Елена Позднякова
Извороты ума. Ядовитая гиена

Ночной визит

– Погода дрянь, – сказал человек в шляпе, открывая дверь автомобиля. И шлепая по лужам, большими шагами, пошел к стоящему рядом зданию. Вбежав по ступенькам крыльца, он позвонил в дверь. Но в ответ, кроме звука капель падающей воды с неба о металлический козырек, установленный над дверью, человек в шляпе ничего не услышал. Он тяжело вздохнул и буркнул себе под нос.

– Черт подери, да откроешь ты или нет?!

– Может он не работает, – подумал человек в шляпе про дверной звонок и начал стучать.

Но железная дверь, на которой была прикручена вывеска «Юридическое агентство», издавало только металлический звук при соприкосновении удара кулака правой руки человека в шляпе. Он прислушался, но дверь сидела до того плотно, что услышать за ней какие-либо звуки было весьма вероятно. Оглядевшись кругом, он бросил взгляд на лампочку освещавшую крыльцо, окно и часть стены. Чуть поморщившись под моросящим дождем, человек в шляпе сбежал по ступенькам и, обойдя кусты живой изгороди, подошел к окну с лицевой стороны здания. Первый этаж был высоким, и даже с учетом роста человека в один метр восемьдесят сантиметров, окно все же располагалась выше его головы. Что вызвало очередной всплеск отрицательных эмоций, за которыми последовал мат. Но понимая, что другого пути у него нет, он, карабкаясь по стене, смог с третьей попытки громко стукнуть ребром ладони по стеклу.

В комнате зажегся свет.

– Ну, наконец-то, – пробормотал человек в шляпе и поспешил вернуться к входу в агентство, находящемуся с торца многоквартирного дома по улице Пекарей, 17.

Хозяин помещения не особо торопился открывать. Вначале раздался звук открывающего верхнего дверного замка, затем нижнего, а потом и внутреннего. Не дожидаясь, когда гостю откроют дверь, человек в шляпе взял левой рукой дверную ручку и потянул ее на себя.

– Спишь что ли? – сказал он, отодвигая хозяина в сторону, – Я весь промок, пока до тебя достучался. Зачем переехал сюда, чем тебя не устраивал офис в центре города?

– Это бывшая двухкомнатная квартира, переделанная в нежилое помещение.

– Ну и что? – в недоумении посмотрел на него ночной гость, снимая мокрый плащ и шляпу.

– Здесь есть спальня, ванна и кухня, – последовал ответ хозяина, – Что затих? Вещай все на вешалку, надевай тапки и проходи на кухню.

Послушно выполнив все указания хозяина, человек прошел на кухню.

– Так ты дома вообще не появляешься?

– Почему, бываю иногда.

– Ясно, – сказал гость, подвигая к себе стул, – Я по делу.

Не следуя его примеру, хозяин встал напротив и облокотился о край столешницы.

– А почему ты решил, что я здесь?

– Интуиция. Андриан ты один? – спросил гость, прежде чем начать свой разговор.

– Да, Петров.

– Не фамильярничай.

– Простите, Илья Александрович.

– Вот, шут, – произнес гость еле слышно, и чуть повысив голос, продолжил, – Убийство произошло в среду 25 марта, смерть наступила приблизительно в четыре утра.

– Я так понимаю, улик нет совсем? Или вы плохо поработали?

– Ты берешься? У тебя что, дел полно? – негодовал Илья Александрович.

– Нет, мне просто непонятно.

– Что тебе непонятно?!

– Ты приехал ко мне в начале первого ночи, мокнул под дождем, чуть не разбил мне окно и все ради того, чтобы сообщить, что убили кого-то в четыре утра 25 марта. У тебя все в порядке с головой?!

– Главное, чтобы с твоей головой было все в порядке, а точнее с мозгами. Ведь они тебе ой как понадобятся, когда ты увидишь фотографии с места преступления и ознакомишься с результатами судмедэкспертизы.

– А сейчас?

Илья Александрович поерзал на стуле и с неохотой вытащил снимок из внутреннего кармана пиджака.

Андриан подошел к молодому человеку и взял протянутую тыльной стороной вверх фотографию. Он уже привык к лику смерти, но увиденное им на снимке ввело его в ступор, мороз прошел по коже.

– Ты здесь? Сильно испугался? – поспешил на помощь Петров.

– Да.

– Да, ладно. Ты испугался?!

– Я не испугался, – стал оправдываться Андриан, – я имел в виду, что я здесь, просто задумался, немного шокирован, но тебе, похоже, весело.

– Вот ты скотина.

– Это серийный убийца? Ты проверил, были где-нибудь аналогичные преступления?

– Нет, не проверял, но сделаю это.

– Он ее изнасиловал?

– Нет, полового акта не было.

– Другие действия сексуального характера? – продолжал задавать вопросы Андриан, – Ведь она голая. Одна фотография мне ничего не говорит, но даже и сейчас понятно, что сопротивления не было.

– В точку, не было. Тело было парализовано под действием яда. Состав не до конца смогли определить. Что-то новое.

– Может быть ученым, химиком.

– Или приобрести вещество у кого то, – продолжил тему Илья.

– Может быть женщиной?

– Не думал об этом, – ответил Петров, – Предполагаешь, что лесбиянка?

– Нет, просто не вижу применения силы.

– Но и чисто женским убийством это не назовешь.

– Согласен, он получал удовольствие. При этом, как ты говоришь, полового акта не было. Импотент. Психологическая травма.

– Считаешь псих или маньяк?

– Узнаем мотив, выясним.

– Главное чтоб не стало висяком. Начальство сказало, уйдет дело в архив, меня расчленят. Так что брат, мне твоя помощь во как нужна. Характеристику, на убитую девушку, и все фотографии с места преступления, я тебе предоставлю. А также заключение судмедэкспертов.

– Хорошо, завтра появлюсь в отделе. В восемь утра тебя устроит.

– Нет, раньше девяти не появляйся.

Петров, решив, что он получил то, что ему было необходимо, а именно согласие Андриана на участие в раскрытии преступления, поднялся и направился в прихожую.

Закрыв за ночным гостем входную дверь на три замка, молодой человек, выключил свет в прихожей, вернулся на кухню и поставил чайник. Когда вода закипела, он сделал себе чай с лимоном, положив в кружку две чайные ложки меда, и прошел в свой рабочий кабинет.

Сна не было ни в одном глазу. Сделав пару глотков горячего напитка, Андриан с помощью лупы стал рассматривать снимок.

– Блин, – сказал он, – не спросил про орудие убийства и причину смерти. Сыщик хренов.

Тело девушки было покрыто множеством порезов, и как он не рассматривал, все же не мог определить или хотя бы предположить, чем могли так ранить кожу жертвы.

– Словно один сплошной кровоподтек или гематома. Да, – сказал он, тяжело вздохнув, – придется потрудиться и, откинувшись на диван, допил чай.

На составление рабочего плана для своего помощника у него ушло десять минут. Но мысли постоянно возвращались к преступлению.

– Нет, так нельзя, – в итоге сказал он вслух, – Сегодня больше об этом не думать. И закрыв рабочую тетрадь, отправился в кровать.

В прошлом году Андриан перешагнул свое двадцатисемилетие и хотя стаж юридической работы, в том числе в качестве консультанта по гражданскому, семейному и жилищному законодательству у него был чуть больше пяти лет, но из них за последние три года он в большей степени продвинулся как детектив при раскрытии уголовных преступлений. И все благодаря Петрову, руководителю следственного отдела, майору юстиции, ставшему в конечном итоге его другом. Они были чем-то похожи друг на друга, оба шатена, оба высокие. Несмотря на то что, Петров был старше Елизарова на три года, в профессиональном плане это никак не отражалось.

В отличие от сероглазого Елизарова, кареглазый Петров был человеком общительным и всегда находил общий язык с разными людьми, независимо от возраста, пола и вероисповедания. Любил пошутить, но при этом легко обижался. Его вспыльчивость и капризность нередко приводила к ссорам. Андриан же напротив взвешивал каждый шаг и продумывал последствия своих решений. Эмоции были не для него. Во главу угла он всегда ставил интеллект.

Обзавестись помощником Елизарову пришлось также из-за Петрова, который все чаще и чаще привлекал его по гражданско-правовому договору к участию в своей работе, и на дела агентства совсем не оставалось времени. А выпускнику юридического института нужна была практика, так Андриан и познакомился со Сорокиным Дмитрием Константиновичем.

Свидетель

Даже, если бы Андриан хотел поспать дольше обычного, то это бы у него все равно не получилось. Пушистый хвост рыжего кота Архипа, словно маятник, бил по его лицу. Попытки отодвинуть кота в сторону или сбросить его с кровати не имели успеха, кот возвращался к своему хозяину и продолжал ему докучать. Накинув на кота одеяло, Андриан быстро соскочил с кровати и побежал в ванную комнату. Сквозь шум льющейся воды из душевой лейки, молодой человек слышал пронзительное мяуканье своего питомца. Но прежде чем, он закончил принимать душ, мяуканье прекратилось.

– Наконец-то, – сказал Андриан, – а то уже хотел отвезти тебя к матери.

Кот конечно не слышал слов своего хозяина, а даже если бы слышал, то ничего бы не понял.

Осмотрев легкую щетину на лице и шее, молодой человек с неохотой посмотрел на бритвенный станок. Минута раздумий и чаша весов на проведение ритуала бритья перевесила.

Пока хозяин занимался личной гигиеной и уходом за кожей лица, кот спокойно сидел за дверью. Но стоило только Андриану выйти из комнаты, Архип бросился к нему в ноги и снова стал пронзительно мяукать.

– Что ты так орешь, – не выдержал на этот раз молодой человек, наполняя едой кошачью миску.

Не отставая от кота, Елизаров приготовил себе яичницу с беконом.

В 8 утра, он в полной готовности – гладко выбрит, слегка надушен, одет в строгий деловой костюм, плащ, создавая стильный и мужественный образ, вышел из офиса.

До встречи с Петровым у него оставался целый час, поэтому заскочив по дороге в супермаркет, Андриан купил продукты для матери. Он предусмотрел свои действия по минутам с тем расчетом, что дольше пятнадцати минут у матери не задержится. Припарковав свой автомобиль возле семиэтажки жилого комплекса «Радужный», молодой человек поднялся с пакетом продуктов на пятый этаж. После трех нажатий на кнопку звонка, входная дверь в квартиру 78 открылась.

– Почему не спрашиваешь кто? – возмущенно сказал он, перешагивая через порог, – Сколько раз тебе надо говорить об этом?

– Доброе утро, сынок, – ответила на эмоциональное замечание сына, пожилая женщина, чмокнув его в щеку.

– И не ворчи на меня, – добавила она, принимая пакет, – Так только ты звонишь.

– А если об этом кто-нибудь узнает, – не унимался Андриан.

– Кто?! – посмотрела она на него удивлено, – Ты совсем с ума сошел в своем агентстве, Петрова увижу, обматерю. У самого жена и ребенок, а мой сын в холостяках до сих пор ходит. Пусть сам раскрывает свои преступления.

– Интересно будет на это посмотреть, – улыбнулся Андриан, проходя вслед за матерью на кухню, – Ты материться то не умеешь.

– Я обучусь для такого случая, – ответила Елизавета Алексеевна, ставя бумажный пакет на стол.

– Я ненадолго.

– Опять Петров?!

– Ну, не начинай, мам. Ты сама говоришь, что людям надо помогать, – Андриан посмотрел на мать исподлобья, – А может быть это преступление века и твой гениальный сын его раскроет.

Женщина задумчиво посмотрела на сына, проведя ласково по его волосам. Ее мысли были где-то далеко. Но его вопрос быстро вернул ее снова в реальность.

– Скажи мне, кто мой отец.

– Нет, – резко ответила она и отошла от сына к плите, делая вид, что готовит на стол.

– Я сыт, можешь не стараться. Пока, мам, – Андриан направился к выходу.

Женщина не пошла за ним. Он не торопясь обулся и надел плащ, но мать не показывалась.

– Ладно, – еле слышно произнес, Андриан, – Я ушел, – уже громче сказал он и, захлопнув дверь, направился на встречу с Петровым.

Ему совсем не хотелось обижать мать, но временами у него все же возникало желание узнать о своем отце. Ведь у него даже не было отчества.

– Как у тебя нет отчества? – удивлялись люди, – А почему? Ты что иностранец?

– Да, нет, – отвечал с улыбкой Елизаров, – я просто рожден от духа святого, а у него нет имени.

Илья Александрович, несмотря на то, что сказал подъехать Елизарову не раньше девяти часов, уже без двадцати девять нарезал круги возле проходной, перекидываясь шутками с охранником.

Немного удивившись такого приема, Андриан пожал вначале протянутую руку охранника, а затем своего друга.

– Здорово, изменилось ли что за ночь?

– Нет, никаких зацепок.

Они прошли прямо по коридору и когда Елизаров, по привычке хотел войти в кабинет, Петров увел его дальше.

– Что-то новенькое, – сказал Андриан, но Илья не ответил.

Заведя, наконец-то друга в отдельный кабинет, расположенный за углом и скрытый от посторонних глаз, Петров сразу закрыл дверь на ключ, как только они вошли.

– Что происходит? – спросил Елизаров, – Ты от меня явно что-то скрываешь.

– Ну, что я от тебя могу скрывать. Просто не хочу, чтобы другие докучали, особенно женщины. Вечно вырядишься, весь из себя принц и нам, простым смертным, как-то неловко становится.

– Не знал, что ты ревнуешь.

Увидев на столе разложенный материал, Елизаров сразу забыл про Петрова и присев на стул, стал внимательно работать с документами. Просматривая бумаги, он откладывал изученный материал в сторону от левой руки, если документ ему был понятен и не вызывал дополнительных вопросов, в сторону от правой руки, если информация по его мнению была не полной или вызывала сомнение. Описание на потерпевшую поместилось на одном листе формата А4.

– Фалько Анна Сергеевна, – стал читать он вслух, – возраст 25 лет. Рост 170, волосы покрашены в цвет пепельный блонд. Андриан на минуту задумался, представляя себе жертву живой.

– Отец, управляющий банком «Пасури-банк». Анна Сергеевна на момент смерти безработная, образование высшее, маркетолог, – Андриан еле слышно вздохнул, и уже не произнося ни слова, пробежался глазами по тексту до конца.

– Не то все, не то, – сказал он, потирая ладонью правой руки по лбу, и отложив документ вправо, принялся за фотографии.

Разложив их на столе в один большой квадрат, он смотрел на них в целом и разглядывал каждую в отдельности.

Петров, сидевший все это время напротив, наблюдая за своим партнером, соблюдал полную тишину и старался не двигаться.

– Что замер?! – произнес Андриан, отрывая взгляд от фотографий и переводя его на Илью, – Характеристика или описание, как хочешь, называй, полное дерьмо. Что касается фото, два клуба я узнал, это «Высший свет» и «Черная кровь». А те, что с места преступления…, – Елизаров задумался и не закончил свою мысль.

Петров молчал.

– По мнению эксперта, – продолжал Елизаров, перескакивая с одной мысли на другую, – смерть наступила в результате болевого шока. Орудия преступления нет. Вы точно хорошо искали?

– Да, – выдавил из себя единственное слово Илья.

– Плохо, – ответил ему Андриан, и немного подумав, добавил, – Хочу в морг.

Петров встрепенулся, поправляя пиджак, – Завтра.

– Что значит завтра? – возмутился Елизаров.

– Завтра дежурит Паша.

– Да, ты мутишь. Катись к чертям, – вскочив со стула, молодой человек направился к выходу.

– Стой! – бросился ему наперерез Илья, – стой, тормози. Ну не переговорил я еще с начальством.

– Ты, что хочешь, чтобы я за решетку вместе с тобой влетел?! – и, отдергивая руку, руководителя следственного отдела, он схватился за дверную ручку.

Но Петров понимая, что если Елизаров сейчас выйдет из этой комнаты, то он его больше не увидит, навалился всем телом на дверное полотно.

– Иду, иду. Сейчас все улажу. Ты только здесь посиди.

– Сидеть будешь ты, пусти меня.

– Ладно. Ну, хотя бы подожди меня в кафе напротив.

Смягчившись и уступив уговорам друга, Андриан мотнул головой.

В кафе в это время суток посетителей почти не было. В дальнем углу, спрятавшись за высоким комнатным растением в кадке, сидел паренек в наушниках и что-то смотрел в ноутбуке. У барной стойки, двое парней развлекали официантку оживленной беседой. Увидев вошедшего посетителя она, извинившись, направилась к столику, за который присел Андриан.

– Доброе утро.

– Доброе, пожалуйста, кофе и две вилки.

– Простите?

– Кофе и две вилки, – повторил Андриан, – Сахар я сам добавлю, спасибо.

Девушка поняла, что последним словом клиент подвел черту, и дополнительные вопросы будут уже неуместны. Убрав блокнот в карман фартука, она пошла выполнять заказ.

Андриан наоборот достал из внутреннего кармана пиджака небольшую записную книжку. Открепив таких же размеров автоматическую ручку, являющуюся дополнением к блокноту, он набросал рабочий план. Размышляя над каждым пунктом плана и обдумывая свои дальнейшие действия, он изредка бросал взгляд через окно на проезжую часть дороги и центральный вход стоящего напротив серого здания. Надежды на то, что его друг появится через 10-15 минут, после того как он присел за столик, у него не было. Растягивая время, он медленно пил кофе и игрался с вилками. Когда Елизаров начал скучать, Петров появился в дверях.

– А ты не торопился.

– Не наезжай, – буркнул в ответ Илья и, бросив на стол документы в файле, добавил, – Поздравляю.

Не испытывая таких же радужных эмоций, Андриан вытащил договор. Пока он его изучал, Петров заказал себе кофе.

– Теперь мне понятна, твоя многоходовочка.

– Вот только не порть все, – умоляющими глазами Петров посмотрел на Елизарова, – Да, признаю, все вел к этому. Васильев давно от меня требует, чтобы я тебя включил в штат. То, что тебе погоны не нужны, его не волновало.

– Гад.

– Я или он?

– Не тупи, Петров!

– Все понял, но ты только послушай, какие плюсы тебе дает этот договор. Во-первых, с тобой не надо будет заключать договор каждый раз, и переживать согласится начальство или нет.

– Я и не переживаю, – вставил свое слово Андриан.

– Хорошо, я переживаю. Далее, я все равно постоянно обращаюсь к тебе за консультацией, и ты мне как другу помогаешь, а теперь тебе за это еще будут платить больше.

– Я тебя умоляю.

– Ладно, не делай такую гримасу. Я продолжу, ты можешь приходить в любое время, у тебя будет доступ к документам и архиву и мне не надо будет постоянно тебя при этом сопровождать. Поверь мне лучше быть внештатным сотрудником, чем мальчиком с улицы.

Видя, что Елизаров собрался встать и покинуть кафе, Петров поспешил исправить свою ошибку, – С «мальчиком с улицы», я погорячился. Ну, прости старого дурака.

Елизаров бросил взгляд на друга и видимо что-то обдумывая, подписал договор.

– Вот и молодец, – подбодрил, словно отец Петров.

– Морг. Квартира. Телефон.

– Ну, хорошо, – сказал Илья, делая большой глоток кофе, – Поехали.

До морга добирались на машине Ильи, брать служебную машину Петров не стал преднамеренно, чтобы не отчитываться о маршруте.

– Не стал заводить разговор в кафе, – начал Илья сразу, как только они тронулись с места, – Что ты хочешь увидеть в морге? Чем тебя не устраивает заключение судмедэксперта?

– Видел вилки?

– Видел, но не придал значение, – ответил Петров, посмотрев на Андриана.

– Ну и плохо. Судмедэксперт предполагает, что орудием могло послужить нечто похожее, если приставить друг к другу, вогнутой частью, две столовые четырех зубчатые вилки.

– Ну, это предположение, я это читал. Не надо быть таким критичным.

– Так, вот, – продолжал Елизаров, – даже если убийца использовал такое орудие, оно весьма неудобно. Я бы не стал его применять.

– Ну и на этом спасибо, – пошутил Петров.

С наружи одноэтажное здание было таким же мрачным и холодным, как и внутри. Открыв тяжелую металлическую дверь, молодые люди пошли по пустому коридору, слушая отголоски своих шагов.

Пока Илья заполнял формуляр у дежурного, Андриан, не дожидаясь друга, открыл дверь с квадратным окном и вошел в помещение с холодильными камерами.

– Привет, – сказал он мужчине, находящемуся в комнате, и пожал ему руку, – Живешь, что ли в холодильнике?

Но, не дав лаборанту открыть рот, Петров быстро бросил, – Я предупредил. Ну что ж, Николай, будем знакомить его с девушкой. Он у нас парень холостой.

– Ну и шутки у тебя дебильные, – оборвал Андриан.

Лаборант тихо улыбнулся и принялся за работу. Подкатив металлический стол каталку к нужной камере, он открыл дверь и проворными движениями вытянул труп и положил его на стол. Откатив каталку от морозильных камер, он установил ее под лампой, затем расстегнув мешок, отошел в сторону.

Андриан приступил к осмотру тела. Петров остался стоять в ногах. Он уже видел тело дважды, изучил фотографии, ему было все ясно и никаких вопросов относительно ран и повреждений на теле у него не возникало.

К неожиданности лаборанта и самого Петрова, Андриан резко нагнулся к трупу. И чуть ли не касаясь его носом, стал перемещаться вдоль тела. Илья, наблюдая за другом, слегка поморщился. Лаборант же наоборот, смотрел с большим интересом, как будто наблюдал за иллюзионистом.

– Что ты видишь? – спросил Андриан по окончанию своих действий.

– То же что и все, – повысив голос, ответил Петров, – Тело с множеством ранений, истыкано, буквально все, предметом напоминающим вилку. Обычно удары наносят ножом, но он этого не стал делать. Значит, не хотел, чтобы жертва умерла быстро. Он издевался над ней, нанося болезненные ранения в течение долгого времени и делал это до тех пор, пока она не умерла от болевого шока, так как сами раны по себе не являются смертельными. Налицо садист, извращенец, психически ненормальный тип.

Елизаров слушал Петрова внимательно, лишь изредка делая пометки в записной книжке.

– Твоя версия? – спросил Илья, закончив свой доклад.

– Я не буду столь красноречив, – начал Елизаров, – скажу лишь одно, он ее ничем не тыкал, он ее кусал.

– Да, ты…

Но Андриан не дал Петрову вставить слово, – Не перебивай. Сначала я подумал, что у него вставная металлическая челюсть. Но учитывая характер повреждений, в повседневной жизни ею пользоваться невозможно, он бы изрешетил себе всю полость рта. Я считаю, что он надевает эти резцы на передние зубы верхней и нижней челюсти, когда глумится над жертвой. Как надевают клыки, изображая вампира или оборотня.

– Считаешь, может быть фанатом или подражателем? Любитель фэнтези в общем, – рассуждал Петров.

– Не факт.

– Ну, факт или не факт, будем рассматривать все варианты.

– Интересная версия, – произнес лаборант, – Словно гиена, пожирающая свою добычу заживо.

– У меня аж мурашки по коже пошли, – сказал Петров, показывая свое отвращение, – Еще зоошизофреников нам не хватало.

Андриан промолчал, но реплика работника морга ему понравилась и, открыв блокнот, он отставил в нем очередную пометку.

– Слюна! – воскликнул Елизаров, оторвав взгляд от блокнота.

– Ты, что совсем считаешь нас тупыми?! – буркнул Петров, – Он протер тело хлоргексидином.

– Зачем тратиться, мог бы и водой.

– Не мог, – не унимался Петров.

– Хорошо, только остынь, – сказал Андриан и, попрощавшись с Николаем, направился к выходу.

Петров пошел следом, делая вид, что ничего не произошло.

Надежды на какой-либо улов в квартире жертвы у Елизарова не было. Ему необходимо было самому оказаться в обстановке, в которой произошло преступление. Петров же пока они ехали, рассчитывал если не найти те самые зубы, то уж что-то похожее на них.

Квартира покойной девушки находилась в элитном районе. Пятнадцатиэтажный многоквартирный дом издалека говорил о своей добротности. Его зелено-белый фасад выделялся на фоне серых, коричневых и бежевых зданий. Над входом, стеклянный козырек на консолях больше напоминал развернутый веер, а стеклянная автоматическая вращающаяся дверь позволяла не только видеть наличие охранника в холле, но и добавляла уюта и света.

Подходя к зданию, Андриан обратил внимание на прямоугольные балконы с правой и левой стороны.

– У них там бассейн, – не замедлил пояснить ему Илья.

Пропуская Петрова вперед, Адриан внимательно осмотрел холл, пост охраны и камеры видеонаблюдения расположенные с трех сторон. Петров, тем временем, поздоровавшись с сотрудником частного охранного профессионального агентства, вызвал лифт. Елизаров сделав круг, стал подниматься по лестнице. Решив, что молодой человек решил идти пешком, Петров крикнул ему в спину, – Стой, куда ты?! – но бежать за другом не стал.

Андриан отсутствовал недолго, каких-то три – пять минут.

– Что так долго? – спросил он, когда вернулся.

– Похоже, кто-то держит лифт на девятом этаже, – ответил Илья.

– А наш какой?

– Восьмой. Пешком не пойду, говорю сразу, так что не предлагай.

– Я вообще молчу, – ответил ему Андриан.

– Молчишь, но думаешь, – не унимался Петров.

Неизвестно, чем бы закончилась словестная дуэль, если бы лифт не добрался до первого этажа. Когда двери открылись, в холл выбежала целая свора маленьких собак.

– Так, вот кто виноват, – проронил Илья, пропуская хозяйку домашних питомцев.

Догадавшись, что речь идет о ней и ее собаках, увесистая дама бросила на него устрашающий взгляд. Молодые люди вошли в кабину лифта.

– Неплохо, – отметил Андриан, – можно под офис использовать.

Но Петров не оценил его шутку.

– Ладно, – сказал себе Елизаров, – продолжим. Есть, камера в лифте.

Петров продолжал молчать.

На удивление Андриана, лифт до восьмого этажа добрался быстрее, чем он ожидал, и молчание его друга не успело подействовать на него удручающе.

Двери открылись.

Елизаров вышел первым, – Вижу две камеры видеонаблюдения, – сказал он громко.

Петров не реагировал, хотя знал, слова предназначались для него.

Андриан продолжал рассматривать все вокруг, медленно двигаясь в направлении своего друга, – Большой, просторный коридор. Три квартиры на этаже, – проговорил он почти шепотом, когда Илья открывал входную металлическую дверь. Но не успел Петров ее распахнуть, как Елизаров прислонился к полотну правым плечом и слегка надавил.

– В чем дело? – буркнул Петров.

– Да здесь даже если пернуть захочешь, не сможешь этого сделать.

– Я понял, куда ты клонишь. Записи стерты. Вернее, запись не велась.

– Ну, а охранник то живой?

– Живой.

– Значит в сговоре.

– Ты что себя считаешь самым умным?! – взбесился Петров, – И вообще, отойди в сторону, нечего детали обсуждать в коридоре.

Елизаров повиновался.

Входя в квартиру, молодые люди надели бахилы и одноразовые латексные перчатки.

– Так ты меня все же просвети, что сказал охранник? – спросил Андриан, возвращая друга к прерванному разговору.

– Он периодически отлучался в туалет. Его в этот день мучила диарея. Начальник подтвердил, но замену осуществить не смогли. Двое отсутствовали, были за пределами города, один на больничном, один в отпуске.

– Сколько всего работников обслуживают этот участок?

– Пятеро.

– Хорошо, – сказал Андриан, – меньше возиться.

– Уже проверили. У всех есть алиби.

– Кроме того, у кого были проблемы с кишечником. Ведь как он подтвердит, что был в туалете?

Петров не ответил.

Бросив пререкаться с Ильей, Андриан отправился изучать квартиру. Прихожая плавно переходила в длинный коридор. С правой стороны в открытый дверной проем он увидел гостиную, совмещенную с кухней, но заходить не стал. Напротив, с противоположной стороны, располагалась спальня. Прямо, просторная ванная комната. Он осмотрел туалетные принадлежности, проверил ящики, но ничего, чтобы его заинтересовало, Андриан понимал, что здесь, как и в других комнатах поработали специалисты.

Петров, в отличие от Андриана, не прохаживался по комнатам впустую, а усиленно искал улики. Открывал ящики, пересматривал содержимое. Заглядывал во все углы и щели.

Вернувшись к спальне, Елизаров вошел в комнату и закрыл за собой двери. Двустворчатая распашная дверь со стеклянными полотнами позволяла видеть все, что находилось за пределами спальни, часть коридора и кухни-столовой. Стоя за закрытой дверью, Андриан наблюдал за Петровым. Илья, опустившись на колени, залез под обеденный стол из массива цвета «светлый дуб» и, отодвигая тяжелые стулья из этого же материала, водил руками по ковру.

– Явно что-то нашел, – подумал Елизаров, – Значит, скоро будет здесь. И продолжая свой осмотр, подошел к двуспальной кровати розового цвета. Молодой человек задумался, захотел бы он заниматься любовью с девушкой на таком ложе, но тут же отбросив порочные мысли, представил жертву лежащей на кровати. То, что Петров шел к нему, он видел, и когда тот резко распахнул дверь, это не было для него неожиданностью.

– Я серьгу нашел, – сказал воодушевленный Илья.

Но, как будто не слыша сказанного, Андриан спросил, – Ты меня видел?

– Что?!

– Дверь со стеклянными вставками, ты видел меня?

– Так она же тонированная! – психанул Илья, – Соберись уже!

– А ты что орешь?!

Между мужчинами возникла напряженная пауза. Обстановка накалялась.

– У тебя, что гормональный сбой, после увиденного в морге?! – нарушая личное пространство, выпалил Илья в лицо Елизарову.

Андриан ощутил кожей его теплое дыхание на щеке но, не поддаваясь эмоциям, ответил спокойно, – Нет.

Не говоря ни слова, Петров открыл ладонь. Украшение для уха было сделано из серебра, несмотря на то, что длина изделия доходила до шести см, оно не было объемным и тяжелым.

– Легкие, – произнес Андриан, взяв украшение из ладони друга, – грамма три-четыре.

– Если надо взвесим. Тебе зачем?

– Легко потерять.

– Я понял твою мысль, теперь осталось выяснить, кому она принадлежит. Если хозяйке, то значит, мы зря потратили свое время. Приступим.

Елизаров не стал спорить с Петровым и присоединился к поискам второй серьги. Однако поиски не увенчались успехом, среди украшений жертвы такого же изделия не было.

– Украшения обычно хранят в спальне, – сказал Илья, – Но, она вполне могла оставить ее где угодно. Будем смотреть везде, – и словно с новыми силами, приступил к поискам того во что он верил.

– Как скажешь, командир, – еле слышно ответил Андриан, и пошел в противоположную сторону.

Когда к нему присоединился Илья, в квартире не осталось ни одного не изученного места.

– Что у тебя?

– Ничего.

– Значит, это не ее серьга.

– Да ладно, – съехидничал Андриан, – А может она вторую потеряла.

– Может, а может, и нет, – обиделся Петров и, сфотографировав серьгу, отправил фото Елизарову, – Раз у нас здесь больше вопросов нет, поехали обратно в отдел. Тебе, кажется, еще нужен был телефон.

– Да, и завтра вечером мы идем в клуб. Так что, готовь деньги.

– Я, конечно, знал, – заметил Илья, – что ты любишь работать в полевых условиях, но какие у меня будут основания тратить деньги в пабах. Цель?

– Пока не могу сказать, – ответил Андриан, следуя за Петровым, – но к вечеру думаю, у меня будут для тебя аргументы.

– Ладно, уговорил, – согласился Илья, – не буду с тобой спорить. Обедать где будешь? Подбросить в офис или к маме?

– Нет, обедать буду в полицейской столовой.

– А что так? – не скрывая удивления, Илья посмотрел на друга.

– Не пялься. Нормально кормят.

– Девушки. Ах, ты жук, – с каждым словом улыбка на лице Петрова становилась все шире, – Но я расследую это дело.

– Валяй, – отпарировал Андриан, оставаясь все таким же серьезным, – но смеется тот, кто смеется последним. Тело, кто нашел?

– Ты как то странно перескакиваешь с одной темы на другую.

– Тело, кто нашел? – повторил свой вопрос Елизаров.

– Отец вместе с помощницей по хозяйству. В одно время подъехали к дому.

– Отца мы можем подозревать?

– Думаю, нет, – твердо ответил Петров, – Но алиби его проверили.

В отделе в это время было пусто, что очень радовало Петрова, так как не надо было перекидываться словами с коллегами. Достав телефон из сейфа, он отнес его Елизарову в тайную комнату, не забыв при этом напомнить об ответственности за потерю вещественных доказательств.

– А что он у вас проходит по делу?

– Не умничай, вечером отдашь. Я тебя оставляю.

– До вечера, – ответил Андриан вслед уходящему другу, и уже про себя добавил, – Оно и к лучшему.

Идти в столовую он не спешил. Фотографии, предоставленные Петровом, остались не тронутыми. На снимках убитая девушка позировала одна либо в компании других девушек. Всего на трех, которые он сразу отставил в сторону, мелькали мужские лица.

Цвет телефона немного озадачил молодого сыщика, он был металлическим. Холодный серый цвет. Даже не каждый мужчина выберет себе телефон с таким оттенком.

– Что-то не сходится, – прошептал, тяжело вздохнув, Андриан.

Когда Петров передавал ему гаджет, он не обратил на это внимание. Покрутив телефон в руках, Андриан отметил хорошее состояние вещи, хотя модель была не новой, почти пятилетней давности. Блокировка экрана отсутствовала.

– Не было или сняли? – произнес Андриан, делая попутно заметку в блокноте.

Изображение на главном экране заставило его отвернуться, но справившись с эмоциями, Елизаров вновь нажал на кнопку возврата на главный экран и вспомнил слова Петрова про вещдок. Экран загорелся вновь и на Андриана устремился взгляд полный ужаса и боли. Словно привороженный он заглянул в ее глаза.

– Не может быть, – прошептал Андриан.

Очередным удивлением для него послужило содержимое в приложении галерея. Снимков было мало. На дату 25 марта не оказалось ни одного. А на тех, что были сделаны раньше, ни у одной из девушек не было в ушах серег похожих на найденную в кухне-гостиной. Никакой новой информации, они для Елизарова не несли и практически не отличались от тех, что лежали на столе. Сообщения мобильной связи были в основном из банка и из различных бутиков. Но больше Елизарова интересовала система обмена текстовыми сообщениями через Интернет, которую он оставил напоследок. Количество контактов 138.

– Не густо, для тусовщицы, – произнес он.

Чат многих контактов был пустым. Читая и прослушивая голосовые сообщения, сыщик узнал о проблемах с пищеварением, о непростых отношениях с отцом, о ремонте автомобиля и об отсутствии секса. Однако, пара одинаковых сообщений все же заинтересовала его больше, и достав из кармана блокнот, он сделал пометку «Завтра ЧК». Сообщения были датированы 24 марта. Профиль первого контакта не позволял четко разглядеть лицо девушки сидящей за рулем спортивного автомобиля. В профиль второго контакта была помещена фотография двух девушек сидящих в обнимку за стойкой бара. Андриан сделал снимок, на его лице появилась слегка заметная улыбка. У девушки с длинными белокурыми волосами в ушах под светом софитов сверкали таинственные серьги. Снова открыв контакт с названием «Маруся Валюта», он стал перечитывать сообщения: «Ты дурой была, дурой и помрешь. А у меня с этим проблем нет. И зачем было нести всю эту чушь при Эдике». Ответа со стороны Анны не последовало. Но Маруся Валюта видимо в тот момент не успокоилась и отправила визитку базы отдыха «Горное голубое озеро». На визитку Анна отписалась «Еще есть время до мая, я подумаю». Переписав номер контакта, Елизаров связался с Петровым.

– У меня все. Три фотографии, я заберу на время. Телефон готов отдать и еще мне нужны данные контакта.

– Иди к Амурскому Васе, – коротко ответил Илья, – Что нашел?

– При встрече, – сказал Андриан и добавил, – У нас есть свидетель. И не дав сказать и слова другу, прервал сотовую связь.

– Зараза! – крикнул Петров, покрывшись тут же багровыми пятнами на лице, – Что за манера говорить «А» и бросать трубку! – продолжал он возмущаться, несмотря на появившуюся стреляющую боль в голове.

Амурского Василия Андриан знал хорошо. Пожав пятидесятилетнему кучерявому аполлону руку, он последовал за ним в кабинет Петрова.

– Рад, что ты с нами.

– Не разделяю твои чувства.

Василий на слова Андриана засмеялся, – С годами поймешь. Из тебя получился толковый сыщик и это не благодаря твоей юридической конторке.

– За «конторку» не обижаюсь, в остальном согласен.

– Сложный ты человек, Елизаров.

Андриан не ответил, его лицо оставалось таким же серьезным, а взгляд проницательным.

– Ладно, давай телефон, а контакты девушки отдам Петрову, или ты будешь ждать?

Андриан задумался над ответом, одновременно наблюдая, как Василий упаковывает телефон в пластиковый пакет и прячет его в сейфе.

– Нет. Можешь не торопиться. Пока.

Выйдя из кабинета, он первый раз взглянул на часы.

– Половина четвертого. Времени достаточно, – сказал он сам себе и направился к выходу из здания.

Несмотря на то, что разговор с матерью с утра был сложным, Андриан обедать все же поехал к ней. Но его опасения были напрасными, мать не затронула тему работы, а также не проронила ни слова о Петрове, лишь напомнила, что вечером приедет тетя Вера и он должен обязательно быть.

Илья не дожидаясь, когда его друг и коллега снизойдет до него и расскажет о том, что ему все же удалось найти и кого он считает свидетелем, после разговора с Андрианом, закончил свои дела и вернулся в управление. К этому времени у Амурского уже была для него информация о девушке. Осталось только пойти по стопам Андриана и просмотреть контакты в телефоне. И вот также как и у его друга на лице Петрова появилась улыбка.

– Ах, ты черт, – сказал он вслух. И вернув гаджет в сейф, выбежал из кабинета.

Дом, по адресу, которого была зарегистрирована Соболева Марина Михайловна, находился в том же квартале, что и дом убитой девушки. Но на этот раз было все иначе, скромнее, без вращающихся входных дверей, охраны и камер видеонаблюдения. Ее квартира находилась на четвертом этаже и не вызывая лифт, Илья поднялся по лестнице. На его звонок, не спрашивая «Кто там?», дверь открыла женщина ближе к пятидесяти.

– Добрый день, следователь Петров, – быстро, но не громко произнес Илья, протягивая раскрытое удостоверение, – можно войти?

Взглянув на него внимательно, женщина возразила, – Вы руководитель.

– И это тоже, – ответил твердым голосом Илья, – Давайте не будем терять время. Мне необходимо увидеть Соболеву Марину, она дома?

– Да, моя дочь принимает ванну.

– Я могу войти, – повторил Петров.

– Нет, – жестко запротестовала женщина. И вообще, – продолжила она тем же тоном, – что вам от нас надо?!

– Мы расследуем убийство Фалько Анны. Есть предположение, что Ваша дочь находилась рядом с ней в момент убийства. Мне надо задать ей пару вопросов.

– Что Вы несете! – вздыбилась женщина, – Моя дочь непричастна!

– Тише, – попытался ее успокоить Илья.

Но, совершенно не слушая незнакомого ей молодого человека, женщина с силой, которая у нее была, рывком потянула дверь на себя.

– Стойте, – крикнул он в уже почти закрытую дверь, – я ведь могу направить повестку на допрос. И отвечать на мои вопросы Вам все равно придется, в присутствии адвоката, конечно же. Но так мы потеряем время.

Женщина не отвечала, но Илья был уверен, что она его слушает и говорил, не останавливаясь ни на минуту.

– Когда я сообщил Вам, что она могла быть на месте преступления, я имел в виду, что она является свидетелем, хотя сама того не знает. Но в этом то и весь ужас, что убийца видел ее, а значит ее жизнь под угрозой, – Илья понимал, что переигрывает, но слова на мать Марины подействовали, и она открыла дверь.

– Проходите.

В квартире было тихо.

– Я позову дочь, а Вы пока присядьте на кухне.

Проводив женщину глазами, Илья вошел в комнату и выбрал место за столом. Он не успел толком рассмотреть обстановку, как женщина появилась вновь.

– Буквально пять минут. Может сок или чай?

– Не откажусь от сока.

Пока женщина возилась, Илья прокручивал в голове варианты предстоящего разговора с девушкой.

– Вы сказали, что она даже не знает, что является свидетелем. Так как же она им может быть? Ведь свидетелю должны быть известны какие-либо обстоятельства происшествия. Не так ли? – сказала женщина, вопросительно посмотрев на Петрова, и поставила перед ним стакан с апельсиновым соком.

– Все верно. Вот это я и хочу выяснить, – ответил Илья.

Девушка оказалась привлекательной, но это была искусственная красота. Нарисованные брови, ресницы словно щетка, губы, волосы, ногти. Никакой изюминки, нет ничего, что останется в памяти.

– Привет, – Илья поприветствовал вошедшую Марину, привстав с места.

Девушка в длинном шелковом халате и с чалмой на голове лишь слегка кивнула. По выражению ее лица, Петров понял, что ему здесь не рады. Но это его совсем не волновало.

– Доченька, что-нибудь будешь? – таким нежным и ласковым голосом, мать говорила со своей дочерью, что у Ильи закрались сомнения, та ли это женщина, которая только что говорила с ним.

Марина выбрала сок. Наполнив высокий стакан напитком, мать поставила его рядом с дочерью и присела на стул.

Дождавшись, когда можно начать разговор, Илья обратился к женщине, – Вы не представились. Как мне к Вам обращаться?

– Наталья Юрьевна.

– Не буду заходить издалека, Вам известно Марина, что произошло с Вашей подругой. Так....

Оборвав Петрова на полуслове, девушка резко сказала, – Она мне не подруга.

– Хорошо, – ответил он на резкость спокойным голосом, стараясь не подогревать отрицательные эмоции собеседника, – Когда в последний раз Вы ее видели?

– Во вторник, 24 марта в ночном клубе.

– Что-нибудь подозрительное?

– Подозрительное?! Ты что несешь?

– Марина, – мягко, но твердо, Наталья Юрьевна одернула дочь.

Девушка фыркнула, но отпив сока все же ответила, – Мы просто общались. Пели, пили, танцевали.

Илья вздохнул, диалог не выстраивался.

– В квартире убитой мы нашли серьгу. Она Ваша? Показывая ювелирное украшение, извлеченное из внутреннего кармана пиджака, он внимательно наблюдал за реакцией девушки.

Марина замялась.

– Может быть и моя. У меня есть точно такие же серьги.

– Так Ваша или нет?! – настойчивее спросил Илья.

– Вполне может быть и моей. Я потеряла одну.

– Когда?

– Да не помню я! – девушка перешла на крик.

Мать уже не останавливала дочь, – Я думаю Вам лучше уйти, – обратилась она к Петрову.

– Ну, нет, – сказал он про себя, а вслух ответил, – Мой напарник должен подъехать. Я с ним свяжусь.

Достав телефон из кармана брюк, молодой человек стал быстро набирать пальцем правой руки адрес Андриану.

– Зачем нам посторонние люди в доме?! – не согласилась женщина, – Нечего. Уходите.

Но Петрова это не останавливало, – Вам все равно придется отвечать на мои вопросы, только в отделе это будет гораздо дольше.

– Вы нам угрожаете?! – женщина вскочила со своего места.

– Успокойтесь. Прошу.

Илья отреагировал на звук и переключил свое внимание с встревоженной женщины на экран гаджета, – Уже едет. Пятнадцать минут погоды не сделает. Девушка пока может волосы высушить.

– Так, в моем доме командовать могу только я. Пошел вон! Иначе, я найду, кому позвонить.

Понимая, что разъяренная женщина хуже дикого зверя, Илья повиновался и покинул квартиру.

Андриан, припарковавшись рядом с домом, быстрым шагом пошел к подъезду. Не снижая темп, он поднялся на четвертый этаж.

– О, а ты что здесь загораешь? – спросил он, увидев Илью, – Выгнали что ли?

Илья не ответил, только мотнул головой.

– Все так серьезно?! Так что ты успел им сказать?

– Про серьгу и что Марина в опасности.

– Она одна?

– Нет с матерью.

– Пошли. Почему меня сразу не позвал?

– А ты почему не поделился результатами?

– Ты что ребенок? – психанул Андриан, – По телефону вообще ничего нельзя говорить. И подтолкнув друга, стал вместе с ним подниматься наверх.

Звонок в дверь насторожил Наталью Юрьевну.

– Опять он, – бросила она дочери, – Ну, сейчас я ему устрою.

Не спрашивая, как и первый раз, «Кто там», женщина распахнула дверь. Первым кого она увидела, был Андриан.

– Добрый день, – сказал молодой человек.

– Добрый, – ответила она, – Вы кто? Но посмотрев влево, заметила Петрова, и сама же ответила на свой вопрос, – Партнер значит. Я вызываю полицию.

– Я и есть полиция, – твердо ответил Андриан, – Вы не хотите сотрудничать с полицией?! Вам есть что скрывать?!

– Притормозите, – парировала женщина, – Не надо наезжать.

– Я и не пытаюсь, – продолжал настаивать Андриан, – Мне надо поговорить с Вашей дочерью. Поверьте, много времени это не займет. Если Вам что-то не понравится, Вы в любой момент сможете прервать разговор, и мы продолжим его уже в отделе, повестку на допрос направим сразу же.

Женщина задумалась, – Этот не так прост, – говорила она себе.

– Ладно, проходите, – в итоге сказала она и пропустила молодых людей, – Проходите в гостиную.

Андриан вошел первым. Марина расположилась в большом, обитом зеленным бархатом, кресле положив скрещенные ноги на рядом стоящий пуфик.

– Привет, – сказал он и улыбнулся широкой улыбкой.

Девушка с недовольным видом посмотрела на вошедших молодых людей и отвернулась, уставившись в телевизор.

Совершенно не обидевшись, убрав ноги девушки, Андриан присел на пуф.

– Ты что себе позволяешь! – возмутилась она.

– Это, я для того, чтобы лучше тебя видеть, – ответил он, не растерявшись.

– Мне больше нечего сказать.

– Проверим.

– Что?!

Не отвечая на возмущение девушки, и совершенно не замечая ничего вокруг, Андриан задал свой вопрос.

– А можешь припомнить, она одна поехала домой или ее кто-то провожал?

– Она уехала на своей машине, – грубо ответила Марина.

– Она же в ремонте. Так ты знаешь, как она добиралась до дома? – продолжал настаивать Андриан, пристально смотря в глаза девушки.

– Нет, я не видела, – ответила она все таким же тоном, – Может, вызвала такси, – но на минуту задумавшись, добавила, – А может кто-то и подвез.

– Кто-то, – повторил Андриан слова девушки, – У нее был мужчина?

– Вообще нет. Она слишком разборчивая.

– Потому что другая, потому что умная?

– Чересчур.

– Ты ее ненавидела?

– К чему этот вопрос, – фыркнула Марина, – Я ей ничего плохого не делала и не надо меня впутывать в эту историю.

– Давай так, – пытаясь сгладить напряженную ситуацию, – я немного расскажу об Анне, а там где ошибусь, ты меня поправишь.

Девушка не ответила, и Андриан принял ее молчание за согласие.

– Анна, благодаря ее влиятельному отцу, получила хорошее образование. Умна. Ее нельзя отнести к тем, кто прожигает свою жизнь впустую. Но почему же она это делает, задался я вопросом. И пришел к выводу, что конфликт с самим собой у нее возник из-за отца. Полагаю, что устраиваться на работу обычным клерком и строить карьеру ей не давал отец. А как же, он считает, что его дочь может занять только должность начальника. Вот здесь то и начинается проблема, ее проблема. Ей хотелось, чтобы люди воспринимали ее как личность, а не как дочь банкира. И мужчину она искала такого же.

– Не думала, что все так серьезно, но что-то в этом есть, – сказала Марина задумавшись.

– И розовая спальня, это тоже назло отцу?

– Ну, ты даешь. Нет, она со мной не делилась.

– Вернемся в ночной клуб «Черная кровь». Вы ведь там отдыхали в ночь с 24 на 25 марта?

– Слушай, если ты все знаешь, зачем спрашиваешь?

– Спасибо, – Андриан кивнул головой, – значит я на верном пути. Было ли за вечер что-нибудь такое, чтобы казалось чем-то необычным или подозрительным?

– Нет, – резко ответила Марина, – Что может быть подозрительным. Ты вообще в клубе бывал?

– Бывал, – ответил спокойно Андриан, – И сегодня тоже пойду.

– Я много выпила в тот день, так что, – девушка немного смягчилась и поправила край халата.

– Во сколько ты ушла? – спросил Андриан непринужденно, чувствуя, как разговор пошел в нужное русло.

– Рано, около двух.

– Вызвала такси?

– Нет, сама села за руль.

– Ты же сказала, что много выпила?!

– Ну и что, – слова сказанные Андрианом, удивили девушку.

Видя ее реакцию, он решил не вдаваться в подробности управления автомобилем в нетрезвом виде и задал очередной вопрос, – Поехала сразу домой?

Она не ответила.

– Так ты помнишь, куда ты поехала после вечеринки? – повторил Андриан, смотря на задумавшуюся девушку.

– Сначала да, но поднявшись, поняла, что не смогу открыть дверь квартиры, так как ключи остались у Анны.

– Почему? – искренне удивился Андриан.

– Сломался замок у клатча. И я его положила к ней в сумку. У меня остался лишь телефон.

– А ключи от автомобиля?

– У парковщика. Я ему за сохранность доплачивала, – ответила она, и добавила, – Так надежнее.

Андриан улыбнулся.

– Мне пришлось спуститься и поехать к ней, – продолжила свой рассказ Марина. Забрав клатч, вернулась домой.

– Подожди, подожди, – поспешил внести дополнение Андриан, понимая, что девушка многое упускает, – Что тебе сказал охранник при входе?

– Какой охранник? Сторож?! Так с часа ночи до пяти утра он спит у себя в комнате.

– Всегда? Такое бывает постоянно?

– Ну, да, – утвердительно ответила она.

– Кто еще об этом знает?

– Сложно сказать. Тот, кто не спит по ночам.

– Понял. Хорошо. Как ты вошла? – продолжал вытаскивать информацию из девушки Андриан.

– Через дверь, она была открыта.

– Открыта?!

– Да, я сказала, открыта.

– Прости, этот вопрос я задал себе, продолжай, – Андриан достал из внутреннего кармана блокнот и сделал в нем пометку.

Девушка молча наблюдала за ним.

– Продолжай, – он повторил.

– Сначала я искала сумку в прихожей, потом пошла на кухню. И нашла ее там, она валялась на полу, возле стола.

– Там-то ты и потеряла серьгу.

– Да, когда я наклонилась над сумкой, волосы мешали мне. Откинув их, я почувствовала, как сережка зацепилась. Я попыталась …

Видя, что девушка запуталась, Андриан решил ей помочь.

– Ты очень торопилась, плюс алкоголь, который немного, но тормозил твои движения, и из-за этого у тебя началась паника. Паника, – продолжал он, – паника, потому что ты хотела уйти незамеченной. Кто там был?! – строго и в упор спросил Андриан.

– Я не знаю, – завывающим голосом ответила Марина.

– Но ты же это поняла.

– В прихожей я заметила пару мужских ботинок.

– Размер? Ну, хотя бы примерно?

– Нет, не скажу.

Андриан выставил правую ногу в сторону.

– Посмотри на мою ступню.

Она задумалась, – Наверно такая же.

– Может больше? – задал он уточняющий вопрос.

– Нет, точно не больше.

– Сможешь описать?

– Обувь?

– Да.

– Легко. Бархатные ярко синие полуботинки на коричневой подошве и такого же цвета шнуровке. Больше сотки за каждый.

– Сотки чего? Ботинки что по отдельности продают?

– Сто тысяч рублей. Это брендовая обувь.

– Так, – Адриан задумался и стал рассуждать вслух, делая при этом небольшие заметки в блокноте, – Имеет вкус, хорошо зарабатывает. Скорее брюнет.

– Это еще почему? – спросил Илья, сидевший в таком же кресле, что и Марина.

Оторвавшись от блокнота, Андриан посмотрел на друга, – Цвет ботинок. Более того, синий цвет нам говорит об индивидуальности, о яркой личности.

– Ну, с личностью ты ошибся, это не личность, это тварь!

Андриан промолчал на реплику друга, и продолжал, – Цвет глаз черный либо темно-коричневый.

– Брось, – перебил его Илья, – ты по одному цвету обуви даешь описание всего человека. Может, ты нам еще, про характер расскажешь? – решил он пошутить над другом.

Но Андриан шутку принял за вопрос, – Отчего же, – ответил молодой человек, – преступник умен, хладнокровен. Убивает ради удовольствия, причем не спеша.

– Убийца, что был там в это время?! – внезапно закричала девушка. Пальцы ее рук затряслись. Она первый раз за все время почувствовала страх. Дрожь от рук перешла на все тело и губы ее задрожали.

Наталья Юрьевна, стоявшая в проеме двери, увидев перемену в дочери, встревожилась и поспешила к ней.

– Что Вы несете?!

– Правду, – ответил Андриан, вставая с пуфа, – У меня осталось три вопроса, и мы уйдем. Прошу отвечать честно. Кто такой Эдик?

– Один из наших общих знакомых. Между мной и Анной возникла небольшая ссора. Мы не сошлись во мнениях относительно мужчин. Он просто в этот момент вошел в комнату и стал свидетелем разговора. Что еще?

– База отдыха «Горное голубое озеро».

– Я вообще не понимаю, зачем тебе эта информация?!

– Отвечай, – твердо сказал Андриан.

– Решили съездить отдохнуть.

– Когда?

– В мае.

– Это я и сам знаю. Когда?

– С первого по десятое число.

– Напишешь мне список. Полностью фамилия, имя, отчество и что про этого человека знаешь. И отправишь по электронной почте, вот адрес и мой номер, – Андриан протянул девушке свою визитку, – Да и еще, звони в любое время. Что-то тебя напугало или вызвало подозрение, звони. Обращай внимание на окружение, на тех, кто рядом. Помни, он тебя видел.

– А может, ты ошибаешься, и он меня не видел.

– Он видел тебя, – настаивал Андриан, – он стоял в нескольких шагах от тебя. Он знает, что ты увидела и запомнила его обувь.

– Тогда почему он на нее не напал? – опередив Марину, спросил Илья, тем самым обратив внимание присутствующих на себя.

– Потому что у него просто не было времени, чтобы ее убить.

– Не понял, – сказал Илья и с недоумением посмотрел на друга.

– Это хищник. Класс – млекопитающие, подотряд – кошкообразные.

– Что за бред ты несешь?! – хотел уже сказать Илья, но не успел.

Андриан продолжал, тем самым еще больше приводя в ужас девушку и ее мать.

– Именно у такого типа людей густые и волнистые волосы.

– Я не думала, что все так серьезно, – на глазах у Марины появились слезы.

– И последнее, – сказал Андриан, вытаскивая фотографии из кармана пиджака, – что за молодые люди. Ты знаешь их?

Марина взяла из рук Андриана три снимка.

– Это Николай, встречается с Людой, она справа, – девушка указала пальцем для точности, – На второй фотке Дима. Живет в другом городе, приезжает редко. Один, два раза в год. На третьей, вообще не знаю кто. Случайно попал в кадр. Хотя, похож на администратора Вадима.

– Спасибо, – сказал Андриан, забирая назад фотографии.

Распрощавшись, молодые люди покинули квартиру.

– Ты совсем свихнулся, – шепотом сказал Илья, стоило им только спуститься на третий этаж, – Какой хищник?!

– Я хотел сказать, что убийца он словно хищник, – Андриан остановился и посмотрел в глаза другу, – Ты видел когда-нибудь хищника на охоте?

– Да откуда ж мне, – съехидничал Илья.

Не обращая внимания на его слова, Андриан продолжал, – Хищник часами выслеживает свою жертву. Он спокоен, не реагирует на посторонние звуки и никуда не торопится.

– И что?!

– Сыщик он тоже хищник, только его жертва другой хищник. И побеждает тот из хищников, чья сила воли и разум сильнее.

– Никаких игр! – жестко сказал Илья и, обогнув друга, направился к выходу.

Особняк в поселке «Лесное»

Бросив взгляд на удаляющуюся спину Петрова, Елизаров повернул в противоположную сторону.

– Еще говорит, что я псих, – буркнул он себе под нос. Останавливать, а тем более объяснять что-то своему нервному другу, Андриан не хотел и от дома Марины поехал к матери, купив по дороге два букета цветов. Ожидая его прихода, дверь открыла мамина сестра.

– Да ты ж мой любимый племянничек, – прощебетала она, целуя поочередно Андриана в обе щеки, – Ну, скажи мне, коль от матери скрываешь, девушка то у тебя есть?

– Нет.

– Что же это такое, – запричитала она, принимая из рук Андриана букет, – такой парень пропадает.

– Что значит пропадает?

– Вот это и значит, – укоризненно ответила она.

– Не трогай его, а то уйдет, – Елизавета Алексеевна вышла из кухни, снимая на ходу фартук, – Потом целый месяц ждать буду. Характер в отца.

Букет, предназначенный для матери выпал из рук Елизарова. Последние слова стали неожиданностью не только для него, но и для родной сестры Елизаветы Алексеевны.

– Лизочка, ты, что о нем узнала? – выпучив удивленно глаза, прошептала тетя Вера.

– Нет, – выпалила она, – Просто, если это не от меня, значит от него.

Андриан поднял букет и для себя решил лишние вопросы не задавать и не делать из сегодняшнего вечера, вечер откровений. В отличие от него, тетя Вера, почувствовала, как акула запах крови и, жаждая удовлетворить свое женское любопытство, поспешила вслед за Елизаветой Алексеевной, закидывая ее вопросами с разных сторон.

– Если не замолчишь, – гаркнула на сестру хозяйка дома, – отправлю домой.

На первый взгляд, Андриану показалось, что вечер будет гнетущим, но с легкой руки его матери, он пролетел быстро.

– Как у тебя дела в агентстве? Работа нравится? Она приносит доход? – спросила тетя Вера своего племянника, когда сели играть в карты.

– С какого вопроса начать? Дела идут хорошо, работа нравится, если бы не нравилась, то не занимался.

– Как то сухо и грустно.

– Не хочет ничего рассказывать, – вторглась в разговор Елизавета Алексеевна, – Он в основном работает на уголовный розыск.

– Это еще что?

– Это Петров.

– Кто такой Петров?

– Петров, это вредитель, – начала возмущенно Елизавета Алексеевна.

– Мама, – попытался остановить ее Андриан.

– Вредитель, я еще раз повторю, – настаивала она.

– Так в чем же его вред? – недоумевала тетя Вера.

– Петров, это руководитель следственного отдела. У него не всегда складываются рабочие отношения с одним из его сотрудников, Амурским Василием.

– Да, с Амурским не каждый жаждет работать, – вставил Андриан.

– Не перебивай мать. Так, вот этот Петров нашел в лице моего сына своего друга и ему хочется, чтобы он всегда был рядом.

– Ну и что. Разве плохо, что у твоего сына есть друг?

– Ты не даешь мне договорить сестра. Чтобы начальство разрешило участвовать Андриану в раскрытии преступлений, он сделал из него супер сыщика.

– Ты не веришь в мои силы и знания? Считаешь что я плохой детектив? – спросил Андриан, пристально посмотрев на мать.

– Нет, я знаю, что ты на многое способен. Но он делает из тебя «небожителя». Ты такой же смертный, как и остальные, и тоже можешь допустить ошибку. Только за другими этого не заметят, а тебе не простят.

– Ты преувеличиваешь, Лиза.

– А сколько это порождает завистников, а? Как они будут счастливы, когда он спотыкнется. И он постоянно пытается кому-то что-то доказать.

– Да ничего я не доказываю, – взорвался Андриан, – я останавливаю зло.

– Так, давайте успокоимся, – поспешила сказать тетя Вера, – Андриан пусть идет спать, ему завтра на работу, а мы с тобой еще коньячка выпьем.

Елизаров часто оставался ночевать у матери, и в ее трехкомнатной квартире у него была своя комната. Так как за последние два месяца он еще и перевез почти все личные вещи в офис, то в своей двухкомнатной квартире появлялся лишь при необходимости.

Переодевшись в банный халат, молодой человек направился в душ. Вода немного освежила мозги, и он почувствовал прилив сил, которые решил направить для работы. Но вернувшись в комнату, расположился не за письменным столом, а прилег на кровать. Версии убийства и личности преступника, он рисовал в своей голове, пока не погрузился в сон.

В своем сне Андриан, находясь в невидимом месте или комнате, смотрел за женщиной, идущей по тротуару, к гостиничному комплексу, состоящему из трех крупных зданий. На улице становилось темнее, и роскошные огни гостиничных номеров становились все ярче и ярче. Площадь между отелями была заполнена прогуливающимися людьми, людьми, сидящими на скамейках, на бортиках возле фонтана. Женщина вошла в здание, стоящее посередине, прошлась по холлу, потом присела на кушетку, а когда увидела администратора, спряталась от него на лестничной закрытой площадке. И именно на этом отрезки времени, Андриан почувствовал, что женщина напугана.

– Но от кого она прячется? – задал себе вопрос Андриан и, пытаясь найти на него ответ, стал заглядывать в окна гостиничных номеров. Женщина же тем временем поднималась все выше и выше. Дойдя до шестого этажа, она ненадолго остановилась отдохнуть и перевести дух. Седьмой, восьмой, девятый этаж, она осилила легко.

– Сколько же здесь этажей? – спросила она себя, – Почему я не посчитала их с улицы?

Десятый, женщина посмотрела наверх, сквозь лестничный пролет, – Кажется, осталось два, – прошептала она себе под нос.

Одиннадцатый. Двенадцатый, на нем этажи закончились. Она посмотрела на закрытую дверь двенадцатого этажа, но подниматься по последнему лестничному пролету и подходить к двери не стала.

– Что насторожило женщину? – думал Андриан, он видел, что эта дверь отличается от других, она закрыта на ключ и сделана из металла, – А может она поняла, что это чердачное помещение, и делать там, собственно говоря, нечего?

Женщина, не слыша мысли молодого человека, спустилась на одиннадцатый этаж, распахнула дверь и вышла коридор. Помещение оказалось очень просторным и светлым. На этом этаже располагались апартаменты, и они не все были заполнены. Огромной радостью для нее стало обнаружение диванчиков оббитых кожей. Она присела на один, стоящий в конце коридора за поворотом у витражного окна. Выбор места был не случайным, рядом находящиеся апартаменты под номером 315 пустовали, а закругленный отрезок коридора не просматривался. Положив сумку под голову, женщина прилегла. Она даже смогла увидеть сон до того, как кто-то легонечко, чтобы не спугнуть, стал толкать ее в плечо. Женщина проснулась. Перед ней стоял старший администратор.

– Что спрятаться решила?! – сказал он грозно, показывая на потолок, – Камеры видишь?

– Да, об этом я не подумала, – ответила она.

– Негде переночевать? – спросил он, задумчиво посмотрев на незнакомку.

Она покачала головой.

– Пойдем, – сказал он и направился к двери следующей после номера 315, но находящейся ближе к выходу на лестничную площадку.

Когда она только поднялась на этаж, то решила что эта дверь ведет в подсобное помещение, но после того как администратор ее открыл, она увидела небольшую комнату размером около 10 квадратных метров. Она напоминала гостиничный номер эконом-класса, небольшой шкаф, полутороспальная кровать, столик и стул.

– Санузел за перегородкой. Можешь остаться здесь. По коридору не ходи, – строго настрого наказал администратор и пошел прочь.

Женщина закрыла дверь на внутренний замок. Свет был очень тусклым и не давал возможности разглядеть все сразу. Когда она входила в помещение, ей казалось, что окно зашторено, но сейчас она увидела, что его просто нет. Не раздеваясь, она прилегла на кровать. Свет ей особо не мешал, а без него комната погрузилась бы в кромешную тьму. Она лежала и смотрела прямо перед собой.

– Ей бы отблагодарить администратора, – думала она, но что-то в нем ее не отпускало. Что? Она прокручивала в голове его слова, жесты…..

– Ухмылка, – настороженно прошептала женщина. И с каждой секундой она убеждалась в этом еще больше. Но почему ухмылка?

Откуда-то донесся шум тяжелых шагов и нарушил ход ее мыслей. Она привстала с кровати и прислушалась. Шум доносился сверху, как будто что-то волокли по полу. Женщина подошла к двери и простояла возле нее минут пять, но звук не повторился. Она взяла со стола плед, решив для себя не обращать ни на что внимание, а лечь и попробовать заснуть. На минуту сердце ее замерло, под большим шерстяным одеялом лежали чьи-то вещи. Маленькая женская сумочка через плечо, юбка средней длины и свитер. Из сумки виднелись деньги. Проверив ее содержимое, женщина также обнаружила паспорт, на имя какой то девушки. Ей снова вспомнилась ухмылка администратора, сердце защемило. Она обула туфли, взяла сумку, и осторожно приоткрыв дверь, выглянула в коридор. Он все также оставался пустым, как и прежде, только освещение стало приглушенным. Выйдя из комнаты и стараясь не стучать каблуками, женщина проскользнула на лестничную площадку. Когда она на нее вступила, то снова услышала тяжелые шаги. Пересиливая страх, она стала подниматься по лестнице на двенадцатый этаж. Шаги прекратились. Женщина все ближе и ближе подходила к двери. Остановившись перед последней ступенькой, она прислушалась. Вначале услышала сильное рычащее дыхание, а потом от внезапно появившейся способности видеть сквозь дверь и стену тело голой девушки лежащей на полу в позе эмбриона, которая едва дышала. Рядом с ней, во весь рост стоял, уставившись на женщину, высокий, здоровенный мужик. Его голое тело было покрыто какой-то пленкой. Клыки были массивными и выдавались вперед. Глаза ее округлились и наполнились страхом, который ввел ее в оцепенение. Вместе с женщиной эту картину увидел и Андриан. Зверь поднял правую руку и, царапая длинными острыми когтями о полотно, взялся за ручку двери, женщина вздрогнула и побежала. Андриан проснулся.

Второй раз его уже разбудил будильник. Позавтракав, он отвез тетю Свету домой и не заезжая на работу, свернул по дороге к жилищному комплексу «Элитный». Дверь как обычно открыла Наталья Юрьевна.

– Вы каждый свой день будете начинать с визита к нам? – спросила она укоризненно.

– Не могу жить без Вашей дочери, – на что ответил Андриан.

– Вы еще и шутите?! – проворчала Наталья Юрьевна и потянула дверь на себя.

– Постойте, не закрывайте. Мне необходимо переговорить с Мариной.

– Она еще спит.

– Была в клубе?

– Нет. Ваши допросы когда-нибудь прекратятся? Или Вы нас бесконечно будете мучить?

– Вот найду убийцу и отстану.

– Ну, хорошо, – сдалась женщина, – Проходите.

Не дожидаясь дальнейших распоряжений, Андриан, словно находясь у себя дома, проследовал в гостиную и, заняв одно из двух кресел, удобно расположился в нем.

– Я пока сварю Вам кофе.

– Спасибо, не откажусь.

Наталья Юрьевна, прежде чем идти на кухню, заглянула к дочери, – Детектив вернулся.

– Который из двух?

– Сказочный персонаж.

– Хорошо, – с неохотно сказала Марина, сползая с кровати, – иду.

Девушка помнила про список и захватила с собой блокнот с ручкой.

Андриан улыбнулся и привстал, когда она вошла.

– Не можешь жить без работы?

– Не могу. Ты мне уже хочешь что-то показать? – спросил он, увидев блокнот.

– Нет. Сейчас набросаю.

– Как спалось? – решил он поддержать разговор.

Девушка слегка удивилась, – Нормально.

– Я рад.

– Мам, мне тоже кофе! – крикнула она, не выходя из комнаты.

– Думаешь, услышит? – спросил Андриан.

– Услышит, – твердо ответила девушка, – Всегда слышит.

– Понятно.

Марина заняла место в кресле и положила ноги на пуф. Для молодой человека стало понятным, что это любимое место девушки, которое никто в этом доме не имеет права занимать.

– Интересно, – подумал он, – а если бы я на него присел? Но об этом ему не суждено было узнать.

Наталья Юрьевна прервала его мысли, входя в гостиную с кофе. Запах, которого Андриан услышал еще задолго до появления женщины. Прежде чем взять чашечку с напитком у матери, Марина вырвала лист из блокнота и передала его Андриану.

– Готово.

– Спасибо, – сказал он сразу двум женщинам.

Наталья Юрьевна, оставшись с подносом в руках, не стала покидать комнату, а присела на диван. Для нее очень важным было остаться и присутствовать при разговоре, чтобы быть в курсе всего происходящего.

– Десять человек, – нарушил образовавшуюся тишину Андриан, – Что-то мне это напоминает. Из них четверо мужчин и шесть женщин. Давай пройдемся по списку, – предложил он, бросив взгляд на девушку.

Марина пила кофе небольшими глотками и не ответила. Молодой человек молчание принял за согласие и продолжил.

– Двоих я знаю, это ты и Анна Фалько. Далее, Мельникова Людмила кто это?

– Там еще есть Еременко Надежда, – ответила Марина, – Две близкие подруги. Вообще в таком составе мы уже выезжали на базу, за исключением Прудникова Бориса. Он едет с нами первый раз.

Андриан сделал пометку напротив фамилии парня.

– Помимо нас едут и другие, Каде Света подруга Красина Игоря. Нет его, нет ее. Ну, ты понял меня.

– Ага, – мотнул головой Андриан.

– Безродных Таня?

– Она старая тусовщица. С ней мы познакомились в клубе. Она возрастная, ей за сорок, но очень клевая и с ней не скучно. Далее, Безродных Виталий на самом деле не родственник, просто однофамилец. Хороший, добрый парень. Мам скажи, он как-то приходил к нам.

– Да, очень воспитанный мальчик, вежливый такой. И семья у него интеллигентная, родители научные работники.

– Вяземцев Денис?

– Отъявленный подлец! – произнесла раздраженно женщина.

– Мама, – попыталась остановить Марина, – что ты начинаешь?!

– А, что он должен знать правду. Скотина. Я имела в виду Дениса.

– Я понял, – ответил Андриан, – В чем же его подлость?

– Постоянно живет за чужой счет.

– Это как?

– Хорошо, – сдалась Марина, – у него есть привычка спросить взаймы денег, не говоря ничего конкретно. Ты ему не даешь согласие, не спрашиваешь о сумме, потому что вопрос был поверхностным. Он совершенно не настаивал и не возвращался к нему. А через неделю к тебе подходят пятеро здоровенных мужиков и требуют возвратить долг, увеличенный в три раза.

– Полиция?

– Знакомые помогли, – отозвалась Наталья Юрьевна.

– А Денис был проучен? – Андриан внимательно посмотрел на женщин.

– Да с ним поговорили.

– Анна занимала у него денег?

– Нет, не было такого, – ответила Марина.

– Вы уверенны?

– Точно, – она мотнула головой в подтверждение своих слов.

– Фотографии есть?

– Нет. Не всех.

– Добудешь? – настаивал Андриан, мило улыбнувшись девушке.

Марина не смогла отказать.

Довольный собой и с хорошим уловом, как он считал, Андриан покинул жилищный комплекс «Элитный».

– Удивительно, что он мне до сих пор не позвонил, – думал он про Петрова, глядя на часы. Дорожных пробок к одиннадцати часам уже не было, и Адриан мог не торопясь добраться до отдела за пятнадцать минут, но он решил этого не делать. Повернув направо, молодой сыщик направил свой автомобиль в центральный район города, в сторону улицы Красивой, на которой находился ночной клуб «Черная кровь». В это время здесь было тихо в сравнении с тем, что происходит в ночное время, когда тротуар с обеих сторон улицы в радиусе десяти метров наполнен пьяными и орущими людьми.

Ища место для парковки, Андриан проехал мимо машины Петрова.

– Теперь мне все ясно, – подумал он.

Уезжая все дальше в поисках места, молодой человек свернул налево в проулок и припарковал автомобиль возле мусорных баков, на которых красовалась надпись «Черная кровь». Куривший возле двери для служебного входа официант замахал рукой. Адриан вытащил из внутреннего кармана пиджака удостоверение и показал его официанту со словами, – Полиция.

Официант в ответ пожал плечами и отвернулся в сторону.

Весеннее солнце значительно пригрело и Андриану захотелось снять пиджак, но он все же решил повременить с этим, для того чтобы руки оставались свободными.

Первый этаж здания занимало кафе, которое также принадлежало владельцу ночного клуба. Посетителей было немного, всего он насчитал семерых. Сам клуб находился на втором этаже и вход в него вел через кафе. Молодой сыщик не спешил подниматься наверх, он стал разглядывать коммерческие помещения, напротив, через дорогу. Справа-налево располагались, аптека, обувной магазин и чуть подальше агентство недвижимости. Агентство недвижимости его не заинтересовало. Две камеры были установлены у обувного магазина, одна на фасаде аптеки.

Адриан достал блокнот и вытащил из петли ручку в тот момент, когда на его правое плечо опустилась чья-то рука. Даже не пошевелив ни одним мускулом, он продолжил свою работу.

– Как ты меня нашел? – спросил Петров, внезапно обнявший друга.

– А я тебя и не искал.

– Ну, ладно. Что у тебя?

– Записи изъяли? – спросил вопросом на вопрос Андриан.

– Да, – ответил Петров, убирая руку.

– Еще надо проверить магазин и аптеку.

– Через дорогу?! Лицо плохо будет видно.

– Все равно возьми, – настаивал Елизаров, – Я никак не могу определиться с версией убийства.

– Валяй, – скомандовал Петров.

– Слушай, – начал Андриан, пристально смотря в глаза другу, – Она вышла одна или с ним. Поехала на такси или в его машине. Или же он на нее напал в подъезде возле двери, но опять же шума никто не слышал. Или вы не всех опросили?

– Почти всех, – торопливо ответил Илья, – Двоих нет, и не было. Их отследили по мобильникам. А одного собственника пока не опросили.

– Неуловимый?

– Нет точного времени, когда он приходит или бывает дома.

– Позвонить?

– Телефон, указанный на посту охраны, отключен.

– Ладно, вернемся к нему чуть позже. Итак, если убийца напал на девушку в подъезде, потом достал ключ и открыл дверь. Дотащил до спальни и забыл закрыть дверь. Но возникает куча вопросов от отсутствия следов обуви на коврах. Убрал?! Когда Марина вошла в квартиру, а она появилась там почти следом, обувь стояла аккуратно в коридоре, сумка, это важно, не валялась в коридоре или в спальне. Ведь он тащил ее вместе с вещами. Сумка оказалась на кухне, возле стола. Почему не на стуле? Вот ты где бы оставил сумку?

– Ты все усложняешь. Моя версия. Она вышла с ним или он ее ждал возле подъезда, и она его знала. С ним поднялась наверх, вошли в квартиру. Он стал ее целовать и ввел яд. Снял обувь, сумку бросил в коридоре. Затем отнес ее в спальню. Может, захотел в туалет или ему что-то надо было в ванной или на кухне. А так как он любит порядок или это его метод, положил сумку возле стола на кухне.

– Почему не на стул?

– Да ты достал со своим стулом, – вспылил Петров.

– Хорошо, дверь? – не унимался Елизаров.

– Забыл.

– Ты только что предположил, что он любит порядок. Если так, то должен был закрыть.

– Хорошо, может быть он и собирался, но услышал, как кто-то подошел к двери и спрятался где-нибудь в квартире. Необязательно, что он был в спальне в то время, когда в квартиру вошла Марина. А после ее ухода, он мог закрыть дверь.

– Ты упустил очень важную вещь.

– Какую?

– Как я понял, что у нас есть свидетель. А? По фото убитой, по ее молящему взгляду, устремленному сквозь стеклянные ставки дверей спальни на кухню. Он ее фотографировал в этот момент. Ты понимаешь?! Его вообще ничего не беспокоило.

Петров не ответил.

Елизаров продолжал, – Утром я навестил Марину. Она предоставила мне список лиц, с которыми едет на базу. Здесь нет отчества и паспортных данных, но есть номера телефонов. Я хочу, чтобы им направили повестку на допрос. Сделаешь?

– Что ты хочешь узнать? Делись мыслями.

– Убийца рядом. Он близко. Преступление спланировано.

– Ну, это и дураку, понятно, – возмутился Илья.

– Остынь, – оборвал его Андриан, – Ты не так понял. Он убивает тех, кого знает. Можно спланировать, например, ворвусь туда-то, убью так-то. А здесь, наоборот, есть убийца и у него определенный круг знакомых. И в какой-то момент он решает, а я, наверное, убью ее. А потом уже планирует как.

– Не соглашусь. Труп у нас один.

– Ты не можешь с уверенностью говорить, что это единственное его убийство.

– Хорошо, – сдался Петров, – Но почему он решает ее убить? Злость, обида, ненависть?

– Я пока не знаю. Узнаем, появится мотив.

– А, я считаю, что никакого мотива нет. Он убивает, потому что хочет убивать. Все. И жертвой его может стать кто угодно.

– Ну, это твое мнение.

– А, что ты вечно злишься? – недоумевал Илья.

– Ты тоже не подарок, знаешь ли.

– Ладно, все. Что дальше?

– Хочешь знать мои планы? Поеду и опрошу того, кого вы не можете застать дома. А потом пересмотрю все записи с камер видеонаблюдения. И не забудь про магазин и аптеку.

– Хорошо, только успокойся, – ответил Петров, – Будем на связи.

В просторном холле стоял приятный запах свежесваренного кофе, который исходил от стойки охранника. Завидев постороннего человека, мужчина в темно-синей форме отставил кружку с напитком в сторону и приподнялся со стула. Адриан подошел ближе и показал удостоверение.

– Да знаю я Вас, – буркнул недовольный сторож-вахтер, – Когда уже это все закончится?!

– Если бы не спали на работе, этого бы и не было, – не уступал Елизаров.

– Я что ли спал?!

– Я не говорю, что именно Вы. А кто, кстати, спал, можете показать?

Елизаров целенаправленно спросил об этом мужчину, за спиной которого находился стенд и на нем, помимо лицензии и других документов, висели пять фотографий. Охранник встал и, повернувшись спиной к молодому сыщику, ткнул пальцем в фото, под которым красовалась наклейка с надписью Макаров Антон Яковлевич.

– А Вы значит Скворцов Степан Семенович? – спросил Андриан и, не дожидаясь подтверждения своих слов, продолжал, – Меня интересует собственник 62 квартиры. Он дома?

– Я приступил в восемь, он еще не выходил.

– А Вы что всех знаете?

– Почти, но собачников и кошачников запоминаешь сразу.

– А он кто?

– Собачник и не только.

– Уточни.

– Увидишь, сам поймешь и запомнишь.

– Но есть же вероятность, что могли пропустить. Например, когда отлучился в туалет?

– У нас теперь иные правила. Когда необходимо отлучиться, вешаем табличку, закрываем дверь. Войти в этот момент может лишь тот, у кого есть ключ. Но это еще не все, когда отлучаемся, берем с собой телефон, который подключен к системе видеонаблюдения. Делаем свои дела, не отрывая глаз от экрана телефона.

– Напрягает?!

– Терпимо, – с нескрываемым раздражением ответил охранник, – Так, что с уверенностью могу сказать, если бы он был дома, то он там находится и сейчас.

– Хорошо, попытаю удачу, – сказал Адриан, и направился к лифту.

– Зря, – бросил ему в спину Скворцов, – Он всегда ходит по лестнице, можете разминуться.

– Добро, – ответил Андриан, – и, прислушавшись к совету охранника, стал подниматься по лестнице вверх.

У него не было привычки считать ступеньки, но именно сейчас, он решил это сделать.

– Одна, два, три. Всего десять, два пролета на этаж. Получается до девятого этажа восемнадцать пролетов. Выходит мне необходимо будет подняться на сто восемьдесят ступенек.

Не прерывая свою умственную деятельность, молодой сыщик рассматривал обстановку подъезда. Ремонт был не свежим, но кругом царила чистота. Каких-либо следов грязи, потрескавшейся декоративной штукатурки, на стенах не было. Все было одинаковое, одинаковые двери, одинаковые коврики. На восьмом этаже он остановился, покрутившись, задумался и представил, будто он Анна. Вот она выходит из лифта, пять шагов до двери.

– Пять, если он ее ждал здесь, – сказал еле слышно Елизаров, – Она должна была насторожиться. Смогла бы повернуть на лестницу, поднять шум и убежать.

– А если она не успела, – продолжал он рассуждать дальше, – и он ей ввел яд. Целых пять шагов тащить тело, потом искать ключи в сумке, открыть дверь, занести тело в квартиру. Закрыть дверь. Да, если бы это было так, то дверь бы он закрыл точно. Значит, версия Петрова вполне может иметь место. Она переступила порог своими ногами и открывала дверь тоже сама.

Адриан пошел дальше, – А вдруг, – он остановился на середине лестницы, – убийца ждал ее в квартире, у него был ключ. Эту версию мы даже не рассматривали. Но почему? Ведь Анна, очень скрытная. Возможно, что и своего любовника она тоже скрывала.

Пройдя оставшиеся ступеньки, Андриан остановился вновь.

– Исключено, – продолжал он говорить сам с собой, – тогда убийце пришлось бы стереть записи и в остальные дни.

Пробежав оставшиеся десять ступенек, он подошел к 62 квартире. Дверь жилого помещения располагалась напротив двери Анны, только на девятом этаже. Елизаров позвонил. За дверью было тихо. Он снова нажал на кнопку звонка, и на этот раз ни звука.

– В доме же есть собака, – подумал Андриан, – Странно. Елизаров нажал третий раз. Решив немного похулиганить, молодой сыщик нажал на кнопку в четвертый раз. Но в этот момент, неожиданно для него раздался звук открывающегося замка, потом еще одного. Андриан отошел в сторону, дверь медленно поползла, показывая громоздкую фигуру. Елизаров даже сначала не понял, что ему первым бросилось в глаза, живот или щетина хозяина дома.

– Прошу прощения, разбудил? – видя заспанное лицо мужчины, сказал Андриан.

– Вы кто?

– Уголовный розыск, – проговорил Андриан, показывая развернутое удостоверение, – Про убийство в 61 квартире слышали?

– Нет, – оторопел хозяин дома.

– Всех опросили, Вы единственный кто остался. Могу войти?

На минуту мужчина замялся, но потом все же отошел в сторону и впустил сыщика в квартиру.

– Вы один живете?

– Нет.

– Нет?! А с кем?

– С Чарли.

– Чарли это кто? – продолжал задавать вопросы Андриан.

– Лучший друг. Проходите на кухню.

Елизаров повиновался и присел на стул стоящий ближе к двери.

– Молоко, сок или сварить кофе? – старался быть вежливым, бородач.

– Спасибо, плотно позавтракал.

При свете дня, когда мужчина мелькал перед глазами Андриана, сыщик смог хорошо его разглядеть. Бородач оказался не таким уж возрастным, как до этого виделось Андриану, и лет ему не больше, чем самому сыщику.

– Постарайтесь вспомнить свой день с 24 по 25 марта, – произнес Елизаров, как только хозяин дома присел на стул.

– Ну, ты спросил, – буркнул бородач, – Наливая себе молоко.

– Так это всего лишь неделю назад, – недоумевал Андриан.

– Если у тебя не каждый день как один.

– Надо постараться. Кстати, как зовут?

– Роман.

– А фамилия?

– Мерзликин.

– Чем на жизнь зарабатываешь?

– Программированием.

– Рабочий день, во сколько начинается? – медленно, но плавно Елизаров вытаскивал необходимую ему информацию из молодого человека, запутавшегося во времени.

– После шести вечера и до двух часов ночи.

– Домой, как добираешься, такси…

Но Роман не дал закончить Елизарову, – Своя тачка.

– Время?

– Где-то половина третьего ночи. Оставляю вещи, беру Чарли и иду с ним гулять.

– Так Чарли пес?

– Да, вест-хайленд-уайт-терьер.

– Что-то я не слышал, чтобы он лаял, когда звонил в дверь.

– Да он у меня тихий.

– Везет.

Роман улыбнулся, – А у тебя кто?

– Кот.

– Что сильно достает?

– Терроризирует, – Андриан на секунду задумался, – А что охрана? Ты всегда так поздно выгуливаешь пса, чем они занимаются?

– Странный вопрос. Охранник либо сидит за своей стойкой, либо разминает ноги, ходит по холлу взад-вперед или проверяет камеры на лестничной площадке.

– Серьезно?! – с нескрываемым удивлением спросил Андриан.

– Почему ты так спрашиваешь?

– Соседи утверждают, что охрана с часу ночи до пяти утра спокойно спит.

– Никогда не замечал, – с уверенностью в голосе сказал Роман.

– Где и когда ты видел охранника проверяющего камеры?

– Когда не могу сказать, все дни как один. А где, на восьмом этаже.

– Ну, знаешь без вариантов, тебе придется вспомнить, потому что именно на этом этаже совершенно убийство.

Роман задумался, – Жди, сейчас посмотрим.

Хозяин квартиры вышел из кухни и скрылся за углом коридора. Но Андриан ждал его не долго, вскоре бородач появился вновь с амбарной книгой.

– Что это? – спросил Елизаров.

– Дневник, – ответил Роман, присаживаясь рядом.

– Дневник? – переспросил Елизаров.

Не отвечая на вопрос, хозяин квартиры открыл желтую тетрадь в твердой обложке, и Андриану стало все понятно. Владелец пса каждый день отмечал то, что происходило с его четвероногим другом.

– Как будем искать?

– В тот день у Чарли был понос.

– Славно.

Бородач провел пальцем снизу вверх и остановился на дате 25 марта.

– Где-то половина третьего, – произнес он.

– Расскажи подробнее.

– Я спускался с Чарли на руках, а он стоял на восьмом этаже и смотрел на камеру видеонаблюдения.

– Просто смотрел?

– Да, просто смотрел.

– Как выглядел?

– Высокий, кудрявые черные волосы, лет около пятидесяти. Прямой нос. Подтянут. На голове кепка, одет в форму.

– Потрясающе. Ты так хорошо его разглядел. Долго находился на площадке?

– Нет, просто, когда возвращался, встретил его снова, у входа. Он ходил по холлу.

– Никаких признаков тревоги?

– Совершенно спокоен.

Андриан достал телефон из кармана пиджака.

– Я сделал пять снимков, это фото работников вашего охранного агентства. Кстати, ты их мог видеть. Они размещены на стенде, рядом со стойкой.

Также медленно проводя пальцем, по стеклу, как до этого проводил по бумаге, бородач рассматривал мужчин смотрящих на него с экрана с серьезным видом.

– Кто из них? – не вытерпел Андриан, наблюдая за медлительностью хозяина квартиры.

– Могу я сам?

– Да, конечно.

И телефон перешел из гибких рук сыщика в пухлые ручки бородача. Листая и внимательно рассматривая снимки, Роман несколько раз потер бороду.

– Слушай, ты так долго их разглядываешь, как будто их не пять, а целая сотня, – вновь не выдержал Андриан.

Но, хозяин квартиры не реагировал на его слова и оставался совершенно спокойным.

– Нет, его здесь нет.

– Уверен? – напрягся Елизаров, – Только эти охранники у вас работают. Других нет.

– Ну, знаешь, людям свойственно болеть. Может, была замена.

– Или это был убийца?!

– Не пугай, я его и до этого видел.

– Когда?

Бородач снова вернулся к своему дневнику и провел по нему пальцем.

– Ага, – сказал он, – вот, где-то неделю назад, 19 марта.

– Что делал?

– Сидел за столом, за стойкой. Ничего не обычного.

– Надо будет сделать фоторобот. Поедешь со мной.

– Может, обойдемся?

– Нет, едем сейчас или я за тобой пришлю группу.

– Вот так я и знал, что не надо было дверь открывать.

Не прерывая ворчаний хозяина квартиры, Андриан терпеливо ждал. Роман вышел из кухни, бросив через плечо, – Жди, оденусь.

Сидеть послушно на стульчике Елизаров не собирался, и как только бородач скрылся за углом, сыщик встал со своего места и направился к выходу.

Сменив шорты на брюки, Роман вышел из комнаты и, захватив с собой вельветовую куртку, накинул ее на плечи.

– Я поеду на своей, – сказал он, обойдя Елизарова, поворачивая внутренний замок.

Следуя за толстяком и стараясь оказаться позади, Андриан пропустил Романа вперед. Спускаясь вниз, бородач решил надеть куртку и не торопясь просовывал одну за другой руки. Елизарову, привыкшему делать все быстро, совсем не нравился этот темп.

– Слушай, а почему ты на лифте не спускаешься? Хочешь похудеть?

– Нет, – ответил Роман, нисколько не обидевшись, – Боюсь ездить. Точнее, боюсь застрять.

Дальше спускались молча, и Андриан погрузился в свои мысли, но на четвертой ступеньки третьего этажа, Роман остановился и, повернувшись к сыщику, спросил, – А убили то за что?

– В том то и дело, – ответил Андриан, глубоко вздохнув, – просто так.

Роман внимательно посмотрел в глаза Елизарову, и сыщик заметил, как взгляд его прояснился, бородач как будто проснулся.

– Пойдем быстрее, – сказал он, – Надо найти этого ублюдка.

– Согласен, – поддержал его Елизаров.

Никто их в отделе особо не ждал, кто-то был на выезде, кто-то ушел на обед. Не согласовывая свои действия с Петровым, Елизаров отыскал эксперта-криминалиста с художественным образованием. Всего в отделе таких было двое, молодой специалист Шевченко Полина, двадцатишестилетняя девушка и специалист с пятнадцатилетним стажем, Павленко Юра. Продолжая игнорировать женщин, Андриан сразу направился к нему, едва успев поймать Юрия на лестнице, ведущей к выходу на задний двор.

– Это всего лишь пара минут, – уговаривал специалиста Елизаров.

– Это тебе так кажется, может занять и до полутора часов, а у меня обед. Иди к Полине.

– Нет, – резко и категорично ответил Елизаров, – мне необходим твой опыт и профессионализм. Никто, кроме тебя, слышишь, – настаивал Андриан, смотря в глаза собеседника.

Павленко пришлось сдаться и втроем они вернулись к нему в кабинет. К огромной радости Елизарова в кабинете никого не было.

– Присаживайтесь, – обратился Юрий к бородачу, – сейчас мы будем делать с Вами субъективный портрет с помощью программного обеспечения. Постарайтесь вспомнить все детали. Не забывайте рассказывать об освещении. Это очень важно, – подчеркнул эксперт, – И если Ваши воспоминания будут точными, мы справимся с задачей быстро и легко. Если нет, дело может затянуться.

Оставаясь за спиной специалиста, Андриан наблюдал, как шаг за шагом на экране вырисовывается фотокомбинированный портрет. Собираемый словно тетрис, вначале из отдельных частей разных лиц, брови, затем глаза, нос, губы, подбородок.

– По поводу ушей, сказать не могу, так как наполовину были скрыты за черными вьющимися волосами. И лоб, он был закрыт кепкой.

– При каком освещении, Вы видели этого человека?

– На площадке восьмого этажа свет был ярче и его лицо хорошо освещалось. В холле, он находился от меня в двух с половиной метрах и стоял в той части, где освещение было тусклым.

– Что-нибудь особенное смогли разглядеть, когда проходили мимо на восьмом этаже, шрамы, родинки?

– Мне показалось, что у него цвет лица не совсем естественный. Я лишь бросил на него взгляд, но это было слишком заметно.

– Что именно?

– Да, ворот рубашки был расстегнут и цвет шеи отличался от цвета лица. Я еще подумал, -Странно мужик загорает в солярии.

– Лицо было загоревшим?

– Первая мысль, да. Но когда я посмотрел на него в холле, оно мне показалось матовым.

– Морщины? Носогубная часть, щеки?

– У него была небольшая бородка и усы.

– Сколько Вы дали ему лет?

– Около пятидесяти.

– Раз Вы видели его шею, кожа дряблая, выраженные горизонтальные морщины?

– Да, я не сказал бы, что она дряблая.

– Прежде чем ответить, подумайте хорошо. Шея моложе лица?

Бородач посмотрел на специалиста, на его шею и лицо.

– Вы дали человеку пятьдесят лет. Шея моложе лица? – повторил эксперт.

Роман слышал слова Павленко, но его мысли были на расстоянии 8 километров, в многоквартирном доме на восьмом этаже.

– Да, шея моложе лица, – наконец нарушив молчание, твердо произнес бородач.

– Показать, как в действительности выглядит Ваш подозреваемый, – сказал Юрий, обращаясь к Андриану, – я не могу. На нем был профессиональный актерский грим.

– Все равно распечатайте мне фоторобот. А тебе спасибо, – Елизаров протянул свою руку для рукопожатия Роману, бородач охотно ответил, – Если что, звони.

Время обеда еще не подошло к концу. Ехать до матери Елизарову не хотелось. В его планах на сегодняшний день было снова встретиться с Петровым и посмотреть запись с видеокамеры. Поэтому расставшись с Романом, он прямиком направился в столовую.

К концу обеда больше половины столиков уже пустовало и затылок Петрова, Елизаров заметил сразу, как только вошел.

– А это еще кто? – поинтересовался владелец пышных усов.

Петров следуя за взглядом своего собеседника, повернулся и посмотрел на Андриана, – Боец невидимого фронта.

– Агент под прикрытием?

– Скорее рыцарь плаща и кинжала.

– Ну и юмор у тебя Петров, – человек с пышными усами ничего не понял, но больше вопросов задавать не стал. И демонстративно посмотрев на часы, всем видом показал, что ему пора.

– Рад был встречи, – пожав руку Петрову, он встал из-за стола и покинул столовую.

Скорый уход друга семьи, для Ильи был подарком, и он сразу направился к Елизарову. До появления Петрова, Андриан уже выбрал и поставил на поднос тарелку с салатом из помидоров и огурцов, стакан с томатным соком.

– Бери картофельное пюре с котлетой, – нашептывал другу словно дьявол, стоя за его спиной Илья.

– Мне гречку и гуляш, – сказал Андриан.

Девушка с раздачи мило улыбнулась, тем самым еще больше разозлив Петрова, который уже начал раздражаться из-за нежелания Андриана прислушиваться к его словам, и делать все наоборот.

– Успехи есть? – спросил Илья, делая вид, что выходка Елизарова его не задела.

– Позволь мне хотя бы присесть за стол.

Петров развел руки в сторону, показывая всем видом, что сдается и отошел в сторону, пропуская Андриана.

Стараясь еще больше его разозлить, Елизаров петляя, пошел гулять между столиками, пока не дошел до одного из них стоящего возле окна.

– Наконец-то, – подумал Петров.

Продолжая игнорировать Илью, Андриан медленно и очень старательно поглощал обед.

– Я не понял, что тебе не нравиться? – не выдержал Петров.

– Мужик с усами, это кто?

– Ага, – улыбнулся Илья, – услышал разговор. Просто знакомый. Лучше расскажи, как дела.

– Собственник из 62 квартиры видел подозреваемого в ночь убийства и за неделю до него.

– Прекрасно, – отреагировал Петров.

– Что значит, прекрасно? – возмутился Андриан, – Мы топчемся на месте. Тот, которого видел Роман, так его зовут, был в актерском гриме. Фоторобот у Павленко.

– Хорошо, я направлю его в охранное агентство.

– Не понимаю, зачем? Что тебе это даст?

– Вот ты псих. Пусть посмотрят, может, они его тоже видели.

– Как знаешь, – допив сок, сказал Андриан, – Мне нужно видео с камер.

– С ним работают.

– Я тоже хочу, – Елизаров пристально посмотрел в глаза Петрову.

– Успеешь, посмотришь после них.

– Мы теряем время, – не унимался Андриан.

– Я все сказал, – жестко отреагировал Петров, и добавил, – С тобой не хотят работать, поэтому ты будешь работать один.

Резко встав из-за стола, Елизаров повернулся и, не сказав больше ни слова, покинул помещение. Ехать в таком состоянии к матери, ему совершенно не хотелось. Она всегда чувствует, что у него на душе и тогда ее уже будет не остановить, скандал с Петровым гарантирован. Остается дом или офис, но прежде чем определиться, куда именно он хочет поехать, Андриан решил пройтись по парку. Припарковав автомобиль на стоянке, сыщик направился к входу. Людей в будний день было мало, в основном молодежь и домохозяйки с детьми. Присев на скамейку, он ненадолго отвлекся ими, но мысль об Анне снова заняла центральное место в его голове. Красивая и умная девушка не смогла найти счастье в своей жизни, и это привело ее к трагедии. Интересно, – думал молодой человек, – смогу ли я это сделать или моя жизнь тоже будет трагедией? Мне нужен психолог. И твердо решив, что именно так и сделает, после того как поймает убийцу, Андриан встал и делая круг вокруг фонтана и цветочной клумбы свернул на аллею ведущую к выходу.

Управляя автомобилем бессознательно, он двигался в сторону офиса. Подъезжая к перекрестку, Елизаров внезапно затормозил. Оглушительный звуковой сигнал из внедорожника, следующего позади, последовал сразу, заглушая звук визга шин. Но на этом феерия звуков не закончилась, за сигналом раздался громкий и грозный мужской голос.

– Ты, что там уснул или завис?! Вроде бы не баба!

Андриан понял, если сейчас же он не тронется с места, то в следующую секунду, волосатый верзила выскочит из своего автомобиля и полезет на него с кулаками. Изменить траекторию движения, путем перемещения своего транспортного средства на другую полосу, Адриан уже не мог и, покорившись обстоятельствам, свернул направо. Сделав круг, обогнув два квартала, сыщик повел свой автомобиль в направлении многоквартирного дома по улице Кипарисовая, 107, в котором расположена его двухкомнатная квартира. Он не соскучился по дому и не бежал от работы, от офиса, в котором практически жил, Елизаров вспомнил, что где-то на улице Кипарисовая, не доезжая пятьдесят метров до его дома, он видел вывеску «Психолог Князева А.В.».

На удивление Андриана, места для парковки было достаточно. Поставив автомобиль по центру, сыщик поднялся по ступенькам и на пару минут остановился возле входной стеклянной двери. На табличке золотистого цвета, приклеенной к стеклу, помимо реквизитов был указан график работы: с 10-00 до 19-00, выходной: суббота, воскресенье. Молодой человек толкнул дверь. Талисман, конструкция которого состояла из четырех бамбуковых трубочек, при открытии издала деревянный, постукивающий звук.

В небольшом, светлом помещении с двумя диванчиками, расположенными по бокам вдоль стен и стойки администратора находящегося по центру напротив входа, также возле стены, другой мебели не было.

Девушка, с убранными в пучок каштановыми волосами, тщательно вытирала следы обуви с гладкой и блестящей поверхности керамической плитки. С приходом посетителя, она поспешила завершить свою работу и, убрав инвентарь в комнату, скрытую от посторонних глаз за дверью с надписью «Служебное помещение», вернулась в холл и мило улыбнулась, приветствуя молодого человека.

– Добрый день.

– Добрый, – ответил Елизаров, – к психологу на прием можно записаться.

– Да. Если на этой неделе, то свободное время на сегодня до 16-30, в пятницу с 10-00 до 12-00. Какое время для Вас удобно?

Елизаров задумался, внутренняя борьба, – Сейчас или после раскрытия преступления, – мешала ему определиться.

– Можно и сейчас, – после минутной паузы тихо проговорил сыщик.

– Пройдемте в кабинет.

Следуя за молодой девушкой, Елизаров вошел в помещение расположенное слева от стойки администратора. Оно было таким же светлым, но по площади чуть больше, чем приемная.

– Снимите плащ. Можете повесить его на вешалку, а потом прилягте на кушетку.

– Я, пожалуй, только сниму плащ, – ответил Елизаров, – и вместо кушетки предпочел бы присесть в кресло, если психолог не будет возражать. Кстати, где она?

Девушка не стала отвечать на его вопрос, – Давайте знакомиться, меня зовут Князева Азалия Викторовна, а Вас?

– Так Вы и есть психолог? – не скрывая своего разочарования, спросил Андриан.

– Да, – ответила Азалия.

– И уборщик, и администратор?

– А Вы считаете, что врач-хирург не сможет выполнить работу санитара и медицинской сестры в отсутствии последних? – ответила вопросом на вопрос девушка.

– Ну отчего же, наверное, сможет. Вам года где-то двадцать два?

– Двадцать пять, – поправила она.

– И стаж работы не более трех лет.

– Четыре года. Я окончила школу и поступила в институт в шестнадцать лет, а на последнем курсе совмещала учебу с работой, но этот период я не учитываю.

– О?! – Андриан уперся руками в подлокотники, собираясь подняться с кресла.

– Вы не представились? – спросила Азалия вновь, всем видом показывая, что не собирается отпускать молодого человека. Присев в кресло расположенное напротив того, что занял Елизаров, она прямо посмотрела ему в глаза.

– Хорошо, – ответил он, откинувшись назад, и облокотившись о спинку кресла, – Елизаров Андриан.

– А отчество?

– Обращайтесь ко мне просто Андриан. Как мне Вас называть?

– Можете также по имени. Итак, начнем.

Но Елизаров перебил собеседницу, выстраивая разговор по своим правилам, – Ваше имя не сочетается с Вашим отчеством.

– Отец увлекался Востоком. И я знаю о происхождении имени, – поспешила вставить Азалия, не давай тем самым Андриану развить эту тему, – греческом или арабском. Поговорим лучше о Вас, Вы ведь за этим сюда пришли?

– Да, но я бы предпочел разговаривать с женщиной, опытной женщиной.

– Я понимаю, – ответила она, нисколько не обидевшись, – Вы чувствуете себя незащищенным, общаясь с ровесницей.

– Ну, почти ровесницей.

– Неважно. Поговорим о Вашей проблеме. В чем она заключается?

– Я бы хотел говорить от третьего лица. Вы не против?

– Если для Вас это важно и сделает разговор конструктивным, я согласна.

– Почему мужчина моего возраста остается одиноким?

– В чем заключается его одиночество?

– Отсутствие собственной семьи, любимой женщины.

– А что он для этого делает? И что ему мешает что-либо сделать?

– А Вы замужем? У Вас есть семья? – Андриан попытался направить разговор в нужное для него русло.

Азалия вновь почувствовала, что теряет связь с клиентом, – Нет, я не замужем. У меня нет любимого человека, но это для меня не проблема, – и, не дожидаясь следующего вопроса от молодого человека, продолжала, – Причина Вашего одиночества в чем? Если Вы не раскроетесь, я не смогу Вам помочь.

– Расскажите Вы мне о причинах, – настаивал Елизаров.

Она задумалась, – Вы сложный человек. Хотите, чтобы Вам помогли, но при этом не протягиваете руку.

Он не ответил на реплику.

– Ну, хорошо, – сказала Азалия, – пойдем по Вашему пути. Первое, – низкая самооценка или наоборот, слишком завышенная. Второе, – стереотипы, созданные и поддерживаемые в обществе. Третье, – статус личности и социальный статус. Четвертое, – мужская незрелость. Пятое, – обожествление женщины. Шестое, – наоборот, потребительское и придирчивое отношение к женщине. Седьмое, – влияние родителя. Матери или негативный вариант, когда ребенок проживал в семье, где конфликты не редкость. Восьмое, – человек по своей природе является замкнутым. Девятое, – болезненные отношения в прошлом или сильная любовь, которую мужчина не может забыть. Десятое, – он либо алкоголик, наркоман, бабник, игрок, сексуально не состоятелен, женщины не проявляют к нему интерес. И наконец, одиннадцатое, – мужчине нравиться быть одному, он погружен в свою работу или у него есть любимое занятие, которое занимает все его время. И пока он занят, ему хорошо. Но как только образуется «окно» в его жизни, он начинает задумываться, и одиночество становится для него проблемой.

Она ненадолго остановилась, как бы предоставляя собеседнику осмыслить сказанное.

– Я подведу итог, – продолжала Азалия, смотря все таким же пронизывающим взглядом на Андриана, – Проблема одиночества заключается в поведении и образе мысли. Более того, можно состоять в браке, но при этом оставаться одиноким.

– Поучительно, – резюмировал со своей стороны молодой человек, – Почему женщина слишком заботится о своем сыне?

– Потому что она нуждается в любви. И если со стороны мужчины она ее не получает, то тогда всю свою любовь она переносит на ребенка.

– И когда она перестанет это делать?

– Никогда. Она уже потеряла объект своей любви, и не захочет потерять его вновь.

– Что делать? – спросил Елизаров голосом, в котором Азалия расслышала нотки грусти.

– Влюбиться в мужчину, найти себе мужчину, в принципе одно и то же. Или же она должна понять, что ее сын вырос, он стал мужчиной и это уже не ее ребенок.

– Почему мужчина кусает женщину, душит?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.