Ева Финова
Нелегка жизнь джинна, или Русалка на привязи

Глава 1

Алина

– Подсекай! – услышала я рёв прямо из кустов, едва на мою голову приземлилась большая магическая сеть.

Понимаешь ли, выбралась в бухту позагорать, понежиться под ярким солнышком, да вообще отдохнуть от подводной скукотищи. Но каково было моё удивление, когда я в один из погожих деньков, едва на море воцарился полный штиль, получила вот «это».

– А-а-а! Попалась!

– Допустим, – не стала артачиться я.

В целом, моё попадание сюда иначе как сказкой не назовёшь. Я неожиданно выиграла в лотерею тур по Карибскому морю, уснула в каюте круизного лайнера, и привет, другой мир.

– Держи её!

– Да ладно, серьёзно? – проворчала я. – Лучше сеть снимите и давайте поговорим.

– Тащи её! – по-прежнему звучало из шуршащих кустов.

– Эй! Осторожнее! – возмутилась, когда меня стащили с камня на песок. – Тьфу! Паразиты.

Дайте мне только выбраться, я вам тут всем покажу кузькину мать!

– Какая-то она не такая, – другой голос прозвучал с сомнением.

– Я те дам, не такая. Сам ты не такой. Ну-ка сеть быстро снимайте!

Понять бы, на что я в этот раз напоролась? Квест? Сюжетный виток, или просто невезение?

– Кажись, не ту поймали, – всё так же звучало из кустов.

– И такая сойдёт, забирай, – голос был молодым и нахальным.

Погодите у меня, доберусь я до вас!

– Ну держитесь! Так, где там мой морской львёнок? – Свистнув что есть мочи, я с удовольствием услышала утробный рёв охранного фамильяра. – А… вот ты где, мой хороший, ну-ка, фас!

Жаль, я не успела увидеть, как мой чудо-защитник придёт на помощь. В следующее мгновение песок подо мной раскалился. И огненная бездна разверзлась под ногами, точнее там, где они должны были быть. Меня затянуло в неё в следующий миг.

Ничего себе, погожий денёк?

Вот и ходи загорать в Слёзную бухту. Не зря, видимо, сёстры у виска крутили, едва я им рассказала о своих планах.

* * *

Сын султана, Аяз-шехзаде, стоял перед зеркалом величественной спальни и подслеповато щурился от боли. Его разум пожирало безумие огненной стихии, полученное с рождением. Эпистаз сыграл с ним злую шутку. Магия, обычно передаваемая от отца к сыну, была многократно усилена династическим браком между двумя правящими династиями султанатов джиннов: эйфалами и эйфирами. И как результат – в нём таилась неизмеримая, невероятная мощь, которой он не мог управлять.

Джинн упорно сопротивлялся уготованной участи – раствориться в лаве вулкана, если пламенная стихия выйдет из-под контроля, однако рано или поздно это должно было случиться, если он не обуздает силу и не закончит обучение в Эйфадемии, где ему полагалось набраться опыта у мудрых наставников – акыл ходжа – чьим знаниям могут позавидовать величайшие чародеи Драгонбейла или Магиази Сойе, соседних государств, граничащих по морю с Эйфирским султанатом.

Двадцать лет он противился воле богини Эйф, но всё было тщетно. Проклятье лишило его сна. Кошмары мерещились ему наяву, иной раз он терял грань между вымыслом, играми собственного сознания и реальностью, окружающей его, Аяза, чье рождение с самого начала было ошибкой.

Бездна! Великое пламя Эйф! Как же он устал бороться с собственными чувствами, бушующими внутри разозлённой стихией.

Концентрация и контроль.

Смирение.

Чистый разум.

Пустота.

Прозрение.

Сделав глубокий вдох, Аяз поспешил унять головную боль. Обуздать эмоции. Восстановить контроль над силой. Увы, очередная попытка прийти в себя была тщетной. Скинув на пол дымящийся кафтан, он затоптал небольшие искорки пламени и быстро прошёл в соседнюю комнату – отведённую ему одному личную купальню, где он пережидал очередной приступ мигрени.

Забыв обо всём на свете, джинн погрузился в воду, которая успокаивала разум. Он бы с радостью провёл там больше времени, если бы не громкий крик и всплеск, которые заставили его вынырнуть и увидеть чудо из чудес.

Русалка.

Божественные формы, возникшие перед ним, затмили головную боль, отвлекли, заставили удивлённо взирать на возмущённую красавицу, чьё лицо пылало гневом, но даже так было прекрасно.

Неужели это мираж? Безумие победило, и он поддался воле стихии? Иначе как объяснить тягу к этому созданию с рыбьим хвостом?

– Эй, ты! – Она посмотрела на джинна с укором. – Где это я? Меня похитили? Зачем?

– Я…

Впервые в жизни Аяз чувствовал себя столь нелепо и не знал, что ответить. Однако этого и не потребовалось. В следующий миг в разговор вмешались его друзья, которые ввалились в купальню шехзаде, уложив стражу.

– Не гневись, Аяз. Мы всё придумали, – хитро сощурился рыжий парень по имени Фархат. – Акыл ходжа нам всё рассказал.

– Мы тебя спасём, – поддакнул Юсуф, преданный и исполнительный. Сейчас себе не изменял. Был собран и напряжён, вычерчивая на полу купальни магические символы. – Связь. Она подействует!

– Эй, вы! – вскрикнула русалка. – Живо верните меня назад! И вообще, никакой связи. Я буду сопротивляться!

Двое друзей шехзаде разделили улыбку, одну на двоих. Прежде чем магическое кружево затанцевало в воздухе прозрачными еле заметными нитями.

– Нет-нет!

Русалка нырнула под воду и не успела. Магия поймала её за руку. Аяз недовольно взирал за происходящим, отказываясь верить увиденному. Неужели головная боль была настолько сильна, что он потерял сознание и видит сон? Причуды магии? Мираж?

Не похоже.

Слишком уж реалистичный. До сих пор перед глазами его проплывали обрывки и смутные образы. Но теперь он видел происходящее как наяву.

Сильный рывок за руку заставил его нырнуть под воду. Крупная волна прокатилась по водной глади бассейна, когда русалка за считанные мгновения добралась до противоположной его части, но было уже поздно.

Магическая связь держала крепко их обоих. За руки.

– Так нечестно! – возмутилась русалка, выныривая из воды. – Что я вам сделала? Зачем это всё?

Вынырнув рядом с ней, джинн пощупал рукой прозрачную цепь и погладил покрасневшее от магического соприкосновения запястье. Но удивляло его другое. Боль стихла, а сознание прояснилось. Он мог думать, мог видеть, мог жить! Жить и не чувствовать обжигающее дыхание пламени, комом застрявшее внутри.

Приняв решение за секунды, Аяз строго посмотрел на друзей и еле заметно кивнул.

– Фархат, Юсуф, уходите, пока стража не очнулась. Дальше я сам.

– Помогло, да? – спросил рыжий, довольно скалясь в ответ на гневный взгляд русалки.

– Во всяком случае, боль стихла, благодарю, – произнёс Аяз, приноравливаясь к длине прозрачной цепи. – Скажите акыл ходжу, я к нему загляну, как разберусь со всем этим, – кивок в сторону строптивицы.

– Хе, уж будь добр, разберись, – многозначительную ухмылку Фархата было сложно понять иначе, чем превратно. – Если что, зови.

– Топай давай! – поторапливал его исполнительный Юсуф.

– Ну вот! Это моя идея была! – проворчал рыжий.

– А голову тоже с тебя снимут за вероломное проникновение в чужую купальню?

– Э… да ладно тебе! Я же пошутил, – последнее, что услышал Аяз, прежде чем его самые преданные друзья покинули чужую территорию столь же стремительно, как и проникли.

Дабы не оставлять магического следа, они закинули в купальню только русалку, используя огненную магию разрыва пространства. Но сами избрали более безопасный вариант – коридор рядом с апартаментами, где и оказались застигнуты охраной.

– Так, ладно, – русалка попробовала выбраться из воды, совершенно игнорируя наличие на руке прозрачной цепочки. – Пошутили и хватит. Я домой хочу. Где я вообще нахожусь?

– Эйфирский султанат.

– А поточнее? – Усевшись на бортике, девица приступила к мучительному преобразованию хвоста в нечто похожее на человеческие конечности, однако снабжённые перепонками между пальцами. Залюбовавшись на это зрелище, Аяз не сразу ответил, чем ещё сильнее разгневал якобы пленницу. – Долго пялиться будешь? Или уже поможешь?

– Чем? – удивлённо переспросил джинн. Сейчас, будучи в полном здравии, он был готов терпеть любые её выходки, лишь бы сжигающее болью проклятье вновь не вернулось и не заставило его пожалеть о собственном рождении. Как бывало с ним и не раз в периоды острой фазы этого «недуга».

– Верни меня назад. И убери эту цепь! Раздражает.

Воззрившись на него с явной претензией, девушка совершенно позабыла о приличиях и сейчас находилась перед ним почти голая. Это самое «почти» можно было бы с лёгкостью не учитывать, ведь небольшие кусочки материи, прикрывающие самые пикантные «подробности», мало оставляли места фантазии.

– Ку-ку? – Пленница махнула рукой перед носом джинна, чем он и воспользовался, схватил её за запястье и притянул к себе, чтобы поспорить с судьбой.

Увы, попытка поцелуя успехом не увенчалась. Громкая пощёчина эхом отразилась от стен, заставляя Аяза гневно ругнуться из-за острой боли, сковавшей грудную клетку сильным спазмом. Сделав над собой усилие, он хрипло вдохнул воздуха, словно утопающий, только выбравшийся на сушу.

– Никогда. Больше. Так. Не делай.

Его сдержанная просьба, увы, эффекта не возымела. И девушка замахнулась во второй раз. Но удара так и не последовало.

Аяз выставил руку, дабы заблокировать новое нападение, однако явление целой делегации в апартаменты первого сына султана и без того отвлекло внимание русалки на себя. Скрывшись под водой по самые плечи, она теперь смотрела на происходящее совершенно другим взглядом – испуганно, ближе к правде.

– Что вам всем нужно?

Загородив девушку собой, Аяз спрятал руку под воду, ту, на которой ныне красовались прозрачные кандалы.

– Нападение, – гордо произнёс Мерас-баши. – Мне было доложено о нападении на шехзаде.

– Вы уверены, что речь шла обо мне? – притворно изумился Аяз. – Пусть все остальные выйдут, а ты, Мерас, останься и объяснись!

– Я… – раболепно пав ниц, усатый мужчина приподнял голову и поспешил оправдаться, едва остальные стражи покинули купальню. – Двое из охраны утверждают, что джинны в повязках на лицах вторглись в ваши владения, шехзаде.

– Вздор, – хмуро произнёс Аяз. – Более не беспокойте меня по таким пустякам, Мерас-баши. И передайте моему отцу, я сегодня останусь у себя и не прибуду на Совет.

– Но…

– На этом всё, – твёрдо оборвал его принц. – Оставь меня одного.

– Слушаюсь.

Когда же он вновь остался наедине с русалкой, то на этот раз повторную ошибку совершать не стал, не пытался её поцеловать, а лишь приветливо улыбнулся со словами:

– Давай знакомиться, морская дева. Я – эйфир Аяз, джинн из Эйфирского султаната.

– Неинтересно, – только и произнесла она. – Не буду с тобой разговаривать, пока ты мне всё внятно не объяснишь.

Усмехнувшись, Аяз не стал язвить. Ведь она на самом деле уже говорила с ним, даже пускай не столь ласково, как ему бы хотелось. Но лучше так, чем снова жуткая боль от проклятья или же пощёчины. Видимо, злить её – себе дороже.

Глава 2

Алина

История моего попаданства банальная донельзя. Хотя мне всё же хочется верить в чудо и попадание в сказку. Какую-нибудь добрую-добрую, до сладкого привкуса во рту.

Ведь это мне придётся бегать и прыгать, исполнять пируэты, переобуваясь в воздухе, а не читателю, не так ли?

Всю свою жизнь я верила, что красота победит. Верила в то, что миром правит любовь, с которой мне, как назло, совершенно не везло.

Один богатый кавалер, так скажем, сделал мне ребёнка и смылся в заграницу, едва понял, что я жду от него колечко на палец. Эмигрировал, скот паршивый. Куда – не сказал. Оборвал все связи со мной, будто и не знал меня вовсе. Мать его, которая осталась в нашей стране, запретила мне ей звонить и писать, едва я попыталась доискаться этого донжуана, чтобы подать на алименты.

Суды, прочие проволочки быстро вымотали и заставили меня посмотреть на свою жизнь под другим углом. Наивность моя быстро спала, как пелена, – лопнула мыльным пузырём, едва мне пришлось вертеться и зарабатывать самой, в одиночку растить дочь. Поэтому в сорок с хвостиком я была несказанно счастлива уже тому, что Софья моя нашла себе угол и живёт с парнем и учится в колледже на медсестру. Сёстры мои младшие успешно вышли замуж и помогали как могли, конечно. Родители мои тоже не остались в стороне. Но мужика нормального в моей жизни совершенно точно не хватало.

Вот только кому была нужна мать-одиночка? Комок нервов с прицепом. Ага, принцы выстроились в ряд. В две шеренги. Нет! В три! Едва очередной герой-любовник узнавал о моих обстоятельствах, быстро забывал мой телефон или предлагал не спешить с развитием отношений, если сильно утрировать, не вдаваясь в детали.

Время шло, нервы становились тоньше.

А тут ещё новый кризис в моей жизни нагрянул совсем некстати. Когда мне стукнуло сорок, я таки устроила себе «отдых» на днюху, немного покутила с сёстрами и подругами, взяла отгул посреди недели, а наутро пришла на работу разбитая. Как результат, сделала чудовищную ошибку! Будучи товароведом магазина крупнейшей продуктовой сети, я неправильно заполнила табличку. Какую-то сраную ведомость. Всего-то лишь ноликом ошиблась. А заплатила собственной зарплатой. И целый год потом возвращала часть заработка обратно из-за неустойки и прочих проблем, связанных с возвратом на склад скоропортящегося товара.

Обидно, досадно, но могло быть и хуже.

Карма? Или же случайность? Нумерологией никогда не страдала и гаданиями на кофейной гуще не занималась, предпочитая верить тому, что вижу перед глазами. Но в один из паршивых дней, во время моральной слабости я купила лотерейный билет, совершенно не надеясь на выигрыш. Спонтанное решение, а результат превзошёл все мои ожидания. Я выиграла! Выиграла! Путешествие на круизном лайнере по Карибскому морю. Красивые белоснежные пляжи манили меня с картинки на билете. И я решила выбрать тур, а не денежное возмещение. Сёстры мои у виска крутили, глядя на скорые сборы и долгожданное увольнение с работы. Единственная, кто меня поддержала в этом порыве, была моя мама.

Она так и сказала:

– Езжай и отдохни как следует. Ты это заслужила.

Софья вообще лишь плечами пожала и попросила оставить ключи от «хаты». Так что я была свободна и верила в чудо, которое со мной произошло буквально. Пройдя всю нудистику с оформлением, перелётом, проездом, проживанием в портовом отеле и заселением в каюту гигантской белоснежной махины, пришвартованной к пирсу Канкуна, я совсем не ожидала того, что со мной произойдёт дальше во время отдыха.

Вечер клонился к закату. Шли пятые сутки тура, мы подплывали к острову Пуэрто-Рико. Экскурсовод накануне вывел нас на палубу полюбоваться морскими видами и многозначительно предупредил о близком прохождении к аномальной зоне Бермудского треугольника. Через пару часов, когда совсем стемнело, я легла спать, и вот теперь я здесь. Русалка, привязанная прозрачной цепью к какому-то засранцу, удумавшему, будто его неотразимый вид – уже повод для поцелуя.

Нет уж. Не дождётся. Хочу назад на пляж, найти львёнка, к которому я уже успела прикипеть. Да и подводный мир манил своей таинственной красотой, коралловыми рифами, цветными рыбками, по большей части несъедобными.

Но как же жаль, я еще ни разу не встретила ни одного моего сородича. А ведь у меня было столько вопросов, на которые хотела получить ответы. Хорошо хоть, фамильяр, или, скорее, мой морской друг, выручал и ловил для меня еду, которую я жарила на костре, разведённом на пляже одного из необитаемых островов.

Опомнившись, когда стража покинула помещение с бассейном и мы с эйфиром Аязом остались одни, он вновь вернулся к прежнему разговору.

– Я не могу тебя отпустить.

– Это ещё почему?

– Разве тебе здесь не нравится? – уклонился от ответа он. – Ты вольна делать всё, что заблагорассудится, – немного помолчав, он добавил, – в разумных пределах.

– Так ты снимешь цепь при одном условии, если я останусь здесь? В бассейне?

Люблю рациональность собственного мышления. Во всяком случае, здесь меня едой обеспечат и крышей над головой. Вопрос лишь в том, что ему нужно взамен? И главное, кто я буду для него? Пленница или гостья?

– Цепь тоже снять не смогу.

– Почему?

– Не я её создал.

– Позови назад своего друга, который применил это колдовство, – скрестив руки на груди, я упрямо на него воззрилась, когда он обернулся. На мой вкус, стоял слишком близко, но выбора особого не было.

– Увы, это сложно. Многие из чар не имеют контрзаклинания для снятия.

– И?

– Мне нужно время, чтобы во всём разобраться.

Сложив ладони в примирительном жесте, он обаятельно улыбнулся.

Красив, гад. Но я не поведусь. Точно и абсолютно.

– Мой львёнок, он остался на пляже. Пошли своих людей, – строго приказала я. – Пусть его заберут сюда.

– Согласен.

– И что взамен?

Казалось, его глаза зажглись лукавой искоркой. Удивительная мимика. Словами не передать.

– Ты позволишь мне… – он сделал многозначительную паузу. – Сопровождать тебя.

– Не поняла.

– Цепь. Она не растягивается, как видишь.

– Да неужели?

Я кисло скривилась, не веря ему на слово.

– Во всяком случае, мы не знаем этого, пока не попробуем наверняка.

– Одежда, – продолжала загибать пальцы я. – Нормальная еда. И…

Хотела сказать отдельная спальня, но цепь напомнила о себе, поэтому завершила иначе, чем хотела:

– Я сплю на кровати, ты на полу.

– Хорошо.

Слишком быстро он согласился. Слишком… Подстава?

– Но и ты должна будешь пойти на уступки.

– Это какие же?

– Мне нужно посещать занятия, бывать на Совете. Ты будешь моей сопровождающей. Я придумаю, как тебя представить и спрятать цепь. Никто не должен знать, что происходит. Иначе…

Он умолк.

– Иначе?

– Моя мать нашла мне невесту, и если узнает про порочащую эйфиров связь, она тебя убьёт, – показалось ли, но он будто усмехнулся на последнем слове.

– Кровожадненько, неужели правда?

В ответ гад ползучий лишь пожал плечами.

– Ладно, разберёмся.

Я дёрнула за цепь один раз, второй, убеждаясь в том, что она действительно не растягивается, но и не травмирует запястье. Вот же свезло в очередной раз?

Глава 3

Отдых мой, который я честным трудом выиграла, проходил явно не по плану, но никто здесь и не жаловался, и даже не заикался. Да и зачем? Кому?

Совершенно бессмысленная трата эмоций и сил, физических и моральных. Поэтому я очень быстро смирилась с положением дел и искала любую возможность оторваться на все стопятьсот чего-нибудь, с одной поправкой: чего-нибудь интересного для меня.

В чём могу Аяза похвалить, к исполнению обещаний он приступил с завидным рвением. Одежда моего размера, как по мановению волшебной палочки, обнаружилась в соседней комнате. Там же, рядом с широким диваном-софой, стоял широкий длинный стол, прямо-таки заваленный всяческими яствами, будто из красивых, сочных, красочных картинок, которые производители обычно так любят ставить на упаковки.

Ширма возле столика с зеркалом и пуфом тоже пришлись кстати, когда я приступила к примерке представленных нарядов бренда из восточных сказок. Костюм танцовщицы цвета морской волны подошёл мне идеально.

Поэтому несколько минут спустя я уже с удовольствием обгладывала очередную косточку маленькой перепёлки, оказалось, была зверски голодна.

– Говоришь, ты типа сын султана? – спросила я с набитым ртом.

Намеренно вела себя непрезентабельно, чтобы как можно быстрее погасить явный интерес очередного горячего Хорхе Хосе Антонио к моим выпуклостям и впуклостям. И, конечно же, я имела в виду пупок.

Как я сказала, Хосе? Пардоньте. Он ведь не мексиканец. Это я до сих пор про Канкун вспоминаю и всяких Хулио, демонстративно снимающих в моём присутствии солнцезащитные очки, чтобы мне было видно, куда устремляются их взгляды.

– Так и есть.

Будто назло, достойный образец изящества и мужской грации вальяжно восседал рядом со мной и крутил армуд с чаем, не ел и не пил, а лишь иногда поглядывал на мои губы.

Паршивец. Специально это делает, да?

– Аппетит мне хочешь испортить?

Лукавая улыбка тронула его губы.

– Как я смею смущать мою гостью, где мои манеры?

– Действительно, где? – Я подняла скатерть и заглянула под стол. – Ау, манеры, вы где? Отзовитесь, хозяин вас ищет.

Сын султана тихонько рассмеялся, наглейшим образом переместив руку мне на ляшку. Да, именно так. Буду называть вещи своими именами, то есть частями тела. Не суть.

– Эй, – стукнула его по ладони и демонстративно отсела. – В каком месте слова про «спать на полу» вселили в тебя надежду, будто наши отношения могут переместиться в кроватную плоскость?

– Ах, вот какие у тебя мысли?

– Хватит со мной заигрывать, – прямо попросила я. – Иначе я очень быстро превращусь из пушистой зайки в злобную фурию.

– О, я бы с радостью на это взглянул, – усмехнулся Аяз. – Но чур о пощёчинах предупреждай заранее, чтобы у меня был шанс увернуться.

– Всё это безумно весело. Но я ем, и ты мне мешаешь, – намекнула ему о своём неудобстве.

Только сейчас убрав руку, Аяз вздохнул и снова принялся крутить армуд, поскрипывая стеклянным прозрачным блюдцем.

– Так каков план? – сменила я тему для разговора, облизывая пальцы, едва перешла от мясных блюд к пахлаве с грецким орехом и миндалём. А чуть дальше заприметила ещё блюдо с фисташками. Ну всё, жизнь – сказка.

– Мне нужно подумать, – сказал он после небольшой паузы. – Я могу ответить позже? Сама понимаешь, меня тоже застигли врасплох.

– Но ты, я смотрю, крайне доволен подобным стечением обстоятельств, – заключила я, оставив пальцы в покое.

– Как тебя зовут?

– Алина.

– Али?

– Аля, – поправила его я. – Можно и так.

– Хм, красивое имя.

Я повернула голову и хмуро посмотрела на Аяза.

– Со мной эти штучки не пройдут. Если я что-то спрашиваю, значит, жду ответа.

– Тебе никто не говорил, что ты довольно груба?

В яблочко. Но как есть. Я такая, какая есть, и меняться не собираюсь. Тем более, было бы из-за кого?

– А смысл миндальничать? У тебя есть невеста, а ты сидишь рядом с другой и в рот мне заглядываешь. Кариес ищешь?

– Прости, что? – удивился сын султана.

– Ничего, шутка такая про черноту на зубах.

– Э, нет, зубы у тебя красивые, белоснежные. А губы такие манящие, так и хочется поцеловать.

Ну всё. Это уже перебор.

Я встала, и так уж вышло, цепь дёрнула его руку, в которой он держал армуд, чашка полетела вниз, чай – тоже. Прямо ему на ноги.

– Ай! – вскрикнул Аяз.

Поделом. Хотя больно, наверное.

Запоздалое раскаяние случилось со мной несколько секунд спустя, когда я посмотрела на его испорченный наряд.

Искривив губы, сын султана только лишь указательным пальчиком пошевелил, и чашка, как в замедленной съёмке, полетела назад. Секунда, и чай стоит себе на месте, и штаны у Аяза снова сухие.

М-да. Всё никак не привыкну к магии.

– Я устала быть взаперти, хочу наружу, и где мой львёнок? – обиженно надула губки и сделала вид, будто вовсе не раскаиваюсь в произошедшем. Да и зачем? Чай снова на месте, штаны целы, кожа, наверное, тоже. Во всяком случае гримасу боли я не заметила на его лице – вот и хорошо.

Вздохнув, Аяз махнул рукой, и в нашу комнату тотчас постучали.

– Заходи, Огюл-бей, – пригласил некоего гостя сын султана. А это оказался слуга.

В комнату вошёл приземистый мужчина средних лет с черными усами и узким лицом. Он был в белом наряде с бежевой жилеткой. На голове его красовался сложный тюрбан.

– Вы вызывали меня, мой господин?

– Распорядись обустроить в моём саду небольшой вольер с бассейном для морского льва.

Секундная пауза.

– Слушаюсь и повинуюсь, – ответил Огюл-бей, ни разу за весь разговор так и не взглянув в нашу сторону – он склонял голову и смотрел под ноги.

– Иди.

Поймав на себе мой заинтригованный взгляд, Аяз приподнял брови.

– Как видишь, я своё слово держу. А теперь пора и тебе перестать испытывать моё терпение. Не знаю, чего ты добиваешься, но гораздо лучше сделать это словами с помощью вот этих прелестных красивых губ.

– Про острые зубки не забудь упомянуть, – ехидничала я, снова усевшись рядом. – Что тебе от меня вообще нужно?

– Ничего конкретного, просто будь рядом.

– Скукота.

Я взяла в руки цепочку и стала пальцами ощупывать звенья, одно за другим. Довольно мягкие на ощупь, они были в то же время эластичные, как силикон. Но становятся стальными, едва я пыталась набрать между нами большее расстояние, чем два небольших шага.

– А мне вот совсем не скучно, – «порадовал» Аяз. – Расскажи о себе?

– Ой, давай обойдёмся без задушевного общения, ладно?

– Неужели я тебе настолько противен? – очередной намёк на некоторую увлечённость заставил меня скривиться, как от лимона. Непрошибаемый попался экземплярчик – упрямо гнёт свою линию и не думает прекращать.

Моё молчание было понято своеобразно.

– Видимо, так и есть.

– Не противен, – сказала я. – Неприятен – более подходящее слово.

– А в чём разница? – Аяз удивлённо округлил глаза. – Как это проявляется? Раздражение растёт внутри, злость, ярость? Чувствуешь огненный ком, жжение?

– Ага, жжение в пищеводе точно чувствую, – хихикнула я. – У меня изжога от подобных разговоров. Без пяти минут знакомы, а ты уже успел изучить мои губы вдоль и поперёк. Не слишком ли смело с твоей стороны?

– А что предложишь изучать кроме твоих губ: плечи, ключицы, руки или, может быть, ложбинку груди?

– Ну всё, это уже слишком!

Дёрнулась в сторону, но на этот раз Аяз намеренно натянул цепь и схватил меня за талию, повалил на софу и сам быстро оказался сверху, будто оседлал.

– Я вижу, как ты на меня смотришь, не понимаю только, чем тебя разозлил, – прошептал он мне на ушко, обжигая своим горячим дыханием. – Позволь мне исправить мою оплошность.

Приятная дрожь пробежалась по телу, напоминая мне о потребностях моего тела. Но тем не менее я не позволила себе польститься на соблазняющую интонацию его голоса и твёрдо произнесла:

– Нет. Ни в коем случае.

Романтичность момента быстро улетучилась, едва Аяз весело усмехнулся.

– Я прикован к глыбе льда. Секрет раскрыт. Мудрейший из акыл ходжа, кланяюсь вам в ноги.

Улёгшись на спину рядом, он заложил свободную руку под голову и тихонько вздохнул.

– Иными словами, ты со мной играл? – спросила я, чувствуя, будто внутри и впрямь засел ком после такой вот выходки. Нет, прочь хандра. Подобные ему мужчины мне совершенно не интересны. И обижаться на самовлюблённое поведение тоже не стоит.

– Как ты знаешь, меня есть невеста, – самодовольно ответил этот индюк.

– А моё здесь присутствие нужно для развлечения? – пришла к неутешительному выводу я. – Дабы невестушка взревновала? Или ещё какие соображения имеются? Кажется, твои друзья говорили о спасении.

– Какая же мне попалась интересная собеседница, словами не передать. За пять минут ты задала столько вопросов. Мне и года не хватит, чтобы всё рассказать.

– Уж потрудись вкратце изложить суть дела.

– Для этого мне нужно посетить наставника и узнать подробности уже у него.

– Так чего мы лежим тогда? – Я повернулась набок и с немалым удовольствием посмотрела теперь уже на его красивые формы тела с такого ракурса. Жаль только, в голове у него настоящий бедлам, если он позволяет себе заигрывать с другой девушкой в то время, когда ему подобрали невесту. О чём он только думает? Или ему настолько плевать на чувства других людей?

– Я ждал, когда ты закончишь трапезу. А сейчас, раз уж ты сыта, позволь предложить тебе просторную накидку с капюшоном, чтобы она скрывала не только твоё лицо, но и цепь. Нам придётся держаться за руку, когда мы будем на людях. Надеюсь, это для тебя приемлемые жертвы взамен моего терпеливого к тебе отношения?

Фыркнув, я не стала тратить буковки, чтобы послать его куда подальше. Вместо этого кивнула и проглотила нелестный комментарий. Терпеть? Меня терпеть?

Хам.

Или я зря разогналась? Не так его поняла?

Ладно, какая мне разница? Мы идём к наставнику, который наверняка знает, как снять эти чары. И тогда прощай, дворец, и да здравствует долгожданная свобода и красивые пляжи. Вот только что-то мне подсказывает, отпускать меня не сильно-то и жаждут. Аяз – точно.

Глава 4

Сухой, колючий воздух овевал просторную залу каменного дворца на вершине горы Акад’Жалло. Защитные заклинания были золотом выведены на стенах и служили неплохим дополнением богатого убранства. Воздушные занавески летали по воздуху, грозясь сорваться с петель. Ветер поднялся нешуточный.

Стол, стоящий возле большой арки, ломился от угощений. Фрукты источали приятный сладкий аромат. Мелкий белоснежный песок гулял по разноцветным плиткам пола, выписывая сложные круги.

– Кирана-султан, – обратилась к жене султана калфа, низко кланяясь. – Прибыли Бьяр-бей и Каджал-бей.

– В одно и то же время? – Статная женщина в красивом ярко-алом наряде перестала играть ветерком на полу и перевела затуманенный мыслями взгляд на калфу. – Я что велела сделать?

– Они оба утверждают, будто им пришло согласие на заключение брака с вашей второй дочерью, Маликой-султан.

– Невероятная глупость! – Стукнув кулаком по подлокотнику кресла, на котором сидела, джинни призвала ураганный ветер, заставляя старшую над служанками попятиться в коридор. – Будь я в своём дворце в Эйфалии, такого бы не произошло!

Пепельно-русые волосы её разметались в разные стороны, а глаза цвета песка потемнели от гнева.

– Кто, скажи мне, виноват в такой невероятной ошибке?

– Моя госпожа, – калфа пала ниц, – никто не осмелился противиться вашему приказу. Было тайное донесение. Доверенное лицо Бьяр-бей встретили на базаре и передали тайное послание за подписью самого султана Кадира. Мы не посмели бы себе подобную вольность.

– Что ж, этого и следовало ожидать, – усмехнулась джинни из Эйфалского султаната. – Пироманты и фанатики Драгонбейла не бездействуют, шпионы есть повсюду. Доложите об этом султану. А я встречу гостей и устрою им испытание, дабы погасить будущее начало слухов. Никто не должен знать о том, что я подыскиваю другого наследника на случай гибели моего сына.

– Да, моя госпожа.

– Иди.

Отпустив калфу, Кирана со вздохом осмотрела зал – сметённые блюда со стола лежали мелкими осколками на полу в лужах фруктового сока. Виноградинки валялись тут и там среди прочих сладостей и других блюд.

Пошевелив мизинчиком, Кирана-султан применила магию воссоздания, исправляя результат сиюминутного гневного порыва. В считанные мгновения всё стало как прежде.

А улыбка вновь заиграла на устах Кираны, когда она подумала об испытании для молодых наследников высокопочитаемых эйфирских семей. Статус и положение их было велико, но недостаточно, чтобы составить конкуренцию принцу Аязу. Но в этом и была своя прелесть. Не будучи полноправными соперниками, они могут составить неплохую службу султанату под управлением её дочерей.

Цель всей её жизни: шестеро принцесс и лишь один наследник по мужской линии, проклятый богиней Эйф. Судьба сыграла с их семьёй злую шутку.

Многие сотни лет нерушимое табу сохранялось до тех пор, пока два амбициозных правителя не задумали сущее безумие. Объединить силы двух султанатов. Между их отпрысками ранее были запрещены династические браки. Сила эйфалов передавалась по женской линии. У эйфиров по мужской. Магия воздуха и магия огня – в теории наследник должен был получить невероятную мощь, два источника магии, усиливающих друг друга. Но вышло совсем иначе: один нестабильный источник, который грозил вырваться из-под контроля и вместе с собой сжечь целый континент, если её сын не удержит силу в узде.

Акыл ходжа, мудрейший из наставников, всегда выступал против этого решения, предостерегая правителей от необдуманных поступков. В назидание другим, накануне грандиозной свадьбы Кираны и Каджала, его казнили.

Позже появилась легенда о том, что не богиня Эйф виновата в несчастьях королевской семьи, а смертельное проклятье, произнесённое на смертном одре. Однако никто так и не смог подтвердить эту догадку, выдвинутую одним из учёных. Слуги и охрана дворца, участвовавшие в казни, хранили молчание. Никто не осмелился рассказать о последних словах великого мудреца.

Глава 5

Несколько минут нам понадобилось, чтобы полностью одеться.

Магия – очень удобная штука, я вам скажу. Заметить не успела, а Аяз уже полностью одет в белоснежный наряд, расшитый золотыми нитками. Большой балахон скрыл меня по самое «не хочу», как он и сказал.

Поэтому мы с лёгкостью покинули спальню принца, снова применив портальную магию, назову это так.

Огненная вспышка возникла под ногами и утянула в себя, едва я попыталась неосознанно отшагнуть в сторону.

– В следующий раз так не делай, потеряешь часть ноги.

– А раньше не мог сказать? – возмутилась я.

– Шучу, – усмехнулся Аяз.

Вот же упырь.

– А кто тебя знает, вдруг тебе безразлично моё самочувствие?

– Всё, дальше надо бы помолчать, – сын султана кивнул в сторону стоящих впереди стражей. – Если не хочешь тотчас встретиться с моей матушкой.

– Не горю желанием, – моё тихое ворчание заставило его улыбнуться.

– Поверь, я ещё ничего не сделал, чтобы заставить твою кровь в жилах кипеть и плавиться от страсти ко мне.

Задохнувшись воздухом, я сделала прямо-таки титаническое усилие, промолчала. Специально же провоцирует!

Но я ведь не наивная школьница, чтобы вестись на такое, поэтому на этот раз вытерплю, а появится возможность, возмещу ответной шпилькой. Подумаешь? Минутой позже, минутой раньше его застигнет месть моя сладкая.

– Акыл ходжа у себя?

Стражи поклонились принцу и охотно открыли двери перед нами, пропуская внутрь большой комнаты – световой колодец был широк, и солнце светило ярко. Невольно поморщилась от яркости солнечных лучей, заливающих комнату.

Вдоль стен я заметила стеллажи, забитые до отказа круглыми пергаментами. Ох, как интересно.

– Ты пришёл? – из глубины арочного полукруглого помещения вышел лысый старец в просторных одеждах, больше похожих на монашескую рясу. – Вижу, не один.

Глаза его были на удивление молочно-голубого цвета, а на подбородке красовалась узенькая борода треугольной формы.

Аяз обернулся и сердито взглянул на стражей, неспешно закрывающих двери. Те намёку вняли и ускорились.

– Да, мой наставник.

– Чем обязан подобным визитом? Помнится, сегодня с тобой должен заниматься Мекил-бей. Или он снова отправился с визитом во дворец султана?

– Нет, ни то, ни другое, – пожал плечами принц. Я вцепилась в цепь сильнее, чтобы она не звенела. Но, увы, эта странная магия и не думала реагировать на движения наших тел.

– Разговор будет серьёзным, вы пропустите нас?

– Что же я это, прошу, – махнул джинн, преображая комнату в обычную спальню, похожую на ту, в которой мы были совсем недавно.

– Благодарю. Параллельные грани реальности заставляют меня нервничать. Сложно контролировать свой источник.

– Понимаю, – акыл ходжа кивнул. – Что ж, я был неаккуратен, прошу меня простить.

– Юсуф и Фархат, – перевёл тему принц. – Вы послали их ко мне, и они прибыли не одни.

Отпустив мою руку, которую держал чуть ниже локтя, Аяз шагнул в сторону и продемонстрировал цепь, нас соединяющую.

– Да? – не понял нас наставник. – Они прибыли не одни? С этой молодой прелестницей?

– С русалкой, – вежливо ответил принц.

– Ах, русалкой? Но почему же я не вижу хвоста? – озадачился наставник. – В любом случае, идёмте, присядем. Освободим ноги для большей свободы мыслей.

– Благодарю, – согласно кивнул принц.

– Вы всегда ходите вокруг да около? – возмущённо вмешалась я. – Двое паршивцев поймали меня на пляже и притащили сюда. Приковали цепью к принцу и сказали, что спасли его. Будто это вы им такое приказали.

– Я? – изумился акыл ходжа. И выглядело это вполне искренне. – Не припоминаю, чтобы я мог кому-то приказывать в Эйфадемии.

– Ой ли? – не удержалась я от комментария.

– Нет-нет, меня зовут Ойхали. Высокая «о». – Он поднял палец и дирижировал им, как палочкой. – А правильнее акыл ходжа Ойхали-бей.

– Вообще-то…

– Наставник, – перебил меня джинн рядом стоящий. – Присядем?

– Сюда, – указал тот.

Хм. Зато запоминать долго не придётся. Но как они мастерски обвели меня вокруг пальца! Я даже позабыла о своём негодовании и подумала о непривычности звучания чужого имени. Дипломаты, блин.

Аяз пару раз многозначительно на меня оглянулся, прежде чем потянуть за собой.

– Ну что опять? Морского львёнка твоего устроят в вольере. Или есть ещё какие-то пожелания взамен послушания?

– Мы так не договаривались, – насупилась я. – Вы меня стесняете в передвижении. Мне это не нравится.

– Посмотри это как на необходимую временную меру, – вкрадчиво произнёс Аяз. – Никто не причинит тебе вреда.

– Вот здесь я бы не стал давать таких обещаний, – проворчал джинн, вставший позади нас. – Мало ли как всё обернётся?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.