Матвей Пеликанов
Тест на человека

Резко пискнул сигнал, цифры в правом нижнем углу маленького экрана обновились.

– Пришло за последнюю точку? – оживился Саша. – Сколько там?

– Тридцать, – ответил я.

– Тридцать? – Саша возмущённо хлопнул ладонью по рулю. – Вот жлобство! Эти институтские – настоящие жлобы. Надо с ними поговорить, а, Стив? Серьёзно поговорить! Что это за расценки такие – тридцать бонусов за точку? Ты, значит, гоняешь по джунглям, потеешь, лазаешь по самым вонючим дырам, и всё это, прошу заметить, с риском для жизни. А они на своих вертолётах прилетают на всё готовенькое – и дают тридцать за точку! Стив, пойдёшь со мной поговорить в Институт?

Я молча покачал головой и продолжил подтачивать ноготь на указательном пальце.

– Ну и чёрт с тобой, я тогда пойду один! – чтобы придать вес своим словам, Саша ещё раз ударил по рулю.

– Не пойдёшь, – сказал я.

– Почему это я не пойду? – обиженно спросил Саша. – Ты почему так считаешь?

– Ты пойдёшь к Свену.

– Ну да, пожалуй, сначала к Свену, – Саша задумчиво почесал заросшую щетиной щёку. – Куда это годится – почти два месяца без пива? Меня, кстати, очень удручает, что мы ни капли не берём в рейд. Я хотел с тобой это обсудить ещё раз. Нет, ты послушай, я же не предлагаю в рейде напиваться! Будем просто брать с собой немножечко, чтобы вечером посидеть, расслабиться. Вот когда я с Сержем ездил, у него всегда было…

– Сержу отгрызли половину жопы, – напомнил я, убирая пилочку в карман комбинезона.

– И правда, – Саша приуныл и уставился на дорогу. Немного помолчав, он вдруг снова оживился и повернулся ко мне. – Стив, а что, если…

– Стой, – я поднял ладонь, – вперёд смотри.

Саша перевёл взгляд на дорогу и чертыхнулся. Ровер сбавил ход, покатился медленнее, а потом и вовсе остановился. Растрескавшийся бетон древней дороги перегораживало бревно – серое, толстое, не меньше полуметра в диаметре. Концов его не было видно в обступавших дорогу радиоактивных джунглях.

– Бревно? – уточнил я.

– Бревно, – кивнул Саша, пристально вглядываясь сквозь триплекс.

– Вылезу, посмотрю?

– Стив, это точно бревно, – ответил Саша и щёлкнул двумя тумблерами. Справа и слева от кенгурятника выдвинулись пилы. Ещё два щелчка, и цепи пришли в движение.

– Подожди… – начал было я, но Саша уже надавил на газ. Ровер сдвинулся с места, и через мгновение пилы вонзились в бревно. Из-под цепей брызнула желтоватая слизь, бревно неистово дёрнулось, изогнулось в одну сторону, а потом сразу же в другую, и обрушилось сверху на пилы. От удара длинные стальные шины изогнулись, цепи порвались и слетели с них.

Отстегнув ремень, я метнулся через кабину к месту стрелка. Рухнув в кресло, я схватился за рукоятку пулемёта, потянул её вниз, и в этот момент снаружи раздался грохочущий выхлоп. Кабину наполнила отвратительная вонь, пробившаяся сквозь фильтры. Борясь с тошнотой, я поднял ствол, и сквозь прицел увидел серую тушу сухоспрута, раскачивающуюся над верхушками деревьев на четырёх напряженных вертикальных щупальцах. Подброшенный в воздух на полтора десятка метров реактивной струёй газов и экскрементов, сухоспрут озирался дюжиной мутных белёсых глаз, стараясь разглядеть то, что так болезненно прервало его сон. Его взгляд остановился на мне, сквозь прицел я увидел, как расширились зрачки, и тогда я надавил на курок пулемёта.

Сухоспрута надо очень сильно испугать, иногда даже ранить. Тогда он бросится вглубь джунглей, чтобы залечь в тёплое болото и медленно восстанавливаться. Чаще всего бывает достаточно одной очереди по глазам, но в этот раз сухоспрут попался особенно крупный, а значит – старый и злой. Стоя на четырёх конечностях и подтянув под брюхо истекавшее жёлтой слизью израненное пятое щупальце, сухоспрут зажмурился, занёс в воздух три остальные конечности и обрушил их на нас. Два щупальца попали в цель, вцепились в броню ровера и начали сжиматься.

– Саша! – крикнул я, и тут ровер приподнялся в воздух, повернулся на бок, а потом с силой ударился о бетон. Я вылетел из кресла стрелка, кувыркнулся через кабину и впечатался затылком в стену. В глазах потемнело. – Саша, ток! – прохрипел я. Теряя сознание, я увидел, как Саша дёргает за рубильник, выводя напряжение с реактора на корпус ровера.

– В очередной раз убеждаешь меня, что толстый череп – куда большее эволюционное преимущество, чем объём мозга, – Саша выпрямился и отшвырнул на обочину окровавленную салфетку. – В самом деле, зачем пристёгиваться, если у тебя теменная кость толще, чем броня ровера?

– Сильно? – спросил я, поднимая взгляд на Сашу и морщась от боли.

– Ерунда, пару чешуек содрал, – он вдруг расплылся в ехидной улыбке, – до свадьбы заживёт…

Я зашипел и резко выпрямил ногу. Саша не успел увернуться, и тяжелый ботинок влетел ему под колено.

– Рефлексы в порядке, а чувства юмора как не было, так и нет, – констатировал Саша, потирая ушиб. – Давай, забияка, вставай, надо ровер на колёса ставить.

Ровер лежал на боку – в том виде, в котором сухоспрут оставил его после того, как получил мощный удар тока. Пока я был без сознания, Саша выволок меня через люк и положил на траву на обочине, что потребовало от него немалых усилий – я, как-никак, почти в два раза тяжелее его. Однако из-за идиотских шуток вся моя благодарность сошла на нет.

С помощью лебёдки, троса и толстенного дерева мы поставили ровер обратно на все восемь колёс. Я забрался в люк следом за Сашей и увидел, как он садится в водительское кресло.

– Вылазь, – велел я.

– Откуда вылазить? – непонимающе уставился на меня Саша.

– Из кресла, – я показал на пассажирское место, – сюда сядь.

– Это ещё почему? – возмутился Саша. – Я – водитель, ты – механик. Стив, мы с тобой на этот рейд так договорились…

Я взял Сашу за шкирку и выдернул из кресла.

– Ровер – мой, – объяснил я. – Ты – арендатор.

– Вот ты жук! – воскликнул Саша. – Я думал – ты ящер, а ты вон какой жук, оказывается!

Я молча показал Саше кулак и он, обиженно замолчав, сел в пассажирское кресло. Я щёлкнул рычажком диагностики, на панели засияла россыпь разноцветных лампочек. Померцав, треть загорелась зелёным, почти все остальные – жёлтым.

– Дерьмо, – выругался я, глядя на две лампочки, вспыхнувшие красным.

– Дерьмо, – согласился Саша, тоже уставившись на панель. – Что будем делать?

– Смотреть глазами, – ответил я.

Осмотр глазами показал, что из системы охлаждения вытекла практически вся вода, а антенну сухоспрут, суля по всему, забрал с собой на память.

– Слава Счётчикам, что охлаждение работает на воде, – заметил Саша, – чёрта с два мы бы тут нашли какой-нибудь хитрый фабричный хладагент.

– Воду тоже чёрта с два, – ответил я, обрабатывая герметиком края заплатки.

– Так давай питьевую используем, перельём из бака! – предложил Саша. Я покачал головой, заточенным ногтем соскоблил лишний герметик и вытер ноготь о штанину комбинезона. – Ну почему? – не унимался Саша. – Нам два, максимум три дня до города, дотянем как-нибудь.

Я устал говорить. Оставив Сашу самостоятельно соображать, что с нами будет, если мы где-нибудь встрянем без антенны и без питьевой воды, я залез в люк, сел в кресло водителя и принялся изучать карту. Через пару минут Саша забрался в ровер, устроился в пассажирском кресле и тоже склонился к экрану.

– Вот, вроде, сюда можно, – он ткнул пальцем в изгиб реки, вплотную подходивший к одному из ответвлений дороги. – Ехать всего полдня.

– Тихим ходом, – поправил я.

– А, ну если тихим ходом, то, пожалуй, все полтора. Сьюзи, небось, переживать будет…

– Переживёт, – ответил я, заводя двигатель.

– Простой ты человек, Стив! – тоненькие серебряные чешуйки в уголках глаз Саши весело блеснули. – За это я тебя и люблю, гражданин класса “Г”. Я вот волнуюсь за твою невесту – а ты что? Пережжживёт, – прошипел он, передразнивая меня.

Я гордо промолчал, потому что знал: если невеста готова ждать свадьбы положенные по квоте восемь лет, если она вообще решилась выйти замуж за рейнджера, то несколько дней без связи она точно переживёт.

– Видишь, как всё удачно повернулось! – Саша сбросил сумки с инструментами на землю и весело потёр руки. – Не свернули бы сюда – не нашли бы бункер. То есть даже так: если бы я за этот валун не отошёл отлить, ничего бы мы не заметили. Удачно отлил, получается! А бункер – это минимум полтос. То есть, выходит, отлил на полтос!

Я промолчал, продолжая ногтем соскребать багровый лишайник с бетона справа от матового металлического люка. Каждая пила выйдет в двадцать, а ещё антенна, и нормальный ремонт охлаждения, и куча других мелочей – всё это обойдётся минимум в четверть бонусов Института за этот рейд. Я твёрдо решил, что все эти расходы вычту из Сашиной доли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.