Сергей Чувашов
Новелла. Наше лето навсегда

Первая их встреча была больше похожа на столкновение двух поездов на полном ходу. Вернее, парохода и яхты. Лера, бренд-менеджер первого курса, с горящими от ответственности глазами и планшетом, набитым под завязку таблицами, была тем самым непотопляемым пароходом. Макс, гитарист только что созданной группы «Сольфеджио», в потёртой футболке и с чёлкой, падающей на глаза, – легкомысленной, но быстрой яхтой.

Дело было в актовом зале Анапского филиала одного из столичных вузов. Воздух пах пылью, старым бархатом и тревожными ожиданиями. Лера проводила первый организационный сбор для участников музыкального фестиваля «Морской бриз».

– Итак, репетиции строго по расписанию, которое я разошлю вам сегодня вечером, – её голос звенел, как натянутая струна. – Длительность выступления – не более пятнадцати минут. Фонограммы только в формате WAV. Все технические требования…

– А если у нас живой звук? – раздался ленивый голос с последних рядов.

Лера наморщила лоб, отыскивая владельца голоса. Он полулежал на стуле, перекинув ногу через подлокотник, и наигрывал что-то неслышное на воображаемой гитаре.

– Если у вас живой звук, то вам потребуется дополнительный саундчек, о котором нужно договориться заранее, – парировала она, стараясь звучать сухо. – Имя?

– Макс. Группа «Сольфеджио». Инди-фолк, с элементами брит-попа, – он ухмыльнулся, и в уголках его глаз собрались лучики смешинок.

– В протоколе мне нужен жанр, а не ваше резюме, – не сдавалась Лера, но почувствовала, как предательская улыбка пытается пробиться на её лицо.

С этого всё и началось.

Дальше были недели подготовки. Бесконечные споры.

– Лера, солнышко, мы не можем играть тупой кавер на «Кино»! – Макс, растрёпанный и пахнущий кофе, стоял перед ней после одной из репетиций. Было уже поздно, в зале остались только они двое. – У нас есть свои песни!

– Макс, программа утверждена. Комиссия ждёт чего-то знакомого, понятного. Ваш «инди-фолк с элементами» они могут не принять.

– А мы будем просить прощения или разрешения? – он подошёл ближе. От него пахло не только кофе, но и морем, и свежим ветром, будто он принёс с собой кусочек набережной.

Она вздохнула, откладывая планшет.

– Покажите мне. Вашу песню.

Он не заставил себя ждать. Достал из чехла гитару – старую, потёртую, с наклейками. Сесть ему было некуда, и он присел прямо на краешек сцены. Лера, преодолевая внутренний протест против такого непрофессионализма, села рядом, свесив ноги в пустоту зрительного зала.

И он заиграл. Тихий перебор, нежный и в то же время тревожный. А потом запел. Голос у него был не поставленный, немного хриплый, но до неприличия искренний.

«Под анапским солнцем, в дыме синих гор,

Ты рисуешь радугу на моем позоре…

И мы ищем берег в сетях из огней,

Двое первокурсников, ставших чуть мудрей…»

Лера слушала, не дыша. В этих простых словах была она. Их ночные совещания, их споры, запах чая из пластиковых стаканчиков, усталость в три часа ночи и это странное, щемящее чувство товарищества, которое рождалось между ними. Она смотрела на его пальцы, ловко бегающие по ладам, на сосредоточенное лицо, и поняла – она проиграла. Проиграла с треском.

– Ладно, – выдохнула она, когда он допел. – Готовьте свою песню. Я беру всю ответственность на себя.

Макс посмотрел на неё, и его глаза засветились не победой, а чем-то другим. Более тёплым и ценным.

– Спасибо, – просто сказал он. – Я знал, что ты не из железа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.