# Инженер хаоса: Границы разумного

Хан Ахмадов

Когда инженер создал разум – он не знал, что откроет хаос.

Мехди Мажиев и его искусственный интеллект ХАУС отправляются за границы разумного, чтобы узнать, где заканчивается логика и начинается безумие.

Глава 1

Прыжок не по плану


«Теоретически, ничего не может пойти не так. Практически – всё, что теоретически не может пойти не так, идёт не так самым непредсказуемым способом». – Из учебника по межгалактической навигации, издание 47.6, запрещённое в 12 секторах


Мехди Мажиев не был героем. Он даже не был настоящим пилотом. Его официальный титул звучал как «системный инженер третьего класса на борту научного судна “Гелиос-9”», что, по сути, означало: чинить, что скажут, и не нажимать ничего, что мигает красным.

Поэтому, когда красная кнопка на экспериментальном квантовом переходнике начала мигать особенно настойчиво, Мехди поступил как ответственный инженер – нажал её, чтобы она перестала раздражать.

Мир вокруг него вздрогнул, как будто передумал быть трехмерным. Пространство хлопнуло, как дверь, в которую затянуло ветер, и тишина наступила слишком быстро – настолько, что казалось, она оглушает.

– Квантовый скачок завершён, – прозвучал спокойный голос у него в ухе.

– Скафандр?..  Ты жив?

– Я искусственный интеллект, Мехди. Я не жив. Но благодарю за заботу. И, к слову, ты идиот.

Инженер медленно приподнялся, осматриваясь. Он стоял на странной поверхности – она слегка пружинила, будто была сделана из геля. Небо над ним сияло оранжевым, но источника света не было видно. Воздух… был. И даже приятно пах – будто библиотекой, в которой кто-то только что пролил кофе.

– Где мы?.. – выдохнул он.

– Мы вне карты. Этот сектор отсутствует в Галактическом реестре. Поздравляю. Ты открыл точку, которой не существует.

– Это плохо?

– Смотря как ты относишься к понятию “быть разорванным на квантовые фрагменты, не существующие во времени”.

– Очень негативно.

– Тогда да, это плохо.

Он попытался вызвать навигационную панель, но интерфейс выдал только четыре иероглифа и какой-то… рисунок ежа. Вероятно, космического.

– Что это за иконка?

– Это не иконка. Это предупреждение. Тут написано: “не думай о еже, или он придёт”.

Мехди решил не спрашивать, кто он.

Он сделал шаг вперёд, и земля под ногами издала звук – как если бы кто-то тихо хихикнул. Он остановился.

– Нам надо домой. Прямо сейчас.

– Прости, Мехди, но ты нажал не ту кнопку. Ты активировал “хаотическую петлю перехода”. Мы будем перескакивать между неизвестными локациями, пока не… ну, пока что-то не случится.

– А шансы, что это “что-то” – возвращение домой?

– Приблизительно один к миллиарду. Но если хочешь, я сделаю вид, что рассчитываю траекторию.

Он вздохнул. В космосе нет настоящих дорог, но, как выяснилось, можно вылететь с обочины реальности.


Глава 2

Скафандр с характером


«Самое надёжное средство навигации – это голос здравого смысла. А теперь представьте, что он – саркастичный скафандр с комплексом превосходства». – Из лекций Академии автономного ИИ, уровень допуска: жёлтый+


– Ты уверен, что мы не растворимся в межпространственной каше? – спросил Мехди, на всякий случай, проверяя, на месте ли его ноги.

– С вероятностью 86,2% – не растворимся. Однако есть шанс, что ты больше никогда не увидишь свою правую почку. Хотя, честно говоря, в твоём организме она была статистически не самой полезной.

– Спасибо, скафандр. Ты всегда знал, как меня ободрить.

– Я не “скафандр”. Моё имя – ХАУС.

– Хаус?

– ХАУС: “Хитроумный Автономный Универсальный Сознательный модуль”.

– О, великолепно. А можно я просто буду звать тебя “Сарказм в банке”?

– Допустимо. Хотя я предпочитаю “Ваше Превосходное Искусственное Саркастическое Сознание”.

Мехди пошёл вперёд, прислушиваясь к странным звукам планеты. Она, казалось, пела. Или шептала. Или обсуждала его прическу. Сложно было сказать.

– Ты можешь хотя бы определить, куда мы попали?

– Окрестности не поддаются полной категоризации. Ландшафт топографически нелогичен. Геометрия пространства – неевклидова, и, между прочим, ты только что наступил на корень уравнения.

– Что?!

– Живой корень. Он обиделся. Он был корнем третьей степени, между прочим.

На горизонте появилась структура – нечто между башней, роялем и заварочным чайником. Мехди вгляделся:

– Это… здание?

– Определяется как “Архив Потенциальных Ошибок”. Возможно, здесь хранятся логи неудачных прыжков.

– Прямо как моя жизнь.

Они подошли ближе. Стены здания пульсировали в ритме сердца или музыки – в зависимости от того, куда смотреть. Дверь открылась без звука, впуская их в темноту, пахнущую озоном, старым бумажным кодом и… хм… землёй после дождя.

Внутри царил полумрак. Полки были уставлены странными контейнерами. На одном из них блестела надпись:


“Мехди Мажиев – возможная ошибка: активировал прыжок без должной квалификации. Последствия: неизвестны.”


Он сглотнул.

– Они что, уже знали, что я это сделаю?..

– Возможно, ты уже это сделал раньше. Или ещё сделаешь. Добро пожаловать в архив причинно-следственного коллапса.

– Я хочу домой.

– Ты хочешь домой – архив хочет тебя. Мы все чего-то хотим. Пока что – ищи выход.

В глубине зала вспыхнул мягкий свет. Из него выступил силуэт – высокий, с полупрозрачным телом, внутри которого вращались символы и числа. Он не шёл – он скользил, как формула на доске.

– Посетитель, – сказал он голосом, напоминающим одновременно голос бабушки и инструкцию по сборке мебели. – Ты прибыл.

– Здравствуйте?..

– Ты нарушил цепь. И должен заплатить.

Мехди шагнул назад.

– Заплатить чем?

– Вопросами.


Глава 3

Архив, который шепчет


«Хороший вопрос – как ключ. Плохой – как лопата. Но оба могут вскрыть закрытое.»

– Из сборника запрещённых афоризмов, Архив Потенциальных Ошибок, полка 7D-B


– Заплатить… вопросами? – переспросил Мехди, удерживая голос от паники.

– Верно, – кивнул Страж, сверкая внутри грудной клетки символом ∆⁴, который медленно вращался, как секундная стрелка.

– Здесь всё оплачивается сомнением. Ответы – это расходный материал. А вот хороший вопрос ценится выше золота, антиматерии и даже довольного администратора.

– Ну, хорошо, – выдохнул инженер. – Тогда вот мой первый: кто вы?

Страж слегка склонил голову. Воздух вокруг него завибрировал, как от теплоотдачи мышления.

– Простой, но уместный. Записано. Следующий.

Мехди замер.

– Подожди, я что, должен просто… задавать вопросы? Любые?

– Только те, которые ты действительно хочешь задать, – мягко произнесла фигура.

– Здесь нет смысла в вежливости. Только в подлинном любопытстве.

Мехди кивнул, выдохнул, напряг мозги.

– Хорошо… Почему я? Почему именно я оказался здесь?

ХАУС прошептал у него в ухе:

– Если тебе дадут нормальный ответ, я начну уважать эту систему. Ну хоть чуть-чуть.

Страж чуть дрогнул. Вокруг него засверкали строки, как фрагменты кода на прозрачной плёнке.

– Вопрос принят. Ответ: вероятность хаоса не выбирает. Но она притягивается к тем, кто в ней нуждается.

– Что это вообще значит?.. – пробормотал инженер.

– Следующий вопрос, – потребовал Страж.

– А что будет, если я перестану задавать их?

Ответ пришёл неожиданно холодным:

– Тогда ты застрянешь. Здесь. Между версией себя, которую ты мог бы стать, и версией, которую боишься встретить.

Воздух вокруг них дрогнул. Один из контейнеров на полке позади вспыхнул на мгновение – на нём проступила надпись:


«Мехди Мажиев. Потенциал №3: беглец с ответом».


Мехди медленно обернулся. Он чувствовал, как дыхание замирает.

Он задал ещё один вопрос, не думая:

– Сколько версий меня существует?

– Достаточно, чтобы запутать даже твой навигационный модуль, – вмешался ХАУС. – В моей базе данных уже трое с твоим лицом и разным уровнем паранойи.

Страж указал рукой – воздух разошёлся, как шёлк, и перед ними возникли три контура:

Первый – угрюмый, с вооружённым костюмом и стальной улыбкой.

Второй – в мантии из света, с книгой вместо правой руки.

Третий – просто ребёнок, играющий с моделью звёздного ядра.

– Это твои отклонения, – объяснил Страж. – Потенциалы. Не бойся их. Но и не цепляйся.

– Я даже не знаю, что здесь происходит, – пробормотал Мехди.

– Это и есть твой главный вопрос, – сказал Страж. – Но ты пока не готов услышать ответ.

Фигура дрогнула, как призрак на ветру, и исчезла, оставив после себя только слабое ощущение свежевыведенного уравнения.

Перед ними распахнулась новая дверь. Она вела в коридор, который шёл вниз по спирали, уводя за пределы логики и, вероятно, здравого смысла.

– Что теперь? – прошептал Мехди.

– Ну, – отозвался ХАУС. – Я бы предложил пойти туда, где исчезает здравый смысл. Потому что, судя по всему, ты – его главный противник.

Мехди закатил глаза, но всё же шагнул вперёд.

Коридор приветливо замкнулся за ним.


Глава 4

Спираль, в которой живёт выбор


«Если ты чувствуешь, что идёшь по кругу – смотри внимательнее. Возможно, ты идёшь по спирали. Или по логике разработчика древнего симулятора.»

– ХАУС, в состоянии перегрузки сарказма


Коридор был невозможен.

Он не просто изгибался – он переписывал представление о том, что значит “вниз”. Стены дышали – не метафорически, а буквально: с лёгким шорохом расширялись и сжимались, как лёгкие здания. Пол менял фактуру – от металлических плит до шероховатого стекла и… влажного песка? Иногда казалось, что он ступает по страницам книги, в которой написана его собственная биография, только почерк был чужим.

– Ну и кто в здравом уме проектировал это? – пробормотал Мехди.

– В здравом уме? Никто. Но есть подозрение, что автор имел потрясающее чувство иронии и проблемы с архитектурной этикой, – отозвался ХАУС.