приёмом, в дальнейшем, развитым в битвах при Торгау, Буркерсдорфе, Фрайберге. Французы потеряли 5200 человек убитыми и ранеными, 3000 попали в плен. Понесённое поражение вынудило французское командование направить на Рейн дополнительные силы. Клермон был смещён, его место заступил генерал Контад. Новый командующий искусными маневрами вынудил принца Брауншвейгского уже 9 августа оставить Крефельд и переправиться обратно на правый берег Рейна, куда Контад за ним последовал.

–– Осада Луисбурга. 2 июня отряд Боскауэна стал на якорь в бухте Габарус, но сильное волнение мешало высадке, которая началась только 8 июня, при очень тяжёлых погодных условиях. Две колонны шлюпок курсировали у Пойнт-Коу и Уайт-Пойнта, а главные силы высадились в глубине залива Габарус. Флот усиленным артиллерийским огнём прикрывал высадку. Осадные работы начались только 13 июня. 28 июня Дрюкур затопил на входе фрегаты и корветы, а за ними расположил лагом к морю линейные корабли. Ночью 9 июля он сделал отчаянную вылазку, но эта атака была отбита. 21 июля огнём с эскадры Боскауэна был зажжён один из линейных французских кораблей; огонь перебросился на два других, и все три судна сгорели. В ночь на 25 июля адмирал Боскауэн снарядил шлюпочную экспедицию с 600 матросами для атаки остальных линейных кораблей французского флота. Несмотря на шквальный пушечный огонь с батарей и с судов, экспедиция удалась блестяще. Один из кораблей был сожжён, а другой отбуксирован в северо-восточную часть бухты. После этого Боскауэн начал готовиться к прорыву на внутренний рейд форта, но это уже не потребовалось. 26 июля французы капитулировали.

–– Битва при Карильоне. Утром 5 июля погрузилось 6367 регуляров и 9024 колониальных войск. Путь по озеру Джордж был проделан за ночь и лодки вышли к месту десанта на северном берегу озера 6 июля в 10:00. Пехота высадилась на сушу без противодействия со стороны французов. 5 июля Бурламак узнал, что британский флот уже приближается, и отправил отряд в 350 человек под командованием капитана Трепезе, чтобы наблюдать за противником и по возможности не дать ему высадиться на сушу. Но Монкальм, узнав о размерах британского флота, велел Бурламаку отступить. Бурламак возразил против этого решения, но после трижды повторённого приказа всё же отошел. Монкальм отвёл все войска в форт и разрушил все мосты. Из-за этого отряд Трепезе оказался слишком далеко от своей базы, а сопровождающие его индейцы покинули его, когда узнали о размере британской армии. С вечера 6 июля французы начали строить укрепления на высотах в 1,2 километра к северо-западу от форта. 7 июля они соорудили завалы из деревьев перед своими позициями. К концу дня они укрепили земляной вал укреплений бревенчатым бруствером. Эти укрепления могли надёжно защитить гарнизон от мушкетного огня, но могли быть легко разрушены артиллерией. Французский воинский контингент в Северной Америке составлял около 5 000 регулярных войск, 6 000 ополченцев и некоторое количество воинов из союзных индейских племён. Британские же войска насчитывали до 50 000 солдат. Для операции против форта Карильон англичане собрали крупные силы. У форта Уильям-Генри была собрана шестнадцатитысячная армия под руководством генерала Джеймса Аберкромби. Помимо регулярных частей численностью 6 тысяч человек, в составе которых находился знаменитый шотландский хайлендерский батальон, армия включала в себя также отряды ополчения из Коннектикута, Массачусетса, Нью-Йорка, Нью-Джерси (всего 10 тысяч человек). В распоряжении Монкальма, прибывшего в Карильон 30 июня, находилось 3500 солдат, в том числе отряды ополчения и воины союзных индейских племён. Запасов продовольствия в форте хватало лишь на 9 дней. 5 июля  британская армия начала переправу через озеро Джордж на северный берег. Монкальм в это время послал 3 батальона занять речную переправу в шести милях от форта, сам же с двумя батальонами занял стратегически важные высоты близ форта и закрепился там, приказав выстроить деревянные укрепления. Резерв был расположен в форте, часть резерва разместилась в окрестностях форта позади укреплений. Британские войска высадились на северный берег 6 июля. Продвижение англичан к форту сопровождалось крупными боями с французскими отрядами. На военном совете было принято решение атаковать форт 8 июля, не дожидаясь подхода трёхтысячного французского отряда генерала Леви. Сражение началось 8 июля с мелких стычек между наступавшими британскими войсками и оставшимися в окрестностях форта французскими отрядами. Английские войска согласно приказу главнокомандующего выстроились в 3 линии и пошли в лобовую атаку на укреплённые высоты, занятые французскими войсками. В 12:30 был отдан сигнал к атаке. В то время как англичане планировали одновременную атаку по всему фронту наступавшая правая колонна сильно оторвалась вперёд, нарушив привычный боевой порядок. Французы имели несомненные преимущества перед английскими войсками, так как могли обстреливать англичан с выгодной позиции под защитой высоких деревянных укреплений. Те немногие из английских солдат, кому удавалось взобраться на вал, погибали под ударами французских штыков. Английские войска были буквально скошены французским огнём. Кровавая бойня длилась до самого вечера, пока поражение англичан не стало очевидным. Аберкромби приказал войскам отступать назад к переправам. Уже 9 июля остатки разбитой английской армии достигли лагеря близ развалин форта Уильям-Генри.

–– Начать поход удалось только в конце июля. Полк полковника Анри Буке пришёл в Рейстаун и встал там лагерем. Сам Форбс прибыл в Шиппенсберг, но здесь его болезнь обострилась, так что он был вынужден отложить наступление. Буке между тем начал строить дорогу через Аллеганские горы. Форбс писал Питту, что местность представляет собой необитаемую глушь, поросшую таким густым лесом и кустами, что невозможно ничего увидеть дальше 20-ти метров. В Рейстауне был построен первый укреплённый склад, который назвали Форт Бедфорд. Следующий форт предполагалось построить на западном берегу реки Аллегени. Одновременно Форбс вёл переговоры с индейцами, и ему удалось перетянуть на свою сторону несколько крупных племён. В это время майор Грант, командир 77-го пехотного полка, решил отправиться к форту Дюкен с небольшим отрядом, разведать местность, захватить пленных и сделать что-нибудь, что сможет ослабить противника. Он собрал 800 человек из 77-го, 60-го, и колониальных полков. 14 сентября он подошёл к форту и занял высоту в полумиле от него, известную впоследствии как Холм Гранта. Оставив четверть своего отряда для охраны багажа, он разослал отряды во всех направлениях, а отряду в 100 человек поручил подойти к форту и зарисовать схему его укреплений. Тогда французский отряд вышел из форта и по очереди атаковал каждый из отрядов. 77-й полк запаниковал и обратился в бегство, но вирджинские отряды удержали позицию у обоза и спасли отряд Гранта от разгрома. Примерно 300 человек было убито, ранено, и попало в плен. Сам Грант оказался в числе пленных. Это событие едва не привело к провалу всей экспедиции. На стороне французов оказалась и погода: сильные ливни почти уничтожили построенную дорогу, лошадям не хватало фуража, а запасы провизии расходовались быстрее, чем пополнялись. В октябре дожди перешли в снегопады. К началу ноября Форбс был тяжело болен и едва ли не при смерти, и стал думать о том, что в этом сезоне взять форт невозможно. Однако, пришли сообщения, что оборона форта ослабла. Проблема со снабжением вынудила командование форта распустить часть своих сил. 18 ноября отряд в 2500 человек выступил из лагеря налегке, без багажа, и к концу 24 ноября приблизился к форту. В полночь раздался грохот взрывов, а на утро на месте форта были обнаружены только развалины. Французы уничтожили все строения и ушли в форт Венанго.

–– Бой у Лутерберга. Союзная армия под началом принца Брауншвейгского стоит в Мюнстере, французы маркиза Контаде – в Хамме, вторая французская армия принца Субиза – в районе Гётингена. 26 сентября генерал Оберг с 10 полками ганноверской и гессенской пехоты подходит к Касселю, занятому слабым французским гарнизоном. Взятие Касселя несомненно удалось бы, не потеряй Оберг понапрасну время, поджидая присоединения небольшого корпуса князя фон Изенбурга. Этот корпус, в итоге, присоединился к нему 27 сентября, увеличив его силы до 18 тысяч человек, но, ещё прежде того, и силы противника возросли во много раз: принц Субиз, для которого передвижения Оберга не остались тайной, с основными силами своего 24 тысячного корпуса появился у Касселя вечером того же 26 числа. До 3 октября оба войска стояли друг против друга, ограничившись мелкими стычками. Субиз, между тем, требует от Контаде подкреплений, тот направляет ему два отряда под началом генерала Шевера и герцога Фиц-Джеймса, всего, приблизительно, 20 тысяч человек, с условием, что Субиз немедленно даст сражение с тем, чтобы эти подкрепления могли скорей возвратиться обратно к главной армии. Узнав о предполагаемом подходе подкреплений к противнику и опасаясь нападения с тыла, Оберг уводит свой корпус от Касселя, заняв новую позицию по пути на Минден. Рано утром 10 октября, незадолго до начала наступления противника, он покидает и её, из-за опасения быть отрезанным от Миндена, ради новой позиции у деревни Лутерберг. Это был вынужденный выбор: Оберг собирался уйти в Минден, но не успел. Де Бролье дошёл до Лутерберга в 10 утра. Не решившись сам атаковать противника, он начал артиллерийскую дуэль, поджидая основные силы. К 2 часам пополудни подошедшие солдаты Субиза завершили построение к бою и генералу Шеверу был подан знак к началу атаки. Спустя некоторое время, между тремя и четырьмя часами пополудни, Шевер тремя колоннами углубился в лес против левого фланга Оберга. Лес оказался настолько редким, что французам беспрепятственно удалось не только провести кавалерию, но и перевезти пушки. Разгадав движение противника, Оберг усилил левый фланг, развернув его фронтом к лесу. Дав залп по выходящему из леса противнику ганноверские солдаты пошли в штыковую атаку, но эта атака была, в результате ожесточённого рукопашного боя, отбита, а, затем, французская кавалерия смяла численно уступавшую ей конницу союзников (6 эскадронов). Генерал Цастров, командовавший левым флангом, был ранен и попал в плен. С этим сражение было проиграно. Дольше всех оборонялись защитники батареи на возвышенности Штауфенберг, но, нападавшие на этом участке саксонцы, смогли, в конце концов, и здесь добиться успеха, захватив все орудия корпуса Оберга. К тому времени, когда, наступавшие с фронта, основные силы французов смогли преодолеть заболоченную лощину и вскарабкаться по склонам, победа была уже достигнута: союзники отступили к Лутербергу. Весь бой продолжался не более полутора часов. За Лутербергом генерал Оберг пытается собрать свои части для организованного отступления, однако, налёты французской конницы, а, также, массивный ружейный огонь по уходящим колоннам, открытый французской пехотой, довершают разгром, превращая отступление в паническое бегство. Союзные солдаты разбегаются по лесу, растущему по краям дороги на Минден, и лишь сгустившиеся сумерки (дело происходило в октябре) мешают французам довершить дело полным уничтожением противника. Собрав кое-как своих солдат у Миндена, Оберг не задерживается в нём и отступает дальше. На следующий день французы посылают отряд в Минден забрать брошенное там во время бегства военное снаряжение и оставленных раненых. Основная неудача Союзной армии заключалась в оставлении Касселя, а, с ним, и всего Гессена в руках французов.

–– В декабре экспедиция под командованием Огастеса Кеппель захватила остров Горе и французские торговые пункты на реке Гамбия. Уильям Питт хотел продолжить дальнейшее завоевание Западной Африки, но не смог снарядить новую экспедицию, опасаясь за безопасность британских островов.

–– Индия. Битва при Кондоре произошла около Масулипатама 9 декабря  в Западной Бенгалии. Англо-индийские войска под командованием полковника Фрэнсиса Форда атаковали и разбили равные по численности французские войска под командованием Юбера де Бриена, графа де Конфлана, захватив весь обоз и артиллерию противника. Эта победа позволила британцам осадить Масулипатам.

–– Индия. Мадрас был разделен на две части: неукрепленный «Черный город», где проживало местное население, и «Белый город», где проживало европейское население, под защитой Форта Сент-Джордж. 14 декабря французские войска вошли в «Черный город», не встретив сопротивления, и стали грабить дома. 600 британцев во главе с полковником Уильямом Дрейпером осуществили вылазку и атаковали рассеявшихся по городу французов. Кровавый уличный бой обернулся не менее чем 300 убитыми с каждой стороны, прежде чем Дрейпер увел своих солдат обратно в форт. Неясность дальнейших действий негативно сказалась на боевой духе французов. Два французских командующих – Лалли и маркиз Бюсси-Кастельно – начали спорить между собой по поводу того, кто был виноват в неспособности отразить вылазку Дрейпера. Лалли прилюдно яростно критиковал Бюсси, но не имел полномочий сместить его с должности второго командира.

–– Французы направили в Индию значительные силы во главе с графом Лалли-Толландалем.

1759 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Осада Мадраса. Французы заняли позиции вокруг города и были готовы осаждать Форт Сент-Джордж, но не могли открыть огонь, так как все ещё ждали подвоза артиллерийских боеприпасов, которые были закуплены для крупных осадных орудий. В течение трех недель пушки простояли без дела, пока 2 января не начали наконец обстреливать крепость. Несмотря на интенсивную пятидневную бомбардировку, а также несколько пехотных атак, французам не удалось прорваться в крепость. Под стеной была взорвана мина, но это не сказалось на обороне форта. Французский боевой дух продолжал падать от постоянных неудач в попытках прорыва обороны. Росло недовольство среди офицеров, особенно сипаев. 150 сипаев даже перешли на сторону гарнизона. Одновременно пути снабжения французов атаковали сипаи по командованием Мухаммеда Юсуф-хана. Лалли удалось отбить атаку, но его тылы оставались уязвимыми. После нескольких недель тяжелой бомбардировки французы наконец начали продвигаться к линии обороны города. Главный бастион был уничтожен, и пролом в стене открыл возможность для штурма. Бомбардировка нанесла значительный ущерб городу, большинство домов были разрушены снарядами. 30 января фрегат ВМС Великобритании прорвал французскую блокаду и привез определённую сумму денег и подкрепления в Мадрас. Лалли стало известно о том, что британский флот под командованием адмирала Джорджа Покока движется с севера на помощь Мадрасу, и он решил штурмовать город, прежде чем Покок прибудет. Он созвал военный совет, на котором было решено начать интенсивный обстрел британских орудий, чтобы вывести их из строя. Французам не удалось добиться капитуляции города до подхода британских подкреплений. 16 февраля шесть британских судов с 600 солдатами на борту прибыли в Мадрас. Столкнувшись с этой угрозой, Лалли принял решение снять блокаду и уйти на юг.

–– Вторжение на Мартинику. Большой десант под командованием Перегрина Хопсона попытался высадиться на острове. Канонада британского флота оказалась неэффективна против крепости Форт-Роял из-за расположения форта на господствующих высотах, а десант не смог найти подходящее место для высадки. Британцы не знали, что французский губернатор Франсуа де Богарне не получал ресурсов в течение нескольких месяцев, и даже краткая осада привела бы к капитуляции форта. Мур и Хопсон не стали искать возможности атаковать главный торговый порт Мартиники Сен-Пьер. После маломощной морской бомбардировки города 19 января, не причинившей серьёзного ущерба обороне порта, британцы ушли и решили напасть на Гваделупу, ставшую гнездом французских каперов.

–– Вторжение на Гваделупу. Флот прибыл к Бас-Теру 22 января и открыл огонь по городу, нанеся ему значительный ущерб. На рассвете 24 января английские войска были высажены на берег и преодолели около 5 км, пока не встретили сильные укрепления французов в горной местности. К тому времени около 1500 человек (четверть контингента) заболели жёлтой лихорадкой. Сам Хопсон также заболел и 27 февраля умер, оставив командование Баррингтону. Британский экспедиционный отряд был уже на грани распада. Более 600 раненых были направлены в Антигуа, ещё 1600 человек болели. Боевой дух остальных был крайне низок, людей не хватало даже для выставления караулов. К счастью для британского десанта, в это время Джон Мур, самостоятельный в проведении военно-морских операций, направил свои корабли в обход острова и атаковал крепость в Фор-Луи. Крепость быстро сдалась, и Мур оставил в ней гарнизон из 300 горцев и морских пехотинцев. Баррингтон в таких условиях решил не медлить и атаковал французов с трех сторон, вынудив французского губернатора Надо дю Трея капитулировать 1 мая. Остров был завоеван, но тяжелый местный климат сурово обошелся с завоевателями. К концу года почти 800 солдат и офицеров гарнизона нашли свои могилы на Гваделупе.

–– Французская армия состояла из 97 тысяч человек, из которых 66 тысяч под началом французского главнокомандующего, маршала Луи Жоржа Контада, находились на зимних квартирах вдоль Рейна, а 31 тысяча, возглавляемая герцогом де Брольи, составляла так называемую Майнскую армию, расквартированную во Франкфурте-на-Майне. План Фердинанда Брауншвейгского, возглавлявшего армию союзников, состоял в том, чтобы разбить французов поодиночке, не допустив их соединения. К концу его армия насчитывала около 27 000 человек, сгруппированных в три дивизии. Одной командовал эрбпринц, другой – Иоганн-Казимир фон Изенбург-Будинген, а третьим – Георг Гольштейн-Готторпский. Операции начались с захвата Фульды и Майнингена, занимаемых войсками имперской армии под командованием фельдмаршала фон Цвейбрюкена. Когда имперская армия отступила в Богемию, Фердинанд двинулся в Гессен, надеясь напасть на корпус Брольи, прежде чем он сможет получить подкрепление. К его изумлению, Майнскую армию застать врасплох не удалось, и французы заняли укрпелнную оборонительную позицию у городка Берген, под Франкфуртом, на которой и произошло столкновение противников 13 апреля. Авангард принца Брауншвейгского, состоявший из 5 батальонов и 4 эскадронов, атаковал французские позиции у Бергена, не дожидаясь подхода тяжёлых орудий, без предварительного артиллерийского обстрела имевшихся в наличии лёгких орудий. Армия принца построена для того времени традиционно: в центре пехота, на флангах кавалерия. Егеря (4 роты) были направлены на Вибельский лес, где они целый день «шармицировали» в лесу с эльзасскими батальоном, не достигнув успеха. Без артиллерийской поддержки солдаты должны были бегом преодолеть открытое пространство до французских засек, что им первоначально, каким-то чудом, удаётся и они даже захватывают часть французских пушек. Но вскоре атака отбита, отбиты и две попытки прийти на помощь авангарду. Французы постоянно «подпитывают» защитников Бергена солдатами из резерва, их артиллерия вносит опустошение в ряды нападающих. Принц Брауншвейгский формирует батарею из 30 батальонных орудий и трёх к тому времени подошедших тяжёлых орудий, вступающую с расстояния в 2000 шагов в безнадёжную дуэль с тяжёлой французской артиллерией. В ходе атак на французские батареи и перестрелки ядрами был убит бригадир Раймон де Шабрие, командовавший первым артиллерийским батальоном. С обеих сторон в бой втягиваются чуть ли не все резервы. Союзной армии, невзирая на все усилия, ни в одном пункте не удаётся добиться ощутимого прогресса. В конце концов принц Брауншвейгский выводит свои войска из сражения и перестраивает их, разместив кавалерию в центре, а пехоту на флангах. Цель такого построения – контратаковать французов, если те покинут занимаемые позиции, преследуя отходящих после атаки союзников. Однако французы не поддаются на приманку и усиливают, напротив, оборону Бергена. Используя подошедшие к концу дня 11 тяжёлых орудий, принц Брауншвейгский в последний раз начинает перестрелку с французской артиллерией, однако скорее с тем, чтобы дать выход своей досаде и прикрыть начавшееся отступление, чем с какой-либо практической целью. Вечером Союзная армия уходит обратно, к Виндекену, так и сумев овладеть Бергеном. Французская армия не начала преследования противника сразу же после битвы, однако 19 апреля лёгким силам полковника Иоганна-Кристиана Фишера удалось отсечь и рассеять два эскадрона прусского драгунского полка Финкентштейна. При Бергене французы одержали свою первую самостоятельную победу в сражении на германском театре Семилетней войны. Неудивительно, что эта победа была восславлена чуть ли не как эпохальное свершение, командующий французов буквально осыпан потоком милостей и наград: победитель при Бергене был сделан князем Священной Римской империи и маршалом Франции. В прусском лагере Берген был, напротив, оценён как незначительная, временная неудача. После получения известия о победе главнокомандующему французов, маршалу Контаду, было приказано соединиться с де Брольи и начать совместное наступление, занять Гессен и, угрожая Ганноверу, заставить Союзную армию уйти из Вестфалии. 3 июня обе французских армии соединились у Гиссена.

–– Минденское сражение. Французская армия двумя взаимодействующими колоннами (главная армия под началом маршала Луи Жоржа Контада и 18-тысячный корпус де Брольи) переходит в наступление, двигаясь на Ганновер. Используя численное преимущество, при этом избегая сражений, французы медленно, но верно продвигаются вперёд. Искусные маневры и демонстрации принца Брауншвейгского не в состоянии предотвратить падения Миндена, взятого де Бролье 10 июля, и капитуляции Мюнстера 22 июля. Взятие Миндена означает, что французам открыт путь в самое сердце ганноверских земель. Будучи и по натуре приверженцем радикальных решений, принц Брауншвейгский с этого момента все свои усилия сосредотачивает на том, чтобы навязать противнику генеральное сражение. В 6 часов утра Союзная армия была готова к бою. На крайнем правом фланге находилась английская (14 эскадронов) и ганноверская (10 эскадронов) кавалерия под командованием лорда Сэквилла, к ней примыкала пехота, соединённая в 4 колонны, по 6 и по 8 батальонов, каждая в два эшелона, между корпусом Вангенхайма на левом фланге и пехотой правого фланга находились ещё 15 эскадронов смешанной, в основном, прусской кавалерии. У французов в это время лишь корпус де Бролье завершил построение, генералы маршала Контаде строили и перестраивали свои части, словно забыв о том, что перед ними находится противник, до 8 утра, французские солдаты продемонстрировали при этом плохую выучку. Де Бролье начал сражение артиллерийским обстрелом позиций Вангенхайма. Свою пехоту он выдвинул вперёд, где она несла бессмысленные потери от огня противника, но в наступление, как это предусматривалось диспозицией Контаде, из-за опасения за свой левый фланг так и не пошёл, ограничившись тем, что сковал силы Вангенхайма на всё время сражения. Параллельно, Фердинанд Брауншвейгский дал приказ очистить деревню перед фронтом своей армии от передовых отрядов противника, что обыкновенно делалось перед атакой. Приказ герцога ещё не был выполнен, как вдруг 6 батальонов английской пехоты, стоявших в первом эшелоне одной из колонн, пошли сомкнутым строем на 63 эскадрона французской кавалерии, спустя некоторое время к ним присоединились 2 ганноверских батальона второго эшелона, потом ещё 3 батальона из других колонн. Атака началась без приказа, по другим источникам, командир англичан неверно понял переданное на французском языке распоряжение командующего, в случае атаки дать сигнал барабанным боем, и немедленно пошёл в атаку под барабан. Эти 11 батальонов, неся страшные потери от огня французской артиллерии, как на параде, двинулись вперёд, гоня перед собой всё, что встречалось им на пути. Подпустив кавалерию противника на близкое расстояние, они встречали её дружным залпом, передние ряды за прорвавшимися всадниками смыкались и те французские кавалеристы, которым удавалось прорвать строй, уничтожались задними рядами в ближнем бою, в то время, как колонна продолжала свой неудержимый марш. Демонстрируя бульдожью стойкость, англичане и, примкнувшие к ним, ганноверские пехотинцы прошлись как каток по французской кавалерии, разбив её начисто, включая резерв из отборных частей карабинеров и жандармов, укомплектованных цветом французской дворянской молодёжи. Кавалерия французов полностью выбыла из боя и этим завершилась первая фаза сражения. В тревоге за судьбу английской пехоты, Фердинанд Брауншвейгский послал приказ лорду Сэквиллу идти к ней в поддержку. Тот, однако, сделал вид, что не понял приказа, и не тронулся с места. Повторные приказы также не произвели на командующего английской кавалерией никакого впечатления. Наконец, на 6-й раз командующий направил приказ заместителю Сэквилла, лорду Грэнби. Однако, Сэквилл запретил Грэнби выполнение приказа и отправился лично объясниться с Фердинандом. В результате объяснения, он несколько передвинул влево свои эскадроны, но в бой, тем не менее, не вступил. Поведение Сэквилла в сражении при Миндене по-разному объяснялось современниками: некоторые считали, что Сэквилл действовал из личных мотивов, в пику командующему; британский военный суд осудил лорда за трусость, проявленную перед лицом врага. Во второй фазе сражения были захвачены или подавлены батареи на флангах армии Контаде и разбита прикрывавшая их пехота. Здесь отличилась кавалерия левого фланга союзников, у противника – саксонские батальоны принца Ксавера, оказавшие мужественное сопротивление. Уже к 10 часам сражение завершилось убедительной победой Союзной армии: расстроенные ряды французов обратились в бегство к понтонным мостам через Бастау. Корпус де Бролье, единственный непострадавший во всей французской армии, в полном порядке отошёл к Миндену и занял новые позиции в окрестностях города, прикрывая отход основных сил. Лорд Сэквилл несколько выдвинул свою кавалерию вперёд, ровно настолько, чтобы его люди могли лицезреть спины разбегавшихся французов, однако, в преследовании участия не принял, что и явилось одной из причин, позволивших противнику избежать полного разгрома. Прикрыв отступление Контаде, де Бролье в тот же день переправился на другой берег Везера, оставив в Миндене гарнизон в 300 солдат, капитулировавший уже утром следующего дня. Армия Контаде была заперта в своём старом лагере, где несла потери от непрекращающегося обстрела союзников, установивших свои батареи на берегах Бастау. Положение французов было довольно плачевным. В тот же день, когда состоялась битва у Миндена, кронпринц Брауншвейгский разбил в бою при Гофельде небольшой деташемент герцога де Бриссака и запер, тем самым, окончательно дорогу на Билефельд, единственный путь для отступления в юго-западном направлении. В ночь со 2 на 3 августа, пользуясь стоявшим сильным туманом, французы смогли навести два понтонных моста через Везер и, незаметно для противника, переправиться на другой берег. Преследуемые по пятам кавалерией союзников, французы откатились за Кассель, оставив город, вскоре капитулировавший, на произвол судьбы, и смогли остановиться и закрепиться лишь на линии Марбург-Гисен.

–– Битва при Лагуше. Морское сражение между флотами Великобритании и Франции, состоявшееся у португальского порта Лагуш к западу от Кадисского залива 18-19 августа. Завершилось победой английской эскадры сэра Эдварда Боскауэна над эскадрой адмирала Жана-Франсуа де Сорбана, графа де ла Клю, которая потеряла 2 линейных корабля уничтоженными и три захваченными.

–– Сражение у Пондише́рри. Французская эскадра, направлявшаяся из Иль-де-Франса под командованием контр-адмирала графа д’Аше, прибыла 30 августа в Балтиколо на острове Цейлон, где было получено известие о том, что английская эскадра под командованием адмирала Джорджа Покока находится в Тринкомали. Покок, полностью осведомленный о прибытии французской эскадры, поджидал её между Пондишерри и Негапатамом. Силы французов состояли из одиннадцати линейных кораблей: два 74-пушечных, один 68-пушечный, два 64-пушечных, один 58-пушечный и пять 54-пушечных (последние шесть кораблей принадлежали Французской Ост-Индской компании) и двух фрегатов. Британские силы состояли из девяти линейных кораблей: один 68-пушечный, один 66-пушечный, один 64-пушечный, три 60-пушечные, один 58-пушечного и два 50-пушечных и одного фрегата. Несмотря на превосходство в числе и силе кораблей, д’Аше не стремился к бою, поскольку его эскадра везла из Иль-де-Франса подкрепления и деньги для французских войск в Пондишерри. Когда, идя на север, он увидел 2 сентября британскую эскадру, вышедшую из Тринкомали, то уклонился от встречи с ней. Покок начал преследование, но ветер и течение не были благоприятны для британской эскадры, которая смогла вступить в контакт с французами только 8 сентября на широте Порто-Ново. Два дня прошли в маневрировании эскадр, и только в 10 часов утра 10 сентября Пококу, который оказался с наветренной стороны, удалось сблизиться с противником, держась в линии баталии на левом галсе. Британская линия растянулась вдоль французской, после чего последовал бой. Французы сосредоточили огонь на мачтах, пытаясь нейтрализовать корабли противника, но британский огонь нанес им значительный ущерб. После двух часов боя французская линия начала распадаться, несколько кораблей покинули линию, чтобы попытаться устранить повреждения, в том числе флагманский корабль «Зодиак». Около 16:00 контр-адмирал д’Аше был ранен, а капитан его флагманского корабля убит. После того как французский адмирал спустился вниз для перевязки ран, старший офицер корабля вывел корабль из боевой линии, его примеру последовали капитаны других кораблей. Таким образом, противоборствующие эскадры разошлись. Англичане не преследовали, поскольку часть их кораблей также была серьёзно повреждена, и их пришлось взять на буксир. После боя Покок направился в Нагапаттинам, а д’Аше ушел в Пондишерри и успешно выполнил свою миссию, когда его флот прибыл туда 15 сентября. В ходе боя потери французов составили около 1500 человек убитыми и ранеными. Англичане потеряли 569 человек убитыми и ранеными.

–– Генерал Амхерст решил захватить форт Ниагара. Для этой цели было выделено 5000 человек под командованием бригадного генерала Джона Придо. Одновременно отряд генерала Стенвикса должен был атаковать французские форты на озере Эри, а затем присоединиться к Придо у Ниагары. 15 июня Придо выступил из Скенектади, прибыл в форт Осуиго, где оставил почти половину своего отряда, а остальными силами осадил форт Ниагара, который обороняли примерно 600 человек. Во время обстрела крепости один из снарядов случайно разорвался и убил самого Придо, но при армии находился Уильям Джонсон, который принял командование и продолжил осаду. Франко-индейский отряд, численностью 1300 человек отправился на помощь форту, но Джонсон атаковал их частью своих сил и разбил в сражении при Ла-Бель-Фамиле 24 июля. 26 июля форт Ниагара сдался. В результате этой победы всё Верхнее Огайо оказалось под контролем Британии, а французские посты на Западе оказались отрезаны от баз.

–– Падение Ниагары позволило Амхерсту начать наступление на Тикондерогу. К концу июня его армия стояла на берегу озера Джордж и насчитывала 5000 колониальных войск и 6500 регулярных. Регулярные части состояли из бригады Фостера (27-й и 50-й полки) и бригады Гранта (17-й и 42-й полки). 21 июля эта армия погрузилась на суда, утром 22 июля вышла на берег около озера Шамплейн и двинулась к форту Тикондерога по маршруту прежнего наступления Эберкромби. Французский командующий Бурламак отвёл весь свой отряд, 3500 человек, в форт, а Амхерст приступил к правильной осаде форта. Ночью 26 июля французы покинули форт и взорвали его укрепления, хотя серьёзно пострадал только один бастион. Амхерст быстро восстановил укрепления и стал готовиться к наступлению на Краун-Пойнт, но 1 августа узнал, что противник оставил это укрепление. При этому у французов на озере Шамплейн было четыре корабля, и для наступления по озеру Амхерсту пришлось тоже строить флот. Но флот был достроен только к середине октября, когда начались холода. Наступление Амхерста первоначально вызвало тревогу в Квебеке, но так как он бездействовал весь август, то стало очевидно, что с юга Квебеку и Монреалю ничего не угрожает.

–– Оборона Квебека была поручена генералу Монкальму, которому удалось собрать пять полков регуляров и ополченцев и около 1000 индейцев. Он укрепил высокие берега реки Святого Лаврентия и сам город, а армию разместил на равнине перед укреплениями города. Британский флот появился 21 июня, а 26 июня высадился на сушу неподалёку от города. Бригада Монктона заняла южные берег реки напротив укреплений города, установила батарею и 12 июля приступила к обстрелу города. Между тем 8 июля бригады Таунсенда и Мюррея высадились на северном берегу реки, к востоку от Квебека. Но Вольф не знал, как поступить дальше, и британское наступление на время приостановилось. Время уходило, близилась зима, и Вульф решил рискнуть и атаковать французов с фронта, несмотря на их сильную позицию. 31 июля он атаковал французские редуты к востоку от Квебека на реке Монморенси, но в сражении при Монморенси был отбит с большими потерями. Тогда он решил атаковать город с запада и постепенно провёл вверх по реке несколько транспортных судов. 3 сентября британские войска покинули лагерь к востоку от города, а ночью 13 сентября высадили десант на северном берегу реки. К восходу солнца 4500 человек и сам Вульф успели переправиться через реку. Теперь перед армией Вольфа находилась так называемая равнина Авраама шириной около мили, на которой стояла армия Монкальма, а отряд генерала Бугенвиля находился где-то в тылу Вольфа. Монкальм мог бы дождаться прибытия Бугенвиля или измотать противника ночью индейскими нападениями, но он решил немедленно атаковать. Битва при Квебеке началась 13 сентября вскоре после полудня. Французская пехота начала сближаться с британской, но та ответила первым залпом только с расстояния в 35 метров. После второго залпа британцы бросились в штыковую атаку, и Вульф сам повёл в бой 28-й пехотный полк. Во время наступления он получил уже третье ранение и был вынесен с поля боя, но французская армия была обращена в бегство. Сам Монкальм был ранен при отступлении, успел уйти в город и там умер в доме врача. Командование британской армией между тем принял генерал Таунсенд, который узнал, что отряд Бугенвиля угрожает его тылу, но вскоре два полка заставили Бугенвиля отступить. За весь день британская армия потеряла примерно 630 человек. Французская армия была полностью деморализована и покинула Квебек в 21:00. 17 сентября город сдался. 18 сентября британская армия вошла в Квебек и приступила к его восстановлению.

–– Сражение в бухте Киберон. Из-за вестовых штормов в первую неделю ноября блокирующий флот адмирала Хока вынужден был оттянуться от берега. Пользуясь этим, де Конфлан вышел 14 ноября, при первой же перемене ветра. Он обнаружил в бухте Киберон небольшую английскую эскадру Роберта Даффа (HMS Rochester, HMS Chatham, ещё два 50-пушечных и четыре фрегата). Убедившись, что это не главный флот, де Конфлан решил атаковать. В то же время его выход был замечен несколькими кораблями, и в конце концов судно снабжения Love and Unity донесло об этом Хоку. Дафф разделил свои корабли на две части, к северу и югу, и де Конфлан решил преследовать обе. Для этого он также разделил свои силы подивизионно, причем третий дивизион остался охранять вход в бухту, так как мористее были обнаружены неизвестные паруса. Когда стало ясно, что с моря подходит английский флот, де Конфлан отозвал преследование и скомандовал строить линию баталии. Этому способствовал ветер от ENE. Но уже в ходе боя ветер зашел к NW, и расстроил порядок французов. Английский флот под командованием адмирала Эдварда Хока (англ. Edward Hawke), состоящий из 23 линейных кораблей и 10 фрегатов, в жестокий прижимной шторм (ветер WNW, со стороны моря) атаковал французский флот под командованием маршала графа де Конфлана (фр. Hubert de Brienne, Comte de Conflans), состоящий из 21 линейного корабля и 3 фрегатов. В ходе первой части боя французы потеряли 2 корабля потопленными и 2 захваченными, и укрылись в заливе у полуострова Киберон. Адмирал Хок, развивая успех, вошел в бухту, потеряв при этом 2 корабля на отмели острова фр. Le Four, и атаковал укрывшийся там французский флот. В ходе второй части боя французский флот был рассеян, ещё три корабля потеряно, в том числе на мелях, один захваченный сел на мель и был сожжен. Практически весь французский флот был уничтожен или захвачен, кроме четырёх кораблей, которым удалось укрыться в устье мелководной реки. Так или иначе, флот де Конфлана перестал существовать, а французская экспедиция была сорвана.

1760 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. Французский генерал Лалли хотел доказать, что является подлинным хозяином положения, и Мадрас будет взят. Он решил возобновить наступление; под его командованием было около двух тысяч трехсот европейцев, а также сипаи и маратхи в качестве кавалерии. Ему казалось, что он ничем не рискует и легко отобьёт Вандиваш у англичан, что гарантировало ему очень сильную базу для операций против Мадраса в случае необходимости. Поэтому он двинул свои войска по дороге из Аркаты в Вандиваш. Англичане, проинформированные своими многочисленными шпионами, в свою очередь отправились в путь. Их командир, полковник Эр Кут, угадал, что целью французов был Вандиваш. Поэтому он обосновался на другом берегу Палеарского озера, тогда еще почти сухого, близ Каверипаука, на позиции, защищенной с флангов болотами и не прикрыл свою базу снабжения Кондживарон. Лалли понимал это. Он вышел ночью и посреди тьмы появляется перед Кондживароном. Он перешел Палеарский берег вброд и почти без боя взял город и склады. Таким образом, противник был отрезан от Мадраса и лишен пищи. Но Лалли отказывается от своего легкого завоевания, повторно пересекает Палеарский берег и начинает осаду Вандиваша, оставив де Бюсси в Триваторе с большей частью армии для прикрытия осады. Он надеялся взять форт штурмом за сорок восемь часов, но шевалье Дюре предложил правильную осаду, и в результате французы потеряли шесть дней, устанавливая батареи. Эр Кут, потерявший связь, наконец узнал о нападении и неожиданном сопротивлении Вандиваша. Он не захотел потерять такое важное место и поспешил на помощь. Оба войска сошлись у Вандиваша на холмистом плато, где росли низкие деревья, были овраги и пруды. Пятитысячное войско французов и сипаев с двухтысячным отрядом маратхской кавалерии стояло напротив стольких же англичан. Лалли расположил свой лагерь на широком холме. Английский полковник Кут построил войска в виде полумесяца и решил обойти французский лагерь. Поэтому английская армия начала описывать дугу вокруг лагеря Лалли. Лалли приказал маратхской кавалерии атаковать левый фланг и центр англичан. Маратхи при первых же залпах противника приостановили лошадей и отъехали в сторону, вполне довольствуясь ролью наблюдателей. Лалли со своими адъютантами оказался между двумя армиями, но под градом пуль вернулся на позицию невредимым. Затем он установил в центре лагеря орудия и создал импровизированный форт, используя естественные возможности рельефа. Ему удалось отбросить противника на некоторое расстояние. Англичане отошли, держа строй. Тогда Лалли вновь сам повел в атаку свою немногочисленную кавалерию – 150 человек. Однако драгуны неохотно двигались за генералом. При первом же залпе всадники остановились. Лалли с несколькими офицерами был впереди, но был вынужден вернуться назад, проклиная трусов. Лалли бросил в бой Лотарингский полк, лучший полк его армии, первая атака которого оказалась удачной, но англичане, введя в бой резервы, перешли в контратаку и смяли его. На левом фланге французов отряд де Бюсси отбивал все атаки противника, но англичанам удалось зайти с тыла. Паника охватила солдат, однако де Бюсси сумел их остановить и хотел перестроить распавшийся отряд. В это время пуля сразила его коня, который придавил бригадира. Солдаты, подумав, что он убит, бросились врассыпную. Де Бюсси попал в плен к англичанам. С остатками войска Лалли отступил в Пондишери. Эр Кут не преследовал его. Пока Версаль пытался вынести какое-либо решение о положении в Индии, английские войска после битвы при Вандиваше без боя занимали один за другим города Карнатика: пал Аркат, за ним Карикал.

–– На севере американского континента британцам сопутствовала удача, но на юге в том году начались проблемы с индейцами. Британцы старались поддерживать хорошие отношения с индейцами чероки, чтобы иметь буферную зону между своими колониями и Французской Луизианой, а некоторые племена чероки участвовали в боях с французами. 16 февраля чероки окружили форт Принс-Джордж и убили его командира, а гарнизон в ответ казнил заложников. Индейцы начали войну по всему фронтиру, и Южная Каролина запросила помощи у генерала Амхерста. Амхерст отправил в Чарльстон 1-й и 77-й шотландские полки под командованием полковника Арчибальда Монтгомери, при которым вторым по званию состоял Джеймс Грант, освобождённый из плена в форте Дюкен. Монтгомери снял осаду форта Девяностошестой и направился в форту Принс-Джордж, разрушая по пути индейские селения. Из форта Принс-Джордж он хотел наступать далее вглубь индейской территории к форту Лоудон, но местность была настолько сложной, что он отменил поход и вернулся в Чарльстон, не решив основных задач. В форте Лоудон индейцы окружили 200 ополченцев капитана Демере, а спасательная экспедиция из Вирджинии не смогла пробиться к форту, поэтому 8 августа Демере сдался. Гарнизону разрешили уйти в форт Принс-Джордж, но при отходе индейцы напали на них и перебили всех. Боевые действия затянулись до конца года.

–– 23 марта. Глава французской дипломати Шуазель ведет переговоры с Австрией, чтобы Россия получила от Польши правый берег Днепра и в качестве компенсации от Фридриха II, Восточную Пруссию.

–– После взятия Квебека в городе был оставлен гарнизон под командованием генерала Мюррея, и этот гарнизон простоял в городе всю зиму, сильно страдая от холодов. Генерал Франсуа де Леви, принявший командование французскими войсками после смерти Монкальма, внимательно следил за состоянием Квебека и собирал войска, чтобы отбить город. К середине апреля он узнал, что почти половина гарнизона выбыла из строя по болезни: в реальности у Мюррея оставалось примерно 3000 боеспособных солдат. 21 апреля Леви с отрядом в 7000 человек выступил к Квебеку. 26 апреля они подошли к передовым британским постам, которые отступили в местечко Сент-Фуа. Узнав об этом от случайного пленного, Мюррей пришёл в Сен-Фуа с половиной своего гарнизона, чтобы помочь отступающим постам, и занял сильную оборонительную позицию. К вечеру он отступил в Квебек, но решил, что не сможет выдержать осаду, поэтому 28 апреля вышел из города и атаковал французов. Началось сражение при Сент-Фуа. Мюррей удачно начал атаку, но французы перегруппировались и нанесли контрудар, потеснив фланги Мюррея. Он приказал отступать в Квебек. За два часа боя Мюррей потерял около 1000 человек, треть своей армии. Французы потеряли около 800 человек. 29 апреля началась осада Квебека. Мюррей сумел привести в порядок свои войска и усовершенствовать укрепления города. 16 мая к городу подошли два британских корабля, которые обстреляли и затопили несколько французских кораблей вместе с запасами продовольствия. В тот же день Леви снял осаду и отступил, бросив 40 орудий.

–– Весной генерал Амхерст начал планировать последнюю решительную кампанию против французов. Он решил наступать на Монреаль с востока, юга и запада. Отряд Мюррея должен был наступать вверх по реке Святого Лаврентия на Монреаль, отряд генерала Хеливанда должен был наступать на север по озеру Шамплейн, а сам Амхерст намеревался двигаться к Монреалю с запада, через озеро Онтарио. Это был сложный план: армии должны были выступить из трёх удалённых друг от друга точек, двигаться без связи друг с другом и одновременно встретиться в одном месте. Мюррей начал наступление первым. 14 июля он выступил с отрядом в 2200 человек, оставив 1700 человек в Квебеке, погрузился на суда, прошёл мимо позиций французской армии на берегах реки и встал лагерем неподалёку от Монреаля. Хевиланд между тем выступил в середине августа с отрядом в 3400 человек, атаковал генерала Бугенвиля на острове Иль-о-Нуа, отрезал его от тыла и заставил отступить. После этого ему удалось установить связь с Мюрреем и оба стали ждать колонну Амхерста. Амхерст прибыл в форт Осуиго 9 июля, но только к началу августа все его полки были сконцентрированы. В его распоряжении было 6000 регуляров, 4500 провинциальных войск и 700 индейцев. 10 августа армию погрузили на корабли и 15 августа она подошла к укреплению Ла-Галетт на месте современного Огденсберга. Здесь произошло столкновение, известное как Сражение у тысячи островов. В ходе боёв удалось затопить французский бриг и после трёх дней обстрела взять форт Леви. 31 августа флот Амхерста начал проход через пороги реки Святого Лаврентия. Бои за форт Леви несколько задержали наступление, но всё же 5 сентября Амхерст подошёл к Монреалю и встал лагерем с восточной стороны от города. 8 сентября подошла колонна Хевиланда. У французских командиров Бугенвиля и Бурдамака дезертировали все ополченцы, и даже среди регулярных войск началось дезертирство. Для обороны Монреаля нашлось всего 2500 человек, деморализованных поражениями. Монреаль окружило 17 000 человек, а его укрепления были рассчитаны в основном на оборону против индейцев. Губернатор созвал совет, на котором сопротивление было признано бессмысленным, в результате было решено капитулировать. 7 сентября Бугенвиль доставил Амхерсту условия капитуляции. Французы желали покинуть город вооружёнными, но Амхерст настоял на том, чтобы они оставили оружие и дали слово не принимать участия в последующих боевых действиях. 8 сентября капитуляция была подписана и с этого момента Канада полностью перешла в руки Великобритании.

–– Отряд барона Глаубица (7 батальонов пехоты, гусарский полк Бершени), стоявший в Зигенхайне на берегу реки Ом, находился от основных французских сил на расстоянии 8 прусских миль (60—65 километров). Изолированное положение отряда было использовано главнокомандующим Союзной армии Фердинандом Брауншвейгским, 14 июля направившим против него 6 батальонов пехоты, а также несколько эскадронов иррегулярной кавалерии и гусар Люкнера, а также недавно сформированный 15-й английский драгунский полк, под общим руководством наследного принца Брауншвейгского. Вторым заданием похода было взятие Марбурга. Принц был накануне ранен в бою при Корбахе. Для французов приближение противника не осталось тайной, и Глаубиц решает отступить к Кирххайну (городок в 12 километрах от современного Марбурга). Но, поскольку во время марша он легкомысленно пренебрёг мерами предосторожности, союзникам удалось обойти французов лесом и у деревни Эмсдорф (ныне район Кирххайна) неожиданно напасть на их тыл и левый фланг. Ошеломлённые внезапным нападением, солдаты Глаубица не оказали практически никакого сопротивления и бежали в Кирххайн. Здесь они натолкнулись на засаду. Союзники заняли мост батальоном пехоты. Тогда французы попытались уйти под прикрытие леса и отступить, но и это им не удалось: в то время как драгуны атаковали ряды пехоты, гусары союзников разбили в схватке французских гусар. В итоге отряд барона Глаубица был полностью разбит. В плен попали сам Глаубиц, бригадный генерал принц Анхальт-Кётен-Плес, с ними 179 офицеров и 2480 нижних чинов. Было захвачено 8 орудий. Лишь французским гусарам удалось спастись бегством. Ещё один батальон Глаубица, отделенный ранее для сопровождения транспорта с хлебом в Марбург, избежал общей участи. Потери союзников составили 186 человек, из них большую часть потерь (125 человек) понесли английские драгуны. Действия принца Брауншвейгского завершилась бы полным успехом, если бы ему удалось выполнить и вторую часть задачи, взяв Марбург. Он, однако, нашёл город сильно укреплённым и, не рискнув пойти на штурм, возвратился со своей добычей к главным силам.

–– Сражение при Варбурге. Союзной армии не удалось застать французов врасплох, де Мюи был осведомлён о её продвижении. Не зная точного направления движения противника, он всё же привёл своих солдат в боевую готовность. Позднее, когда становится ясно, что предстоит атака левого фланга, он усиливает его подкреплениями, разворачивается в сторону Оссендорфа, откуда наступают союзники, и (непростительная оплошность!) лишь теперь пытается занять господствующую над левым флангом высоту. Но она уже занята к этому моменту небольшим (100 человек) отрядом англичан, встречающих французских солдат ружейным огнём. Отправленный занять Хайнберг французский батальон, встретив отпор и не зная точной силы противника, остановился и вызвал подкрепление. За те полчаса, что потребовались на подход помощи, англичанам удалось установить на горе батарею из 10 орудий, первоначально охраняемую лишь одним батальоном пехоты. В дальнейшем развернулся ожесточённый бой за Хайнберг, поглощавший всё больше и больше французских сил. Заслуги англичан, сковавших на этом направлении значительную часть французского корпуса, тем весомее, что им приходилось действовать на узкой площадке, шириной в 10 шагов, где помещалась лишь одна линия пехоты. Всё же Хайнберг был бы, вероятно, взят, если бы англичанам не помогли союзники. Генералы Харденберг и Цастров (последний с некоторой задержкой) атакуют французов во фронт и с фланга. Теснимые с двух сторон, после короткого жаркого боя французы отступают к реке. В этот момент англичане занимают Варбург и, переправившись через Димель, угрожают блокировать единственный свободный путь для отхода французов у Гермете. На заключительном этапе сражения отличились 22 эскадрона английской кавалерии под командованием лорда Грэнби, подоспевшие в это время от главной армии и сразу пошедшие в атаку против прикрывавшей отход кавалерии французов. Французские кавалеристы, несмотря на их численное превосходство, были смяты, атака вызвала панику в рядах французов. В случае полного успеха британской кавалерии, французский корпус был бы целиком уничтожен. Однако французской кавалерии удалось вновь организоваться и прикрыть отходящую пехоту. Сражение конницы завершилось в итоге победой англичан, но, пока оно шло, де Мюи удалось установить на другом берегу Димеля сильную батарею для прикрытия отхода и переправить большую часть своих людей. Французы потеряли 1500 человек убитыми и ранеными, 13 пушек, 2200 человек попало в плен. Потери союзников составили 1230 человек, из которых 800 человек пришлись на долю англичан, отличившихся при Варбурге. В это время герцог де Бролье шёл в наступление против покинутого лагеря Союзной армии у Хохенкирхена и был несказанно удивлён, не найдя в нём противника. Вскоре он получил известие о нападении союзников на Варбург и немедленно отправил туда сильные подкрепления, которые, однако, вскоре возвратились назад, встретив в пути остатки разбитого корпуса де Мюи.

–– Индия. Осенью после тщательной подготовки, британский генерал Эр Кут приступил к осаде Пондишерри. Сухопутные войска всё ближе подходили к городу, а флот прервал подвоз провианта из имевшихся ещё в руках французов факторий. В столице Французской Индии начался голод. Лалли приказал выслать из города всех туземцев, затем реквизировал и сосредоточил на армейских складах всё имевшееся продовольствие, однако было очевидно, что без помощи из Франции долго продержаться не удастся.

–– Сражение при Клостеркампене. Осенью  герцог Фердинанд Брауншвейгский, командующий союзной армией, увидел, что французы угрожают Ганноверу. Он отправил 20 000 человек для того, чтобы провести диверсию и отвлечь французскую армию на запад. Французский командующий готовился защищать город Везель на восточном берегу Рейна и сжёг мост через Рейн в устье Липпе, в то время как маркиз де Кастри поспешил с дополнительными подкреплениями, чтобы спасти гарнизон. Принц Брауншвейгский начал правильную осаду Везеля, построив два понтонных моста через реку. Он решил встретить армию де Кастри в районе Клостер-Кампен к западу от реки. Генерал-майор Джордж Август Эллиот командовал наступающим авангардом: двумя эскадронами прусских гусар, королевскими драгунами, иннискиллингскими драгунами, а также 87-м и 88-м пехотными полками (шотландскими). Основные силы атакующих включали два батальона гренадер, 20-й пехотный полк, 23-й полк уэльских фузилеров, 25-й пехотный полк, 2 батальонов ганноверцев и 2 батальона гессенцева. Позади основных сил армии находились отряд кавалерии, 10-й драгунский полк и 10 эскадронов ганноверской и гессенской кавалерии. Резерв, части 11-го, 33-го и 51-го пехотных полков и 5 гессенских батальонов, находились в нескольких милях позади основных сил армии. Сражение началось посреди ночи, когда авангард армии союзников выбил французов из монастыря Клостер-Кампен и захватил мост через канал. Залпы орудий дали понять основной колонне французской армии, что атака началась. Когда рассвело, британско-немецкие пехотные полки двинулись в атаку, а шотландские полки обошли французов с фланга и заставили их отступать. Маркиз де Кастри подтянул свои резервы и привёл в порядок отступающие полки, а затем начал контрнаступление против союзников. Атака французов разбила строй британских и немецких полков и отбросила их за канал. Союзники начали подтягивать резервы, но на это требовалось время, а французы между тем продолжали атаку. На западном конце канала Элиот возглавил атаку трёх британских кавалерийских полков, которая сорвала наступление французов и позволила отступающим союзникам вернуть себе северный берег. Принц Брауншвейгский приказал союзникам отступить за Рейн. Резерв сформировал кордон. Однако достигнув реки, союзники обнаружили, что понтонный мост был снесён, поэтому на переправу потребовалось два дня. Французы не преследовали, позволив союзникам завершить отступление за Рейн. Поражение союзников вызвало разочарование в Британии, где многие ожидали лучших новостей после большого расширения армии Фридриха.

1761 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Индия. 18 января французский генерал Лалли подписал акт о капитуляции. Пондишерри был занят англичанами и спустя некоторое время разрушен до основания.

–– Сражение при Лангензальце. Прусский фельдмаршал Фердинанд, герцог Брауншвейгский планировал в качестве главнокомандующего прусскими союзниками на западе Германии вторгнуться в Гессен и вытеснить французов, стоявших лагерями на Верре и Фульде, с их зимних квартир. 11 февраля он выступил четырьмя колоннами и обрушился на французские винтер-квартиры со всех сторон. Французы бежали, не оказав никакого сопротивления, причем более слабые позиции были оставлены одна за другой. В тылу наступавших войск Брауншвейга остались крепкие гарнизоны Касселя (насчитывал 10 000 человек), и Гёттингена – 7 500 человек. Ганноверскому генералу Фридриху фон Шпёркену было поручено вытеснить французов (12 000 человек) с позиций на Унструте и дальше наступать через Эйзенах к Верре и далее к Фульде. Генерал Шпёркен столкнулся с саксонскими и французскими частями, рассредоточенными в районе Мюльхаузен – Лангензальца. В то же время прусский корпус под командованием генерал-майора Зибурга двинулся из Вайсенфельса в сторону Лангензальцы. Шпёркен подошел к противнику со стороны Дудерштадта и тем самым помешал французскому генерал-лейтенанту Сен-Перну соединиться с войсками из Эшвеге. Выше Мюльхаузена Шпёркен перешёл на левый берег Унструта и также двинулся к Лангензальце. Ранним утром 15 февраля объединенные ганноверцы и пруссаки находились к северу от города: Шпёркен возле Тамсбрюка, Зибург возле Меркслебена. Однако из-за наступившей оттепели переправиться через Унструт оказалось затруднительно. Французов и саксонцев, стоявших на высотах к юго-востоку от Лангензальцы, разделяла также затопленная Зальца. Французы, бывшие под командованием Шуазеля-Стенвиля, получили приказ от своего главнокомандующего маршала Брольи отойти к Верре, как только противник начнёт переправу, и Сен-Перн выполнил тут же этот приказ. К сожалению, 3000 саксонцев получили приказ Брольи только тогда, когда разыгралось сражение, и им пришлось бороться одиночку. При попытке оторваться от противника саксонская пехота около 10 часов утра была охвачена с флангов и частично разгромлена вражеской кавалерией. Пять батальонов численностью около 2000 человек были взяты в плен. Кроме того, саксонцы потеряли 13 пушек и 7 знамён. Остаткам саксонской армии удалось дойти до Эйзенаха только благодаря вмешательству французских драгун, атаковавших кавалерию союзников. После сражения пруссаки заняли Лангензальцу, а ганноверцы – позицию слева от Унструта.

–– Осада Касселя. Осада Касселя была делом огромной трудности, так как он был хорошо снабжен продовольствием и имел большой гарнизон, которым командовал отважный и амбициозный офицер граф Брольи, брат французского маршала. Он приготовился к длительной обороне и заготовил запас соленой конины на случай крайней необходимости. Ничто не было упущено для защиты, даже прекрасные сады за городом были вырублены. Осаждающие насчитывали 15 000 ганноверцев под командованием графа Липпе-Бюкебурга, первого артиллерийского офицера того времени. 1 марта были отрыты первые траншеи и отдан приказ направлять артиллерийский огонь не по городу, а только по его укреплениям, но из-за скудности запаса боеприпасов, вызванной непроходимостью дорог в зимний период, артиллерийский обстрел позиций противника не смог дать никакого результата.[2] 7 марта осажденные силами двух батальонов совершили вылазку, в ходе которой засыпали параллель, проникли во вражеский лагерь и сожгли его, заклепали 6 орудий, разбили лафеты, сожгли запасы снаряжения, после чего вернулись в город, взяв пленными двух офицеров и 201 солдата. В свою очередь, 24 марта осаждающие заняли редут Варбург. Осада продолжалась четыре недели, но после поражения Брауншвейга при Грюнберге и подхода деблокирующей французской армии Брольи все сильные позиции при Касселе, которые были взяты, были сданы, и осада закончилась. Фердинанд Брауншвейгский со своей армией отступил к Падерборну, и французы снова стали хозяевами всего Гессена.

–– Сражение при Грюнберге. 11 марта герцог де Брольи двинулся со всей своей армией на освобождение Касселя, вынудив союзников постепенно отступить. 16 марта Шуазёль обстрелял позиции герцога Фердинанда Брауншвейгского в Штангенроде, вынудив его отступить в Хомберг на Оме. 20 марта герцог де Брольи направил подкрепление (3 кавалерийские бригады и гренадер) Шуазёлю, чтобы атаковать герцога Фердинанда и отбросить его за Ом. Он также послал Клозена в Штангенроде, чтобы поддержать главную атаку Шуазёля на Грюнберг и предотвратить любую контратаку союзников из Хомберга.  21 марта Брольи лично прибыл к войскам Шуазёля. Шуазёль развернул свой корпус в 2 колонны. Одна колонна атаковала Грюнберг, а вторая колонна двинулась против Лаубаха. Прежде чем начать атаку на Грюнберг, Шуазёль послал драгун налево, на высоты Штангенрода, а другую часть сил направо, на высоты, отделяющие Грюнберг от Лаубаха. Позиции Брауншвейга были в деревне Аценхайн, окружённой прудом и несколькими оврагами. Союзники не ожидали нападения в этом районе и были бы совершенно удивлены. Однако французы предпочли открыть огонь своей артиллерией по ближайшим частям союзников. Затем союзники поспешно отступили из деревни и построились на высотах за Аценхайном. Французы выделили свою лёгкую пехоту в лес у Бернсфельда, чтобы обойти союзников справа от них, и одновременно атаковали драгунами и другими конными лёгкими войскам на левый фланг противника, разбили его кавалерию, которая укрылась в лесу. Затем повернули влево и атаковали колонну пехоты, приведя её в беспорядок и взяв несколько пленных. Другая пехота союзников построилась в колонны и двинулась к ближайшему лесу на прорыв; французы преследовали её через заросли своей кавалерией. Спасая свою пехоту, кавалерия союзников контратаковала французскую кавалерию и рассеяла её. Однако прибытие кавалерийского резерва позволило французам восстановить положение. Последняя контратака союзной кавалерии дала Брауншвейгу достаточно времени, чтобы отступить на Бург-Гемюнден и в большом замешательстве вновь перейти через Ом. В это время французская бригада, которая должна была продвигаться через лес вдоль реки Ом и построиться на равнине, попала под огонь артиллерии союзников, дислоцированной у деревни Нидеромен. Эта задержка не позволила французам достичь назначенной позиции для завершения окружения союзников и позволила Брауншвейгу отступить с большей частью своего корпуса. В этом сражении союзники потеряли 2000 человек (в том числе 1200 пленных), 18 знамён, 1 штандарт и 14 орудий; французы потеряли около 1000 человек убитыми и ранеными.

–– Вторжение на Доминику. В первые дни июня транспорты, шедшие из Америки, из-за шторма, разогнавшего флот, стали поодиночке приставать к берегам Гваделупы. К 3 июня четыре корабля прибыли вместе с лордом Ролло, который был назначен Амхерстом командующим экспедиции. 4 июня британские корабли, под охраной эскадры сэра Джеймса Дугласа, выдвинулись к Доминике. Британские силы включали отряд из гарнизона Гваделупы (300 человек), горцев (400 человек), 22-й пехотный полк и 94-й пехотный полк. 6 июня, в полдень, британские силы прибыли к Розо и предложили жителям города сдаться. Французы ответили огнём своей батареи и заняли подготовленные позиции – четыре отдельных линии окопов. Ролло высадил десант и вошёл в город. Опасаясь, что французы могли контратаковать с наступлением темноты, он решил, что следует немедленно штурмовать окопы. Лобовая атака ошеломила французов, и британцы заняли окопы с мизерными потерями. Французский командир и его адъютант были взяты в плен, после чего сопротивление прекратилось. 7 июня Доминика присягнула королю Георгу.

–– Южная Каролина запросила помощи, и Амхерст отправил 1200 регуляров под командованием Джеймса Гранта. Собрав 2800 регулярных войск, Грант пришёл в форт Принс-Эдвард, где обстановка в целом была спокойной, но Амхерст приказал отомстить за избиение гарнизона форта Лоудон, поэтому Грант отправился на север от форта, разбил индейцев 10 июня в сражении при Эчой и разрушил 15 индейских деревень.

–– В июне Британия набрала два новых полка (101-й и 102-й), а в конце года ещё 13 (103-115). Теперь британская армия насчитывала 150 000 человек, а с учётом немецких наёмников её численность составляла 250 000. После капитуляции Монреаля держать большую армия в Канаде уже не имело смысла, поэтому в январе велел Амхерсту перебросить часть войск на Карибы для захвата Доминики и Мартиники. 3 июня они прибыли на Гваделупу, а через несколько дней высадилась на Доминике и заставила французов капитулировать. После этого боевые действия на время приостановились.

–– Сражение при Фелинггаузене. В июле две французские армии маршалов герцога де Брольи и принца Субиза встретились с целью захвата города Липпштадта. Там их поджидали союзные войска под командованием принца Брауншвейгского. Союзники (пруссаки, британцы, немцы) расположились вдоль ряда холмов. Справа от них была река Липпе и река Ахсе в центре. Французская армия наступала 15 июля, и войска Брольи продвигались вперед против немецких войск под командованием Вутгинау. Однако британские войска под командованием Грэнби к югу от Вутгинау удержали свои позиции, и французское наступление застопорилось. Той ночью прибыло подкрепление для обеих сторон, и Фердинанд усилил свой левый фланг за счет правого. На следующее утро герцог де Брольи продолжил атаку на левый фланг союзников, ожидая, что принц Субиз атакует ослабленный правый фланг союзников. Однако Субиз приказал провести лишь несколько небольших атак против противника, отчасти из-за того, что оба французских командира были одного ранга и не хотели подчиняться приказам друг друга. Подкрепление союзников под командованием Вольфа вскоре прибыло вдоль реки Липпе. Это позволило принцу Брауншвейгскому атаковать французский фланг и остановить наступление де Брольи. Брольи попытался остановить атаку союзников резервом, но был отбит огнём артиллерии во фланг и приказал оставить деревню Феллинггаузен. К полудню французы полностью отступили, и битва закончилась. Особенности местности, малопригодной для действий кавалерии, не позволили принцу организовать эффективное преследование разбитого противника, что и спасло французов от полного разгрома. Ответственность за неудачу де Брольи и де Субиз сваливали друг на друга. Новости о победе вызвали эйфорию в Британии и побудили Уильяма Питта занять гораздо более жесткую позицию в продолжающихся мирных переговорах с Францией. Несмотря на поражение, французы по-прежнему имели значительное численное превосходство и продолжали наступление, хотя две армии снова разделились и действовали независимо друг от друга. Раздоры среди командующих парализовали французскую армию.

–– Пари́жский догово́р, более известный как Фами́льный пакт заключённый 15 августа  в Париже по инициативе министра Шуазёля между Францией и Испанией, троны которых в то время занимали представители рода Бурбонов – Людовик XV и Карл III. Этим договором французские и испанские Бурбоны гарантировали друг другу целостность взаимных владений (Франция, Испания, Неаполь, Сицилия и Парма). Обе ветви рода вступали в оборонительный и наступательный союз. Испания обязывалась вступить в Семилетнюю войну, если к началу следующего года не будет заключён мир. Целью договора было подорвать могущество Британии и создать действенный противовес английскому флоту. Присоединиться к договору были приглашены и другие государи из фамилии Бурбонов – король неаполитанский Фердинанд и герцог пармский Филипп, однако неаполитанский премьер-министр Тануччи, не желая вовлекать своё государство в Семилетнюю войну, заявил, что Фердинанд не сможет одобрить договор по причине своего малолетства. Влияние фамильного договора сказалось в почти одновременном изгнании иезуитов из всех государств, где царствовали члены Бурбонского дома, и в их дружной и энергичной политике по отношению к римской курии.

–– Французский генерал Лалли отозван из Индии во Францию, обвинённый в измене интересам короля и индийской кампании, в злоупотреблении властью, в поборах с подданных короля и иностранцев, он был осуждён на казнь и обезглавлен.

1762 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

5 января генерал Монктон с отрядом в 8000 человек высадился на Мартинике. К 12 февраля завоевание Мартиники было завершено. После этого Монктон отправил флот на Сент-Лусию, Гранаду и Сент-Винсент, и захватил все острова без сопротивления. Он собирался начать экспедицию против Тобаго, но получил приказ отправить войска для войны против Кубы. В начале года лорд Албемарл был назначен главнокомандующим экспедиции на Кубу. 20 апреля он прибыл на Барбадос, принял у Монктона остатки его армии, и получив таким образом армию в 12 000 человек, 6 июня подошёл к Гаване и приступил к осаде этого города. Гавань Гаваны прикрывал форт Моро, и почти месяц ушел у Албемарла на осадные работы. Только в начале июля началась бомбардировка, и к 15 июля артиллерия форта была подавлена. 30 июля форт Моро был взят штурмом без больших потерь. 10 августа начались переговоры, и Гавана капитулировала на почётных условиях. Между тем Франция воспользовалась уходом британских войск из Канады, собрала отряд в 1500 человек и напала на Ньюфаундленд. Небольшой британский гарнизон сдался. Амхерст собрал отряд, передал его своему брату Уильяму Амхерсту и поручил его вернуть территорию. 12 сентября отряд Уильяма Амхерста внезапно атаковал французов и разбил их в сражении при Сигнал-Хилл. Французский отряд сдался. Это сражение стало последним сражением Семилетней войны на Американском континенте.

–– Французский писатель, путешественник Жак-Анри Бернарден де Сен-Пьеротправился в Голландию, затем в Россию, где был представлен Екатерине II. Через графа Орлова он предложил императрице проект «колонии авантюристов» на Аральском озере; проект, однако, был отклонён.

–– Сражение при Вильгельмстале. 21 июня, войска принца Брауншвейгского захватили в свои руки замок Сабабург, что дало принцу возможность занять лес на правом крыле французов силами егерей Люкнера, также, и в лесу на левом французском фланге находились всё время отряды лёгкой английской пехоты. В час ночи на 24 июня Союзная армия 7-ю колоннами начала переправу через Димель, оставив весь свой багаж и обозы в лагере. Переправа происходила на участке, протяжённостью 3,5 прусских мили (около 30 километров), следовательно, построение армии в боевой порядок в ночных условиях являлось достаточно непростой задачей логистики. В 4 утра колонны должны были стоять, завершив построение, на указанных им участках, что и удалось сделать без проволочек. Наступление началось. В лагере противника царили тишина и спокойствие, как если бы враг находился от французов на расстоянии в десятки километров. Генерал Шпёркен, возглавлявший 6-ю и 7-ю колонны, действовавшие против правого фланга противника, первым, идя краем леса, в 7 утра вышел на место, где был обнаружен постами де Кастри и обстрелян. Обстрел побудил его первым начать сражение, не дожидаясь появления кавалерии Люкнера, во взаимодействии с которой он должен был, по диспозиции, атаковать. Солдаты де Кастри мужественно защищались, лишь удар конницы Люкнера с тыла и одновременное появление 4-й и 5-й атакующих колонн перед фронтом их позиции принудили их в полном порядке отступить к Гребенштайну. В лагере французов, поднятых на ноги канонадой на правом фланге, в этот момент царила полная неразбериха: французские маршалы не знали, на что им решиться: сражаться или отступить. Наконец, когда колонны союзников возникли перед самим лагерем, а в тылу, на левом фланге французов, у Вильгельмсталя, появилась английская кавалерия, было принято решение об общем отступлении. Из-за угрозы в тылу это отступление было очень опасно. Поэтому Стэнвиль со своим корпусом (французские гренадеры, швейцарские наёмники), дополнительно усиленным кавалерией, взятой с правого фланга, должен был прикрывать от англичан отход армии. На этом направлении, у Вильгельмсталя, и разгорелись самые жаркие бои. Стэнвилю удалось не только отбить несколько атак английской конницы, но и дважды, контратаками, вынудить её искать поддержки пехоты. Французы захватили 7 пушек, 5 из которых были вскоре отбиты. Ожесточённый бой продолжался до тех пор, пока подошедшие части основных сил союзников не взяли корпус Стэнвиля в клещи, окружив его со всех сторон. Он был почти полностью уничтожен, французские солдаты полегли или попали в плен, однако, они смогли выполнить возложенную на них задачу, прикрыв отход основных сил французский армии к Касселю.

–– 6 августа. Парижский парламент вынес решение о роспуске ордена иезуитов во Франции. Конфискация его имущества.

–– Британский генерал Уильям Амхерст собрал британский экспедиционный отряд. Для возврата Сент-Джонса британской короне на Ньюфаундленде высадился отряд в 1500 человек. 12 сентября британские войска атаковали французов. Нападение британцев стало неожиданным, стремительной атакой они овладели Сигнал-Хиллом. Французы укрылись непосредственно в форте. Французский командующий Шарль-Анри-Луи д'Арсак де Тернэ решил не вступать в сражение с превосходящими вдвое силами британцев и принял решение оставить сухопутный гарнизон с частью морской пехоты в форте и приказал им сдаться через три дня. Сам же командующий, воспользовавшись туманом и благоприятным ветром, с флотом отплыл во Францию.

–– Британии удалось победить на всех фронтах, но Уильям Питт полагал, что договариваться о мире будет столь же сложно, как и воевать. Того же мнения придерживался французский военный министр герцог де Шуазёль, который стал думать о мире с того момента, как занял пост министра Он решил вывести Францию из войны с минимальными потерями, однако Уильям Питт желал нанести Франции максимальный возможный урон. Обстоятельства складывались в его пользу: 5 января умерла императрица Елизавета I, и Россия вышла из войны, чем дала Пруссии шанс на успешные боевые действия против Франции. Но продолжение войны могло настроить против Британии европейские государства, поэтому король решил отправить Питта в отставку, несмотря на его растущую популярность. В мае премьер-министром Британии стал лорд Бьют, сторонник заключения мира. В сентябре лорд Бедфорд отправился во Францию на переговоры. 3 ноября были согласованы предварительные условия перемирия.

–– Договор в Фонтенбло. Секретное соглашение между Францией и Испанией, по которому Франция уступала Испании территорию Французской Луизианы. Заключён после того как  Франция утратила контроль над Новой Францией (Канада). Потеряв Канаду, король Людовик XV предложил королю Испании Карлу III принять «страну, известную как штат Луизиана, а также Новый Орлеан и остров, на котором город расположен». Карл III принял это предложение 13 ноября. К Испании отходили: вся долина Миссисипи от Аппалачей до Скалистых гор.

1763 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Финансовое положение страны было ужасное, дефицит громадный. Для покрытия его требовались новые налоги, но Парижский парламент отказался зарегистрировать их. Король принудил его к этому посредством lit de justice (верховенство королевского суда над любым другим – принцип, согласно которому, коль скоро парламент принимает решения именем короля, то в присутствии самого короля парламент не вправе что-либо предпринимать. Согласно поговорке: «Когда король приходит, судьи умолкают»). Провинциальные парламенты последовали примеру парижского: Людовик устроил второе lit de justice и объявил парламенты простыми судебными учреждениями, которые должны считать за честь повиноваться королю. Парламенты, однако, продолжали оказывать сопротивление.

–– Пари́жский ми́рный догово́р между Великобританией и Португалией, с одной стороны, и Францией и Испанией – с другой, подписанный 10 февраля в Париже и, вместе с Губертусбургским миром, положивший окончание Семилетней войне. В ходе переговоров Этьенн Франсуа де Шуазёль предпочёл сохранить за Францией небольшие, но ценные экспортом сахара Карибские острова, а не оккупированный Квебек, который поначалу предложили вернуть британцы, также желавшие заполучить все Карибские острова. Дело в том, что в бассейне р. Св. Лаврентия в Квебеке уже имелось значительное, и при этом быстрорастущее (порядка 70—80 тыс. человек) франко-католическое население, и англичане-протестанты не очень-то желали с ним связываться. Но по условиям мира Франция отказалась от всяких притязаний на Канаду, Новую Шотландию (которые в то время считались хоть и большими, но холодными и малопригодными территориями) и окончательно уступила Англии все острова залива Святого Лаврентия. Пункт 4 договора о передаче Канады дал бывшим французским подданным Квебека срок в 18 месяцев на продажу своего имущества с целью репатриации в Францию, если они того пожелают. Оставшиеся по истечении срока автоматически становились британскими подданными. Колонию действительно покинули практически все французские дворяне, чиновники, военные и моряки численностью около 10 000 человек. Однако, практически все духовенство, мещане, крестьяне и трапперы остались, и естественный прирост последних быстро компенсировал отток. Договор предоставил франкоязычному населению Квебека право свободы вероисповедания, что на тот момент рассматривалось как важная уступка католикам в рамках теперь уже Британской империи, где доминировал протестантизм. При этом, несмотря на то что договор был составлен только на французском языке, он нигде не упоминал право франко-канадцев на сохранение и развитие родного языка в официальной сфере уже в рамках Британской империи. Этим вскоре воспользовался британский административный аппарат, пытавшийся впоследствии небезуспешно оттеснить и искоренить французский язык на территории Северной Америки. Вместе с Канадой Франция уступила долину Огайо и всю свою территорию на восточном берегу Миссисипи, за исключением Нового Орлеана. В то же самое время Испания, за возврат Англией Гаваны, уступила ей Флориду, чем на тот момент назывались все её континентальные владения к востоку от Миссисипи. Несмотря на большую площадь земель, Англия добивалась прав на более освоенный и также богатый сахаром Пуэрто-Рико, поскольку страна, полученная на континенте, была на тот момент слабо заселена и освоена. В Европе Менорка была возвращена Англии, но поскольку возвращение этого острова Испании было одним из условий её союза с Францией, то последняя, будучи не в состоянии выполнить теперь это условие, соответственно уступила Испании Луизиану, к западу от Миссисипи. Французские войска также выводились с территории Ганновера и совместно с испанскими – с территории Португалии. В Вест-Индии Англия отдала назад Франции важные острова: Мартинику и Гваделупу. Четыре острова из группы Малых Антильских, считавшиеся нейтральными, были разделены между двумя державами: Сент-Люсия перешла к Франции, а Сент-Винсент, Тобаго и Доминика – к Англии, которая также удержала за собой и Гренаду. В Африке Франция теряла земли в Сенегале. В Индии Франция восстановила все владения, находящиеся в границах до начала наступления, но потеряла право воздвигать укрепления или держать войска в Бенгалии и таким образом оставила станцию в Чанданнагаре беззащитной. Таким образом Франция снова получила возможность торговли в Индии, но практически отказалась от своих претензий на политическое влияние в регионе. При этом английская компания сохранила все свои завоевания. Парижский мирный договор также предоставлял Франции право рыболовства у берегов Ньюфаундленда и в заливе Святого Лаврентия, которым та пользовалась и прежде. Кроме этого, Франция сохранила в своём владении небольшие острова Сен-Пьер и Микелон. Одновременно в предоставлении этого права было отказано Испании, требовавшей его для своих рыболовов. Эта уступка Франции была в числе тех, на которые в Англии более всего нападала оппозиция. Получив в своё безраздельное владение всю восточную половину Северной Америки, Великобритания превратилась в ведущую мировую державу, что в свою очередь ознаменовало собой начало эпохи заката Франции как передовой страны Западной Европы, даже несмотря на то, что еe население как минимум в три раза превосходило население Великобритании со всеми колониями, хотя и этот разрыв начал быстро сокращаться из-за массовой англификации североамериканских территорий и массового притока туда рабов и иммигрантов со всей Европы. Таким образом, по итогам мира Англия приобрела огромное колониальное государство, заключавшее Канаду от Гудзонова залива и все нынешние Соединённые Штаты к востоку от Миссисипи. Помимо территориальных приобретений Англии и её установившегося морского господства она также приобрела престиж и положение в глазах других держав. Уступки Англии при заключении мира были вызваны огромным внешним долгом, дошедшим до 122 000 000 фунтов стерлингов.

1764 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

После смерти мадам Помпадур, стало ясно, что король потерял не столько любовницу, сколько друга (последние годы их интимные отношения прекратились и маркиза, чтобы сохранить своё влияние, стала покровительствовать интрижкам короля с молоденькими девушками, ни одна из которых не могла равняться с ней умом и обаянием). Вскоре благодаря придворным интриганам он увлёкся вышедшей из бедноты куртизанкой по имени Жанна Бекю, которой был устроен брак с дворянином. Ставшая известной под именем графини Дюбарри Жанна из-за своего низкого происхождения и слухов о занятиях проституцией в юности, вызывала раздражение у всего двора, включая дофина и дофину, народ же возмущался её расточительностью. Дюбарри способствовала падению престижа короля, вмешивалась в политику, способствовала тому, что Шуазель, защитник парламентариев, был заменен на д’Эгийона, их ярого противника. Но стареющий Людовик после нескольких лет одиночества слишком дорожил любовницей и не желал её удаления.

–– Генуя попросила Францию выслать войска. Франция заняла корсиканские гавани и укрепления, чтобы как контролировать беспокойное население, так и не допустить попадания Корсики во владение Великобритании.

1765 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Одной из задач стало расширение средиземноморской морской торговли, которой серьёзно вредили действия марокканских, алжирских и тунисских пиратов. Ларашская экспедиция была одной из операций, осуществлённых с целью обуздания пиратов, базы которых находились на атлантическом побережье Марокко. Во время проведения Ларашской экспедиции были задействованы 16 фрегатов и галиотов, в том числе 52-пушечный флагман «Утиль» (Utile) под командованием Дюшаффоля де Бесне, 30-пушечный «Героиня» (Héroine, командующий капитан Франсуа-Жозеф-Поль де Грасс), «Этна» (Etna), «Терпсихора» (Terpsichore) и др. Между 2 и 11 июня эскадра обстреляла из пушек марокканские порты Сале и Рабат. 26 июня она стала на якорь перед портовым городом Лараш. 27 и 28 июля французская эскадра бомбардировала крепость и порт Лараша, после чего жители покинули этот город. После этого с кораблей был высажен десант под командованием капитана Латуша Борегара. Солдаты должны были подняться на 16 лодках вверх по реке Лукос с тем, чтобы сжечь пиратские суда, находившиеся у Лараша. Отряд попал в засаду, семь лодок с французами были захвачены марокканцами, девяти удалось прорваться к эскадре. В результате этого сражения погибли 200 французских моряков, 48 были захвачены в плен и обращены в рабов. Французской эскадре не удалось освободить своих товарищей. Все пленные были отправлены на возведение новых кварталов города Эс-Сувейра, ставших резиденцией марокканского султана Мухаммеда III бен Абдаллаха.

1766 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

По смерти Станислава Лещинского Верхняя Лотарингия была включена в состав Франции, навсегда потеряв политическую самостоятельность.

1768 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

15 мая Генуя, не найдя возможности своими силами подавить национальное движение корсиканцев, передала остров Франции «за долги». Генуя, находившаяся в упадке, не смогла бы выплатить долг другими путями, как и не смогла бы подавить корсиканское восстание. Вторгнувшиеся французские войска быстро разбили сторонников Паоли, заставив его покинуть Корсику и укрыться в Англии. С недолгой независимостью Корсики было покончено.

–– Крестьянское восстание в Нормандии (Франция).

–– Французский экономист Мерсье де Ла Ривьер получил от Екатерины II приглашение отправиться в Россию для работы над составлением «Наказа» и, по совету Дидро, принял его. Проведя в Санкт-Петербурге всего несколько месяцев, он был со скандалом отстранён от двора и вернулся во Францию. Причиной этому были как расхождения с императрицей в политических и экономических взглядах, так и амбиции самого Мерсье де Ла Ривьера, утверждавшего, что за два года сможет полностью реформировать российское государство, и требовавшего огромного жалования. Екатерина II утверждала, что он – «говорун и много о себе думает»

1769 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Французская Ост-Индская компания была ликвидирована, имущество компании было передано государству (короне), и она взяла на себя обязательства по погашению соответствующих долгов.

1770 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Заключение брака между австрийской эрцгерцогиней Марией-Антуанеттой и дофином Франции должно было стать последним и самым грандиозным брачным союзом между династиями Бурбонов и Габсбургов, а также скрепить мир между Францией и Австрией. Мария-Терезия настойчиво добивалась от французского короля официального предложения. После подписания брачного договора обнаружились значительные пробелы в знаниях Марии-Антуанетты и недостаточное владение ею французским языком. Императрицей были приглашены воспитатели, преподаватели танцев и иностранных языков, которые в кратчайшие сроки должны были подготовить юную эрцгерцогиню к исполнению её обязанностей в качестве будущей королевы Франции. С этого момента и до самого отъезда Мария-Антуанетта спала в покоях своей матери. 19 апреля состоялось бракосочетание по доверенности, где жениха представлял эрцгерцог Фердинанд. 21 апреля Мария-Антуанетта, в возрасте 14 лет, навсегда покидает Вену. 7 мая прошла церемония «передачи» на «нейтральной» территории, на безлюдном рейнском островке, вблизи Страсбурга. По правилам ритуала девушка должна была расстаться со своими австрийскими друзьями и знакомыми, которые её сопровождали, а также полностью раздеться. Это означало, что она оставляет всё, что принадлежало чужеземному двору и государству, чтобы стать дофиной Франции. Её одели во все французское, и с этого дня австрийская эрцгерцогиня Мария-Антония стала дофиной Франции Марией-Антуанеттой. Королевская семья встретила Марию-Антуанетту в Компьенском лесу. 16 мая в Версале состоялось второе бракосочетание. Один праздник по случаю бракосочетания сменялся другим. Кульминацией должны были стать народные гуляния 30 мая на сегодняшней площади с музыкой, фейерверком, вином, хлебом и мясом за счёт казны. Народ толпился на площади и на подходах к ней. Ситуация осложнялась находящимися на площади строительными котлованами. Пиротехнические ракеты, с треском и шипением взрывавшиеся в толпе, вызвали панику. Люди, пришедшие на праздник, бросились врассыпную, сталкиваясь друг c другом и толкаясь, многие попадали в котлованы или были затоптаны толпой. В результате плохо организованного праздника погибли 139 человек и сотни были ранены. Погибших захоронили на кладбище Святой Мадлены. Мария-Терезия понимала, что дочь слишком молода и нуждается в руководстве, поэтому направила во Францию своего посланника Мерси д’Аржанто. Он следил за каждым шагом дофины и подробнейшим образом обо всём информировал императрицу.

–– Начало проведения во Франции триажа: выделение в пользу землевладельца трети общинной земли.

–– Волнения городских низов в Руане и Реймсе.

1771 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

–– В ночь на 20 января, ко всем членам парламента посланы были солдаты с требованием ответить немедленно (да или нет) на вопрос: желают ли они повиноваться приказам короля. Большинство ответило отрицательно; на другой день им было объявлено, что король лишает их должностей и изгоняет, несмотря на то, что их должности были ими куплены, а сами они считались несменяемыми. Вместо парламентов установлены были новые судебные учреждения, но адвокаты отказались защищать перед ними дела, а народ с глубоким негодованием отнёсся к насильственным действиям правительства. Людовик не обращал внимания на народное недовольство: он занимался исключительно развлечениями и охотой.

–– Король Франции Людовик XV выкупил месторождение каолина, сделав производство фарфора королевской привилегией. Во Франции введено право производства фарфора и соответствующие пошлины. Первая фарфоровая мануфактура в Лимузене была основана братьями Грелле и Масье-Фурнера.

–– Стачка ткачей в Лионе.

1774 год

Королевство Франция: король Людовик XV. (Династия Бурбоны).

Король Франции Людовик XV умер от оспы 10 мая. На престол вступил его сын Людо́вик XVI. Это был человек доброго сердца, но незначительного ума и нерешительного характера. Людовик XV не любил его за отрицательное отношение к придворному образу жизни и презрение к фаворитке Дюбарри и держал его вдали от государственных дел. Воспитание, данное Людовику герцогом Вогюйоном, доставило ему мало практических и теоретических знаний. Молва о его честности и хороших намерениях возбудила в народе самые радужные надежды. И действительно, первым действием Людовика было удаление Дюбарри и прежних министров, но сделанный им выбор первого министра оказался неудачным: призванный из отставки 72-летний граф Морепа неохотно пошёл по пути реформ и при первом удобном случае свернул с него в сторону.

–– Отменена была феодальная повинность в 40 млн и ликвидированы «droits de joyeux avènement», то есть особые королевские привилегии перед законом. Уничтожены синекуры, сокращены придворные расходы. Во главе управления поставлены были такие талантливые патриоты, как Тюрго и Мальзерб. Первый одновременно с целым рядом финансовых реформ – равномерное распределение податей, распространение поземельного налога на привилегированные сословия, выкуп феодальных повинностей, введение свободы хлебной торговли, отмена внутренних таможен, цехов, торговых монополий – предпринял преобразования во всех отраслях народной жизни, в чём ему помогал Мальзерб, пытаясь уничтожить lettres de cachet, устанавливая свободу совести и т. д.

–– В Париже русский дипломат Алексей Васильевич Нарышкин познакомился с Д. Дидро. В августе они вместе выехали из Гааги в Санкт-Петербург, куда Дидро был приглашён Екатериной II. Нарышкин поселил его в доме своего брата Семёна. Был одним из основных информаторов Дидро по вопросам русского законодательства и государственного устройства

1775 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Продовольственные затруднения во Франции. Волнения городских низов в Дижоне, Версале, Сен-Жермене, Париже.

1776 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

12 мая Тюрго был уволен от должности по личному приказу короля, двадцать месяцев назад обещавшего Тюрго поддерживать его во имя народа, к которому, по словам короля, только он сам и Тюрго питали истинную любовь. На стороне Тюрго были лишь люди мысли. Остальная часть Франции или не знала Тюрго, или прямо была враждебна ему. Влиятельный круг парламентов, особенно парижского, был враждебно настроен против Тюрго. Его считали врагом вольностей и прав парламента. После удаления Тюрго в финансах водворилась настоящая анархия. Для исправления их были последовательно призваны Жак Неккер, Шарль Александр Калонн и Ломени де Бриенн, но за отсутствием определённого плана действий министры не могли достичь никаких определённых результатов, а делали то шаг вперёд, то шаг назад, то боролись с привилегированными классами и стояли за реформы, то уступали состоятельным классам.

–– Инициатором раскручивания дела о версальских отравительницах выступил шеф парижской полиции Габриэль Николя де ла Рейни. После подозрительной смерти офицера кавалерии Годена де Сен-Круа его люди нашли у покойного бумаги, компрометирующие его любовницу, маркизу де Бренвилье. Из них следовало, что ради получения наследства маркиза отравила отца, двух братьев и сестру. В июле маркиза была приговорена к «пытке питьём», после чего ей отрубили голову. Казнь маркизы вызвала смятение в высших рядах французской аристократии. Поползли слухи, что недавние смерти придворных также вызваны отравлениями. Король велел де ла Рейни разобраться, чем занимаются в Париже гадалки и алхимики – не приторговывают ли они «порошками для наследников». Все, подававшиеся на стол монарха, кушанья отныне должны были предварительно дегустироваться слугами в его присутствии.

1777 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Де ла Рейни через некую Мари Босс вышел на отравительницу Монвуазен, которая продавала приворотные зелья и отравы жёнам версальских придворных. Среди клиентов Монвуазен фигурировали имена мадам де Вивон (золовки мадам де Монтеспан, официальной фаворитки короля), графини Суассонской (племянницы покойного кардинала Мазарини), её сестры, герцогини Бульонской, и даже маршала Люксембурга. Для беспристрастного ведения расследования был учреждён особый трибунал, «Огненная Палата». Под пытками Монвуазен оговорила многих. В вину ей вменялись страшные преступления, включая убийство младенцев во время чёрных месс, которые творил её соучастник, аббат Гибур. Подразумевалось, что заказчицей преступлений являлась мадам Монтеспан, стремившаяся извести своих соперниц и вернуть себе милость короля. Монвуазен была сожжена на костре на Гревской площади. За этим последовало ещё три десятка смертных приговоров. Всего по делу проходило 400 человек. Маршала Люксембурга на время взяли под арест, а графиню Суассонскую выслали из Франции по подозрению в отравлении мужа и испанской королевы Марии-Луизы. Вслед за ней вскоре последует и её сын – Евгений Савойский, впоследствии опаснейший неприятель французов. Мадам Монтеспан, как мать своих младших детей, король пощадил, но мимо её комнаты в Версальском дворце отныне проходил только по пути в покои новой пассии – мадам де Ментенон.

1778 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Бенджамину Франклину в Версале стало известно, что Филадельфия пала, а Бергойн капитулировал. Два дня спустя король Людовик XVI согласился на переговоры о союзе. Договор был подписан 6 февраля и через месяц Франция объявила войну Британии, а военные действия начались с морского сражения у Уэссана в июне[16]. Король Англии Георг III не приветствовал войну с Францией, но считал, что готов к ней. Король полагал, что он пытался избежать конфликта, но Франция решила стать агрессором, а Великобритания предприняла «все необходимые шаги, если начнется война». Выйдя из союза с Пруссией, Британия была дипломатически изолирована и не имела европейских союзников. В первые месяцы того года Британия безуспешно пыталась найти союзника на континенте. Эта неудача привела к главному стратегическому факту, что Британия осталась в Европе один на один с Францией. В отличие от предыдущих войн против французов, эта война предложила Британии немного стратегических вариантов, таких как сражения в Европе, а не в Азии и Америке. 27 июля  состоялся первый морской бой начавшейся войны – в 100 милях к западу от Уэссана, острова в устье Ла-Манша. Два боевых флота, французский и британский, примерно из 30 кораблей каждый, сражались друг с другом в течение нескольких часов, и ни одна из сторон не одержала явной победы.

–– Тулонская эскадра под командованием д’Эстена (11 линейных, 4 фрегата, флагман Languedoc, 80) в мае беспрепятственно прошла Гибралтар. Но, не делая ожидаемой остановки в Вест-Индии, в июне достигла устья реки Делавэр. Вначале д’Эстен сделал неудачные попытки захватить Нью-Йорк и Род-Айленд. Колонисты рассчитывали на бо́льшую поддержку, но, помня главную цель экспедиции и уходя от зимних штормов, 4 ноября он направился в Вест-Индию. Для Британии это означало, что все её колонии с их малыми гарнизонами (суммарно 3 регулярных полка, 1909 человек) оказались перед новой угрозой. Признавая это, Первый лорд Адмиралтейства Сэндвич дал кабинету совет. Оставив эскадры прикрытия на Ньюфаундленде и в Вест-Индии, сосредоточить главные силы флота в Европе. С их помощью нанести Франции показательное поражение, затем предложить переговоры. Одновременно правительство начало новые переговоры с колонистами. Силы, направленные Францией в Вест-Индию, далеко превосходили все, что могли собрать британцы. Потребовалось немедленное наступление, чтобы упредить легкую оккупацию французами всех британских владений, одного за другим. Лорд Малгрейв предложил с началом войны послать экспедицию из Нью-Йорка для оккупации Сент-Люсии и возможно, Моль Сен-Николя на Гаити. Жалобу адмирала Хау на слабость его эскадры лорд Сэндвич отклонил. В начале ноября коммодор Уильям Хотэм покинул Санди-Хук с 7 боевыми кораблями и 59 транспортами, имея на борту 5000 солдат, с приказом захватить Сент-Люсию. Оперативная и стратегическая связь Вест-Индии и Северной Америки позволяла двигать корабли и войска между двумя театрами – при условии, что Королевский флот сохранял превосходство на море. Это условие, однако, оказалось не всегда достижимо. Неспособность Адмиралтейства остановить выход д’Эстена, или хотя бы вовремя предупредить колонии, серьёзно подорвала британские позиции. К счастью, генерал Клинтон решил в тот раз вести армию по суше, иначе транспорты могли стать добычей французской эскадры. Ещё до прибытия д’Эстена, французы воспользовались своим преимуществом на Подветренных островах и захватили Доминику. Контр-адмирал Баррингтон с малой эскадрой, включая всего 2 линейных, крейсировал с наветра от Барбадоса, ожидая прибытия экспедиции из Нью-Йорка. С приходом Хотэма, однако, британцы получили шанс перейти в наступление. Хотэм, недавно организовавший десантные операции под Нью-Йорком, с равным умением высадил войска и здесь, и быстро оккупировал Сент-Люсию. Д’Эстен по пути из Бостона захватил несколько транспортов Хотэма. Теперь Баррингтон, с 2 линейными, плюс пять 50-пушечных, оказался лицом к лицу с 12 кораблями д’Эстена. Не имея достаточно сил для линейного боя, Баррингтон счел необходимым занять сильную оборонительную позицию под берегом, поставив транспорты внутри своей линии. Д’Эстен увидел, что не может проникнуть за линию, но смог высадить на остров 9000 человек пехоты. Однако бригада генерала Медоуза отбила три штурма, нанеся противнику 30 % потери. В конце сентября в Нью-Йорке адмирал Хау передал командование Джону Байрону. Тот с 10 линейными последовал за д’Эстеном 11 ноября, направляясь на Антигуа. Его прибытие дало британскому флоту превосходство на Подветренных островах, и обеспечило контроль над Сент-Люсией.

1779 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

В апреле Франция и Испания подписали Аранхуэсскую конвенцию, в которой было приведено краткое изложение целей войны Бурбонов. Испания стремилась вернуть себе Гибралтар и Менорку, Мобил и Пенсаколу во Флориде и изгнать британцев из испанской Центральной Америки, прекратив их лесозаготовки в заливе Гондураса и на побережье Кампече. Франция заявила, что её целью было исключить британцев из промысла в Ньюфаундленде, восстановить свободную торговлю в Индии, вернуть Сенегал и Доминику и восстановить положения Утрехтского договора, касавшиеся англо-французской торговли. Франция также предоставила шесть миллионов ливров для поддержки военных действий США, помимо предоставления дополнительных войск. Французский флот в Ньюпорте получил нового командующего, графа де Барраса. Де Баррасу было приказано атаковать британские корабли у берегов Новой Шотландии и Ньюфаундленда, а французской армии в Ньюпорте – объединиться с армией Вашингтона за пределами Нью-Йорка. Прибытие де Грасса побудило франко-американскую армию начать марш на Вирджинию. Де Грасс достиг Чесапика, как и планировалось, и его войска были направлены на помощь армии Лафайета. 5 сентября в Чесапикском сражении французы потерпели поражение от британского флота.

–– В июне коммодор Ла Мотт-Пике́ привел на Мартинику ещё 5 из Бреста, что дало французам превосходство. Французы быстро его использовали и захватили Сент-Винсент и Гренаду. Когда Байрон, думая, что перед ним слабый противник, попытался атаковать с ходу, его эскадра получила трепку. Ему повезло: он смог отвести побитые корабли, не потеряв ни одного. Потеряв превосходство, Байрон теперь нуждался в каждом солдате для обороны оставшихся островов, и не мог выделить ничего для Нью-Йорка. Наоборот д’Эстен мог выбирать время и направление ударов. Попытка контр-адмирала Хайд-Паркера перехватить конвой снабжения для Мартиники принесла частичный успех, но не более. Баланс сил остался прежним. Прибывшая эскадра контр-адмирала Джошуа Роули имела некоторый успех против крейсеров. 21 декабря, вблизи Гваделупы, HMS Magnificent, HMS Suffolk и HMS Vengeance (все 74), и HMS Stirling Castle (64), под командой Роули, наткнулись на 32-пушечные французские фрегаты Fortunée и Blanche и 28-пушечный Elise. Французские корабли были в плохом состоянии, их команды ослаблены выделением призовых партий, и они не могли уйти от значительно превосходящих британских сил. Blanche была настигнута и захвачена вечером 21-го. Fortunée, сбросив пушки со шканцев за борт, продержалась немного дольше, но наконец была взята рано утром 22 декабря.

–– Французы обложили самых важных производителей сахара в Британской империи – Барбадос и Ямайку, – отрезав их от снабжения, тысячи островитян умирали от голода и болезней. В августе маркиз де Буйе, французский генерал-губернатор Мартиники, получил известие об объявлении войны. Французский фрегат «Конкорд» прибыл на Мартинику 17 августа с приказом из Парижа при первой же возможности захватить Доминику, и де Буйе наметил непосредственные планы такой операции. Он поддерживал контакты среди островитян и имел точную картину состояния обороны Доминики, в частности, что гарнизон острова насчитывает менее 50 солдат. Он также был обеспокоен размещением у Британских Подветренных островов мощного флота во главе с адмиралом Сэмюэлем Баррингтоном. Баррингтон, который только недавно занял свой пост, получил приказ держать большую часть своего флота на Барбадосе до получения дальнейших инструкций. Британские регулярные войска на острове, которых в общей сложности насчитывалось около 100 человек, были распределены между оборонительными сооружениями в столице Розо, на холмах, возвышавшихся над ним, и в Качакроу. Де Буйе тщательно поддерживал мир в своих отношениях с доминиканскими британскими властями, в то время пока готовил свои силы на Мартинике. 3 сентября он отправил одного из своих офицеров на Доминику, чтобы посмотреть, не стоит ли на якоре в бухте Принца Руперта (около современного Портсмута) британский фрегат. Британский лейтенант-губернатор острова, Стюарт, подозрительно относившийся к посланнику, допросил его и отпустил. 5 сентября де Буйе сообщили, что фрегат отплыл на Барбадос. Он напал стремительно и выбил британцев с Доминики в сентябре. Де Буйе оставил на острове гарнизон из 800 человек (700 французов и 100 чернокожих ополченцев), передал командование маркизу де Дюшильо и вернулся на Мартинику.

–– Новость о падении Доминики стала неожиданностью для Лондона, учитывая, что всего один линейный корабль мог предотвратить атаку французов. Адмирала Баррингтона обвиняли в некомпетентности и критиковали за слишком буквальное соблюдение приказов. Французский адмирал граф де Эстен прибыл в Вест-Индию в начале декабря и принял командование флотом, состоявшим из 12 линейных кораблей и ряда более мелких судов. Примерно в то же время британский флот под командованием адмирала Уильяма Хотэма также прибыл в Вест-Индию, пополнив флот адмирала Баррингтона. Согласно полученным приказам, британцы атаковали удерживаемую французами Сент-Люсию, которую захватили в декабре. Несмотря на попытку д’Эстена отбить остров, британцы использовали Сент-Люсию для наблюдения за крупной французской базой на Мартинике, где находился штаб-квартира д’Эстена.

1780 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Баланс сил в Вест-Индии склонялся как весы то в одну, то в другую сторону, в зависимости от прихода эскадр из Европы. Исходный перевес британцы потеряли в начале марта, с прибытием де Гишена с флотом из 16 линейных кораблей и 4 фрегатов. Он привел с собой огромный конвой – 83 «купца». Вначале его план включал нападение на Сент-Люсию. Но план был сорван своевременным появлением у острова вице-адмирала Родни, нового британского командующего на Подветренных островах. Тот пришёл с четырьмя линейными, доведя их общее число до 20. Де Гишен перенес внимание на Барбадос. После нескольких предварительных стычек 17 апреля Родни смог принудить его к бою при Мартинике. Его план боя отличался от общепринятых схем. К тому времени все больше адмиралов начали понимать, что перевес в 2—3 корабля ещё не решает дела. Родни пришёл к этому среди первых. Он задумал нарушить линейную тактику: создать численный перевес на одном участке, для чего разорвать линию противника, и затем разгромить отрезанный арьергард до того, как остальные успеют повернуть и подняться против ветра ему на помощь. Но прекрасный тактический замысел ещё не означает, что он исполнится. Родни, второй особенностью которого была заносчивость и неумение разбираться в людях, этого не понимал. Полагая, что достаточно приказать, и подчиненные автоматически выполнят задуманное, он не стал подробно инструктировать капитанов, и не учёл инерцию мышления. В итоге, когда флагман, шедший в центре, спускался на арьергард французов, ведущий авангардного дивизиона HMS Stirling Castle по-старинке нацелился на авангард противника. Дивизион последовал за ним, и бой вылился в привычнный обмен залпами, которого Родни так стремился избежать. Французы понесли вдвое больше потерь в людях, но исход был неопределённый, и баланс сил не изменился. Родни был в ярости. Со свойственной ему заносчивостью он винил во всем подчиненных. Но менять сделанное было поздно: создать перелом в кампанию ему не удалось. 15 и 19 мая последовали новые, столь же нерешительные столкновения. Единственный результат был в том, что вторжения де Гишена на Сент-Люсию не произошло. Несмотря на появление 7 июня испанской эскадры (12 линейных) и конвоя (10 000 войск), союзники-бурбоны не сумели обратить свой перевес в результат. В основном виноваты были распространившиеся на флот болезни, но также разногласия между испанским адмиралом и де Гишеном. В итоге последний 5 июля отконвоировал испанцев на Кубу. В свою очередь Родни не сумел перехватить этот конвой, несмотря на высланные дозоры. Когда угроза немедленной потери британских колоний миновала, появилась возможность уделить больше сил на борьбу с приватирством.

1781 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Анлийский адмирал Родни 12 февраля отрядил контр-адмирала Худа с 11 кораблями соединиться с предыдущими шестью, и патрулировать Мартинику с целью перехватить ожидаемый конвой из Бреста. Вначале Худ держался с наветра от острова, что оставляло ему свободу манёвра по обстоятельствам. Но в марте последовал новый приказ Родни – блокировать гавань в непосредственной близости. Для этого Худ должен был отдать преимущество наветренной позиции и перейти на другую сторону острова. Его возражения на Родни действия не возымели. 28 апреля показался французский конвой в охранении 20 линейных кораблей де Грасса. На самом острове, в Форт-Ройял (Фор-де-Франс), были ещё 4 корабля французов. Как ни стремился Худ выбраться против ветра и сблизиться, де Грасс не шёл на ближний бой, а двигался в порт. 29 апреля последовал нерешительный бой на дальней дистанции, во время которого 4 француза вышли из гавани и присоединились к своим. Сам бой окончился безрезультатно, но французский конвой, с войсками на борту, прошёл.

–– Отказавшись от планов захвата Сент-Люсии, французский адмирал де Грасс нацелился на Тобаго, который капитулировал перед ним 2 июля. Родни с эскадрой догнал его 9 июля. Но оба маневрировали на расстоянии, ни один из противников не дал решительного боя. Таким образом, была упущена последняя возможность остановить де Грасса. Но, не вступая в бой, тот ушёл в Северную Америку, на Чесапик.

–– Первым проявлением реакции был военный регламент, допускавший производство в офицеры только дворян, доказавших древность своего рода (4 поколения), исключение было только для артиллеристов и инженеров. Доступ к высшим судебным должностям был закрыт для лиц третьего сословия. Дворянство употребляло все усилия, чтобы освободиться от уплаты не только налогов, созданных Тюрго. Оно одержало верх в споре с земледельцами по поводу dîmes insolites – распространения церковной десятины на картофель, сеяную траву и т. п. Священникам запрещено было собираться без разрешения их начальства, то есть тех, против кого они искали защиты у государства. Такая же реакция замечалась и в феодальных отношениях. Сеньоры восстанавливали свои феодальные права, предъявляя старые документы, которые теперь принимались в расчёт. Оживление феодализма проявлялось даже в королевских доменах. Доверие к королевской власти ослабело. Между тем, участие Франции в североамериканской войне усилило стремление к политической свободе. Финансы приходили всё в большее расстройство: займы не могли покрыть дефицита, который достиг 198 млн ливров в год, отчасти вследствие неумелого управления финансами, отчасти вследствие расточительности королевы и щедрых даров, которые король под давлением окружающих расточал принцам и придворным. Правительство почувствовало, что оно не в состоянии справиться с затруднениями, и увидело необходимость обратиться за помощью к обществу. Сделана была попытка реформировать областное и местное самоуправление: власть интендантов была ограничена, часть её передана провинциальным собраниям с сохранением сословных отличий – но они введены были лишь кое-где, в виде опыта, и реформа никого не удовлетворила. Созвано было собрание нотаблей, которое не согласилось на установление всеобщего поземельного налога, указав, что столь серьёзная налоговая реформа может быть санкционирована лишь Генеральными штатами.

–– Король Людовик уволил главу финансового ведомства Франции банкира Неккера.

1782 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

11 января вице-адмирал де Грасс с 26 линейными кораблями и конвоем вышел с Мартиники, имея на борту 6000 пехоты, для захвата острова Сент-Кристофер (современный Сент-Киттс). Он успел высадить войска, когда 24 января возле острова появился с 22 кораблями Худ, в отсутствие Родни временный командующий Подветренной станции. Французы стояли в северной части бухты Фрегат, напротив осажденного города Бастер. Выманив их в море, Худ сам имел виды на эту позицию, что давало ему возможность свести на нет преимущество де Грасса. Но чтобы попасть в бухту, он должен был пересечь курс французской колонне. Манёвр был рискованный, особенно когда четвёртый от конца HMS Prudent (64) стал отставать, и у де Грасса появился шанс отрезать мателотов. Но в последний момент разрыв был закрыт, и французскому флагману Ville de Paris пришлось отвернуть. Де Грасс оказался перед выстроенной на якоре линией. Попытка прорыва окончилась лишь повреждениями и потерями. Вторая, нерешительная попытка только закрепила урок: линия Худа была непроницаема. Но 25 января капитулировал британский гарнизон. Де Грасс отошёл к Сен-Мартен для пополнения припасов. Худ воспользовался этим и, оставив ложные огни на буйках, ночью ушёл. Вскоре перед де Грассом капитулировал Невис. Пользуясь передышкой, де Грасс быстро овладел британскими колониями Демерара и Эссекибо, захваченными до этого у Голландии. Для этого он отрядил 5 кораблей во главе с капитаном Ги де Керсаном на Ipighénie. Вместе с колониями в плен попали 5 шлюпов и бригов. Стратегической целью бурбонов на ту кампанию была оккупация Ямайки – самой богатой и крупной британской колонии в Карибах. После затянутых переговоров было решено, что для этой цели испанцы собирают из Гаваны, Флориды и Центральной Америки экспедиционный корпус в 15 000 человек и 12 кораблей. Французский флот должен был предоставить остальные транспорты (около 100), а главное, охранение. Однако 25 февраля в Вест-Индию прибыл Родни с 14 кораблями, а в последующие недели его силы выросли до 17. Объединив эскадры Худа и Родни, британцы впервые получили численное превосходство на театре. 7 апреля де Грасс с 33 кораблями вышел с Гваделупы, с намерением соединиться с испанцами на Сан-Доминго. Родни с 36 кораблями пустился в погоню с Сент-Люсии. После 5 дней манёвров и предварительной стычки, 12 апреля при слабых ветрах состоялось сражение у островов Всех Святых. Родни воспользовался заходом ветра и изгибом линии, чтобы наконец осуществить свой замысел и прорвать линию французов. Следующие за ним корабли прорвались ещё в двух местах, и отрезанный арьергард противника был разгромлен. Де Грасса в конце концов сдался, а с ним ещё 6 кораблей. 2 из них были впоследствии потеряны. Худ настаивал на энергичном преследовании рассеянных французов, но пожилой и больной, истощенный почти недельным неотрывным слежением за противником Родни отказался. И по масштабам, и по значению, это было классическое генеральное сражение. Победа британцев была не только в изменении сил в свою пользу, но в перемене отношения французов к войне. Точно так же как после Йорктауна Британия не рассчитывала уже выиграть войну в Америке, после Всех Святых французский флот уже не мог диктовать ход кампании, и что ещё важнее, не помышлял о захвате инициативы. Вторжение на Ямайку было полностью сорвано. В последующих боях в проливе Мона и в бухте Самана британский флот устранил несколько отставших французов, но отношение к ним было как ко второстепенным. Флот в основном занимался укреплением достигнутого, и готовился к переходу обратно в Англию с осенним конвоем. С другой стороны, победа не оказала подавляющего действия на местные колониальные власти. Испанцы и французы только перешли к ударам по слабым местам. Учитывая, что Королевский флот не мог защищать все пункты одновременно, эта тактика дала определённый эффект. Так были отбиты у британцев Багамы (через год отбитые обратно), Синт-Эстатиус и Сен-Бартелеми. Но решающего влияния на исход войны эти захваты не оказали. Сентябрьский конвой, включая призы от Всех Святых, охраняемый флотом, теперь уже под командованием адмирала Грейвза, попал в районе Ньюфаундленда в ураган. В результате были потеряны несколько кораблей, в том числе главный приз, Ville de Paris.

–– Вице-адмирал Пьер-Андрэ де Сюффрен, в южную Индию. На суше французы поддержали наваба Майсура в его войне против британской Ост-Индской компании. На море Сюффрен участвовал в пяти ожесточенных битвах с британским флотом в Ост-Индии. Вице-адмирал Эдвард Хьюз знал, что цель Франции – уничтожить британское экономическое и военное господство в регионе, поэтому пытался уберечь свою эскадру от разгрома для сохранения британского присутствия в Индии.

–– Крестьянское восстание в Пуатье (Франция). Волнения городских низов.

1783 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

2 января у Сан-Доминго британские фрегаты HMS Endymion и HMS Magicienne погнались за французским конвоем в охранении фрегата Sibylle и корвета Railleur. Sibylle отбилась и ушла, Railleur был захвачен 11 января 28-пушечным HMS Cyclops. 11 января HMS Leander капитан Джон Виллет Пэйн, охранявший конвой в Вест-Индии, встретил неопознанный 74-пушечный корабль и, несмотря на разницу в силах, погнался за ним. В результате боя Leander получил тяжелые повреждения, но отбил все попытки абордажа и погасил несколько пожаров. К утру 20-го противники потеряли друг друга из виду.

–– В марте французы захватили острова Теркс и Кайкос, а затем распространились на весь архипелаг. Попытка отбить Гранд-Терк силами небольшой десантной партии (167 человек, HMS Albemarle, капитан Нельсон, HMS Drake, капитан Диксон) перед лицом вдесятеро более сильной обороны была отозвана с потерей 8 человек ранеными.

–– Сражение у Куддалора. 10 июня французский адмирал Сюффрен узнал о сложной ситуации в Куддалоре и немедленно двинулся на помощь и 13 июня встретил стоящую на якоре британскую эскадру. Адмирал Хьюз отплыл с якорной стоянки, чем воспользовался Сюффрен, установил контакт с сушей и усилил свои команды 1200 солдатами. 17-20 июня обе стороны маневрировали, чтобы занять более выгодную наветренную позицию, что было затруднительно из-за переменного ветра. Столкновение произошло во второй половине дня 20 июня. Оба флота двинулись на север в регулярном линейном построении. Французы, имея меньшее количество кораблей (15 линейных и 3 фрегата по сравнению с 18 линейными и 3 британскими фрегатами), хотели сохранить свои силы, но нанести противнику достаточные потери, чтобы заставить его отойти для устранения повреждений. Взаимный огонь длился три часа (с 16 до 19 часов) и привел к значительным, но не решающим потерям. Двигаясь на север, флоты отошли от Куддалора. Наконец вечером Сюффрен бросил якорь и 23 июня вернулся в Куддалор. Британцы с семью поврежденными кораблями и многими заболевшими цингой отплыли в Мадрас. Из-за присутствия французского флота в Куддалоре британская осада потеряла свою силу, поскольку корабли снабжения перестали достигать осаждающих.

–– 03 сентября. Парижский мир (Версальский мир) – система подписанных в Париже и Версале при посредничестве французского короля Людовика XVI договоров, завершивших, англо-испанскую войну, англо-голландскую войну, американскую войну за независимость между Великобританией с одной стороны и США, Францией, Испанией и Нидерландами – с другой. По статье договора Британия уступала Франции права на Сенегал и Тобаго.

–– 5 июня. Во Франции поднялся в воздух тепловой аэростат братьев Монгольфье. 21 ноября в Париже Пилатр де Розье и д’Арланд совершили 25-минутный полёт на тепловом воздушном шаре.

1 декабря  в Париже Ж. Шарль и Робер совершили полёт на заполненном водородом воздушном шаре длительностью 2,5 часа и провели измерения давления и температуры воздуха на высоте 3400 метров.

1785 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

30 июня. Указ французского правительства открывает доступ иностранным кораблям в гавани французских владений в Вест-Индии.

1786 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

У французских ювелиров Бемера и Бассанжа после смерти Людовика XV осталось на руках великолепное бриллиантовое ожерелье громадной стоимости, изготовленное для фаворитки короля, графини Дюбарри. После смерти короля фаворитка лишилась своих богатств, а нового покупателя для такой дорогой вещи найти было нелегко. Ювелиры попытались было склонить новую королеву Марию-Антуанетту к приобретению ожерелья, но, ввиду расстройства финансов, королева не решилась потребовать от Людовика XVI столь крупную сумму. Некоторое время спустя придворная дама, мошенница и авантюристка графиня Жанна де Ламотт-Валуа, считавшаяся особой, приближённой к королеве, выразила согласие по просьбе ювелиров переговорить с Марией-Антуанеттой. Через несколько дней Ламотт заявила, что королева покупает ожерелье, а ведение переговоров по этой сделке поручено одному знатному лицу. К ювелирам явился кардинал Луи де Роган и от имени королевы купил ожерелье за 1 млн 600 тыс. ливров. Часть денег он заплатил наличными, а на остальную сумму выдал на различные сроки заёмные письма. Когда наступил первый срок платежа, деньги не были уплачены, а кроме того выяснилось, что подпись королевы на условиях покупки ожерелья похожа на поддельную. Впоследствии суд установил, что подпись была составлена Рето де Виллетом. Ювелиры встревожились, довели дело до Людовика XVI, и вскоре, 15 августа , кардинал де Роган, а через несколько дней мадам де Ламотт-Валуа и несколько других лиц (в том числе известный авантюрист Алессандро Калиостро, числившийся в друзьях и советчиках у де Рогана) были арестованы по обвинению в мошенничестве и присвоении себе ожерелья под видом мнимой покупки его для королевы. На суде оказалось, что Роган совершенно искренне считал себя поверенным королевы и явился жертвой обмана своей любовницы, графини де Ламотт. Последней известно было страстное желание кардинала видеть Марию-Антуанетту, приобрести её расположение и поправить свою политическую карьеру, к тому же все считали, что королева очень любит украшения. Пользуясь доверчивостью Рогана, графиня де Ламотт устроила ему в версальском парке мнимое свидание с королевой, которую изображала другая особа (суд выяснил, что это была модистка Николь Леге, жившая под фамилией д'Олива). Дело об ожерелье было разобрано Парижским парламентом, вынесшим приговор. Кардинал де Роган и Калиостро были оправданы и лишь высланы из страны, Ламотт-Валуа была приговорена к телесному наказанию, клеймению и заключению в тюрьме для проституток Сальпетриер. К телесному наказанию и клеймению был заочно приговорён и её муж, успевший сбыть часть камней из ожерелья и скрыться в Лондоне. Оппозиция восприняла оправдание Рогана, имевшего ореол «жертвы» королевских козней, очень положительно. Жанну де Ламотт высекли плетьми на Гревской площади, а затем палач заклеймил её плечо буквой «V» – voleuse («воровка»). Процесс об ожерелье способствовал развитию недовольства в стране. Ламотт вскоре удалось бежать из тюрьмы и отправиться вслед за мужем в Лондон.

–– Торговый договор Франции с Англией. Импортные пошлины на английские товары существенно снижены.

–– Крестьянское восстание в Гренобле (Франция). Крупная стачка рабочих в Лионе. Руководитель стачечников Пьер Соваж казнён.

1787 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Для оживления торговли предлагалось ввести свободу хлебной торговли и отменить внутренние таможенные пошлины. Калонн возвращался также к планам Тюрго и Неккера относительно местного самоуправления. Предлагалось создать окружные, провинциальные и общинные собрания, в которых участвовали бы все собственники с годовым доходом не менее 600 ливров. Понимая, что подобная программа не найдёт поддержки со стороны парламентов, Калонн посоветовал королю созвать собрание нотаблей, из которых каждый персонально приглашался королём и на лояльность которых можно было рассчитывать. Таким образом правительство обращалось к аристократии – спасти финансы монархии и основы старого режима, спасти большинство своих привилегий, пожертвовав только частью. Но в то же время это являлось первой уступкой абсолютизма: король советовался со своей аристократией, а не уведомлял её о своей воле. Нотабли собрались в Версале 22 февраля. Среди них были принцы крови, герцоги, маршалы, епископы и архиепископы, президенты парламентов, интенданты, депутаты провинциальных штатов, мэры главных городов – всего 144 персоны. Отражая преобладающее мнение привилегированных сословий, нотабли выразили своё возмущение предложениями реформы избрать провинциальные ассамблеи без сословного различия, а также нападками на права духовенства. Как и следовало ожидать, они осудили прямой поземельный налог и потребовали в первую очередь изучить доклад казначейства. Поражённые докладом о состоянии финансов, они объявили самого Калонна главным виновником дефицита. В результате Людовику XVI пришлось дать отставку Калонну 8 апреля. Преемником Калонна по рекомендации королевы Марии-Антуанетты был назначен Ломени де Бриенн, которому нотабли предоставили заём в 67 млн ливров, что позволило заткнуть некоторые дыры в бюджете. Но утвердить поземельный налог, падавший на все сословия, нотабли отказались, сославшись на свою неправомочность. Это означало, что они отсылали короля к Генеральным штатам.

–– Ломени де Бриенн был вынужден проводить политику, намеченную его предшественником. Один за другим появляются эдикты короля о свободе хлебной торговли, о замене дорожной барщины денежным налогом, о гербовом и иных сборах, о возвращении гражданских прав протестантам, о создании провинциальных собраний, в которых третье сословие имело представительство, равное представительству двух привилегированных сословий, вместе взятых, наконец, о поземельном налоге, падающем на все сословия. Но Парижский и иные парламенты отказываются регистрировать эти эдикты. 6 августа устраивается заседание с присутствием короля, и спорные эдикты вносятся в книги Парижского парламента. Но на другой день парламент отменяет как незаконные постановления, принятые накануне по приказу короля. Король высылает Парижский парламент в Труа, но это вызывает такую бурю протестов, что Людовик XVI вскоре амнистирует непокорный парламент, который теперь также требует созыва Генеральных штатов. Движение за восстановление прав парламентов, начатое судейской аристократией, всё более перерастало в движение за созыв Генеральных штатов. Привилегированные сословия заботились теперь лишь о том, чтобы Генеральные штаты были созваны в старых формах, и третье сословие получило лишь одну треть мест, и чтобы голосование производилось посословно. Это давало большинство привилегированным сословиям в Генеральных штатах и право диктовать свою политическую волю королю на руинах абсолютизма. Многие историки называют этот период «аристократической революцией», и конфликт аристократии с монархией с появлением на сцене третьего сословия становится общенациональным.

–– 28 ноября. В Версале между Францией и Вьетнамом подписан Договор о наступательном и оборонительном союзе. Франция обязалась оказать военную помощь принцу Нгуен Аню в борьбе с тэйшонами в обмен на исключительные привилегии и передачу Франции о. Пуло-Кондор и контроля над бухтой Дананга.

1788 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Король приказал арестовать нескольких членов парламента и издал 8 января эдикт, уничтожавший парламенты и учреждавший на их место cours plénières из принцев, пэров и высших придворных, судебных и военных чинов.

–– В конце августа министерство Ломени де Бриенна получило отставку, и к власти вновь был призван Неккер (с титулом генерального директора финансов). Неккер вновь стал регулировать хлебную торговлю. Он воспретил экспорт хлеба и приказал закупать хлеб за границей. Восстановили также обязательство продавать зерно и муку только на рынках. Местным властям было разрешено производить учёт зерна и муки и заставлять владельцев вывозить свои запасы на рынки. Но пресечь рост цен на хлеб и другие продукты Неккеру не удалось.

–– Парламент был восстановлен. Новое собрание нотаблей ни к чему не привело.

–– В конце года только в Лионе насчитывалось 20—25 тыс. безработных. От сильного града в июле пострадал урожай зерновых во многих провинциях. Крайне суровая зима погубила многие виноградники и часть урожая. Цены на продовольствие поднялись. Снабжение рынков хлебом и другими продуктами резко ухудшилось. В довершение всего начался промышленный кризис, толчком к которому послужил англо-французский торговый договор. По этому договору обе стороны значительно понизили таможенные пошлины. Договор оказался убийственным для французского производства, которое не могло выдержать конкуренции более дешёвых английских товаров, хлынувших во Францию. Тысячи французских предприятий разорились. Резко выросла безработица.

–– Вопрос о порядке работы Штатов вызвал острые разногласия. Все сословия имели равное представительство, а голосование проходило по сословиям: один голос имело духовенство, один – дворянство и один – третье сословие. В то же время провинциальные ассамблеи имели двойное представительство третьего сословия. В этом был заинтересован Неккер, понимавший, что ему нужна более широкая опора в проведении необходимых реформ и преодолении оппозиции привилегированных сословий. 27 декабря было объявлено, что третье сословие в Генеральных штатах получит двойное представительство. Вопрос же о порядке голосования остался нерешённым.

1789 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Королевский регламент 24 января постановил созвать Генеральные штаты и указывал целью будущего собрания «установление постоянного и неизменного порядка во всех частях управления, касающихся счастья подданных и благосостояния королевства, наискорейшее по возможности врачевание болезней государства и уничтожение всяких злоупотреблений». Избирательное право было дано всем французам мужского пола, достигшим 25-летнего возраста, имевшим постоянное место жительства и занесённым в списки налогоплательщиков. Выборы были двухстепенные (а иногда трёхстепенные), то есть сначала выбирались представители населения (выборщики), которые и определяли депутатов собрания. При этом король выражал желание, чтобы «и на крайних пределах его королевства, и в наименее известных селениях за каждым была обеспечена возможность довести до его сведения свои желания и свои жалобы». Эти наказы, «список жалоб», отразили настроения и требования различных групп населения. Наказы от третьего сословия требовали, чтобы все без исключения дворянские и церковные земли облагались налогом в том же размере, как и земли непривилегированных, требовали не только периодического созыва Генеральных штатов, но и того, чтобы они представляли не сословия, а нацию и чтобы министры были ответственны перед нацией, представленной в Генеральных штатах. Крестьянские наказы требовали уничтожения всех феодальных прав сеньоров, всех феодальных платежей, десятины, исключительного для дворян права охоты, рыбной ловли, возвращения захваченных сеньорами общинных земель. Буржуазия требовала отмены всех стеснений торговли и промышленности. Все наказы осуждали судебный произвол, требовали суда присяжных, свободы слова и печати. Выборы в Генеральные штаты вызвали невиданный подъём политической активности и сопровождались изданием многочисленных брошюр и памфлетов, авторы которых излагали свои взгляды на проблемы дня и формулировали самые различные социально-экономические и политические требования. Расходы составляли 629 млн ливров, в то время как налоги приносили только 503 млн. Поднять традиционные налоги, которые в основном платили крестьяне, в условиях экономического спада 80-х было невозможно. Современники обвиняли двор в расточительности. Общественное мнение всех сословий единогласно считало, что утверждение налогов должно быть прерогативой Генеральных штатов и выборных представителей.

–– Весна – волнения в Марселе, Тулоне, Орлеане.

–– Конец апреля. Восстание в Сент-Антуанском предместье Парижа. Подавлено отрядами гвардии и кавалерии, несколько сот человек убиты и ранены.

–– 5 мая в зале дворца «Малые забавы» Версаля состоялось торжественное открытие Генеральных штатов. Заседание открыл король, который предостерёг депутатов от «опасных нововведений» и дал понять, что видит задачу Генеральных штатов лишь в том, чтобы изыскать средства для пополнения государственной казны. Между тем страна ждала от Генеральных штатов реформ. Конфликт между сословиями в Генеральных штатах начался уже 6 мая, когда депутаты духовенства и дворянства собрались на отдельные заседания, чтобы приступить к проверке полномочий депутатов. Депутаты третьего сословия отказались конституироваться в особую палату и пригласили депутатов от духовенства и дворянства к совместной проверке полномочий. Начались долгие переговоры между сословиями.

–– 04 июня умер от туберкулёза семилетний наследник престола Людовик Жозеф, король с связи с этим несколько выпустил из-под контроля происходящее в Версале. В конце концов в рядах депутатов, сначала от духовенства, а затем и от дворянства, наметился раскол. 10 июня аббат Сьейес предложил обратиться к привилегированным сословиям с последним приглашением, и 12 июня началась перекличка депутатов всех трёх сословий по бальяжным спискам. В последующие дни к депутатам третьего сословия присоединилось около 20 депутатов от духовенства и 17 июня большинство в 490 голосов против 90 провозгласило себя Национальным собранием.

–– Через два дня депутаты от духовенства после бурных прений постановили присоединиться к третьему сословию. Людовик XVI и его окружение были крайне недовольны, и король распорядился закрыть зал «Малых забав» под предлогом ремонта. Утром 20 июня депутаты третьего сословия нашли зал заседаний запертым. Считается, что причиной мог быть траур по наследнику престола. Тогда депутаты собрались в Зале для игры в мяч и по предложению Мунье дали клятву не расходиться до тех пор, пока не выработают конституцию. 23 июня в зале «Малых забав» для Генеральных штатов было устроено «королевское заседание». Депутаты были рассажены посословно, как и 5 мая. Версаль был наводнён войсками. Король объявил, что отменяет постановления, принятые 17 июня и не допустит ни ограничения своей власти, ни нарушения традиционных прав дворянства и духовенства, и приказал депутатам разойтись. Уверенный в том, что его повеления будут немедленно выполнены, король удалился. Вместе с ним ушла большая часть духовенства и почти все дворяне. Но депутаты третьего сословия остались сидеть на своих местах. Когда церемониймейстер напомнил председателю Байи о повелении короля, Байи ответил: «Собравшейся нации не приказывают». Затем поднялся Мирабо и произнёс: «Ступайте и скажите вашему господину, что мы находимся здесь по воле народа и оставим наши места, только уступая силе штыков!». Король приказал лейб-гвардии разогнать депутатов, но когда гвардейцы попытались войти в зал «Малых забав», их остановила группа оставшихся дворян во главе с Лафайетом. На этом же заседании по предложению Мирабо ассамблея объявила о неприкосновенности членов Национального собрания и об уголовной ответственности за нарушение этой неприкосновенности.

–– На другой день большинство духовенства, а ещё через день 47 депутатов от дворян присоединились к Национальному собранию. А 27 июня король приказал присоединиться остальным депутатам от дворянства и духовенства. Так совершилось преобразование Генеральных штатов в Национальное собрание, которое 9 июля объявило себя Учредительным национальным собранием. В этот же день оно заслушало Мунье об основах будущей конституции, а 11 июля Лафайет представил проект Декларации прав человека, которой он считал необходимым предварить конституцию.

–– Но положение Собрания было непрочным. Король и его окружение не хотели примириться с поражением и готовились к разгону Собрания. 26 июня король отдал приказ о концентрации в Париже и его окрестностях армии в 20 000, преимущественно наёмных немецких и швейцарских полков. Войска расположились в Сен-Дени, Сен-Клу, Севре и на Марсовом поле. Прибытие войск сразу же накалило атмосферу в Париже. В саду Пале-Рояля стихийно возникли митинги, на которых раздавались призывы оказать отпор «иностранным наймитам». 8 июля Национальное собрание обратилось к королю с адресом, прося его отозвать войска из Парижа. Король ответил, что вызвал войска для охраны Собрания, но если присутствие войск в Париже беспокоит Собрание, то он готов перенести место его заседаний в Нуайон или Суассон. Это показывало, что король готовит разгон Собрания.

–– 11 июля Людовик XVI дал отставку Неккеру и преобразовал министерство, поставив во главе его барона Бретейля, предлагавшего принять самые крайние меры против Парижа. «Если нужно будет сжечь Париж, мы сожжём Париж», – говорил он. Пост военного министра в новом кабинете занял маршал Брольи. Это было министерство государственного переворота. Казалось, дело Национального собрания потерпело поражение. Неккер покинул Версаль около 18 часов в субботу 11 июля. Собрание в воскресный день не заседало, биржа и банки не работали – и респектабельные парижане должны были быть на отдыхе в конце недели. Отставка Неккера произвела немедленную реакцию. Передвижения правительственных войск подтверждали подозрения «аристократического заговора», а у людей состоятельных отставка вызвала панику, поскольку именно в нём они видели человека, способного предотвратить банкротство государства.

–– 12 июля В Пале-Рояле молодой адвокат Камиль Демулен бросил клич: «К оружию!». Он первый прикрепил к своей шляпе в виде кокарды зелёный лист с дерева (цвет надежды). Французская гвардия почти целиком перешла на сторону Учредительного национального собрания. Начались стычки с войсками. Драгуны немецкого полка атаковали толпу у сада Тюильри, но отступили под градом камней. Барон де Безенваль, комендант Парижа приказал правительственным войскам отступить из города на Марсово поле. На другой день, 13 июля, восстание ещё более разрослось. С раннего утра гудел набат. Около 8 часов утра в ратуше собрались парижские выборщики. Был создан новый орган муниципальной власти – Постоянный комитет с целью возглавить и одновременно контролировать движение. На первом же заседании принимается решение о создании в Париже «гражданской милиции». Это было рождение парижской революционной Коммуны и Национальной гвардии. Ждали атаки со стороны правительственных войск. Начали возводить баррикады, но не было достаточно вооружения для их защиты. По всему городу начался поиск оружия. Люди врывались в оружейные лавки, захватывая там всё, что могли найти. Утром 14 июля толпа захватила 32 тысячи ружей и пушки в Доме инвалидов, но пороха было недостаточно. Тогда направились к Бастилии. Начальниками наступления были избраны Юлен и Эли, оба офицеры королевских войск. Восставших главным образом интересовал арсенал Бастилии, которым можно было вооружить добровольцев. Делегация горожан предложила коменданту Бастилии маркизу де Лоне добровольно сдать крепость и открыть арсеналы, на что тот ответил отказом. После этого примерно с часу дня завязалась перестрелка между защитниками крепости и восставшими. Де Лоне, отлично зная, что рассчитывать на помощь из Версаля нечего, и что ему долго не устоять против этой осады, решился взорвать Бастилию. Но в то самое время, когда он с зажжённым фитилем в руках хотел спуститься в пороховой погреб, два унтер-офицера Беккар и Ферран бросились на него, и, отняв фитиль, заставили созвать военный совет. Почти единогласно было решено сдаться. Был поднят белый флаг, и спустя несколько минут по опущенному подъёмному мосту Юлен и Эли во главе огромной толпы проникли во внутренний двор Бастилии. Дело не обошлось без зверств, и несколько офицеров и солдат были повешены на месте. Семь узников Бастилии были выпущены на волю. Крайне интересный архив Бастилии подвергся разграблению. На следующий день было официально постановлено разрушить и снести Бастилию.

–– Король вынужден был признать существование Учредительного собрания. Дважды уволенный Неккер был снова призван к власти, а 17 июля Людовик XVI в сопровождении делегации Национального собрания прибыл в Париж и принял из рук мэра Байи трёхцветную кокарду, символизировавшую победу революции и присоединение к ней короля (красный и синий – цвета парижского герба, белый – цвет королевского знамени). Трёхцветную кокарду в обращение ввёл Лафайет. Началась первая волна эмиграции; непримиримо настроенная высшая аристократия начала покидать Францию, включая брата короля, графа д’Артуа. Ещё до отставки Неккера множество городов посылали адреса в поддержку Национального собрания – до сорока перед 14 июля. Началась «муниципальная революция», ускорившаяся после отставки Неккера и охватившая всю страну после 14 июля. Бордо, Кан, Анжер, Амьен, Вернон, Дижон, Лион и многие другие города были охвачены восстаниями. Интенданты, губернаторы, военные коменданты на местах либо бежали, либо утратили реальную власть. По примеру Парижа начали образовываться коммуны и национальная гвардия. Городские коммуны начали формировать федеральные объединения. В течение нескольких недель королевское правительство потеряло всякую власть над страной, провинции признавали теперь только Национальное собрание.

–– Экономический кризис и голод привёл к появлению в сельской местности множества бродяг, бездомных и мародёрствующих банд. Надежды крестьян на облегчение налогов, выраженные ещё в наказах, слухи об «аристократическом заговоре», приближение сбора нового урожая, всё это породило мириады страхов в деревне. Во второй половине июля разразился «Великий страх», породивший цепную реакцию по всей стране. Возбуждённые крестьяне объединялись и вооружались, чтобы защитить свой урожай от бродячих банд, якобы нанятых аристократами; жгли замки сеньоров и уничтожали документы о землевладении.

–– 18 июля. Восстание в Труа. Народ захватил оружие и овладел городской ратушей.

–– 19-20 июля. Восстание в Страсбурге. Народ два дня был полным хозяином города. Сожжение документов в городской ратуше.

–– 21 июля. Восстание в Шербуре.

–– Во время заседания «ночи чудес» 4 августа и декретами 4—11 августа Учредительное собрание ответило на революцию крестьян и отменило личные феодальные повинности, сеньориальные суды, церковную десятину, привилегии отдельных провинций, городов и корпораций и объявило равенство всех перед законом в уплате государственных налогов и в праве занимать гражданские, военные и церковные должности. Но объявило при этом о ликвидации только «косвенных» повинностей (т. н. баналитетов). Оставлялись «реальные» повинности крестьян, в частности, поземельный и подушный налоги.

–– 26 августа Учредительное собрание приняло «Декларацию прав человека и гражданина» – один из первых документов демократического конституционализма. В основу идей Декларации прав человека и гражданина положена концепция равноправия и свободы, принадлежащей каждому от рождения. Естественными правами человека и гражданина объявлялись свобода личности, свобода слова, свобода убеждений, право на сопротивление угнетению. Король Людовик XVI отказался санкционировать Декларацию и декреты 4—11 августа. В Париже обстановка была напряжённой. Урожай был хороший, но подвоз хлеба в Париж не увеличился. У булочных выстраивались длинные очереди.

–– 12 сентября. Выход первого номера газеты Марата «Парижский публицист» (с 6 номера – «Друг народа»).

–– В Версаль стекались офицеры, дворяне, кавалеры ордена Святого Людовика. 1 октября лейб-гвардия короля устроила банкет в честь новоприбывшего Фландрского полка. Участники банкета, возбуждённые вином и музыкой, восторженно кричали: «Да здравствует король!». Сначала лейб-гвардейцы, а затем и другие офицеры сорвали с себя трёхцветные кокарды и топтали их ногами, прикрепляя белые и чёрные кокарды короля и королевы. В Париже это вызвало новый взрыв страха «аристократического заговора» и требований переместить короля в Париж. Утром 5 октября огромные толпы женщин, напрасно простоявшиx всю ночь в очередях у булочных, заполнили Гревскую площадь и окружили ратушу. Многие считали, что с продовольствием станет лучше, если король будет находиться в Париже. Раздавались крики: «Хлеба! На Версаль!». Затем ударили в набат. Около полудня 6—7 тыс. человек, преимущественно женщин, с ружьями, пиками, пистолетами и двумя пушками двинулись на Версаль. Несколько часов спустя, по решению Коммуны, Лафайет повёл в Версаль Национальную гвардию. Около 11 вечера король известил о своём согласии утвердить Декларацию прав и другие декреты. Однако ночью толпа ворвалась во дворец, убив двух гвардейцев короля. Только вмешательство Лафайета предотвратило дальнейшее кровопролитие. По совету Лафайета король вышел на балкон вместе с королевой и дофином. Народ встретил его криками: «Короля в Париж! Короля в Париж!». 6 октября из Версаля в Париж направилась примечательная процессия. Впереди шла Национальная гвардия; на штыках у гвардейцев было воткнуто по хлебу. Затем следовали женщины, одни восседая на пушках, другие в каретах, третьи пешком и наконец карета с королевской семьёй. Вслед за королевской семьёй в Париж перебралось и Национальное собрание.

–– Учредительное собрание повело курс на создание во Франции конституционной монархии. Декретами от 8 и 10 октября был изменён традиционный титул французских королей: из «милостью божьей, короля Франции и Наварры», Людовик XVI стал «милостью божьей и в силу конституционного закона государства королём французов». Король остался главой государства и исполнительной власти, но править он мог лишь на основании закона. Законодательная власть принадлежала Национальному собранию, которое фактически стало высшей властью в стране. За королём было сохранено право назначать министров. Король не мог больше безгранично черпать из государственной казны. Право объявлять войну и заключать мир перешло к Национальному собранию. Центральная администрация была реорганизована. Исчезли королевские советы и статс-секретари. Отныне назначались шесть министров: внутренних дел, юстиции, финансов, иностранных дел, военный, военно-морского флота.

–– 2 ноября. Постановление Учредительного собрания Франции о конфискации и продаже церковных земель. Выпуск ассигнатов – государственных денежных обязательств, обеспеченных доходом от продажи церковных земель.

–– Все старые ограничения на торговлю и занятия ремеслами были отменены. Гугеноты и евреи получили полную терпимость к их верованиям. Были уничтожены дворянские титулы, а священники стали считаться всего лишь чиновниками. Отменена смертная казнь за многие престуления. Было провозглашено, что все французы равны перед законом, все обязаны платить налоги в меру своих возможностей.

–– Образование клуба якобинцев («Общество друзей конституции»). Мирабо, Робеспьер.

–– По муниципальному закону от 14—22 декабря городам и провинциям было предоставлено самое широкое самоуправление. Упразднялись все агенты центральной власти на местах. Должности интендантов и их субделегатов были уничтожены.

1790 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Декретом от 15 января Собрание установило новое административное устройство страны. Система деления Франции на провинции, губернаторства, женералитэ, бальяжи, сенешальства перестала существовать. Страна была разделена на 83 департамента, примерно равных по территории. Департаменты подразделялись на округа (дистрикты). Дистрикты разделялись на кантоны. Низшей административной единицей являлась коммуна (община). Коммуны больших городов разделялись на секции (районы, участки). Париж был разделён на 48 секций (вместо ранее существовавших 60 округов). В этой новой системе страны все команды исходили из правительственных органов, расположенных в Париже.

–– 15 марта. Декретом Учредительного собрания произведена отмена личных феодальных повинностей французских крестьян. Установлен порядок выкупа иных феодальных повинностей, частично отменён триаж.

–– Судебная реформа была проведена на тех же основаниях, что и административная реформа. Все старые судебные учреждения, включая и парламенты, были ликвидированы. Продажа судебных должностей, как и всяких других, была отменена. В каждом кантоне учреждался мировой суд, в каждом округе – суд дистрикта, в каждом главном городе департамента – уголовный суд. Создавались также единый для всей страны Кассационный суд, имевший право аннулировать приговоры судов других инстанций и направлять дела на новое рассмотрение, и Национальный Верховный суд, компетенции которого подлежали правонарушения со стороны министров и высших должностных лиц, а также преступления против безопасности государства. Суды всех инстанций являлись выборными (на основе имущественного ценза и других ограничений) и судили с участием присяжных.

–– Отменялись все привилегии и другие формы государственной регламентации экономической деятельности – цеха, корпорации, монополии и т. д. Ликвидировались таможни внутри страны на границах различных областей. Вместо многочисленных прежних налогов вводилось три новых – на земельную собственность, движимое имущество и торгово-промышленную деятельность. Учредительное собрание поставило «под охрану нации» гигантский государственный долг.

–– Апрель. Образование клуба кордельеров («Общество друзей прав человека и гражданина»). Во главе этого клуба стояли Жан-Поль Марат, Жорж Жак Дантон и Камиль Демулен. Также к нему принадлежали Теруань де Мерикур и эбертисты: Жак-Рене Эбер, Пьер Гаспар Шометт, Жан-Батист Гобель и другие. Здесь сначала происходили только беседы о нравственных и политических вопросах, но скоро стали страстно обсуждаться и жгучие вопросы дня. В своих принципах кордельеры сходились с якобинцами, участвовали в их заседаниях и решениях, и хотели только «в более обширных размерах осуществить понятия о свободе и равенстве, создать демократию на самой широкой основе».

–– Май. Во Франции узаконен порядок продажи «национальных имуществ» мелкими участками с рассрочкой на 12 лет.

–– Декретом от 19 июня были отменены институт наследственного дворянства и все связанные с ним титулы. Называть себя маркизом, графом и пр. было запрещено. Граждане могли носить только фамилию главы семьи.

–– 26 июня. Авиньон, находившийся тогда под властью папы, просит присоединиться к Франции. Собрание, желая избежать конфронтации с папой Пием VI, откладывает решение.

–– 26 июня. Дипломаты Англии, Австрии, Пруссии и Соединённых провинций встречаются в Райхенбахе, чтобы обсудить возможное военное вмешательство во Францию. Итогом встречи становится подписание Рейхенбахской конвенции.

–– 14 июля. На Марсовом поле в Париже в честь первой годовщины революции проводится Праздник Федерации. На мероприятии присутствуют король и королева, Национальное собрание, правительство и огромная толпа. Лафайет даёт гражданскую клятву «быть всегда верным народу, закону и королю. Всеми силами поддерживать конституцию, принятую Национальным собранием и принятую королём». Эту присягу приносят его войска, а также король.

–– 23 июля. Папа пишет секретное письмо королю Людовику XVI, обещая осудить отмену Собранием особого статуса французского духовенства.

–– 26 июля. Марат публикует требование о немедленной казни от 500 до 600 аристократов для спасения революции.

–– 28 июля. Собрание отказывается позволить австрийским войскам пересечь территорию Франции, чтобы подавить восстание в Бельгии, вдохновлённое французской революцией.

–– 31 июля. Собрание решает принять меры против Марата и Демулена из-за их призывов к революционному насилию.

–– 31 августа. Бои в Нанси между мятежными солдатами армии и частями национальной гвардии города, которые поддерживают Лафайета и Собрание.

–– 4 сентября. Увольнение министра финансов Неккера. Национальное собрание отвечает за государственную казну.

–– 16 сентября. Мятеж моряков французского флота под Брестом.

–– 6 октября. Людовик XVI пишет письмо своему двоюродному брату Карлу IV, в котором выражает свою враждебность новому статусу французского духовенства.

–– Осень. Новые крестьянские волнения во Франции. Крестьяне сжигали архивные документы и прекращали феодальные платежи.

–– 10 октября Талейран предложил использовать для погашения государственного долга церковные имущества, которые надлежало передать в распоряжение нации и продать. Декретами, принятыми в июне-ноябре оно осуществило так называемое «гражданское устройство духовенства», то есть провело реформу церкви, лишившую её прежнего привилегированного положения в обществе и превратившую церковь в орган государства. Из ведения церкви изымались регистрация рождений, смертей, браков, которые передавались государственным органам. Законным признавался только гражданский брак. Упразднялись все церковные титулы, кроме епископа и кюре (приходского священника). Епископы и приходские священники избирались выборщиками, первые – выборщиками департамента, вторые – приходскими выборщиками. Утверждение епископов папой (как главой вселенской католической церкви) отменялось: отныне французские епископы лишь извещали папу о своём избрании. Все священнослужители обязаны были принести специальную присягу «гражданскому устройству духовенства» под угрозой отставки. Церковная реформа вызвала раскол среди французского духовенства. После того как папа не признал «гражданского устройства» церкви во Франции, все французские епископы, за исключением 7, отказались принести гражданскую присягу. Их примеру последовало около половины низшего духовенства. Между конституционным (присягнувшим) и неприсягнувшим духовенством возникла острая борьба, значительно осложнившая политическую обстановку в стране.

–– 12 октября. Собрание распускает местное собрание Санто-Доминго (ныне Гаити) и вновь подтверждает институт рабства.

–– Возникновение в Париже организации типографских рабочих («типографское собрание»).

–– Наметился раскол среди депутатов Учредительного собрания. На волне общественной поддержки начали выделяться новые левые: Петион, Грегуар, Робеспьер. Вдобавок появились клубы и организации по всей стране. В Париже центрами радикализма стали клуб Якобинцев и Кордельеров.

–– «Социальный клуб» в Париже, созданный аббатом Клодом Фоше и журналистом Н. Бонвиллем.

–– 4 ноября. Восстание во французской колонии Иль-де-Франс (ныне Маврикий).

–– 25 ноября. Восстание чёрных рабов во французской колонии Санто-Доминго (ныне Гаити).

–– 3 декабря. Людовик XVI пишет королю Пруссии Фридриху Вильгельму II письмо с просьбой о военном вмешательстве европейских монархов для восстановления его власти.

–– Екатерина II в Санкт-Петербурге принимала с большими почестями лидера роялистской французской эмиграции Карла Артуа. Когда российская императрица и будущий французский король отъезжали к обеду в одной карете, с Екатериной II не было никакой охраны, а личный телохранитель Карла Артуа – граф де Аваре хотел сесть с охраняемой персоной в тот же экипаж, чем очень удивил и рассмешил императрицу. Она иронично, но твердо выпроводила французского охрпнника из кареты, заметив, что на время возмет обязанности охраны вождя роялистов лично на себя.

1791 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

Гаити. Богатый плантатор-мулат Венсан Оже побывал в Париже, где истолковал принятые Учредительным собранием Франции законы как дающие равные права белым и богатым мулатам. Вернувшись, Оже потребовал предоставить мулатам избирательное право. Когда губернатор Сан-Доминго отказался удовлетворить эти требования, Оже в начале года поднял восстание, но был схвачен колониальными властями и казнён. Хотя среди требований Оже и не было отмены рабства, его восстание стало толчком к более масштабному восстанию, в котором основную роль сыграли рабы.

–– Февраль. Декрет об отмене цехов.

–– Среди эмигрировавших дворян были тетки короля Людовика XVI – Мария Аделаида и Виктория. Они решили искать убежища рядом с папой, и 19 февраля отправились в паломничество в Рим. Однако они были задержаны сотрудниками муниципалитета коммуны Арне-ле-Дюк. Учредительное собрание устроило длительные дебаты по поводу их отъезда, которые закончились только тогда, когда государственный деятель Жак-Франсуа де Мену пошутил по поводу озабоченности Собрания действиями «двух старух». После этого им было разрешено продолжить путешествие.

–– День кинжалов. В то время как слухи о возможном бегстве короля из Франции распространялись по столице, муниципалитет Парижа проголосовал за восстановление темниц Венсенского замка, чтобы разместить больше заключенных. Однако поползли слухи, что между Тюильри и замком есть подземный ход. Многие поверили, что реставрация замка была частью заговора с целью замаскировать проход и позволить королю тайно покинуть Францию. Таким образом, 28 февраля рабочие из предместья, вооруженные кирками и пиками, направились вслед за Антуаном Жозефом Сантером в Венсен, чтобы снести тюрьму. Их цель заключалась в том, чтобы не дать королю сбежать через замок и демонтировать «последний оставшийся символ старого порядка». В то время как Лафайет вместе с отрядом Национальной гвардии направился в Венсен, чтобы подавить там беспорядки, многие дворяне стали беспокоиться о безопасности короля из-за отсутствия охраны. Встревоженные возможностью заговора якобинцев с целью убийства королевской семьи и двора, сотни молодых дворян со спрятанным оружием, таким как кинжалы и ножи, отправились в Тюильри, чтобы защитить короля. Однако оставшиеся офицеры Национальной гвардии заподозрили, что вооружённая знать собирается устроить контрреволюцию. Лафайет быстро вернулся из Венсена и попытался разоружить дворян. Те сопротивлялись до тех пор, пока король, который хотел избежать крупного конфликта, не потребовал, чтобы они сложили оружие с обещанием, что оно будет возвращено на следующий день. Дворяне, наконец, сдались и покинули Тюильри после тщательного обыска, издевательств и жестокого обращения со стороны Национальной гвардии. На следующий день Лафайет повесил на стенах столицы прокламацию, уведомляющую Национальную гвардию о том, что в Тюильри больше не допускаются люди, «справедливо подозреваемые в рвении». Конфискованное у знати оружие было присвоено солдатами и продано.

–– 3 марта. Собрание приказывает переплавить серебряные предметы, принадлежащие церкви, и продать их для финансирования правительства.

–– 10 марта. Папа Пий VI осуждает Гражданское устройство духовенства.

–– 25 марта. Разорваны дипломатические отношения между Францией и Ватиканом.

–– Весна. Крупные забастовки в Париже.

–– 18 апреля. Национальная гвардия, несмотря на приказ Лафайета, не даёт королевской семье уехать в замок Сен-Клу на празднование Пасхи.

–– 15 мая. Учредительное собрание издало декрет, по которому мулаты, рождённые от свободных отца и матери, получали доступ во все колониальные представительные учреждения.

–– 14 июня. Закон Ле Шапелье о запрещении объединений рабочих во Франции. В статье 2 закона указано, что запрет относится и к предпринимателям, но в протокол заседания Собрания включено, что принятый декрет не относится к коммерческим палатам. Закон Ле Шапелье препятствовал развёртыванию профсоюзного движения во Франции.

–– 16 июня. Постановление Учредительного собрания Франции о закрытии «благотворительных мастерских» для безработных.

–– Король Людовик и вся его семья в ночь на 21 июня тайно выехали, в сопровождении трёх телохранителей, в карете в сторону восточной границы. Побег был подготовлен и осуществлён шведским графом Хансом Акселем фон Ферзеном, который, один из немногих, выполнял свой долг. B Сент-Мену почтмейстер Друэ увидел в уезжающей карете короля, но чтобы удостовериться в этом, он вскочил на коня и пустился вдогонку. В Варене, узнав в паже переодетого Людовика, он ударил в набат. Сбежались люди. Король и королева были задержаны и под конвоем возвращены в Париж. Они были встречены гробовым молчанием народа, столпившегося на улицах. Страна восприняла известие о побеге как шок, как объявление войны, в которой её король находится в стане врага. С этого момента начинается радикализация революции (кому же тогда можно доверять, если сам король оказался изменником?). Впервые с начала Революции в печати стали открыто обсуждать возможность установления республики. Однако депутаты-конституционалисты, не желая углублять кризис и ставить под вопрос плоды почти двухлетней работы над Конституцией, взяли короля под защиту и заявили, что он был похищен. Кордельеры призвали горожан провести 17 июля на Марсовом поле сбор подписей под петицией с требованием об отречении короля. Городские власти запретили манифестацию. На Марсово поле прибыли мэр Байи и Лафайет с отрядом национальной гвардии. Национальные гвардейцы открыли огонь, убив несколько десятков человек. Это был первый раскол самого третьего сословия.

–– 23 июня. В знак протеста против Вареннского бегства парижская секция Французского театра самовольно провозгласила всеобщее избирательное право, объявив, что принимает в свою среду всех граждан, старше 25 лет и имеющих определенное местожительство, вне зависимости от имущественного ценза.

–– Русский посол во Франции Симолин И.М. завербовал в качестве секретного агента олного из чиновников французского министерства иностранных дел. Получил от него и передал в Петербург шифр, которым пользовались в своей переписке министр иностранных дел Франции граф Монморен французский поверенный в делах в России Жене.В результате французская дипломатическая переписка свободно прочитывалась в Петербурге.

–– 5 июля. Император Священной Римской империи Леопольд II издал Падуанский циркуляр с призывом ко всем монархам Европы выступить совместно в защиту королевской власти во Франции. Падуанский циркуляр не вызвал большого энтузиазма со стороны европейских держав, и не создал основания для каких-либо коллективных действий держав от имени французского короля.

–– По призыву клуба кордельеров многие тысячи парижан, главным образом рабочие и ремесленники, собрались на Марсовом поле, вокруг Алтаря Отечества чтобы поставить свои подписи под петицией, требовавшей низложения короля. Демократы, как республиканцы, так и нереспубликанцы, кордельеры и народные клубы не последовали примеру якобинцев. Прямо на поле, группой, выделившейся из числа собравшихся была составлена новая петиция. Её авторами были Робер, Пейр, Вашар и Демуа. Под ней подписались около 6000 человек. Ни Дантон, ни один из известных якобинцев не подписались. Все органы власти получили приказ Учредительного собрания об обеспечении соблюдения законов и общественного спокойствия. По приказу Учредительного собрания на Марсово поле стягивались войска Национальной гвардии. Собрание народа проходило спокойно, но господствующая власть, стремясь установить конституционную монархию, решилась действовать. Мэр Парижа Байи приказал разогнать демонстрацию силой. Маркиз де Лафайет и Национальная гвардия, которая была под его командованием, разгоняли толпу, пытаясь сохранить общественный порядок. Они с успехом поддерживали мирную обстановку, но во второй половине дня, толпа, во главе с Дантоном и Камилем Демуленом, вернулась в ещё большем количестве. Эта толпа была настроена более решительно, чем предыдущая, и представляла большую угрозу безопасности. Лафайет вновь попытался разогнать толпу. В ответ толпа забросала камнями национальную гвардию. После того как были сделаны несколько предупредительных выстрелов, национальные гвардейцы открыли огонь прямо в толпу. Около 50 человек было убито и сотни ранено. Впервые одна часть третьего сословия выступила с оружием в руках против другой его части. После разгона мирной демонстрации последовали карательные меры правительства. 18 июля Учредительное собрание издало декрет о суровом наказании «мятежников», постановив начать судебное преследование участников демонстрации. Расстрел на Марсовом поле показал, как далеко зашло размежевание в третьем сословии. Умеренные конституционалисты, которые в начале революции боролись против королевского абсолютизма, теперь выступили в защиту монархии, которую они тщетно пытались преобразовать. В Якобинском клубе произошёл раскол. Ещё 16 июля, после принятия петиции о низложении короля, из клуба вышли почти все его члены – депутаты Учредительного собрания. Эти депутаты – сторонники Лафайета и Барнава – образовали новый клуб Фельянов. Учредительное собрание после 17 июля круто повернуло вправо. Усилились гонения на демократов и республиканцев, названные современниками «трехцветным террором». Было начато следствие по поводу событий 17 июля. Около 200 человек было арестовано, к судебной ответственности привлекли 14 человек, из них трое – Камиль Демулен, Лежандр, Сантер – скрылись. Сначала Дантон, а затем и Марат должны были уехать в Англию. Клуб кордельеров был опечатан и смог возобновить свои заседания лишь в конце июля. Закрыли несколько газет, отличавшихся своей республиканской направленностью. Временно конституционалисты достигли успеха, но как показали дальнейшие события, ненадолго. Монархисты не намерены были идти ни на какой компромисс, а демократическая часть не одобряла все сделанные уступки. Как бы то ни было, никто не питал никаких иллюзий в отношении намерений двора.

–– 25 июля. Австрия и Пруссия заключили в Вене договор о совместной защите монархии во Франции.

–– В Европе побег короля вызвал сильную эмоциональную реакцию. 27 августа австрийский император Леопо́льд II и прусский король Фридрих Вильгельм II подписали Пильницкую декларацию, угрожая революционной Франции вооружённой интервенцией. Образование первой коалиции. Центр эмиграции находился в Кобленце, совсем недалеко от французской границы. Военная интервенция была последней надеждой аристократии. В то же время началась «революционная пропаганда» левой части Законодательного собрания с целью нанести решительный удар монархической Европе и зачеркнуть всякие надежды двора на реставрацию. Война, по мнению жирондистов, приведёт их к власти и покончит с двойной игрой короля.

–– Гаити. 22 августа в северной части острова началось восстание рабов, которое возглавил Дутти Букман. Оно вскоре охватило всю колонию. В первые два месяца восставшими рабами было убито до 2 тысяч белых и разрушено 280 плантаций.

–– 3 сентября Национальное собрание приняло Конституцию. По ней предлагалось созвать Законодательное собрание – однопалатный парламент на основе высокого имущественного ценза. «Активных» граждан, получивших право голоса по конституции, оказалось всего 4,3 млн, а выборщиков, избиравших депутатов, – всего 50 тыс. В новый парламент не могли быть избраны депутаты Национального собрания. Законодательное собрание открылось 1 октября. Король присягнул новой конституции и был восстановлен в своих функциях, но не в доверии к нему всей страны.

–– 14 сентября король Людовик принёс присягу новой конституции, но продолжал вести переговоры с эмигрантами и иностранными державами.

–– 27 сентября. Собрание заявляет, что все люди, живущие во Франции, независимо от цвета кожи, свободны, но сохраняет рабство во французских колониях. Французским евреям предоставляется гражданство.

–– 29 сентября. Собрание ограничивает членство в Национальной гвардии гражданами, которые платят определённый уровень налогов, тем самым исключая рабочий класс.

–– 30 сентября Последний день работы национального Учредительного собрания. Собрание амнистирует всех, кто наказан за незаконную политическую деятельность. Учредительное собрание Франции самораспустилось.

–– 01 октября. Открытие Законодательного собрания Франции  Этому собранию, составлявшему единственную палату и заключавшему в себе 745 членов, выбранных на два года, конституция давала право издавать законы (с отсрочивающим вето короля), вотировать налоги, определять количество сухопутных и морских сил, объявлять войну, ратифицировать мирные и коммерческие трактаты и возбуждать перед верховным судом преследование против министров, которые сами не могли быть членами законодательного собрания.

–– 16 октября. Бунты против революционной коммуны (городского правительства) в Авиньоне. После убийства чиновника коммуны убивают антиправительственных заключённых, содержащихся в подвалах Папского дворца. Присоединение к Франции Авиньона.

–– 9 ноября: эмигрантам снова приказывают вернуться во Францию до 1 января 1792 года под страхом потери имущества и смертного приговора. Король Людовик XVI накладывает вето на декларацию 11 ноября, но просит своих братьев вернуться во Францию.

–– 25 ноября. Законодательное собрание создаёт наблюдательный комитет для контроля за правительством.

–– 3 декабря. Людовик XVI пишет королю Пруссии Фридриху Вильгельму II письмо с просьбой о военном вмешательстве европейских монархов для восстановления его власти.

–– 3 декабря. Братья Людовика XVI (графы Прованса и Артуа) отказываются вернуться во Францию, ссылаясь на «моральное и физическое пленение, в котором содержится король».

–– 14 декабря. Лафайет получает командование одной из трёх новых армий, созданных для защиты французских границ, Армией Центра, базирующейся в Меце. Двумя другими армиями командуют Рошамбо (Армия Севера) и Николя Люкнер (Рейнская армия).

–– 28 декабря. Собрание голосует за созыв массовой армии добровольцев для защиты границ Франции.

1792 год

Королевство Франция: король Людовик XVI. (Династия Бурбоны).

–– Январь. Волнения в Париже на почве дороговизны и социальных лишений.

–– Начало года. Конфликт между Францией и немецкими князьями, лишившимися владений в Эльзасе. Обострение отношений Австрии и Пруссии с Францией.

–– 1 февраля. Гражданам Франции необходимо иметь паспорт для поездок по стране.

–– 7 февраля. Австрия и Пруссия заключили военный союз против Франции.

–– 9 февраля. Начата конфискация и продажа имущества эмигрантов.

–– 23 февраля. Столкновение между армией и толпой в Бетюне из-за распределения зерна.

–– 4 апреля во Франции и её колониях было провозглашено равенство всех свободных людей независимо от их цвета кожи, и в Сан-Доминго была послана комиссия, которая пыталась одновременно противостоять местной белой элите и подавить восстание рабов. Вскоре лидером восставших стал Франсуа Доминик Туссен-Лувертюр.

–– 20 апреля. Законодательное собрание Франции объявляет войну Австрии.

–– 25 апреля. Впервые была применена гильотина. Гильоти́на – механизм для приведения в исполнение смертной казни путём отсечения головы. Использовать гильотину предложил врач и член Национальной ассамблеи Жозеф Гильотен. Был ратифицирован декрет, который предписывал: «всем приговорённым к смерти будут отрубать голову способом, принятым на вооружение в результате консультаций с ученым секретарем Хирургического общества».

–– Императору Священной Римской империи Францу II, предъявил французскому конституционному королю Людовику XVI ультиматум в отношении владетельных князей Эльзаса. Однако силы коалиции не спешили использовать свое преимущество, и командующий Рейнской армией Николя Люкнер решил атаковать цитадель в Поррантруи, чтобы предотвратить вторжение. У него был лагерь из 12 000 человек в Нижнем Эльзасе, между Лаутербургом, Ландау и Висамбуром. Люкнер приказал Адаму Филиппу, графу де Кюстину, продвинуться в провинцию Поррантруи, которая принадлежала князю-епископу Базеля. Это позволяло избежать вторжения с этой территории через французскую границу. Во главе 2000 человек, с полковником Шарлем Гранжье де ла Ферьером, командиром 23-го пехотного полка, в качестве его заместителя, а также с тремя пехотными батальонами, артиллерийской ротой и примерно 300 драгунами, Кюстин двинулся на швейцарскую территорию и потребовал сдачи Поррантруи. В цитадели был гарнизон из 400 австрийцев, но князь-епископ не хотел осады и отвел гарнизон в Бьен. Таким образом, Кюстин без боя захватил Поррантруи и смог закрепиться на горе Ломон, чтобы защитить долины Фрибурга, Бьена, Базеля и Золотурна. Поррантруи присоединили к Франции.

–– Конец апреля. Пруссия вступила в войну с Францией.

–– Генерал Дюмурье – министр иностранных дел и глава военного министерства полагал, что армия может получить боевой опыт в бою. Рассуждая о том, что противник имел не более 30 000 к началу кампании и что его войска были растянуты от Северного моря до Лотарингии, он предложил прорваться через этот тонкий кордон четырьмя колоннами от Фюрне, Лилля, Валансьена и Живе и сосредоточить для этого 50 000 на границе к 29 апреля. Но генералы, обученные классической для того времени линейной тактике, не желали даже слышать об этом плане. Кроме того, офицеры не доверяли своим недисциплинированным войскам, а солдаты в ответ подозревали их в роялизме и в симпатиях к врагу. Из 9 000 офицеров, по крайней мере, половина уже эмигрировала и несколько офицеров дезертировало накануне наступления. 29 апреля, только при одном виде австрийских войск, Диллон и Бирон приказали отступать. С возгласами об измене войска отступили в беспорядке, а Диллон стал жертвой солдатского самосуда в Лилле.

–– 18 мая командующие армий встретились в Валансьене и, проигнорировав повторные приказы военного министерства о наступлении, объявили наступление невозможным, советуя королю о немедленном заключении мира. В результате генералы приостановили наступление, а в мае целый корпус, Royal-Allemand, перешёл на сторону врага. Стареющий Рошамбо подал в отставку, а Лафайет тайно предложил австрийцам перемирие, чтобы повернуть свою армию на Париж для разгона якобинцев и восстановления порядка в столице.

–– С австрийской стороны у герцога Альберта Саксен-Тешенского, австрийского командующего в Нидерландах, с его небольшой армией не оставалось иного выбора, кроме как беспокоить противника в отдельных боях, даже если французская армия, казалось, предполагала наступать. Так 17 мая французский пост в Баве был захвачен врасплох, и австрийцы, закрепившись там, вклинились между французскими частями, расположенными между Валансьеном и Мобёжем, и могли в любой момент их беспокоить удачными нападениями. 23 мая четырёхтысячный авангард под командованием генерала Гувиона из корпуса Лафайета продвинулся между Маасом и Самброй до Флорена, то есть довольно далеко от главных сил. Лафайет приказал ему забрать фураж, заготовленный для войск противника, а затем отойти в Филиппвиль. Когда герцог Саксен-Тешенский узнал об этом, то приказал отогнать французов. Операция была поручена генерал-майору Стараю. Полковник барон Салис с двумя батальонами пехоты, двумя ротами егерей и двумя эскадронами двинулся через Жерпинн на Мориальм. Сам генерал Старай с такой же сильной колонной – на Вагне и лес у Флорена. Два французских добровольческих батальона, защищавшиеся в лесах у Фрера (на крайнем левом фланге) и Флорена (на крайнем правом фланге), были отогнаны. Когда австрийская пехота первой колонны подошла к оврагу у деревни Сент-Обен, то была встречена сильным огнем французской восьмиорудийной батареи. Пока шёл бой за деревню, Гувион, поняв, что перед ним превосходящие силы противника, направил повозки с захваченным фуражом к Филиппвилю. Когда колонна Старая прибыла на правый фланг французской позиции и установила там батарею, Гувион, чтобы не допустить её выхода в овраг, прикрыл свой фланг шестью кавалерийскими эскадронами конно-егерей, простоявших довольно долго под артиллерийским огнем противника. Когда австрийская кавалерия стала обходить позиции французов через Фурно-ла-Палет, а Салис угрожал левому флангу, где гренадерский батальон без единого выстрела прорвался сквозь глубокий овраг, Гувион не стал дожидаться результата и отдал приказ отступать. Колонны были построены по-полубатальонно и стали отступать точно в установленном порядке с соблюдением дистанции. Кавалерия прикрывала движение, а артиллерия стреляла до последнего момента. Отряд отступил через Амптенн и Жамань к гласису Филиппвиля. Австрийскую кавалерия преследовала отступающего противника и сумела захватить три орудия и столько же зарядных ящиков.

–– Бой при Ла-Глизуэле. Генерал Лафайет, командовавший армией, с начала мая располагавшейся в укрепленном лагере у Мобёжа, 10 июня послал свой авангард под командованием Жана-Батиста Гувиона в направлении Монса, где находились австрийцы. Этот авангард насчитывал около трёх тысяч человек (четыре батальона и четыре эскадрона кавалерии). Узнав об этом, фельдцейхместер Клерфэ в ночь с 10 на 11 июня вышел из лагеря у Монса во главе значительного корпуса – 11 батальонов, 18 эскадронов – и направился на Мобёж с задачей атаковать этот изолированный отряд. Одна колонна, 6 батальонов, 14 эскадронов, продвинулась вперед по дороге, ведущей из Живри в Бомон, а затем повернула направо, на Виллер-сюр-Николь; другая, четыре батальона и четыре эскадрона, двинулись по прямой дороге на Мобёж. Дороги, размытые частыми дождями, задержали прибытие колонн к месту предполагавшегося боя. Наконец, 11 июня, до рассвета, началась атака первой колонны. У Мерьё авангард австрийцев встретился с французской кавалерией и вступил с ней в бой. Генерал Гувион, оценив численность австрийских войск, немедленно отправил просьбу о помощи в Мобёж, и, выставив артиллерию на дороге, начал медленно и в полном порядке отступать в Ла-Глизуэль, надеясь, что скоро его спасут войска из лагеря у Мобёжа. Его пехота отступала за живой изгородью, которая окружала дороги, и поддерживала артиллерийский огонь ружейным огнем. К несчастью для французов, сильная гроза, разразившаяся в это время, и встречный ветер не позволили услышать звук ружейных выстрелов и пушек во французском лагере. Отошедший в Ла-Глизуэль французский отряд упорно сопротивлялся там и подвергался артобстрелу до тех пор, пока генерал-майор Старай, который тем временем сбил французские аванпосты в Буньи, Коши и Беттиньи, не атаковал левый фланг Гувиона со второй колонной. После чего французы бежали из Ла-Глизуэля.Когда Лафайет узнал о случившемся, он немедленно отдал приказ генералу Нарбонну двинуться на австрийский фланг с колонной пехоты, которую поддерживал кавалерией. Резерв должен был прийти непосредственно на помощь авангарду, и весь корпус, взявшись за оружие, также двинулся на противника. Но подкрепление прибыло слишком поздно. К этому времени отряд Гувиона был разбит, а сам он убит пушечным ядром. Но при виде нескольких отрядов, наступающих с фронта, и колонны, идущей на их левом фланге, австрийцы отступили на Монс.

–– Король Людовик отказался санкционировать декреты о неприсягнувших священниках и создании военного лагеря. 12 июня министр внутренних дел Ролан в письме королю призвал его согласиться на эти два пункта, заявив, что его поведение может привести к падению трона и резне аристократов. На следующий день король отправил в отставку Ролана, а затем Клавьера и Сервана. 15 июня приём Дюмурье ассамблеей был достаточно враждебен, чтобы убедить его, что он может быть привлечён к суду за военные неудачи, и так как король настаивал на утверждении только указа о роспуске его гвардии, Дюмурье подал в отставку и отправился к армии на север командовать одной из дивизий. Фельяны вернулись к власти в новом министерстве. Лафайет, рассудив, что момент настал, заявил в письме ассамблее 18 июня, что «конституции Франции угрожают крамольные группы внутри страны, как и враги из-за рубежа». Говоря это, он призвал ассамблею распустить революционные организации. Использование королевского вето, отставка министров Жиронды и формирование министерства фельянов показывали, что двор и генералы пытаются провести в жизнь политическую программу сторонников Ламета и Лафайета, которые стремились избавиться от якобинской угрозы, пересмотреть конституцию, укрепить королевскую власть и прекратить войну, пойдя на сделку с неприятелем.

–– 18 июня. Декретом Законодательного собрания безвозмездно отменены все «случайные» феодальные повинности.

–– Королевское вето декретов Законодательного собрания было опубликовано 19 июня, всего за один день до 3-й годовщины клятвы в зале для игры в мяч. Была организована демонстрация 20 июня с целью оказать давление на короля. Во дворце, наводнённом демонстрантами, король вынужден был надеть фригийский колпак санкюлотов и выпить за здоровье нации, но отказался утвердить декреты и вернуть министров. Мэр Парижа Петион был смещён, и 28 июня Лафайет покинул свой пост в армии и предстал перед ассамблеей, чтобы призвать депутатов распустить якобинский клуб и наказать тех, кто нёс ответственность за демонстрацию 20 июня. Это был смелый, но запоздалый жест. Депутаты обвинили его в дезертирстве, а король отверг все предложения бежать при содействии человека, который так долго был во главе его заключения. Толпа сожгла его чучело в Пале-Рояле. Для таких, как Лафайет, уже не было места ни рядом с республиканскими символами, ни в стране, которая приняла эти символы как свои. Бездействие его войск в течение более чем 2 месяцев казалось необъяснимым. Это дало время прусским войскам закончить свои приготовления и спокойно сосредоточиться на линии Рейна.

–– Декрет от 2 июля уполномочивал национальных гвардейцев, многие из которых уже были в пути в Париж, прийти на церемонию Федерации. Другой от 5 июля заявлял, что в случае национальной опасности все трудоспособные мужчины могут быть призваны для обороны отечества и всё необходимое для обороны страны реквизировано.

–– Конец июня. Многие коммуны принимают петиции с требованием упразднения королевской власти.

–– 11 июля. Декрет Законодательного собрания Франции, объявлявший «Отечество в опасности». Все пригодные к военной службе мужчины подлежали призыву в армию.

–– Бой при Орши. Перед французами находилась пятнадцатитысячная австрийская армия под командованием герцога Альберта Саксен-Тешенского, расположившаяся в лагере при Баве. Герцог Альберт использовал немногочисленные силы, бывшие под его командованием, чтобы держать противника повсюду в напряжении, и, проводя небольшие, хорошо продуманные атаки, мешать ему посылать подкрепления к Маасу и Мозелю. Выплоняя его приказ, в ночь с 13 на 14 июля фельдмаршал – лейтенант граф Латур, покинув Турне, в двух колоннах (тремя батальонами и двумя эскадронами) атаковал небольшой городок Орши. В Орши у французов был только слабый гарнизон из шестисот человек и два орудия. Командир гарнизона Демаре еще не успел укрепить городок. Австрийцы двинулись к воротам, выходившим на Лилль и Дуэ. Хотя войска первой колонны во главе с самим Латуром в густом тумане натолкнулись на городские стены и, пораженные выстрелами картечи французов, не разобравшись, стали стрелять друг в друга, а затем были вынуждены отступить к Турне, второй колонне повезло больше. Полковник Кайм обошел с ней город, вторгся в него без большого сопротивления гарнизона, который все был занят отражением атаки Латура с другой стороны, захватил пушку и взял несколько пленных. Большей части французов, не ожидавших удара с тыла и не оказавших сопротивления, удалось ускользнуть через городские ворота, которые, после отступления Латура, были открыты с противоположной стороны. Австрийцы в этом бою потеряли убитыми 2 офицеров и 40 рядовых. На следующее утро, после подхода к городу французских войск, собранных из лагерей Фамар и Молд и гарнизона Дуэ и бывших под командованием генерала Марассе, они оставили Орши. 17 июля фельдмаршал – лейтенант Альвинци, выполняя приказ герцога, двинулся с 11 батальонами и 12 эскадронами из Баве и занял позицию южнее. Отсюда лучше было наблюдать за французскими лагерями в районах Валансьена, Мобёжа и Ле Кенуа, а сообщение между первыми двумя ставилось под угрозу. Теперь австрийские патрули могли выдвигаться против Ле Кенуа, Ландреси и Авена. Эти две атаки австрийцев заставили Дюмурье отказаться от движения к Мецу. Он разместил гораздо более сильный гарнизон в Орши, а сам с 15 батальонами и 5 эскадронами двинулся из лагеря у Фамара в лагерь в Молде, который сильно укрепил. Герцог Саксен-Тешенский собирался продолжить операции из Баве, когда он получил приказ направить фельдцейхмейстера графа Клерфайта с 13 батальонами, 18 ротами стрелков и 12 эскадронами к Люксембургу на поддержку герцогу Брауншвейгскому, начавшему наступление на столицу Франции. У австрийцев осталось не более 20 батальонов, 38 рот легкой пехоты и 32 эскадронов кавалерии для защиты границы от Ньюпора до Намюра. Французские войска от Дюнкерка до Рокруа насчитывали 103 батальона и 30 эскадронов, поэтому австрийцам пришлось перейти к обороне.

–– 25 июля в Париж прибывают 300 добровольцев из Бреста и пять дней спустя 500 марсельцев. Впервые Париж услышал «Марсельезу», маршевую песню революции, которой марсельцы дали своё имя. Прибывшие федераты организовывают центральный комитет и тайную директорию, в которую были включены и некоторые парижские лидеры – тем самым гарантируют прямой контакт с секциями Парижа. Не все секции высказывались против короля, но «пассивные» граждане стали участвовать в заседаниях, и 30 июля секция Французского театра дала всем своим членам право голоса. На секционных заседаниях якобинцы и санкюлоты сталкивались с умеренными и постепенно брали верх. 30 июля декрет разрешил принятие «пассивных» граждан в ряды национальной гвардии.

–– Начало августа. Манифест герцога Брауншвейгского (командующего прусской армией), заявлявшего, что целью похода является восстановление во Франции власти короля.

–– Мэр арижа Петион 3 августа предоставил петицию секций в ассамблее. Из сорока восьми секций Парижа, все, кроме одной, поддержали петицию о низложении короля. Петион заявил Законодательному собранию, что секции «возобновили суверенитет народа» и теперь у него нет никакой другой власти над ними, кроме как «словесного убеждения». Обсуждение этого адреса с требованием низложения короля было назначено на четверг 9 августа. Тем самым Собрание, само того не ведая, назначило дату восстания. 9 августа Законодательное собрание после двухдневных дебатов отказалось рассматривать вопрос о низложении короля и даже предъявить обвинение Лафайету в дезертирстве 224 голосами против 406. В эту ночь над Парижем зазвучал набат. Король не смог подкупить ключевых лидеров движения. Тридцать семь тысяч фунтов было выплачено Петиону и Сантеру за ничего не стоящие обещания предотвратить восстание. В последнюю минуту он отверг совет отречься от престола, не только от Верньо и Гаде, встревоженных поворотом дел, к которому, сами того не желая, их предыдущие действия и вели, но и от его старого и верного министра Малешарба. Он был полон решимости защищать Тюильри. Его сторонники ожидали и готовились к атаке заранее и были уверены в успехе. План обороны, составленный профессиональным военным, был принят департаментом Парижа. Это была его официальная обязанность по защите исполнительной власти. Дворец был легко защищаем. Гарнизон был единственным опытным и профессиональным из регулярных войск обеих противостоящих сторон – 950 ветеранов швейцарской гвардии (слух сделал их в четыре раза больше), вдобавок 930 жандармов, 2 000 национальных гвардейцев, и 200—300 кавалеров Ордена Святого Людовика и других роялистов. Пяти тысяч человек должно было быть достаточно для обороны. Маркиз Манда, командующий национальной гвардии, был не очень уверен в ней, но тон его приказов был настолько решителен, что, казалось, мог вселить уверенность в защитников дворца. Он разместил войска на мосту Пон-Нёф, чтобы предотвратить соединение между повстанцами обеих сторон Сены и помешать любой комбинированный манёвр с их стороны. Сторонники короля вполне могли рассчитывать на успех.

–– Было семь часов утра. Набат не переставал гудеть всю ночь. С момента ухода короля из дворца всякий повод к сопротивлению исчез, к тому же с уходом национальной гвардии, сопровождавшей короля, уменьшились и средства к защите. Национальная гвардия склонялась на сторону повстанцев. На правом берегу Сены батальоны Сен-Антуанского предместья, и на левом Сен-Марсельского, бретонцы и марсельские федераты продвигаются вперёд свободно, как на параде. К 8 часам первая колонна под предводительством Вестерманна появилась перед дворцом. Штурм дворца начался в восемь часов утра. По приказу короля швейцарцы отошли в глубь помещений здания, и защита прилегающего к входу двора осталась полностью на национальных гвардейцах. Марсельцы начинают брататься с артиллеристами национальной гвардии, достигают вестибюля дворца, поднимаются по парадной лестнице и призывают швейцарскую гвардию сдаться. Повстанцы между тем вошли в вестибюль дворца, где находились другие его защитники. Никто не знает, с чьей стороны был произведён первый выстрел. Швейцарцы, стреляя сверху, очистили вестибюль и двор, бросились вниз на площадь, повстанцы рассеялись во все стороны. По ним стреляют одновременно и со стороны дворов, и со стороны сада, и со стороны города. Вся площадь представляет собой сплошное густое облако дыма, образованное беглым огнём. В этот момент подходят батальоны Сен-Антуанского предместья, и повстанцы оттесняют швейцарцев назад во дворец. Тут сопротивление делается отчаянным, большую лестницу отстаивают упорно, но наступление ведётся так бурно, что сопротивление становится вскоре бесполезным. Положение швейцарской гвардии вскоре становится угрожающим, боеприпасы иссякают и потери растут. Только тогда отдаётся приказ к отступлению. Основная часть швейцарской гвардии отступает через дворец, через сады в задней части здания, некоторые попытались укрыться в здании парламента. Некоторые были окружены, приведены к ратуше и преданы смерти под статуей Людовика XIV. Из девятисот только триста осталось в живых. Общие потери со стороны роялистов были, возможно, восемьсот человек. Со стороны повстанцев триста семьдесят шесть были либо убиты, либо ранены. Восемьдесят три из них были федераты и двести восемьдесят пять национальных гвардейцев – простые граждане из каждой отрасли торговых и рабочих классов Парижа, которые в этот день превратились в героев.

–– Король был помещён под домашний арест. Собрание хотело заключить его в Люксембургский дворец, но Парижская коммуна потребовала доставить его в Тампль, замок поменьше, который было проще охранять.

–– 10 августа вынесло приговор Законодательному собранию. Победители хотели бы распустить ассамблею и удержать власть в своих руках. Но поскольку новая Коммуна состояла из людей неизвестных, победители опасались потерять поддержку провинции. В итоге жирондисты остались и результатом восстания стал компромисс. Законодательное собрание оставалось на время, но признавало Коммуну, увеличенную путём выборов до 288 членов. Собрание сформировало временный Исполнительный Совет, состоявший из Монжа и Лебрен-Тонду, наряду с несколькими бывшими министрами Жиронды. Собрание проголосовало за созыв Национального конвента на основе всеобщего избирательного права, а Конвент должен был принять решение о будущей организации государства. Одним из первых его решений было упразднение монархии.

–– 17 августа по требованию Коммуны Законодательное Собрание учредило Чрезвычайный трибунал для суда над роялистами, защищавшими короля во время событий 10 августа. А 26 августа Собрание приняло декрет против неприсягнувших священников (не признававших гражданское устройство духовенства, введённое Национальным Собранием). На основании этих декретов в Париже и других городах Франции начались аресты неприсягнувших священников и лиц, подозреваемых в сочувствии монархии.

–– 19 августа. Прусская армия перешла границу Франции и проникла вглубь страны.

–– Осада Лонгви. 18 августа прусская армия подошла к Эшу и выдвинула свои аванпосты между Крюном и Омецем, угрожая как Тионвилю, так и Лонгви. В тот же день генерал Клерфэ расположился лагерем в Месанси. Несмотря на эти движения пруссаков, направленные против Лонгви, командующий противостоявшей им французской армией маршал Люкнер остался на своих позициях в Ришмоне и Фонтуа. Для пруссаков теперь речь шла об осаде Лонгви на левом берегу Шьера, поэтому авангард Гогенлоэ двинулся 19-го на Крюн, а армия – на Тьерселе и, таким образом, пересекла французскую границу. Авангард разбил передовой отряд армии Люкнера у Фонтуа. Французы потеряли убитыми и ранеными более 200 человек, 80 пленными и 180 лошадей. Лонгви на левом берегу Шьера был окружен 20-го числа, когда авангард выдвинулся к Виллер-ла-Монтань. Армия, под руководством короля и герцога, последовала за ним в двух группах, первая, между Шеньером и Окуром, разбила лагерь с фронтом на юг и таким образом сформировала корпус наблюдения, в то время как вторая группа образовала фронт против крепости. Принц Баденский расположился с 5 батальонами и 5 эскадронами между Мекси и Ларимонтом. Гарнизон под командованием полковника Лаверня состоял из 2596 человек, включая батальон Ангулемского полка численностью 800 человек, остальные были национальные гвардейцы. Коменданту предложили капитулировать, но получили отрицательный ответ. Второе предложение было столь же безуспешным. Обстрел с батарей начался в 11 часов вечера, но нанёс незначительный ущерб, так как темнота не позволила определить расстояние. Лишь несколько бомб и гранат взорвались в нескольких точках города и подожгли сенной склад. Ответный огонь из крепости продолжался до полуночи и прекратился, когда пошёл сильный дождь. Темпельхоф объединил всю артиллерию в одну батарею, уменьшил пороховой заряд и снова начал огонь в 5 часов утра. К 8 часам утра на город было брошено 300 бомб. В результате город загорелся. Утром 22 августа представители городской власти явились к коменданту Лаверню с просьбой сжалиться над населением и капитулировать, но комендант отказался сделать это. В 3 часа того же дня делегация вновь явилась в ратушу и призвала коменданта прекратить сопротивление вследствие невозможности противостоять вероятному штурму. При этих обстоятельствах Лавернь созвал военный совет из старших офицеров гарнизона, которые единодушно выступили за капитуляцию. Утром 23-го, когда велась подготовка к штурму крепости, коменданту была сделано третье предложение, на этот раз с успехом. Был подписан акт капитуляции, по условиям которого французский гарнизон получал свободный выход с оружием и обязательством не воевать против союзников в течение этой кампании. В 9 часов утра 24 августа гарнизон выступил из крепости, после чего австрийские войска вошли через северные, а прусские – через южные ворота в крепость. Все припасы, боеприпасы и артиллерия были переданы союзникам. Батальон Ангулемского полка ушёл в сторону Тионвиля, а два батальона национальных гвардейцев вернулась в свои дома. Позже комендант Лавернь был казнён по приговору революционного трибунала. Прусский и австрийский батальоны сформировали гарнизон от имени короля Франции. Слабое сопротивление французского гарнизона и нежелание жителей Лонгви жертвовать собой ради спасения страны утвердили союзников в мысли, что они могут беспрепятственно продолжить свое победное наступление в глубь Франции.

–– 20 августа. Законодательное собрание начинает издание серии аграрных декретов, облегчающих выкуп крестьянами прав и уплату ими повинностей.

–– 25 августа. Декрет ЗСФ об отмене без выкупа феодальных прав тех владельцев, которые не могли их доказать документами.

–– Министр юстиции Дантон, в своей речи перед Законодательным Собранием в качестве одной из мер по спасению Отечества (прусская армия взяла крепость Лонгви и двигалась на Париж) потребовал немедленного ареста «подозрительных». Собрание приняло требуемый декрет, одобрив тем самым и постановление Коммуны от 27 августа об обысках у «подозрительных граждан» и изъятии оружия. Массовые аресты в Париже прошли в ночь с 29 на 30 августа. Была мобилизована Национальная Гвардия. Каждая секция командировала по 30 комиссаров. Всех граждан обязали сидеть дома и не выходить на улицу, пока их не посетят комиссары. В мероприятии участвовало более 60 тысяч гвардейцев и федератов. Было изъято около 2 тысяч ружей, арестовано до 3 тысяч человек (часть их была вскоре выпущена). Тюрьмы были заполнены, арестованных содержали в любых пригодных для этого местах. Чаще всего для этой цели использовались монастыри.

–– Осада Вердена. В окрестности Вердена прибыла прусская колонна. Вокруг города начались бои с французами, имевшими около 3000 человек, которые продолжались до 29 августа, когда союзники усиленные 60 000 и 40 орудиями, обложили город. 31 августа союзники приступили к обстрелу крепости, который велся с 23 часов вечера до 8 часов утра. 2 сентября, несмотря на возражения полковника Николя Борепера, коменданта крепости, городской совет проголосовал за капитуляцию города. Полковник Борепер покончил жизнь самоубийством (по другим сведениям, был убит в голову пулей во время обстрела). В тот же день пруссаки вошли в город, приветствуемые местными роялистами.

–– Расправы начались с нападения на узников тюрьмы Аббатства Сен-Жермен. Днём 2 сентября, около половины третьего, толпа атаковала 6 карет с 30 арестованными священниками, которых везли в тюрьму Аббатства. Все они были убиты ударами сабель, пощажён был только аббат Сикар, который был известен своей заботой о глухонемых (он обучал их языку жестов) и поэтому был спасён узнавшими его санкюлотами. После этого толпа ворвалась в Аббатство и начала убивать находившихся там заключённых. Возник «народный трибунал» – он заседал в одной из камер, его главой был Станислав Майяр. У трибунала имелись тюремные списки, по которым вызывались заключённые и после беглого опроса одних из них отпускали, других осуждали на смерть и убивали во дворе Аббатства выстрелами из ружей и ударами сабель и пик. «Судебные» заседания были короткими. Первым делом «народный трибунал» решил судьбу 150 швейцарцев, заключённых в Аббатстве. Майяр в короткой речи объявил, что они «убивали народ 10 августа». После этого их всех перебили. Часть швейцарцев на коленях просила толпу о пощаде, но большинство мужественно встретило смерть. Затем были убиты королевские телохранители и те командиры национальной гвардии, которые 10 августа встали на сторону короля. В Аббатстве погибли заключённые там приближённые королевской семьи: бывший министр Монморен, первый камердинер короля Тьерри и другие. В Аббатстве погибло около 270 человек. На 2 сентября в парижских тюрьмах содержалось 2750—2800 человек. Большую их часть составляли лица, арестованные за уголовные правонарушения. Погибло в результате сентябрьской резни от 1100 до 1400 заключённых. Из них «политических» – от 353 до 392, «неполитических» от 737 до 1003. Даже Коммуна оказалась бессильна остановить сентябрьские расправы, что можно объяснить и тем фактом, что в её составе не было единства, и ряд её членов полностью одобрял происходящие события.

–– Осада Тионвиля. 23 августа австрийская армия из 20 000 человек под командованием князя Гогенлоэ прибыла к Тионвилю, где к ней присоединилась армия из 16 000 французских эмигрантов под командованием будущего Людовика XVIII, Карла X и Луи-Филиппа, соответственно братья и двоюродный брат Людовика XVI. На предложение сдать крепость комендант Тионвиля генерал и барон Феликс де Вимпффен ответил отказом. Князь Гогенлоэ приказал бомбардировать крепость и стал готовиться к правильной осаде. Но неожиданно был получен приказ. Одной части войска идти на Клермон, а другой – превратить осаду в блокаду и поручить ее фельдмаршал-лейтенанту Валлису. 10 сентября князь отбыл с 6 батальонами и 14 эскадронами. Оставшихся войск было недостаточно и для блокады, поэтому на город упало лишь несколько снарядов, и блокада, в основном, превратилась в череду боевых действий в окрестностях. После поражения при Вальми герцог Брауншвейгский стал отступать из Шампани, поэтому 16 октября Валлис должен был снять блокаду Тионвиля и отступить в направлении Люксембурга. Австрийцы приняли на себя обязанности по прикрытию отступающих прусских войск.

–– В ночь с 16 на 17 сентября (спустя две недели после резни в парижских тюрьмах) патруль Национальной гвардии во главе с Камю, проходя мимо Гард-Мёбль, заметил, что со второго этажа здания одна группа людей бросает вниз какие-то вещи, а другая группа их подбирает. Так как патруль был малочисленный, то Камю не рискнул сам арестовать подозрительных лиц, а бросился к главному входу здания и начал будить охрану. Когда, наконец, гвардейцы Камю и охрана Гард-Мёбль вошли в помещение, где хранились сокровища, то преступники уже скрылись, оставив разбитые стёкла и взломанные шкафы. Проведённое обследование показало, что из зафиксированных в описи сокровищ на сумму 26 миллионов ливров осталось драгоценностей только на 600 тысяч. Среди прочего были украдены 82 восточных рубина и бриллианты: Французский голубой, «Регент», «Санси», «Зеркало Португалии», «Де Гиз». По какой-то случайности преступники не заметили «Большой сапфир Людовика XIV» (138,50 карат). Несколько камней позднее были обнаружены на берегу реки, где воры делили добычу. Некоторые камни были возвращены лицами, купившими их у преступников. Однако большинство сокровищ исчезло навсегда. Согласно проведённому полицейскому расследованию, преступление носило чисто уголовный характер, дерзкую кражу совершила шайка профессиональных воров. План ограбления разработал вор-рецидивист Поль Мьет (Миетт), которого несколько дней содержали под стражей именно в Гард-Мёбль. Выйдя на свободу, он поделился своим планом с вором из Руана Каде Гийо (по другим источникам – Депероном). Вместе они собрали шайку уголовников. При этом некоторые члены банды находились под арестом в тюрьме Ла Форс, откуда выходили на совершение кражи и возвращались обратно. В ночь на 11 сентября Поль Мьет с несколькими сообщниками проник в помещение хранилища, вырезав стекло в окне второго этажа. Преступники ходили по комнатам, выискивая наиболее ценную добычу. При этом они подделали печати, и охрана не заметила следы взлома. Грабители наведывались в Гард-Мёбль несколько ночей подряд, пока их в ночь на 17 сентября не вспугнул патруль национальной гвардии. Несколько человек из преступной шайки были позднее задержаны. Главарь и четверо его сообщников были казнены ять лет спустя.

–– Сраже́ние при Вальми́. Герцог Брауншвейгский двинулся на Париж и приблизился к Аргонскому лесу. Однако Дюмурье, до сих пор постоянно тренировавший в Валенсьене своих новобранцев в мелких стычках с противником с целью последующего вторжения в Бельгию, теперь быстрым фланговым движением перебросил их к Аргонскому лесу, выстроив почти перед самым носом у прусского авангарда, перекрыв таким образом дорогу на Париж, одновременно призывая Келлермана подойти на подмогу из Меца. Келлерман откликнулся, но, прежде чем он успел подойти, северная часть линии обороны уже была взята неприятелем. Не утративший мужества Дюмурье передвинул фронт так, чтобы тот был обращён на север, правое крыло – на Аргон, а левое протянулось до Шалона-на-Марне, и в этой позиции к нему при Сен-Менегу 19 сентября присоединился Келлерман. Тем временем, герцог Брауншвейгский, миновав ущелья к северу от себя, неожиданно изменил направление, чтобы отрезать Дюмурье от Шалона. В тот момент, когда прусский манёвр был почти завершён, Келлерман, командующий армией в момент временного отсутствия Дюмурье, двинул вперёд своё левое крыло и занял позицию между Сен-Менехолдом и мельницей на краю селения Вальми. Результатом противостояния и стала «канонада при Вальми». Сорокасемитысячная пехота Келлермана, состоявшая в основном из регулярных частей, уверенно держала строй, а французская артиллерия оправдала свою репутацию лучшей в Европе. В конце концов, после неуверенной двукратной атаки тридцатипятитысячная пехота герцога Брауншвейгского прервала бой и отступила. Потери французов составили 300 человек, а их противников – 184 человека. Хотя потери сторон были незначительными, тем не менее победа при Вальми стала поворотным моментом военной кампании. Десять дней спустя, без единого выстрела, армия союзников начала отход, но Дюмурье серьёзно не преследовал их. Вместо этого он занимался главным образом ведением целой серии искусных и осторожных переговоров, которые, на фоне общего наступления французских войск, привели к полному исходу интервентов-союзников с территории Франции.

–– 21 сентября – декрет Конвента об упразднении королевской власти и установлении республики.

–– 21 сентября. В Париже открыл свои заседания Национальный конвент. 22 сентября Конвент упразднил монархию и провозгласил Францию республикой. Количественно Конвент состоял из 160 жирондистов, 200 монтаньяров и 389 депутатов Равнины, всего 749 депутатов. Треть депутатов участвовала в предыдущих собраниях и принесла с собой все предыдущие разногласия и конфликты.

–– Осень – массовое движение рабочих во Франции. Фактическая отмена августовских декретов о порядке распродажи эмигрантских земель.

–– Осада Лилля. Главным препятствием к осаде Лилля была близость французского отряда в Маульдском укрепленном лагере (вблизи Турне). Генерал Латур, подчиненный герцогу Альберту, с 12 тысячами войск без труда вытеснил французов. Тогда осадный корпус, в составе 11 тысяч пехоты, 1840 человек конницы, с многочисленной артиллерией 24 сентября подошёл к Лиллю и расположился лагерем у Гелемма. Но так как сила осадного корпуса австрийцев была слишком мала, чтобы блокировать такую обширную крепость, то они оставили на западной стороне крепости только отряд кавалерии для наблюдения. Герцог планировал принудить крепость к сдаче бомбардированием с восточной стороны. С 29 сентября по 4 октября австрийцы вели энергичный огонь по крепости из 29 орудий и разрушили около 200 домов. Но эта бомбардировка не произвела должного впечатления. Между тем, гарнизон, пользуясь ошибками осаждавшего, все время получал подкрепление запасами и людьми, так что численность его возросла до 14 тысяч. Герцог Альберт, видя, что его попытка взять Лилль должна окончиться неудачей, и узнав, что герцог Брауншвейгский отступает из Шампани, решил снять осаду Лилля и 8 октября перешёл через реку Марк, потеряв при осаде 214 человек. Узнав о приближении генерала Дюмурье он отступил ещё далее, к Монсу.

-– 29 сентября французский генерал Кюстин со своим корпусом в 17 тысяч человек выступил из Ландау, и на следующий день прибыл к Шпейеру. Слабый отряд союзных войск сначала встретил французов в открытом поле, но, отброшенный в результате боя в город, вскоре сложил оружие. Чуть позже был захвачен Вормс. В начале октября Кюстин направил свою армию на захват Майнца, но, обманутый ложными слухами, вернул ее к Шпейеру. Только в середине месяца, убедившись в отсутствии противника перед его силами, с 13 тысячами вторично двинулся к Майнцу. Остальные его части остались оборонять Шпейер и Вормс от предполагавшихся диверсий со стороны отрядов князя Эстергази и принца Конде. В Майнце царила паника. 5 октября полки герцога Нассау эвакуировали крепость. Дворяне, епископы, аристократы и их слуги быстро покинули город. По оценкам, от четверти до трети из 25 000 жителей бежали. Какая-то часть революционно настроенного населения ждала прихода французской армии, но около 5000 заявили о своей готовности защищать город. 5000 добровольцев и 3000 гарнизона было достаточно для прикрытия находившихся в хорошем состоянии укреплений города, обеспеченных артиллерией. В ночь на 18 октября авангард генерала Жана Николя Ушара подошел к Вайзенау, а 19-го числа французская Вогезская армия начала окружение Майнца. Правый фланг французов базировался в деревне Хехтсхайм. Были заняты Бретценхайм, Зальбах, мельница и высоты у Гонсенхайма и лес у Момбаха. Штаб-квартира расположилась в Мариенборне. Одна из французских колонн подошла на расстояние пушечного выстрела к городу. Майнцские войска, строившие передовые укрепления, обстреляли и ранили нескольких человек. По завершении операции окружения гаубичные батареи открыли огонь по форту Гаупштайн и всему вокруг, но так как это были всего лишь полевые орудия, французы быстро осознали невозможность бомбардировки города шестидюймовыми снарядами. Инженер Клеманси предложил использовать раскаленные ядра, но Кюстин сказал, что получит город, не прибегая к этим зажигательным средствам. 20 октября на совместном военно-гражданском совете под председательством коменданта графа Гимниха, поддавшимся настроениям значительной части горожан, приветствовавших идеи французской революции, было решено капитулировать без боя. 21 октября французы вошли в город. Гарнизон обязался в течение одного года не служить против Франции. Австрийские подразделения – 1000 штыков – ушли на правый берег Рейна на соединение с частями князя Эстергази. После овладения Майнцем Кюстин отправил отряд для занятия Франкфурта, который также капитулировал и выплатил большую контрибуцию. Затем была занята крепость Кёнигштайн, и французские отряды стали продвигаться между Рейном и Ланом.

–– Сражение при Жемаппе. После поражения сил антифранцузской коалиции при Вальми французские войска вступили в Австрийские Нидерланды. Основные силы австрийской армии были сосредоточены на укреплённых позициях в районе Жемаппа и прикрывали юго-западные подходы к крепости Монс. Герцог Саксен-Тешенский сделал ошибку, не пополнив сои силы войсками из Турне и Фландрии. Численное превосходство в сражении было на стороне французов: 42 тысячам солдат генерала Дюмурье противостояло лишь 17 тысяч австрийцев. С рассветом 6 ноября французский главнокомандующий построил войска, и артиллерия открыла огонь по противнику у Кареньона. В 8 часов дивизия Миранды пошла в наступление и к 10 утра выбила австрийцев из деревни. Но дальнейшее ее наступление на Жемапп было остановлено огнем противника. Обеспокоенный приостановкой наступления левого фланга, Дюмурье приказал во что бы то ни стало овладеть Жемаппом. 12 французских батальонов двинулись в атаку, но, встреченные сильным огнем с фронта, продвинулись вправо и ворвались в деревню с тыла, в то время как 3 батальона, пробравшись через болотистую речку Труль, обошли австрийцев слева и выбили из Жемаппа. В 12 часов дня в наступление пошёл центр герцога Шартрского, построенный в густых колоннах по-батальонно, и двинулся к лесу Фленю. Первые батальоны, проникнув в лес, были обстреляны тирольскими стрелками и картечью и в беспорядке отошли. В этот критический момент герцог Шартрский и его генералы и офицеры сплотили бежавшие войска, подкрепили пехотным и гусарским полками и восстановили бой по всей линии. Герцог Шартрский, составив густую колонну и вручив ей трехцветное знамя, приказал идти в атаку. Солдаты стремительно бросились вперед и выбили тирольцев из леса. В это время справа от Жемаппа показался авангард колонны Феррана. Попав под перекрестный огонь, австрийцы дрогнули и стали отходить на Монс. На правом фланге в полдень авангард Бернонвиля начал наступление на Кюэм. Невзирая на сильный огонь, батальоны Дампьерра взобрались на скаты Кюэма и Панизеля, сбили противника и прорвались сквозь линию редутов в тот момент, как Шамборан и Бершини атаковали левый фланг австрийцев и привели его в расстройство. В это время на поле сражения подоспели свежие три эскадрона драгун, смяли гусар Шамборана и отбросила их в долину. Австрийцы ободрились, перешли в контратаку и выбили Дампьерра из взятых укреплений. Французы поспешно отступали от Кюэма. Вовремя прибывший Дюмурье воодушевил солдат Дампьерра и, став во главе конницы Шамборана и Бершини, лично повел всю эту массу в атаку. Войска устремились к Кюэму и, опрокинув пехоту противника, ворвались в редуты. В 2 часа дня Кюэм уже находился в руках французов, и сражение закончилось. Остатки австрийских войск спешно отошли к Брюсселю. Результатом этой победы стало занятие французской армией всех Австрийских Нидерландов. В этом сражении французы применили новую тактику ведения боя: войска были построены в колонны в сочетании с рассыпным строем. Ударом по правому флангу и центру австрийских позиций французская армия прорвала линейно построенную оборону противника и опрокинула его.

–– Осада Намюра. Город Намюр приобрёл большое стратегическое значение. Он являлся ключевым узлом обороны левого крыла нидерландской армии, через которое осуществлялась связь с Люксембургом. В свою очередь Люксембург служил центром обороны правого крыла армии, действовавшей между Мозелем и Средним Рейном. После битвы при Жемаппе французский генерал Жан-Батист Валанс разделил свои силы. 15 тысяч человек из победившей армии были отправлены на осаду Антверпена; остальные, 35 тысяч человек, направились к Маасу. Один отряд вошел в Льеж 28 ноября под радостные возгласы жителей; остальные предприняли осаду города Намюр. Три французские бригады расположились лагерем вокруг Намюра в ожидании прибытия артиллерии из Живе. Гарнизон Намюра, в то время слабо укреплённого, целиком перешёл в крепость. Вскоре французы начали её осаду. 21 ноября они захватили Нижний город. Но австрийцы укрепились в цитадели. Там находились 2300 австрийских солдат и имелись большие запасы провианта и боеприпасов. 27 ноября по приказу Валанса перед цитаделью были начаты работы по установке осадных мортир. Вскоре началась мощная бомбардировка. Уже в ночь на 1 декабря был взят штурмом форт Виллет. А 2 декабря солдаты гарнизона сложили оружие, и французы полностью овладели крепостью.

–– Осада Антверпена. 18 ноября генералы Ламарльер и Шампморен с авангардом прибыли перед Антверпен, первый – на правый берег Шельды, второй – на левый. Генерал Ламарльер, прибывший первым, предупредил магистрат о подходе французской армии, который поспешил распахнуть городские ворота, так как все жители Антверпена считали французов своими освободителями. Комендант, полковник Молитор, хорошо знавший настроение антверпенцев, заперся с гарнизоном из 1100 солдат в цитадели. На предложение капитулировать он ответил, что будет защищать вверенный ему пост до последней крайности. 19 ноября часть дивизии Ламарльера вошла в город, другая расположилась в соседних деревнях. 21 ноября левый фланг французской Северной армии – около двенадцати тысяч – прибыл под Антверпен и расположился лагерем по эту сторону Бергема, примерно в восемнадцати сотнях туазов от цитадели. Саперные офицеры провели рекогносцировку крепости. 22 ноября на военном совете под председательством генерала Лабурдонне было решено заложить параллели и установить батареи перед бастионом Паниотто, ключом всей обороны цитадели. 26 ноября в десять утра, после рассеивания тумана, осажденные открыли артиллерийский огонь, часто прерываемый без видимых причин. Днем вместо генерала Лабурдонне прибыл генерал Миранда, принявший командование над осадной армией. Он потребовал ускорить прибытие тяжелой артиллерии. В ночь на 27 ноября активно продолжилось строительство батарей. Австрийцы освещали эти работы несколькими «огневыми котлами», используя которые, корректировали огонь своей артиллерии. Около полудня Миранда предложил коменданту капитулировать, но снова получил отказ. В семь часов вечера австрийцы ненадолго возобновили артобстрел. В ночь на 28 ноября продолжились работы над продвижением батарей и совершенствованием траншей, которые начинает заливать вода. Начинается установка 10 мортир, 6 гаубиц и 4 пушек на трех батареях. Осажденные, заметив эти работы, удваивают огонь. В час дня открывает огонь первая французская батарея. В два часа – вторая, затем – третья. К четырём часам вечера артиллерийский огонь из цитадели был подавлен. Французские бомбы и снаряды подожгли несколько зданий в цитадели. Две казармы и половина арсенала охвачены пламенем. В половине пятого генерал Миранда отправил коменданту предложение сдать крепость, чтобы предотвратить ненужное кровопролитие, грозя в противном случае продолжить обстрел. В шесть часов вечера офицер, присланный комендантом, дал от имени военного совета письменное согласие на капитуляцию. 29 ноября, в одиннадцать часов, подписывается окончательная редакция акта о капитуляции. Батальон французских гренадеров овладел воротами цитадели, выходящими на эспланаду. 30 ноября днем полковник Молитор с гарнизоном покинул цитадель и, сложив флаги и оружие, стал военнопленным. После сдачи антверпенской цитадели генерал Миранда двинулся к Рёрмонду на реке Маас, но прибыл уже тогда, когда австрийская армия успела переправиться через эту реку.

–– 20 ноября. Обнаружение в покоях короля в Тюильри железного сундука, содержащего секретную переписку Людовика XVI с Мирабо и иностранными монархами.

–– 27 ноября. Конвент объявляет о присоединении Ниццы и Савойи к Франции.

–– Штурм Франкфурта. Густой туман покрыл местность, и союзники смогли незаметно занять позиции перед городом. Вскоре головы их четырёх колонн показались со всех сторон. В одно и то же время были атакованы ворота в сторону Эссенхайма, Фридберга и Всех Святых, а сильный отряд двинулся на предместье Заксенхаузен, где закрепилась часть французского гарнизона. Одновременно начался обстрел французских позиций и города артиллерией союзников. Генерал Ван Хельден сообщил генералу Кюстину о приближении гессенских колонн и принял следующие меры. Отряд из 200 человек занял Заксенхаузен, 80 человек заняли башню на Главном мосту; на линии резерва стояли 2 роты линейных войск, 1 батальон национальной гвардии, 2 орудия и кавалерийский отряд; остальной гарнизон был так разделен, что у каждых ворот было около 100 человек, а у каждого бастиона – от 30 до 50 человек. Генерал Ван Хельден, знавший о плохом состоянии франкфуртских укреплений, слабости гарнизона и враждебном духе населения ещё до того, как начался штурм, прибыл к Фридбергским (Нойетор) воротам и собирался начать переговоры, но его собственные люди помешали ему сделать это. Пруссаки и гессенцы, превосходившие численно и хорошо знавшие о слабости средств защиты города, двинулись в открытую. Когда они подошли на половину расстояния пушечного выстрела к Заксенхаузену, Ван Хельден, установивший там батарею, приказал стрелять картечью, залпы которой приостановили движение противника, но вскоре тот сплотил свои ряды и продолжил атаку. 4-я гессенская колонна, узнав о том, что французы не ожидают с этой стороны атаки, и ворота распахнуты, почти бегом двинулась к Нойетору, однако была встречена залпом, простояла под огнем полчаса и отступила. 3-я колонна, атака которой была направлена на Ворота Всех Святых, прибыла сюда почти одновременно с атакой 4-й колонны на Нойетор и вступила в перестрелку с французами. Около получаса результат оставался неопределённым, когда большая толпа жителей города, вооружённых пиками, вилами, топорами, вначале разбила колеса французских пушек и перерезала сухожилия лошадям, тащившим артиллерию, направлявшуюся к атакованным воротам, а затем бросилась к Фридбергским и Воротам Всех Святых, перебила французов и распахнула их, чтобы пропустить атакующих. Пруссаки и гессенцы ворвались на улицы города в сопровождении восставшего народа. Король Пруссии и герцог Брауншвейгский последовали пешком в город за своими колоннами. В это же время 1-я колонна овладела Заксенхаузеном и перешла через Майн по опущенному горожанами подъемному мосту. Среди обороняющихся французов началась паника, многие бежали из города, не оказывая сопротивления, другие сдавались в плен. Ван Хельден, напуганный угрозами толпы, вернулся от Фридбергских ворот в свою штаб-квартиру, где был взят в плен. 600 человек, оставшиеся от французского гарнизона, выстроились в колонну и штыками проложили проход через толпу, и, выйдя через Боденхаймские ворота, присоединились к своим аванпостам за городом. Лёгкая кавалерия и 200—300 французов, оборонявшихся в Заксенхаузене, также беспрепятственно отступили. Часть гарнизона бежала через северо-западные ворота в сторону Боккенхайма, где стояли французские войска, но гессенская конница прошла через Франкфурт рысью и захватила за городом около пятисот пленных. Так как обстрел со стороны союзников длился около часа, то более 70 домов были значительно повреждены, а некоторые загорелись. Несколько батальонов под командованием французского генерала Нойвингера подошли из Боккенхайма к Франкфурту и завязали бой с гессенцами, но поскольку в это же время авангард пруссаков прошёл между Фридбергер-Варте и Праунхаймом и продвигался от Бертрамсхофа к Боккенхайму, Нойвингер отступил частично на Боккенхайм, частично на Геллерхоф, преследуемый кавалерией противника. Одновременно с атакой на Боккенхайм, деревни Эккенхайм и Хеддернхайм, лежащие на Нидде и занятые войсками полковника Ушара, также были атакованы войсками принца Гогенлоэ. После обмена несколькими пушечными выстрелами Ушар отвел свою артиллерию и пехоту на правый берег Нидды, а затем французы отступили на Обер-Урзель. Союзники овладели всем течением Нидды. С другой стороны, Нойвингер после активной канонады со стороны Калькройта был вынужден отступить сначала из Бокенхайма в Рёдельхайм, а затем оттуда в Хёхст. Кюстин, потерпевший поражение во Франкфурте и на берегах Нидды, в ночь на 3 декабря отступил в Майнц и Хоххайм и сосредоточил свои силы между этим местом и Висбаденом. Французы потеряли во Франкфурте 41 убитыми, 139 ранеными, но 1158 пленными, среди которых генерал Ван Хельден и 44 офицера. Гессенцы – 170 убитыми и ранеными. После захвата Франкфурта прусская армия двинулась против главных сил Кюстина, который оставил свои позиции и с боями отступил в первой половине декабря на левый берег Рейна, удержав на правом только предмостное укрепление у Кесселя и крепость Кёнигштайн. Главные силы союзников расположились на зимних квартирах.

–– 11 декабря начался суд над королём в Конвенте. Людовик (на суде именуемый гражданин Луи Капет) держал себя с большим достоинством и, не довольствуясь речами избранных им защитников, сам защищался против возводимых на него обвинений, ссылаясь на права, данные ему конституцией.

–– 15 декабря. Декретом Конвента уничтожаются все феодальные права и повинности на территориях, занятых французской армией.

–– 27-28 декабря. В Конвент вносится предложение о всенародном голосовании по вопросу судьбы короля. Против него выступает Робеспьер, который заявляет, что «Людовик должен умереть, чтобы нация могла жить». Конвент отклоняет это предложение.

1793 год

Первая Французская республика: Национальный конвент.

Председатель Национального конвента: Филипп-Жак Рюль.

Члены комитета общественного спасения: Максимилиан Робеспьер, Луи Антуан Сен-Жюст, Жорж Кутон.

Вечером 16 января началось голосование депутатов, вызываемых поимённо. Через 24 часа Людовик был приговорён к смертной казни большинством голосов: 361 голос за казнь, при 360 голосах против, при этом 26 голосов за смертную казнь были с оговоркой об отсрочке её исполнения. 18 января новым голосованием Конвента в отсрочке было отказано. Бывший король Людовик с большим спокойствием выслушал приговор и 21 января взошёл на эшафот. Его последними словами на эшафоте были: «Я умираю невинным, я невиновен в преступлениях, в которых меня обвиняют. Говорю вам это с эшафота, готовясь предстать перед Богом. И прощаю всех, кто повинен в моей смерти».

–– Маркиз Лепелетье де Сен-Фаржо выступил в пользу суда над Людовиком XVI и подал решающий голос (за – 361, против – 360), проголосовав за смертный приговор королю. Был убит в ресторане в Пале-Рояль членом Гвардейского корпуса Франции Филиппом Николя Мари де Пари при невыясненных обстоятельствах за несколько часов до казни Людовика XVI.

–– Январь. Французский посол выслан из Великобритании.

–– Начало года. Народ Франции требует закона о максимуме. Агитация «бешеных» (Жак Ру, Жан-Теофиль Леклерк, Варле).

–– Французская республика 1 февраля объявила войну Республике Соединённых провинций и Англии. Французская Северная армия генерала Шарля-Франсуа Дюмурье вторглась в Голландию с юго-запада, устремляясь к Бреде, в то время как корпус Франсиско де Миранды продвигался вперед вдоль реки Маас по направлению к сильно укреплённому городу Маастрихт. Миранда надеялся взять город за несколько дней всего с 15000 человек и окружил его со стороны пригорода Вик. Для прикрытия блокадного корпуса Миранды генерал Валанс с 25000 занял позиции позади Рёра, генерал Ламарльер с 3500 стал в Нермунде, генерал Шанморен с 6000 занял позиции в Стефансверте и Венлоо и прикрыл там левое крыло обсервационного корпуса. Голландский гарнизон из 4500 человек возглавлял губернатор Маастрихта принц Фридрих Гессен-Кассельский. Им помогали около 1200 французских эмигрантов, в том числе 300 офицеров, под командованием Жана Тереза де Бомон д’Отишама, бывшего генерала от кавалерии французской королевской армии. Миранда написал осаждённым, чтобы те капитулировали, добавив, что после падения десятой бомбы город капитулирует. 6 февраля Миранда завершил обвод Маастрихта и Вика циркумвалационной линией. Сапёрные работы заняли около двух недель, после чего в течение десяти дней город подвергался сильным бомбардировкам. Четыре 16-ти фунтовых орудия и десять мортир составляли всю французскую артиллерию. Большинство снарядов были не мортирного калибра, тем не менее в результате обстрелов было разрушено более 800 зданий. Наибольший ущерб был нанесён в северо-западной части города. Узнав о приближении австрийской армии Миранда приказал 2 марта своим войскам отступать. 4 марта герцог Кобургский триумфально вступил в город со своей армией.

–– 14 февраля. Конвент аннексирует княжество Монако.

–– 26 февраля. Конвент санкционирует конфискацию имущества всех врагов революции и его безвозмездную передачу «нуждающимся патриотам».

–– 1 марта. Декрет Конвента присоединяет Бельгию к Франции.

–– Весна.  Оформление первой коалиции: Великобритания, Австрия, Пруссия,  Голландия, Испания, Сардиния, Неаполь, многие мелкие немецкие государства.

–– Сражение при Альденховене. Австрийская армия переправилась через Рёр в ночь на 1 марта. Авангард, вторая линия и корпус князя Вюртембергского переправились через реку у Дюрена, а к северу от них первая линия и отряды генерала Латура переправились по броду рядом с Юлихом и по наведенному мосту. Союзники атаковали вдоль всей длинной линии французов между пятью и шестью часами утра 1 марта. Бои длились весь день. На северном крыле генерал Латур атаковал Линних. В центре генерал Клерфайт наступал на Альденховен, в то время как эрцгерцог Карл атаковал Лёнген, расположенный западнее по дороге из Юлиха в Ахен. На южном крыле князь Вюртембергский наступал на Эшвайлер по дороге из Дюрена в Ахен. В центре оборонительной линии французы построили редут в Косларе, к востоку от Альденховена, и эту позицию защищали два батальона, но так как Клерфайт стал обходить эту позицию, двигаясь в сторону Лоренсберга, французы были вынуждены отступить в направлении Хёнгена. Два редута защищали французские позиции в Хёнгене, по одному с каждой стороны дороги. Лануэ надеялся защитить эту позицию, но когда австрийцы стали обходить и эту вторую позицию, французы стали готовиться к отступлению в направлении Ахена. Запланированное планомерное отступление было сорвано атакой австрийской кавалерии под командованием эрцгерцога Карла. Драгуны и гусары выбили артиллеристов с их позиций на редутах и атаковали пехоту, находившуюся позади редутов. Эта неудача деморализовала французскую пехоту, и она оставила линию обороны и бежала. Лануэ попытался сплотить войска у Санкт-Ёриса, но безуспешно. Затем он отдал приказ корпусу отступить к Ахену, но был вынужден закрыть городские ворота, чтобы армия не застряла в городе, и французы были вынуждены обходить Ахен. Австрийцы, основательно переправившись через Рёр, ночью расположились лагерем между Альденховеном и Эшвайлером.

–– В начале года управлявший Францией Национальный конвент, опасаясь вторжения союзных армий, постановил произвести новый набор в 300 тысяч человек. Этот декрет послужил сигналом для выступления. Помимо этого, причиной недовольства послужило начало регулирования цен на хлеб в зависимости от региона и его богатства. В Вандее больших городов к тому моменту не было, а потому хлеб на продажу вандейцы возили в соседние области, в результате чего цена на хлеб стала непомерно высокой. Постепенно усиливаясь, волнения перешли в открытое восстание. Мятеж разливался с чрезвычайной скоростью. 4 марта в городке Шоле молодёжь расправилась с командиром местной Национальной гвардии. Спустя неделю, 10 марта, противники рекрутского набора столкнулись с республиканцами в Машкуле: счёт жертв среди последних пошёл на сотни. 11 марта несколько тысяч крестьян выгнали из местечка Сен-Флоран республиканских чиновников и выбрали себе предводителем некоего Жака Кателино, бывшего торговцем полотном. Вскоре к ним присоединились отряд под руководством лесничего Ж.-Н. Стоффле и другие отряды. В течение нескольких дней во всех Вандейских приходах не умолкал звон набата, и около 100 тысяч крестьян взялись за оружие. Из шести главных предводителей (Морис де Эльбе, Шарль де Боншан, Анри-Дюверже Ларошжаклен, Франсуа Шаретт, Жак Кателино и Никола Стоффле) первые четверо принадлежали к старому дворянству, а остальные – к низшему сословию. Кателино, избранный главнокомандующим, 15 марта овладел Шолем, захватив до 700 пленных и 4 орудия. Такой успех способствовал повсеместному усилению восстания. На западе Вандеи отставной морской офицер Франсуа Шаретт с 4 тысячами крестьян взял город Парпик. У Шантони появилась значительная толпа под начальством Руарана, и, кроме того, повсюду появились мелкие отряды, угрожавшие городам и даже Нанту. Всё это импровизированное ополчение не имело организации, страдало отсутствием дисциплины, нуждалось в оружии и деньгах, действовало без общего плана, но было проникнуто религиозным воодушевлением и чёткой решимостью не подчиняться ненавистному Конвенту. Их первоначальному успеху способствовала топография местности и слабость и плохое состояние республиканских сил. В это время в Вандее регулярных войск почти не было, а Национальная гвардия, разбросанная по стране мелкими отрядами, оказалась не в состоянии противодействовать волне восставших. Начальник республиканских войск в южной части Вандеи генерал Марсе, с 3 тыс. чел. и 7 орудиями (небольшая часть – регулярные войска из Ла-Рошели, остальные национальная гвардия) овладел городом Шантони, пользуясь тем, что крестьяне разошлись для обработки полей, но 19 марта его отряд потерпел поражение при Сен-Венсане, после чего д’Эльбе двинулся к Шаланну и занял этот город 21 марта. После этого наступил временный перерыв, использованный обеими сторонами на организацию своих сил. Разбросанные до этого момента отряды инсургентов вошли в связь между собой, распределились соответственно селениям или приходам и избрали старших и младших командиров. Получив известия о происшествиях в Вандее, Национальный конвент объявил всех участвующих в восстании вне закона, но не имел возможности принять более действенные меры. Убедившись в серьёзности положения дел после поражения при Сен-Венсане, конвент распорядился сформировать два корпуса: на западной и южной границах Вандеи (20 тысяч) под командованием генерала Беррюйэ – по большей части неопытные и новонабранные войска; другой корпус, за Луарой, под командованием генерала Канкло, но вначале в его распоряжении было только 4 тысячи полевых войск Бейсера (Beysser) в Нанте. Согласно плану Беррюйэ республиканские силы были разделены на 5 колонн и в первой половине апреля должны были начать движение в лесистую часть Вандеи и, продвигаясь постепенно вперёд, оттеснить роялистов к морю либо к Луаре. План этот был хорош только при значительном превосходстве сил; при их слабости подобное разобщение должно было иметь неминуемым следствием поражение республиканцев по частям.

–– После поражения при Альденховене и Нюремонде и наступательного движения принца Кобургского, французская армия отступила к Лёвену. Новый французский главнокомандующий Дюмурье пришел к заключению, что только после вытеснения союзников за Маас он мог с успехом продолжать борьбу против Голландии, а потому решил атаковать противника 14 марта. Французы двинулись к Тирлемону, потеснив здесь австрийский авангард. Эрцгерцог Карл (32 000 пехоты, 10 000 кавалерии) отошёл за реку Геету, на её левом берегу, где и расположился в две линии. 18 марта французы (42 000 пехоты, 5500 кавалерии) атаковали восемью колоннами оба фланга союзников и вначале на левом фланге (13 000 пехоты и 2000 кавалерии) имели успех, но в 15:00 двукратная контратака австрийцев заставила их бежать за Геету. Атака на правом крыле была также сперва успешна. Французы вскоре взяли деревни Рокур, Обервинден и Неервинден. Дальнейшее наступление на лежащие позади высоты было остановлено, а потом контратака противника и здесь заставила французов отступить по всей линии. 19-го Дюмурье отошел на высоту у Гейдзеговена, а 20-го к Лёвену. Потери австрийцев составили около 3000 убитыми и ранеными, французы же потеряли около 4000 и 30 орудий. Поражение при Неервиндене сильно подорвало боевой дух французских войск, в результате их армия из-за дезертирства сократилась до 20 тысяч человек.

–– Апрель. Якобинцы изменили свою позицию и стали выступать за установление твёрдых цен.

–– Декрет о продаже «национальных имуществ», направленный против мелкого и среднего крестьянства. Крестьянские выступления в департаментах Гар, Ло, Сена-и-Уаза, Марна.

–– 6 апреля. Создан Комитет общественного спасения с широкими полномочиями, в частности с правом контроля над деятельностью министерств. Комитет заседал ежедневно при закрытых дверях, действовал в качестве исполнительной власти, отдавая непосредственно приказания гражданским и военным чиновникам. Он отправлял комиссаров в армию, вёл переписку с ними, руководил дипломатией. Реальным руководителем Комитета являлся Дантон.

–– С 7 апреля 1-я колонна Буляра (4 тысячи) двинулась в юго-западном направлении на Сабль д’Олон, Сен-Жиль и Бовуар. Спустя 2 дня вступили в северо-восточную Вандею остальные колонны: 2-я колонна Кетино (2400 человек) от Брессюира на Лезобье; 3-я колонна Легонье (10 тысяч) в направлении Вигье – Везен – Шоле; 4-я колонна самого Беррюйэ (3600 человек) – от Сен-Ламбера на Шемилье, а 5-я колонна Говилье (2400 человек) должна была переправиться через Луару и идти к Сен-Флорану. Роялисты, собрав до 30 тысяч человек, сосредоточились 9 апреля у Шоле, а отряд Боншана занял Сен-Флоран. 11 апреля их главные силы двинулись на Шемилье и, встретив корпус Беррюйэ, разбили его в тот же день, но зато другие республиканские колонны продолжали двигаться вперёд и совершенно стеснили роялистов, отступивших сначала к Бопрео, а затем к Тифожу. Здесь роялисты были подкреплены отрядом крестьян под командованием молодого дворянина Анри Ларошжаклена, который одержал победу над одной из республиканских дивизий у Обье, после чего Боншан атаковал колонну Кетино у Лезобье (13 апреля) и нанёс ей поражение. Три дня спустя (16 апреля) Кателино и д’Эльбе встретили отряд Легонье между Короном и Везеном и разгромили его, а 20 апреля при Бопрео такая же судьба постигла колонну Ровилье, атакованную соединёнными силами д’Эльбе и Боншана. Тогда Беррюйэ, находившийся между Жалле и Шемилье, вынужден был отступить на Пон-де-Се. Таким образом северо-восточная Вандея была очищена от республиканских войск. Часть республиканцев была заперта в Брессюире и Фонтене. Насколько роялисты действовали успешно в северо-восточной части Вандеи, настолько неудачны были их действия на юго-западе. Энергичное наступление Буляра с юга не мог остановить Шаретт. Войска его упали духом. К тому же из Нанта на соединение с Буляром через Машкуль (где был уже 20 апреля) спешил отряд Бейсера. Дружина Шаретта рассеялась, а сам он был вынужден бежать в селение Вьельвин. Вслед за этим Бейсер занял город Леже, вошёл в связь с колонной Буляра, в результате чего к началу мая республиканцы установили контроль над морским побережьем.

–– Тем временем на северо-востоке Вандеи главная армия роялистов д’Эльбе (20 тысяч, 12 орудий) овладела Шатильоном, Аржантоном, Бресюиром и Вийе, а затем, окружив отряд Кетино у Туара (5 мая), заставила его сдаться, захватив 12 орудиями и 6000 ружей. Здесь к армии роялистов присоединился храбрый и опытный маркиз де Лескюр и знаменитый искатель приключений епископ Агрский.

–– Сражение при Валансьене. 25 мая герцог Йоркский послал парламентера в Валансьен с требованием сдать предместье и передовую позицию Марли. Борегар, назначенный генералом на 2 дня, и капитан инженеров Жан Дембаррер, отказались сдаться. В воскресенье 26 мая австрийские войска фельдмаршала Феррариса при поддержке 80 орудий вышли из Солтена тремя колоннами и одновременно атаковали Марли во всех пунктах. Единственная французская батарея на опорном пункте вела огонь и вызывала опустошение в рядах противника. После 3 часов боев 2 полевые батареи были установлены на передовые позиции у Кардонских ворот. Французские солдаты, измученные усталостью, понесшие значительные потери, оставшиеся без командира и артиллерии, на левом фланге бросились бежать, но у Кардонских ворот были остановлены подоспевшим Борегаром. К концу дня горевший пригород Марли был в руках австрийцев. Из 4000 гарнизона французы потеряли 190 убитыми, 400 ранеными, также из 25 артиллерийских орудий 14 были захвачены противником, а остальные 11 повреждены. 27, 28 и 29 мая были проведены работы, необходимые для обеспечения безопасности города. Ремонт шлюзов и дамб позволил ускорить затопление. Австрийцы установили в Анзене батареи, вооружённые 14 мортирами, англичане установили в Брикете 2 мощные батареи из орудий и мортир. В ночь с 13 на 14 июня осаждающие открыли огонь из своей тяжёлой артиллерии. Днем герцог Йоркский направил новое требование о капитуляции муниципалитету и коменданту, на которое получил отказ. В ответ на этот отказ в 7 часов вечера был открыт огонь из всех своих батарей первой параллели, из четырнадцати мортир, установленных в Анзене и окрестностях, и из шести других мортир, размещенных на высотах у Фамарского шоссе. Град снарядов обрушился как на позиции защитников со стороны Монса, так и на кварталы со стороны Турне, Нотр-Дама, Бегинажа, Камбре, и менее чем через десять минут пятьдесят пожаров охватили эти кварталы. Всю ночь с позиций у Анзена и с фамарского шоссе через каждые пять минут продолжался обстрел из мортир по Валансьену. Первая бомбардировка обескуражила жителей Валансьена. Они шумно собирались на улицах и кричали о капитуляции. Представители Конвента Бриез и Кошон пытались успокоить их и взывали к храбрости и патриотизму. Это недовольство горожан не умерило пыл ни старого генерала Феррана, ни его храброго гарнизона, который даже предпринял несколько вылазок. Нехватка осадных боеприпасов, а также потери от обстрела с крепости и свирепствующей эпидемической болезни вынуждали герцога Йоркского предпринять штурм. Поэтому вначале он намеревался захватить в одном из мест прикрытый путь и взорвать палисады, прикрывавшие вал. Эта операция подведения и взрыва мин должна была увенчаться успехом. 25 июля, в девять часов вечера, все было готово к штурму, который осуществлялся тремя колоннам. Первая из них, состоявшая из англичан, двинулась слева от выступающего угла горнверка; вторая, образованная австрийскими войсками, двинулась справа от этого горнверка и шла под командованием графа Д’Эрбаха; третья, состоявшая из венгров и валахов, под командованием генерала Венкгейма двинулась против ещё одного небольшого горнверка и прикрывающей его флеши. Чтобы отвлечь внимание от места штурма, усилили артиллерийский обстрел крепости. Страшный взрыв уничтожил два валварка вместе с их защитниками и открыл широкий пролом в палисаде и части крепостных стен между воротами на Кардон и Камбре. Первая и вторая атакующие колонны тут же бросились в брешь. Завязался ожесточенный бой, французы отступили и их энергично преследовали до ворот цитадели, у которых произошла ужасная бойня, потому что их не открыли из-за опасения, что противник войдет в город вместе с беглецами. Жан Анри Бекэ Ферран поспешил к этому пункту и контратакой одним полком восстановил порядок. Осаждавшие отступили и сохранили в своих руках только один горнверк. Генерал Край, который во время этой атаки занял редуты Сен-Рош и Нуармутье, также оставил их после того, как подвергся обстрелу из крепости. 26 июля герцог Йоркский снова обратился с требованием о капитуляции. Под нажимом горожан и деморализованных солдат Совет обороны согласился капитулировать, добившись почётных условий для выхода гарнизона с оружием и обязательством не воевать против союзников. Капитуляция была подписана 28 июля. Противник в тот же день занял передовые позиции и внешние посты разрушенного города и цитадели.

–– 4 мая. Введение твёрдых цен на зерно во Франции (первый максимум).

–– Середина мая. Создание «Комиссии 12-ти» Конвента. Контрреволюционный переворот жирондистов в Лионе. Попытки жирондистов захватить власть в ряде других городов.

–– Армия роялистов разделилась на три отряда: отряд Боншана должен был действовать на Луаре, д’Эльбе – в центре и Шаретта – в нижней Вандее. Роялисты двинулись против генерала Шальбо, расположившегося с 10 тыс. человек в равнинной Вандее. 9 мая роялисты заняли Партене, а 13 мая – Шатеньере, после чего крестьяне, обремененные добычей, стали расходиться по домам. Вследствие этого, несмотря на уменьшение роялистской армии, её предводители Боншан и д’Эльбе, всё ещё имея порядка 10 000 человек, сделали 16 мая попытку атаковать отряд республиканцев Шальбо у Фонтенэ. Атака была отбита и инсургенты отброшены, потеряв при этом около 4 тысяч убитыми и почти всю артиллерию. Неудача не обескуражила вандейцев. Получив в подкрепления войска Боншана и Ларошжаклена, они снова перешли в наступление и у Фонтенэ (24 мая) нанесли поражение войскам Шальбо, захватив 40 орудий, большое число ружей, значительное количество боеприпасов и денег.

–– 20 мая. Декрет Конвента о принудительном займе.

–– 24 мая комиссия двенадцати приказала арестовать Эбера за анти-жирондистскую статью в номере его «Папаши Дюшена». Были арестованы активисты секций, в том числе Варле и Добсен, президент секции Ситэ. Эти меры и привели к финальному кризису. 25 мая Коммуна потребовала освободить арестованных патриотов. На следующий день Робеспьер в Якобинском клубе призвал народ восстать. Якобинцы объявили себя в состоянии восстания. 28 мая секция Ситэ призвала другие секции Парижа встретиться на следующий день в епископском дворце с целью организации восстания. Варле и Добсен, освобождённые по приказу Конвента за день до этого, присутствовали на этом заседании, на котором также присутствовали только монтаньяры и депутаты равнины. Делегаты, представлявшие тридцать три секции Парижа, сформировали повстанческий комитет из девяти членов. 30 мая муниципалитет Парижа поддержал восстание. Восстание началось 31 мая под руководством повстанческого комитета. В 3 часа утра с собора Парижской богоматери забил набат. В шесть часов утра делегаты 33 секций во главе с Добсеном предъявили свои полномочия в ратуше и временно приостановили полномочия легальной Коммуны. Затем революционный комитет восстановил Коммуну в её функциях. Затем повстанческий комитет, который теперь находился в ратуше, продиктовал Коммуне, восстановленной в своих правах народом, какие меры должны быть приняты. Он назначил Франсуа Анрио, капитана батальона национальной гвардии главнокомандующим национальной гвардии Парижа. Первой заботой Анрио было установление контроля над ключевыми позициями столицы – Арсенал, Пале-Рояль и мост Пон-Нёф. Он приказывает закрыть городские заставы и арестовать подозрительных. Секции довольно медленно приходили в движение. Демонстрация приняла определённую форму только во второй половине дня. Конвент собрался при звуке набата и барабанного боя. Жирондисты протестовали против закрытия городских застав, набата и выстрелов сигнальной пушки. Представители секций и Коммуны появилась у решётки Конвента около пяти часов. Они потребовали обвинения 22 жирондистов и комиссии 12 перед Революционным трибуналом, создание центральной революционной армии. Установление максимума цены на хлеб и фиксирования цены в три су за фунт. Увольнения дворян, занимавших высокие должности в армии. Чистки департаментов и ареста подозреваемых. Право голоса должно временно принадлежать только санкюлотам, и что необходимо установить отдельный фонд для семей тех, кто защищает своё Отечество, как и фонд помощи престарелым и немощным. Петиционеры пробились в зал заседания и сели на скамьях монтаньяров. Робеспьер взошёл на трибуну и поддержал роспуск комиссии двенадцати. Конвент распустил комиссию двенадцати и утвердил постановление Коммуны о предоставлении двух ливров в день находящимся под ружьём санкюлотам. Тем не менее, восстание 31 мая закончилось неудовлетворительно. В этот вечер, в Коммуне, Варле обвинил Шометта и Добсена в слабости. Робеспьер объявил с трибуны, что восстание 31 мая недостаточно. 1 июня национальная гвардия оставалась под ружьём. Марат лично появился в ратуше и с подчёркнутой торжественностью дал «совет» народу; а именно, что народ не должен останавливаться на достигнутом и национальная гвардия не должна расходиться, пока победа не будет достигнута. Он сам поднялся на колокольню ратуши и начал звонить в набат. Заседание Конвента закончилось в 6:00 в то же время, когда Коммуна должна была предоставить новую петицию против двадцати двух. При звуке набата заседание возобновилось и петиция с требованием об аресте жирондистов была передана в комитет общественного спасения для рассмотрения и предоставления доклада в течение трёх дней. Были отданы приказы о запрещении жирондистских газет и аресте их редакторов. 2 июня было воскресенье. Санкюлоты спешили выполнить приказы Анрио и вскоре восемьдесят тысяч вооружённых гвардейцев с пушками окружили Тюильри. Заседание Конвента открылось на рассвете. Ланжюине разоблачает намерения Парижской коммуны и мятежников. Не успел он закончить, как в зал ворвались петиционеры и потребовали ареста его и его товарищей. Петиционеры вышли, сжимая кулаки и восклицая: «К оружию!». Анрио отдал строгий приказ не впускать и не выпускать ни одного депутата в зал заседаний. Барер от имени Комитета общественного спасения предложил компромисс. Двадцать два и комиссия двенадцати не должны были быть арестованы, но призываются добровольно приостановить выполнение своих функций как депутаты Конвента. Инар и Фоше повиновались на месте. Другие отказались. Ассамблея прошествовала вокруг дворца и, встреченная со всех сторон сверканием стали штыков национальной гвардии, вернулась в зал заседаний и подчинилась неизбежному. Борьба в Законодательном собрании закончилась победой монтаньяров. Жиронда перестала быть политической силой. Жирондисты в провинциях восстали против Конвента. Надежды Дантона на компромисс были отвергнуты. Хотя монтаньярам удалось предотвратить кровопролитие, возмущение чисткой ассамблеи вполне могло зажечь огонь федерализма в провинциях. Но теперь у монтаньяров был шанс встать у руля управления страной и вселить новую энергию в дело национальной обороны.

–– 3 июня. Декрет Конвента о льготном порядке продажи конфискованных земель эмигрантов малоимущим крестьянам.

–– Битве при Арлоне. Мозельская армия отходила за Блис и Саар. Это бездействие вызвало недовольство Национального конвента, и Комитет общественного спасения настоятельно рекомендовал двум генералам возобновить наступление и выступить на помощь армии, блокированной в Майнце всеми силами коалиционных сил. Самым надежным средством снятия осады было одновременное нападение на врага с двух сторон. Мозельская армия атакует Пирмазенс или Кайзерслаутерн, а Рейнская армия – на левом берегу реки. Австрийцы в Арлоне находились под командованием фельдмаршала-лейтенанта Готфрида фон Шредера. Численность его войск составляла приблизительно 6000 солдат, которые были организованы в семь батальонов и восемь эскадронов. Французские силы возглавлял дивизионный генерал Амабль Анри Делаж и его войска состояли из 8 500 пехотинцев и 1 000 кавалеристов из Мозельской армии. Жан-Николя Ушар, командующий армией Мозеля, верил в ту же цель, продвигаясь 9 июня слева, чтобы атаковать Арлон, на высотах, защищаемый 8000 солдат, 30 орудиями и цепью эшелонированных траншей с обзором на все точки, из которых он мог быть атакован. Правый фланг был более уязвим, чем остальные, и его атаковала австрийская кавалерия, но колонны в центре и артиллерия пришли на помощь и отбили врага. В это время Пьер Рафаэль Пайо де Борегар маршировал на Арлон справа и поднялся на высоту, откуда открывался вид на город. 400 карабинеров атаковали каре из 1500 австрийцев. Несколько залпов дроби, выпущенных всего в 50 шагах от передней линии каре, привели его в беспорядок, и карабинеры смогли его уничтожить. Арлон остался в руках французов, и армия разместила там свою базу, но его захват был бесполезен для осажденных войск в Майнце, и плохие расчеты Хушара не понесли наказания (он был назначен командующим Армией Севера) в следующем августе). Французы потеряли 900 человек убитыми и ранеными. Потери Австрии были меньше – 600 убитыми, ранеными и пленными. Французы также захватили пять артиллерийских орудий и четыре вагона с боеприпасами.

–– 10 июня. Декрет Конвента о возвращении крестьянам всех отнятых помещиками общинных земель и раздела общинных земель поровну на душу населения по требованию трети жителей.

–– Высший командный состав республиканских войск подвергся перемене: вместо Беррюйе был назначен Бирон, получивший предписание оцепить т. н. Ларошельской армией, получившей значительные подкрепления, границы Вандеи от Сомюра до Сабль д’Олон. Другая армия, Брестская, под командованием генерала Канкло должна была двигаться к Луаре. Бирон при формировании своей армии из национальной гвардии и конскриптов испытывал большие затруднения, в то время как роялисты сосредоточили у Шатильона и Вигье до 40 тысяч человек. 7 июня они взяли Дуэ, а Кателино (20 тыс. чел.) форсированным маршем двинулся к Сомюру, где 11 июня нанёс поражение республиканским войскам Мену и Сантера (8—10 тысяч) и взял Сомюр (большая часть защитников была взята в плен), а 13 июня и Анжер. Республиканцы, потеряв до 3000 человек, отступили к Туру.

–– В юго-западной Вандее Шаретт, хотя и с большим трудом, но держался, благодаря тому, что Бейсер, вследствие успехов роялистов на востоке, был отозван. 6 мая Шаретт, имея всего 500 человек, овладел Сен-Коломбеном, а 7 мая, соединившись с отрядом Вриньо – Сен-Желесом. Но 15 мая он был разбит Буларом у Палюо. В начале июня, пользуясь своим авторитетом, признанный в западной Вандее (хотя и негласно) главнокомандующим, Шаретт объединил отряды всех местных инсургентов (отряды Вриньо, Лакателиньера, Пажо, Жюли, Кётуса, Савена и др.) для общего нападения на Машекуль, который и был взят приступом после упорного боя 11 июня с республиканским отрядом в 2 тысячи человек с 19 орудиями.

–-12 июня маркиз де Лескюр, вынужденный из-за ранения оставить армию, убедил роялистских начальников избрать главнокомандующего и подал голос в пользу Кателино, вследствие чего тот получил грамоту генералиссимуса Католической королевской армии, подписанную 14-ю вандейскими военачальниками. Затем приступили к созданию плана действий. Увлечённые успехом, вандейские начальники решились перенести войну за пределы своей провинции. Было решено идти к Нанту, овладение которым обеспечило бы им сообщение с морем и доставило бы опорный пункт. Только один Боншан был противоположного мнения, предлагая произвести вторжение в Бретань и Нормандию и при содействии местных жителей идти к Парижу. Но это предложение было отвергнуто.

–– 24 июня. Французский Конвент принял первую демократическую конституцию (которая так и не была приведена в действие). Высшая исполнительная власть предоставлялась Исполнительному совету из 24 человек (половина его членов ежегодно обновлялась). Конституция поставлена на утверждение первичных собраний избирателей и одобрена.

–– Согласно составленному плану 26 июня началось наступление Кателино на Нант. Переправясь на правую сторону Луары, с 20 тысячами он должен был атаковать Нант с севера, в то время как Шаретт с 25 тысячами должен был наступать с юга. В Сомюре был оставлен гарнизон под началом Ларошжаклена. В Нанте находилось 10—12 тысяч под командованием Канкло и Бессера, город был обнесён полевыми укреплениями. 29 июня состоялся штурм Нанта, и, несмотря на огромное превосходство в силах, он был отбит, а сам Кателино смертельно ранен. В беспорядке армия (не преследуемая республиканцами) переправилась обратно через Луару на левый берег, Шаретт отступил к Леже, а Ларошжаклен под напором республиканской дивизии Лабарольера очистил Сомюр, немедленно занятый противником. 7 июля Канкло занял город Ансенис и вошёл в связь с прибывшей в Сомюр из Тура дивизией Лабарольера. В то же самое время бригадный генерал Франсуа-Жозеф Вестерман, командовавший авангардом Бирона, расположившегося с 17 тысячами войска в Ниоре, в нескольких боях разбил вандейцев, но запятнал славу своей победы самыми жестокими расправами с побеждёнными. Вскоре после этого он был атакован 5 июля у Шатильона всеми силами Боншана и Ларошжаклена и потерпел полное поражение. Роялисты, озлобленные его опустошениями, казнили всех взятых в плен. Между тем Бирон и Канкло совещались об одновременном концентрированном наступлении всех республиканских отрядов. План этот, однако, не осуществился из-за недостатка походных припасов войск и восстания жирондистов в Нанте, где по этому случаю был задержан корпус Канкло. Наступательные действия стали снова совершаться разрозненно и позволили роялистам использовать преимущества внутренних линий.

–– 13 июля.  Последние полтора месяца жизни лидер якобинцев Марат, страдая от тяжёлой болезни, не выходил из дома. Чтобы хоть как-то облегчить свои страдания, деятель постоянно сидел в ванне, писал там и даже принимал посетителей. Именно там Жан-Поль Марат и встретил свою смерть, будучи заколотым дворянкой Шарлоттой Корде. Присяжные единогласно признали Корде виновной и вынесли ей смертный приговор. Весь путь от Консьержери до места казни она стояла в телеге, отказавшись сесть. Когда палач Сансон, поднявшись, заслонил от Корде гильотину, она просила его отойти, так как никогда прежде не видела этого сооружения. Шарлотту Корде казнили в половине восьмого вечера 17 июля на площади Революции.

–– 17 июля. Декрет о полной и безвозмездной отмене феодальных прав, привилегий и повинностей во Франции. Феодальные акты и документы подлежали сожжению.

–– В начале июля дивизия Ла Барольера вошла в повстанческий Анжу и начала «умиротворение», грабя и разоряя. Ла Барольер оставил 1400 человек в Сомюре, 1500 человек в Пон-де-Се и расположился лагерем во Флине, недалеко от Мартинье-Бриана, где 15 июля его дивизия была атакована 16 000 человек под командованием Боншана, Лескюра, Ларошжаклена и Мариньи, но смогла отбиться. Вслед за этой победой Ла Барольер разместил свои войска возле деревни Вийе. Авангард был отправлен для нападения на деревню Корон, но там он столкнулся с отрядом из 600 бойцов барона де Келлера, полностью состоявшим из профессиональных швейцарских и немецких солдат, в своё время дезертировавших из республиканской армии. При первых звуках боя окрестные крестьяне усилили отряд Келлера. Республиканцы не решились атаковать, отступили и к ночи укрылись в Вийе. На следующий день 10 000 вандейских солдат собрались в Короне и двинулись на Вийе. В полдень подошли к деревне и взяли её штурмом. Вийе была подожжена отступившими республиканцами. Парижские батальоны генерала Сантера бежали без боя к Сомюру. Сам Сантер сбежал также, бросив военные карты и перепрыгнув на коне через пятиметровую стену ограды. Хотя вандейцы не преследовали и вернулись в Корон, Шоле и Мортань, в республиканском лагере царила паника, и из Сомюра началось бегство жителей. Через несколько дней после победы при Вийе, то есть около 20 июля, на военном совете в Шатильоне д'Эльбе был назначен генералиссимусом вандейской Католической и королевской армии.

–– Июль. Конвент обновил Комитет общественного спасения. Дантон отстранён. В состав КОС избраны Сен-Жюст, Кутон, Лазар Карно. Реорганизован Комитет общественной безопасности.

–– 27 июля. Максимилиан Робеспьер избран членом Комитета общественного спасения.

–– 27 июля. Конвент вводит смертную казнь для тех, кто укрывает дефицитные товары.

–– Люсон был главной базой республиканских сил на юге департамента Вандея. Повстанцы дважды пытались его захватить, но оба раза терпели поражения. Главнокомандующий Католической и королевской армией Морис д’Эльбе, поддержанный Лескуром, отклонил предложение других командиров двинуться на север, считал, что после поражения при Нанте новая попытка переправиться севернее Луары окажется слишком трудной, что повстанцам нужны порох и боеприпасы, что города южной Вандеи кажутся более уязвимыми. Поэтому он предложил идти на Люсон и еще раз попытаться взять богатый город. Присоединив в Шантонне отрады Шаретта и Ройрана, его армия двинулась на Люсон. 13 августа республиканцы узнали, что вандейцы идут на Люсон. Представители в миссии Жан Франсуа Мари Гупийо де Фонтенэ и Франсуа-Луи Бурдон поручают генералу Огюстену Тюнку дать отпор повстанцам. Тюнк размещает свои войска на равнине к северу от города. Республиканская армия была построена на высотах, защищающих проходы Марей и Сент-Эрмин. Её правый фланг опирался на Сент-Жемм, её резерв был за лесом, её левый фланг – лицом к основным силам вандейской армии. Тюнк в центре спрятал свою артиллерию за стоявшим в строю батальоном, а остальные солдаты лежали на земле. Авангард Шаретта и Лескюра в одиночку двинулся в атаку, но подвергся обстрелу нескольких вражеских батарей. Вандейцы захватили две из этих батарей и немедленно повернули против синих, смели вражеские батальоны перед собой и вытеснили кавалерию из зоны досягаемости пушек. Тюнк поднимает солдат, до того лежавших на земле, и ружейные залпы, и легкая артиллерия сеют беспорядок в рядах вандейцев. Д'Эльбе, командующий центром, поспешил на помощь, но его усилия опоздали. Тюнк начал контратаку, отбросил Шаретта и атаковал центр. Вандейцы паникуют и бегут, преследуемые республиканской кавалерией. На какое-то время повстанцам, благодаря Ларошжаклену, удалось остановить синих на мосту Менклайе, через Семанью, но поражение для них стало самым гибельным из всех, происходивших до сих пор. Вандейцы бежали до Шантонне, оставив многих убитыми на земле. Лидеры Вандеи взаимно обвиняли друг друга в поражении. Дважды отразив вандейцев в Люсоне, Тюнк получил звание дивизионного генерала.

–– 23 августа. Декрет Конвента о всенародном ополчении и всеобщей мобилизации во Франции.

–– Осада Ле-Кенуа была поручена австрийскому генералу Франсуа Себастиану Карлу Иосифу Клерфэ, а её прикрытие – 15-тысячному отряду принца Оранского. С 27 августа австрийцами была заложена первая параллель (специальная траншея для обеспечения осады крепости). К утру 2 сентября орудия первой параллели были готовы открыть огонь. В пять часов вечера Клерфэ призвал гарнизон сдаться, а когда Гуллю отказал ему, начал бомбардировку, которая продолжалась почти неделю, не ослабляясь. Сначала французские орудия в Ле-Кенуа держались, и 3 сентября удалось уничтожить контрбатарейным огнём две австрийские батареи, но 4 сентября австрийцы начали работы на своей второй параллели, которые были завершены 7 сентября. 8 сентября, воспользовавшись новой, более близкой позицией, австрийские орудия разгромили последние французские орудия. На следующий день было уничтожено несколько французских пороховых складов. Когда была закончена закладка третьей параллели, комендант крепости Ле-Кенуа капитулировал, не дождавшись всего трёх дней до прибытия спешившего на выручку французского отряда.

–– 30 августа. Австрия и Великобритания заключают союзный договор против Франции.

–– Начало сентября – Жак Ру и другие вожди «бешеных» арестованы. Попав в тюрьму Ж. Ру не прекращает левой антиякобинской пропаганды в издаваемом им из тюрьмы «Публицисте Французской республики». В тюрьме Жак Ру покончил с собой, пронзив себя кинжалом.

–– 5-9 сентября. Декреты об организации Революционной армии во Франции.

–– Прибытие Майнцской армии 3 сентября в Нант позволило республиканскому командованию спланировать операцию по очередному умиротворению Вандеи. 8 сентября республиканские войска покинули Нант и вступили на территорию мятежной Вандеи. Сразу же стали применяться указы о сожжении деревень и совершаться массовые убийства сторонников роялистов. Предупрежденные о республиканском наступлении, вандейские вожди собрались в Ла-Трамбле, недалеко от Шоле и решили в оборонительных боях сдерживать продвижение противника. Но в первых же боях их отряды стали терпеть поражение от регулярных войск Майнцской армии. Так 10 сентября вандейцы потерпели поражение при Порт-Сен-Пер, где республиканцы впервые применили разрывные снаряды, которые вызывали пожары. Затем 13 сентября под Сен-Жан-де-Коркуэ было очередное поражение повстанцев. Генерал Бейссе отбросил вандейцев обратно к Нодьеру и вошёл в Машкуль. Затем республиканцы наступают на Леже и выбивают из городка Шаретта. Республиканцы пустились в погоню за Шареттом и 16 сентября атаковали и разгромили его арьергард, городок был разграблен. На следующий день часть армии синих заняла Клиссон. Однако, если продвижение Майнцской и Брестской армий проходило успешно, то части армии Ла-Рошели на востоке и на юге были оттеснены почти повсеместно и начали отступать. 18 сентября Клебер двинулся на Торфу с авангардом в 2000 человек. По дороге, в 9 часов утра, он подвергся краткому нападению возле Буссе вандейскими всадниками, которые произвели несколько выстрелов, а затем отступили. Прибыв в поле зрения города, Клебер поручает егерям и легкой пехоте захватить высоты. Сначала республиканцы сдерживаются повстанцами, но Клебер прибывает с линейной пехотой и обращает вандейцев в бегство. Холмы Торфу взяты. Повстанцы паникуют, бегут в сторону леса, но их останавливают оставшиеся позади женщины. После увещеваний вандейцы возвращаются в бой во главе с Шареттом. В это время другая армия мятежников под командованием д'Эльбе, Лескура и Боншана достигла Тиффожа. Вандейцы теперь имеют 20 000 человек и начинают общую контратаку на плато. После ожесточенных боёв с переменным успехом республиканцы, окруженные превосходящими силами повстанцев, вынуждены были отступить. Прикрывавший отступление арьергард Шевардена силами 100 человек и двух орудий в течение часа удерживал мост у Буссе и был уничтожен вандейцами. Взяв мост, вандейцы Шаретта двинулись в погоню за республиканцами и заняли Гетинье, где они стали собраться в ожидании новой атаки. Клебер отступил в очередной раз и развернул свой отряд на высотах Гарен, где к нему вскоре подошли из Клиссона Обер дю Байе и Вимё во главе 4000 человек. Задержка среди повстанцев с продолжением наступления позволила Канкло прибыть на поле боя с кавалерией и начать контратаку. Отброшенные вандейцы отступили из Гетинье. Ни одна из сторон не перешла в наступление, и сражение закончилось. Хотя сражение произошло только с авангардом республиканской армии, но эта победа подняла боевой дух вандейцев, которые вскоре прозвали Майнцскую армию «фаянсовой армией».

–– Вечером 15 сентября колонна Бейссе первой прибыла перед Монтегю. На следующее утро, несмотря на проливной дождь, недалеко от деревни Сен-Жорж-де-Монтегю (южнее Монтегю) начался стрелковый бой, продолжавшийся несколько часов. Прибытие колонны Клебера с фланга, от Ремуйе, вызывало панику среди вандейцев, которые бросились бежать в направлении Клиссона, преследуемые кавалерией синих, перебившей многих беглецов. Республиканцы остались в Монтегю, и посёлок, покинутый его жителями, был разграблен солдатами. Вечером колонна Бейссе осталась у Монтегю, в то время как колонна Клебера вернулась к Ремуйе, а колонна Обер-Дюбайе, не участвовшая в бою, отступила к Рошсервьеру. После победы в Торфу-Тиффожском сражении вандейцы решают немедленно контратаковать. Согласно плану д'Эльбе, Лескюру, Шаретту, Жоли и Савину было поручено атаковать гарнизон синих в Монтегю, а затем повернуть к Клиссону, чтобы охватить основную часть республиканской Майнцской армии. 21 сентября вандейские войска подошли к Монтегю. Первые бои между людьми Жоли и республиканцами вспыхнули утром, но атака на посёлок началась около двух часов дня, когда люди Бейссера обедали. Аванпосты были быстро отброшены, и вандейцы ворвались в Монтегю. Оборона патриотов быстро рушится. Бейссе оказался неспособным сплотить свои войска и повести их в бой. Только солдаты двух линейных полков сумели на некоторое время дать отпор людям Шаретта. Республиканцы покинули город в полном замешательстве. Их преследовали до Ремуйе и Эгрефёй-сюр-Мена, в 10 километрах от Монтегю, обстреливая из-за живых изгородей. С наступлением темноты боевые действия прекратились. Республиканский отряд, отрезанный от остальной части войск и окруженный в замке Монтегю, воспользовавшись отсутствием достаточных сил противника, совершил прорыв и присоединиться к своим. По приказу Жоли, или Шаретта, республиканские пленные, раненые и живые, были брошены в колодец замка. 1 октября Клебер без боя снова занял Монтегю и привёл его в состояние обороны.

–– Осада Тулона. В Тулон прибыло до 19 тысяч английских, испанских, сардинских и неаполитанских солдат, так что с находившимися там роялистами гарнизон возрос до 25 тысяч. В первом же авангардном сражении был тяжело ранен начальник осадной артиллерии республиканцев майор Доммартен, и именно в это время мимо штаба республиканской армии проезжал посланный в Авиньон за порохом никому не известный двадцатичетырёхлетний капитан. Фамилия его была Бонапарт, для которого взятие Тулона стало первым важным заданием. Для взятия Тулона сменявшие друг друга командующие предполагали начать классическую осаду города с завершающим штурмом его стен. Однако для этого осаждающие не имели достаточно сил, тем более в условиях, когда осада была неполной и осаждённые могли получать подкрепления и снабжение через порт. Вместо штурма мощных укреплений города Наполеон предложил альтернативный план – если осадить Тулон с моря так же, как с суши, тогда он падёт сам собой. В этом случае осаждённым будет гораздо выгоднее оставить город заранее, чем остаться в нём и всё равно через некоторое время из-за нехватки провианта неизбежно сдаться или оставить захваченный город, причём союзники ради почётной капитуляции должны будут сдать неповреждёнными корабли, укрепления и сам порт. Чтобы осуществить этот план артиллерийского окружения, Наполеон Бонапарт выстроил на берегу моря две батареи, названные им батарея Горы и Санкюлотов, обильно снабдив их боеприпасами. Непрерывный огонь этих батарей и множество нанесенных кораблям союзников повреждений вынудили их оставить малый рейд. Чтобы защитить рейд Тулона от обстрела, союзники выстроили на противоположном берегу бухты на мысах Балагье и Эгийет мощные форты, причём их оборона каждый день совершенствовалась с использованием всех местных ресурсов. Для прикрытия подступов к ним был построен особенно мощный форт Мюрграв на вершине мыса Кер, названный англичанами из-за своего значения Малый Гибралтар. Теперь республиканской армии для взятия Тулона требовалось прежде всего захватить эти укрепления. Составленный и проведённый Наполеоном Бонапартом план атаки имел самые решительные результаты. Для подавления новопостроенных фортов союзников Наполеон подверг их многодневному обстрелу, причём в некоторых случаях залетавшие французские ядра повреждали находившиеся там орудия англичан. После этого была предпринята решительная ночная атака фортов. В ночь на 17 декабря взят был штурмом важнейшие форты Мальбуке и Мюрграв, Бонапарт был ранен в бедро британским штыком. С занятием другого форта, Эгийет, англо-испанской эскадре невозможно было оставаться как на большом, так и на малом рейде. После захвата французами господствующих над рейдом высот и батарей в Тулоне был созван военный совет союзников, который запросил у артиллерийских и инженерных офицеров, имеется ли на большом и малом рейдах такой пункт, где могла бы стать союзная эскадра, не подвергаясь опасности от бомб и калёных ядер с батарей Эгильетт и Балагье. Армейские и морские офицеры ответили, что таких пунктов более не имеется. В конечном счёте совет единодушно пришёл к тому же выводу, который несколько месяцев ранее предвидел Наполеон. Союзникам необходимо оставить город, так как «у гарнизона, который можно оставить в Тулоне, не будет возможности отступить и ему нельзя будет более посылать подкреплений, он будет ощущать недостаток в необходимых припасах. Сверх того, двумя неделями раньше или позже он принуждён будет капитулировать и тогда его заставят сдать невредимыми и арсенал, и флот, и все сооружения». В соответствии с этим выводом Худ приказал, посадив гарнизон на суда, немедленно сняться с якоря. 18 декабря он вышел в открытое море, вместе с англичанами ушла большая часть населения, обоснованно опасавшаяся массовых казней, что во времена якобинского террора было обычным явлением. Как и предполагал Наполеон, после ухода союзных эскадр Тулон был легко захвачен революционной армией. 9 французских судов было сожжено англичанами, 12 были уведены союзниками. Лишь 25 французских кораблей попали обратно в руки республиканцев. Войска Конвента вошли в город 19 декабря. В наказание за измену республике город был разграблен и сожжён. Последовали репрессии в отношении роялистов, осуществленные под руководством Барраса и Фрерона, и они были чрезвычайно кровавыми. Подсчитано, что от 700 до 800 захваченных роялистов были расстреляны или заколоты штыками на Марсовом поле Тулона. Однако Бонапарт, которого Жан-Франсуа Эрнандес лечил от ран, не присутствовал при этой резне. Получив звание бригадного генерала 22 декабря, он уже направлялся к своему новому посту в Ницце в качестве командующего артиллерией Итальянской армии.

–– Бои при Бундентале. У французского генерала Фере, командовавшего войсками в Бундентале было три батальона. Никто не подозревал, что войска Пеячевича находились в Дане несколько дней, менее чем в двух часах езды. Перед рассветом 11 сентября три колонны, сформированные из австрийцев и французских эмигрантов армии принца Конде, проведённые через окружающие леса крестьянами, атаковали французский лагерь при Бундентале. Одна из них, которой командовал подполковник Бомон, заблудилась в лесу и не вышла на исходную позицию. Две другие, возглавляемые Пеячевичем и майором Шрокингером, энергично атаковали центр и правый фланг французской позиции. Республиканские часовые, которые охраняли лагерь, считали, что они в безопасности от неожиданностей, и так мало заботились о своей обязанности, что внезапная атака австрийцев привела к дезорганизации, и сопротивление было незначительным. Французы в панике бежали в сторону Нотвейлера, увлекли там с собой ещё три батальона, а потом все вместе отступили на юг, на Лембах. Французы потеряли более 250 убитыми и 700 ранеными. Было захвачено большое количество оружия и продовольствия, а также пять пушек. Этот небольшой корпус Пеячевича остался в захваченном лагаре, ожидая подкреплений. Пеячевич расположил свои предовые позиции: правый фланг, составленный из эмигрантов, находился между Вегельнбургом и Куненкопфом; центр – между Куненкопфом и Мойерле; левый фланг – перед хутором Литчхоф. Командующий Рейнской армией генерал Ландремон, услышав слева, от Нотвейлера, канонаду, осознал, что его войска, расположенные на линии, могут быть обойдены, и он будет вынужден в спешке покинуть рубежи Висамбура. Четырём батальонам было приказано отправиться в Лембах. Они должны были как можно дольше защищать ущелья, прикрывать отступление Фере и замедлять преследование противника. Этот отряд возглавил генерал-адъютант Гувион Сен-Сир. День 13 сентября был использован для сбора разбежавшихся накануне подразделений и подхода подкреплений. Во второй половине дня Сен-Сир с двумя батальонами провел разведку боем, но был отбит отрядом французских эмигрантов, в свою очередь, захватившим разрушенные замки Линденшмидт и Гогенбург и укрепившимся там. На 14 сентября было назначено наступление. Сен-Сир сосредоточил большую часть сборного отряда в лесу позади хутора Литчхоф возле Нотвейлера. Часть войск была переброшена влево, к Фишбаху, для наблюдения и борьбы с прусскими войсками, двигавшимися от Пирмазенса. Генерал-адъютант Мале с двумя батальонами был размещен на крайнем правом фланге дивизии в лесу между Бобенталем и Нотвейлером. Один батальон в качестве резерва располагался в Винжене. Ближе к главным силам стояли два новонабранных батальона, вооружённых только пиками. 14 сентября, в 7 часов утра, когда рассеялся туман, позиции Пеячевича были атакованы. Атака началась на правый фланг противника, на котором эмигранты-роялисты занимали развалины двух старинных замков Гогенбург и Линденшмидт, расположенных на вершине крутых пиков. Эти посты были захвачены французами и отбиты противником при помощи резерва, прибывшего с центра. Отвлекающая атака Мале на Хонберг, на левый австрийский фланг, была отбита, но когда ему на поддержку был переброшен батальон из старых регулярных войск, бой на правом фланге возобновился, и в результате ружейной перестрелки почти полностью был уничтожен австрийский полк. После прибытия артиллерийского и кавалерийского подкреплений Сен-Сир приказал атаковать центральной колонне, чьей атаке предшествовал обстрел войск противника картечью. Австрийцы стали отступать. Роялисты генерала Виомениля пытались продолжить сопротивление, но были опрокинуты. Отступление австрийцев превратилось в бегство. Правый фланг Мале был отправлен в направлении Зильца, чтобы перерезать путь отступавшему противнику. Отряд прусских войск, отправленный накануне герцогом Брауншвейгским на поддержку австрийцам Пеячевича, увидев отступление дезорганизованного союзника, не решился вступить в бой и отошёл к своим главным силам.

–– Октябрь – Конвентом принят революционный календарь.

–– С сентября можно было ясно определить два крыла среди революционеров. Одно было тем, что позже назвали эбертистами – хотя сам Эбер никогда не был лидером фракции – и проповедовали войну насмерть, частично приняв программу «бешеных», которую одобряли санкюлоты. Они пошли на соглашение с монтаньярами, надеясь через них осуществлять давление на Конвент. Они доминировали в клубе Кордельеров, заполнили военное министерство Бушотта, и могли увлечь за собой Коммуну. Другое крыло возникло в ответ на растущую централизацию революционного правительства и диктатуру комитетов – дантонисты, вокруг депутатов Конвента: Дантон, Делакруа, Демулен, как наиболее заметные среди них.

–– 9 октября генерал Алексис Шальбос вышел из Брессюира и с тремя дивизиями, 11 000 человек, направился к Шатийону-сюр-Севру (сейчас Молеон). Лескюр, у которого было всего 4000 бойцов, попросил помощи у Ларошжклена и Стоффле, но они смогли собрать только 2000 человек. Вандейцы попытались защитить свою «столицу» в лесу Мулен-о-Шевр, но запаниковали, когда конница Вестерманна взяла их с фланга, и отступили. Республиканцы захватили Шатийон, а затем подожгли все постройки в округе. Захват 9 октября Шатийон-сюр-Севра республиканцами поставил вандейцев в очень опасное положение, потому что их армия оказалась загнанной в угол между Тиффожом и Шатийоном. 10 октября вандейские командиры созвали военный совет и полные решимости не оставлять свою «столицу» в руках «синих» и осознавая разрушительные последствия этой потери для боевого духа войск, решили немедленно начать контратаку, чтобы отбить город. 11 октября вандейская армия двинулась в наступление и вскоре встретила две колонны республиканских войск, одной из которых командовал Шальбос, другой – Вестерманн, шедшие на Шоле и Мортань-сюр-Севр. Вандейцы сразу же атаковали и отбросили республиканцев, которые отступили к Шатийону, в гарнизоне которого распространяется паника, и вся армия синих бросилась бежать к Брессюиру. Вандейцы заняли Шатийон и перепились, празднуя победу. Однако Вестерманн смог собрать часть своих людей в лесу Мулен-о-Шевр. Хотя у него осталось всего несколько сотен человек, он решил вернуть Шатийон, совершив туда рейд. Воспользовавшись темнотой, небольшому отряду удается незаметно пересечь аванпосты вандейцев и рассредоточиться по городу. Вестерманн отдает приказ поджечь Шатийон. Дома сожжены, вандейские бойцы, их жёны и дети убиты во сне. Вандейцы в панике бегут из города, но часть их сумела организовать сопротивление и контратаковать, после чего Вестерманн, потерявший большинство своих людей в четырёхчасовом бою и не получивший поддержки от Шальбоса, приказал отступить. На рассвете, собрав беглецов, д’Эльбе, Боншан, Лескюр, Ларошжаклен и Тальмон вернулись в Шатийон, но, увидев разрушенный город, почти полностью опустошённый огнём и усеянный обгоревшими трупами, не решились войти в руины и вернулись в Мортань.

–– Первое сражение при Висамбуре. 13 октября в 4 часа утра австрийская армия, сконцентрированная на Лаутере, двинулась в наступление семью колоннами. Первая, под командованием принца Валдека, должна была переходить Рейн в Сельце, чтобы присоединяться ко второй, под командованием Елачича, которая должна была действовать на Лотербур (Лаутербург). Третья имела приказ, перейдя Лаутер, расположиться в Шлетале и разделиться на два отряда, из которых один пошёл бы присоединяться к первым двум колоннам, в то время как другой атаковал бы с тыла укрепления, которые прикрывают Висамбур; другие колонны были также предназначены для атаки различных пунктов на фронте всей линии. Эти приказы были довольно плохо выполнены, тем не менее операция стала успешной. Мост на Рейне был легко переброшен принцем Валдеком. Французский генерал Дюбуа, который должен был прикрывать правый фланг республиканской армии, отошёл при первой видимости атаки, оставив в Сельце только один полубатальон, который, атакованный целой австрийской бригадой, оказал серьёзное сопротивление и оставили город только тогда, когда тот был подожжен врагом. Между тем Вальдек, вынужденный оставить часть его бойцов на охране моста, не присоединился ко второй колонне: завеса тумана скрывала ему объекты и помешала услышать канонаду; он полагал, что операция была отложена, и вернулся за Рейн в шесть часов вечера. Елачич продвинулся чуть дальше Лотербура и занял там позицию, но был внезапно атакован гарнизоном Лотербура и был бы разгромлен по частям, если бы не помощь одного полка гессенских гусаров. Затем Вурмзер приказал атаковать центр линий тремя колоннами: первая направилась к французскому лагерю и батареям, установленным у Штайнфельда, вторая через лес Бьенвальд, а третья колонна эмигрантов принца Конде атаковала со стороны Бергцаберна, завоевала несколько редутов, захватила 17 пушек и 14-го в 8 часов утра овладела Висамбуром. Альтенштадт был захвачен штурмом, вынудив французов отступить к Гейсбергу. Карленк, прибывший на поле сражения, вместо того, чтобы принимать меры, чтобы пытаться исправить катастрофу, растерялся и не придумал ничего лучшего, как приказать отступление за Лаутер. Отступление производилось в относительном порядке, так как противник, занятый сбором своих колонн, мало нажимал на французские войска. Карленк хотел остановиться на Гейсберге, но движение пруссаков герцога Брауншвейгского на Лембах скоро вынудило его отойти к Агно (Агенау) и занять позицию на Модере.

–– Осада Форт-Луи́. В день начала наступления союзников колонна противника попыталась пересечь Рейн напротив Сельца (севернее форта). Генерал Дюран, комендант Форт-Вобана, предупреждённый об этом, приказал различным отрядам гарнизона идти навстречу противнику. В результате произошедшего боя французы были отбиты и с потерями вернулись к четырём часам вечера под прикрытие пушек форта. 14 октября гусарские патрули союзников на левом берегу Рейна подошли к городку и форту и создали вокруг цепь аванпостов. 17-го Форт-Вобан был полностью заблокирован смешанным австро-баварско-гессенским отрядом из 4700 пехотинцев и четырёх эскадронов кавалерии под командованием генерал-майора Франца фон Лауэра, расположившимся лагерем примерно в километре от форта и с левой стороны опиравшимся на деревню Роппенхейм, а с правой стороны на – Рёшвог. Дамба служила укреплением перед фронтом. Союзники, кроме кавалерийских бивуаков, построили три редута: справа, слева и в центре деревни Рёшвог, чтобы контролировать дороги, которые вели к городку и форту. Около центра Витресбаха была поставлена небольшая батарея из двух орудий, которая обстреливала валы форта в хвостовой части острова. В понедельник, 4 ноября, союзники в течение всего дня обстреливали форты и городок из пушек и гаубиц с батарей, установленных близ Массеской таможни и с правого берега Рейна. Во вторник, 5 ноября, осаждающие окружили свои редуты окопами и заложили в течение ночи начало первой параллели, на которой продолжили работы днём. 8-го числа союзники заложили вторую параллель, линия которой сообщалась с первой своим продолжением, на расстоянии около двухсот туазов до прикрытого пути форта Эльзас. Параллельно они установили батареи из пушек, гаубиц и мортир, всего 55 орудий. Ночью 9 ноября союзники подготовили батареи к бомбардировке, а 10-го утром, на рассвете, открыли огонь по форту и городку. Две мортирные батареи, которые находились на правом берегу Рейна, также начали обстрел одновременно с расположенными на левом берегу. В результате бомбардировки загорелось большинство домов в городке и сгорел военный госпиталь в форте. Жители, лишившиеся крова, укрылись в подземных переходах форта. За четыре дня обстрела по форту и городку было выпущено около 16 000 бомб и снарядов, частично подавивших артиллерию осаждённых. Вечером 13 ноября собравшимся военным советом было принято решение о невозможности дальнейшего сопротивления, главным образом, в связи с нехваткой продовольствия для гарнизона и жителей городка, укрывшихся в форте, и поэтому были отправлены представители на переговоры для подготовки акта о капитуляции. 14 ноября был подписан акт о капитуляции Форт-Вобана, а 16 ноября гарнизон вышел из крепости и сложил оружие. Сдавшиеся солдаты генерала Дюрана – 197 офицеров и 4300 рядовых – были переправлены через Рейн в качестве военнопленных, откуда они чуть позже бежали во Францию. Победителям достались 111 орудий, 5 знамён, 50 понтонов, 168 лошадей, 2000 центнеров пороха и много другого имущества.

–– Осада Мобёжа.  Принц Саксен-Кобургский перебросил мосты через Самбру и пересек эту реку 29 сентября. Дивизия Дежардена пыталась противостоять колоннам генералов Клерфайта и Коллоредо, не через какое-то время была опрокинута. Дежардену ненадолго удалось сплотить её у Буа-де-Бофора, но там она снова распалась, и солдаты в беспорядке бежали в лагерь у Мобежа. Атакованная левыми колоннами во главе с фельдмаршалом Латуром дивизия Майера также, как и дивизия Дежардена, в беспорядке отступила. Майер, отброшенный назад к Шарлеруа, таким образом был отделен от Мобежа и всех коммуникаций. Кобург, оттеснив к Мобежу все республиканские аванпосты, с помощью кордона, образованного войсками Коллоредо, расположил лагерь на правом берегу Самбры. Латур был поставлен рядом с Отриньи и Серфонтэном, со стороны шоссе на Бомон. Другие части разбили лагерь за Бофором и у авенского шоссе. Дивизия Венкгейма расположилась в Энгле-Фонтене; дивизия Бенёвского – слева, в направлении Бомона; Гаддик – в Колльере, Клерфайт с резервным корпусом – на дорогах к Авену и Ландреси. Голландская армия, численностью около 15 000, прибыла 5 октября и заняла левобережье, став у Ротелена и Глизелле. В свою очередь, французы, укрывшиеся в крепости и лагере при ней, имея численность в 20 тысяч штыков и сабель, зная, что недалеко, в Гизе, концентрируются войска, предназначенные деблокировать Мобеж, постоянно производили вылазки, беспокоившие осаждающих. 30 сентября колонна из 8000 человек вышла через люнет Филиппвиля и двинулась к Серфонтэну. Возле Буа-де-Бомпер завязался бой с австрийской кавалерией и поддерживающими её двумя батареями конной артиллерии. С обеих сторон началась артиллерийская перестрелка, после которой австрийцы провели кавалерийскую атаку, но французские драгуны контратаковали, разбили и преследовали их до Серфонтэна. 1 октября 400 гренадеров в пять часов вечера совершили первую вылазку в лес Серю, где противник уже начал осадные работы. Сильная австрийская колонна вышла из Серфонтэна и, поддерживаемая несколькими артиллерийскими орудиями, двинулась на них. Французские гренадеры были вынуждены отступить перед превосходящими силами противника. Вскоре после этого австрийцы двинулись вперед и напали на Феррьер-Ла-Гранд, а также на оружейную мануфактуру, которая была ими взята и сожжена, как и окружающие деревни. Однако через несколько дней французские генералы посчитали необходимым совершить вылазку на Ла-Сенс-дю-Шато. Было решено уничтожить этот пост, откуда противник угрожал редуту Волка. 6 октября французы произвели вылазку, но стены фермы были такими прочными и толстыми, что их нельзя было разбить. Пока они подводили мину, чтобы подорвать их, австрийцы вернулись в большем количестве и заставил французов отступить. 7 октября произошла новая атака на Ла-Сенс, и, несмотря на усиление в виде трех пушек и венгерского батальона, французы снова заняли этот пост, выбив венгров. Так как Ла-Санс остался за французами, которые приступили к разборке стен и стали срубать деревья, защищавшие подход, Кобург, который также понимал важность этого поста, послал туда многочисленные подкрепления. Французы успели только поджечь Ла-Сенс и отступили. Но австрийцы потушили огонь и снова заняли пост, что позволило им ужесточить блокаду. 13 октября произошла наиболее серьёзная вылазка. Генерал Ферран, командовавший лагерем в Мобёже, узнав, что осаждающие собирают свои основные осадные средства в Тилльских лесах, решил их выбить оттуда. Атака началась ночью. Австрийские аванпосты были застигнуты врасплох, и в считанные минуты их солдаты убиты штыками. Две республиканские колонны вошли в лес и ударили в штыки по австрийцам, которые были мгновенно разбиты, а первые редуты захвачены. Когда французы собирались захватить следующие редуты, справа по ним был открыт артиллерийский огонь, как позже оказалось, со стороны своих. Австрийцы, воспользовавшись замешательством, контратаковали, и республиканцы были вынуждены отступить, потеряв в эту роковую ночь примерно 400 человек погибшими. За две недели осады противник подвел свои позиции ближе к лагерю, и в ночь с 14 на 15 октября осадные батареи австрийцев, начали обстрел крепости. Но к этому времени французская деблокирующая армия Журдана подошла с юга к Мобёжу и завязала бои у Ваттиньи, атаковав позиции обсервационного корпуса, расположившегося южнее осажденной крепости. По причине разногласия между комендантом крепости Шанселем и комендантом лагеря Ферраном гарнизон и лагерь Мобежа не поддержали армию Журдана и не ударили по осадным корпусам Латура и Коллоредо, позволив австрийцам, разбитым при Ваттиньи, спокойно перейти на северный берег Самбры. Только 17 октября гарнизон послал колонну на юг для встречи с Журданом, а не на север, чтобы преследовать отступающие войска коалиции. Журдан не стал преследовать отступающие союзные войска, даже не переправился на северный берег Самбры. Только через несколько дней французами были возвращены Маршьен, Вервик, Менен, Фюрн и другие менее важные пункты. Кобург довольствовался тем, что восстановил прежнюю оборонительную линию от Фюрна до Тюэна на Самбре, ниже Мобёжа, и расположился на зимние квартиры, завершив кампанию года, которая началась с больших надежд и закончилась разочарованием.

–– Процесс над 37-летней королевой Марией Антуанеттой начался в 8 утра 15 октября. Защитником королевы на процессе выступил Клод Шово-Лагард, а обвинителем – весьма грубый на язык Фукье-Тенвиль. Полемист Жак Эбер обвинил Марию Антуанетту в инцесте, но она не стала отвечать ему. Когда один из судей спросил, почему она не отвечает на предъявленные обвинения, Мария-Антуанетта сказала: «Если я не отвечаю, то лишь потому, что сама природа отказывается отвечать на подобные гнусные обвинения в адрес матери. Я призываю всех, кто может, явиться сюда». По залу прокатился ропот, и заседание суда было прервано. А вскоре с показаниями выступил сорок один свидетель. В конце концов королеву обвинили в том, что она поддерживала связи с государствами, враждебными Франции, и предала интересы страны. На следующий день, 16 октября в 4 часа утра был зачитан приговор к смертной казни, принятый единогласно. Затем палач Шарль Анри Сансон постриг королеву наголо и надел ей оковы на отведённые за спину руки. Мария-Антуанетта в белой пикейной рубашке, с чёрной лентой на запястьях, с платком из белого муслина, наброшенным на плечи, и с чепчиком на голове, в лиловых туфлях села в повозку палача. Несмотря на все приписываемые ей легкомыслие и сумасбродства, Мария-Антуанетта и во время суда, и перед казнью сохраняла полное самообладание и ничем не уронила королевского достоинства. Она сама взошла на эшафот и сама легла под нож гильотины, хотя нередки были случаи, когда даже осуждённые на смерть мужчины падали в обморок и не могли без посторонней помощи подняться по ступенькам. Поднимаясь на эшафот, Мария-Антуанетта наступила на ногу палачу и извинилась: «Простите, месье, я не нарочно». Это были последние слова французской королевы. В 12 часов 15 минут королева была обезглавлена на нынешней площади Согласия.

–– 15 октября войска генерала Клебера вошли в Мортань, который нашли брошенным, кроме 1500 пленных-республиканцев, которых вендейцы забыли в камерах. Со своей стороны, генерал Алексис Шальбос переформировал свои войска в Брессюире и возобновил марш. Таким образом, три республиканские армии сошлись у Шоле, где должно было произойти решающее сражение. Д'Эльбе, Лескюр, Боншан и Руаран разместили свои войска в Сен-Кристоф-дю-Буа. Д'Эльбе отправил Шаретту письмо с просьбой атаковать республиканцев сзади, но не получил ответа. 15 октября войска Майнцской армии и дивизии Барда атаковали близ замка Ла-Трамбле, юго-западнее Шоле. Однако Лескюру удалось отбросить дивизию Барда, измученную маршем в несколько дней. Раненого генерала Барда заменил его заместитель генерал Марсо. Прибытие дивизии Бопюи позволило отбить вандейцев. Лескюр, занятый сбором своих бежавших людей, был ранен пулей в голову. Это довершило деморализацию повстанцев, которые подумали, что их генерал мертв, и отступили к Шоле. Вечером военный совет вандейцев, собравшийся в Шоле, в связи с нехваткой боеприпасов и отсутствием артиллерии, находившейся в Бопрео с де Мариньи, принял решение эвакуировать город и отступить к Бопрео, оставив город республиканцам.

–– Битва при Ваттиньи. 15 октября, в 9 часов утра, Фромантен и Кордилье, овладев Сен-Вастом, стали выходить на равнину за этой деревней, но там были контратакованы австрийской кавалерией и, потеряв всю артиллерию, отброшены за ручей. Баллан по приказанию Карно, но против воли Журдана, атаковал Дурлер и занял эту деревню и близлежащие высоты, но затем был встречен картечным огнем и подвергся давлению обходящей слева колонны, направленной Белльгардом на Сент-Обан. Потеряв много людей, Баллан вынужден был отступить. Генерал Дюкенуа успел между тем вытеснить передовые австрийские войска из лежащих против Ваттиньи селений Димен и Демишо, а генерал Борегар занять Экль. Наступление ночи приостановило сражение. Ночное время было использовано Журданом на усиление правого фланга, чтобы утром обойти Ваттиньи и отрезать обсервационный корпус от блокадного. Утром 16 октября, Журдан, усилив генерала Дюкенуа шестью тысячами войск, взятых с левого крыла, приказал ему атаковать ключ австрийской позиции Ваттиньи. Генералы Баллан, Фромантен и Кордилье получили предписание, тревожить центр и правое крыло противника канонадою и частными нападениями на Дурлер и Сен-Васт. Генералы Борегар и Гели – продолжать свое движение на Обреши и Бомон. Ваттиньи, атакованное превосходящими силами, было взято, несмотря на мужественное сопротивление генерала Терси. Французская пехота, выйдя из деревни, атаковала во фланг и тыл австрийских гренадер, защищавших лес между Ваттиньи и Дурлером, и опрокинула их в Принцовский лес. Австрийская кавалерия, пришедшая им на помощь, была отбита артиллерийским огнем. На австрийском левом фланге генерал Гадик удачными атаками кавалерии отбросил Борегара в Солрский лес. Беньовский, напав врасплох на колонну Гели, рассеял ее и отогнал до Филиппвиля. Гели потерял всю артиллерию. Генералы Баллан, Фромантен и Кордилье ограничились демонстрациями атак на Дурлер и Сен-Васт.

–– Би́тва при Шоле́. 17 октября, в самом начале дня, вандейская армия начала атаку на позиции республиканцев к северу от Шоле. Вандейцы наступали массово, как регулярные войска, в три линии и сомкнутым строем, вопреки своей обычной тактике. Ларошжаклену на правом фланге быстро удалось оттеснить аванпосты Бопюи и Аксо на болото Папиньер. Вандейцы подожгли камыш, исходивший от него дым мешал республиканской артиллерии корректировать огонь. В центре линии Марсо, обстрелянные двенадцатью вендейскими орудиями и атакованные превосходящими силами д’Эльбе и Боншана подались назад. Отправленная ему на поддержку Клебером бригада генерала Франсуа Мюллера при виде массы неуклонно наступавших вандейских бойцов без боя бежала и вернулась в Шоле, вызвав панику. Тем временем на правом республиканском фланге в Буа-Гролло Вимё и Шерб устояли против Стоффле и Мариньи. С другой стороны, у Ла-Трейля части Аксо и Бопюи уступают Ларошжаклену и отступают к предместьям Шоле. Клебер перебрасывает на свой левый фланг подкрепление, которому удаётся обойти вандейцев и, посеяв среди них панику, заставить бежать. В центре артиллерия генерала Марсо была размещена за пехотой. Когда вандейцы начинают новую атаку, Марсо отводит свою пехоту за орудия, и огонь картечью в упор сеет хаос среди повстанцев: они бегут, преследуемые республиканской пехотой. Д'Эльбе и Боншан тщетно пытались остановить свои войска и в итоге были тяжело ранены. Затем вся вандейская армия отступила, унося с собой раненых вождей. Разгром становится всеобщим, и раздаются крики: «На Луару!» Боншан перед смертью того же дня успел приказать, чтобы 5000 пленных республиканцев не были уничтожены. Их отослали в Бопрео, куда бежали вандейцы после поражения.

–– После поражения при Шоле, окруженные вандейцы отступили на Сен-Флоран-ле-Вьей. Здесь 18 октября вся их армия переправилась через Луару менее чем за день и двинулась на северо-запад, чтобы завоевать какой-либо порт и способствовать высадке эмигрантов и британцев. Преемником д'Эльбе, смертельно раненого при Шоле был избран Анри де Ларошжакелен, который в возрасте 21 года стал самым молодым генералиссимусом Католической и королевской армии. Вандейскую армию сопровождали от 30 000 до 60 000 человек: раненые, священники, женщины и дети. Вскоре к ним присоединилось около 10 000 шуанов во главе с Жаном Коттеро, Жоржем Кадудалем и Эме Пике дю Буаги. Севернее Луары республиканские войска, рассредоточенные и застигнутые врасплох, были разбиты в нескольких сражениях. Хотя до Гранвиля вандейцы выигрывали все свои сражения, но все же части синих под командованием Лешелля, Клебера, Вестерманна и Марсо не оставляли их преследования. После поражения при Гранвиле повстанцы захотели вернуться в Вандею и заставили своих лидеров сделать обратный поворот. С приближением зимы люди начинают страдать от голода, истощения и таких болезней, как тиф и холера. Более того, каждый бой, даже победоносный, приводит к тому, что вандейцы теряют людей и не получают пополнений, в отличие от республиканцев. Повстанцы вынуждены грабить, чтобы выжить, а местное население, раздраженное боевыми действиями и эпидемиями, которые они принесли, отказывают им в поддержке. В свою очередь, шуаны после нескольких поражений покинули вандейцев. Наконец, повстанцы достигли Анже, с целью пересечь Луару, но были оттеснены от реки республиканцами к Ансени. Нескольким тысячам человек удается переправиться через Луару, но остальная часть армии отступила к Ману. Из 60 000-100 000 вандейцев, переправившихся через Луару в октябре, менее 5000 сумели вернуться в Вандею. Все остальные были убиты либо в боях, либо умерли от болезней, либо погибли в результате репрессий.

–– Сражение при Антрамме. После поражения при Шоле вандейцы отступили на север и 23 октября заняли Лаваль, где решили провести несколько дней, чтобы отдохнуть и реорганизовать свои силы. Республиканские войска двинулись на Лаваль с разных направлений с целью уничтожения обессиденных отступлением, обремененных своими семьями, в значительной части больных, повстанцев, насчитывавших около 30 000, из них 1200 кавалеристов. Первым подошёл отряд генерала Вестерманна, 5000 человек, который был встречен вандейцами и разбит бою у Круа-Батай и отступил к Шато-Гонтье. На следующий день основная часть республиканской армии во главе с Жаном-Батистом Клебером прибыла в тот же город. Поскольку его отряд был истощен несколькими днями марша, Клебер решил дать своим войскам один или два дня отдыха, прежде чем начать наступление на вандейцев в Лавале. Но Вестерманн сумел убедить генерала Жана Лешелля, республиканского главнокомандующего на ТВД, немедленно атаковать Лаваль через холмы у Антрамма. Лешелль навязал свой план: атаковать колонной «величественно и массово». Генералы Лешелля осознавали абсурдность этой тактики, но были вынуждены подчиниться. Рано утром республиканцы двинулись одной длинной колонной по большой дороге из Шато-Гонтье в Лаваль. Предупрежденный, Анри де Ларошежаклен, командующий вандейцев, собрал всю свою армию и расположился полукругом к северу от Антрамма. Когда появился республиканский авангард генерала Бопюи, артиллерия повстанцев открыла огонь по колонне, а затем их пехота атаковала со всех сторон. Авангард был вынужден отступить. Анри де Ларошежаклен пересек реку Жуанне и предпринял несколько одновременных атак в нескольких точках. В рядах республиканцев начала распространяться паника. Генералам Клеберу и Марсо с трудом удалось собрать некоторые войска, которые были быстро подавлены вандейцами и в беспорядке отступили к мосту через реку Уэтте. Прибывшие на подкрепление к республиканцам еще две колонны также, увлеченный общей паникой, бежали без боя в сторону Шато-Гонтье. Сам Лешелль, оставшись в тылу, отдал приказ отступать, после чего скрылся. Вся республиканская армия укрывается в Шато-Гонтье, преследуемая вандейцами, которые, прибыв к городу, немедленно атакуют, не оставляя республиканцам времени на реорганизацию. Бывший в резерве со своей дивизией генерал Луи Блосс вступил в бой, но был убит на мосту при въезде в город, а его войска были отброшены. Республиканцы покинули город с наступлением темноты и, больше не преследуемые вандейцами, на следующий день отошли в Ле-Лион-д'Анже. Полный разгром армии республики дал вандейцам передышку в месяц. Генерал Лешелль, виновник поражения, был отстранён от командования, арестован по приказу представителя (комиссара) Антуана Мерлена де Тионвиля и отправлен в Нант, где 11 ноября умер при невыясненных обстоятельствах.

–– На вершине аппарата террора находился Комитет общественной безопасности, второй орган государства, состоящий из двенадцати членов, избираемых каждый месяц в соответствии с правилами Конвента и наделённый функциями общественной безопасности, слежения и полиции, как гражданской так и военной. Он использовал большой штат чиновников, возглавлял сеть местных революционных комитетов и применял закон о «подозрительных» путём просеивания сквозь тысячи местных доносов и арестов, которые он затем должен был предоставить в Революционный трибунал.

–– Осень – Эбертисты стали проводить в Париже и кое-где в провинции политику «дехристианизации». По настоянию Робеспьера она прекращена.

–– Конец октября. Создание Центральной продовольственной комиссии во Франции.

–– 10 ноября. Собор Парижской Богоматери переименован в Храм Разума.

–– Осада Гранвиля. 14 ноября вандейские войска численностью 25 000 человек достигли окрестностей города. Гранвиль защищали 5500 человек под командованием представителя в миссии (комиссара) Жана-Батиста Ле Карпентье, а также генералов Пейра и Вашо. После отклонения предложения о капитуляции вандейцы пошли в атаку и быстро захватили всё предместье Сент-Антуан. Отступившие республиканцы укрылись в укрепленном районе Верхнего города. Однако вандейцы не могли проникнуть в крепость, так как у них не было осадных машин, кроме нескольких слишком коротких лестниц. Ночью по приказу Пейра и Ле Карпентье небольшая группа республиканских солдат вышла из крепости и, воспользовавшись темнотой, подожгла дома, в которых ночевали вандейцы. Огонь быстро уничтожил всё предместье. Утром вандейцы предприняли вторую попытку штурма. Во главе с Ларошжакленом, воспользовавшись отливом, они разделились на две группы и обошли укрепления. Первая группа, самая большая, атаковала стены, вторая обошла республиканцев сзади, на севере. Их остановили две республиканские канонерки, прибывшие из Сен-Мало. Тем не менее, небольшой группе шуанов удалось ворваться в крепость. Однако внезапно в их рядах раздались крики: «Измена!» Крик, вероятно, был поднят республиканскими шпионами, чтобы вызвать замешательство. В рядах роялистов воцарилась паника, и они бежали. Атака провалилась. Из-за отсутствия контакта с английским флотом (который находился довольно близко, у острова Джерси, но не знал об осаде) Ларошжаклен решил отказаться от продолжения атак и увел свою армию в Авранш. Победа стала решающей для республиканцев. Удалось предотвратить соединение вандейских и шуанских частей, с одной стороны, с английскими войсками и флотом, с другой. Хотя Ларошжаклен принял решение двинуться на Шербур, однако основная часть армии, оставшаяся в Авранше, отказалась следовать за ним и идти дальше на север, и, следуя увещеваниям аббата Рабина, вандейцы сделали разворот в направлении юга с твердым намерением вернуться в Вандею. Ларошежаклен был вынужден следовать за ними.

–– Сражение при Бизингене. В ноябре французы готовились к решительному наступлению для освобождения крепости Ландау и вытеснения союзников из Эльзаса. Союзники же в целях облегчения снабжения продовольствием, стали отодвигаться к своим магазинам: австрийцы – к Рейну; пруссаки, составлявшие правый фланг союзной армии, – на сближение с австрийцами от реки Саар к Хомбургу. 16 ноября началось передвижение. Командующий Мозельской армией генерал Гош, заметив это передвижение, быстро перешел в наступление и начал теснить отступавшие корпуса противника, особенно семитысячный корпус генерала Калькройта, который для сдерживания французов расположился на позиции впереди Блискастеля. Правый фланг Калькройта занял лес у Бизингена, левый – лесистые высоты у Гильшельда и Бликвайлера, фронт прикрывался рекой Блис и Зельбахским прудом. Утром 17 ноября французская Мозельская армия (до 25 тысяч штыков и сабель) тремя колоннами выступила из своего лагеря на Сааре, чтобы сбросить союзников с их позиций. В то время как две колонны шли на Толай и Санкт-Ингберт, третья, и в то же время самая сильная, повернула к Бизингену. Сражение было открыто сильным артиллерийским огнем из французских пушек по центру пруссаков и саксонцев на Хильшайдер Хох. В это же время французский отряд численностью 800 человек переправился через Блис у Блискастеля, чтобы напасть на левый фланг пруссаков. Благодаря патрулю эта попытка флангового удара не удалась. Он продержался, пока не прибыло подкрепление и не вынудили французов отступить. Пытаясь нанести поражение союзникам в центре, части генерала Ломбара продвинулись через лес Хильшайдер. После первого ружейного залпа пруссаки и саксонцы перешли в штыковую контратаку. Ломбар и несколько офицеров попали в плен. Третья атака французов последовала с холма севернее Вольферсхайма. Здесь 3-тысячный контингент кавалерии попытался прорвать позиции союзников. После двух неудачных атак третья принесла временный успех. Линии были прорваны и несколько пушек было захвачено. Но успех был недолгим. Пруссаки уже выстроились в линию, и после ружейных залпов и штыкового удара французы были вынуждены отступить. Калькройту удалось продержаться до поздней ночи, а на другой день без потерь отступить в Хомбург. Остальные прусские корпуса – Кнобельсдорфа и Гогенлоэ – также продолжили свое отступление в сторону Кайзерслаутерна.

–– 17 ноября. По приказу Робеспьера арестованы сторонники Дантона.

–– 20 ноября. Дантон возвращается в Париж после отсутствия с 11 октября. Он призывает к «снисходительности» по отношению к противникам и «национальному примирению».

–– Ставя приоритет национальной обороны над всеми другими соображениями, Комитет общественного спасения старался держаться промежуточной позиции между модерантизмом и экстремизмом. Революционное правительство не намерено было уступать эбертистам в ущерб революционному единству, в то время как требования умеренных подрывали контролируемую экономику, необходимую для ведения военных действий, и террор, который обеспечивал всеобщее повиновение. Но в конце года нехватка продуктов питания приняла резкий поворот к худшему. Эбертисты начали требовать применение жёстких мер и сначала Комитет вёл себя примирительно. Конвент проголосовал около 15 млн ливров на облегчение кризиса, 3 вантоза Барер от имени комитета общественного спасения представил новый общий «максимум» и 8-го декрет о конфискации имущества «подозрительных» и распределения его среди нуждающихся – вантозские декреты. Кордельеры полагали, что, если они усилят давление, то восторжествуют раз и навсегда.

–– Осенью опасения того, что заразные болезни, особенно тиф, начнут передаваться от заключённых к населению, превратились в панику. Массовая гибель заключённых, зафиксированные военными, врачами, медсёстрами и даже судьями, шокировали гражданских лидеров и побуждали их делать всё возможное, чтобы остановить дальнейшее распространение болезней. С этой целью власти Нанта решили очистить тюрьмы в центре города и разместить заключённых в тюрьме в бывшем кофейном складе, находящейся в порту, и на судах, пришвартованных в гавани. Первые утопления произошли в ночь на 16 ноября. Его жертвами стали 160 католических священников, известные как «неприсягнувшее духовенство». 25 октября Революционный комитет Нанта распорядился, чтобы священники были отправлены обратно в доки и размещены на барже La Gloire. В ночь казни генерал-адъютант Гийом Ламберти и Фуке пришвартовали в доках баржу. Они приказали солдатам под командованием О'Салливана перевести 90 заключённых с La Gloire на эту баржу. Затем баржа была отведена на середину реки, и священники были казнены. Почти все они утонули, кроме троих, которых спасли моряки с военного корабля L’Imposant; спасённым дали спиртное и тёплые одеяла. Капитану Лафлёри было приказано вернуть их Революционному комитету Нанта. После возвращения в тюрьму они были казнены вместе со второй группой священников, которых утопили на следующую ночь. Только одному священнику по имени отец Ландо удалось выжить. Будучи отличным пловцом, он смог бежать во время схватки, прыгнуть с баржи в Луару и отплыть в безопасное место. Гийом Ламберти руководил вторым массовым утоплением священников. Его охранники из роты Марата во главе с Фуко раздели 58 священнослужителей, привезённых из Анже. Их снова посадили на специально оборудованную баржу. Но на этот раз их отвезли в устье реки Луары вдали от порта Нант. Выживших не было. Третье утопление произошло ночью на 15 декабря. Под командованием Жан-Жака Гулле и Мишеля Моро-Гранмезона рота Марата отправилась в тюрьму в Буффе, большинство из них были пьяны. Не в силах или или не желая сверяться со своими списками, солдаты наугад хватали заключённых из камер, отбирали у них вещи и деньги, а затем привязывали их попарно к тяжёлым камням. Погрузившись на плоскодонку, охранники отвезли 129 заключённых на небольшое расстояние вниз по течению от Нанта к Тренмульту, рыбацкой деревушке недалеко от острова Шевире в районе Резе, и утопили их.

–– Сражение при Кайзерслаутерне. Французская Мозельская армия под предводительством Гоша 27 ноября форсировала реку Саар, намереваясь нанести удар по правому флангу и прусскому центру четырьмя колоннами и выйти в прусский тыл. 28 ноября французская армия тремя колоннами двинулась на прусские позиции. На правом фланге Тапонье по прямой дороге на Казерслаутерн, Гош с охватывающими слева дивизиями – в центре, а Амбер с обходящей дивизией – с севера, чтобы пересечь Лаутер у Хиршхорна. Колонна Тапонье первой встретила пруссаков и начала сражение, добившись умеренного успеха против деревни Фогельве. Затем атака вывела его войска на внешний хребет высот Хоэнека, где он столкнулся с прусским редутом на Гальгенберге (Висельном холме). Встревоженный маршем колонны Амбера, герцог Брауншвейгский отреагировал, послав Калькройта на север, чтобы остановить её. Войска Калькройта заняли новую позицию: его левый фланг опирался на Лаутер, центр стоял – у Морлаутерна, а правый – у Эрленбаха. Другая дивизия была размещена на Кайзерберге, а герцог Карл Август Саксен-Веймарский остался защищать западные подходы к Кайзерслаутерну. С большими усилиями Амбер пересек Лаутер и двинулся на юг через Кацвейлер и Самбах. Он несколько раз храбро атаковал через ручей Оттербах, но его 6000 человек уступали численностью Калькройту. Под угрозой окружения, Амбер отступил и к вечеру подошел к центральной колонне Гоша недалеко от Самбаха, которая, в свою очередь, ещё утром покинув Роденбах, натолкнулась на непроходимые дороги в лесу Воог, и ей пришлось обходить препятствие. Таким образом, дивизии колонны Гоша остались на западном берегу Лаутера и не вступили в бой 28-го числа. Несмотря на неудачу, Гош решил нанести основной удар своим левым флангом на следующий день. Соответственно, он приготовился перейти мост в Самбахе и присоединиться к Амберу. 29-го французская армия форсировала Лаутер в Самбахе и двинулась на юг к болотистому ручью Оттербах, впадающему в Лаутер. Тем временем Гош установил батарею из 16 орудий около Самбаха и вторую батарею около Эрфенбаха на западном берегу Лаутера. Под перекрестным огнем батарей пруссаки отступили, а французы переправились через Оттербах. Амбер повел бригады Симона и Пайяра далеко влево, чтобы обойти прусские позиции у Оттерберга. Юэ двинулся на вражеские позиции с бригадой Морло. Гош установил батарею из 29 орудий на высоте Остерберг (южнее ручья Оттербах), начав взаимную с пруссаками канонаду, продолжавшуюся несколько часов. Затем французский генерал бросил колонну из 10 000 солдат на левый фланг пруссаков через овраг у Морлаутерна. Два полка саксонской кавалерии контратаковали дивизию Юэ в левый фланг. Начальник штаба Гоша Эдувиль с несколькими французскими кавалерийскими эскадронами контратаковал с Остерберга саксонцев в их правый фланг. Кавалеристы с обеих сторон присоединилясь к рукопашной схватке, и в конечном итоге саксонцы победили. Потрясенная атакой кавалерии, французская пехота отступила в долину Оттербаха. Атаки французов на Эрленбах также потерпели неудачу, и к 18:00 стрельба стихла. На крайнем левом фланге обходящая бригада Симона заблудилась и не смогла присоединиться к бригаде Пайяра до вечера. На правом фланге Тапонье атаковал Гальгенберг, но не смог продвинуться дальше. Левое крыло пруссаков поддерживалось артиллерийским огнем с Кайзерберга. В течение дня части Вартенслебена усилили позиции герцога Саксен-Веймарского на Гальгенберге и помогли отбросить подразделения Тапонье обратно в лес. На третий день утром бой начался интенсивной перестрелкой артиллерии. Затем Гош атаковал прусские позиции частью своих сил. На левом фланге, атакуя четырьмя батальонами, Молитор не смог захватить саксонские позиции на Бухберге (около Эрленбаха), и был отброшен. В центре в течение всего дня происходил обмен кавалерийскими атаками. На правом фланге, у Морлаутерна, дивизия Юэ с трудом удерживала лес, страдая от картечного огня противника. На крайнем правом крыле французов Тапонье совершил ещё две атаки на Гальгенберг, но Саксен-Веймарский отогнал их. Когда герцог Брауншвейгский, укрепив свои крылья и получив подкрепление из Лаутереккена, начал контратаку на Остерберг, то есть на тыл французского левого крыла, Гош приказал отступить. Его войска перешли на западный берег Лаутера по мосту в Самбахе. Измученные войска Гоша отступили к Цвейбрюккену, Хорнбаху и Пирмазенсу. Следуя пассивной стратегии своего правителя, короля Фридриха Вильгельма II, герцог Брауншвейгский не стал преследовать его. Битва при Кайзерслаутерне стала явной победой союзников, но не имела немедленных последствий, так как союзники воздержались от преследования противника, и Мозельская армия Гоша осталась боеспособной. В результате австрийский генерал Вурмзер потерпел поражение, и союзникам пришлось отступить. Гош снова смог продвинуться вперед и 3 декабря занял Бизинген.

–– Сражение за Ле-Ман. 10 декабря оставив Анже, вандейские войска, всегда время от времени подвергавшиеся нападениям республиканской кавалерии, начали марш вдоль Луары. Страдая от голода и холода, опустошенные дизентерией, тифом и лихорадкой, они в основном пытались добыть пропитание. Из 80 000 человек, вышедших из Анже, в Ле-Ман добралась только около 40 000 человек, большинство из которых были гражданскими и ранеными солдатами. Отряд генерала Вестерманна подошёл к городским воротам рано утром 12 декабря, к нему присоединились отряды Франсуа Марсо и Жана-Батиста Клебера. У республиканцев было около 20 000 боеспособных солдат. Вестерманн призвал вандейцев сдаться. Предложение было отклонено, поскольку повстанцы в городе чувствовали себя в безопасности и считали, что республиканцы не смогут выбить их. Так как в это же время основные силы вандейцев во главе с Анри Ларошжакленом, отбив атаку синих, вошли в город из окрестностей, большинство повстанцев в городе не подозревали об угрозе со стороны республиканцев. Повстанцы обычно напивались в местных кабаках, и их войска были рассеяны по всему городу. Хотя по всему Ле-Ману были сооружены многочисленные баррикады, они были плохо укомплектованы людьми и слабо укреплены. В полночь 12 декабря республиканские войска начали штурм города, быстро захватив баррикады, сломив основное сопротивление вандейцев и захватив ключевые пункты Ле-Мана. Всю ночь шли уличные стычки. Не в силах защитить себя, повстанцы хаотично передвигались по улицам города, поэтому сражение быстро превратилось в бойню. Республиканской артиллерией под командованием генерала Франсуа Карпантье, открывала огонь по зданиям и домам, откуда велись выстрелы. Вандейцы, уцелевшие в резне, во главе с Ларошжакленом стали отступать к городу Лаваль. Вестерманн собрал своих гусар и преследовал повстанцев. Те, кто медлил и отставал, были убиты, но большая часть вандейской армии, сокращенная вдвое, сумела достичь Лаваля 14 декабря. Всего за 40 часов боев республиканские войска уничтожили более 15 тысяч вандейцев. Потери нападавших были небольшими и составили всего 30 убитых и 100 раненых. Победа в сражении и взятие Ле-Мана позволили республиканцам вступить в решающую фазу операции по уничтожению остатков когда-то могущественной Католической и королевской армии.

–– Сражение при Савене. После сокрушительного поражения в битве при Ле-Мане 12 декабря несколько тысяч вандейцев бежали в Лаваль, а затем в Ансени, надеясь пересечь Луару и вернуться в Вандею. Без лодок переправиться через реку было невозможно. Поэтому вандейцы построили небольшие лодки, и примерно 4000 человек, в том числе Анри де Ларошежаклен и Жан-Николя Стоффле, успели переправиться до прибытия республиканских кораблей. Вандейский арьергард застрял к северу от Луары и попытался пойти другим путем. Они направились к Блену, в 35 км к северу от Нанта, но должны были вернуться в сторону Савене, в 30 км к западу от Нанта. Рано утром 22 декабря Савене был взят вандейцами практически без боев. 150 республиканских солдат быстро отступили после небольшой стычки с первой линией вандейцев, и население города было эвакуировано. В 09:00 роялисты подготовили оборону города. Республиканцы под руководством Франсуа-Жозефа Вестермана прибыли первыми в 11:00. Они атаковали, но были отброшены после небольшой стычки. В полдень прибыли Жан-Батист Клебер и Франсуа-Северен Марсо с большей частью республиканской армии. Ещё одна стычка произошла за контроль над лесами Тушеле к северо-востоку от Савене, в которой республиканцы победили. Ночью на военном совете было решено атковать на рассвете 23 декабря лагерь вандейцев. В 02:00 прибыла и вовремя развернулась дивизия Тилли, пришедшая из Ванна. Симон Кануэль командовал левым флангом, Клебер – средним левым, Марсо – средним правым, а Тилли – правым. За исключением нескольких проходов к югу от города, вандейцы были окружены. На рассвете, неожиданно для республиканцев, вандейцы и шуаны, чтобы не попасть в окружение, атаковали лес Тушеле и захватили его. Вскоре после этого Клебер предпринял контратаку в штыки и вынудил вандейцев отступить к воротам Савене. В центре Марсо на какое-то время был остановлен вандейской артиллерией. На своих участках Симон Кануэль, Жак Луи Франсуа Деластр Тилли и Вестерманн также начали атаки, и вскоре в город вошли республиканцы. Разгорелись уличные бои, «синим» приходилось брать дом за домом; многочисленные вандейские семьи участвовали в боях. Вандейская артиллерия развернулась перед церковью и какое-то время ей удавалось удерживать позиции. Около 300 кавалеристов контратаковали, прорвали позиции Тилли и попытались охватить «синих» с фланга, но прибыли республиканские резервы и заставили кавалеристов отступить. В это время на церковной площади республиканцы захватили пушку и повернули её против вандейцев, заставив последних бежать из Савене к западу от города. Вандейцы продержались в течение часа, а затем были уничтожены, как и те, кто бежал на северо-запад, в леса Бланш-Куронн. Республиканская кавалерия под командованием Марсо и Вестермана продолжала преследовать вандейцев, обыскивая окрестные деревни, убивая или захватывая в плен скрывающихся вражеских солдат. Республиканцы обыскали город и сотни стариков, женщин и детей вывели из домов и заперли в церкви. К 14:00 бой закончился. В тот же день прибыла комиссия Биньона, чтобы судить заключённых. Комиссия проработала три дня и приняла решение казнить всех вандейцев, пойманных с оружием в руках. Было казнено 662 человека.

–– 24 декабря Гош был назначен главнокомандующим объединённых армий Рейна и Мозеля. Гош был полон решимости отбросить австрийцев от Висамбура. Ввиду растянутости линий противника и сложности местности, 35 000 французских солдат под командованием Тапоньера и Атри были собраны в центре в кулак визави Висамбура и укреплений у плато Гейсберг, в то время как три дивизии армии Мозеля под командованием генерала Дезэ угрожали правому крылу союзников через ущелья Вогезов и две дивизии под командованием генерала Мишо наступали справа от Лотербура). В качестве отвлекающего маневра, генерал Моро должен был наступать севернее на Кайзерслаутерн, а Пишегрю с юга по направлению Рейна. В то же время австрийские и прусские войска также планировали начать наступление. Утром 26 декабря около 4 000 австрийского авангарда начали занимать позиции перед замком Гейсберг на юго-западной окраине Висамбура. Именно в этот момент они попали под удар основных сил французов и в беспорядке стали отступать к хорошо укреплённым позициям у плато Гейсберг. Подходы у плато были защищены поваленными деревьями, рвами, частоколом, выше которой были установлены батареи пушек. Действия Дезэ и Мишо на флангах успешно сковали резервы австрийцев и отвлекли их от основного дела в центре позиции. Преследуя неприятеля по пятам и, не желая дать противнику опомниться и перегруппироваться, Гош приказывает атаковать в центре. Три австрийских батальона смяты, линия обороны прорвана и защитники начинают спешно покидать палисады и разбегаться. Видя невозможность сдерживания наступающих французов, Вурмзер отдаёт приказ отступать к Висамбуру. В руки французов попала вся артиллерия, обоз и амуниция. Только подоспевшая свежая прусская дивизия с помощью восьми австрийских батальонов из резерва спасли австрийскую армию от полного разгрома и задержали наступление французской армии. По получении известий о развитии успеха под Висамбуром, Сен-Жюст, представитель Конвента при армии Пишегрю, настоял на немедленном наступлении на Агно, что в случае успеха могло отрезать пути отступления противника через Рейн. Но Пишегрю, раздосадованный назначением своего молодого соперника главнокомандующим, действовал довольно медленно на протяжении всего сражения. Несмотря на увещевания герцога Брауншвейгского, Вурмзер с остатками австрийской армии и корпус Конде отступают к Гермерсхайму, где они пересекают Рейн у Филипсбурга вечером 30 декабря. Герцог Брауншвейгский, оставшись без австрийской поддержки, отступает на северо-восток и тоже переправляется через Рейн у Майнца в тот же день. В результате победы при Висамбуре Эльзас был полностью освобожден республиканскими войсками и вторжение войск первой коалиции во Францию было остановлено. Появились признаки определённых разногласий между командующими прусской и австрийской армий вторжения. Оба командующих обвиняли друг друга в фиаско под Висамбуром. Канонада при Висамбуре для голодающих защитников Ландау провозгласила прибытие республиканских войск и 28 декабря осада Ландау была полностью снята.

1794 год

Первая Французская республика: Национальный конвент.

Председатель Национального конвента: Жорж Кутон.

Члены комитета общественного спасения: Максимилиан Робеспьер, Луи Антуан Сен-Жюст.

Были сформированы 12 армейских колонн, которые были отправлены через территорию Вандеи. С января по май колонны пересекали восставшие территории в департаментах Мэн и Луара, Луара-Инферьер, Вандея и Дё-Севр. Действия колонн превратились в беспорядочные убийства мирного населения, изнасилования, пытки, часто без различия возраста, пола или политических взглядов, грабежи и разрушение инфраструктуры (сожжение деревень, уничтожение посевов). В первой четверти было убито от 16 000 до 40 000 гражданских лиц. Население прозвало карательные колонны «адскими». Действия «Адских колонн» не только не положили конец войне, но и спровоцировали новые восстания под предводительством Шаретта, Стоффле, Сапино и Мариньи. В конце концов, Тюрро не смог победить повстанцев, и крайняя жестокость его колонн была осуждена местными патриотами, а также некоторыми представителями в миссии. В конечном итоге Тюрро потерял доверие Комитета общественной безопасности. Его отстранение от должности в мае положило конец колоннам.

–– 4 февраля. Декрет Конвента об уничтожении рабства во французских колониях.

–– Эбер и другие руководители кордельеров, выступившие 2-4 марта с авантюристским призывом к «новому 31 мая» с целью очистки Конвента от «новых бриссотинцев». Несмотря на то, что кордельеры не перешли к реальной практической подготовке восстания, правительственные комитеты поспешили начать репрессии. Были арестованы Эбер и его друзья, Шометт и масса других лиц, даже не имевших отношения к попытке восстания кордельеров. 21-24 марта состоялся процесс эбертистов, 10-13 апреля – процесс Шометта. По этому делу проходил в частности Жан-Батист Гобель, отказавшийся от сана католический епископ Парижа, сочувствующий эбертистскому движению. Обвиненные в заговоре против свободы французского народа и национального представительства, в стремлении низвергнуть республиканское правительство, все они были гильотинированы.

–– После падения эбертистов, когда влияние Робеспьера достигло апогея, 31 марта , Дантон и его друзья были арестованы по постановлению соединённых комитетов общественного спасения и общественной безопасности; эта мера была одобрена конвентом по докладу Сен-Жюста, составленному согласно наброскам Робеспьера. Процесс с самого начала вёлся с нарушением всех формальностей; новым постановлением конвента по предложению Сен-Жюста обвиняемые были прямо поставлены вне закона. Дантонисты (Камиль Демулен, Мари-Жан Эро де Сешель, Фабр д’Эглантин и др.) обвинялись в заговоре с целью низвергнуть национальное представительство и республику, были осуждены и погибли на гильотине. По дороге к эшафоту Дантон подбадривал себя словами: «Вперёд, Дантон, ты не должен знать слабости!». А проезжая мимо дома, где жил Робеспьер, Дантон выкрикнул пророческие слова: «Максимильен, я жду тебя, ты последуешь за мной!».

–– Битва при Булу. Испанская армия удерживала часть французской территории к югу от реки Тек и к северу от Пиренеев. Де ла Унион развернул свою 20-тысячную армию в долине реки Тек, обороняя позиции как к северу, так и к югу от реки. Ранним утром 30 апреля дивизия Периньона пересекла Тек вброд возле коммуны Бруйя, планируя подняться в горы позади испанских лагерей и занять там оборону. Левая фланговая бригада Мартина прошла мимо Сен-Жени-де-Фонтэн и начала подниматься на вершину Сен-Кристофер. Достигнув её, французы установили шесть пушек и 13 гаубиц для ведения огня по испанским позициям с тыла. Затем часть его бригады двинулась на запад, чтобы перерезать дорогу в Бельгард. Бригада Шабера наступала на Вильлонг-Дель-Мон, в то время как бригада Пуана на правом фланге французов атаковала укрепленный лагерь в Монтескьё-Дез-Альбере, защищаемый полковником Франсиско Хавьером Венегасом. Войска Пуана поддерживал Ла Барр, а Виктор с резервной бригадой занял Сен-Жени, чтобы удержать дивизию Наварро, направляющую помощь в испанский центр. Ещё две резервные бригады под командованием Лемуана атаковали лагерь в Тромпэ. Пока в центре велись эти сражения, Ожеро отбил Омс у Мендинуэта на правом французском фланге, а Соре вытеснил Наварро из Аржелес-сюр-Мер слева. Чтобы создать впечатление превосходства французов, Дюгомье выстроил большое количество плохо обученных добровольцев возле своей штаб-квартиры в Баниёль-Дель-Аспре. Де ла Унион отправил Монфорте с 2,8 тыс. пехотинцев и 800 кавалеристов для укрепления сил в Тромпэ и Дель Пуэрто, и ещё 2 тыс. на помощь Венегасу. Но ни одно из этих войск не смогло сдержать французское наступление. 1 мая, видя, что его защита полностью разбита, де ла Унион приготовился отступить. Монфорте ушёл из Тромпэ и переправился на южный берег через брод возле Ле Булу. В тот день французы штурмом захватил лагерь в Монтескьё-Дез-Альбере, и испанцы отступили, забрав с собой тяжело раненого Венегаса. Ла Барр послал Кенеля с кавалерией вдоль южного берега, чтобы прервать отступление испанцев, но эта попытка провалилась. На западном фланге Ожеро послал войска под командованием Гиё и Мирабеля, чтобы отбросить конницу Мендинуэта обратно в Сере. Преследуемый конницей Кенеля, Монфорте отступил на юг по дороге в Бельгард. Но в Ле Клюзе он столкнулся с засадой, устроенной бригадой Мартина. Во время наступившего хаоса часть испанских повозок и артиллерийского обоза были уничтожены или брошены. Большая часть испанской армии направилась в Морейа-Ла-Илла, прежде чем подняться по крутой дороге к Коль дю Портей. Прикрыв отход войск в Сере, де Вивес вышел из города, а Ожеро пересёк мост и продолжил беспокоить испанский арьергард. Португальская дивизия ушла через перевал дальше на запад. Испанская армия потеряла 2 тыс. убитых и раненых. Ещё 1,5 тыс. солдат, 140 орудий и все обозы, и багаж попали в руки французов.

–– По мнению Робеспьера мадам Елизаве́та Французская, сестра казнённого монарха, не была опасна новому правительству. Первоначально он хотел выслать Елизавету за границу. 9 мая она предстала перед судом. Её обвинили в оказании помощи при побеге короля, в оказании помощи уцелевшим французским войскам. До суда также дошли слухи, что она поддерживала связь со своим братом, графом д’Артуа, который пытался ввести иностранные войска для подавления революции и восстановлению монархии. Суд приговорил Елизавету к смерти на гильотине. На следующий день 10 мая  она была обезглавлена вместе с другими 23 мужчинами и женщинами.

–– Битва под Туркуэном. Битва произошла 17-18 мая на севере Франции около города Туркуэн. Северная колонна Клерфэ, задержанная плохими дорогами, прибыла к реке Лис только 17 мая вечером, встретила в Вервике сопротивление и по причине медленного движения понтонного парка должна была провести ночь на левом берегу, между тем как по плану ей следовало находиться на правом. Первая колонна Буше продвинулась к Мёскрёну, но была отброшена обратно к Дотильи. Вторая колонна Отто своим авангардом заняла Туркуэн и Ватерлос. Третья колонна герцога Йоркского удачно овладела Ланнуа, Рубэ и Мулем. Четвёртая колонна Кински встретила при Бувине сильное сопротивление французской дивизии Бонно и не смогла перейти через реку Марк, но появление вблизи вечером пятой колонны эрцгерцога Карла позволило Кинскому занять Бувин и переправить часть войск на левый берег реки. Пятая колонна эрцгерцога Карла встретила сильное сопротивление французов на берегу Марка, но перевес в силах позволил перейти через реку и занять на левом берегу Пон-а-Марк и Секлен. Таким образом 17 мая вечером все планы союзников (за исключением переправы Клерфэ и неудачи первой колонны) были выполнены, и на следующий день герцог Кобургский был намерен нанести окончательное поражение французам. На севере корпус Клерфэ на рассвете переправился через Лис и разделившись на две колонны пошёл на Бусбек и Лансель, но вскоре был встречен восьмитысячным отрядом Моро. Ожесточенные бои у этих пунктов продолжались до вечера, причём правое крыло французов было отброшено от Бусбека. Когда против правого фланга Клерфэ показалась свежая французская бригада из дивизии Бонно, шедшая от Лилля, он был вынужден отступить к реке Лис. На главном направлении французы решили предупредить союзников в наступлении и утром 18 мая под командованием Суама двинулись двумя сильными колоннами (45 тысяч) на Туркуэн и Ватерлос, а фланговыми – на Муль, Рубэ и Ланнуа. Оборонявшие Туркуэн и Ватерлос войска колонны Отто, несмотря на подкрепления, полученные от герцога Йоркского, после упорного сопротивления были отброшены и бежали к Леерсу, бросив всю свою артиллерию. Войска герцога Йоркского храбро защищали Муль, Рубэ и Ланнуа, но были выбиты из двух последних и бежали, бросив свою артиллерию. Сам герцог едва не попал в плен. Только три английских батальона, оборонявшиеся в Муле под командованием генерала Аберкромби, после упорного боя успели отступить в порядке, что спасло вторую и третью колонны от полного поражения. Колонны Кинского и эрцгерцога Карла, которые на рассвете должны были прибыть к Ланнуа и позволили бы спасти положение, появились только к трём часам дня около Шерона и, не видя возможности оказать поддержку разбитым союзникам, отступили. Французы не воспользовались своей победой и позволили союзникам почти беспрепятственно отступить к Турне, где их войска расположились полукругом впереди города, с правым флангом, опирающимся на Шельду, центром – около Тамплёва, и левым флангом – впереди Ламена. Позиция союзников была усилена полевыми укреплениями.

–– Сражение при Турне. Бездействие французов после победы при Туркуэне продолжалось три дня. Пишегрю прибыл к армии 19 мая и занялся приготовлением к новому наступлению. 22 мая была произведена общая атака позиции союзников. Самый сильный удар был нанесён по правому флангу (Буше) и центру (герцог Йоркский). Левый фланг эрцгерцога Карла подвергся только слабым атакам части дивизии Бонно. На обоих первых пунктах оборонявшиеся были оттеснены за ручей Эспер к Турне: Буше отступил к Пон-а-Шену, а центр из Тамплёва был отброшен к Бланденю. Здесь опрокинутые части получили подкрепления, после чего до позднего вечера продолжались кровопролитные бои. Четыре французские бригады Суама атаковали Тамплёв и Пон-а-Шен, брали их четыре раза и каждый раз вынуждены были отступить. Наконец, поздним вечером Пишегрю, убедившись в бесплодности атак и потеряв около 7 тысяч убитыми и ранеными, приказал армии отступить. Суам отступил к Куртре, а Бонно – к реке Марк. Союзники, утомленные ожесточенными боями, не преследовали французов.

–– Сражение при Кайзерслаутерне. Мозельская армия направила большие подкрепления на северо-восток Франции. Воспользовавшись слабостью французов, главный прусский удар был направлен на Кайзерслаутерн, который удерживала дивизия Жан-Жака Амбера восемью батальонами, кавалерийским полком и двумя эскадронами конных егерей. Многие солдаты были новобранцами, а некоторые даже не были вооружены. Мёллендорф планировал полностью окружить и захватить дивизию Амбера, отправив дивизию Клейста, чтобы предотвратить отступление французов. Летучая колонна под командованием Гебхарда Леберехта фон Блюхера была отправлена, чтобы перерезать связь между двумя французскими армиями. Амбер решил отступить двумя колоннами, лично взяв левую колонну, а Сен-Сир возглавил правую. Французам благоприятствовала местность, на которой дороги в тыл проходили через узкие проходы, по которым преследователям было трудно догонять. Сен-Сир смог уйти от преследования. Его колонна прибыла в Триппштадт, когда город подвергался нападению авангарда Клейста. Эта счастливая случайность позволила колонне Сен-Сира легко отбиться от дивизии Клейста и уйти. Сложнее пришлось колонне Амбера. Пехота колонны должна была удерживать опушку леса до тех пор, пока к ней не доберутся конница и артиллерия арьергарда. По какой-то ошибке пехотинцы продолжили марш. Прусские кавалеристы разгромили своих противников, а побежденная французская кавалерия прорвалась сквозь ряды собственной пехоты, вызвав хаос. Благодаря батальону Удино удалось отогнать прусскую кавалерию, но артиллерию пришлось бросить из-за потерь в упряжных лошадях. Обе отступающие колонны собрались в Пирмазенсе и избежали окружения. Тем не менее войска Мёллендорфа нанесли французам потери в соотношении девять к одному и заняли Кайзерслаутерн.

–– Бой при Шифферштадте. Около 3 часов ночи, еще до рассвета, пруссаки Гогенлоэ-Ингельфингена двинулись вперед тремя колоннами, направлявшимися соответственно на Вахенхайм, Форст и Нидеркирхен на позиции дивизии Ферино. Одновременно пруссаки направили большую часть своей кавалерии налево, где она прикрывала правый фланг имперцев, атаковавших Шифферштадт. Французские аванпосты, защищавшие эти места, отступили к Дайдесхайму и присоединились к основной части дивизии, занявшей боевую позицию за Марлахом, от Руппертсберга до Меккенхайма, соединившись в направлении Шифферштадта с дивизией Дезе. Все попытки пруссаков захватить Руппертсберг остались тщетными, хотя их поддерживали семь батарей по четыре пушки в каждой, против которых Ферино мог противопоставить только восемь орудий двух конных батарей. С 10 часов утра бой принял затяжной характер и продолжался до наступления темноты без решающих результатов. Австрийцы Гогенлоэ-Кирхберга (12 батальонов, 20 эскадронов) также ночью выступили из Муттерштадта в направлении к реке Ребах. Дезе немедленно поднял свою дивизию и расположил её за этой рекой от Нойхофена до Шифферштадта. Днем противник появился тремя колоннами, направлявшимися соответственно в сторону Нойхофена, Рехютте и Шифферштадта. Центральная колонна атаковала проход Рехютте и ферму Кольхоф. В то же время правая колонна энергично обстреливала Шифферштадт, а пехота левой колонны атаковала Нойхофен, который защищали два батальона. Менее чем за полчаса австрийская пехота заняла Кольхоф и, восстановив два моста через Ребах, сломанные отступившими французами, переправились на правый берег реки. Дезе бросился к Рехютте и приказал пехотному батальону, егерям и двум кавалерийским полкам отбить Кольхоф. Конная атака французов опрокинула гусар и пехоту противника, и они бросились бежать, ища спасения во рвах и болоте. Тем временем французская пехота отбила ферму Кольхоф. Неоднократные попытки австрийцев возобновить атаку на Шифферштадт и Нойхофен потерпели неудачу из-за энергичного сопротивления дивизии Дезе. Хотя по австрийским данным имперцы потеряли в этот день 520 человек и 114 лошадей, а Дезе отчитался о 30 убитых и раненых, реальные потери были выше. К удивлению союзников, командующий Рейнской армией генерал Клод Мишо, несмотря на победу, приказал на следующий день отступить на реку Квейх. Между обеими армиями осталось большое, не занятое войсками, пространство. Союзники не решились наступать и расположились кордоном более чем на 100 км от Шпейера до Санкт-Венделя и больше месяца оставались в бездействии.

–– Осада Ипра. Обеспокоенное постоянными французскими атаками вдоль реки Самбры, принц Кобургский переместил немалую часть своих войск, взятых у герцога Йоркского из-под Турне, на восток, чтобы прикрыть Шарлеруа. Воспользовавшись этой ситуацией, Пишегрю 1 июня 1794 года осадил Ипр силами дивизии Моро, которую прикрывали части Мишо и Суама (по другим данным, Мишо подчинялся Суаму). В этой ситуации, вместо того, чтобы сосредоточить свои силы для атаки на один из французских флангов, силы коалиции бесцельно перемещались взад и вперёд, не в силах решиться ни на что конкретное. Герцог Йоркский во главе не менее чем 30 000 солдат безо всякой пользы стоял в Турне. Непосредственно в Ипре австрийский генерал-майор Пауль фон Салис командовал гарнизоном численностью 7000 человек, который включали в себя австрийские и гессенские пехотные батальоны, ирландскую роту, гессенский лейб-жандармский эскадрон, и 12 полевых орудий, не считая крепостной артиллерии. Пишегрю же, воспользовавшись нерешительностью союзников, сумел стянуть к Ипру до 50 000 солдат. 6 июня произошла стычка в Vrijbos к северу от Ипра. Генерал-майор Рудольф фон Хаммерштейн-Экворд (ганноверец), во главе отряда численностью 5500 человек (2 британских пехотных полка и несколько эскадронов кавалерии, 4 ганноверских (два пехотных и два гренадерских) батальона, один ганноверский и один гессенский эскадроны, два батальона французских эмигрантов-роялистов) попытался деблокировать крепость Ипр, но, явно недооценив численность сил противника, потерпел неудачу и отступил с незначительными потерями. На помощь крепости двинулся более сильный корпус австрийского военачальника Клерфе, которого французы контратаковали в 22 километрах к северо-востоку от Ипра в Руселаре и заставили отступить, хотя атака австрийцев велась нерешительно и их потери не были большими (1 000 убитыми, ранеными и пленными из 20 000 солдат). 13-го Клерфе, во главе оставшихся у него 19 000 солдат, атаковал гораздо более настойчиво и при этом неожиданно для французов. Внезапно обрушившись на них, он разгромил бригаду Мальбранка и отбросил бригаду Сальма. Следующей на его пути была бригада генерала Жака Макдональда, который неожиданно оказал невероятно энергичное сопротивление, удерживая свои позиции шесть часов против многократно превосходящих сил Клерфе. Получив поддержку от свежей бригады де Винтера, а также от Сальма, который наконец-то сумел собрать и снова повести в атаку своих людей, Макдональд заставил австрийцев отступить. Австрийцы потеряли в этом бою почти тысячу человек, французы – 1300 человек и одно орудие, однако поле боя осталось за ними. Более того, после победы Макдональда Клерфе больше не предпринимал попыток деблокировать Ипр. В результате, уже 17-го (по другим данным, 18-го) июня крепость сдалась. Французам досталось 30 гессенских и 4 австрийских знамени, а также 12 полевых орудий (не считая орудий крепостной артиллерии). Только 400 солдат и офицеров гарнизона из 7 000 погибли в ходе осады. Узнав о потере Ипра, Клерфе отступил к Генту, преследуемый французами. 26-го июля французская армия генерала Журдана разбила принца Кобурга при Флерюсе, 1 июля Пишегрю вошёл в Брюгге, а к 11 июля армии Пишегрю и Журдана соединились, заняв Брюссель. Потерпев в Бельгии полное поражение, англичане и голландцы отступили на север, тогда как австрийцы – на восток, к Маастрихту.

–– 8 июня. Празднество в Париже, посвящённое «верховному существу». Робеспьер выступил в роли «первосвященника».

–– 10 июня.   По докладу Кутона, поддержанного Робеспьером, Конвент принял декрет, лишавший обвиняемых права на защиту и предусматривавший в случае нахождения виновности единственное наказание – смертную казнь. Закон  открыл дорогу Великому террору. В Париже с 11 июня по 27 июля было казнено 1376 человек.

–– Сражение при Ламбюзаре. Сразу же после того, как Журдан принял командование и осознал силу и положение своих войск, он принял меры к новому переходу через Самбру, который состоялся 12 июня. Армия отбросила слабый австрийский кордон из четырех батальонов пехоты и нескольких эскадронов конницы и вернулась на позиции, которые она занимала десятью днями ранее, а Шарлеруа подвергся блокаде во второй раз. 68 000 бойцов окружили эту крепость, еще 7000 наблюдали за гарнизоном Намюра в долине Мааса. Главные силы противника стояли по-прежнему в Рувруа, а корпус Больё – 12 батальонов и 16 эскадронов – был расположен при Андуа (около Намюра). Принц Оранский, узнав об очередной, четвертой, переправе французов, 13 июня во главе 50 000 штыков и сабель двинулся на Журдана. Усиленными переходами союзная армия перешла из Рувруа на брюссельскую дорогу и 14 июня прибыла в Марбе, между лесами Далхютте и Буретт. Корпус Больё, получивший приказ соединиться с ним, прибыл из Сомбрефа на рассвете 15 июня. После однодневного отдыха было решено перейти в наступление 16 июня. Французская армия, ожидая подхода войск противника, заняла то же поле боя, что и 3 июня, и прикрыла осаду Шарлеруа. Позиция французов, чей левый фланг был направлен к Тразеньи, центр от Госсели до Рансара, правый – к Ламбюзару, была слишком растянута, но подкрепление мозельской армии позволило лучше укрепить этот рубеж. Принц Оранский двинулся вперед пятью колоннами. Первые четыре должны были сосредоточить свои усилия на центре и справа, пятая была предназначена для сдерживания левого фланга французов. 16 июня очень густой туман остановил движение центра французов. Журдан, тем не менее, думая, что плохая видимость облегчит его войскам приближение к противнику, приказал двигаться дальше, но едва войска вышли из лагеря, как сильная канонада, направленная на аванпосты, заставила его вернуть свою армию на исходные позиции. В это время первая австрийская колонна, выступившая чуть раньше, почти сразу захватила Велан и высоты у часовни Сен-Барбе. Вскоре после этого она через Кампинер соединилась со второй, которая под командой генерала Вернека захватила Флёрюс. Латур, в свою очередь, после очень ожесточенной борьбы утвердился в Эпиньи. Генерал Квозданович, оттеснив с четвертой колонной аванпосты французов в Мелле и Фрасне, уже собирался овладеть Пон-а-Миньелупом, когда Журдан поспешил в Госсели с частью кавалерийского резерва. Австрийская колонна была атакована генералом Дюбуа, разбившим ее, захватившим 600 человек и семь орудий. Успех этой контратаки позволил войскам Морло вернуться на свой первоначальный пост. Вартенслебен, отняв у бригады Фузье ретраншементы в Тразени, вскоре был остановлен Клебером. Генерал Дюэм с бригадой Бернадота вернул этот пост в штыковой контратаке и простоял там под картечными выстрелами до одиннадцати часов, когда туман рассеялся. Клебер, отбивший несколько кавалерийских атак австрийцев, перешел в контратаку своими флангами. На правом фланге он был поддержан дивизией Мюллера, а на его левом бригада Бернадота двинулась вперед колонной побатальонно. Австрийцы не выдержали удара и отступили. Затем Клебер, построив свои войска над Тразеньи и недалеко от древней дороги римлян, готовился обойти Пьетон своими двумя колоннами, когда артиллерийский обстрел со стороны противника приостановил его победоносный марш. Таким образом, в одиннадцать часов дня бой с неопределенным результатом шел по всей линии. Союзники, сначала получившие преимущество, были остановлены слева Клебером, в центре – Журданом. Победа даже качнулась в сторону французов, ибо Шампионне одержал верх над Латуром, а Лефевр выгнал стрелков Вернека из деревни Флёрюс. Но Больё и начальник штаба Альвинци, объединив две левые колонны, направили их под прикрытием многочисленной артиллерии против Ламбюзара и Кампинера. Эти усилия, предпринятые, когда туман рассеялся, дали желаемый эффект. Войска Лефевра, лишенные боеприпасов и запуганные развертыванием этих сил, отказались от продолжения контрудара и в беспорядке отступили к Шатле, где отошли на южный берег Самбры. Затем к этому пункту двинулась австрийская бригада, установившая там батарею, чтобы перекрыть дефиле. Основная часть двух левых колонн немедленно двинулась в образовавшуюся брешь против дивизии Шампионне, которая отступала на плато Жюмель. Больё из Кампинера двинулся в Рансар и поддержал наступление против Шампионне. В это время как Латур, воодушевленный этими успехами, вышел из Эпиньи, чтобы двинуться к лесу Ломбюэ. Это концентрическое движение трех австрийских левых колонн заставило Шампионне и Морло отступить. Последний, которого Квозданович настойчиво выдавливал и которому грозил охват с тыла, покинул Пон-а-Миньелуп и, отступив, соединился c Шампионне перед Буа-де-Жюмель. Генерал Атри поспешно снял осаду Шарлеруа и снова переправлялся через реку в Маршьен-о-Пон. В этот критический момент генерал Журдан, находившийся далеко от своего правого фланга, видя, что его центр подавлен и почти опрокинут в дефиле Самбры, приказал армии отступать. Клебер, расположившийся на высотах Лерне, прикрыл беспорядочное отступление. Потери союзников составили 2200 человек, французов – 3000 и 16 орудий. Союзники не преследовали французов и расположились лагерем недалеко от поля сражения, около Герлемона. Французская армия, перейдя Самбру, остановилась позади Маршьен-о-Пона, при Монтиньи.

–– Битва при Флёрюсе. Первой в бой вступила голландская колонна принца Оранского, которая сначала оттеснила французский левый фланг (дивизия Монтегю и бригада Дорье) до Маршьена, однако вскоре была остановлена контратакой подкреплений Клебера и была вынуждена около полудня отойти к Форши. В одно время с первой колонной начала наступать и крайняя левофланговая колонна Болье, которая после ожесточенного боя овладела Ламбюзаром и обратила в бегство на правый берег Самбры дивизии Марсо и Майера. Генерал Марсо, под которым за время боя погибло две лошади, собрав вокруг себя оставшихся в строю солдат (лишь несколько батальонов от дивизии), продолжил бой. Когда все было практически потеряно, к ним из центра пробились подкрепления Сульта, вместе с которыми им удалось организовать контратаку и выбить противника из Ламбюзара, что помешало планам австрийцев нанести фланговый удар по французским войскам. Четвёртая колонна эрцгерцога Карла заняла Флёрюс, а затем помогла Болье овладеть Ламбюзаром и оттеснить правый фланг противника. Колонна Кауница опрокинула дивизию Шампионне, занимавшую большой редут, и овладела им и Эпиньи. Французский главнокомандующий Журдан, осознавший опасность прорыва линии обороны у Эпиньи, контратаковал резервом и частью дивизии Клебера, остановив стремительное продвижение Кауница. Колонна Квоздановича, наступавшая в центре по дороге из Брюсселя, после двухчасового боя овладела Тюмеоном и Госсели, но удачная контратака Клебера приостановила её дальнейшее продвижение. Большую роль в сражении сыграло наличие у французской стороны аэростата, что способствовало более быстрой отдаче приказов войскам. Несмотря на успех, обозначившийся к полудню, австрийский командующий, получивший известие о капитуляции Шарлеруа, отдал приказ всем колоннам начать отступление. Союзники отошли на небольшое расстояние от поля сражения и не преследовались французами.

–– 29 июня. Диспут в Комитете общественного спасения. Бийо-Варенн, Карно и Колло д’Эрбуа обвиняют Робеспьера в том, что он ведёт себя как диктатор. Тот покидает комитет и не возвращается до 23 июля.

–– Сражение при Трипштадте. Главные силы Рейнской армии под командованием Дегранжа, Сиске и Сен-Сира должны были атаковать Плаценберг и Эденкобен, комбинируя операцию с действиями Тапонье. 13 июля на крайнем левом фланге Рейнской армии Дегранж, посланный на Кессельберг, несмотря на несколько атак на этот пост, не смог его захватить. Сиске потерял полдня на захват поста у Штайна. В шесть часов утра 13 июля Сен-Сир со своей дивизией вышел из деревни Вальсхайм и занял Эдесхайм, отбив артогнем контратаку прусской кавалерии Блюхера. После этого занялся возведением четырех мостов через реку за Эдесхаймом. К полудню, узнав об утренней неудаче Дегранжа и Сиске в атаке на Плаценберг, он отправил через Рамберг полубригаду во главе с Газаном им на помощь. Плацберг являлся наиболее значительной высотой герцогства Цвейбрюккенского. Пруссаки, которые ее занимали, возвели укрепления по всем правилам военного искусства. Однако во второй половине дня французские солдаты Сиске слева и Газана – справа – под артиллерийским огнем взобрались на трудные склоны Плацберга и достигли вершины. После кровавого боя прусские войска были вынуждены уступить, бросив девять орудий, зарядные ящики, лошадей и большое количество раненых и убитых. Среди этих последних был генерал Пфау, который командовал этой позицией. Только майор Борк, защищавший на этой позиции Кессельберг с батальоном и тремя ротами егерей, обойденный через долину Модебах бригадой Жирара и окруженный французскими войсками, пробился в штыковой атаке и смог уйти, пожертвовав приблизительно третьей частью своих солдат. Гогенлоэ в ночь с 13 на 14 покинул свою эденкобенскую позицию и, попытавшись задержаться на кирвайлерской позиции, был на ней атакован дивизией Сен-Сира, но не принял боя и отступил на левый берег Шпейербаха. Обстрелянный сильной австрийской артиллерией, Сен-Сир не решился атаковать Нойштадт. 14 июля Дезе, занимавший Фраймерсхайм на крайнем правом фланге французов, заметив отступление австрийцев, начал наступать на Шпейер, Ганхофен и Дуденхофен, которые занял к вечеру. 15-го утром его авангард подошел к Шиферштадту и обстрелял его из артиллерии. Генерал Мишо планировал продолжить сражение и атаковать пруссаков у Кайзерслаутерна 16 июля, но Мёллендорф, после поражения на горных постах, оставил свою главную позицию при этом городе и отступил за Пфрим, где сосредоточилась вся прусская армия. Гогенлоэ отступил к Франкенталю на Рейне. Гогенлоэ в результате боев потерял более 1000 солдат и офицеров и 11 орудий. 17 июля Сен-Сир продвинулся вперед за Нойштадт, а на левом фланге французская Мозельская армия заняла Кайзерслаутерн. Эта победа дала французам контроль над горными перевалами через нижние Вогезы.

–– Взятие Мехелена. Бригада Макдональда, прибывшая перед Мехелен, была остановлена на берегу канала огнем с застав, которые тут же были усилены батальоном из гарнизона. Бригада Жардона, вместо того, чтобы упорствовать в сложной лобовой атаке, двинулась в направлении Лувена и пересекла канал к югу от Мехелена, где встретила небольшое сопротивление со стороны голландцев, в то время как бригада Девинтера провели такую же операцию в Бателе, севернее Мехелена. Затем две бригады стали наступать на Мехелен между каналом и Дилем. Справа от дивизии Суама Деспо приказал Лаюру, командовавшему авангардом своей дивизии, построить мост через канал. Передовые стрелки переплыли его, отогнали ганноверских егерей от берега и взяли в плен несколько человек. Днем мост был закончен. Дивизия немедленно прошла по нему и подступила к Мехелену вслед за бригадой Жардона. В это время дивизия Бонно была остановлена на канале огнем голландцев. Дивизия Лемера, вмешательство которой облегчило бы ее проход, не прибыла. Мужество солдат бригадного генерала Прото, убитого в этом бою на берегу канала, тем не менее позволило им преодолеть это препятствие ценой довольно значительных потерь: 50 убитыми и 80 ранеными. Когда Девинтер с севера и Жардон с юга подошли к стенам Мехелена, фон Даллвигк узнал, что голландцы покинули правый берег Диля и отступают. Он немедленно сообщил об этом герцогу Йоркскому, который прислал ему письменный приказ, эвакуировать Мехелен и отступить за Нет. После того, как он лично узнал об отступлении голландцев и убедился, что французы уже пересекли Диль в нескольких точках, боясь быть обойденным и запертым в Мехелене, фон Даллвигк отдал приказ об отступлении, что и началось в 2 часа дня. В это время французы подошли со стороны лувенских ворот, которые были заблокированы изнутри огромной кучей навоза. Солдаты поднялись по лестницам на валы, отперли ворота и вошли в них в тот момент, как гессенцы эвакуировали город с другой стороны и ушли по дороге на Вальхем (нид. Валем). По прибытии на реку Нет Даллвигк получил приказ от герцога Йоркского остаться в Мехелене и, если город уже эвакуирован, взять его снова. В последнем случае корпус лорда Мойры должен был поддерживать гессенцев. Герцог Йоркский пообещал приложить все усилия, чтобы вернуть голландцев на Диль. Но 5000 солдат Даллвигка не могли претендовать на захват Мехелена, защищаемого превосходящим по численности противником. Возвращение голландцев казалось маловероятным. Наконец, англичане не прибывали. Приказ герцога Йоркского не был выполнен, и гессенцы расположились в Вальхеме (Валеме) с задачей охраны проходов через реку Нет вместе с английским корпусом лорда Мойры и ганноверцами. Голландцы отступили за Нет и расположились слева от ганноверцев, между Гестелем и Лиером. Принц Оранский установил свою штаб-квартиру в Нилене (нид. Нийлен). Вместо того, чтобы продолжить наступление, Пишегрю остановился и потерял восемь дней под предлогом организации снабжения своей армии. Линия позиций отступивших союзников была настолько растянута, что Пишегрю мог безнаказанно атаковать одну из точек, при этом другие точки не могли ей помочь. Выступив на Лиер 16-го числа, он мог повернуть влево и поставить Йорка между массой своих войск и Шельдой, разгромив англичан по отдельности. Пишегрю двинулся только 21-го.

–– Июль. Заговор против Робеспьера. Тальен, Фрерон, Баррас, Фуше, члены КОС Колло д’Эрбуа и Бийо-Варенн.

–– Киберонская экспедиция. Предпринятая 16 июля попытка выбить республиканцев с их позиций окончилась неудачей, д’Эрвильи при этом был убит. Между тем высадился второй отряд роялистов, под начальством графа Сомбрёля; но он уже не мог поправить дела. Первоначально эмигранты добились некоторых успехов, однако вскоре республиканским войска удалось в ходе нескольких столкновений вытеснить войска эмигрантов на полуостров Киберон. Дальнейшему их продвижению мешал укреплённый форт Пантьевр, подходы к которому тому же простреливались артиллерией британского флота. Таким образом, армия Гоша при атаке оказалась бы под обстрелом со всех сторон. Генерал Гош нашел выход из этой сложной ситуации, приняв решение атаковать форт в штормовую ночь на 20, когда высокие волны и низкий обзор мешали британским кораблям стрелять прицельно. В ночь на 19 июля Гош предпринял общую атаку, во время которой форт Пантьевр был взят, несмотря на артиллерийский огонь со стен, был взят сходу фронтальной атакой и бой окончился полным поражением роялистов. Несколько сотен эмигрантов, шуанов и гражданских лиц погибло в бою или утонуло, более шести тысяч попали в плен. Сомбрёль, употреблявший все усилия для прикрытия посадки беглецов на суда, заключил с республиканцами соглашение, которое, однако, не было признано национальным конвентом. Сомбрёль и захваченные с ним епископ дольский, 50 священников и 711 солдат-роялистов были расстреляны. Революционное законодательство, всё ещё слишком жестокое в то время, предполагало казнь всех пленных, как французов и противников республики, однако генерал Гош заступился за них. В результате большинство крестьян-шуанов отделались штрафами или тюрьмой, а их жены и дети, сопровождавшие их, были отпущены сразу. Спаслось около 2 тысячи эмигрантов и шуанов.

–– Осада Ле-Кенуа. 19 июля генерал Бартелеми Луи Жозеф Шерер подступил к стенам Ле-Кенуа и начал осаду города. Следовало ожидать более упорного сопротивления, чем при Ландреси, и, следовательно, необходимо было задействовать более значительные средства. Генерал Шерер принял меры по усилению осаждающей армии, увеличению количества орудий и всякого рода припасов. 25 июля была заложена первая параллель (специальная траншея для обеспечения осады крепости), 30-го – вторая, в трёхстах шагах от прикрытого пути. Генерал Шерер потребовал от гарнизона крепости сдачи, но предложение было отклонено и осада продолжилась. Самый слабый пункт крепости примыкал к Валансьенским воротам, куда и направил свои усилия генерал Арман Самюэль де Мареско, заведовавший осадными работами. Для введения неприятеля в заблуждение, он открыл ложную параллель на противоположном конце города. Осажденных удалось обмануть, и они сосредоточили там свои основные силы. Невзирая на дождливое время, осаждавшие успели заложить 3-ю параллель, после чего крепость капитулировала. Именно во время осады Ле-Кенуа было проведено первое испытание телеграфных линий для переписки армий. Сообщение о капитуляции крепости в Париже было получено по телеграфу через час.

–– 27 июля Сен-Жюст должен был зачитать доклад комитетов Конвенту. Не успел он произнести несколько слов, как был прерван Тальеном по договорённости заговорщиков не дать Сен-Жюсту и Робеспьеру говорить. За ним последовала череда выступающих: Бийо-Варенн, Барер, Вадье, затем снова Тальен. Причём один обвинял Робеспьера в чрезмерной снисходительности к врагам революции, другой в чрезмерном терроре. Робеспьер пытался возражать, но был заглушён криками «Долой тирана!». Было постановлено арестовать Анрио, командующего Национальной Гвардии, и Дюма, председателя Революционного Трибунала, они оба – сторонники Робеспьера. В последующей сумятице малоизвестный монтаньяр и дантонист Луше подал предложение арестовать Робеспьера. Леба и Робеспьер-младший потребовали ареста и для себя. Арестованных отвели в тюрьму. Робеспьера – в тюрьму Люксембург, но начальник тюрьмы отказался принять известного арестованного. Известия о случившемся достигли Мэрии около 5 часов вечера. Коммуна Парижа объявляет себя находящейся в состоянии восстания. Мэр Парижа Флерио-Леско отдаёт приказ закрыть городские барьеры, бить в набат и призывает секции Парижа присоединиться к восстанию. Вооружённые подразделения секций поступают в распоряжение Коммуны и обязаны собраться перед ратушей. Командующий Национальной Гвардии Парижа Анрио с несколькими жандармами пытается освободить арестованных, но оказывается арестованным сам. Секции и Якобинский Клуб объявляют непрерывность заседаний. Прокламации Коммуны и Конвента, приказы и контр-приказы рассылаются по всему городу. Из 48 секций Парижа 27 запросили инструкции у Коммуны, но только 16 послали национальную гвардию. Недовольство политикой комитетов и Коммуны сделали своё дело. Единства не было и было непонятно, зачем необходимо стрелять в своих братьев из-за каких-то политических разногласий в правительстве, о которых они мало знали и не понимали. Теперь робеспьеристы могли убедиться, к чему привело уничтожение и подавление активистов секций. Но вначале ситуация складывается в пользу восставших. Вице-председатель Революционного трибунала Коффиналь во главе верных Коммуне войск освобождает Анрио. Один за другим арестованные депутаты собираются в Ратуше. У Коммуны больше войск. В то же время Конвент оправился от сумятицы, в которую его ввергла неожиданность восстания. Отправляются депутации в центральные и западные секции с призывом прислать Национальную Гвардию для защиты Конвента. Назначают Барраса, отличившегося при осаде Тулона, главнокомандующим войск Конвента. По предложению Барера мятежники объявляются вне закона, что означает казнь для всякого без суда и следствия, только по определению личности арестованного. Одно время перед Ратушей собралось до 3000 национальных гвардейцев. 17 из 30-ти артиллерийских подразделений явились на защиту Коммуны. Но в отсутствии соответствующей реакции секций Парижа, Исполнительный комитет Коммуны погрузился в бесконечные обсуждения и провозглашение воззваний. Войска, оставшись без лидеров и ясной цели, постепенно стали расходиться. Анрио приказал осветить факелами всю площадь. В 1:30 утра 10 термидора последние 200 канониров секции Финистер Сен-Марсельского предместья покинули Гревскую площадь. Около двух часов утра две колонны Конвента, одна во главе с Баррасом и национальной гвардией западных кварталов, и другая – Леонара Бурдона с гвардейцами секции Гравилье, нашли площадь перед Ратушей опустевшей. Войска Конвента, получив пароль от адъютанта Анрио, без боя ворвались в зал заседаний. Леба застрелился, Огюстен Робеспьер выбросился из окна и сломал ногу, паралитика Кутона в коляске столкнули вниз по лестнице. У Робеспьера была раздроблена челюсть выстрелом из пистолета. Все арестованные (22 человека) были доставлены в Комитет общественной безопасности. 10 термидора в полдень по приказанию Бийо-Варенна осуждённых перевели в тюрьму Консьержери; самый их последний путь должен был смешать их с теми, кого они сами посылали на смерть. В четыре часа дня их повезли к эшафоту. Женщины плясали за тележкой и оскорбляли Робеспьера. Он печально улыбался. Вечером 10 термидора (28 июля) Робеспьер, Сен-Жюст, Кутон и девятнадцать их сторонников были казнены без суда и следствия. На следующий день был казнён семьдесят один функционер восставшей Коммуны, что стало крупнейшей массовой казнью за всю историю революции. Можно было избавиться от робеспьеристов и вернуть дантонистов: Конвент перехватил инициативу и положил конец, раз и навсегда, диктатуре комитетов, которая отодвинула его от исполнительной власти. Было решено, что ни один из членов руководящих комитетов не должен занимать должность в течение более четырёх месяцев. Три дня спустя прериальский закон был отменён и Революционный трибунал лишён своих чрезвычайных полномочий. Коммуна была заменена административной комиссией Конвента.

–– Взятие Трира. Перед Триром, расположенным в долине Мозеля, чтобы предотвратить бомбардировку города, на гребне холмов на Грюнеберге, в Херренбрюнхене, в лесу Маттхайзер и возле Пеллингена союзниками были построены редуты, которые вместе с австрийскими войсками (7 тысяч штыков и сабель) также защищали трирские егеря курфюрста. Общее командование осуществлял австрийский генерал от кавалерии Эрнст фон Бланкенштейн. 7 августа колонна Амбера через Ремих прибыла на высоты позади Гревенмахера. Австрийцы отошли за реку Зауэр, которую из-за половодья нельзя было перейти вброд. 8 августа в десять утра французы начали наступление на позиции австрийцев у моста через Зауэр в Вассербиллиге. Левофланговая французская дивизия Коло, переправившаяся у Мецдорфа, подошла к позициям противника с севера и начала обстрел из лёгких орудий во фланг. Одновременно дивизии Венсана и Тапонье атаковали австрийцев в Вассербиллиге с фронта. Австрийцы поспешно отступили в направлении Трира, потеряв пленными около ста человек. Во время отступления вдоль северного берега Мозеля они подверглись обстрелу с южного берега со стороны лёгкой пехоты средней колонны генерала Дебюро, подошедшей к этому времени через Мерцкирхен. Правая колонна Рено, 14 000 человек, продвинулись к Триру через Церф, выбив оттуда вражеские аванпосты. Австрийцы, находившиеся в Церфе и Хентерне под командованием генерала графа фон Меркандина, отошли к Пеллингену. 8 августа с девяти до двенадцати часов подошедшие французские войска обстреливали из орудий укрепления на высотах Пеллингена, а затем атаковали с обоих флангов. Бой продолжался до двух часов дня. Австрийцы оказали упорное сопротивление (по их сообщениям, они отбили четыре атаки французов), но все же были вынуждены уступить позиции. Французская кавалерия воспользовалась своим преимуществом и стала преследовать убегающих союзников, захватив много пленных и несколько орудий. Австрийские потери составили 9 офицеров и 291 рядовых убитыми, ранеными и пленными. К вечеру 8 августа генерал фон Бланкенштейн собрал свои разрозненные войска и расположил их на высотах возле Трира у картезианского монастыря и Каюскеллера. На левом берегу Мозеля, австрийские части, выбитые из Вассербиллига, оставалась на высотах у Игеля. Командованием было принято решение оставить город, и в ночь на 9 августа войска союзников покинули Трир и отступили на Кайзерсеш. Прусский корпус генерала Калькройта, шедший на помощь Триру, опоздал.

–– 31 августа. Конвент ставит Париж под прямой контроль национального правительства.

–– Битва при Бокстеле. 14 сентября Пишегрю, желая обезопасить линию Доммела, пока он будет осаждать Бреду, послал войска, под командованием Антуана Дельма, 10 тыс. человек – занять Бокстел. Эти силы выдвинулись из Ойстервейка и около 3 часов дня столкнулись с гессенскими пикетами, заставив их вернуться на другую сторону Доммела, но не смогли захватить мосты возле Бокстела, которые были разрушены защитниками. Далее на востоке наблюдалось то же самое. Хотя французам удалось захватить мост в деревне Найнсель, гессенцы защищали свои форпосты к востоку от Бокстела примерно до 18:00, когда шеф д’эскадрон (звание, аналогичное майору) Жакоб Марюла во главе 30 солдат 8-го гусарского полка смог пересечь брод к западу от Сент-Оденрода, «частично вплавь, а частично на плотах». Его войска промчались позади позиций гессенцев в Бокстеле, атаковали пехоту в тылу и быстро сломили её оборону. Два пехотных батальона сдались или были изрублены, а союзная кавалерия, которая не могла построиться на узких улицах, была отброшена в сторону Мидделроде. Потери гессенцев составили около 300 пехотинцев, по 50 человек из кавалерийских отрядов Ирвина и Хомпеша, а также две пушки. Наступление французов также натолкнулось на ганноверцев Хаммерштейна к востоку от позиции Дюринга, и было отбито атакой сальмских гусаров и британских лёгких драгунов. Тем не менее, поняв, что произошло в Бокстеле, Хаммерштейн счёл целесообразным отвести свои силы к Эрпу для защиты своих флангов. Узнав о судьбе Дюринга в Бокстеле, герцог Йоркский приказал генерал-лейтенанту сэру Ральфу Эберкромби вернуть город, используя войска, которые он сочтёт необходимыми. Эберкромби упорно продвигался всю ночь, но при подходе к городу на рассвете столкнулся, как он решил, с превосходящим его по силе противником, и после перестрелки, во время которой было убито около 15 человек, атака была остановлена, а Эберкромби запросил у герцога дальнейших инструкций. Герцог Йоркский повторил, что он настаивает на штурме, но в этот момент Эберкромби узнал о возможных перемещениях противника на своём левом фланге и, вопреки инструкциям об атаке, отдал приказ к отступлению. У Эберкромби было очень плохое зрение, и, судя по всему, он отступил на основании слухов. В действительности же разношёрстные французские войска никак не могли превосходить по численности английские войска, в составе которых были сливки британской армии. Кроме того, он должен был знать, что слева его поддерживали ганноверцы Хаммерштейна. Приближаясь к деревне Шиндель, отступающая пехота в беспорядке смешалась с кавалерийскими эскадронами. Видя это, французская кавалерия развернулась для атаки, но была отброшена мушкетёрами 33-го пехотного полка под командованием сэра Джона Шербрука, что позволило остальным войскам отступить. По возвращении в лагерь Эберкромби дал свой отчет. Был проведен военный совет, на котором было принято роковое решение отказаться от сильной оборонительной позиции на реке А и отступить за Маас, фактически бросив крепости в Бергене, Бредах и Хертогенбосе на произвол судьбы. Для французов неожиданное падение Бокстела стало полной неожиданностью, однако Пишегрю не пытался извлечь из этого выгоду, а вместо этого повернул в сторону, чтобы осадить Бреду. Поэтому Бокстел можно рассматривать как решающий поворотный момент для британской армии в этой кампании – до этого этапа все отступления могли быть отнесены к общей стратегии австрийского высшего командования, и моральный дух в британских рядах оставался высоким. Однако ошибка в Бокстеле и ненужный отказ от сильной линии обороны на реке A были полностью на совести британских наёмных войск и британских командиров. С этого момента их боевой дух упал, и вера в герцога Йоркского была подорвана. 23 ноября он был отозван Питтом.

–– Сражение при Спримоне. 18 сентября общее наступление было начато беспорядочно, так как некоторые части дивизии Гакуэна атаковали чересчур рано, в то время как другие, заблудившиеся во время сближения с противником, прибыли чуть позже на поле битвы. Несмотря на яростную поддержку артиллерии, пехота с 5 до 9 часов остается без продвижения на правом берегу Амблева, фронтом вдоль реки, преимущественно у Сунье, где обе армии несут значительные потери. Половина французских убитых и раненых в течение этого дня приходится на деревню Сунье. Такое же жесткое сопротивление австрийцы оказали в Эвайе, подожженном в результате боя. Мост на Амблеве был взят, французы пересекают реку под прикрытием дыма и начинают взбираться крутыми тропинками по скалам плато Эд, господствущем над местностью, и доходят до вершины под прикрытием мертвого пространства. В это же время на левом крыле французская армия, перейдя через реку в Дуфламме, быстро продвигается к Шанксу и выходом на плато берет австрийские посты с тыла. Одновременно другие части пересекают Амблев в Мартинриве и также в других удобных местах. К 10.30 часам французская пехота просочилась через всю австрийскую оборонительную линию. В это время, после жестоких боев, Сунье наконец захвачен дивизией генерала Гакуэна, в то время как другие части пересекли Амблев в Нонсевё и, внезапно продвинувшись к Отрегару, захватили оказавшийся там австрийский отряд. На всей длине фронта от Ремушама до Энё положение австрийцев очень критическое, особенно в центре у Эвая. Французские пехотинцы массово пересекают реку, многочисленными тропинками подходят к плато Эд и, используя стрелковые цепи, пытаются захватить австрийские позиции. Австрийская пехота трусливо бежит, но артиллерия залпами картечи пытается остановить атакующих. Пехота возвращена в бой офицерами. Начинаются рукопашные бои, но в итоге французские стрелки захватывают ключевую позицию. Поражение австрийской армии полное, когда кавалерия генерала Марсо выходит на плато через Прессё и Линсе, и когда части генерала Бонне, охватив крайний правый фланг австрийцев, через Доламбрё прибывают на поле битвы. Когда французы захватывают Лувенье, австрийскую армию охватывает паника. Генерал Латур отправляется в Троо, где он присоединяется к штаб-квартире Клерфайта. Австрийское правое крыло, преследуемое французской кавалерией, свертывается на Боф и оттуда направляется к Шене и Буа-де-Брё. Отступление происходит в большом беспорядке; отступая, австрийцы грабят деревни. Вечером главнокомандующий Клерфайт отдал приказ отводить войска к Эрве, затем, в течение следующего дня, – к Ахену, и 20 сентября австрийская армия полностью отошла на реку Рёр. Результаты этого сражения были значительны. Маастрихт должен был положиться только на свои собственные ресурсы, чтобы удерживать крепость, австрийская армия – отброшена на Рейн. Завоевание Бельгии и Льежского епископства было закончено.

–– 18 сентября. Конвент отменил бюджет присягнувшей церкви, фактически отделив церковь от государства.

–– Сражение при Альденховене. Армия Журдана насчитывала 99000 штыков и сабель. Он развернул её на исходных позициях и разделил на четыре колонны, чтобы утром 2 октября начать атаки на четыре главных пункта австрийской линии. Правый фланг был под командованием генерала Шерера. Левый фланг – Клебера. Лефевр вёл авангард. Сам Журдан командовал центром, состоявшим из дивизий Атри, Морло, Шампионне и части кавалерии Дюбуа. Шерер должен был переправиться в Нидеггене, Биркесдорфе и Дюрене, чтобы подавить левый австрийский фланг. Атаки на левом фланге французов в Хайнсберге поручили Клеберу. Авангард должен был наступать на Линних. Журдан предполагал с главными силами наступать на Юлих. 2 октября в пять часов утра армия пришла в движение в густых бригадных колоннах. Сильный туман заставил прекратить марш до десяти часов.  Бернадот, который командовал авангардом Клебера, разведал броды через Рёр на левом фланге французов и нашёл везде только бурный поток. Тем не менее 71 полубригада, воодушевляемая Неем, в едином порыве, несмотря на обстрел, перебралась на другой берег и взяла с боем позицию в Ратхейме, но подготовленные мосты оказались слишком короткими, и артиллерия не смогла последовать за пехотой. Противник воспользовался этим обстоятельством и с превосходящими силами контратаковал переправившиеся подразделения. Спешно на помощь прибыл со своей дивизией Фриан. При поддержке огня батарей, которые Клебер приказал установить на левом берегу, 71 полубригада до ночи продержалась на захваченных у противника позициях. Лефевр со своей дивизией неожиданно захватил Линних, но бурная река в этом месте не позволяла быстро построить мосты, которые к тому же устанавливались под огнем батарей австрийских редутов. Линних, засыпанный ядрами и бомбами, был сожжен. Центр Клерфайта под командованием Края, который Журдан должен был атаковать, был расположен на высоком холме, который возвышается между Альденховеном и Юлихом, и был усеян редутами. Все эти укрепления были взяты штыковой атакой дивизиями центра. Клерфайт, укрывшийся в Юлихе, пытался парализовать неудержимость французов контратаками многочисленной кавалерии. Его кавалерия даже атаковала с саблями наголо артиллеристов легкой батареи дивизии Морло, и 14-й драгунский полк, прискакавший на помощь этой батарее, был бы раздавлен противником, если бы не 1 драгунский полк, прибывший с поддержкой. Несмотря на первоначальный успех, дивизии центра в течение дня не смогли переправиться через реку в районе Юлиха. На французском правом фланге плохое состояние дорог замедлило движение войск Шерера. Он смог начать атаки только к трём часам дня. Генерал Лорж со своей бригадой захватил проходы к Дюрену, выбил ворота города, выгнал австрийцев и вышел дальше на равнину. Он был поддержан эскадронами Марсо, который только что после жестокого боя захватил брод и городок Мервейллер, во время боя за который адъютант Клейн увлёк войска вплавь через Рёр. Лорж при помощи этого подкрепления удержался за Дюреном. Майер со своей дивизией захватил в это же время Биркесдорф, в котором он перешёл через Рёр и разместился на левом фланге Лоржа. Латур направил против этой последней дивизии все свои усилия, потому что она угрожала прервать его коммуникации с Клерфайтом в Юлихе. Она была подвергнута огню батареи из шестидесяти орудий, размещённых на высотах, господствующих над Дюреном. Не имея собственной артиллерии, французская дивизия не могла ответить и несла большие потери. Она начала отступать к реке, ведя арьергардный бой, когда дивизия Гакуэна, задержанная австрийскими егерями в лесу между Кройцау и Бинсфельдтом, наконец появилась на высотах Бинсфельдта и взяла с тыла австрийские батареи – обстоятельство, которое определило победу на правом фланге французов. Линия реки, преодолённая двумя внешними флангами французов, более не была пригодной для обороны Клерфайта, который решил отвести свою армию на восток, к Рейну. Вместе с австрийцами в ночь на 3 октября покинул крепость и её гарнизон. Возведение мостов было закончено французами в течение ночи, и 3 октября днём вся республиканская армия перешла Рёр; но когда колонны подошли к Юлиху, они нашли эту крепость эвакуированной, и члены магистрата вручили ключи от города французским генералам. Клерфайт решил отойти за Рейн, и понимая, что он не может больше оставаться на левом берегу этой реки из-за уверенности в полном уничтожении своей армии, торопил отступление своих частей по дорогам на Бонн, Дюссельдорф и Кёльн, при этом он подвергался активному преследованию дивизиями Лефевра и Дюбуа. 5 октября австрийская армия ушла за Рейн.

–– Осень. Освобождение контрреволюционеров из тюрем во Франции. Белый террор в южных департаментах. Массовые убийства заключённых в Лионе, Эксе, Марселе, Тарасконе.

–– Ноябрь. Производившееся в Конвенте дело Каррье, исполнявшего миссию Конвента по уничтожению путём террора контрреволюции в Бретани, ускорило развязку. Каррье продолжал занимать видное место в Якобинском клубе и олицетворял собою ту группу людей, которая не перешла в лагерь открытых врагов революционного режима после низвержения Робеспьера. 9 ноября должно было слушаться в конвенте дело Каррье. Густая толпа окружала его с криками: «Долой якобинцев». Дело было отложено, но толпа не расходилась, а вечером двинулась к клубу с пением враждебной якобинцам песни «Пробуждение народа». Толпа стала бросать камни в окна, а вооружённые дубинами люди ворвались на галереи и стали выгонять оттуда зрителей, преимущественно женщин. Драма происходила и на дворе клуба, и в близлежащих улицах, пока не прибыли члены конвента и комитетов с вооружённой силой. Декретом от 13 ноября Якобинский клуб был закрыт.

–– Сражение при Монтань-Нуар. На Восточно-пиренейском театре военных действий после капитуляции 18 сентября испанского гарнизона в Бельгарде на шесть недель наступило затишье. Дюгоммье решил использовать это время для подготовки наступления на линии обороны испанцев, а те, в свою очередь, занялись укреплением оборонительных линий, протянувшихся от Сан-Льоренс-де-ла-Муга до Средиземного моря. На этом интервале, который был приблизительно пять лье, расположился длинный ряд редутов. Эти редуты, прикрывающиеся фланкирующим огнём, окружённые каналами, в числе 77 охватывали все высоты и образовывали от Сант-Лорент до моря несколько линий прекрасных укреплений. Позади, на левом фланге, и впереди Фигераса находился просторный лагерь Лиерс. Ночью с 16 на 17 ноября колонны двинулись в наступление, и с рассветом батареи больших калибров, размещённые на Монтань-Нуаре открыли огонь для поддержки движения дивизии Ожеро. Дюгоммье и комиссар Конвента Дебрель могли с этого высокого поста полностью видеть все происходящее и руководить движением войск. Дивизии генералов Давэна и Ожеро объединились после восемнадцати часов марша и боёв в горах и, вытянувшись между литейным заводом Муга, обошли лагерь противника и уничтожили пост у моста Муга, в Сен-Себастьяне, затем, несмотря на сильный обстрел со стороны противника, начали взбираться на гору. Де Куртен, который командовал позицией испанцев, имел сведения о наступлении французов и попросил у штаб-квартиры экстренной помощи, которая, однако, не прибыла. Республиканцы атаковали в штыки с невероятной яростью. Испанцы бежали; эмигранты, располагавшиеся рядом, были окружены, в связи с чем проделали то же самое и эвакуировались с артиллерией на северную обратную сторону Магделене. Ожеро, развивая свой успех, захватил все батареи на правом берегу Муга, до Эскаулес. Дивизия Соре, хотя и поддержанная бригадой Виктора, не смогла захватить почти неприступные позиции, защищаемые 25000 солдатами. Одна из колонн французов, впрочем, заблудилась по дороге и не смогла принять участие в атаке. Две армии в этой точке сражались до ночи без определённого успеха. На следующий день, на рассвете, наступление возобновилось на всех пунктах. Ожеро достиг нового успеха на испанском левом фланге, сплочённом и переформированным Де Куртеном. В десять часов утра Дюгоммье, который накануне не оставлял Монтань-Нуар и наблюдал за действиями дивизии Соре, направился вперед к дивизии Периньона, атаковавшей Капмани, и был смертельно ранен испанской бомбой, которая разорвалась над его головой. Он упал с разбитой и залитой кровью головой на глазах двух сыновей и нескольких офицеров штаба, которые бросились ему на помощь. Представители Конвента назначили генерала Периньона временным командующим Армией Восточных Пиренеев. Заметив, что на дивизию Соре противником оказывалось сильное давление, он дал ему подкрепление из центра, возобновил бой и возвратился на правый фланг поддержать Ожеро, который настойчиво выдавливал Де Куртена от редута к редуту, заставив его укрыться под защитой орудий Фигераса. Весь день 19 ноября новый главнокомандующий провёл в рекогносцировке позиций двух армий. 20 ноября в четыре часа утра наступление возобновилось. В то время как бой завязался по всей линии, как и в предыдущие дни, усиленный правый фланг под командованием Ожеро атаковал с обычной неудержимостью левый фланг противника, охватил его и отбросил на всех пунктах. Бо́льшая часть укреплений испанцев была взята с боем, а линии прорваны в нескольких местах после ожесточенного пятичасового боя. Бон захватил со своими стрелками знаменитые редуты в центре испанских позиций, затем совместно с частями генерала Гийо при поддержке резервной бригады Гие в едином порыве атаковали редут Нотр-Дам-дель-Рур), облицованный камнем, вооружённый двадцатью пятью орудиями и считавшийся испанцами неприступным. Этот редут был, тем не менее, взят с боем, а также захвачен мост в Молинсе. В течение этого времени колонны Вердье и Шабера пошли на приступ и захватили в штыковой атаке лагерь Лиерс. Отступление испанского левого фланга и последовавшее затем отступление центра привело к гибели частей правого фланга, которые, будучи отвлеченными демонстративными действиями французов, не осознали того, что произошло на других пунктах, и таким образом оказались в плену. Главнокомандующий испанскими войсками Ла Уньон был убит во время атаки на редут Нотр-Дам-дель-Рур. Его смерть и потеря большей части главных пунктов обороны вскоре вызвали большую панику среди солдат испанских дивизий, которые разбежались во всех направлениях, оставив в местах боёв огромное количество убитых и раненых, достигавшее 10000. Французы захватили 30 артиллерийских орудий. Два испанских генерала, помимо Ла Уньона, были убиты в этом сражении, которое и французам стоило 3000 солдат. Преследуя деморализованного противника, французская армия быстро захватила Фигерас, но их дальнейшее продвижение остановила крепость Сан-Фернандо, которая находилась к северо-востоку от города. 27 ноября Периньон обманом заставил Вальдеса сдать мощную крепость. Весь гарнизон из 9000 солдат и 171 артиллерийское орудие попали в руки французов.

–– Декабрь. Вышли из тюрем и вернулись в Конвент жирондистские депутаты.

–– 23 декабря. Отмена закона о максимуме цен во Франции.

1795 год

Первая Французская республика: Исполнительная Директория.

Члены Директории: Луи Мари де Ларевельер-Лепо, Жан-Франсуа Рёбелль, Этьен-Франсуа Летурнер, Поль Баррас, Лазар Карно.

Мирные предложения штатгальтера Соединённых провинций, который просил мира и предлагал выплатить Французской республике 200 миллионов, были отклонены Комитетом общественной безопасности. С французской стороны вдоль Ваала дивизия Моро держала линию от Ксантена до форта Шенк. Дивизия Суама, которой командовал Макдональд, располагалось от Милленгена до Тиля, между Маасом и Ваалом. Остров Боммель охранялся центром. Крепость Бреда была заблокирована со стороны Хертогенбоса дивизией Бонно, а со стороны Берген-оп-Зома – дивизией Лемера. В войсках союзников царила растерянность, так как установившаяся морозная погода не благоприятствовала защите по рекам до тех пор неприступной Голландии. Растерянность дополнялась организационным беспорядком. Так 5 января английские генералы в письменной форме доложили командующему союзной армии графу Вальмодену, что их войска истощены и больше не могут воевать, и поэтому они должны будут отступить на зимние квартиры. 6 января англичане эвакуировали Тиль, расположенный на северном берегу Ваала. Воспользовавшись этим 7 января дивизия Сальма, переправившись через реку западнее Тиля, захватила его и выдвинула аванпосты налево, к Метерену и Гелдермальсену. Бригада Девинтера из дивизии Макдональда пересекла реку возле Тиля вместе с подразделениями Дельма, который отправил разведку на Линден. В течение двух дней до начала общего наступления французы, создав плацдарм, сумели удержаться на северном берегу Ваала за Тилем и Охтеном вдоль реки Линге, несмотря на попытки союзников выбить их оттуда. 7 января на военном совете в Утрехте принц Оранский, генералы Вальмоден, Харкорт, Эберкромби и Альвинци, сожалея о том, что была оставлена позиция на Линге, решили вернуть её, и удерживать позиции на этой реке как можно дольше, а при благоприятном изменении погоды как можно скорее продвинуться к Ваалу. Соответственно, граф Вальмоден отдал приказ гессенскому генералу Вурмбу продвинуться из Вика на Бюрен, генералу Дандасу отправить из Кулемборга ему на поддержку некоторые войска, а самому занять позиции правее Бюрена. Эберкромби должен был наносить главный удар из Арнема через Золен. После объединения трёх колонн должно было произойти занятие позиции на Линге. В течение 8 – 9 января французы много раз беспокоили союзников, переходя Ваал у Хьена, Додеварда и Гендта, испробуя крепость льда. К 10 января реки покрылись крепким льдом, способным выдержать кавалерию и артиллерию, и французская Северная армия приступила к переходу через Ваал. Союзники, не предполагавшие о начале общего наступления французских войск, в это время продолжили свою операцию по ликвидации плацдарма противника у Тиля. Генерал Вурмб двинулся вперед из Бюрена утром 10-го с пятью батальонами и шестью эскадронами в двух колоннах. Первая колонна, двигаясь к Керк Авезаат, отбросила французские пикеты, которые занимали там мост через Линге, на Тиль. Вторая колонна отбросила сильный французский пикет с моста у Капелл Авезаат на Офемерт. Генерал Девинтер усилил войска подкреплениями из нескольких батальонов и парой артиллерийских орудий, они вышли из Тиля и отбросили гессенцев к плотине на Линге. Весь оставшийся день колонны центра напрасно ждали прибытия английских колонн и к ночи отступили и перешли через Лек в Кулемборге. Генерал Эберкромби и его корпус утром выступили из Арнема в направлении Охтена, Эхтельда и Тиля. Когда его колонны были всего в получасе езды от Охтена, они услышали канонаду со стороны Опхейсдена. Это переправившийся у Додеварда французы только что отбросили батальон Кауница, стоявший там. Вскоре после этого колонна французов, также двигавшаяся из Додеварда на Охтен, встретилась с войсками Эберкромби. После ожесточенного боя на позиции между Алстом и Линденом колонны Эберкромби отступили и пересекли Лек у Ренена. Тем временем Пишегрю на своём правом фланге начал общую атаку от Неймегена до Штерншанце (лежит у разделения Рейна на Ваал и нижний Рейн). На его крайнем правом фланге сильный корпус расположился на левом берегу Рейна напротив Эммериха и Хох Эльтена и наблюдал за левым крылом австрийского корпуса. Французский генерал хотел обезопасить себя от любых диверсий с этой стороны и в то же время предотвратить переброску войск противника направо, к Леку. Дивизия Моро двумя бригадами Вандама и Компера пересекла Ваал по льду в Миллингене. Бригада Жардона – в Кокердоме; бригада Рейнье – в Ооий. Форт Кнодсенбург (напротив Неймегена) был покинут его английским гарнизоном, отступившим на Элст. В результате разгоревшихся боев, продолжавшихся до вечера, во время которых союзники часто контратаковали переправившихся французов, последними были захвачены Дерник, Беммель, Гендт и все шанцы вдоль Ваала, за исключением двух крайних на левом крыле австрийцев. Их гарнизоны отступили к Штерншанце, Хейссену и Элсту. К вечеру французы заняли всю местность между Ваалом и Леком. Ночью союзниками было принято решение начать отвод войск с оставшихся позиций на Ваале за Лек. Во время начавшегося наступления дивизии Бонно и Лемера, стоявшие на крайним левом фланге французов, также воспользовались морозами и замешательством противника и захватили форт Воркум и форт Ловенштейн при втором слиянии рек Маас и Ваал. Форт Хейсден, западнее Хертогенбоса, блокированный девятью днями ранее, был вынужден сдаться 14 января. В результате этих операций также был заблокирован Виллемштадт. Дальнейшее сопротивление союзников в условиях замерзших рек и каналов, и не представлявших естественной преграды для наступавших французов, становилось бессмысленным. Истощенная болезнями, продолжительным походом, недостатком продовольствия армия Вальмодена (около 24 тысяч) начала отступать по частям и без всякого порядка и 14 января переправилась на правый берег реки Эйссел (Иссель) и тем самым решила участь Голландии. В течение нескольких недель французы захватили Республику Соединённых провинций и на её территории образовали Батавскую республику.

–– Генерал Канкло, снова принявший командование над республиканской армией в Вандее, предложил Национальному Конвенту начать переговоры с инсургентами, которые окончились заключением мира в Ла-Жонэ (Близ Нанта) 5 февраля между народными представителями и Шареттом. По условиям договора Шаретт обязывался покориться республиканскому правительству и распустить войско. Взамен было обещано. Вернуть конфискованное имущество их владельцам. Освободить от рекрутского набора те департаменты (области), которые были ареной боевых действий. Вывести из Вандеи республиканские войска. Восстановить свободу исповедания католической религии и прочее. Вслед за этим Стофле не оставалось ничего другого, как заключить мир на тех же условиях. Таким образом в Вандее водворилось спокойствие, но оно было весьма непродолжительным. Обе стороны рассматривали заключённый мир лишь как временное перемирие.

–– 07 февраля. Заключение между Россией и Англией союзного договора для совместных действий против Франции, по которому Россия обязывалась отправить для содействия Англии в Северное море 12 линейных кораблей и 6 фрегатов; в свою очередь Англия, кроме денежной субсидии, обязывалась в случае нападения на Россию какого-либо государства послать ей на помощь 12 линейных кораблей, а в случае войны с Турцией предоставить русскому флоту возможность пользоваться английскими портами в Средиземном море для стоянок, ремонта и пр.

–– 21 февраля. Конвент разрешил свободное отправление религиозного культа в помещениях, которые смогут найти для этого священнослужители или религиозные общины. Подтверждён светский характер Республики.

–– Сражение при Бентхайме. 13 марта утром Моро начал наступление на графство Бентхайм с общей атаки на аванпосты корпусов генералов Ридезеля и Шейтера. Первая колонна захватила пост у Лоссера в семь утра, построила мост через Динкель и после упорного сопротивления отбросила гессенцев из Гронау в Охтруп, после чего генерал Шейтер около полудня со всем своим корпусом отступил к Веттерингену и Нойенкирхену за реку Аа. Вторая колонна, вышедшая из Деннекампа, атаковала аванпосты гессенцев и брауншвейгцев, расположенные перед Гильдехаусом, и оттеснила их к холму с ветряной мельницей перед этим местом. Благодаря поддержке конной ганноверской артиллерии союзники оказали там упорное сопротивление. Французы на время приостановили свое продвижение и открыли артиллерийский огонь, после чего союзные аванпосты отошли из Гильдехауса к главному корпусу у Бентхайма. Третья французская колонна из 3 батальонов и 4 эскадронов тем временем наступала на Шютторф через Брандлехт. Шютторф был опоясан высокой стеной, очень подходящей для защиты. В городке стояли 2 батальона и 2 эскадрона брауншвейгцев с семью пушками. Комендант, предупреждённый о подходе войск противника, тем не менее, не предпринял ни малейшей попытки подготовить его к обороне. Французы сбили посты, выставленные у ворот Шютторфа, и ворвались в открытые ворота городка, продвинулись со всех сторон по улицам, концентрически ведущим к рыночной площади, на которой были построены батальоны гарнизона, и опрокинули их. Охваченные паникой, брауншвейгцы бросились к мосту через Фехте и поспешили перебраться на другой берег. За мостом, однако, они перегруппировались и защищали переправу до вечера, после чего отступили к городку Райне. Четвертой, или левой колонне, было приказано двигаться из Нордхорна через Энгден вверх по правому берегу Фехте и расположиться между реками Фехте и Эмс, позади Шютторфа, Оне и Билика, таким образом, чтобы не позволить корпусу генерала Ридезеля произвести отступление. Однако, когда она проходила через болотистую местность, то задержалась на весь день и не приняла участия в атаке. Подразделения союзников, отступавшие с аванпостов, постепенно сосредоточились на позиции у Бентхайма. Вскоре после того, как приближающиеся со всех сторон французы стали угрожать флангам и тылу этой позиции, она была оставлена, и корпус Ридезеля в беспорядке двинулся к Оне, настойчиво преследуемый французами. Достигнув моста в Оне, он пересёк реку и занял позиции на правом берегу. Замок в Бентхайме, в котором оборонялось всего 60 человек с 10 пушками, был обстрелян из орудий артиллеристами генерала Доминика Жозефа Вандама. Однако комендант не сдавал замок до вечера 14 марта, когда по условиям капитуляции мог свободно выйти с оружием и обозом. 13 марта французы также вытеснили австрийские аванпосты из Ахауса, Фредена, Эпе и стали угрожать Метелену, Хорстмару и Лару. Немецкие генералы просили австрийцев как можно скорее провести согласованный ранее фланговый удар и тем самым заставить противника покинуть занятые позиции, но получили отказ, потому что их левое крыло в это время находилось под угрозой, так как 12-го и 13-го марта французы атаковали передовые имперские войска на верхнем Исселе, у Гендрингена, Анхольта, Миллингена, Фелингена, Фрездена. Поэтому немецкий контингент решил отступить за реки Эмс, оставив аванпосты на левом берегу и силы поддержки в Райне, что и сделал вечером 14-го. В результате победы 13 марта французы вышли к Эмсу на значительном участке от Райне до Лингена. В их силах было переправиться через реку и продвинуться против слабых сил английской армии, и даже в Ганновер, но 15-го французы, вопреки всем ожиданиям союзников, эвакуировали Бентхайм и Шютторф и повсюду отступили за Динкель. Это отступление французов было естественным следствием закончившихся переговоров с Пруссией и установлением демаркационной линии в северной Германии.

–– 01 – 02 апреля. Восстание в Париже против «термидорианского» Конвента. Утром 1 апреля демонстранты собрались на острове Сите. Их возглавлял некто Ван Хек, бывший глава острова, близкий к Тюрио. Среди них находилось множество мужчин и женщин, которые не проживали в Париже и не подпадали под раздачу продовольствия. Это были санкюлоты в основном из пригородов Сен-Антуан, Сен-Марсо, Сен-Жак и секций Терм Юлия, Рынка, Сите и Пуассоньер. В качестве меры предосторожности комитет общественной безопасности отрядил мюскаденов охранять подходы к Конвенту. 1 апреля около 14 часов толпа демонстрантов оттеснила мюскаденов и беспрепятственно вошла в зал заседаний с криками «Хлеба! Хлеба!» и угрожающим шумом. Монтаньяры, априори благосклонные к движению, повели себя нерешительно и даже предложили демонстрантам покинуть зал, без сомнения, из опасения репрессий. Поднялся страшный шум. Монтаньяры и термидорианцы обвиняли друг друга. Лежандр с трибуны безуспешно пытался призвать всех к порядку. Ван Хек поднялся на трибуну и изложил жалобы протестующих. Затем другие секции огласили свои претензии. За это время большинство правых депутатов покинуло зал. Однако пока демонстранты тратили время на болтовню, Комитет общей безопасности отреагировал и призвал лояльные батальоны буржуазных западных секций. К концу дня они собрались вокруг здания Конвента. Комитет также приказал ударить в набат, оповещая о тревожной ситуации. Город был серьёзно взбудоражен; секции Пантеона и Ситэ объявили о бессрочном заседании; когда Оги и Пеньер отправились в свой штаб, первый был арестован и ранен, а во второго стреляли. Тринадцатого продолжалась агитация в секции Кенз-Вен. Предыдущей ночью Конвент установил в Париже военное положение и передал управление городом Пишегрю, который случайно оказался там с войсками, а Мерлен и Баррас были назначены ему в помощь. Основным результатом восстания было дальнейшее усиление политической реакции. Конвент немедленно проголосовал за депортацию Колло, Бийо, Барера и Вадье в Гвиану без суда и следствия. Восемь известных монтаньяров были арестованы, включая Амара, Бурдона, Камбона, Левассёра, Менье, Лекуантра и Тюрио, которые стояли у истоков термидорианской реакции. Это был показатель того, насколько сильно Конвент желал покончить с прошлым. 2 апреля толпа безуспешно пыталась освободить Колло, Бийо и Барера (Вадье удалось скрыться, и его так и не арестовали). Основная тяжесть репрессий легла на санкюлотов. В Париже было объявлено осадное положение, и многие лидеры восстания были арестованы. В ночь со 2 на 3 апреля в секции Кенз-Вен начались волнения, но Пишегрю без труда подавил их. 10 апреля под давлением секций Конвент приказал разоружить в Париже и в провинции всех, кто играл ведущую роль в терроре. Разоружение означало резкое снижение социального статуса, поскольку закрывало дорогу к участию в общественной деятельности и сильно ущемляло гражданские права. Только в Париже от этого пострадали около 1600 санкюлотов. В провинции указ от 10 апреля часто служил сигналом к аресту и судебному преследованию бывших террористов. В Лионе и на юго-востоке он, вероятно, спровоцировал резню в тюрьмах.

–– Базельский мирный договор. Сепаратный мир, заключённый Пруссией с Французской республикой 5 апреля  в Базеле, Швейцария. От Пруссии договор подписал князь Карл Август фон Гарденберг, от Франции – её дипломатический представитель в Швейцарии полномочный министр Франсуа Бартелеми. Договор знаменовал собой начало распада первой антифранцузской коалиции. Базельский мирный договор состоял из 11 основных статей и 6 частных и секретных соглашений. В договоре обусловливались: эвакуация французских войск с правого берега Рейна (ст. III) и временная оккупация французскими войсками левого берега вплоть до установления окончательных мирных отношений между Францией и Германской империей (ст. IV). Секретные статьи и соглашения предусматривали отказ Пруссии от враждебных действий против Голландии и государств, оккупированных французской армией. На случай окончательного присоединения левобережных территорий к Франции республика гарантировала соответствующие компенсации. В обоих случаях Франция ручалась за прежние долги оккупированных левобережных княжеств. Король Пруссии гарантировал нейтралитет северогерманских государств, таким образом, получая над ними протекторат. При заключении договора Гарденберг объявил об оккупации Пруссией Ганновера, в случае если правитель последнего (являвшийся личным вассалом английского короля) отказался бы поддерживать нейтралитет.

–– 30 апреля, в половине четвёртого утра, все батареи союзников на островах на Рейне, батарея гартенфельдского редута и батарея напротив Хауптштайна начали обстрел Хартмюле. Австрийские егеря при поддержке гусар атаковали французские аванпосты вдоль всей линии наступления и заставили их отступить. Когда полковник Кнезевич с двумя отрядами авангарда был на полпути к цели атаки, артогонь был перенесен на французские укрепления перед Момбахом и на гонсенхаймское плато. Австрийский авангард захватил в штыковой атаке Хартмюле и преследовал гарнизон противника до леса у Момбаха. Была захвачена французская батарея, расположенная перед линией Момбаха, и две пушки и один зарядный ящик попали в руки австрийцев. Генерал Петраш двинулся в поддержку со второй колонной: два батальона – на высоту Хартенберг, и один батальон – по дороге на Момбах. Генерал Мишель Рено, командующий левым крылом линии французов, пытался остановить дальнейшее продвижение австрийцев пушечным огнем и многочисленными стрелками, действовавшими на гонсенхаймское плато. Однако полковник Кнезевич быстрой атакой отбросил их и попытался овладеть частью укреплений, бывших на острие его атаки. Но все три попытки, поддержанные высадкой десанта ниже Момбаха, были отбиты французами. Менее чем через час после первой атаки под руководством главного инженера крепости маркиза Шастеллера были начаты земляные работы по строительству укреплений напротив передовых верков Гонсенхайма и на последнем спуске с Хартенберга, напротив Хартмюле, которые активно продолжались даже под сильнейшим огнем со стороны французов. В скором времени австрийцы прикрыли себя земляной насыпью. Генерал Рено, получивший подкрепление из трех полубригад, решил вернуть Хартмюле. Восемнадцать рот гренадеров под командой командира батальона Буретта перешли через ручей Хонсбах и атаковали Хартмюле и возводимые австрийцами укрепления слева. Одновременно бригада пехоты генерала Аргу атаковала плато справа. Австрийцы отбили обе атаки ружейными залпами и картечным огнем, вынудив французов в беспорядке отступить, а затем стали преследовать их своей кавалерией. Только поддержка двух батальонов, продвинутых вперед генералом Дюсира и открывших залповый огонь, позволила французам отбить атаку вражеской кавалерии. Австрийцы остались на занятых ими позициях, а французы начали строить линию отдельных редутов, чтобы прикрыть ими свой левый фланг. Этой линией левый фланг был осажен назад и приведен в лучшее соотношение с центром. Осада Майнца французской армией продолжалась.

–– Отказ от контролируемой экономики спровоцировал катастрофу. Цены взлетели, и обменный курс упал. Республика была приговорена к массовой инфляции, и валюта была разрушена. Ассигнации стоили менее 3 процентов от их номинальной стоимости. Ни крестьяне, ни торговцы не принимали ничего, кроме металлических денег. Падение было настолько стремительным, что экономическая жизнь, казалось, остановилась. Кризис сильно усугубил голод. Крестьяне перестали приносить продукты на рынки, потому что не хотели принимать ассигнации. Правительство по-прежнему доставляло продовольствие в Париж, но было не в состоянии обеспечить обещанные пайки. Хлеба по карточкам в некоторые дни выдавали по одной шестой фунта в день. На чёрном рынке он стоил 10 ливров за фунт, через месяц за фунт хлеба просили уже от 16 до 22 ливров. Люди падали на улице от истощения, смертность росла, участились случаи самоубийств. В провинциях местные муниципалитеты снова прибегли к своего рода реквизициям при условии непрямого принуждения в получении товаров. Судьба сельских подёнщиков, покинутых всеми, была часто ужасна. Инфляция разрушила кредиторов в пользу должников. Это всё вызвало беспрецедентную спекуляцию. Санкюлоты, столь безучастно на первых порах встретившие падение и казнь робеспьеристов, теперь начали выражать сожаление о режиме, когда теперь они сами остались без работы и без хлеба. В начале весны дефицит основных товаров был таким, что, казалось, волнения происходили по всей стране. Париж снова пришёл в движение. Волнения в секциях возобновились. 29 апреля секция Монтрей объявила, что она будет заседать непрерывно, и призвала другие секции последовать её примеру, чтобы обсудить продовольственный вопрос. 30 апреля вспыхнуло возмущение в секции Бонне-де-ля-Либерте. Сигнал к началу движения дала брошюра, опубликованная вечером 19 мая и озаглавленная: «Восстание народа с целью получения хлеба и восстановления его прав». Эта брошюра была известна как «План восстания», основную мысль которой можно было выразить одним словом: хлеб! Политические цели были изложены более подробно. Освобождение заключённых и немедленное вступление, выборы в законодательное собрание, которое должно занять место Конвента. 20 мая в 5 часов утра пробил набат в предместьях Сент-Антуан и Сен-Марсо. Вскоре ударили общий сбор во всех восточных секциях. Это были женщины, которые взяли на себя инициативу. Женщины бегали по улицам, по мастерским, мужчины вооружались. В 10 часов утра под бой барабанов первые группы проследовали к Конвенту. Вскоре после полудня двинулись батальоны Сен-Антуанского предместья, по пути к ним присоединялись батальоны из других секций. В то же время толпа женщин при поддержке нескольких мужчин пыталась ворваться в зал заседаний Конвента. Когда около трех часов батальоны появились на площади Карусели, натиск сделался непреодолимым. Конвент был наводнён восставшими, которые убили депутата Феро и голову его насадили на пику. Среди криков, ругани, барабанного боя два инсургента, Этьенн Шабрие, старый член революционного комитета секции Арсенала, и Пьер Франсуа Дюваль, сапожник той же секции, взошли на трибуну и прочитали, сменяя друг друга, из Декларации прав человека пункт о праве на восстание, настаивая на этом праве. Но восставшие ничего не сделали, чтобы завладеть правительственными комитетами, и дали им время подготовиться к контратаке; они только и ждали момента, когда депутаты-монтаньяры себя скомпрометируют. В семь часов вечера обсуждение возобновилось. Дюруа и Ромм провели решение о непрерывности заседаний секций и об освобождении заключенных в тюрьму патриотов, а Субрани – об отстранении Комитета общественной безопасности и замене его временной комиссией. Было уже половина двенадцатого вечера. И тут национальная гвардия западных кварталов, Мулена, Музея и Лепелетье, была брошена в зал заседаний Конвента, она оттеснила восставших, которые вскоре разбежались. Тут же был принят декрет об аресте 14 скомпрометировавших себя депутатов. 21 мая восстание продолжалось в Сен-Антуанском предместье, а в секциях шли нелегальные собрания. Толпа заняла Ратушу, а батальоны предместий около 3 часов пополудни ещё раз направились к Конвенту под командованием Гийома Делорма, колесника и капитана артиллеристов секции Попинкур. Жандармерия перешла на сторону восставших. Канониры направили свои пушки на Собрание около 7 часов вечера, держа в руках зажжённые фитили. Канониры из умеренных секций тоже перешли на сторону восставших. Силам Конвента под командованием генерала Дюбуа противостояло, вероятно, около 20 000 восставших. Это было самое большое противостояние военных сил в Париже с начала революции. Но ни одного выстрела не прозвучало. И вместо того, чтобы опрокинуть термидорианскую гвардию, восставшие колебались, в то время как депутация Конвента, посланная правительственными комитетами, начали переговоры с восставшими, которые позволили себе поверить разговорам о братании. Конвент был полон решимости подавить восстание. В течение всей второй половины 22 мая и в ночь на 23 мая армейские отряды подходили к Парижу и вступали в город. Одним из этих отрядов командовал Иоахим Мюрат. С раннего утра усиленно готовилась также и национальная гвардия центральных секций, Мулен, Лепелетье, Брута и Елисейских Полей. 23 мая под командой генерала Мену оказалось в общей сложности (считая, как линейные войска, так и национальную гвардию) около 25 000 человек. Этих сил было достаточно, чтобы окружить Сен-Антуанское предместье и занять все выходы из него. В течение ночи правительство преодолело сопротивление большинства повстанческих секций, и 4 прериаля Сен-Антуанскому предместью был предъявлен ультиматум – сдаться и выдать всё оружие. В случае отказа предместье будет объявлено в состоянии мятежа и все секции будут призваны помочь в его подавлении силой оружия или принудить голодом к сдаче. Восставших, оставшихся без вожаков, почти без руководящих кадров, поддерживало одно отчаяние. В четыре часа пополудни войска получили приказ наступать. Положение предместья было безнадёжным. Никакой материальной поддержки не последовало, и предместье сдалось через несколько часов без единого выстрела. Тотчас же приступили к арестам и к разоружению жителей. К 10 часам вечера усмирение было кончено, кроме разоружения, продолжавшегося ещё много дней, и кроме арестов, которые тоже шли несколько дней подряд. Волоча за собой пушки, отнятые у секций Сен-Антуанского предместья, приветствуемые радостными криками высыпавшего на бульвары населения центральных секций, войска прошли ко дворцу Конвента и продефилировали мимо здания. На этот раз репрессии были полными и безжалостными и были направлены как против лидеров или предполагаемых лидеров самого восстания, так и против потенциальных лидеров подобных восстаний в будущем. Обезглавить санкюлотов как политическую силу раз и навсегда. Необходимо было уничтожить остатки якобинцев в Конвенте, секционных собраниях и национальной гвардии. Были арестованы 12 депутатов Конвента, в том числе шесть, которые поддержали требования демонстрантов. 23 мая была создана военная комиссия для упрощённого судопроизводства и казни всех лиц, захваченных с оружием или ношения знаков отличия восстания. Комиссия заседала в течение 10 недель и осудила 132 человека. Осуждённые депутаты, желая продемонстрировать свою неприкосновенную свободу и бросить вызов своим обвинителям, попытались покончить с собой, прежде чем их должны были отправить на эшафот. Первые три попытки были успешными. Субрани умер, когда осуждённые достигли гильотины; остальные были казнены ещё живыми. Секциям было предложено провести специальные собрания 24-го мая, чтобы осудить и обезвредить всех подозреваемых «террористов» и сочувствующих якобинцам. Результатом стали проскрипции с массовым числом жертв, в которой сведение старых счётов играли столь же большую роль, как и тестирование в политической ортодоксии.

–– Реставрации монархии не случилось из-за внезапной кончины Луи-Шарля Капета, которого неофициально начали называть «королём». Людовик XVII умер в Тампле 8 июня. Ему было 10 лет и 2 месяца. Было проведено вскрытие, установившее причиной смерти туберкулёз (от этой же болезни умерли дед, бабка, дядя и старший брат Людовика). Как сообщают, на теле мальчика были обнаружены опухоли, а также следы чесотки. Сообщается, что он был чрезвычайно истощён и костляв от недоедания, когда его осматривали после смерти. Тело Луи-Шарля было тайно погребено в общей могиле. Граф Прованский, узнав за границей о смерти племянника, провозгласил себя королём Людовиком XVIII.

–– Вскоре Шаретт, подстрекаемый эмигрантами и примирившийся со Стофле при посредничестве маркиза де Ривиера, посланного графом д’Артуа (впоследствии король Карл X) в Вандею, начал вынашивать новые замыслы продолжения войны. По его побуждению жители области Пуату снова стали убивать поодиночке республиканцев, попадавших в их руки. Жалобы же на народных представителей и республиканских генералов были оставлены без внимания как Шареттом, так и прочими вандейскими вождями. Война не была официально объявлена, но обе стороны уже не скрывали взаимной ненависти и деятельно готовились к возобновлению военных действий. В конце июня Шаретт внезапно нарушил договор, заключённый им с республиканским правительством, и, овладев несколькими постами, приказал умертвить всех пленных.

–– Снабжение французских эскадр, блокированных в Бресте и Лориане, производилось в основном не по суше, а каботажными судами. Для защиты многочисленного конвоя, вышедшего из Бордо, из Бреста были отряжены 3 линейных корабля (командующий контр-адмирал Ванс). 8 июня произошло их столкновение с британской эскадрой из 5 линейных кораблей, крейсировавшей в Бискайском заливе. Британцы успели взять восемь транспортов конвоя, пока он не ушёл под защиту берега. HMS Kingfisher через три дня отвёл призы в порт. Когда новость достигла Бреста, Вилларе-Жуайёз, полагая, что Ванс блокирован под Бель-Иль, вывел 9 линейных кораблей (единственные готовые к выходу) на соединение с уже находящимися в море тремя. С ними вышли 9 фрегатов (из них два переделанных в 50-типушечные). 15 июня они соединились с Вансом у острова Груа, а на следующий день обнаружили небольшую эскадру Корнуоллиса. Соединившиеся 12 линейных кораблей, не считая более мелких, 16 июня снова встретились с пятью британскими, которые после паузы вернулись в район крейсирования. Последовала погоня, и британский адмирал Корнуоллис оказался перед дилеммой: два его корабля были плохими ходоками, бросать их на милость французов он не хотел, а задержаться и вступить в бой при таком неравенстве сил означало рисковать всей эскадрой. 17 июня произошла стычка эскадры Корнуоллиса с передовыми французскими кораблями. Корнуоллис, по всем свидетельствам, действовал крайне твёрдо и хладнокровно. Его выручила к тому же хорошая выучка его людей, особенно артиллерии, и неэффективность стрельбы и растянутость французского флота. Корнуоллис поставил в линию HMS Brunswick, HMS Royal Sovereign (флагман), HMS Bellerophon, HMS Triumph и HMS Mars, а французы с 12 линейными и 14 фрегатами начали погоню. Перестрелка началась с 9 утра. Французы открыли огонь по Mars и повредили его настолько, что ближе к концу дня он свалился из линии под ветер и попал бы в плен, не поверни ему на помощь Royal Sovereign и Triumph. Прямо перед этим находившийся под ветром фрегат HMS Phaeton делал сигналы, которые для французов вполне могли выглядеть как сообщение другому флоту, ими ещё не видимому. В сочетании с решительной атакой Royal Sovereign эти сигналы посеяли у противника сомнение. Французы увалились и прекратили бой. Около 6 вечера Вилларе-Жуайёз отказался от преследования. Только Mars и Triumph имели повреждения. На Triumph были побиты мачты и порваны паруса, но кроме несколько попаданий в корпус он потерь не имел. Как результаты (из британских кораблей только один понёс потери в людях), так и действия французов говорят о неудовлетворительном состоянии их флота. Недостаток времени, проводимого в море, вылился в слабую подготовку команд, что и спасло британцев от поражения.

–– Боевые действия в восточных Пиренеях возобновились в середине июня. Генерал Шерер, после двух неудачных попыток, больше не стремился сбить испанцев с их позиций. К тому же это становилось труднее, так как его противник был воодушевлен успехами предыдущих боев, провел реорганизацию своей армии и получил подкрепления. Так как начало заканчиваться продовольствие в его лагере, и нужно было срочно доставить его, Шерер собирался прикрыть силами армии фуражировку на равнине Тер, в долине Флувии и в небольших прилегающих плодородных долинах, еще богатых, поскольку испанцы, снабжаемые из своих магазинов, не делали там реквизиций. Французские войска одновременно начали движение в ночь на 14 июня. Войска были разделены на три примерно равные по численности дивизии. За каждой из них должен был последовать сильный арьергард. Гакен командовал левым флангом, Шерер – центром, Ожеро был справа. Французская линия простиралась от Сан-Педро-Пескадор до Бесалу. Центральную позицию у Понтоса занимали силы в 6000 штыков и 800 сабель, на каждом фланге было по 5000 штыков и 500 сабель. Уррутия, видя, что Шерер развернул фланги своей армии, немедленно приказал войскам, находившимся в Бесалу, поспешно занять в горах ущелье Коль-де-Портей. Этот проход был единственным, по которому французы могли добраться до Бесалу. На высотах Эспонелья была установлена сильная батарея для защиты подступов к мосту. Вся испанская армия была приведена в движение, и все броды на Флувии охранялись. Шерер, узнав о распоряжениях Уррутии, тотчас изменил свой план операции. Задержка, вызванная его новыми распоряжениями, дала генералу Вивесу время предупредить французов на Флувии в развертывании и переправиться через эту реку на правом фланге республиканской армии. Он переправился у Вилерта и продвинулся за Эспинавессу на позицию, занятую генералом Боном в лесу на расстоянии в четверть лиги от реки. Ожеро, заметив это продвижение, приказал устроить засаду в лесу, к которому направлялась испанская колонна из нескольких батальонов. Как только она оказалась в пределах досягаемости и, обнаружив засаду, открыла огонь, солдаты Бона устремились вперед в штыковую атаку, и части генерала Вивеса были в беспорядке отброшены к реке. Однако ему удалось у берега сплотить своих солдат и продолжить бой до вечера, после чего был вынужден вернуться на правый берег Флувии. На левом фланге дивизия Гакена оказалась напротив войск генерала Итуригарая. Под прикрытием пехоты и нескольких батарей, расположенных у правого берега Флувии, 1100 испанских кавалеристов в сопровождении отряда вольтижёров пересекли реку двумя колоннами: первая, между Сан-Микелем и Сан-Томасом двинулась на генерала Банеля; вторая – в 500 метрах выше по течению, у Торруэллы, против гусар генерала Руже. Банель, занимавший отличную позицию, легко отбил несколько эскадронов противника. Гусары, также отбившие испанскую кавалерию, преследуя, сами попали под фланговый удар и в беспорядке отступили к Виламаколуму под прикрытие четырех батальонов генералов Гакена, Дюгуа и Гийо. Испанские кавалеристы не продолжили бой и отошли за Флувию. Однако центр двух армий до сих пор оставался в полном бездействии, так Шерер собирался атаковать испанцев, расположившихся у перевала Ориоль, только после успеха двух своих флангов. Уррутия упредил Шерера с ударом в центре и приказал перейти Флувию и атаковать французов. Первым перешли Флувию по мосту в Баскаре авангард под командованием дона Ильдефонса Ариаса и колонна маркиза Ла Романа. За этой первой колонной последовала дивизия под командованием генерала Ла Куэсты. Авангард получил приказ захватить разрушенный замок перед Понтосом, расположенный на очень крутой высоте, а Ла Куэста, прикрывая атаку, должен был двинуться со своей дивизией на высоты правее и севернее Понтоса в направлении Эрмедеса. Уррутия рассчитывал вместе с остальной пехотой поддержать эти две колонны и выехал из своей штаб-квартиры в Ориолсе. Ариас атаковал с фронта. Ла Романа повернул налево от замка и атаковал деревню Понтос с фланга. Замок располагался на изолированной высоте, крутой со стороны Эрмедеса и Понтоса, но полого спускающейся к Флувии. Хотя эта важная для французов позиция была прикрыта лесом, оврагами и стенами, 1800 солдат Бейрана, не ожидавшие здесь атаки, уступили после часового сопротивления, и деревня и замок оказалась заняты Ариасом и Ла Романом. Увидев, что Ла Куэста по главной дороге движется к Эрмедесу и обходит его бригаду, Бейран, бросив свою артиллерию, отступил на север в направлении деревни Борасса, преследуемый испанской кавалерией. После взятия Понтоса Ариас и Ла Романа присоединились к Ла Куэсте на высотах Эрмедеса, а затем эти три генерала снова выступили, пересекли и миновали Эрмедес и выстроились в боевой порядок за деревней параллельно подходившим подкреплениям французов. За время боя у Понтоса Шерер перебросил с неугрожаемых участков части генералов Пуанта, Банеля, Дюфо, а также остановил Бейрана. В четыре часа Бейран был развернут перед Гарригасом, в двухстах метрах от линии противника. Справа стали Ожеро и Дюфо, слева – Пуант и Банель. На этой позиции 7000 французов простояли до вечера, имея против себя 16 тысяч испанцев, так и не вступая в бой и иногда обмениваясь выстрелами. С наступлением темноты, в восемь часов, две армии вернулись в свои лагеря.

–– Киберонская экспедиция. Экспедиция была разделена на 3 отряда, под общим начальством малоспособного графа Пюизе. Перевозка войск морем из Англии совершалась при помощи британского флота. Экспедицию пополнили крестьяне и шуаны, которым на берегу раздавали оружие, одежду и продовольственные запасы, а также пленные республиканские солдаты. 27 июня высадился на Киберон первый отряд, предводимый графом д’Эрвильи; 4 июля он занял форт Пантьевр, защищавший дорогу на полуостров, но вместо того чтобы воспользоваться этим успехом и значительными подкреплениями со стороны шуанов, д’Эрвильи занялся укреплением полуострова, который немедленно был блокирован республиканскими войсками Гоша. Предпринятая 16 июля попытка выбить республиканцев с их позиций окончилась неудачей. Сам д’Эрвильи при этом был убит. Между тем высадился второй отряд роялистов, под начальством графа Сомбрёля; но он уже не мог поправить дела.

–– Генерал Гош принял решение атаковать форт в штормовую ночь с 19 на 20, когда высокие волны и низкий обзор мешали британским кораблям стрелять прицельно. Форт, несмотря на артиллерийский огонь со стен, был взят сходу фронтальной атакой. Увидев, что его солдаты подняли трёхцветной знамя над фортом, и не дожидаясь, пока форт перейдёт под его контроль весь (внутри крепости ещё продолжался бой) Гош бросил основные силы на главный лагерь эмигрантов на полуострове позади крепости. Британские корабли открыли беспорядочный огонь, от которого в значительной степени страдали сами роялисты и прибывшие с ними гражданские лица, поэтому вскоре обстрел был прекращён. Теперь британские корабли не могли стрелять, потому что рисковали попасть в союзников. К тому же, из-за волнения на море они не могли подойти достаточно близко к берегу. Эмигранты беспорядочно бежали к кораблям, до которых большинство из них не могли добраться не только из-за шторма, но и из-за того, что лодок не хватало на всех. Командир эмигрантов, Жозеф де Пюизе, бывший жирондист и сторонник конституционной монархии, не пользовался доверием своих людей, которые считали его слишком левым, слишком пробританским и недостаточно опытным в военном деле (Пюизе в королевской армии имел только чин полковника). Гораздо более уважаемый в среде эмигрантов граф Луи Шарль Д’Эрвильи, казался британцам слишком независимой фигурой, но даже несмотря на это фактически руководил войсками роялистов, пока не был тяжело ранен в одном из предыдущих столкновений с войсками Лазара Гоша. Оставшись самостоятельным командиром, Пюизе в критический момент сел со своими приближёнными в шлюпку и отплыл к британскому кораблю, не заботясь о спасении остатков своей армии. Подняв на борт военных кораблей тех, кто смог до них доплыть, эскадра Уоррена спешно отплыла, взяв курс на Британию. Часть эмигрантов под командованием Шарля Сомбрейля отступила в находящуюся на полуострове небольшую рыбацкую деревню Port-Haliguen. Утром 21-го они были вынуждены капитулировать. Несколько сотен эмигрантов, шуанов и гражданских лиц погибло в бою или утонуло и более шести тысяч попали в плен. Революционное законодательство, всё ещё слишком жестокое в то время, предполагало казнь пленных, как французов и противников республики, однако генерал Гош заступился за них. В результате большинство крестьян-шуанов отделались штрафами или тюрьмой, а их жены и дети, сопровождавшие их, были отпущены сразу. Но 750 человек, включая большое количество дворян-эмигрантов, епископа и нескольких священников были расстреляны. Потери Гоша оказались минимальны. Попытка эмигрантов выступить против Республиканской Франции потерпела таким образом крах.

–– Французский генерал Монсей планировал возобновить наступление в более широком масштабе, в соответствии с общим планом, поэтому он разбил лагеря на высотах Донамария и Кастелу, перед рекой Бидасоа и перед Сантэстебаном, угрожая с этих позиций долине Улзана. Наконец, 28 июня, был отдан приказ об общем наступлении на испанские позиции. Из лагеря Ициар вышли пять батальонов и четыре роты под командованием бригадного генерала Шарля Франсуа Рауля. Республиканцы переправились через Деву по броду. Несмотря на огонь нескольких вражеских батарей, они захватили мост Мадариага, по которому смогла пройти французская артиллерия. Взятие этого моста дезорганизовало испанцев, которые поспешно оставили свои редуты, знамёна и девять орудий. Рауль немедленно занял Мотрико на берегу моря и на следующий день двинулся на Берриатуа, Маркина-Хемейн и на высоты Урреаги. Таким образом, левый фланг Креспо был разбит. В то же время бригадный генерал Жан Жозеф Вилло двигался с несколькими батальонами на правый фланг испанцев у Элосуа. Наконец, третья колонна двинулась из Толосы в Вилья-Реаль, чтобы отрезать путь Креспо. Результатом этих действий должно было стать уничтожение вражеского корпуса, расквартированного в Элосуа. Но испанский генерал, предупрежденный о приближении французов, приказал отступать. Эвакуировав войска из Элосуа, он стал отступать к Бергаре, в то время как часть его корпуса оказала отчаянное сопротивление у моста Эскарга. Чтобы дать корпусу время присоединиться к нему, Креспо расположился в Бергаре, заняв позицию немного позади этой деревни, чтобы обеспечить слева выход на Бискайский залив и прикрыть справа сообщение с Наваррой. Его штаб-квартира и центральные позиции находились в Мондрагоне. В результате этих движений, правый фланг армии, бывший под командованием Филангери, был поставлен под угрозу. Генерал Монсей не мог не попытаться воспользоваться этим. 3 июля четыре французские колонны вышли утром почти одновременно на Лекумберри. Одна должна была атаковать позицию с фронта, две других – с флангов, а четвёртая – с тыла. Их командирами были генералы Мерль, Амеде Вилло, Жозеф Моран и Дигоне. Но Филангери, как и Креспо, был предупрежден о французском продвижении и вовремя отступил через Эризе и Озкуите к высотам Ирурсуна, где располагалась его вторая линия и лагерь его авангарда. Эта позиция, естественно, очень сильная, имела то преимущество, что устанавливала связь между двумя крыльями испанской армии. 6 июля французы (16000 штыков и 400 сабель) вышли из Лекумберри в направлении Ирурсуна тремя колоннами, которые следовали по главной дороге одна за другой. Они разошлись в деревне Латаса. Первая колонна, из трёх батальонов, под командованием бригадного генерала Мерля, поднялась на высокую гору справа от главной дороги и вышла на Ирурсун, как если бы она прибыла из Виттории. Командир бригады Арисп, командуя второй колонной в составе трёх батальонов и трёх гренадерских рот, направился по левой дороге на Айскорбе, перейдя гору Тринидад. Два батальона, 150 кавалеристов и два орудия, составлявшие третью колонну, под командованием генерала Амеде Вилло, следовали по главной дороге. Вилло командовал всем боем. Наконец, четвёртая колонна из пяти батальонов во главе с генералом Дигоне должна была обойти испанский авангард и отрезать его отступление, отделив его от армейского корпуса. Испанский авангард генерал-лейтенанта Хорказитаса после первого боя и нескольких кавалерийских контратак покинул Ирурсун, чтобы отступить к главным силам. Лёгкие войска Ариспа, в том числе баскские стрелки, вытеснили отряд каталонских стрелков из прохода, который тот занимал между Ирурсуном и Айскорбе, а затем и из Айскорбе. Но, попытавшись преследовать, баски, хотя и захватили у испанцев две пушки, сами оказались перед угрозой окружения со стороны подоспевших эскадронов противника, поэтому были вынуждены укрыться в лесу, примыкающему к дороге, вместе с подошедшим гренадерским батальоном бригады Дигоне. Дигонне, вместо того чтобы поддержать Ариспа, послал ему приказ отступить. Испанская пехота, поддержанная гренадерами, появилась со всех сторон и почти отрезала французов, когда гренадерский батальон, следовавший за басками, остановился, ударил в штыки и сдержал противника. Подошедшая испанская кавалерия попыталась закончить окружение, но подбежал второй батальон во главе с самим Вилло и остановил конницу. Наконец, французы получив подкрепление, возобновили наступление и отбросили испанцев, вынужденных быстро отступить. В результате этих действий корпус Филангери было отделен от корпуса Креспо. Корпус Креспо, после перехода через Деву французов, располагался в Салинас-де-Гипускоа, на высотах от Эльгеты до горы Сан-Антонио, для обеспечения связи с Бискайей и Наваррой. Но эти коммуникации были перекрыты потерей Ирурсуна, и Монсей решил провести новую атаку, чтобы окружить корпус Креспо или заставить его покинуть свои позиции. 12 июля 4500 человек дивизии генерала Дессена выступили из Эльгойбара, имея с собой две маленькие пушки. В часе перехода от Эльгойбара эта дивизия натолкнулась на левый фланг Креспо, который оборонял окраину деревни Эренка. Этот пост был выбит после непродолжительного сопротивления. Французы нашли там тринадцать пушек. В ночь с 13 на 14 июля Дессен двинулся в Дуранго, где Креспо собрал свои припасы. Дуранго был взят. Все, что нельзя было унести с собой, уничтожали или бросали в реку. Дивизия продолжила марш и 15 числа прибыла к Вильярреаль-де-Алава. На следующий день, в десять часов утра, она обнаружила, что стоит лицом к лицу с корпусом Креспо, занимавшим позиции на горе слева от Урбины. Пока с фронта отвлекли перестрелкой, французские пехотинцы атаковали испанцев справа и слева и заставили их отступить. Креспо отошёл, заняв горы на западе и горы Урбины за Салинасом. Села Айоррабе и Мендибил были взяты в тот же день французами, которые расположились там в ожидании дивизии Вилло, которая, выйдя из Ирурсуна, наступала через долину Борунды на равнину Виттории. Креспо был вынужден снова отступать и, видя, что его обходят с двух флангов и не позволяют добраться до Панкорбо, ворот в Кастилию, бросился с дороги в Витторию через горы на Дуранго, чтобы оттуда выйти на Бильбао. Вечером 16-го Дессен направил свой авангард под командой бригадного генерала Шильта к Виттории. На следующий день, 17 июля, он со всей своей дивизией занял этот город, столицу Алавы, и, когда к нему присоединился генерал Вилло, снова отправился в погоню за Креспо через Ордунью и Миравальес. Креспо, силы которого сократились до семи тысяч человек, поспешил эвакуировать Бильбао и достиг Панкорбо через горы, отделяющие Старую Кастилию от Бискайи. Бильбао был оккупирован французами 19 июля. В нём были обнаружены огромные магазины с запасами провизии. Таким образом, три баскские провинции (Алава, Гипускоа и Бискайя) перешли во власть французов. Монсей расположил свой штаб в Виттории и продвинул бригаду Миоллиса до реки Эбро, где она заняла позицию в Миранда-де-Эбро. В то время как левый фланг испанской армии была вынужден эвакуировать Бискайю и Алаву, левый фланг французской армии атаковал испанский корпус, который прикрывал Памплону и Наварру. Корпус Филангери отступил в сторону леса Озкиа, на сильную позицию у Эриза, которую можно было обойти только через перевал Оларрехи, единственное сообщение между долинами Ольо и Аракиль. Его защищали регулярная рота и батальон добровольцев из Наварры. Два других батальона занимали пост Месета, расположенный на краю горы, в месте, где перевал становится самым узким. 30 июля на рассвете два французских батальона, один гренадерский, другой – горных стрелков, под командованием генерала Дигоне атаковали перевал Оларрехи. Несмотря на сильное сопротивление, рота и наваррские добровольцы были сбиты с позиции, но при спуске с горы победители столкнулись в Месете с двумя батальонами испанцев и атаковали их в штыки. Испанцы, окруженные с трёх сторон, несмотря на гибель своих командиров, продолжали храбро обороняться на своём посту, усыпанном трупами, но в конце концов были вынуждены отступить.  Их преследовали до Ильсарбе, где французов остановили пришедшие на подкрепление четыре испанских батальона. Генерал Дигоне приказать своим солдатам вернуться на вершину перевала и расположиться там. Испанцы по результатам этого боя отчитались о своих 72 погибших, 97 раненых и 56 плененных французах. Генерал Монсей, несмотря на неудачу в направлении Памплоны, расположил войска возле Миранды, чтобы заставить противника предположить, что он намеревался пересечь Эбро и войти в Старую Кастилию, но его настоящей целью оставалась осада Памплоны. Генерал Мареско уже прибыл в Байонну, чтобы возглавить осадные работы против этого города, а с правого фланга французской армии, частично оставив Бильбао и Витторию, начали перебрасывать часть сил через Пуэнте-ла-Рейна в направлении столицы Наварры.

–– Базельский мирный договор, заключённый между Французской республикой и Испанией 22 июля  в Базеле, Швейцария. Договор был подписан со стороны Франции её дипломатическим представителем в Швейцарии Бартелеми, со стороны Испании – испанским послом в Польше Ириарте. Договор выводил Испанию из состава сил первой антифранцузской коалиции вслед за Пруссией, оформившей чуть ранее сепаратный мир с Францией, также в Базеле. Франции удалось добиться расчленения коалиции и обеспечить юго-западные рубежи страны от вторжения интервентов. Договор состоял из 20 статей. По условиям договора Франция возвратила Испании завоёванные ею территории (Гипускоа, часть Страны басков) (ст. 4), но взамен получила испанскую часть острова Сан-Доминго (ст. 9). Испания обязалась заключить союзный договор с Францией (ст. 13) и немедленно вступить в мирные переговоры с Голландией.

–– Генерал Келлерман принял командование над Итальянской армией. Поручив ему командовать армией, Комитет общественного спасения предписал ему оставаться на оборонительной позиции, а в крайнем случае очистить графство Ницца и отступить к реке Вар. Подготовительные движения австрийской армии начались 13 июня, и на следующий день (14-го) несколько её дивизий в окрестностях Каркаре перешли на территорию Генуэзской республики, нарушив её нейтралитет. Со своей стороны, сардинский фельдмаршал-лейтенант Колли расположил свои лагеря в Чеве и Мондови и приготовился поддерживать движения австрийцев второстепенными действиями как в трёх долинах – Танаро, Элеро и Пезио, так и в направлении перевала Тенда. 14 июня Де Винс переехал из Дего в Каркару, куда прибыл 16 июня. Де Винс разделил свою армию на три корпуса, которые должны были покинуть горы 23 июня. Правый, состоявший из пяти колонн, наступал на левый французский фланг от перевала Термини до высот Ормеа; центральный – двинулся тремя главными колоннами, которые затем разделились на много меньших, и атаковал все позиции от Бардинетто до Сан-Джиакомо; левый – наступал на правый фланг на позиции у Вадо. 23 июня Де Винс, наконец, сконцентрировав все свои войска и будучи уверенным, что генерал Эжен д’Аржанто на следующий день атакует окопы на Монте-Сеттепани, с силами около 6000 человек направил главную атаку на Мадонну дель Монте, а Валлис – с дивизией от 4 до 5 тысяч, должен был попытаться проникнуть через Савону между подножием гор и морем, чтобы отрезать республиканцев, сбитых с высот Мадонны дель Монте. Колонны Рукавины и Роты собрались перед Кульяно, и 24 июня днем генерал Рукавина во главе трёх батальонов атаковал редут и другие расположенные впереди укрепления у Мадонны дель Монте, а генерал Рота окружил их со стороны Валеджина. После непродолжительного сопротивления оборонявшие их французские гренадеры отошли в лагерь Терцано к частям генерала Фрейтага. Как только пост у Мадонны дель Монте был взят, граф Валлис двинул свои войска вперед и вскоре отрезал в Савоне слабый батальон Дюпюи, который укрылся в цитадели и сдался нейтральным генуэзцам, которые погрузили его с оружием в баркасы и высадили в Финале. Немного позже колонны Рукавины и Роты атаковали мост в Зинола, защищаемый генерал-адъютантом Фронтеном с двумя гренадерскими батальонами, которые отступили, но потом были поддержаны огнем артиллерии из двух фортов Вадо. Австрийцы в беспорядке отступили. Через час Рукавина попытался повторить атаку у подножия Терсано, напротив Сан-Себастьяна, в самом русле реки, но был отбит совместной контратакой в штыки гренадерами Лагарпа и Фронтена и отступил, преследуемый французами. Генерал Рукавина был тяжело ранен. Эта атака стоила австрийцам более тысячи человек убитыми, ранеными и пленными. 25 июня в три часа ночи, в соответствии с инструкциями, д’Аржанто атаковал и захватил окопы Монте-Сеттепани и Мелоньо, генерал Канту – окопы Колле-ди-Сан-Джакомо. Часть французской оборонительной линии от Монте-Сеттепани до Сан-Джакомо, охраняемая лишь семью слабыми батальонами, досталась австрийцам. В это же время Валлис и Липтай повторили атаку через равнину на мост в Зинола, но бригада Лагарпа сумела удержаться в Вадо в этот день и в следующий. 27 июня сардинцы под командой Монтафии заняли Спиранду (Монте Спиранда), восточнее Гарессио, и подошли к Колле-ди-Термини, западнее Гарессио. Вечером 27-го, воспользовавшись туманом, два батальона под командованием генерал-адъютантов Жубера и Ласера незаметно приблизились и внезапно захватили Мелоньо, а затем стали преследовать бегущего противника до Монте-Сеттепани. Колонна Жубера прибыла к подножию укреплений на горе и вступила в рукопашную с австрийцами. Д’Аржанто перебросил полторы тысячи подкрепления, отбил штурм французов, и, в свою очередь, преследовал их до вторых укреплений за Мелоньо. Обе стороны потеряли по тысяче человек убитыми и ранеными. В этот же день маркиз де Витали, который командовал в долине Лимоне, получив приказ от Колли захватить Коль-де-Тенд и будучи уверенным в трудности подхода к этой позиции с фронта, решил обойти её двумя колоннами. Третья колонна должна была действовать на главной дороге только в случае успеха одной из первых двух. Но плохое состояние дорог превратило эту комбинированную атаку в две частичные и изолированные. Правая колонна, вышедшая из Арпиолы, незаметно прошла через небольшое ущелье посреди перевала Корнис и на рассвете подошла к Сабионе, атаковав французский лагерь. Но бригада Лебрена, занимавшая его, контратаковала в штыки и рассеяла войска сардинцев. Колонна, которая продвигалась прямо от Лимоне, была встречена частями Даллеманя на полпути к холму и контратакована в штыки батальоном с флангов и фронта. Она была отбита и отступила, перестроившись в каре. Несмотря на то, что противник добился только частичных успехов, французская оборонительная линия перестала быть устойчивой, и Келлерман, после совещания в Лоано со всеми своими генералами, решил отвести войска на позицию при Боргетто-Санто-Спирито. Отступление началось в ночь с 28 на 29, а на следующий день правое крыло стало закрепляться на новой линии. Почти все склады в Финале, Лоано и Вольтри были эвакуированы. Лагарпу пришлось эвакуировать Вадо и перейти к Финале. Массене было поручено прикрыть его отступление и твердо удерживать позицию при Мелоньо, чтобы дать время для эвакуации госпиталей и складов, и контратаковать сардинцев, в случае, если они перейдут в наступление. 29 июня австрийцы вошли в Вадо, 3 июля – заняли Финале. 3 июля подошедшие от Гарессио сардинцы Монтафии попытались захватить Колле-ди-Сан-Бернардо, но были отбиты подразделениями Миоллиса, которые удерживали перевал до 6 июля. 5 июля Колли атаковал перевал Термини (Колле-ди-Термини близ Вальдармеллы) в нескольких точках. Между пятью и шестью часами утра все аванпосты французов были сбиты, и вскоре по всей линии начался бой. Слева и в центре сардинские колонны были отбиты с потерями, но маркиз де ла Торре с силами в 2000 человек, перейдя перевал Инферно по скале справа от перевала Термини и обосновавшись на плато Кассине (Cascine), обстреливал все, что выходило из Вальдармеллы, и, таким образом, отрезал все пути отступления республиканцам, если бы они были отброшены с перевала. Генерал Пеллетье, увидев эту опасность, двинул против этой колонны 200 человек и два орудия, которыми начал активный и сильный огонь. Это подействовало на пьемонтцев, которые, несмотря на численное превосходство, отступили. Генерал Гарнье, командовавший слабой дивизией, убежденный, что его правому флангу угрожает опасность, отдал приказ эвакуировать Ормеа, оставить лагеря в Карлино и Виосена, чтобы собрать свою дивизию в Понте-Ди-Наве, прежде чем отступить в Колла-Россу и Танарелло, к дивизии Маккара. Войска последнего, занимавшие эти пункты, несколько дней беспокоили пьемонтцы. Их опасения рассеялись, как только они увидели, что батальоны Гарнье подходят к их позициям. Ободренный Маккар выдвинул свои подразделения к Ормеа, который к тому времени был занят сардинцами, подошедшими с перевалов Колле-ди-Термини и Колле-ди-Сан-Бернардо. Заняв Генуэзскую Ривьеру, Де Винс, считая свою задачу выполненной, приказал войскам остановиться на достигнутых рубежах и заняться их оборудованием. В свою очередь, Келлерман, получив, наконец, 7 июля приказы Комитета общественного спасения в ответ на его донесения, тотчас же занял позицию при Боргетто, которую принялся укреплять.

–– В результате того, что ливр обесценился, французы были вынуждены перейти на новую валюту. Франк сменил обесценившуюся денежную единицу в качестве основного расчётного средства. Новым законом от 7 апреля прежняя денежная система, основанная на ливре (1 луидор = 4 экю = 20 счётных ливров = 400 су = 4800 денье), была заменена десятичной системой: 1 франк = 10 десимов = 100 сантимов. Законом от 15 августа франк был официально введён в обращение. Монета достоинством 1 франк выпускалась весом около 5 г (содержание серебра 4,5 г). Первоначально чеканили монеты номиналом 1, 5, 10, 20, 25 и 50 сантимов, 1, 2 и 5 франков. Кроме того, выпускались золотые монеты достоинством в 100, 50, 40, 20, 10 и 5 франков.

–– 22 августа. Принятие Конвентом «Конституции III года». Предыдущая конституция будучи принята народом, не приводилась, однако, в исполнение. Прежде чем разойтись, конвент принял новую конституцию. На новую конституцию оказали влияние предшествовавшие события, заставившие конвент исключить из «декларации прав» право сопротивления и дополнить её несколькими параграфами об обязанностях граждан, преимущественно морального характера. Хотя в принципе конституция III года и высказалась за всеобщую подачу голосов, но она возвращается к двойной системе выборов. Желая избежать повторения тирании со стороны национального представительства, составители конституции III года разделили его на 2 палаты – Совет пятисот и Совет старейшин (из 250 членов). Первый предлагал законы, второй утверждал их. Исполнительная власть поручалась Директории, состоявшей из пяти членов. Вакансия, ежегодно открывавшаяся вследствие выхода одного из членов (по жребию), замещалась советом старейшин, из числа 10 кандидатов, представленных советом пятьсот. Директория имела право временно отрешать от должности или смещать выборные местные власти и назначать при них, для контроля, комиссаров. Депутаты не могли быть министрами. Директория не имела никакого влияния на законодательство и не могла распускать или отсрочивать заседания палат, точно так же, как и последние не имели права низлагать директоров.

–– Бои за Рокка Курайра. 15 сентября командующий Де Винс отдал приказ генералу д’Аржанто, подкрепленному двумя батальонами Липтая и шестью орудиями, двинуться на Самбукко и атаковать Рокка Курайра и Балестрино. Кроме того, генералу Терници было приказано перейти с полутора батальонами через Карпи к Балестрино, чтобы прикрыть левый фланг д’Аржанто. Валлис на берегу моря и Колли на Брикко-ди-Галле должны были атаковать одновременно с ним. В ночь с 15 на 16 сентября наступление д’Аржанто на Самбукко прошло беспрепятственно, а на рассвете последний был занят тремя батальонами. Генерал Терници, как и было приказано, занял Балестрино и Рокка Барбена. Французы вели себя совершенно спокойно, хотя с их орудиями на Пти-Гиблартаре можно было легко расправиться с войсками противника, закреплявшимися на Самбукко. Так продолжалось три полных дня, в течение которых австрийцы строили редуты на Самбукко и устанавливали орудия. Рано утром 19-го, после часовой канонады, началась атака Маленького Гибралтара. д’Аржанто приказал трем батальонам атаковать ретраншементы, расположенные на хвосте скалы. Генерал Липтай остался в резерве с двумя батальонами. Ретраншементы были успешно взяты с первой попытки, и австрийцы продвинулись к главному укреплению. Как только две штурмующие колонны приблизились к стене крепости, французы поднялись на парапеты, открыли ружейный огонь и стали бросать гранаты и камни. Штурмовые колонны остановились. Генерал Липтай немедленно приказал двум ротам выдвинуться из резерва, чтобы поддержать штурмующих. Атака возобновилась, но австрийцы не смогли продвинуться дальше. Узнав об атаке на Маленький Гибралтар, генерал Сежан приказал генерал-адъютанту Сент-Илеру выйти из лагеря Де-Фрер и с подкреплением наступать на левый фланг австрийцев. Густой туман прикрыл его движение. Одновременно из лагерей выше Цуккарелло и Альпе-де-Цуккарелло стали выдвигаться две колонны. Эти две колонны своим согласованным маршем атаковали противника во всей нижней части Шамп-ди-Прети, с фронта у деревни Везерци, и вытеснили их, захватив редут и взяв в плен несколько человек. Генерал д’Аржанто, убедившись после двух отбитых штурмов, что ему больше не удастся захватить храбро защищаемый пост, и что ему угрожает удар во фланг подходящих колонн французов, приказал прервать бой и отступить к Самбукко. Чтобы прикрыть отступление, д’Аржанто приказал генералу Терници с четырьмя ротами удерживать высоту к западу от Кроче ди Балестрино. Подошедшие колонны стали преследовать отступающих австрийцев, а затем предприняли атаку на редуты Самбукко, которая, однако, была отбита при помощи нескольких рот, переброшенных из резерва. Через два часа французы отвели свои подразделения от австрийских редутов на Самбукко. Во время боев в горах Валлис приказал части своего левого крыла продвинуться вперед вдоль побережья, имитируя атаку. Но это движение было совершено с такой осторожностью, что противник, стоявший напротив, даже не покинул свой лагерь. Колли с пьемонтцами также не попытался атаковать на Брико-ди-Галле. Захват Самбукко и, как следствие, изменение положения правого крыла австрийской армии привело к тому, что аванпосты слева от Самбукко оказались перед Баггиоло, Бергало и Балестрино и были связаны с постами в долине Тойрано. Справа от Самбукко они, как и прежде, соединялись с пьемонтцами. Малая война не только не была прервана этими инцидентами вдоль всей линии противостояния, но и продолжалась с той же активностью, но без какого-либо дальнейшего успеха, кроме ежедневных потерь в несколько человек убитыми, ранеными или пленными с обеих сторон.

–– После капитуляции Мангейма 20 сентября командующий Рейнско-Мозельской армией генерал Пишегрю получил прекрасную возможность захватить главную базу снабжения австрийской Нижне-Рейнской армии Клерфэ в Гейдельберге. Армия Клерфэ была слишком далеко на севере (численность 90 тысяч, район Ангербаха и Альтенхайма), чтобы спасти свою базу снабжения, в то время как Верхне-Рейнская армия Вурмзера всё ещё концентрировала свои части вокруг Базеля. Посланный Вурмзером фельдмаршал-лейтенант Петер Витус фон Квозданович, в спешке двигавшийся на Маннгейм, чтобы усилить гарнизон города, узнав о его сдаче французам, занял позицию недалеко от Гейдельберга. У Квоздановича в Гейдельберге было примерно 8000 австрийских войск. Он разместил бригаду генерал-майора Адама Баялича в Хандшусхайме на северном берегу, бригаду генерал-майора Михаэля фон Фрёлиха в Кирххайме на южном берегу и бригаду генерал-майора Андреаса Карачая дальше на юг около Вислоха. Дивизия Цехентнера, из армии Клерфэ, накануне отошедшая от Кеферталя, стояла севернее – в Вайнхайме и Шрисхайме. 22 сентября две французские колонны, численностью в 12 тысяч человек, двинулись в наступление вверх по течению Неккара: 6 дивизия генерала Жан-Жака Амбера вместе с бригадой кавалерии наступала по южному берегу реки в направлении Швецингена, а 7 дивизия генерала Жоржа Жозефа Дюфура (бригады Кавруа и Дюсира) продвигалась по северному берегу на Кеферталь. Авангард Цехентнера был отброшен из Шрисхайма, отошёл на север и больше не принимал участия в сражении. Однако в ночь на 23 сентября подошедшие части Квоздановича снова заняли посёлок. Славонский пограничный батальон и эскадрон кирасиров остались в Шрисхайме и с утра в течение семи часов сдерживали французов, прежде чем отступили из-за превосходства противника в численности. Под гул оживлённой канонады австрийцы от Шрисхайма отошли в Хандшусхайм, где Квазданович ожидал главного удара и предусмотрительно перегородил дорогу к городку. И французы, и австрийцы надеялись 24 сентября развить успех: одни – не дать соединиться двум австрийским армиям и захватить их главную базу снабжения, другие – удержать позиции и произвести это соединение. Антуан Кристоф Мерлен (из Тионвиля), французский представитель Конвента при Рейнско-Мозельской армии, только недавно прибывший в Маннгейм, и генерал Шарль Пишегрю заказали на этот день в Гейдельберге, ещё не занятом их войсками, званый обед в честь ожидавшейся победы. Утром 24 сентября дивизия Дюфура, оставив полубригаду у Кеферталя, вышла двумя колоннами на Ладенбург. В половине 7 часов утра французская бригада Дюсира дивизии Дюфура подошла через Ладенбург к местности между Хандшусхаймом и Доссенхаймом; её левое крыло дислоцировалось около Гебиргскетте, а правое – Неккара. Дюфур приказал с двух сторон атаковать Хандшусхайм, оборонявшийся 4 ротами при двух орудиях. До 10 часов утра продолжалась непрерывная перестрелка из пушек и ружей, пока от Шрисхайма не подошла дополнительная французская пехота и не сделала попытку обойти правый фланг австрийцев через гористую местность. Отряд французской армии, проведённый местным проводником, хотел пройти ущельем через горный хребет, чтобы зайти австрийцам в тыл, однако последние забаррикадировали выход из ущелья срубленными деревьями и усилили баррикаду камнями, затем сверху на ней поставили тирольских стрелков. Французы сгрудились плотной массой, и дальнейшее продвижение стало невозможно, тогда тирольцы открыли по ним сильный точный огонь. Только быстрое бегство спасло этот отряд, при этом им были брошены 2 пушки и оставлены пленные. Исход боя между Хандшусхаймом и Доссенхаймом долго оставался неопределённым, пока не подошёл посланный Баяличем майор фон Пфанцельтер с подкреплением из двух батальонов и с 4 пушками, в результате чего французы были оттеснены. В это же время южнее Неккара две левые колонны Амбера, при котором находился сам Пишегрю, вытеснили австрийцев из Виблингена и Эппельхайма, но не смогли продвинуться дальше этих селений. Две правые колонны остановились почти на одном уровне с левыми; началась оживлённая артиллерийская перестрелка с австрийцами Фрёлиха. К 11 часам Дюфур усилил войска на правом фланге 5 батальонами, 6 эскадронами и 8 орудиями и возобновил атаку. Кавалерия и артиллерия были выдвинуты вперёд. Но когда французская кавалерия приблизилась к Нойенхайму, 6 эскадронов подполковника Кленау, стоявшие в резерве, атаковали её во фланг, сбили с позиции и захватили следовавшие за ней орудия. Затем кавалерия Кленау обрушилась на французскую пехоту правого фланга, в то время как майор фон Пфанцельтер со своим отрядом ударил от Хандшусхайма и выгнал противника из Доссенхайма и Шрисхайма. Бригада генерала Дюсира была рассеяна, а её командир погиб. Командир дивизии Дюфур, раненый двумя ударами сабли, попал в плен. Началось преследование бегущих деморализованных французов. Бригада генерала Кавруа, так и не вступившая в сражение, спешно начала отход, но была настигнута австрийской кавалерией при Фойденхайме, атакована и отступила с большими потерями. К середине дня сражение на правом (северном) берегу Неккара закончилось полной победой австрийских войск. Французы дивизии Амбера, при которых также находился их главнокомандующий генерал Пишегрю, должны были беспомощно наблюдать с другого берега Неккара за разгромом дивизии Дюфура, но ничем помочь не могли, так как сами находились под давлением австрийских атак бригады Фрёлиха, перешедшей в контрнаступление по получении известий об успехах австрийцев на северном берегу реки. Генерал Карачай тем временем смог удержать не только свою позицию около Вислоха, но также послал большую часть своей кавалерии – 6 эскадронов – под командованием майора графа Ностица на поддержку генералу Фрелиху в Виблинген. Вовремя прибывший Ностиц атаковал французов во фланг. Пишегрю, узнав о поражении дивизии Дюфура, приказал отступать и дивизии Амбера, которая преследовалась австрийской кавалерией до самого Мангейма. Гейдельбергские магазины снабжения, которым угрожала бы стабилизация французской позиции на пространстве Неккар – Рейн, были спасены, связь обеих австрийских армий – Клерфэ и Вурмзера – гарантирована. Большее значение имел моральный эффект, который подавил дух французов и, напротив, придал австрийцам мужества и веры в собственные силы для новых действий.

–– Вандея. 30 сентября генерал Гош направил свой корпус (15 тысяч) тремя колоннами к Бельвилю, но Шаретт уклонился от боя. Тогда Гош расположил свои войска в виде кордона, постепенно продвигая вперёд линию республиканских постов, занимая страну, разоружая жителей, и вскоре стеснил Шаретта со всех сторон. Шаретт, избегая встречи с республиканскими войсками, ограничивался лишь мелкими партизанскими действиями.

–– 1 октября. Присоединение Бельгии к Франции.

–– Роялисты, среди которых были также вернувшиеся эмигранты и шуаны, дворяне и священники, золотая молодёжь, ещё не решались открыто выступать в поддержку монархии, ввиду её явной непопулярности, и прикрывались демократическими лозунгами, вроде права нации на избрание своих представителей. Им удалось увлечь за собой часть секций (особенно населённую богатой буржуазией секцию Лепеллетье) и собрать под своими знамёнами до 40 тысяч вооружённых людей. Конвент призвал на помощь тех, кого он преследовал со времени Термидорианского переворота под именем «террористов». На его стороне оказались наиболее демократические по своему социальному составу секции, разгромленные самим правительством после подавления Прериальского восстания, но теперь готовые защищать республику против монархической реакции. Особенно активно выступали рабочие и ремесленники одной из секции Сент-Антуанского предместья из них образован батальон, численностью до 2 тыс. чел. Всего же в распоряжении Конвента оказалось 7 тыс. дисциплинированных и снабженных артиллерией войск, что и обусловило их перевес над повстанцами, не имевшими пушек. Первые столкновения по поводу декретов о «двух третях» произошли 24 сентября между молодыми людьми и военными в Саду равенства, в Пале-Рояле, который являлся одним из главных очагов агитации против Конвента. Молодые люди обвиняли Конвент в опубликовании ложных сведений о результатах голосования за декреты о «двух третях», утверждая, что три четверти департаментов и весь Париж отвергли эти декреты. Военные возражали и называли роялистами молодых людей, носивших чёрные воротнички и зелёные галстуки. Прибывшая военная сила предотвратила рукопашную схватку между ними. 25 сентября столкновения в Саду равенства продолжались, причём молодые люди стреляли в гренадер Конвента. Конвент и секции, спешно готовились к предстоявшему столкновению. Правительственные комитеты выделили из своей среды комиссию из 5 лиц (Барраса, Коломбеля, Дону, Летурнера и Мерлена де Дуэ), поручив ей принять меры к поддержанию общественного спокойствия. Конвент обратился с призывом о поддержке. Под предлогом, что вооружённые якобинцы угрожают противникам террора и правам собственности, во многих секциях вечером было решено начинать выступление. Некоторые из этих секций заявляли, что они ограничатся самозащитой (например, секции Бон-Нувель и Друзей отечества). Правительственные комитеты получили сообщение, что секции объявили себя в состоянии восстания против Конвента. В результате Конвенту пришлось снова вызывать войска из Саблонского лагеря под Парижем. Командование восставшими было поручено бригадному генералу Даникану. Против 25-30 тыс. восставших секционеров Конвент располагал только 5-6 тыс., в состав которых входили линейные войска, полицейский батальон, батальон патриотов и небольшой батальон секции Кенз-Вен. По предложению Барраса, главнокомандующего войсками Конвента, помощником ему был назначен по соглашению с Комитетом общественного спасения генерал Наполеон Бонапарт, бывший в немилости за свою связь с Робеспьером-младшим и другими якобинцами. Ряд генералов, получивших отставку также предложил Баррасу свои услуги. Во время событий заседание Конвента непрерывно продолжалось. Когда загремели первые выстрелы, некоторые депутаты взяли оружие и пошли во главе солдат. Баррас и Бонапарт отдали распоряжение доставить 40 пушек. У мятежников тоже была возможность ночью овладеть пушками, но они упустили момент. Ввиду малочисленности своих войск, имевших, однако, пушки, которых почти не было у восставших, Баррас предпочёл не рассеивать свои силы, а занять подступы к Конвенту и держаться оборонительной тактики, которую официально он оправдывал нежеланием начинать гражданскую войну. Линия защиты простиралась по набережной на правом берегу Сены от Нового моста до Елисейских полей. Батальоны восставших секций заняли Вандомскую площадь, Пале-Рояль, улицу Сент-Оноре и расположенные на ней Театр республики и церковь Сен-Рош. Неудачей закончилась попытка генерала Даникана захватить пушки у Национального моста, при помощи многочисленной левобережной колонны восставших. К 3-4 часам дня колонны мятежников приблизились к республиканским войскам на расстояние в 12 или 15 шагов. Бонапарт и другие генералы хотели использовать этот момент, чтобы открыть огонь из пушек, но Баррас отдал приказ ждать атаки со стороны секционеров. Кто открыл первым огонь после 4 часов пополудни, не является вполне точно установленным. Каждая из сторон приписывала впоследствии противнику инициативу сражения. Выстрелы последовали со стороны колонны восставших, находившейся у церкви Сен-Рош, где им противостоял отряд патриотов под командованием генерала Беррюйе. Последний получил приказ от Барраса ответить силой на силу. У церкви Сен-Рош пушки Бонапарта открыли огонь по мятежникам. Те отвечали ружейной пальбой, но недолго могли противостоять убийственным пушечным выстрелам. Часть секционеров укрылась в церкви Сен-Рош, откуда продолжали безуспешно отстреливаться до 8 часов вечера. Вскоре войска Конвента вместе с батальоном патриотов перешли в наступление и к 6 часам вечера отбросили восставших на площадь Малой карусели. В течение всего двух часов победа Конвента была обеспечена и опасность для него миновала, но секционеры занимали ещё недалеко от Тюильри позиции в церкви Сен-Рош, Театре республики и во Дворце равенства (Пале-Рояле). К ночи войска Конвента выбили секционеров из Театра республики и Дворца равенства и установили там свои посты. В 9 часов 30 минут вечера Баррас известил Конвент, что лучшие позиции в руках республиканцев и опасности со стороны мятежников более не существует. Ночью раздавались только отдельные выстрелы с той и другой стороны. Стремясь ободрить повстанцев, лидеры секций уверяли, что окрестные коммуны прислали вооружённых людей и пушки на помощь секциям Парижа. Попытки секционеров строить баррикады были скоро пресечены выстрелами из пушек и мушкетов. Большинство восставших покинуло батальоны и разошлось по домам. Вечером Баррас горячо благодарил Бонапарта и настоял, чтобы последний был назначен командующим военными силами тыла (сам Баррас немедленно сложил с себя это звание, как только восстание было разгромлено). В 4 часа утра генерал Вашо занял церковь Сен-Рош, очищенную секционерами. Утром 6 октября войска Конвента двинулись, чтобы разоружить непокорных в секциях. Без сопротивления они заняли секции Лепелетье, Брута и Французского театра. На дневном заседании Конвент принял текст обращения к парижанам, в котором ответственность за бунт возлагал на роялистов, а также успокаивал, что их собственности ничто не угрожает, и говорил о наказании преступников, но не тех, кто был введён в заблуждение. Обе стороны потеряли в этой схватке 400 человек. Восстание было подавлено. Конвент был спасён средними классами, не желавшими монархической реставрации. Состоявший тогда из умеренных республиканцев (термидорианцев), Конвент отнёсся к побеждённым очень снисходительно: была разоружена секция Лепеллетье, распущен генеральный штаб Национальной гвардии, распущены стрелковые отряды «золотой молодёжи». Было вынесено 64 смертных приговора, но лишь два из них было приведено в исполнение. Всем замешанным в мятеже дали время скрыться, а преследование заочно осуждённых велось спустя рукава, так, что многие из них открыто разгуливали по улицам Парижа.

–– Армия Журдана находилась в затруднительном положении, так как ворвалась в Германию без магазинов и припасов. Долина Майна была процветающей, но австрийцы долгое время изнуряли её население поставками для своей армии, и оно не могло больше ничего дать. Французы, сжатые кордоном нейтральных пруссаков и Франкфуртом, вначале вынуждены были получать обильные ресурсы из города, но затем он прекратил это делать. Страдая от лишений, солдаты проявляли недовольствие, роптали, обвиняли Конвент и его руководителей как авторов своих страданий; в армии падала дисциплина. Армия Вурмзера прибыла на театр военных действий и 10 октября подошла к Мангейму. Без давления со стороны Пишегрю Клерфайт смог справиться с Журданом в одиночку и спокойный за свои коммуникации, в свою очередь, возобновил наступление. Он двинул свою армию на северо-восток от Хеппенхайма в Ашаффенбург, ещё один пригород Франкфурта. Повернув на северо-запад, австрийская армия 10 октября достигла Оффенбаха-на-Майне, нарушив линию прусского нейтралитета. Войска Клерфайта пересекли Майн, обошли восточную часть города и продвинулись на запад вдоль южного берега реки Нидда, на правый берег которой переправился 11 октября. 11 – 12 октября разгорелись бои у Хёхста – города у слияния Нидды и Майна. 10 000 французских войск под командованием Клебера попытались одолеть австрийские силы, защищавшие линию Нидды у её слияния с Майном в Хёхсте. Ему противостояли 5500 защитников под командованием генерал-майора Адама Бороса де Ракоша. Несмотря на настойчивые атаки французов, солдаты Бороса удержали свои позиции.  Французы потеряли 500 убитых и раненых. Австрийцы потеряли 24 человека убитыми и 201 раненым. Французская дивизия, участвовавшее в этом, принадлежало Бернадоту или Шампионне. Французская армия в результате этих действий оказалась под угрозой быть обойденной противником с левого фланга. Журдан имел два выбора: снять осаду Майнца и двинуться на противника со всей армией, или начать отступление, давая арьергардные бои. Он собрал военный совет, на котором было принято решение отступать. Клебер с правым флангом направлялся на Нойвид, центр – к Бонну, и левый фланг возвращался в укрепленный лагерь у Дюссельдорфа. Часть войск, размещенных в Кастеле, чтобы блокировать Майнц с севера, не смогла присоединиться к отступавшей армии Журдана и была вынуждена перейти на левый берег Рейна по лёгкому понтонному мосту, наведённому для сообщения обеих армий ниже Майнца позади укреплений Монтбах. 13 октября в бою при Нидернхаузене (деревня в западной Германии в холмах Таунус приблизительно 12 миль к северу от Висбадена) Науендорф с частью корпуса наблюдения –  два пехотных батальона, восемь эскадронов, отряд французских эмигрантов, всего около 8 тысяч – атаковал арьергард колонны отступающей французской армии под командованием дивизионного генерала Клейна – шесть пехотных батальонов, три кавалерийских полка и три артиллерийских орудия, всего 5 тысяч и обратил его в бегство. Двумя днями позже, 15 октября, французы взяли верх над австрийским авангардом у Штайнбаха. Часть наблюдательного корпуса Клерфайта под командованием генерал-майора Карла Йозефа фон Гадика была отброшена арьергардом дивизии Лефевра. Австрийцы потеряли 92 человек и 3 полевых орудия. Французские потери неизвестны. Отход французов вынудил Марсо снять осаду Эренбрайтштейна 17 октября. 18 октября Клебер прибыл к высотам у Нойвида и, к своему удивлению, увидел понтонный мост в огне. Оказалось, что Марсо получил приказ уничтожить все барки у правого берега. Вместо того чтобы пустить на дно, он предал их огню. Некоторые из них унесло течением, прибив к понтонному мосту в Нойвиде, который они подожгли. Мост был разорван, и если бы французский армейский корпус атаковали превосходящие войска противника, то он рисковал быть сброшенным в Рейн. Клебер, спокойный и невозмутимый, приказал исправлять мост и одновременно расположил войска для отражения атаки противника. К счастью для французов, Клерфайт имел возможность бросить в преследование только кавалерию, атака которой без труда была отбита. Мост восстановили, и войска без затруднений прошли на другой берег, не догадываясь об опасности, которой они подвергались.

–– Сражение при Неккарау. Французская Рейнско-Мозельская армия генерала Пишегрю основными силами располагалась на западном берегу Рейна около Мангейма, но одна бригада стояла на правом берегу Неккара около Фойденхайма, еще три бригады на том же уровне с ней слева от реки до Неккарау. Чтобы отбросить их обратно в крепость, 17 октября Вурмзер собрал весь свой корпус впереди Гейдельберга и Шрисхайма и сформировал шесть колонн. В шесть часов вечера они двинулись в наступление. Чтобы с большей уверенностью скрыть это движение от французов, с наступлением сумерек цепь австрийских аванпостов была продвинута дальше и была усилена расстановкой нескольких промежуточных постов. Войскам запретили заряжать ружья и пистолеты, ибо они должны были атаковать противника только штыками и саблями. На левом фланге по Шветцингенской дороге со 2-й и присоединившейся к нему частично 4-й колонной наступал генерал Готце, который перед рассветом отбросил передовые войска противника от Штенгельхофа и Релайсхауса и подошел к Неккарау. Первая атака с фронта на деревню была отбита французами, но австрийцы обошли ее и, проникнув с трех сторон, захватили после ожесточенного боя, отрезав часть обороняющихся войск и пленив 15 офицеров и 300 рядовых. Генерал Кайм с войсками 4-й и полковник Лузиньян с 5-й штурмовой колонной поддержали эту атаку, и последний захватил соседний лес. На этой стороне до полудня бой продолжился взаимной канонадой. Справа генерал Девай с 1-й главной и объединенной с ней 3-й штурмовой колонной прошел по Гейдельбергской дороге до Зеккенхайма и занял французские посты у Фридрихсфельда и Зеккенхайма, а затем двинулся вперед, мимо Фойденхайма, ближе к Мангейму. Войска французской бригады, разбитые при Неккарау отступили к гласису крепости. Но в центре Даву и Дюсира со своими бригадами все еще удерживали позиции и встретили войска генерала Девая ружейным огнем. Поскольку туман покрыл всю равнину, австрийцы, не разобравшись, стали стрелять по их собственным колоннам, двигавшимся справа и слева. Это вызвало замешательство, была потеряна связь между колоннами, движение застопорилось, войска пришли в расстройство. Генералу Деваю пришлось сдерживать свою колонну и двигаться между двумя дорогами. Затем французы атаковали боковую колонну, наступавшую слева от главной колонны, и отбросили ее подразделения. Но стоявшая за ними штурмовая колонна генерала Давидовича их поддержала. В свою очередь, два пехотных батальона и два эскадрона драгун продвинулись вдоль Неккара и атаковали в штыки большой французский лагерь, в котором была почти полностью разгромлена полубригада, захвачен ее флаг, а генерал Удино взят в плен. В то же время генерал Давидович с пехотным полком при поддержке кавалерии захватил французский лагерь, расположенный на левом берегу Неккара напротив Фойденхайма. На правом берегу Неккара генерал Квозданович, продвинувшись с двумя отрядами 6-й штурмовой колонны, окружил часть бригады Кавруа в Фойденхайме и трижды атаковал ее. Французы оказали храброе сопротивление, но, понеся большие потери, сумели пробиться и отступили к плацдарму у Мангейма. Также нападению подверглись французские лагеря около Фойденхайма, в которых стояло 400 человек, и на Гальгенберге, где находилось 2000 человек. На лагерь на Гальгенберге генерал Фрёлих произвел несколько атак и, наконец, занял его, после чего генерал Баялич, под непрерывным артиллерийским огнем с ближайших французских укреплений плацдарма, стал устанавливать батарею. Но генерал Дезе послал сильную колонну с плацдарма, которая поднялась на Гальгенберг и согнала рабочих, а также пехоту прикрытия. Однако французы были немедленно контратакованы двумя эскадронами гусар и вновь отброшены на плацдарм. Батарея на Гальгенберге открыла огонь, и на город упало несколько гаубичных снарядов. Таким образом, к десяти часам утра два вражеских фланга были взяты, и только в центре бригады Даву и Дюсира все еще удерживали свои позиции. Туман, который усилился с рассвета, не позволил австрийцам воспользоваться достигнутым успехом и провести запланированный штурм города и крепости. Поэтому генерал граф Вурмзер приказал прекратить дальнейшее наступление. Густой туман скрывал все движения австрийцев до позднего утра, но когда в десять часов утра он рассеялся, Пишегрю, наконец, смог осмотреть местность и решил подготовить контрудар сосредоточенными силами, для чего он сконцентрировал всю свою конницу и расположил ее на левом берегу Неккара между двумя упомянутыми дорогами. Сильный пехотный отряд должен был наступать прямо по левому берегу реки, в то же время справа от него масса около 1200 кавалеристов (12 эскадронов) во главе с Дезе готовилась к атаке. Но австрийская кавалерия атаковала первой, и хотя две ее атаки были отбиты, третья обрушила французскую кавалерию, а пехотная линия, развернутая слева в качестве поддержки, была прорвана и отступила. Во время этого кавалерийского сражения частям Даву и Дюсира приказали отступить и занять позиции под прикрытием пушек крепости. Во второй половине дня Пишегрю также сделал вылазку с плацдарма на Гальгенберг. При поддержке артиллерийского обстрела из крепости генералу Дезе удалось вытеснить с этого места войска генерала Баялича.

–-Деблокада Майнца. Ночью 28 октября Клерфайт ввёл часть армии (27000) по понтонному мосту через Рейн в Майнц и расставил по местам атаки. Сильный западный ветер препятствовал французам слышать шум, вызываемый перемещениями войск противника. 29 октября в шесть часов утра ударный корпус (17000) вышел из Майнца, чтобы провести решающую атаку. Клерфайт направил через луг, лежавший в интервале между Рейном и линией блокады, колонну, которая прошла участок с ружьями наперевес и с фланга атаковала крайний правый фланг французов. В то же самое время флотилия канонерских лодок поднялась по реке, чтобы содействовать движению этой колонны. Изумлённые французы оказали слабое сопротивление. Клерфайт, разбив противника в этом пункте, приказал сделать своим колоннам рокировку вправо, бросил свою кавалерию в атаку, и, атаковав с тыла все ретраншементы, занял их. Одновременно остальная часть этого корпуса пошла в атаку с фронта. В то же самое время австрийцы производили ложные атаки на левом фланге. Французская дивизия Курто, расположенная на конце полукруга, будучи одновременно атакованной с фронта и охваченная корпусом, который шёл вдоль реки, а также обстрелянная из орудий флотилии, ядра которой достигали её тыла, была охвачена паникой и бежала в беспорядке в направлении Кирххайма, в Вогезы. Паника распространилась также на левый фланг французской армии. Генерал Шааль получил первое известие о сделанном австрийцами нападении в полседьмого утра, но посчитал его за обыкновенную вылазку и остался в своей штаб-квартире в Обер-Ингельхайме. При втором известии в 8 часов утра он поскакал к сражающимся, но правое крыло блокадного корпуса было уже разбито, и поэтому он приказал левому крылу тоже отступать. С этого момента вся блокадная линия была оставлена. Центр, бывший под командованием Сен-Сира, выполнил то, что дивизия Курто была обязана сделать: отвёл свой правый фланг, построил его параллельно неприятелю и отошёл в полном порядке, производя отступление медленно, не будучи рассечённым ни в одном месте и прикрыв, таким образом, левый фланг, также поставленный под угрозу охвата. Через два дня он занял на реке Пфримм позицию, установив связь с дивизией, которая стояла вдоль Рейна по направлению к Оппенхайму. Австрийцы, в основном кавалерия, преследовали отходящие в беспорядке войска французов через Ингельхайм по направлению к Бингену, и через Оппенхейм по направлению на Альцай. В частности, Науендорф, командовавший третьим эшелоном первой колонны, по собственному почину с лёгкой кавалерией преследовал бегущих, захватив при этом большую часть осадной артиллерии и значительные магазины снабжения. Дивизия Сен-Сира произвела отступления к Рейнско – к Мозельской армии. Дивизии Менжо и Рено, которые занимали другое крыло линии, оказавшись отрезанными, отошли в сторону Самбро – к Маасской армии. Отступление этих двух последних дивизий было крайне трудным и могло бы оказаться катастрофичным для них, если бы Клерфайт, понимая всю значимость своего красивого манёвра, действовал бы с большими силами и достаточной быстротой.

–– К 31 октября Пишегрю сумел стянуть доступные ему войска к реке Пфрим, оставив на правом берегу Рейна только гарнизон в Маннгейме (две дивизии). Его силы возросли до 37 тысяч. Генерал расположил свою армию на левом (северном) берегу неширокой реки, скорее ручья. 11-я дивизия  Сен-Сира была выдвинута на левом фланге к Кирххайм-Боландену. Правее его, от Альбисхайма до Гаксхайма, стояла слабая (2998 человек) 10-я дивизия Менжо (с 8 ноября – Делаброда). Её два кавалерийских полка занимали Альбисхайм и Айнзельтум. Главные силы Пишегрю располагались на правом фланге; он имел под своим непосредственным командованием: 9-ю дивизию Рено (6752) в Монсхайме, 8-ю дивизию Ферино (5223) близ Пфеддерсхайма[англ.] и 5-ю дивизию Бопюи (6724) впереди Вормса, подкреплённые шестью батальонами, выделенными из 10-й дивизии. Авангард Дезэ (6143) располагался впереди трёх других дивизий у Гундхайма. Кавалерия генерала Форе (865) служила резервом. Французская артиллерия едва насчитывала 40 орудий, плохо снабжённых боеприпасами. Позиция была чересчур растянута и, более того, могла быть легко обойдена с левого фланга. Пишегрю понимал опасность обхода со своего левого фланга и в то же время понимал опасность дать сражение, почти не имея артиллерии и сражаясь с армией, численно превосходившей; также он не мог решиться ни оставить Мангейм и полагаться на его собственные средства защиты, ни его эвакуировать. Он призвал Журдана к себе на помощь, надеясь, что этот генерал прибудет достаточно быстро на реку Наэ с силами, достаточными чтобы связать боями Клерфайта, в то время как он сам в это время будет сражаться против Вурмзера. Однако дожди размыли дороги, чем затруднили марши и манёвры войск. 6 ноября кавалерийский отряд Науендорфа предпринял вылазку против укреплённого французского лагеря около Роккенхаузена – Мариенталя, расположенного на крайнем западе позиций. Французы полубригады Манжена поспешно отступили. В результате этого боя Науендорф расстроил планы соединения французских армий Журдана и Пишегрю. От Журдана к левому флангу Пишегрю смогла пробиться только бригада Риво, так и не принявшая участия в последовавшем сражении. Клерфайт, усиленный вечером 8 ноября корпусом Латура (16 батальонов и 40 эскадронов), выделенным от армии Вурмзера, со значительным парком артиллерии, составлявшим 150 орудий, решил дать сражение. Согласно боевому расписанию его армия была разделена на два корпуса, одинаковых по численности войск. Главный удар должен был наноситься правым крылом, так называемым "обсервационным корпусом" Вартенслебена (36000), от Альцая на Кирххайм-Боланден, с последующим охватом левого крыла всей французской армии. Генерал Край, с австрийским авангардом, должен был беспокоить центр и правый фланг французов у Пфеддерсхайма и Вормса, чтобы содействовать атаке Вартенслебена вплоть до момента, когда Клерфайт мог бы ввести в бой главные силы (34000). Ночью с 9 на 10 ноября авангард Вартенслебена под командованием Науендорфа (из шести батальонов, восемнадцати рот лёгких войск, семи эскадронов и двенадцати орудий) приблизился к аванпостам и атаковал на рассвете город Кирххайм-Боланден, находившийся впереди левого крыла 11 дивизии. Генерал-адъютант Уэль, отбив первую атаку, оставил Кирххайм и отошёл к Боландену. Австрийская пехота попыталась захватить эту деревню, и бои за нее шли до десяти часов утра. В это время кавалерия Науендорфа, проведённая через лес местными егерями и крестьянами, захватила Данненфельс, левее Боландена, оставленный французской бригадой и охватила крайний левый фланг французской армии. Авангард Дезэ не был атакован до восьми часов утра, и во время всей первой половины дня имел дело только с австрийским авангардом генерала Края. Пишегрю приказал кавалерийскому резерву поддержать его. Центр этой позиции, где находился сам Дезэ, провёл вначале несколько удачных боёв: 6-й и 10-й драгунские полки провели довольно успешные атаки. Полк карабинеров, который их поддерживал

, сумел захватить австрийский батальон. Во второй половине дня вся австрийская армия, наконец, вышла на исходные позиции и начала наступление. 1 колонна (15 батальонов, 12 эскадронов и 9 орудий), или правая, под командой генерал-лейтенанта Штаадлера наступала от Венсхайма и Гундерсхайма на Дальсхайм. 2 колонна (10 батальонов, 14 эскадронов и 9 орудий), или центральная, под командой генерал-лейтенанта Цебентнера наступала из Вестхофена на плато Мёрштадт. 3 колонна (9 батальонов, 13 эскадронов и 10 орудий) генерал-лейтенанта Латура проходила слева от Мюльхаймерхофа и наступала на Абенхайм (лежит северо-восточнее Мёрштадта). Дезэ, который со своим авангардом прикрывал армию, оказался слишком слабым, чтобы защитить занимаемую позицию. Он напрасно пытался удержать несколько пунктов, в том числе и высоты Мёрштадт, против которых противник развернул свою многочисленную артиллерию, в то время как Дезэ мог противопоставить ей только три пушки, которые были немедленно уничтожены. Правый фланг авангарда, бывший под командованием Жоба, стал отходить к 5-й дивизии, центр – к 8-й дивизии, а левый фланг нашёл поддержку у 9-й дивизии. На крайнем левом крыле всей французской позиции 11 дивизия Сен-Сира в середине дня подверглась атакам почти всего корпуса Вартенслебена, кавалерия которого обошла её левый фланг, а пехота в результате упорного боя заняла Боланден, а также около двух часов дня выбила бригаду генерала Лекурба из Марнхайма, преследуя ее до Гёльхайма. Сен-Сир принял решение отвести свой центр на плато позади Вайтерсвайлера, а затем перейти на правый берег Пфрима в Драйзене и встать позади этой деревни, чтобы лучше прикрывать свой левый фланг и оказывать через Гёльхайм поддержку правому флангу. Стоявшая правее 10-я дивизия, у которой почти не было возможности сопротивляться, была отброшена австрийцами на Харксхайм. Пишегрю, имевший бо́льшую часть своих сил на правом крыле, с часа дня также был атакован и не имел ни сил, ни времени, чтобы усилить 10-ю дивизию. К вечеру армия Пишегрю была обойдена на левом крыле, её 11 дивизия оказалась отрезана и отброшена западнее, и командующий понял, что обязан отдать приказ на общее отступление на канал Франкенталь. Оно началось ночью, прикрываемое дивизиями правого фланга. Около полуночи части 11-й дивизии выступили на Кайзерслаутерн, прикрываемые арьергардом, который до рассвета остался у кромки леса на высотах Гёльхайма. Бригада Риве из армии Журдана, которая так и не была атакована днем и в то же время не оказала поддержки, последовала за 11-й дивизией. 9-я заняла позицию позади Бад-Дюркхайма, 8-я около Эллерштадта, и 5-я, на правом крыле армии, была размещена за каналом Франкенталь. Правый фланг авангарда держался в этом последнем городе, его центр – в Ламбсхайме, а левый фланг – в Харксхайме. Пишегрю отступил на канал Франкенталь – последние оборонительные позиции к северу от Маннгейма. Клерфайт, с утра послав корпус Вартенслебена на Кройцнах, навстречу войскам Самбро-Маасской армии, которые Марсо вёл в этот пункт, оставил авангард под командованием Науендорфа, чтобы наблюдать движения французского левого крыла. В результате сражения были расстроены планы соединения французских армий Журдана и Пишегрю, и стратегическая инициатива в осенней кампании перешла к австрийским армиям Клерфайта и Вурмзера.

–– 31 октября. Законодательным собранием избирается первая Директория; её членами становятся Луи Мари де Ларевельер-Лепо, Жан-Франсуа Рёбелль, Этьен-Франсуа Летурнер, Поль Баррас и Эмманюэль Жозеф Сьейес, который отказался и был заменён Лазаром Карно.

–– Армия Пишегрю из 4 дивизий располагалась вдоль франкентальского канала. Дивизия Бопюи между Оппау и Эппштайном, дивизия Дезе левее, за рекой Изенах, но занимая Ламбсхайм, дивизия Ферино позади Фрайнсхайма на реке Фуксбах, дивизия Рено занимала Дюркхайм и впереди лежащие деревни. Всего в армии было около 23 тысяч штыков и сабель при 30 орудиях. Реки Изенах и Фуксбах протекали по болотистым долинам, а дороги проходили через селения, удобные к обороне. Они были наскоро укреплены французами. Местность способствовала обороне, потому что все населенные пункты были окружены стенами. Но уныние французской армии увеличивалось по мере того, как она теряла местность и, напротив, энтузиазм австрийцев увеличивался, ввиду их успеха. Вечером 11 ноября австрийцы захватили Франкенталь. Пишегрю отдал приказ, чтобы отбить его днем 12-го. Дезэ и Бопюи договорились ради этого; они соответственно решили, чтобы войска 5-й дивизии охватили бы город справа и попытались проникать туда, в то время как Дезэ с кавалерией и ротой конной артиллерии атаковал бы с фронта аванпосты противника между Франкенталем и Зибенбауреном, чтобы присоединиться затем впереди города к генералу Бопюи. Эта атака началась во второй половине дня; она имела вначале успех; австрийцы эвакуировали берега канала, и французская пехота проникла в город. Дезэ разбил оба эскадрона, которые оказались около Зибенбауреном, но генерал Латур со значительной колонной и многочисленной артиллерией прибыл в спешке из Вормса. Французские войска не успели ещё хорошо укрепиться в Франкентале, а противник ввел в бой там достаточно сил, чтобы выбить из него войска Бопюи, бывшие под командой генерал-адъютанта Декана, который был взят в плен вместе с одной ротой пехоты. Противник повторно занял свою позицию на канале, и оживленной канонадой, которая длилась до ночи, закончилось это дело. 12 ноября австрийские отряды Науендорфа появились перед Энкенбах-Альзенборном и заняли его. 13 ноября генерал Жирардо с войсками 10-й дивизии выгнал их из этой деревни, но вечером они возвратились туда снова. В тот же день правый фланг этой дивизии, под командованием генерала Сантреля, был атакован также войсками Науендорфа в окрестностях Франкенштайна, и её сообщение с Дюркхаймом было перерезано в течение части дня. Австрийский полковник Элсниц занял пост Харденбург, занятый 9-й дивизией, в то время как генерал Край, находившийся на правом крыле австрийцев, начал беспокоить крайнее левое крыло французов в направлениях на Дюркхайм и на Трипштадт. В свою очередь Вартенслебен, отбросив Марсо под Кройцнахом на север, направился обратно к Кайзерслаутерну, чтобы обеспечивать правый фланг армии Клерфайта. 13 ноября Клерфайт приказал захватить лежащие впереди Дюркхайма деревни. Пишегрю в приказе по армии от 13-го приказывал защищать местность шаг за шагом и назначил позиции, которые надо занять в случае отступления. 14 ноября австрийцы начали свое главное наступление в трёх колоннах. Фельдмаршал-лейтенант Штаадлер (15 батальонов, 22 эскадрона) двинулся на Ламбсхайм, после взятия которого фельдмаршал-лейтенеант Вернек с 10 батальонами и 13 эскадронами должен был занять Вайзенхайм. Граф Латур с 14 батальонами и 22 эскадронами должен был двигаться через Франкенталь на Оггерсхайм и угрожать предмостному укреплению французов напротив Маннгейма, так называемому Рейншанце. Герольсхайм, лежащий впереди Ламбсхайма, оборонялся 8-й дивизией. Гренадеры 207-й полубригады, которые были ответственны за защиту ворот в Герольсхайме, их защитили с неустрашимостью, но были обязаны уступить в числе и уходить. Поселяне тотчас же открыли эти ворота противнику, и он проник туда быстро в столь же большом числе, что часть этих гренадеров попала им в руки. Штаадлер атаковал Ламбсхайм не ранее полудня и встретил сильное сопротивление Находившиеся там французские войска оставили город только тогда, когда австрийцы, наведя несколько выше мост через Фуксбах, атаковали одним батальоном город с тыла, в то время как два других батальона взбирались на городские стены. Дальнейшее наступление австрийцев в этом месте было затруднено из-за узких дорог по многочисленным плотинам и огня выгодно расположенной французской артиллерии. В это же время Вернек взял Вайзенхайм и Фрайнсхайм, устроил мост через Изенах у Эрпольцхайма и переправил один батальон и 4 эскадрона, и, почти выйдя на вероятный путь отступления французов, потом также прекратил движение вперед. Он расположил артиллерию и до наступления ночи вел обстрел из орудий мельницу в Арсхайме. Этим манёвром он вынудил Пишегрю отходить, но позволил, тем не менее, это сделать почти без потерь. Латур, соединив все свои войска южнее Франкенталя, после взятия Ламбсхайма начал наступление. Генерал Лилиен с 4 батальонами и 18 эскадронами двинулся на Фламерсхайм, генерал Карачай с 5 батальонами и 10 эскадронами на Оггерсхайм, генерал Отто переправившись через Франкентальский канал, выгнал французов из кустарников и селений, расположенных вдоль Рейна. Деревня Фламерсхайм скоро была занята, но лежащее позади неё селение Эппштайн, прикрытое заполненным водой рвом и редутом, оборонялось с таким упорством, что Штаадлер был вынужден послать в обход его 4 батальона и 2 эскадрона, после чего Бопюи, которому угрожали также с правого фланга, приказал отступить на Оггерсхайм и Руххайм. Карачай также был задержан огнем редута, построенного на шоссе у Штудернхайма, но это укрепление было обойдено одним батальоном и одним эскадроном гусар и взято с тыла, причём захвачены 3 орудия. Когда Латур соединил отряды генералов Лилиена и Карачая у Штудернхайма, генерал Карачай с 4 батальонами двинулся против Оггерсхайма, который французы тотчас же очистили, потому что колонна генерала Отто овладела селениями Эдингхайм и Оппау и угрожала им обходом через лес близ Фризенхайма. С наступлением ночи сражение закончилось. В этот же день отряды Края и Науендорфа постоянно тревожили три французские дивизии, находившиеся у Дюркхайма, Франкенхайма и Кайзерслаутерна, которые из-за этого и отдаленности не смогли принять участия в сражении. Ночью с 14 на 15 Пишегрю отступил до Рехбаха, на следующий день, 15-го, на Шпейербах и расположил свою главную квартиру в Нойштадте. Только Дезе остановился на Рехбахе. Следствием этого отступления стал отход Монтегю в Маннгейм с прирейнского укрепления, занятого потом австрийцами.

––  Дивизионный генерал Шерер сменил Франсуа Келлерманна на посту командующего Итальянской армией. Против французов стояли 30 000 австрийцев и 12 000 пьемонтцев. Центр французской армии генерала Андре Массены был сформирован из двух старых дивизий Итальянской армии. Третья дивизия Итальянской армии образовала левое крыло, которым командовал генерал Жан Серюрье. Правое крыло под командованием генерала Пьера Ожеро недавно прибыло с Шерером из Пиренейской армии. Ещё одна дивизия, оставшаяся у Коль-де-Тенд, прикрывала Саорж. Французская 40-тысячная армия испытывала недостаток в продовольствии, обмундировании и боеприпасах. Австро-сардинская армия насчитывала 53 тысячи человек. Слева союзные оборонительные сооружения примыкали к морю у Лоано, на Итальянской Ривьере. Справа располагались в горах Пьемонта с крепостями в Чеве, Кунео и Мондови. Позиция состояла из цепи постов, соединённых окопами и защищённых 100 артиллерийскими орудиями. Политики в Париже настаивали на том, чтобы Шерер начал наступление. Шерер прибыл на мало известный ему театр военных действий и поэтому поручил планирование наступления Массене, самому опытному генералу в своей армии. 17 ноября генерал Этьен Шарле неожиданно атаковал австро-сардинцев в Кампо-ди-Пьетри, разрушил их траншеи и захватил три пушки и 500 пленных. Однако непогода вынудила Массену отказаться от запланированного наступления на правом фланге, и он решил действовать в центре, занять там позиции противника, обойти их и занять другие позиции в тылу вражеской линии. Массене было поручено самому осуществить этот смелый план. Французская армия двинулась против неприятеля тремя колоннами. На левом фланге Серюрье с семью тысячами атаковал пьемонтский отряд, стоявший при Сан-Бернардо и одновременно производил демонстрацию на левом берегу Танаро. С наступлением темноты 22 ноября Массена вышел с двумя дивизиями (13 тыс.) для атаки центра. Он получил приказ вытеснить из Бардинетто отряд генерала д’Аржанто, прервать тем самым связь между левым крылом австрийцев и корпусом Колли, против которого был направлен Ожеро с остальными войсками. Все атаки Серюрье против пьемонтцев были безуспешны. Массене удалось вытеснить д’Аржанто с его позиции и заставить отступить за реку Бормида. Ожеро вступил в бой с австрийцами при Лоано и после многократных атак овладел этим пунктом. 24 ноября Шерер послал пятитысячный отряд на подкрепление Серюрье и приказал ему снова атаковать пьемонтцев, которые, не получив сведений о поражении своего левого крыла и центра, по-прежнему занимали сильные позиции при Сан-Бернардо и Гарессио. Серюрье с 12 000 атаковал последний пункт. Пьемонтцы после упорного боя очистили обе позиции и отступили к Чева. Австрийский главнокомандующий, узнавший о неудаче д’Аржанто, приказал отступить к Финале. Здесь он разделил свою армию на две колонны и с одной из них к 29 ноября дошёл до Акви, а другую направил к Дего, где она соединилась с отрядом д’Аржанто, отступившим от Бормиды. В связи с наступлением зимы Шерер приказал прекратить боевые действия и расположил свою армию в проходах через Лигурийские Альпы: при Савоне, Сен-Джиакомо, в долинах рек Бормида и Танаро, а также при Финале. Союзники также заняли зимние квартиры: пьемонтцы и вспомогательный австрийский корпус – от Савильяно до Чевы, одна австрийская дивизия – между Акви, Александрией и Тортоной, другая – по левому берегу реки По от Павии до Кремоны. Победа при Лоано позволила французам восстановить свои линии снабжения и дала им возможность занять позицию в Лигурийских Альпах.

–– 10 декабря. Законодательное собрание голосует за принудительный заём в шестьсот миллионов франков, который будет взят у самых богатых французских граждан.

–– 26 декабря. Дочь Людовика XVI и Марии-Антуанетты, мадам Рояль, находящаяся в заключении в Тампле, обменивается на группу республиканских заключённых, содержащихся в Австрии.

–– 31 декабря. Перемирие на Рейне прекращает бои между французской и австрийской армиями.

1796 год

Первая Французская республика: Исполнительная Директория.

Члены Директории: Луи Мари де Ларевельер-Лепо, Жан-Франсуа Рёбелль, Этьен-Франсуа Летурнер, Поль Баррас, Лазар Карно.

2 января. Директория создаёт Министерство полиции под руководством Мерлена де Дуэ.

–– 2 февраля. Вольф Тон, лидер ирландских революционеров, прибывает во Францию в поисках военной поддержки для освобождения Ирландии.

–– Западные области Франции от Шербура до Бордо были объявлены на военном положении, а все войска поступали под командование Гоша под названием Армии океанского прибрежья (Armée des côtes de l’Océan). Пользуясь данными ему правами, Гош скоро поставил Шаретта в самое тяжёлое положение. Окружённый со всех сторон превосходящими силами противника, вандейский военачальник, успев собрать до 3000 вооружённых крестьян, решился идти с ними в Анжуйскую область на соединение со Стофле. На подходе к Монтегю он был атакован одной из неприятельских колонн и, потерпев значительный урон, был вынужден вернуться в Белльвиль в феврале. Между тем Стофле, произведённый Бурбонами в генерал-лейтенанты, решился снова ополчиться для борьбы с республиканским правительством. С этой целью он обнародовал прокламацию к жителям Анжуйской области. Узнав об этом, Гош немедленно двинулся туда с 30 000 армией. Стофле, едва успевший набрать несколько сот человек, изменническим образом был захвачен в плен и 4 февраля расстрелян в Анжере.

–– 19 февраля.  Во Франции прекращён выпуск ассигнатов (бумажных денег).

–– 20 февраля. Соединённые Штаты и Великобритания продлевают договор. Отношения между Францией и США ухудшаются.

–– 23 февраля. Генерал Бонапарт поставлен во главе французской армии, направленной в Северную Италию.

–-Через несколько недель после этого Шаретт, окруженный при Сюльписе с небольшим числом своих приверженцев превосходящими неприятельскими силами, после мужественной обороны попал в плен и 18 марта был расстрелян в Нанте. Его смерть стала последним ударом, нанесённым Вандее. Поручив окончательное усмирение страны начальникам оставленных в ней отрядов, Гош перешёл с главными силами республиканской армии на правый берег Луары для покорения шуанов. Последовательно разоружая деревни, очистив как Вандею, так и Бретань от шуанских отрядов Жоржа Кадудаля и Корматена, Гош смог донести Директории, что война в Вандее окончена. Однако мелкие отряды инсургентов продолжали ещё долго держаться в Вандее.

–– 19 марта. Ассигнаты изъяты из обращения и заменены новой денежной единицей – территориальными мандатами.

–– 20 марта. На Гаити войска восставших мулатов захватили город Кап и арестовали французского губернатора генерала Лаво.

–– 30 марта. Во Франции создана «Тайная директория общественного спасения» – заговор Бабёфа,

Буонарроти, Дартэ. К ним примыкали Россиньоль, Друэ.

–– 12 апреля. Сражение у Монтенотте. первое сражение Наполеона Бонапарта, которое он дал в регионе Лигурийских Альп в качестве командующего армией во время своей первой военной кампании. В начале апреля дивизионный генерал Наполеон Бонапарт, принявший командование над французской Итальянской армией, перевел свой штаб из Ниццы в Савону. Отсюда он решил, пройдя с тремя дивизиями (25 тысяч штыков и сабель) своей армии через горы, атаковать центр австрийской армии. Дивизия Серюрье, стоявшая в долине реки Танаро, должна была двинуться через Гарессио на Чеву и атаковать сардинские войска генерала Колли. Дивизии Массены и Ожеро стояли в Лоано, Финале и Савоне. Части Лагарпа были расположены так, чтобы угрожать Генуе. Его авангард, под командой бригадного генерала Червони, захватил Вольтри. Французский посланник потребовал в генуэзском сенате пропуска армии через Бокеттский перевал и ключей от форта Гави, заявив, что французы намерены проникнуть в Ломбардию и опираться в своих действиях на Геную. В городе поднялась суматоха. Встревоженный фельдмаршал Больё немедленно двинулся на помощь Генуе. Он перенес свою главную квартиру в Нови, разделив армию на три части: правый фланг, состоявший из пьемонтцев под командой Колли с главной квартирой в Чева, получил задачу оборонять линию рек Стура и Танаро; центр под командой д'Аржанто, имея главную квартиру в Сасселло, двинулся на Монтенотте, чтоб отрезать французскую армию во время ее перехода к Генуе, обрушившись на ее левый фланг и перехватив в Савоне прибрежную дорогу. Лично Больё с левым флангом двинулся через Бокетта на Вольтри для прикрытия Генуи. 10 апреля Больё с 8 тысячами солдат атаковал бригаду Червони (из дивизии Лагарпа) возле Генуи, перед Вольтри, и заставил ее отступить до Мадонны-ди-Савона. 11 апреля генерал д'Аржанто с 6 батальонами на рассвете встретил в Монтенотте незначительные аванпосты Лагарпа, которые без большого сопротивления отступили к Монте-Леджино. Там они присоединились к отряду полковника Рампона и вместе укрылись в старом редуте на холме. Редут располагался на узкой гряде в 3 км к югу от Монтенотте. 1200 французов во второй половине дня отбили три атаки противника. Австрийцы не смогли взять редут и к ночи отступили на ближайшие высоты. Бонапарт, понимавший значение монтеноттского прохода в горах, приказал своим дивизиям выступить немедля, в ночь с 11 на 12 апреля. Лагарп поднялся на гору Монте-Леджио и стал за редутом, оборонявшимся Рампоном. Бонапарт с колонною Массены перешел Алтарский хребет, чтобы зайти за правый фланг австрийцев. Ожеро, следуя еще левее, достиг высоты Санто-Джакомо и потом повернул к Кайро, чтобы поддержать Массену. Лагарп атаковал с фронта. Массена наткнулся в тумане в долине Череира на австрийский батальон, прикрывавший правый фланг, опрокинул его и обошел правый фланг д'Аржанто, отбивавшего атаки частей Лагарпа. Д'Аржанто, заметив подход дивизии Массены, попытался переброской большей части своих войск задержать его, но не успел, так как Лагарп, построив свои части в колонны, ударил ими в направлении горы Прато. Д'Аржанто, несмотря на упорное сопротивление, вынужден был в беспорядке отступить в долину Эрро и дошел до Понте-Ивреа только с 800 – 900 человек.Французы расположились вечером 12-го: Лагарп против Сассел- ло, Массена с 9 батальонами против Кайро, Бонапарт с частью их дивизий при Каркаре, другая часть дивизии Ожеро против Коссерии и Миллезимо. Серюрье – в долине Танаро, при Гарресио. В день сражения Больё появился в Вольтри, но уже никого там не застал. Только днем 13-го Больё узнал о поражении под Монтенотте и о выходе французов в Пьемонт. Ему пришлось быстро повернуть свои войска назад и снова двигаться по тем же плохим дорогам, какими его заставил пользоваться принятый им план. Обход получился столь дальний, что только часть его войск могла два дня спустя прибыть в Миллезимо.

–– 13 апреля – 14 апреля. Сражение у Миллезимо. сражение французской армии под командованием генерала Бонапарта против австрийской армии генерала Колли. 12 апреля главная квартира французской Итальянской армии прибыла в Каркаре. Пьемонтцы отступили из Миллезимо, а австрийцы на Дего. Эти две позиции имели связь через пьемонтскую бригаду, занимавшую высоты Биестро. В Миллезимо пьемонтцы оседлали дорогу, прикрывающую Пьемонт. К ним присоединился Колли со всеми, кого он мог снять с правого фланга.В Дего австрийцы стояли на позиции, защищающей дорогу в Акви, – прямой путь в Миланскую область. К ним присоединился Болье со всем тем, что он смог вывести из Вольтри. Занимая данную позицию, этот генерал мог получать все подкрепления, какие была способна дать ему Ломбардия. Таким образом, два основных выхода в Пьемонт и в Миланскую область были прикрыты. Противник надеялся, что у него хватит времени укрепиться на них.Каковы бы ни были преимущества, полученные французами в результате сражения у Монтенотте, превосходство в численности дало противнику возможность восполнения своих потерь. Но 14 апреля сражение у Миллезимо открыло обе дороги – и в Турин, и в Милан. Ожеро с левым флангом армии двинулся на Миллезимо, Массена с центром направился на Биестро и Дего, а Лагарп с правым флангом пошел на высоты Кайро. Таким образом, французская армия занимала четыре лье пространства от правого фланга к левому. Противник, заняв холм Коссария, господствовавший над обоими рукавами Бормиды, опирался на него своим правым флангом. Но генерал Ожеро, войска которого не участвовали в сражении у Монтенотте, ударил в правый фланг противника с такой стремительностью, что выбил его из миллезимских ущелий и окружил холм Коссария. Австрийский генерал Провера с его арьергардом силою в 2000 человек был отрезан. Находясь в безнадежном положении он укрылся в старом разрушенном замке и там забаррикадировался. С его высоты ему был виден правый фланг сардинской армии, готовившейся к бою на следующий день. Провера надеялся, что эти войска его выручат. Бонапарт понимал необходимость овладеть замком Коссария в тот же день. Ожеро приказал генералу Банелю и генерал-адъютантам Жуберу и Кенелю штурмовать замок. Французы взошли на половину горы, но встреченные жестоким ружейным огнем и сбрасываемыми с высоты обломками скал должны были отступить, потеряв более тысячи человек ранеными и убитыми. В числе последних были Банель и Кенель. Жубер, добравшийся до укреплений, пал без чувств, пораженный камнем. Солдаты, упавшие духом после потери командиров, укрывались от выстрелов у подошвы горы, за кустами. Ночью Ожеро, опасаясь, чтобы Провера, воспользовавшись темнотой, не пробился к Колли, расположил своих солдат на полвыстрела вокруг замка, и целую дивизию держал под ружьем до самого рассвета. На следующий день, 14 апреля, когда после упорного боя Массена и Лагарп захватили Дего, а Менар и Жубер – высоты Биестро, и Колли не смог выручить осажденных в замке Коссарии, Провера, отчаявшись, сложил оружие. В результате захвата прохода у Миллезимо и сдачи замка Коссария французы отрезали армию Колли от основной армии австрийского генерала Болье. Сражение открыло армии Бонапарта дороги на Турин и Милан.

–– 14 апреля – 15 апреля. Сражение при Дего, возле поселка Дего, на северо-западе Италии. После того, как часть австрийской армии была разбита в битве при Монтенотте, Наполеон Бонапарт пытался помешать соединению армий Австрии и Пьемонта. Захват французами позиции при Дего позволил бы им контролировать единственную дорогу, по которой могли соединиться две вражеские армии. Дивизии Лагарпа и Массены, и бригада Виктора направились 13 апреля, чтобы штурмовать его. Дего находится на склоне холма, с одной стороны протекает река Бормида, с другой – глубокое ущелье. Оборона города опиралась на форт на невысоком утесе, примыкающем к холму, укрепленный ретраншементами с 18 орудиями. Гарнизон состоял из смешанного отряда австрийских и сардинских частей в составе 4 батальонов. Войска генерала Массены занимают центр боевой линии. Войска коалиции открывают огонь с холма. Тем не менее атакующие колонны наступают. Правая, вместо того, чтобы атаковать прямо на Дего, делает обход и идет в тыл защитникам. На своем пути она встречает полк, который идет на усиление австрийцев. Она атакует его и заставляет отступить. Бой продолжается. Войска Массены захватывают Дего и, пользуясь пересеченной местностью, быстро достигают вершины холма и выбивают союзников. Атакованные с несколько сторон, деморализованные защитники форта сдаются. Бонапарт оставляет в Дего дивизию Массены, а с остальными войсками направляется на Чева. В это же время Менар и Жубер захватили высоты Биестро. Разделение армий австрийской и сардинской стало ярко выраженным. Австрийская армия потеряла чуть около 3000 человек убитыми ранеными и пленным, много пушек. Французские войска – 1500 человек убитыми и ранеными. Французы после взятия поселка стали его грабить, разбрелись по окрестности, не выставили охранение и поэтому не заметили подхода в 3 часа утра 15 апреля пяти гренадерских батальонов Вукасовича, направленных из Вольтри через Саселло и ещё накануне вышедших в окрестности Дего. Туман способствовал их незаметному подходу. На позиции оставались лишь несколько французских батальонов. Гренадеры легко захватили селение, а затем и форт, оставленный его защитниками. Массене и его командиром удалось собрать своих разбежавшихся солдат и восстановить порядок на равнине возле Дего. Бонапарт, узнав о нападении австрийцев на Дего, направился туда, приказав Массене сдерживать австрийцев, дивизии Лагарпа поддержать Массену в Дего, а бригаде Виктора обойти противника и ударить по нему с тыла. После двухчасового жаркого боя Дего был взят обратно. Победу обеспечил адъютант генерала Бонапарта Ланюсс. В момент, когда исход боя ещё не определился, он во главе двух батальонов легких войск взобрался по левому откосу холма Дего. Батальоны венгерских гренадер ринулись, чтобы помешать их подъёму. Обе французские колонны три раза принимались, чтобы продвигаться вперед и были отброшены назад. В третий раз Ланюсс, подняв шляпу на конце своей сабли, отважно выступил вперед и обеспечил победу. За этот поступок, происшедший на глазах у командующего, он был произведен в чин бригадного генерала. Генералы Косс и Банель были убиты. Вукасович, потеряв половину своего отряда, отступил на Акви.Около 1000 австрийцев взяты в плен, 670 убиты или ранены, захвачена вся их артиллерия. Французы потеряли почти 1000 человек. После сражения у Дего боевые действия были направлены против пьемонтцев. В отношении австрийцев французы удовольствовались тем, что оказывали им сопротивление.

–– 18 апреля. – Совет пятисот утвердил «закон Майля» о введении смертной казни за пропаганду и призывы к свержению существующего строя, восстановлению монархии.

–– 19 апреля. Бой при Сан-Микеле, бой французской дивизии генерала Жана Серюрье с пьемонтским корпусом под командованием генерала Жана-Гаспара Диша, произошедший в Сан-Микеле, возле Мондови, в Пьемонте, После сражения у Миллезимо сардинский генерал Колли 17 апреля мужественно защищал передовые укрепления своего лагеря у Чевы против бригад Жубера и Бейрана, но видя, что Серюрье вышел из Момбазильо, а Массена из лощины Баркаро на его коммуникации с Кастелино, ночью очистил укрепленный лагерь, оставив несколько батальонов в цитадели, бросил свою полевую артиллерию и отступил, переправился через Танаро и отошел за р. Корсалья, заняв выгодную позицию при Мондови. Правый фланг которой под командой генерала Бельгарда примыкал к церкви Мадона-дель-Вико, центр генерала Диша (8000 солдат и 15 пушек) стоял при Сан-Микеле, левое крыло под командой Пилати растянулось до Лезеньо. Мост при этом селении был разрушен, другие, при Сан-Микеле и Ла-Торре, защищались батареями. В тот же самый день Бонапарт перенес свою главную квартиру в Чева. Армия переправилась через Танаро. Командовавший кавалерией генерал Стенжель переправился через Корсалью у Лезеньо и произвел разведку местности. Главная квартира прибыла в замок Лезеньо, на правом берегу этой реки, около впадения её в Танаро. Бонапарт приказал Серюрье овладеть Сан-Микеле и Ла-Торре, Дамартену перейти Корсалью при Лезеньо, Ожеро переправиться через Танаро и обойти левое крыло сардинцев. С самого начала боя неудачи преследуют французов. Солдаты Ожеро, из-за паводка и огня пяти артиллерийских орудий, не смогли пересечь Танаро. Атака дивизии Серюрье на мост у Сан-Микеле, была отражена с потерями. Вскоре после этого стрелки генерала Гие обнаружили пешеходный мост через реку немного южнее, недалеко от деревни Торре Мондови. Бригада Гие переходит по нему и наступает на правый фланг пьемонтской армии. Сардинцы беспорядочно отступили из Сан-Микеле, позволив французской бригаде Фиорелла, в свою очередь занять поселок. В суматохе Колли чуть не попадает в плен, Диша схвачен, но сбегает. Голодные и недисциплинированные французские солдаты начинают грабить поселок. Рота швейцарских гренадеров, бывшая на службе в сардинской армии, воспользовавшись беспорядком, царившим у французов, отвоевывает часть Сан-Микеле. Рано утром 20-го в результате общей контратаки под командованием Колли дивизия Серюрье была выбита из Сан-Микеле, за исключением бригады Гие, которой удалось удержаться на окраине, и отступила на исходные позиции в Чеву. Оба войска возвратились на свои позиции, и Бонапарту пришлось переделывать первоначальный план. 20 апреля командующий послал дивизию Массены вперед, пока остальные войска отдыхали. Ночью 20 апреля Колли решает покинуть свои позиции у Корсальи и отступить за реку Эллеро в Мондови. Разрушив мосты и оставив гореть костры, солдаты Колли вечером отступают. В полночь Бонапарт, заметив уход своего противника, немедленно приказал преследовать его, используя брод, обнаруженный его разведчиками.

–– 22 апреля. Сражение при Мондови, между французской Итальянской армией дивизионного генерала Наполеона Бонапарта и армией Сардинского королевства под командованием фельдмаршал-лейтенанта Микеланджело Алессандро Колли-Марки. После боя при Сан-Микеле левое крыло сардинской армии под командованием генерала Витали расположилось за Корсильей, наблюдая за Лезеньо.Центр под командой генерала Жана-Гаспара Диша де Туазинге находился в Сан-Микеле, Правый фланг, под командой генерала Беллегарда, опирался на Мадонну де Вико Сантуарио ди Викофорте, резерв занимал Бикокку (высоту северо-восточнее Сан-Микеле), увенчанную редутом. Колли, осознавая, что численность его войск меньше, решил отвести свои войска на несколько километров к западу. Отвод войск начался ночью перед сражением. Сардинцы оценивали позицию, к которой они отступали, столь же сильной, как и предыдущая. Она опиралась на Бричетто, возвышенность между Вико Викофорте и Мондови. 22 апреля, на рассвете, Бонапарт, узнав об отходе сардинцев, приказал их немедленно преследовать. Дивизия Серюрье первой двинулась к Вико, за ней последовали кавалерия и артиллерия. Дивизия Массены была оставлена Бонапартом в Сан-Микеле, чтобы поддерживать связь между основными силами армии и дивизией Лагарпа, оставшейся достаточно далеко позади, в Сан-Бенедетто, на реке Бельбо, чтобы наблюдать за австрийцами. Войска Колли замешкались при отступлении, Серюрье настиг их близ Вико. Колли поспешно выставил против него несколько батальонов, но которые не смогли как следует развернуться, чтобы задержать нападающих, и были отброшены к деревне. Вико сразу же захватила бригада Доммартена. Тем временем в трех с половиной километрах к югу бригада Гие перешла мост в Ла-Торре и атаковала правое крыло сардинцев. На севере дивизия Мейнье, перейдя через Корсилью, стала обходить левое крыло противника.Видя создавшееся положение, Колли приказывает большей части войск отступать на Мондови, а центру в Бричетто по командой Диша обороняться, прикрывая отход. Диша вскоре подвергается атаке Доммартена.Завязался многочасовой бой за возвышенность. Диша попытался контратаковать своими резервами. Бригада Дамартена начала колебаться. Се- рюрье потребовал на подкрепление бригаду Фиореллы. Французские солдаты много раз атаковали позиции противника на возвышенности, но были отбиваемы. Около трех часов дня французы после жестоких боев при поддержке огня артиллерии занимают центр сардинской обороны. Войска Диша, не получая подкрепления, мужественно защищались, но когда их генерал был смертельно ранен, пришли в замешательство и начали в беспорядке отступать. Около семнадцати часов Колли, видя, что его центр опрокинут, деморализованные войска бегут, фланги в опасности, эвакуирует Мондови и отступает на север, за реку Эллеро, временно оставив в городке несколько батальонов для прикрытия своего отступления. Он назначил Фоссано местом сбора своих частей. Около 18 часов, после артиллерийского обстрела, оставленные для прикрытия батальоны были выбиты французскими войсками, которые оттуда растекаются по окрестностям. Отступающих пьемонтцев за Эллеро преследует французская кавалерия под командованием Бомона. Сардинская кавалерия, прикрывая отступающую пехоту, бросается в контратаки, во время одной из которых был убит французский кавалерийский генерал Стенжель. Часть пьемонтских войск отступила к Фоссано, другая – к Мадона-дель-Ольмо около Кунео. После сражения у Мондови главные силы французов двинулись на Кераско. Серюрье направился на Фоссано, Ожеро – на Альба.Австрийский командующий Болье из Акви с половиной своей армии двинулся на Ницца-делла-Палья для производства диверсии в пользу пьемонтцев, но было слишком поздно. В результате победы французы перешли через Лигурийские Альпы и вышли на равнины Пьемонта. Правда, все успехи французов оставались крайне неустойчивыми, ибо численное преимущество оставалось у противника, а угрожать столице Пьемонта Турину, не имея осадной артиллерии, они не могли. Но тут в борьбу вступила еще одна сила, которой французские революционные войска были обязаны не одной своей победой. Не успели они занять первый же пьемонтский город Альбу, как местные демократы организовали Комитет обновления и выпустили воззвания, угрожающие дворянам и священникам и ободряющие народ. Неделю спустя перепуганный король Сардинии Виктор Амадей III попросил о заключении мира, выведя свое королевство из Первой коалиции. Поражение сардинского союзника разрушило австрийскую стратегию и привело к потере ими северо-западной Италии.

–– 28 апреля. Сардинский король, испуганный успехами французов, заключил с ними перемирие, которое предоставило Бонапарту несколько городов и свободный переход через реку По.

–– Весна. Герцог Пармский, который не воевал с французами пострадал одним из первых. Бонапарт не признал его нейтралитета, наложил на Парму контрибуцию в 2 миллиона франков золотом и обязал доставить 1700 лошадей.

–– Май. Сражение при Лоди между французской армией генерала Наполеонa Бонапарта и австрийской армией Больё. После того как французским войскам под командованием Наполеона Бонапарта в битве при Монтенотте в удалось отделить от австрийских войск и разгромить армию Королевства Сардиния, они теперь смогли обратить свое внимание на австрийские вооруженные силы. Они двинулись вдоль реки По, чтобы перерезать австрийцам связь между Миланом и Австрией. Австрийская армия Больё отступала на восток вдоль реки По с северной стороны. С южной стороны их преследовала французская армия, часть которой в ходе преследования переправилась на северный берег. Австрийцы осознали опасность и поспешно отступили на северо-восток, к Лоди. Возле Лоди австрийцы стали переправляться по мосту через реку Адду (приток реки По). Арьергард австрийской армии под командованием Вукасовича не успел переправиться. В 9 утра его атаковал и преследовал до Лоди авангард французской армии, нанося ему значительный урон. Город был взят французами из-за его слабой обороны. Это позволило французам продвинуться к мосту через Адду. Переправившись на другую сторону реки в городе, командующий Зеботтендорф решил, что отступить лучше ночью, а днем оборонять мост. Простой деревянный мост длиной 180 метров было легко защитить. Силы австрийцев составляли 6577 человек. Попытка австрийцев разрушить мост была предотвращена французским огнем. Сил французского авангарда было недостаточно для атаки моста, и он стал дождаться подхода основных сил. Первые две французские пушки, прибывшие в 11 утра, расположили для стрельбы вдоль реки, чтобы защищать мост от возможного его разрушения австрийцами. Прибывшие следом 28 пушек установили вдоль берега для стрельбы по австрийским войскам на противоположном берегу.Наполеон сформировал колонну из 3000 пехотинцев. Также он послал отряд кавалерии с легкими пушками, чтобы переправиться через брод в полулье (около 2 км) к северу. Они должны были вести перестрелку с легкой батареей противника на его правом фланге. Тем временем французская артиллерия вынудила австрийскую пехоту отойти от моста. В 18 часов колонна французов была готова к атаке. Она находилась ближе к позиции вражеской артиллерии, чем отошедшая австрийская пехота. Когда огонь австрийских пушек несколько ослабел, колонна, с гренадерами во главе, бросилась через мост. Когда она достигла середины, залп картечи с противоположной стороны смёл атакующих, создав затор из тел убитых и раненых. Дрогнувших солдат бросились вести вперед офицеры (среди них Андре Массена, Луи-Александр Бертье, Жан Ланн, Жан-Батист Сервони и Клод Дальмань). Французы быстро преодолели мост и, несмотря на картечный огонь (под обстрелом оказался и сам Бонапарт), захватили вражескую батарею. Австрийские войска уже были измотаны маршами и боями без еды и деморализованы французскими обстрелами. Поскольку существовала также опасность быть отрезанными французской кавалерией, австрийцы быстро отступили к Кремоне. Австрийская армия потеряла убитыми, ранеными или пропавшими без вести 21 офицера, 2015 рядовых и 235 лошадей. Кроме того, было потеряно 12 пушек, 2 гаубицы и 30 зарядных ящиков. Потери французов составили около 350 человек. Немедленно Бонапарт начал преследование отступающего противника. Фактическим итогом сражения стало завоевание Бонапартом Ломбардии.

–– В результате предательства одного из участников движения «Тайная директория общественного спасения» Ж. Гризеля заговор был раскрыт и все его руководители и ряд участников были 10 мая арестованы. 26 мая суд в Вандоме приговорил Бабёфа и Дарте к смертной казни. После объявления приговора Бабёф и Дарте пытались заколоть себя кинжалами и нанесли себе тяжёлые ранения. Утром следующего дня полумёртвыми они были отнесены на эшафот и гильотинированы.

–– 15 мая. Французские войска вошли в Милан.

–– Лето. Первая осада Мантуи. 4 июня подошедшие к Мантуе французские войска захватили кронверк Сан-Джорджо, но встреченные на плотине картечным обстрелом, дальше продвинуться не смогли. 6 июня было завершено обложение крепости и начались осадные работы, руководимые Шасслу, но так как не хватало лопат для рытья траншей, ограничивались поначалу только засеками. Крепостная артиллерия постоянно мешала осадным работам. Вследствие незначительного числа орудий французская артиллерия не могла вступить в бой с крепостной артиллерией. Обстрел продолжался по ночам с разной степенью интенсивности, а днем французы ремонтировали повреждения, нанесенные орудиями обороняющихся. 6 июля австрийцы произвели вылазку из цитадели. 16 июля была осуществлена новая вылазка из Порта-Праделла силами в 3000 под командой Вукасовича, но она была успешной лишь частично, так как осажденные не смогли уничтожить французские осадные работы. В это же время 1500 под командой генерала Рукавины, выйдя из ворот Черезы захватили укрепления возле Пиетоле и Молина, но также были вынуждены отступить. В распоряжении французов вначале не было никаких осадных средств, но после того, как удалось установить 40 орудий, перевезенных из завоеванных итальянских крепостей, Бонапарт задумал провести атаку, и решить дело, по возможности, одним ударом. 17 июля полковник Андреосси с 800 гренадерами должен был переплыть на судах через озеро и захватить Кантенские ворота. Одновременно на других участках должен был начаться штурм, а осадная артиллерия – открыть огонь по городу. Операция не получилась, потому что вода в озере неожиданно значительно упала, и корабли завязли в тростнике. 18 июля в девять вечера Мюрат с 2000 атаковал правый фланг укреплений Милларетто, и одновременно с ним д’Аллеман – левый фланг. 5 канонерок Андреосси на Нижнем озере в это время отвлекали на себя огонь крепости и главное внимание гарнизона. Но австрийцы под командой Рукавины отбили все три приступа в Милларетто. В это же время в ночь на 19 июля французы начали бомбардировку города калеными ядрами, которая продолжалась до семи утра и вызвала пожары. Около полуночи была сделана попытка артобстрелом разрушить шлюзы дамбы, ведущей в цитадель, чтобы таким образом осушить одну, верхнюю, треть озера. Но и эта попытка не была успешной из-за большой прочности подпорных сооружений. В ночь на 20 июля комендант фельдмаршал-лейтенант Канто д’Ирле отказал в просьбе о капитуляции. До конца июля обстрел продолжался по ночам с разной степенью интенсивности, хотя, в среднем, на 700 выстрелов французов, осажденные отвечали 3000 выстрелами. В конце июля австрийцами была предпринята первая попытка деблокады крепости, поэтому Бонапарт решил снять осаду, чтобы всеми своими силами разбить наступающие колонны австрийцев Вурмзера. 29 июля он приказал Серюрье отправить осадную артиллерию за реку По, уничтожить ту, что нельзя вывезти, и одновременно отвести все войска с левого берега реки Минчо. 31 июля осада крепости была снята, но перед отходом французы два дня – 30 и 31 июля – обстреливали Ципату и Милларетту. В суматохе отхода от Мантуи Серюрье не уничтожил оставленные орудия, поэтому, когда австрийцы сделали вылазку, то у Говерноло и Гоито захватили резервный парк, 179 орудий с большим количеством боеприпасов, а также 28 офицеров и 800 рядовых. За время осады гарнизон потерял 1000. Под ружьем оставалось 7500. Во время сражения при Кастильоне гарнизон крепости не выполнил приказ Вурмзера прикрыть его тыл против Серюрье.

–– 19 июня. Сражение при Кирхгейме. Французы разделившись на два отряда, начали отходить к Рейну: Журдан в направлении на Нейвид, а Клебер на Альтенкирхен. Для преследования последнего был послан генерал Край с 14-тысячным войском, а сам эрцгерцог Австрийский Карл преследовал Журдана. Край допустил разброску сил, наступал по нескольким дорогам, не имея связи. Утром 19 июня Клебер воспользовался этим и с 24 батальонами и 28 эскадронами перешёл в наступление около Кирхгейма, где местность допускала скрытое маневрирование. Разъединенные отряды австрийцев отступили в беспорядке и заняли прилежащие холмы. Клебер, сдерживая противника на фронте, послал сильные колонны в обход обоих флангов. Около полудня кавалерия Антуана Ришпанса опрокинула австрийскую конницу правого фланга; преследуя отступавших, генерал Ришпанс сам попал под огонь и вынужден был отступить. Около двух часов дня правая обходная колонна Бастуля (3 батальона и 9 эскадронов) атаковала левый фланг, и Край должен был очистить Кирхгейм. Пытаясь прорвать расположение австрийцев, Клебер атаковал их четырьмя батальонами и одной полубригадой с фронта, тогда как обходные колонны бросились с флангов. Несмотря на картечный огонь, французы взошли на высоты, но тут были встречены слаженными ружейными залпами в упор 4 батальонов генерала Милиуса, которые затем бросились в рукопашную схватку. В коротком рукопашном бою французы потеряли знамя и вынуждены были отступить. Хотя у Клебера оставалась ещё одна резервная дивизия, но он видя, что к австрийцам подходят свежие подкрепления, прекратил бой, тем более, что им было получено известие, что Журдан уже перешёл реку Рейн. Французы потеряли в этот день от полутора до двух тысяч человек убитыми и ранеными.

–– 23 июня. Бонапарт подписывает Болонское перемирие со Святым Престолом, которое разрешает французам оккупировать северные папские земли.

–– Генерал Моро намеревался пересечь Рейн у Келя, где все приготовления велись в глубокой тайне, а для отвлечения внимания противника производились атаки на укрепленные позиции австрийского корпуса перед Мангеймом, чтобы убедить командовавшего там фельдмаршала графа Латура, что именно здесь состоится переправа через Рейн. В ответ на французские атаки у Мангейма эрцгерцог Карл направил большую часть своих сил на средний и северный Рейн, оставив только швабские подразделения на переправе Кель – Страсбург и небольшие силы под командованием Фюрстенберга в Раштатте. Небольшой отряд из примерно 5000 французских роялистов под командованием принца Конде прикрывал Рейн от Швейцарии до Фрайбурга-им-Брайсгау. Однако, как только эрцгерцог Карл направил свою главную армию к среднему и северному Рейну, Моро развернулся и без артиллерии форсированным маршем с большей частью своей армии прибыл в Страсбург, прежде чем Карл понял, что французы покинули Шпейер. В два часа ночи 24 июня колонны Аббатучи, Декана и Монришара (3600 человек) дивизии Ферино погрузились в 36 небольших лодок, переправились и высадились на острове Эрленкопф на реке между Страсбургом и крепостью Кель. Они выбили оттуда швабские пикеты и захватили редут с тремя пушками, а потом по мосткам стали перебираться через рукав реки на восточный берег Рейна. Вскоре был захвачен второй редут на кладбище и штурмом взят сам Кель, а также «волчий» редут на равнине. Французы, преследуя отступивших швабов, дошли до деревни Зундхайм. Швабы имели в Келе всего два батальона и не смогли вовремя получить подкрепление. Фельдмаршал Штайн, командующий швабским контингентом, вышел из Вильштадта в Кель с резервом из 6 батальонов и 4 эскадронов только в 7 часов утра и двинулся двумя колоннами по обоим берегам Кинцига. Когда эти две колонны прибыли в Ноймюль и Зундхайм, то обнаружили превосходящие силы противника, который немедленно атаковал и отбросил швабов, потерявших 37 офицеров, 693 рядовых и 14 орудий, обратно в Вильштадт. Однако швабские аванпосты снова заняли Ноймюль и не пропустили французов дальше. В течение дня переброска французских войск продолжалась на лодках, а с шести утра – на пароме, а также велись работы по строительству понтонного моста, который был готов только в полдень 25 июня. За это время вся пехота дивизии Ферино[фр.] была переброшена в Кель. Запланированный переход дивизии Бопюи около Гамбсхайма не состоялся, потому что уровень воды там был слишком высок. Дивизии пришлось вернуться в Страсбург и там переправиться. Днем 25 июня артиллерия и кавалерия перешли по понтонному мосту. Вторая переправа, одновременная с переправой в Келе, произошла в Гюнингене около Базеля. Таким образом в течение дня Моро переправил четыре дивизии через реку у Келя и ещё три у Гюнингена. 26 июня генерал Дезе, принявший командование на плацдарме группировкой в 27 000 штыков и сабель, атаковал шестью колоннами на обоих берегах Кинцига. Три дивизии атаковали слабый корпус Штайна с фронта и фланга и оттеснили его после непродолжительного сопротивления к Оффенбургу. Три другие колонны остановили продвижение эмигрантской армии принца Конде и заставили её также повернуть к Оффенбургу. 27 июня Штайн стоял перед Оффенбургом, Конде – слева от него, 300 австрийцев справа, возле Оппенвайлера, Старай с 4000 – возле Мемпрехтсхофена на Ренхе. Моро во второй половине дня продвинулся шестью колоннами: одна против Альтенхейма, четыре колонны против позиции Штейна, последняя – против Урлоффена. Поскольку некоторые из этих колонн двигались недостаточно быстро, общий эффект был потерян, и вся операция не дала желаемого эффекта. Штайн вернулся в долину Кинцига, Конде – в Лар, австрийцы – за Ренхен и Оберкирх. Швабские войска были настолько деморализованы, что их отступление пришлось прикрывать отрядом австрийцев и эмигрантов, находившихся в Генгенбахе. Штайн со швабами расположился на реке Кинциг. Фельдмаршал – лейтенант Старай с 10 000 должен был защищать Ренх. Латур с резервом в 8000 человек был размещен в двадцати милях к северу от Муггенстурма. Утром 28 июня французская бригада Сен-Сюзанна продвинулась из Урлоффена к Ренхену. Немного позже прибыл генерал Дезе с остальной частью своего корпуса и развернул войска для атаки. Дезе разделил свои силы на три колонны. Левая колонна должна была действовать как сдерживающая перед Урлоффеном. Центральная колонна должна была продвигаться по главной дороге через Циммерн на Ренхен. Правая колонна должна была наступать на восток в сторону Оберкирха. Три колонны должны были продвигаться по невысокой равнине, покрытой россыпью небольших лесов. Старай попытался воспользоваться Ренхом, чтобы атаковать правый фланг французов. Кирасиры дважды атаковали два пехотных батальона, но оба раза были отбиты. Затем Старай ударил на французский левый фланг, но на этот раз его кавалерия была разбита тремя французскими кавалерийскими полками. Примерно в это же время правая колонна Дезе нанесла поражение трём австрийским батальонам, защищавшим Оберкирх и долину, соединяющую его с Ренхеном. Старай был вынужден отступить сначала в Засбах, а затем в Бюль, в десяти милях к северу от Ренхена. Переправы в Келе и в Гюнингене гарантировали французам свободный доступ к большей части юго-западной Германии. Отсюда войска Моро, насчитывавшие после переправы 60 тысяч штыков и сабель, могли развернуться, отбить войска приближающегося противника и выйти на оперативный простор для дальнейшего наступления через Шварцвальд в Германию.

–– 02 июля. Бой при Бендорфе. После движения эрцгерцога Карла к среднему Рейну, для защиты пространства между Ланом и Зигом были оставлены под командованием фельдцейхмейстера Вартенслебена 36 тысяч штыков и сабель. В Нойвиде стояли только шесть батальонов. Австрийцы сделали в Нойвиде, чтобы помешать переправе, земляные укрепления. Журдан на этот раз решил не ограничиваться демонстрационными действиями, а решительно наступать. Большая часть его армии двинулась к нижнему Лану. 29 июня французы, внезапно напав, захватили остров Уриц и стали готовиться к наведению переправы. 2 июля, ночью, все гренадеры дивизий Шампионне и Бернадота в количестве 3000 были посажены на суда и в три часа вышли на восточный берег Рейна. Одна половина их двинулась к Нойвиду, другая – к Бендорфу. Напротив Бендорфа, где предполагалось вспомогательное форсирование Рейна французами, они возвели позицию из 14 пушек и 7 гаубиц у Сант-Себастьяна, которые на сигнал от Нойвида открыли огонь залпами в самую середину еще глубоко спящего в это время Бендорфа. Падавшие повсюду гранаты и бомбы вынудили обезумевших от страха жителей искать защиту в прочных винных погребах их домов. Между тем из-за островов Нидер и Грасверт незаметно от глаз австрийцев приближались 6 – 8 больших и большее количество маленьких кораблей, полностью занятых солдатами Самбра – Маасской армии. Едва они прошли вокруг последней островной вершины, как сразу с них открыли огонь по расположенным на бендорфском берегу Рейна австрийским подразделениям, которые, со своей стороны, яростно отвечали на обстрел. Но, несмотря на залпы картечи двух австрийских орудий, французы высадились на берегу, захватили укрепления противника, продвинулись сразу на Бендорф и заняли его. Тем временем основная масса австрийских подразделений подверглась удару французов, переправившихся при Нойвиде, и должна была начать отход на ручей Зайнбах и высоты при Бендорфе. Но существовала опасность, что ими могли раньше овладеть и отрезать главным силам обратный путь высадившиеся при Бендорфе и удерживавшие город французские подразделения. Чтобы предотвратить эту опасность, австрийской стороной была предпринята попытка отвоевать Бендорф. На французских гренадеров дивизии генерала Бернадота, укрепившихся в городке, генерал Финк, за неимением пехоты, бросил в атаку драгун дивизиона Кобурга. Однако, французы, укрывшись в домах, садах и остатках средневековых городских стен, несмотря на три успешные атаки, в результате которых австрийцы возвращали себе Бендорф, причинили драгунам значительные потери и смогли в конце концов оттеснить их и изгнать. От Валлендара к Бендорфу подошли французские подкрепления. Для главных сил австрийцев отход через ручей Зайнбах, Лох, Лангенберг и ручей Вашбах был трудным. Для многих не было больше возможности достичь спасительных Бендорфских высот привычным путем по дороге. Они должны были взбираться вверх по крутым высотам с их пушками, обозами и другими транспортными средствами и идти через поля, луга и виноградники. Это привело, в том числе, к тому, что дерзкая французская группа смогла приблизиться до 50 метров к пушкам, которые «висели» в холме и не могли стрелять. При этом большое количество упряжных лошадей было убито стрелками противника. Только прибежавшая австрийская пехота смогла отбросить дерзкую группу. Как только, однако, пушки имперцев достигли высот, они были установлены на позиции и открыли огонь под гору на преследующих врагов. Батареи в достаточной степени были прикрыты пехотой. Затем австрийские пехотинцы повернули назад и контратаковали французские подразделения, которые тем временем уже продвинулись через рудник Ремише до Фирвинде. Они не только их разбили, но и отбросили в город. При этом снова дошло до ожесточённых уличных сражений. Несколько пушек австрийцев, которые стояли у подножия гор и были в начале дела захвачены французами, были отбиты при этой контратаке. На правом фланге боя три дармштадтских батальона успешно отбивали атаки французов. Примерно в 10 часов (в первой половине дня) – склоны и высоты вокруг Бендорфа были твёрдо удерживаемы австрийцами, и они надеялись, что выбьют французов из городка через Рейн назад, но поступил приказ отступать на Хёр-Гренцхаузен и Аренберг. Имперские войска потянулись через Вестервальд и Таунус на Франкфурт-на-Майне. Французы преследовали их. К утру 3 июля французы навели у Нойвида мост и притупили к постройке сильного тет-де-пона.

–– Битва при Раштатте. К 5 июля Латуру удалось собрать большую часть своей разрозненной армии вокруг Раштатта и, приняв медлительность Моро за слабость, он решил атаковать французов, которые находились на позиции между Шварцвальдом и Рейном. Французам было необходимо победить Латура до прибытия эрцгерцога и оттеснить его за Неккар. Но Моро только через 5 дней выступил против Латура. Латур стоял с 16 батальонами и 50 эскадронами между Раштаттом и Куппенхаймом, и он ожидал 10 батальонов подкреплений с рейнского кордона. У Моро было 39 батальонов и 57 эскадронов, с которыми он прибыл 4 июля во второй половине дня на равнину между Штольхофеном и Штайнбахом. Аванпосты Латура с боями отошли до Мурга. За исключением нескольких батальонов, удерживавших Раштатт, его пехота стояла на левом берегу Мурга, где должна была обороняться в случае атаки французов. Весь участок между Гернсбахом и Куппенхаймом, где можно было опасаться сильной атаки, был занят только одним батальоном. Для австрийцев было важно замедлить продвижение французов и, по возможности, удержать позиции до вечера, потому что эрцгерцог с 24 000 подкрепления уже достиг Карлсруэ. Моро передал командование всей атакой генералу Дезе, который двинул дивизию Тапонье (12 батальонов и 5 эскадронов) через Баден-Баден к Гернсбаху. Атака Тапонье началась в пять утра. Его дивизия заставила три австрийских батальона отступить из Гернсбаха на север, в Оттеннау. Генерал Декан, командовавший правым крылом Дезе, заставил четыре австрийских батальона под командованием генерала Девэ покинуть Куппенхайм. Затем генерал Лакурб выбил венгров и гренадеров с левого берега Мурга между Куппенхаймом и Гернсбахом, завершив поражение австрийских левого фланга. Во второй половине дня Моро послал две колонны для атаки на австрийский правый фланг на равнине рядом с Рейном. Бригада Сен-Сюзанна вышла из леса вовремя, около четырех часов, но Дельма задержался на марше. Это позволило Латуру сконцентрировать свою артиллерию против Сен-Сюзанна, и его бригада понесла тяжелые потери. В конце концов Дельма вступил в бой, и объединенные французские силы смогли захватить лес у Раштатта. Справа от них бригада Жоба захватила деревню Нидербуль, в одной миле к юго-востоку от Раштатта. После того, как его левый фланг был разбит, а правый был под угрозой, Латур решил отступить через Мург, используя мост в Раштатте и несколько бродов. Отступление проходило в хорошем порядке и было прикрыто австрийской артиллерией и большими силами кавалерии. Попытка сжечь мост в Раштатте была пресечена преследовавшими французами. Латур отступил на север, в Эттлинген (чуть южнее Карлсруэ), где встретился с эрцгерцогом Карлом и его авангардом. Моро не стал преследовать австрийцев. Потери были примерно одинаковыми с обеих сторон.

–– 09 июля. Сражение при Эттлингене. Перед сражением французские войска располагались на линии Битигхайм – Муггенстурм – Вальдпрехтсвайлер. Моро хотел обойти левое крыло австрийцев у Херренальба, чтобы затем начать наступление на Пфорцхайм. Эрцгерцог решил атаковать 10 июля, но Моро опередил его, напав 9 июля. Французский авангард продвинулся на Куппенхайм между Оттенау и Эберштейнбургом и отбросил аванпосты австрийской дивизии Старая к правому берегу Мурга. Главный удар наносился корпусом Сен-Сира. На крайнем правом фланге генерал Тапонье с шестью пехотными батальонами и эскадроном гусар был отправлен через горы в Вильдбад в долине Энца, чтобы обойти австрийский левый фланг. Левее его генерал Уэль должен был захватить Херренальб и Фрауэнальб в долине Альба, чтобы поставить под угрозу позиции австрийцев у Ротензоля. В полдень французы Сен-Сира атаковали по дороге между Лоффенау и Херренальбом, но затем встретили упорное сопротивление со стороны австрийской дивизии фельдмаршала Кайма на позиции у Ротензоля между Добелем и Фрайэнальбом. Французы провели четыре атаки на австрийцев, но каждый раз вынуждены были отходить. И только пятая атака в сочетании с фланговым ударом удалась. Кайм был вынужден отступить через холмы на восток в Нойенбюрг, к северу от Вильдбада. Саксонская дивизия под командованием генерала Линдта, которая продвигались к Вильдбаду, также стала отступать в сторону Пфорцхайма. На левом фланге французов генерал Дезе должен был атаковать Мальш у подножия гор, чтобы помешать австрийцам перебросить войска в угрожаемые районы. Эта атака переросла в ожесточенный бой, продолжавшийся до десяти вечера. Мальш несколько раз брали французы, но каждый раз австрийцы отбрасывали их. Австрийцы атаковали своей кавалерией между Мальшем и Рейном, и Дезе пришлось отойти в лес между Обервайлером и Нидервайлером. Австрийцы взяли Битигхайм и Отигхайм и преследовали противника до Раштатта, но французский резерв отбил эту атаку. В конце дня ни одна из сторон не достигла успеха вокруг Мальша, но после того, как пришло известие о том, что левое крыло под командованием генерала Кайма было разбито у Ротензоля, эрцгерцог Карл отдал приказ отступить. 10 июля австрийцы отошли через Эттлинген и Мюльбург в Пфорцхайм, чтобы обезопасить находящиеся под угрозой магазины возле Хайльбронна. Правый фланг Сен-Сира преследовал через долину Энца до Нойенбюрга, а левый фланг Дезе занял Эттлинген.

–– 21 июля. Битва при Канштадте. Тапонье атаковал деревню Берг и авангард, расположенный перед Канштадтом. Австрийцы были отброшены назад и за реку, и были захвачены пригороды Канштадта. Правда, сломать мост через Неккар австрийцам не удалось, но поскольку они контролировали город и правый берег, то это обстоятельство не могло быть использовано французами. В конце концов, бой на этом участке, который не прекращался до ночи, ограничился довольно сильной перестрелкой с одного берега реки против другого. В это же время Ларош атаковал отряд фельдмаршал-лейтенанта Готце близ Эсслингена. Наступая колонной по дороге, ведущей из Дегерлоха в Неллинген через Руит в направлении Эсслингена и Вейлерхофа, он отбросил австрийских гвардейцев в сады Эсслингена и на высоту перед таможней. Готце контратаковал с двумя батальонами и тремя егерскими ротами, выгнал французов из соседнего леса, который они уже заняли, и за Вейлерхоф. Французы получили подкрепления и повторили атаку, которая, однако, была отбита, как и третья. Когда наступила ночь, австрийцы остались владеть Вейлерхофом и холмами за пределами Эсслингена. Французы, со своей стороны, заняли свои позиции у Руита и выставили пикеты на опушке леса впереди. На этих позициях обе стороны оставались весь день 22 июля. Эрцгерцог ждал повторения атак своего противника, но она не последовала, поэтому вечером он отдал приказ начать отступление. Швабский и саксонский корпуса покинули своего союзника и ушли, одни – в Гамердинген, другие – в сторону Нюрнберга. 23 июля части Сен-Сира переправились через Неккар и заняли Эсслинген и Канштадт.

–– 31 июля. Бой у Лонато между австрийской бригадой генерал-майора Отта и дивизиями французской армии генерала Бонапарта, произошедший. В конце июля австрийская армия выступила из Тренто с целью деблокировать осажденную крепость Мантуя. В то время как основная армия под командованием фельдмаршала Дагоберта фон Вурмзера двинулась на юг вниз по долине реки Адидже к востоку от озера Гарда, правая колонна под командованием фельдмаршал-лейтенанта Квоздановича нанесла удар к западу от озера Гарда. Этот 18-тысячный корпус состоял из четырех смешанных (кавалерийская и пехотная) бригад под командованием генерал-майоров Отта, принца Ройсс-Плауэна, Очкая и Спорка. Впереди правой колонны шли два авангарда во главе с полковниками маркизом де Лузиньяном и Иоганном фон Кленау.Бонапарт не верил, что крупные австрийские силы способны действовать в горах к западу от озера Гарда. Следовательно, только 4500 человек дивизии генерала Пьера Франсуа Соре защищали этот район с гарнизонами в Сало на западном берегу озера, Гавардо на реке Кьезе, к западу от Сало, и Дезенцано-дель- Гарда в юго-западной части озера. В Брешии стояли всего три пехотные роты. 29 июля бригада Отта атаковала Сало, в то время как бригада Очкая двинулась против Гавардо. Бригадый генерал Руска, предупрежденный о приближении австрийцев, но проигнорировавший эту информацию, был застигнут врасплох. Французский генерал отступил в Дезенцано после ожесточенного боя, в котором австрийцы захватили 500 пленных и две пушки. В Сало 400 человек бригадного генерала Жана Жозефа Гие укрылись в Палаццо Мартиненго, где они были заблокированы солдатами Очкая. Получив донесение о том, что Брешия не прикрыта французскими войсками, авангард Кленау двинулся ночью к городу и на следующее утро, 30 июля, под покровом тумана внезапно захватил Брешию. Австрийцы захватили 2 600 пленных, в том числе 2000 – в госпиталях. Среди пленных были полковники Жан Ланн, Иоахим Мюрат и Франсуа Этьен де Келлерманн. Квозданович вскоре подошел в Брешию с бригадами Ройсс-Плауэна и Спорка. Этой ночью Бонапарт решил отказаться от осады Мантуи и сосредоточить свои основные силы против Квоздановича, в то время как вспомогательные силы сдерживали наступление Вурмзера. Ранним утром генерал-майор Отт начал наступать на Лонато. Как только он достиг Сан Марко, то слева отбросил вражеские аванпосты, расположенные на высотах, и этим достиг фланга французской позиции. Затем с авангардом быстро атаковал позицию и одновременно послал полковника графа Сен-Жюльена с батальоном, чтобы занять высоты справа и поддержать удар авангарда. Французы были выдавлены из города, и австрийские гусары преследовали их по гребню холмов на восток. В это время авангарды дивизий Деспинуа и Массены подошли в область между Лонато и Дезенцано. Бонапарт приказал, чтобы Даллемань немедленно вернул Лонато. Австрийские гусары, не знавшие о приближении главных сил противника, натолкнулись на две французские батареи, расставленные по высотам в Дезенцано, которые несколькими выстрелами ядер и картечи заставили гусар отступить. Немедленно бригады Даллеманя и Рампона атаковали Лонато в нескольких колоннах. Сам Бонапарт командовал боем. Австрийцы отчаянно оборонялись на улицах городка против превосходящих сил противника, но, окруженные с обоих флангов (французы продвинули большую колонну пехоты, а также кавалерии между Лонато и Монтикьяри), оставив прикрывающий арьергард в засаде у последней заставы города, были вынуждены оставить Лонато. За Лонато Отт развернул бригаду на равнине между Сан Марко и Понте Сан Марко и в течение трех часов несколько раз отражал преследующих французов, пока, наконец, вечером не вошел в лагерь Понте Сан Марко на левом берегу Кьезе, куда в течение ночи также подошел корпус Квоздановича, и было продолжено дальнейшее отступление в ущелья гор. Оставив подполковника Антона Фогеля с двумя батальонами удерживать Брешию, Квозданович продвинулся с Ройссом, Спорком, Кленау и Лузиньяном из Брешии на юго-восток. Он прибыл в Монтикьяри, к югу от Лонато, в середине утра 31 июля и провел там большую часть дня. В тот же вечер он двинулся на Понте Сан Марко, чтобы присоединиться к Отту, оставив Кленау в Монтикьяри.

–– Август. Сражение при Лонато между французской Итальянской армией под командованием генерала Наполеона Бонапарта и австрийским корпусом во главе с фельдмаршал-лейтенантом Петером Квоздановичем, двигавшимся вдоль западного берега озера Гарда на соединение с наступавшей с целью деблокады крепости Мантуя главной армией фельдмаршала Вурмзера. 1 августа, после частичных неудач предыдущих дней Бонапарт, сконцентрировав три дивизии, вернул Брешию, обеспечив её безопасность, отправил свои части в разных направлениях на поиски войск противника. Квозданович, вместо того, чтобы наступать в юго-восточном направлении и соединиться у Валеджо или южнее с подходившей туда армией Вурмзера, вернулся с бригадами Ройсса и Спорка в Гавардо, куда также подошел Кленау, отступивший из Брешии, и простоял там два дня. В ночь на 3 августа Очкай из Сало двинулся на юг и разминувшись с Гийо, отправленным Бонапартом на север по малоизвестной проселочной дороге, утром достиг через Дезенцано окраины Лонато. 3 августа, оставив бригаду Спорка, чтобы удерживать Гавардо, Квозданович отправил бригады Отта и Ройсса на юг вслед за Очкаем. Бригада Очкая атаковала Лонато на рассвете, разбила бригаду Пижона и пленила ее командира. Массена, дивизия которого была между Сан-Марко и Лонато, в полдень контратаковал австрийцев с запада. Бонапарт руководил боем. Атакованный Виктором и Рампоном в центре и Лорсе с юга, Очкай был вытеснен из Лонато и преследуем в сторону Дезенцано, где, окруженный, сдался с основной частью своей бригады. Вскоре после этого в Дезенцано, оставленного большей частью французской армии, появился со своей бригадой в 1800 человек Ройсс, который отбил город и спас несколько пленных из отряда Очкая. Узнав о судьбе бригады Очкая и обнаружив возвращение дивизии Массены, Ройсс поспешно отступил обратно в Гавардо, преследуемый французами. В это время позиции Квоздановича при Гавардо были атакованы французами со всех сторон. Гюйе атаковал со стороны Сало на левый фланг и тыл, д’Аллеманнь и Деспинуа – в центре, а генерал-адъютант д’Эрбен через Санто-Озетто обошел правый фланг. Дважды французы захватывали Гавардо, и дважды их выбивали. После получения известий о разгроме бригады Очкая на военном совете было принято решение, ради спасения остатков корпуса, отступить на север, к Рокко д’Анфо, чтобы потом, обогнув озеро Гарда с севера, присоединиться к Вурмзеру. В это же время с юга в район боевых действий подошёл, отправленный Вурмзером, авангард Липтая в 3400 штыков и сабель, выбивший из Кастильоне авангард дивизии Ожеро. Австрийский командующий планировал перейти на помощь Квоздановичу, но французы опередили его. Ожеро начал атаку на Липтая с 11 000 солдат. Липтай стал на позицию на высотах по обеим сторонам Кастильоне. Несмотря на то, что австрийцы были в меньшинстве, они дали бой и упорно сопротивлялись. Однако, атакованные с флангов, были вынуждены покинуть Кастильоне и отступить на юго-восток, к Сольферино. Упорная, оборона Липтая позволила Вурмзеру сосредоточить к этому месту другие свои силы, и дало возможность подойти из Гуидиццоло дивизии фельдмаршал-лейтенанта Павла Давидовича и около полудня выстроить центр на высотах между Сольферино и Медоле. Генерал Антон Шубирц выступил из Поццоленго и, обстреляв из орудий, атаковал левый фланг Ожеро возле Сольферино, сбросив его с высот, в то время как Липтай, получивший поддержку, контратаковал на правое крыло французов. Крайне левый фланг французов, благодаря кавалерийской атаке Шубирца, был разбит и в беспорядке отступил к Кастильоне. В 2 часа ночи 4 августа Квозданович отдал приказ оставшимся при нем бригадам Ройсса и Отта выступать на север, к озеру Идро. Прикрывал отступление арьергард Спорка, который в шесть часов утра был атакован подошедшими частями Гийо, Сент-Илера и Рампона и отброшен к Вобарно.Там путь ему был перерезан опередившими его французами. Спорк пробился с двумя гренадерскими батальонами, а остальные три, и гусары под командой полковника Кнорра вернулись на юг, к Гавардо, а затем перешли к Лонато, планируя соединиться с подходившими с юга частями Вурмзера. В пять часов вечера колонна Кнорра подошла к Лонато, где находился Бонапарт, а поблизости стояла дивизия Массены. После переговоров Кнорр со своим отрядом в 2000 человек сложил оружие. В боях 3 и 4 августа австрийцы потеряли 23 пушки и не менее 5000 убитыми, ранеными и пленными. Потери французов составили не менее 2000 человек. Поражение Квоздановича позволило Бонапарту собрать более 30 000 человек против 25 000 Вурмзер.

–– 05 августа. Сражение при Кастильоне, попытка австрийской армии прорвать французскую осаду Мантуи. Для достижения цели прорыва блокады Мантуи Вурмзер планировал вести против французов четыре сходящиеся колонны. Это удалось, поскольку Бонапарт снял осаду, чтобы иметь достаточно сил для отражения угрозы. Но его мастерство и скорость марша его войск позволили командующему французской армией держать австрийские колонны разделенными и разбивать каждую по частям в течение примерно одной недели. Когда Вурмзер, командуя армией в 25 000 человек, усилил гарнизон Мантуи, он двинулся навстречу армии Бонапарта (30 000 человек), чтобы окружить ее между вместе с австрийским корпусом Квоздановича (17 000 человек), наступавшим с севера. Бонапарт, прикрываясь со стороны Вурмзера дивизией генерала Ожеро и кавалерией генерала Кильмена, 3 августа разгромил корпус Квоздановича в сражении при Лонато. 4 августа Кильмен и Ожеро остановили корпус Вурмзера в бою у Кастильоне. Вурмзер отступил к Сольферино, где занял позицию между Кастильоне и Сольферино. Бонапарт после победы над Квоздановичем молниеносно повернул на юг и 5 августа подошел к линии австрийцев. Построив свою армию в две линии, Вурмзер закрепил свой правый фланг на возвышенности возле деревни и замка Сольферино. Австрийский левый опирался на Монте-Медолано, небольшой холм, увенчанный редутом и несколькими тяжелыми орудиями. Силы Бонапарта увеличились до 22 500 человек в дивизиях Массены и Ожеро. Он ожидал, что генерал Деспинуа приведет подкрепление в течение дня. На рассвете 5 августа, согласно плану Бонапарта, некоторые части дивизий Массены и Ожеро предприняли центральную атаку на австрийские позиции, а затем отступили в беспорядке, заманивая противника. Воспользовавшись случаем, Вурмзер начал контратаку. В это время появились войска дивизии Серюрье (5000 человек), которыми в этот день командовал бригадный генерал Паскаль Антуан Фиорелла. Вурмзер немедленно остановил контратаку и организовал движение второй линии возле Сан-Кассиано, чтобы перехватить Фиореллу и отразить его угрозу в тылу. Когда австрийская вторая линия двинулась к Сан-Кассиано, Бонапарт приказал дивизии Деспинуа присоединиться к дивизии Массены и атаковать правое крыло противника. Одновременно он приказал нанести удар по левому флангу, бросив значительные силы под командованием генерала Вердье на штурм Монте-Медолано. Захвату редута на Монте-Медолано предшествовал артиллерийский огонь, открытый конными батареями полковника Мармона. Почти одновременно гренадеры Вердье бросились в атаку на редут и к 9 утра захватили его. Чтобы остановить наступление, Вурмзер приказал отвести свой левый фланг, но через несколько минут правый фланг был атакован совместно двумя полубригадами Деспинуа и дивизией Массены и захвачено Сольферино. Немедленно было организовано формирование второй линии сопротивления справа, что еще больше ослабило центр австрийской группировки, быстро атакованной дивизией Ожеро. После ожесточенных боев, разделенный на три части, австрийский корпус, чтобы не попасть в ловушку, не имел иного выбора, кроме как отступить в направлении Пескьере, Валеджио и Ровербелле. Отряд Вайденфельда прибыл вовремя, чтобы помочь отразить попытку Массены обойти правый фланг австрийцев. Под прикрытием кавалерии австрийцам в тот вечер удалось переправиться через Минчио у Боргетто. Из-за изнурительных маршей предыдущих дней французской армии пришлось отказаться от прямого преследования противника. В результате сражения австрийцы потеряли 2000 человек убитыми и ранеными и более 1000 пленными. 6 августа австрийская армия отступила в Тироль, чтобы попытаться восстановиться, 7-го Серюрье вошел в Верону, а 29-го июля Массена отвоевал оставленные позиции, и осада Мантуи возобновилась.

–– 11 августа. Битва при Нересгейме. После оставления Штутгарта поредевшая австрийская армия в начале августа достигла Дуная, где она была подкреплена переброшенными из-за реки войсками и к 10 августа насчитывала около 40 тысяч штыков и сабель. Правое крыло армии (4600) располагалось у Нёрдлингена, центр (14000) между Амердингеном и Форххаймом, левое крыло (9600) – у Гохштедта. 7800 резерва стояли у Мендингена. Корпус Фрёлиха (12800) подходил к Гинцбургу и Крумбаху. С этими силами эрцгерцог Карл решил атаковать французов, чтобы потом обеспечить себе беспрепятственное отступление за Дунай. Карл планировал нанести главный удар по французскому центру с обходом фланговыми колоннами. К этому времени наступающая армия Моро был рассредоточена по широкому фронту в 25 миль. Его центр (16000), под командованием Сен-Сира, находился в Дунстелкингене, в пяти милях к востоку от Нересгейма. Слева от него, за пять миль к северу, между Нересгеймом и Уменгеймом, был Дезе (6000) с одной дивизией и резервной конницей. Генерал Дельма (7000) стоял у Бопфингена. Правый фланг Сен-Сира находился в трёх милях к юго-западу от Дюнстелкингена, у Дишингена, и был под командой Лекурба. В десяти милях южнее, в Мёдлингене, недалеко от Дуная был Дюэм с 5 тысячами. Австрийские войска были готовы к наступлению в полночь, но проливные дожди замедлили движение нескольких штурмовых колонн. Внезапное наступление австрийцев на рассвете 11 августа на центр французской армии привело к дезорганизации частей Сен-Сира. Разбитая австрийской кавалерией бригада Ламбера в беспорядке покинула Хофен, четыре полка кавалерии Нансути в панике оставили Эслинген, бросив там свою пехоту без поддержки. Тем не менее бригада Лароша в порядке отошла от Остерхофена к Дунстелкингену, где Сен-Сир развернул девять батальонов и 16 эскадронов, оставив три батальона Лекурба для защиты своего правого тыла в Дишингене. Командующий французской армией перебросил дивизию Бурсье для поддержки Сен-Сира. В 9 утра австрийцы атаковали эту позицию силами 8 батальонов, но были отбиты. По приказу эрцгерцога артиллерия подожгла Дунстелкинген, но на самом деле это помешало австрийцам продвинуться вперёд, как и попытка обойти через Дишинген. В 11 часов австрийцы произвели вторую атаку на центр французской позиции, отбитую артиллерийским и ружейным огнём. Французская кавалерия, выскакивая через интервалы пехоты, провела несколько контратак. Австрийцы были вынуждены отступить к Эклингену. В два часа дня последовала третья атака, также закончившаяся неудачей. Бой в центре позиции перешёл в постепенно ослабевающую канонаду. На правом фланге австрийского наступления Готце захватил Кёсинген, потеря которого пробила брешь между левым флангом и центром французов, но австрийцы не смогли воспользоваться своим успехом, так как оказались перед новой французской линией на возвышенности между ним и Нересгеймом. Дельма покинул Бопфинген и со своей конницей двинулся к Швайндорфу, куда Дезе перебросил также дивизию Бопюи. Они отбросили австрийцев. Севернее генерал Газан заставил правое крыло Готце отступить к Швайндорфу. На левом фланге австрийского наступления фельдмаршал-лейтенант Ризе атаковал Дюэма в Мёдлингене, вынудив его отступить. Большие силы австрийской кавалерии достигли Гингена, чтобы перерезать отступление французов, но Дюэм, отбившись, сумел уйти на северо-запад, к Вайссенштайну, потеряв несколько сот пленными и два орудия. Ризе после первоначального успеха двинулся на запад, в Хайденхайм-ан-дер-Бренц, вместо того, чтобы прорваться в тыл французов, как и Маркантини, который дошёл до Альтенберга и Штауфена в трёх милях к юго-западу от позиции французов, но не пошёл дальше на Дишинген. Колонна Фрёлиха дошла только до Альбека, к северо-востоку от Ульма. К вечеру эрцгерцог, не получивший никаких известий об успехах Ризе, приказал стать лагерем на месте сражения. То же сделали и французы. Утром 12 августа французская армия всё ещё оставалась на своих позициях. Эрцгерцог Карл, не дождавшийся, что она отступит, отдал приказ своей армии отступать. Моро, обеспокоенный нехваткой артиллерийских боеприпасов, не преследовал и весь день оставался на своей позиции, ожидая подтверждения того, что австрийцы отходят за Дунай. Австрийская армия переправилась через Дунай в Диллингене и Донаувёрте, разрушив все мосты за собой. Немного позже эрцгерцог отступил в Баварию за реку Лех.

–– Второй договор в Сан-Ильдефонсо был подписан 19 августа между Испанией и Французской республикой. По условиям договора Франция и Испания создавали военный альянс и объединяли свои силы против Великобритании. Договор закреплял зависимость Испании от Франции и сразу после его подписания Испания была вовлечена в войну против Англии.

–– 23 августа. Сражение при Амберге. Перейдя в наступление, эрцгерцог Карл решил двинуться через Кастель к Амбергу с основными силами, чтобы выйти на фланг и тыл Журдана, в то время как Вартенслебен должен был перейти через Наб и атаковать французов с фронта. 22 августа в Ноймаркт-ин-дер-Оберпфальц Карл отбросил одну из дивизий Журдана под командованием Жана-Батиста Бернадота. Это выводило эрцгерцога прямо на правый тыл французов. Утром 23 августа генерал Журдан получил от Бернадота донесение о наступлении эрцгерцога Карла, поэтому решил поспешно отступить, предварительно отправив к Зульцбаху обозы. В 11 вечера французские войска снялись с позиции и утром 24-го отступили за Амберг, за исключением дивизии Колло, которая была задержана обозами шедшей впереди её дивизии Гренье и расположилась на левом берегу Фильса впереди Амберга. Журдан, решив избегать серьезного столкновения, ограничился высылкой густых цепей для задержания неприятеля. Австрийский фельдцейхмейстер Вартенслебен заметил отступление войск противника и немедленно в полночь переправил большую часть своей кавалерии через реку Наб у Шварценфельда, а затем и остальные войска, с которыми немедленно двинулся к Амбергу. Вартенслебен наступал двумя колоннами. Правой, Края (9 батальонов и 24 эскадрона) – на Энгельштедт, и левой, под своим командованием, (13 батальонов и 22 эскадрона) – на Гермерсдорф. Два фланговых конных отряда шли: правый – к Ашаху и левый – к Лангенфельду. Последний сильно задержался восстановлением Швандорфского моста, и поэтому Вартенслебен выделил Гадика с 2 батальонами и 20 эскадронами для удержания кавалерии Шампионне и Гренье, собравшейся у Газельмюле. Гадик форсировал переправу через Фильс, завязав артиллерийский бой с дивизией Шампионне. Одновременно Вартенслебен и Край пошли на штурм позиций дивизии Колло у Мариагильфеберга (к востоку от Амберга). Эрцгерцог Карл, который также наступал в направлении Амберга, отправил Вартенслебену семь тысяч из своих войск, чтобы содействовать его атакам на французов. Журдан, видя невозможность удержаться при Амберге, начал отступление к Зульцбаху. Войска, стоявшие западнее города, отступили без затруднений, за исключением дивизии Колло. Дивизия Колло с двух сторон была подвергнута атаками превосходящими силами. Она переправилась через Фильс только благодаря мужеству арьергарда бригадного генерала Мишеля Нея, который, при выходе из Амберга, был настигнут кавалерией противника и окружен со всех сторон. Ней пробился, став во главе своих эскадронов, но его пехота (два батальона) тщетно пыталась отступить, построив каре; она отбила несколько атак австрийской кавалерии, но, наконец, была опрокинута и рассеяна. 700 человек попали в плен, а все потери французов за этот день достигли 2000 человек. С наступлением ночи бой прекратился, и австрийцы расположились около Амберга на позициях, оставленных противником: правым флангом к Альтмаленгофу и левым – к Обер-Амерталю. Эрцгерцог Карл признал успех в сражении при Амберге недостаточным, так как дал возможность французам уклониться от дальнейших ударов.

–– 24 августа. Бой при Фридберге. Фельдмаршалу Латуру, оставленному на Лехе, было приказано как можно дальше держаться от эрцгерцога Карла и не допускать каких-либо концентрических движений, которые позволили бы соединиться Журдану и Моро. Для достижения этой цели ему следовало сосредоточить свои силы на нижнем Лехе, но он не понимал важности этой стратегической точки и вместо этого распылил свои силы так, что сам остался при Фридберге только с 6000. Плато при Фридберге считалось сильной позицией. В это время Моро, не подозревая об маневре Карла, двинулся вперед. После переправы через Лех и во время наступления на Оттмаринг корпус Ферино двигался на левый фланг австрийцев и должен был их обойти, в то время как центр и левый фланг французской армии должны были их атаковать с фронта в направлении Леххаузена и Фридберга. Дезе, которому было поручено наблюдать за дивизией Меркантини, направил две бригады по дороге на Нойбург, чтобы перехватить отступление противника с той стороны. Оттмаринг был взят Ферино, а на фридбергское плато поднялся корпус Сен-Сира. Латур, видя, что его могут обойти, приказал отступать. Дорога на Регенсбург была перекрыта, и он хотел свернуть на Мюнхен. Но Ферино занимал Оттмаринг. Безуспешно пытаясь форсировать этот проход, австрийцы дали бой, но потерпели поражение, потеряв пехотный полк, и, полностью дезорганизованные, бежали проселочными дорогами между Мюнхеном и Регенсбургом.

–– Сражение при Вюрцбурге. 1 сентября французы были вытеснены австрийским авангардом из части Вюрцбурга на правой стороне Майна, которую они занимали с 24 июля. В первой половине дня, после того как охрана ворот была застигнута врасплох, около 20 легких кавалеристов вошли в город-крепость снаружи, а с помощью горожан и изнутри. Не зная истинного числа нападавших, французы спешно отошли к крепости Мариенберг на левом берегу Майна. Два австрийских батальона за один день заняли город, а затем завязался артиллерийский бой между французами в крепости и австрийцами на Гальгенберге. Утром 2 сентября дивизии Бернадота и Шампионне армии Журдана двинулась из Швайнфурта в Вюрцбург. Французский авангард появился на Штейнберге в полдень, за ним последовала тяжелая кавалерийская дивизия под командованием Бонно. Австрийцам пришлось вывести свои аванпосты с местных виноградников, французы заняли Аумюле и долину перед ней. В городе австрийский гарнизон под командованием Фридриха фон Готце совершил вылазку из цитадели и предотвратил вторжение французов, заняв валы. Несколько попыток французов войти в город через главный мост, чтобы открыть городские ворота, были отбиты. Австрийская дивизия на другом берегу реки под командованием фельдмаршала-лейтенанта