К.О.В.Ш.
В плену синих роз

Художественное оформление А. Андреева

Во внутреннем оформлении использована иллюстрация:

© Ching Design47 / Shutterstock.com / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock.com/ FOTODOM

Иллюстрация на переплете KEKOVSKY

© К.О.В.Ш., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Часть I
I век н. э.
Игры бессмертных

Пролог

– Как ваш слуга, я обязан предупредить. – Арго скрестил руки на груди, не скрывая своего недовольства. Пользуясь тем, что госпожа хоть иногда к нему прислушивалась, он собирался поделиться тем, что одолевало его последние дни.

Лотос проигнорировала его дерзкий тон и хмурый взгляд, всем видом показывая, что ей плевать на его предостережения. Куда больше ее волновало собственное отражение в огромной идеально отполированной плите из черного мрамора.

– Черный шелк, красный бархат или голубой шифон? – задумчиво спросила она саму себя, рассматривая роскошные платья, парящие перед ней в воздухе.

– Госпожа, выслушайте меня… – взмолился демон, делая осторожный шаг вперед.

– Зачем? – вскинула брови Лотос, повернувшись к нему. – Ты не расскажешь мне ничего, что действительно стоило бы моего внимания. Сначала посоветуй, в каком платье мне идти на бал перемирия?

– Платье из голубого шифона подчеркнет красоту ваших глаз, а полупрозрачная ткань намекнет на формы, что столь желанны для многих. Контраст красного бархата, белой кожи и темных волос выделит вас среди всех прочих гостей на балу. Черное платье напомнит всем, что вы – демонический палач, и это ваш цвет. И даже глубокое декольте не поможет забыть, сколько крови вы пролили, наказывая провинившихся, – неохотно ответил Арго.

– Неплохо, – хмыкнула Лотос и щелкнула пальцами, сжигая красное и черное платье, оставив голубое. – Теперь говори, что хотел.

– Мне было видение. Если пойдем на бал, это обернется катастрофой для вас и смертью для меня.

– Арго, давно ли ты стал трусом? – Губы Лотос искривились в презрительной усмешке. – Я не помню, чтобы мне служили жалкие, боязливые до видений идиоты.

– Причина, по которой вы приняли меня в услужение, – мои видения. И вам известно, что они правдивы! – оскорбился демон, прищурив глаза так, что было видно лишь горизонтальные зрачки.

– Причина, по которой ты мне служишь, – твое владение мечом и устойчивость к ядам, а не пустая болтовня, – оскалилась демонесса, сердито глядя на него. – Твои видения меня не интересуют. К тому же они – всего лишь одна из возможных вариаций будущего. Притом весьма туманная. Судьба не подчиняется видениям и звездам, она во власти тех, кто ее вершит. В наших руках. Если ты пытался разозлить меня, чтобы вынудить взять на бал другого сопровождающего, то ты проиграл, – уже все решила. Ты пойдешь со мной.

– Госпожа, я сделаю все, что от меня потребуется. Лишь хотел сказать, что мой дар меня еще не подводил. Вам опасно туда идти.

Арго опустил взгляд – никто не мог долго смотреть в глаза демонического палача. В их синем пламени смотрящий видел кошмары всех своих прегрешений и испытывал невыносимую боль. Медленная агония, которая сводила с ума. Ходили слухи, что взгляд Лотос может убить, но никому не хватало духу проверить, правда ли это, – никто не хотел рисковать своей бессмертной сущностью.

– Опасно… – протянула Лотос. – В случае с кругом тринадцати первородных все опасно, Арго. Никому из них нельзя верить. Но этот бал особенный – после того, что мы пережили шестнадцать лет назад… – Она едва заметно вздрогнула, вспомнив, как хаос наказал демонов за то, что они нарушили баланс. Часть преисподней обратилась в запретную зону, став непригодной для жизни, пролились реки крови. – Нам всем нужен этот бал перемирия. Мы должны принести клятву, которая обяжет нас блюсти новые правила, заключить союзы и решить, как будем сосуществовать со смертными.

Арго слушал повелительницу, понимая, что никакие доводы ее не вразумят, – все первородные отличались высокомерием и упрямством. Лотос не была исключением. Но она явно не осознавала, насколько сильно ее ненавидит весь круг тринадцати. В нынешних обстоятельствах никто не захочет заключать с ней союз.

– Не хмурься, – усмехнулась Лотос. – Знаю, о чем ты думаешь. Все считают, что появление запретной зоны мне на руку, ведь я – палач и могу отправлять туда провинившихся в качестве наказания, а выжить там практически невозможно. И за это они презирают меня даже больше, чем раньше.

– Госпожа, я…

– Арго, – перебила на полуслове Лотос. – Мне на руку их страх, осторожность и ненависть. Может, хоть так они умерят свои амбиции и начнут чтить законы хаоса, породившего нас. А теперь… оденься подобающе для бала. Мы скоро отправляемся.

Лотос щелкнула пальцем, и тяжелые двери мраморной комнаты открылись за спиной слуги, красноречиво намекая, что Арго стоит оставить ее наедине со своими мыслями.

Демон поклонился и вышел, понимая, что разговор закончен, хотя они оба знали, что его видения всегда сбываются. Арго был уверен, что встретит смерть на этом балу, а Лотос ждет что-то еще более страшное.

Оставшись в одиночестве, Лотос облачилась в платье, подчеркивающее ее глаза. Затем демонесса наколдовала себе высокую прическу, украсив волосы золотой нитью с голубыми драгоценными камнями. Отражение в мраморной плите удовлетворило ее – первое правило бала соблюдено.

Их было немного: надеть лишь два предмета одежды, взять только одного слугу, явиться безоружным, не сражаться без согласия противника и появиться через портал-приглашение от хозяина бала.

Лотос посмотрела на свои босые ступни, в который раз раздражаясь глупому условию: ради украшения в волосах пришлось отказаться от обуви. Лотос задумалась о том, как оденутся другие аристократы.

Кейси точно появится максимально обнаженной, как и Черные Близнецы. Возможно, оно и к лучшему – однажды Кейси прикончила низшего демона отравленной шпилькой для волос. Для нее и два предмета – слишком опасно. Впрочем, Лотос о себе позаботилась – в случае непредвиденных проблем она сможет сделать из своей нити с голубыми камнями удавку. Хотелось надеяться, что до этого не дойдет – на время бала все три круга демонов заключили перемирие.

Она в любом случае не могла пропустить бал. Было необходимо установить правила для игр бессмертных, иначе хаос поглотит их всех.

– Долго, – фыркнула Лотос, почувствовав появление Арго.

Она вскинула руку и принялась чертить руны прямо в воздухе. Когда она закончила, они вспыхнули красным и стекли на пол, образовав круг для телепортации.

– А просто переместиться нельзя? – на всякий случай спросил Арго, понимая, что, если бы было можно, Лотос бы этим воспользовалась. – Они же узнают, откуда мы появимся.

– Арго, они должны знать, откуда мы появимся, – мы действуем открыто и идем с миром. У нас бал, а не объявление очередной войны.

Лотос бросила свиток-приглашение в центр круга – он тут же загорелся алым пламенем. Лотос шагнула в огонь, Арго последовал за ней, моля хаос, чтобы хоть раз его видения не сбылись.

Глава 1
Бал перемирия

Занятное наблюдение: предсказания и видения показывают многочисленные версии будущего, но, к счастью или сожалению, они имеют тенденцию сбываться. Можно ли говорить о том, что мы сами – вершители своих судеб или же рабы в руках той силы, что нас породила? Кто мы против хаоса? Лишь песчинки в вечности… Но вольна ли песчинка выбрать траекторию своего полета? Точнее сказать, падения. Или же эта борьба не имеет смысла с самого начала?

Из заметок чернокнижника

Лотос выскочила из круга, с трудом сдерживаясь, чтобы брезгливо не отряхнуться, – она терпеть не могла пользоваться свитками. После них она чувствовала на себе отпечаток чужого хаоса, что само по себе неприятно. К тому же магия Кирино всегда отдавала душком под стать хозяину.

Проклятье и дар палача – Лотос могла найти кого угодно и где угодно, не видя его лица, зная лишь запах его магии, а если запах был незнаком, сам хаос вел ее куда надо. Но при этом ей было невыносимо долго находиться в обществе других демонов – запахи смешивались, превращаясь в удушающую вонь. Много веков она страдала на общих сборищах, пока не изобрела способ на время подавлять свое чутье.

Лотос незаметно начертила пальцами в воздухе пару рун и выдохнула с облегчением.

– Я думал, бал будет в преисподней, – удивленно заметил Арго, осматриваясь.

– Мир смертных выбрали как нейтральную территорию. Разве для тебя это имеет значение?

– Дома вы сильнее и вас сложнее заманить в ловушку, – нахмурился Арго. – Этот остров окружен кольцом магических скал, зачарованных так, чтобы ограничить действие магии. У вас много врагов и…

– Арго, ты меня утомляешь, – с легким нажимом в голосе заметила Лотос. – Все под контролем. Еще раз выкажешь страх, пожалеешь.

Демон заметил, что глаза госпожи недобро сверкнули, и тут же умолк. Лотос пошла вперед, ловко переступая босыми ногами по мокрым камням. Арго молчаливой тенью скользил за ней. Вскоре они оказались у прохода, который представлял собой темный провал. От непроглядной тьмы, клубившейся внутри, веяло магией. Кирино очень постарался для организации этого бала, – не так-то просто было скрыть что-то от глаз демонов, которые видели ночью как днем.

– И ты здесь?

Голос Ферайи резанул слух – будто скрежет когтей по металлу. Десятая из круга терпеть не могла Лотос, и та отвечала ей взаимностью – более противную демонессу было не сыскать во всей преисподней. И все же Лотос натянула на лицо приветливую улыбку – у них же бал перемирия, будь он неладен.

– А где же мне еще быть?

Арго не разделял веселье, прозвучавшее в голосе госпожи. Ферайя буквально сочилась ненавистью, которую даже не пыталась скрывать, а рядом с ней был ее самый сильный слуга – покоренный в бою дух земли, которого она заточила в двухметровую куклу-марионетку.

– Тебе не место в кругу первых, палач!

Лотос не стала напоминать, что входит в круг первых по праву рождения, как и прочие аристократы. Вместо этого она улыбнулась еще шире, зная, что это выведет Ферайю из себя.

– Все дуешься, что я тебя наказала? Брось, ты заслужила.

– Ты на двадцать пять лет заточила меня в ущелье, где мне на голову капала вода из огненной реки, сука! – прошипела демонесса, а ее марионетка дернулась в сторону Арго.

– Ты возомнила себя богиней целой людской цивилизации и играла ими, натравливая друг на друга. Двадцать пять лет – слишком малая плата за ту кровавую историю, что ты «подарила» континенту, – Лотос едва сдерживала бешенство, подступающее к горлу, но все еще пыталась оставаться вежливой.

– Они всего лишь люди, а мы – первородные. Мы и есть боги для них. Так за что ты меня наказала?

– Тебя покарал хаос, – бросила Лотос, не глядя на нее.

Все знали, что она не выбирает, кого и как наказать, – руны на ее руках загораются, призывая исполнить волю хаоса. И когда руны горят, никто и ничто не в состоянии ее остановить.

– Поэтому я и говорю – ты не одна из нас, палач, – последнее слово Ферайя проскрипела особенно мерзко, в очередной раз напоминая, что Лотос – изгой среди аристократов.

– Девочки, – сладкий, как дурман, голос еще одного первородного заставил демонесс замолчать и нехотя поприветствовать пятого из круга. – Как всегда ругаетесь? Оставьте разногласия, а то вас не пустят на бал.

Ферайя недовольно скривилась, скрестив руки на груди, а Лотос кивнула, признавая правоту Лао, который указал в сторону двух каменных титанов, которые отделились от скал. Их грубо вытесанные лица были обращены к спорившим демонессам.

– Примитивная магия, – фыркнула Лотос, понимая, что каменные титаны не несут угрозы, скорее напоминают о том, что на балу недопустимы склоки.

– Примитивное порой самое действенное, Лотос, – ухмыльнулся Лао.

Лотос заметила, что Лао тоже был босым. Его двумя предметами были штаны и серебряный браслет на правой руке. Ферайя же была в уродливом, оранжевого цвета платье в пол, подчеркивающем ее смуглую кожу, а в ее небрежных черных кудрях сверкала золотая диадема.

– Что ж, вперед, на бал перемирия, хотя с такими, как вы, мне мир не нужен, – скрипнула зубами Ферайя и первой вошла в темный проход. За ней полетела ее марионетка, а после пошли Лао, Лотос и их слуги.

На мгновение Лотос показалось, что она проходит через густую вязкую слизь, – ей даже пришлось замедлить шаг, преодолевая барьер. Похоже, защитная магия проверяла, соблюдены ли условия.

Ступив на площадку, Лотос улыбнулась – место казалось превосходным. Воздух был наполнен благоуханием редчайших цветов, играла ненавязчивая музыка, в темном небе ярко сверкали звезды. Тут было все для развлечений на любой вкус: беседки, увитые цветами, для приватных разговоров, арена, огороженная по кругу факелами, для показательных боев, качели, гамаки и кушетки, усыпанные подушками, для утех иного рода.

Лотос нашла глазами то, что интересовало ее больше всего. Огромный круглый стол из черного мрамора на тринадцать персон. Ни стульев, ни сервировки, только тринадцать цифр, выгравированных на столешнице. Когда все тринадцать первородных демонов-аристократов займут места за этим столом, начнутся переговоры. Но пока стол пустовал.

Как и те два, что стояли чуть в стороне. Попроще и поменьше, из алого клена, предназначенные для демонов второго и третьего круга. Несмотря на то, что второй и третий круг насчитывали тысячи демонов, позвать на бал решили лишь избранных представителей, иначе голосование растянулось бы на недели. Каждому кругу выделили также по тринадцать мест. Эти места займут самые сильные и достойные демоны, которые в кровавых сражениях выбили себе право присутствовать на балу перемирия.

Но пока что столы стояли пустые. Никто не торопился занимать места и начинать переговоры – все предавались развлечениям. Демоны шептались, договариваясь о союзах, выставляли слуг на бои, предавались плотским утехам, притаившись в тени беседок, а иные и вовсе у всех на виду.

Лотос же переживала о том, как пройдут переговоры. Многим придется не по вкусу то, что предложит Кирино. Даже ей не слишком нравилась идея, что хаос нуждается в правилах. А с другой стороны, как еще обуздать тех, кто родился вне всего и был выше всех? Такие, как Ферайя, утверждали: богам не нужен контроль, а тринадцать первородных все равно что боги. Сильные, бессмертные, могущественные.

Но Лотос знала: это самообман. Они – демоны. Если постараться, их можно ослабить, лишить власти и даже убить. До богов им было очень далеко… Да и по образу мыслей они были куда ближе к людям, которых так презирали.

– Вас избегают, – тихо сказал Арго.

– Репутация идет впереди меня, – усмехнулась Лотос, решив отложить философские рассуждения до лучших времен. Арго верно подметил – другие демоны старались держаться от нее подальше, и ей нужно было использовать их страхи себе во благо и напомнить, кто она и на что способна, а не стоять, подпирая спиной колонну, словно трусливый мелкий бес.

Поэтому Лотос расправила плечи и с царственным видом неспешно заскользила по площадке. Скучающе рассматривая изысканные вещи, она подслушивала разговоры, наблюдала рождение новых союзов и зачатки будущих ссор. Краем глаза следила за входом, откуда все чаще появлялись новые гости. Второй круг и почти все первородные были уже здесь.

– Третий круг опрометчиво думает, что, опаздывая, покажет свою значимость. Наивные показушники, – шипели демоны рядом с проходящей мимо Лотос.

Демонесса дернула уголком губ – в этом вопросе она была с ними солидарна. Третий круг и правда часто пытался кому-то что-то доказать. И чаще всего не там, где надо, и не тем, кому надо.

– Нуар и Вагис снова спорят, – шепнул Арго, привлекая внимание госпожи.

Лотос незаметно посмотрела в сторону. Шестой и седьмой из круга первородных шипели друг на друга, словно две змеи. Еще чуть-чуть – и сцепятся, нарушив правила бала.

– Что у них опять? – спросила Лотос, уверенная, что Арго, как всегда, хорошо подготовился и собрал перед балом информацию обо всех, кто тут появится.

– Вагис заполучил себе на службу джинна. И не просто джинна, а короля джиннов. Нуар теперь лопается от зависти, – с готовностью поделился Арго.

– Еще бы, – закатила глаза Лотос. – Нуар лет сто, не меньше, гонялся за джиннами, но так и не смог получить ни одного на службу. И Вагис, зная это, естественно, взял своего нового слугу на бал.

– Естественно, – кивнул Арго.

– Тогда почему Вагис не сияет от счастья, раз уделал Нуара, а ведет себя так, словно его вот-вот разорвет от злости?

– Нуар пришел в золотом браслете с огромным черным алмазом.

– И? – Лотос заинтересованно посмотрела на невероятно красивую драгоценность.

– Вагис тоже хотел этот камень, чтобы украсить им рукоять своего меча. Нуар его опередил.

– Хаос всемогущий, годы идут, а они все как дети малые, – вздохнула Лотос. – Посмотри, Вагис вот-вот топнет ножкой, точно обиженный малыш.

Вагис с Нуаром точно бы подрались, но в их спор вклинился Лао, и Лотос перестала за ними наблюдать. К тому же прямо к ней размашистым шагом шел первый из круга первородных и по совместительству организатор бала – Кирино.

– Приветствую, Лотос, – вежливо сказал он.

– Приветствую, Кирино, – в тон ему ответила Лотос. – Не вижу твоего слугу. Ты пришел один?

– Я решил, что, появившись без сопровождения, продемонстрирую мои мирные намерения.

– Красиво, но неосмотрительно.

– Почему же? – усмехнулся Кирино. – Если на балу палач, никто не посмеет нарушить правила.

Лотос с вызовом посмотрела в его невероятно синие глаза. Все сапфиры мира были блеклыми стекляшками в сравнении с глазами первого аристократа. Их холодная синева была глубже океанских вод, а алые волосы, цвета крови смертных, забранные в хвост, создавали яркий контраст, делая внешность Кирино необычной и крайне привлекательной. Лотос понимала, почему многие демонессы были готовы на все ради союза с Кирино. В том числе постельного.

И все же ни он сам, ни его шуточки ее не интересовали. Потому что даже первый не мог выиграть у нее в гляделки. Никто не мог.

– Прикрываешься мной как щитом?

– Возможно, – игриво подтвердил Кирино, улыбнувшись. – Сегодня мы с тобой на одной стороне.

– Я на стороне хаоса, ты – на своей собственной. Кстати, многие винят тебя в появлении запретной зоны.

– А еще многие считают, что появление геенны тебе на руку, и тоже не особо довольны.

Тон Кирино изменился: Лотос услышала привычные надменные нотки. Статус первого делал Кирино невозможно заносчивым, а сам демон был уверен, что он, и только он, может возглавить круг первородных и всех демонов в целом.

Лотос же считала, что если бы хаос пожелал сделать главным кого-то одного, то не породил бы тринадцать аристократов равных друг другу по силе, и ей было неясно, почему остальные этого не понимают, снова и снова затевая войны за власть.

– Тогда оставь любезности и начинай уже собрание, – нетерпеливо потребовала демонесса. – И что еще за геенна?

– Черные Близнецы придумали это название. Всем понравилось. Звучит лучше, чем запретная зона. Что до собрания… мы не можем его начать – не все пришли.

– Ты про третий круг? В пекло огненной реки их, – раздраженно бросила Лотос. – Потом пожалеют, что опоздали.

– Они явились.

– Тогда кого все ждут?

– Безликого, – Кирино даже не потрудился скрыть усталость в голосе. Выходки Безликого уже давно стояли поперек горла у всех.

– Второй обычно не опаздывает.

– Его не пропускает защитная магия – на нем три предмета вместо двух положенных.

– Издеваешься?! – возмутилась Лотос, а Арго, стоявший у нее за спиной, подавил смешок. – Дай угадаю, не может расстаться со своей бесценной маской?

Кирино кивнул. Лотос знала, о чем он думает: все первородные жаждали узнать, зачем Безликий носит маску, которая скрывает половину его лица. Одни считали, что маска – просто мощный артефакт, иные думали, что под ней какое-то уродство, кто-то даже предполагал, что на Безликом лежит проклятье, и он прячет его последствия. Теорий было много, но никто не мог знать наверняка. В одном только Лотос была уверена – Безликий скорее пропустит бал, чем снимет маску.

– На нем маска, кимоно и пояс. Он отказывается убрать один предмет.

– Упертый баран! – вздохнула Лотос. – Значит, пусть сидит снаружи. Начинай собрание!

– Без него нельзя, – нехотя ответил Кирино.

Лотос и сама это понимала. В голосовании непременно должны участвовать все тринадцать аристократов круга первородных. К тому же Безликий не спустит им этого. Он был слишком силен – с ним приходилось считаться.

– Что предлагаешь?

– Я не смог убедить его переодеться. Попробуй ты, вдруг получится, – предложил Кирино. – Или… можешь поручиться, как палач, что три предмета его одежды не представляют угрозу. Возможно, защита пропустит.

Лотос с трудом сдержала смех. Поручиться за безумца Безликого, который в любой момент может впасть в ярость и начать крушить все вокруг, не разбирая своих и чужих? Если он что-то выкинет, ей придется наказать саму себя за нарушенную клятву. Кирино явно пытался ее подставить. Вполне в его стиле.

А ведь она так и знала, что он подошел к ней не просто так – он не был любителем светских бесед.

Лотос, не глядя, чувствовала, как напрягся Арго. Наверняка думал о том же – все это очень напоминало западню для палача.

– Я разберусь, – сказала Лотос после недолгих раздумий и направилась к выходу, гордо вскинув голову.

– Госпожа, мне это…

– Заткнись, Арго, – шикнула Лотос, и без того зная, что именно пробубнит демон. – Без тебя знаю, что идея так себе. Но без второго никак.

Она снова прошла сквозь завесу магии и вышла наружу. Арго следовал за ней, с трудом сдерживая предостережения, вертевшиеся на языке. Знал, что она все равно не станет слушать.

– Приветствую, Безликий, – голос Лотос был холодным, словно северная ночь.

Безликий обернулся на ее голос и подошел почти вплотную, игнорируя все правила приличия, а Лотос с трудом сдержалась, чтобы не принять оборонительную стойку, – второй был очень опасен. Даже безоружным он был более смертоносным и непредсказуемым, чем любое чудовище из запретной зоны.

– Палач, – рот Безликого растянулся в усмешке. – Пришла наказать или лично сопроводить на бал?

Прозрачно-голубые глаза Лотос вспыхнули от гнева – второй был в своем репертуаре. Как всегда не поприветствовал ее должным образом и высокомерно смотрел на нее сверху вниз. А за его спиной, как обычно, маячил противный рыжий слуга по прозвищу Лис – девятихвостый дух-кицунэ[1], которого Безликий взял к себе на службу и сделал демоном.

– Пришла напомнить о правилах, которые были в приглашении. Сними один из трех предметов и соизволь присоединиться к нам.

– Я зайду либо в таком виде, либо никак, – скучающе ответил Безликий, полагая, что защитная магия обязана исполнить его желание и пропустить внутрь.

– Безликий, поглоти тебя хаос! – раздраженно воскликнула Лотос. – Все ждут только тебя! Ты не можешь снять маску или свой халат? Боишься, что увидят твою рожу или голую задницу? Так вот, ни то ни другое никого не интересует!

Тут Лотос слукавила, не желая открыто выказывать интерес к черно-золотой маске, которую Безликий никогда не снимал. Она в очередной раз попыталась разглядеть, что под ней, – глазам палача открывалось то, что недоступно прочим, но прорваться сквозь защиту артефакта было ей не под силу.

Резная маска из черного металла, покрытая золотыми росчерками, скрывала лоб, глаза и нос. Прорези для глаз сияли черными провалами, и одному хаосу было ведомо, есть ли там вообще глаза. Эмоции Безликого можно было угадывать лишь по тому, как изгибались его губы. Обычно в презрительной усмешке. Прямо как сейчас.

– Халат? – возмутился Безликий, проигнорировав все остальное. – Я зову этот вид одежды кимоно. Пока вы все бегаете за модой людишек из Египта и Греции, я поддерживаю азиатское искусство.

– Искусство? – закатила глаза Лотос. – Какой же ты странный.

И даже несмотря на то, что Безликий ее неимоверно бесил, она не могла не признать, что ей самой тоже очень нравилось развитие культуры, которую она наблюдала в Азии, когда бывала в мире смертных, а кимоно Безликого действительно казалось произведением искусства. Черная плотная ткань в пол напоминала искусно сшитый халат с широкими рукавами, подвязанный черным поясом, расшитым золотыми журавлями. Само же кимоно украшали изображения солнца и стай птиц, пламени и сражений, озер и чудовищ. Зрелище завораживало, а Безликий, как всегда, удивлял.

Все аристократы были по-своему безумными, но лишь в Безликом не было и капли нормальности. Чего только стоили его игры в садовода, о которых все шептались! Пока все демоны плели интриги и сражались за власть, Безликий собственноручно растил цветы в окрестностях своих владений и готов был обратить в пепел любого, кто посягнет на его розы.

– К чему этот нелепый бал, палач?

– Знаешь же зачем, – Лотос отвлекалась от своих размышлений. – Мы должны установить правила. Нам нельзя больше вмешиваться в людскую историю, как мы сделали это в Помпеях, иначе одной запретной зоной не ограничится. Хаос зол на нас.

– Хм… Или вы все просто трусы, – нагло хмыкнул Безликий, отчего-то развеселившись.

Лис за его спиной фыркнул, повторяя насмешку своего хозяина, а Арго напрягся сильнее, чувствуя ярость своей госпожи.

– В запретной зоне ты не был таким бравым, – ехидно пропела Лотос, отбросив попытки быть любезной.

Безликий угрожающе навис над Лотос, которая сильно уступала ему в росте. Воздух между ними накалился – Безликий был взбешен.

– В запретной зоне я вытащил тебя из пекла, разрывая чудовищ руками, палач! – прорычал он.

– Нам всем тогда досталось. Даже тебе, – напомнила Лотос. – Ты же помнишь, как это было.

Она уставилась прямо в черные прорези его маски. Она не надеялась, что ее слова его образумят, но Безликий вдруг отступил, а его губы вновь растянулись в усмешке.

– Хорошо. Я согласен соблюсти условие и пройти в двух предметах. И я даже проголосую за перемирие. Но я попрошу кое-что взамен.

Арго уставился на Лотос, поджав губы, всем своим видом показывая, что думает обо всем этом. Очевидно же – Безликий с самого начала хотел что-то получить.

– Что тебе нужно? – Лотос изо всех сил скрывала охватившее ее напряжение.

– Хочу, чтобы после официальной части наши слуги сразились. Твой Арго против моего Лиса.

– Зачем? – искренне удивилась демонесса.

– Твой слуга – слабый. Меня раздражают слабаки, – пожал плечами Безликий. – К тому же я обещал Лису веселье.

– Арго убьет твоего Лиса, – фыркнула Лотос. – По рукам.

– Что ж, уговор, – улыбнулся Безликий и щелкнул пальцами, меняя одежду.

– Ты же говорил, что не любишь египетскую моду?

– Схенти[2] не так уж плохи, – хмыкнул демон и направился к проходу.

Лотос закатила глаза: Безликий не изменял себе. Обычное схенти прикрывало лишь бедра, но это одеяние струилось до самого пола, а расцветка осталась такой же, как у его кимоно. Золото на черном под стать маске на его лице. Теперь, когда на Безликом были лишь маска и схенти, защитная магия легко его пропустила.

Лотос проводила взглядом его широкую спину с гладкой бледной кожей. В истинном обличье его позвоночник шипами выходил наружу, как и локтевые суставы, но сейчас он выглядел по-человечески, как и они все. Еще одно из новых правил, за которые они будут сегодня голосовать, – не являть свой истинный облик в мире смертных.

– Думаешь, он добивался боя с тобой или подошел бы слуга любого другого аристократа? – спросила Лотос у Арго.

– Трудно сказать наверняка.

Стоило Лотос и Безликому вместе появиться на балу, как среди гостей пробежал шепоток.

– Все судачат о вас с Безликим, – тут же донес Арго. – Боятся, что вы объединитесь.

– Глупцы, – буркнула Лотос. – Плодят пустые слухи. У палача нет союзников, это всем известно.

– Думаю, основой для слухов стало то, что Безликий спас вас в запретной зоне.

– Я бы предпочла забыть об этом, – поморщилась Лотос.

Она прекрасно знала, что именно о ней болтают. И даже догадывалась, кто распустил эти слухи. Кейси, чтоб ее! Королева суккубов, сладострастия и сплетен.

– Мне не нужно было спасение. А сплетникам бы хорошо вспомнить, что в запретной зоне все общими усилиями пытались выжить. Я лично вытащила на себе полумертвого Лао, но почему-то никто не приписал мне союз с ним.

Арго со скепсисом посмотрел в сторону Лао. Тот отпускал колкости и хохотал. Он не изменял себе: успел поболтать с каждым третьим демоном на балу и вывести из себя каждого второго. Более скользкого типа найти было сложно.

– Никто в трезвом уме не заключит союз с Лао. Члены его альянсов быстро умирают, – серьезно сказал Арго. – А от его экспериментов дурно даже аристократам.

– То ли дело Безликий, – саркастично ответила Лотос. – Мечта, а не союзник. За кого они меня принимают?! Никогда не свяжу себя обязательствами ни с одним из первородных!

Арго хотел еще что-то сказать, но музыка резко оборвалась, а затем забили в барабан. Кирино призывал демонов занять места за столами переговоров.

Лотос с облегчением вздохнула – давно было пора начать.

Демоны вальяжно проследовали к своим местам. По пути третий круг успел завязать спор со вторым, Вагис пихнуть плечом Нуара, а Лао отпустить замечание относительно мрачного наряда слуги Безликого. Ферайя следила, как коршун, за Лотос, Черные Близнецы громко ругались между собой. Переговоры перерастали в склоку, даже не успев начаться.

– Братья и сестры! – громко взревел Кирино, перекрывая поток брани. – Оставим споры в эту ночь. У нас есть общая проблема, давайте решим ее раз и навсегда, а затем как следует повеселимся на балу! Пусть ссоры останутся за пределами этого места.

Кирино говорил громко, заглушая всех, не делая пауз, не позволяя кому-то прервать его, и мало-помалу ему удалось завладеть всеобщим вниманием. Лотос слушала внимательно, хотя и знала, о чем пойдет речь. Еще пару недель назад она, Кирино и еще трое из круга первородных обсудили новые правила. Теперь оставалось убедить остальных демонов их принять и принести нерушимую клятву, которая обяжет их эти правила соблюдать.

– Хаос жестоко наказал нас за то, что мы нарушили баланс и вмешались в людскую историю – часть преисподней, нашего дома, больше не пригодна для проживания. Если мы хотим сохранить то, что осталось, то должны быть осмотрительнее. Отныне мы не вмешиваемся в дела людей, не являем без необходимости свой истинный облик и магию, но самое главное: мы не воюем в мире смертных. По крайней мере, не с таким размахом, как это было раньше. Хаос показал нам, что за разрушение этого мира мы поплатимся частью своего.

– Это что же получается, людишек и убивать нельзя? Может, еще молиться на них начнем? – возмутилась Ферайя.

– Если тебя кто-то оскорбит, можешь наказать обидчика, но нельзя явиться перед целым городом смертных, объявить себя богиней, а затем стереть его в порошок, потому что тебе надоело с ними играть! – рыкнула Лотос.

– А если я хочу наказать тебя как своего обидчика?

– Всегда пожалуйста, – ощерилась Лотос. – Но воюем либо в преисподней, либо в безлюдном месте, так, чтобы никто не пострадал! Шестнадцать лет назад Кирино, Черные Близнецы, Кейси и Вагис сошлись в битве в Помпеях. Напомнить, чем это обернулось?

Ферайя поджала губы, но ничего не ответила, зато за столами демонов второго и третьего круга поднялся гомон. Те возмущались, что ограничения нужны первородным, а они вообще никогда никуда не вмешиваются. Лао начал препираться с Кирино, настаивая на том, что раз он не участвовал в битве при Помпеях, то и правила ему не нужны. Нуар снова цеплялся к Вагису, который зло шипел в ответ. Безликий неотрывно смотрел на взбешенную Лотос, едва клыками не скрипевшую от досады, думая о том, что ее окружают идиоты.

Будто шестнадцати лет хватило, чтобы забыть, как часть преисподней обрушилась, превратившись в бездну. Как всех аристократов и, хаос знает сколько еще, демонов второго и третьего круга затянуло в воронку, а потом выбросило в место, где были только боль и страх. Черная пустыня, огненный песок, затягивающий их ноги, и багровый ядовитый туман, высасывающий силы. Запретная зона. Она кишела жуткими тварями, которых никто раньше не видел. Чудовища нападали на всех без разбора, с легкостью рвали на куски даже сильных демонов, а тех, кому удавалось отбиваться, обгладывала до костей сама запретная зона.

Лотос вспомнила, как упала на раскаленный песок, который тут же стал затягивать ее. У нее не осталось ни сил, ни воли, чтобы сражаться. Она просто лежала, когда какая-то тварь прыгнула на нее, собираясь отгрызть ей голову, но тут появился Безликий и разорвал монстра голыми руками. Он спас ее. И это было позорно, ведь что бы она ни говорила, если бы не он – она бы уже развеялась в вечности.

Выжить тогда удалость только первородным, и то лишь потому, что они объединили усилия. Забыв былые обиды, они вместе, как один, пробивали себе дорогу вперед.

И после этого такие, как Ферайя, все еще верят в то, что они боги? Есть лишь один бог – хаос, Лотос очень четко это осознала. И только хаос решает, как они будут жить. И если ему не по нраву их поведение в мире смертных, то демонам, вне зависимости от статуса, стоит заткнуться и смириться. Есть сила, которая больше, чем они. Больше, чем все.

– А если геенна образовалась не из-за нас? Не из-за разрушения Помпей?

В гомоне Лотос даже не разобрала, кто это спросил. Вместо нее ответил Кирино:

– Уничтожим что-нибудь еще и посмотрим, куда нас затянет в этот раз? – предложил он.

Демоны снова начали спорить. Лотос не понимала, к чему эти затянувшиеся переговоры, если и решать-то нечего? Либо клятва, либо рано или поздно вся преисподняя станет сплошной запретной зоной. А учитывая, что пополнять силы, ковать оружие и восстанавливаться после битв демоны могут лишь в преисподней, то… выбора не было. Им нужно защитить свой дом.

Лотос внимательно посмотрела на Безликого. Они всегда стояли напротив друг друга за столом. Она не могла знать наверняка, какое выражение лица скрывала маска, но ей казалось, что он скучал, словно ему было плевать на все. Зато его слуга нетерпеливо поглядывал поверх плеча Лотос, туда, где стоял Арго.

Ей показалось, что до начала голосования прошла целая вечность. А затем и само голосование длилось несколько часов.

Демоны третьего круга толкали много пафосных речей, словно не понимая, что их голоса мало что значат, – их присутствие на балу было необходимо, чтобы обязательства клятвы затронул всех, даже низших демонов, ведь они, как представители, берут на себя ответственность за весь круг. К тому же они должны будут распространить информацию среди своих.

Голоса демонов второго круга имели больший вес – многие из них были сильными, с ними приходилось считаться, но все же и они переоценивали собственную значимость на этом мероприятии, а их речи были долгими и нудными.

Первородные проголосовали кратко. Все, кроме Кейси и Лао, которые обожали поболтать и высказать свое возмущение по поводу и без.

Кирино подвел итоги: большинство согласилось принять новые правила и связать себя клятвой на пятьсот лет. А по истечении этого срока они проведут новое собрание, чтобы решить, нужно ли принести ее вновь.

Лотос вздохнула с облегчением и зачем-то снова посмотрела на Безликого. Он, как и обещал, проголосовал «за». Перехватив ее взгляд, он странно улыбнулся. Лотос лишь дернула уголком губ в ответ и покинула стол переговоров сразу после того, как все повторили вслед за Кирино слова клятвы.

Кирино произнес заключительную речь, а затем объявил, что официальная часть завершена и все могут предаваться развлечениям.

Началось веселье. Кто-то танцевал, кто-то переговаривался о своем, кто-то плавал в купелях, а иные обнимались с бывшими врагами, стягивая одежду. Демоны веселились, расслабленно общаясь между собой, не опасаясь получить в спину отравленный нож.

– Безликий и его слуга за вами наблюдают, – шепнул Арго Лотос.

– Знаю, – ответила демонесса. – Готов разорвать Лиса на части?

– Да, повелительница.

– Твои видения не сбылись. Переговоры прошли так, как я хотела. Раз катастрофа меня не ждет, то и тебя минует смерть. Ты победишь.

– Да, – коротко кивнул Арго, не став напоминать, что бал еще не закончился и беда все еще может найти его хозяйку.

– Идем, – приказала Лотос. – Хочу, чтобы ты стер ухмылку с лица этого рыжего гаденыша, раз ему не терпится сразиться с тобой.

Лотос сделала шаг навстречу Безликому, который только этого и ждал. Демон тут же направился к арене, окруженной факелами, где раб Ферайи ловко разобрался со слугой Крона из второго круга.

– Лотос, мой Лис желает сразиться до победы или смерти с твоим слугой Арго, – громко, чтобы все слышали, объявил Безликий. – Если, конечно, ты не против. Ведь мы соблюдаем условия бала и действуем открыто и добровольно.

Лотос едва не передернуло от его слов. Безликий всем видом давал понять, что чихать хотел на правила и играет в формальность на потеху себе, а не потому, что уважает бал перемирия. Назло ему хотелось отказаться, но демонесса уже пообещала, что битва их слуг состоится. Договор есть договор.

– Принимаю вызов, – громко ответила она. – Лис против Арго. До победы одного и смерти другого. Еще пожелания будут? – дерзко спросила она.

– Я бы посмотрел на бой на отравленных ножах, если, конечно, Арго не боится.

– С превеликим удовольствием.

Демоны, слышавшие их разговор, зашептались. Все знали, что Арго владел холодным оружием лучше любого из присутствующих слуг первородных, вдобавок он был невосприимчив практически ко всем ядам. У Лиса же не было таких умений. Яд на него действовал, а любимым оружием были лук и стрелы. Так зачем Безликий изначально усложнил задачу собственному слуге?

Этот вопрос буквально читался на лицах многих демонов, и они стали стягиваться к арене, чтобы посмотреть на бой. Лотос же держалась отстраненно, но все же было заметно, что ее удивили условия.

– Палач, хочу показать тебе, как слаб твой слуга, – глубокий, вкрадчивый голос Безликого заполнил ее уши, когда демон склонился над ней и прошептал эти слова так четко, что они достигли самого нутра демонессы.

– Отойди от меня, – прошипела Лотос, чувствуя, что ее ухо горит от его дыхания.

Она посмотрела на его лицо, на маску, скрывавшую глаза, на нахальную улыбку. Гнев стал подниматься внутри Лотос. Безликий ее бесил. Демон же выпрямился в полный рост и продолжил стоять спиной к арене, но лицом к Лотос.

– Что ты делаешь? Тебе настолько неинтересно смотреть схватку наших слуг? – возмутилась она.

Арго уже скрестил ножи с Лисом, а она отвлекалась на Безликого.

– Я же знаю, чем все закончится, на что мне смотреть?

Лотос чуть не задохнулась от бешенства. Столько надменности и самодовольства было в позе, голосе и каждом жесте, что ей захотелось самой выйти с ним на арену и как следует избить. А еще она хотела, чтобы Арго размазал Лиса по арене и выжег улыбку с губ Безликого.

– Когда Арго убьет Лиса, я погляжу, как твоя маска треснет от досады, – не удержалась Лотос, делая шаг к Безликому, забыв о бое на арене.

– Арго – ничтожество, палач. Он не достоин чести быть сопровождающим аристократа на балу. Тем более такого хилого, как ты. Тебя должен защищать кто-то посильнее, иначе быстро подохнешь, – спокойно сказал Безликий, чем окончательно разъярил Лотос.

– Ты забыл, с кем разговариваешь?! – рявкнула она.

– О, я всегда помню о твоих способностях, палач, – Безликий молниеносно схватил ее за кисть и перевернул ладонью вверх.

Тонкое запястье, нежная кожа, покрытая тонкой вязью рун, которые сейчас не горели. Лотос мгновенно вырвала руку и прижала к груди.

– Не трогай меня без моего позволения!

– Меня смешит твоя бравада.

Лотос хотела ответить, но рык и лязг оружия на арене отвлекли ее. Она увидела, что Лис уже использовал свое особое умение – он мог во время боя разделить свое тело, создавая девять своих двойников по количеству хвостов. Они были из плоти и крови, искусно сражались, но не разговаривали и не обладали своей волей, являясь продолжением хозяина. Они заполнили арену и окружили Арго, который только и успевал, что уворачиваться от отравленных ножей.

Лотос внимательно следила за Лисом, в сотый раз поражаясь тому, что Безликому удалось заманить к себе на службу кицунэ. Эти духи были хитрыми и крайне свободолюбивыми и никогда не соглашались служить добровольно, а если кому из демонов удавалось их поработить, то они всеми силами пытались испортить хозяину жизнь. Этот же добровольно таскался за Безликим, словно собачонка, да еще и согласился стать демоном. Немыслимо!

Лотос не нравилось то, что первородные повадились брать на службу созданий, не рожденных в преисподней. Все-таки духи, русалки, джинны и прочие создания принадлежали миру смертных. Они были аномалиями, появившимися оттого, что демоны воевали и погибали на земле, – высвободившийся хаос не мог вернуться в преисподнюю и порождал иные формы жизни. Поэтому-то демоны первого и второго круга должны убивать друг друга только в преисподней. Хаос к хаосу.

Именно поэтому на балу бои были разрешены только в пределах арены – Кирино заколдовал ее так, чтобы сдержать высвободившийся хаос и вернуть его домой. Лотос заметила демонов в темных плащах, которые обновляли руны после каждого сражения.

Она снова перевела взгляд на арену. Арго был силен, умен и очень ловок: ему уже удалось прикончить двух двойников и нанести Лису несерьезную, но неприятную рану. И все же Лис был очень опасным соперником – кицунэ имели много секретов, а их магия была неизученной.

Лотос непроизвольно сжала кулаки.

– Нервничаешь, палач? – Безликий встал перед ней, вновь загораживая собой арену. – Или размышляешь, какого раба поставишь на место убитого? Выбирай тщательно, я легко разберусь с каждым твоим слугой.

– Что тебе от меня нужно? – спросила Лотос, возвращая холодное спокойствие в голос.

– Ты слабая, – хмыкнул Безликий. – Ты полагаешься на свои таланты палача, но если будешь рассчитывать только на них, умрешь.

– Тебе какое дело?

– Ты часть круга первородных аристократов, не позорь его.

Это было последней каплей в чаше терпения демонессы.

– Слушай, ты, если хочешь выйти на арену со мн…

Слова Лотос потонули в гоготе и криках толпы, сомкнувшей плотное кольцо вокруг арены. Даже первородные с интересом смотрели на бой. Лотос протиснулась мимо Безликого и замерла, глядя на арену.

Повсюду была кровь убитых двойников Лиса, которые лежали на песке, а сам Лис стоял среди них. Из десятков ран текла черная кровь, а в руке он сжимал оторванную голову Арго, намотав его волосы на кулак.

Лотос смотрела, как тело слуги растворяется в вечности, – Лис разрушил его окончательно, без права на восстановление в преисподней. Арго проиграл и погиб, а она даже не видела его последнюю битву, потратив время на дурацкую болтовню с Безликим.

– Победа за тобой, Безликий, – дерзко прохрипел Лис.

Тот обернулся к арене и взглянул на раненого слугу.

– Ты позоришь меня своими увечьями, – резко сказал он Лису. – Возвращайся в замок и вылечи свои раны.

Лис молча кивнул и ушел с арены. Рыжие волосы свалялись от свежей крови – Арго сильно ударил его по голове. Каждый шаг отдавался болью из-за яда от отравленного оружия, но Лис пытался идти прямо и гордо, хоть победа и не радовала. Позже Безликий скажет ему, что думает об этой жалкой битве, где его чуть не прикончили. Он явно преподал ему урок за самонадеянность и излишнюю веру в свои силы. Урок был усвоен. Повелитель, как всегда, был прав – нельзя недооценивать врага, особенно если это слуга кого-то из первородных, – они берут к себе только лучших. Унижение жгло сильнее, чем яд, растекавшийся по телу, и Лис надеялся, что ему удастся покинуть бал до того, как он потеряет сознание на глазах у всех, опозорив Безликого.

Шум стих, демоны уже планировали новый бой, а Лотос смотрела перед собой невидящим взором. На миг она застыла, охваченная печалью, что потеряла такого преданного слугу, как Арго. Кто теперь будет занудствовать и жужжать ей на ухо предостережения? Кто будет шпионить и доносить полезную информацию? У демонов нет друзей, но годами он был верен ей, как никто. Она уважала его даже в те моменты, когда хотелось дать ему по уху за излишнюю веру в видения.

Получается, его пророчество относительно собственной смерти сбылось? Или оно ослабило его в бою, лишив веры в свои силы? Теперь уже не узнать. Да и не важно.

– Я же говорил, палач, твой слуга ничтожество, а ты слабая, – повторил Безликий.

– Ублюдок! – Лотос импульсивно, быстрее, чем подумала, ударила Безликого кулаком в голый торс.

Демон принял ее удар и даже не дрогнул, хотя знал, что она усилила удар магией. По всей площадке прокатился, как смерч, его хохот.

– Это все? – спросил он сквозь дикий смех.

Другие демоны не разделили веселье Безликого – Лотос нарушила условия бала, напав на демона вне арены. Колонны по всей площадке затрещали от магии, тут же превращаясь в каменных титанов, готовых ее выпроводить.

– Ты нарушила условия бала! – взревел Кирино. – Убирайся, Лотос! Ты больше не можешь оставаться с нами. Вдобавок предлагаю, чтобы следующие три собрания круга голос Лотос не учитывался.

– Да, накажем ее, – тут же подхватила Ферайя, радуясь позору тринадцатой.

– За что? Да она его почти погладила, – фыркнул Лао. – Тут вообще рукоприкладство не приветствуется? Мы стали скучными и мягкотелыми, друзья мои.

– Тут нет друзей! – фыркнула Ферайя.

– С такими речами у тебя даже приятелей никогда не будет, милая, – возмутился Лао.

– Заткнитесь! – крикнула Лотос. – Я нарушила условия, я ухожу с бала. Можете не учитывать мой голос хоть следующие пять столов переговоров. Плевать.

Демонесса развернулась и гордо пошла на выход, туда, где еще недавно шел Лис, капая на мраморный пол кровью.

Злость жгла сущность Лотос до кончиков пальцев. И все же Арго ошибся. Она получила то перемирие, что хотела. А потеря Арго… с этим ей придется смириться. Как ее ни печалила потеря слуги, она не могла назвать это катастрофой.

Глава 2
Танец жриц

Хаос не лишен чувства юмора. Как иронично наделить самыми выдающимися способностями ту, что не может воспользоваться силой по собственному усмотрению. Палач – единственная, кто может чертить руны прямо в воздухе, не используя ни крови, ни чернил, но при этом не может противостоять зову рун, что высечены на ее руках.

Из заметок чернокнижника

Лис выругался сквозь сжатые зубы, осознав, что переместился не в замок Безликого, а в зеленый лабиринт в его окрестностях. Повезло еще, что ему хватило сил, чтобы перенести себя в земли повелителя, – если он потеряет сознание тут, то его хотя бы не прирежут его враги. Он шевельнул пальцами – те едва слушались, но он смог бы нарисовать руны и телепортироваться, если бы не одно маленькое «но».

Яд Арго не просто разъедал тело, он каким-то образом блокировал связь с хаосом, и Лис чувствовал, что не сможет воспользоваться магией. Он вообще всегда плохо переносил яды и, зная эту свою слабость, научился не подставляться и убивать до того, как его коснется меч соперника. Обычно у него получалось, но сегодня все пошло не так. Бой был тяжелым, а победа – жалкой.

И до замка ему придется идти пешком.

Лис сделал несколько шагов на плохо слушающихся ногах, и его вывернуло черной кровью на куст белоснежных роз. Он упал на четвереньки, отполз в сторону живой изгороди и привалился спиной к плотной стене вечнозеленых растений.

– Безликому не понравится, что тебя стошнило на его цветы, – ехидно пропели над ухом.

– Отвали, Теон, – прохрипел Лис, закатывая глаза от боли.

Его внутренности горели будто в агонии, и у него не было сил прогнать надоедливого мальчишку. И почему Безликий обратил «это» в демона? Бывший человечек шестнадцати лет – жертва несостоявшегося ритуала. Перед смертью он поклялся заплатить любую цену в обмен на то, что ему позволят поквитаться со старейшинами своего племени.

Лис до сих пор не мог понять, каким образом Безликий услышал его просьбу и почему согласился исполнить, но вот уже двадцать лет Теон – один из его приближенных. Работает обычно в одиночку, как и Лис, предан Безликому, как и Лис, и считается гением среди других слуг повелителя, как и Лис. Но, по мнению Лиса, Теон – мелкий выскочка, в котором куда больше человеческого, чем демонического.

– Смотрю, бал перемирия прошел для тебя не очень гладко, – не сдавался приставучий мальчишка. – А я ведь предлагал Безликому взять меня.

– Тебя? – Лис от возмущения закашлялся кровью. – Ты бы там сдох.

– Этого мы уже не узнаем.

Теон, который до этого расхаживал вокруг Лиса в своей любимой форме орла, резко остановился, принял облик человека и пристально уставился на кицунэ, словно пытаясь что-то разглядеть. Его глаза скользнули по его узкому лицу, потом внимательно изучили раны от ножей Арго, которые и не думали затягиваться, а потом остановились где-то в районе груди.

– Тебе нужна помощь, – серьезно сказал он.

– Ну так позови кого-нибудь.

– Я могу тебя вылечить, если Безликий желает, чтобы ты выжил, – хмыкнул Теон и протянул руку к Лису.

Тот попытался отмахнуться, но завалился набок и упал в лужу собственной крови. Именно поэтому Лис всегда предпочитал работать в одиночку, чтобы никто не видел его в моменты слабости, – лучше сдохнуть. Давно он не чувствовал себя таким униженным и жалким. А Теон так и тянул к нему свою треклятую руку.

– Мне не нужна помощь человеческого отребья, – высокомерно пропыхтел кицунэ, скрипя клыками от боли.

– Другим демонам ты не нравишься, Лис, слишком часто задираешь их, – заметил Теон, нисколько не обидевшись на его грубость. – Не думаю, что они станут тебе помогать.

– Безликий сказал…

– Безликий, я так понимаю, все еще на балу, а прямого приказа помочь тебе не было. Уверен, они не будут торопиться с лечением, пока не станет слишком поздно.

– Что значит – поздно? – Лис страдал от ран, но понимал, что они не смертельны. Если ему не помогут, то он просто будет корчиться от боли, пока его тело не восстановится самостоятельно. Может, несколько дней, а может, недель. Неприятно, но ему не привыкать. – Мои раны…

– Дело не в них. Не знаю, кто тебя отделал, но на тебе мощное проклятье, рыжий, – фамильярно изрек Теон. – И оно разрастается, отравляя твою сущность, так что тебе очень нужна помощь. И побыстрее.

– И ты можешь меня спасти? – Сама эта мысль показалась Лису отвратительной.

Почему из всех слуг Безликого его нашел именно Теон? Будь на его месте Райху, Игги, Стеро – да кто угодно, было бы легче. Всех их Лис хоть раз, да вытаскивал из передряг. Они были ему должны. А этот мальчишка… он никогда не просил его о помощи.

– Да.

– Что хочешь взамен? – сдался Лис, чувствуя, что его вот-вот снова вырвет.

Теон был прав. Стоило ему отвлечься от боли, терзавшей тело, как он ощутил странное воздействие проклятия, которое до этого не замечал. С ним происходило что-то очень паршивое – хаос будто вытекал из его тела вместе с кровью. Если это не остановить, то он отправится прямиком в объятия вечности.

Поглоти пламя этого урода Арго и его магию! Он получил слишком легкую смерть.

– Взамен? – Теон нахмурился на мгновение, а потом его лицо озарила широкая улыбка. – Никак не привыкну, что за помощь нужно просить что-то взамен. Хотел просто так подсобить, чтобы тебе стало стыдно звать меня человеческим отребьем. Но раз ты сам спрашиваешь, да и стыд тебе неведом… хм…

– Быстрее, – прохрипел Лис.

Мало того, что опозорился на арене, подвел Безликого, получил смертельное увечье, так еще какой-то малолетний ублюдок будет над ним глумиться! Как он мог так встрять?

– Ладно, рыжий, сейчас тебя подлатаем, – весело сказал Теон.

Он опустился вниз рядом с Лисом и положил его голову себе на колени. Лис не сопротивлялся, хотя все его нутро восставало против происходящего. И все же, как бы он ни презирал Теона, считая, что он недостоин быть приближенным Безликого, невозможно было не признать, что у него дар к магии.

Ему не нужны были ни руны, ни заклинания, – он просто положил руки на виски Лиса, и магия заискрила на кончиках его пальцев. Она вливалась в него, восстанавливая силы и подавляя проклятие. Боль сразу же отступила, но вместо облегчения Лис испытал злость: мальчишка так и не сказал, какую плату хочет, а отказаться не получится – он уже ему помогал.

– Что ты хочешь взамен?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Лис-оборотень, обладающий магическими способностями. (Прим. авт.)

Вернуться

2

Предмет одежды, набедренная повязка из неширокой полосы ткани, которую обертывали вокруг бедер и укрепляли поясом. (Прим. авт.)

Вернуться