# Бог молчит

Татьяна Немшанова

Таёжный дневник северной жизни. Соло поход таежницы с лайками в осеннюю тайгу. Жизнь современного Крайнего Севера Западной Сибири. Потеря лаек в тайге. Поиск потеряшек.

## Глава 1

Бог молчит. Часть 1. Мы теряем,опять теряем.

Таежный дневник. Осень 2025 года.


Мы теряем, теряем.

Опять теряем… – Почему мы не вечны?.. – К чему бесконечность наших потерь?..

Не могу уснуть. Точнее, хочу спать, да жду утра, рассвета. Встала с постели, села за ноут. Не открывала его, уже не вспомню, сколько дней, месяцев. Кажется, то было вечность как. Ловлю себя на том, что забыла, как и что нажимать, лишь руки сами привычно, точно без мозгового контроля, сами по себе нажимают на клавиши. При этом ощущаю обожжённую у костров, поцарапанную кожу пальцев, напряжение в натруженных от колки колуном дров кистей рук. На часах 2.50 ночи уже 30-ого октября.

Лежала, вставала, забиралась на табурет, открыв форточку, глядела на спящий посёлок, прислушивалась к звукам, в надежде услышать знакомый голос – лай,своей лайки. Но тишина, и все сотни собачьих судеб Саранпауля, спят, запрятавшись по конурам, сараям, развалинам чьих то построек. Неожиданно по двору, почти в час ночи, в сопровождении дворовой псины, прошёл с включенным смартфоном мальчик, – второклассник соседей. Дома света нет. Все спят… – спит мама, сестра, отчим… – Поди, -от бабушки идёт?.. Подумала: «Умница! Не боится ночью ходить! – Храбрый растёт! – Северянин! Только летом камнем разбил мне окно, охотясь на голубей. Потом сам жалел убитого голубя». Окно ему простила. Сама вставила… А во дворе берёзы белым- белы от снегопада. Сегодня весь день идёт совсем зимний снег. И мама, парнишки давно спит… А моя потеряшка-поганка, молчит. Не знаю, – жива ли?.. Легла, – не спится. Слушаю хорошие ночные песни по Югре. Встаю, забираюсь на стул, и опять надеюсь услышать знакомый лай. – Хоть бы одна лайка выжила! – Господи! Помоги! Только все поселковые хвостатые спят. И не определить, – жива ли моя псинка. А душу рвёт тревога за Дымка. Знаю, как ему страшно и сейчас одиноко там – за полсотни километров, одному, в снежной тайге. И в избе не горит керосинка, не топится печь. И дверь закрыта снеговой лопатой. Нет еды, нет меня, нет матери- непослушной Пульхерии.

– Господи! Помоги нам! Вновь встала. Открыла холодильник. Налила в кружку опять молока. Зачерпнула ложкой сметаны. Разжевала сухарь. Мне не страшно потолстеть. Похудела так, что спадают все штаны. Всё нижнее бельё сваливается с попы. Подтягиваю резинки, подвязываю ремнями джинсы. – Всё болтается, точно в юности. Включила ноут, лампу настольную. Как-то вспомнила пароль. Попался файл на рабочем столе: «Молитва на принятие решение». Плохо читается. Запинаюсь, пытаясь сформировать суть проблемы и стремление её решить. А суть в том, что за два дня потеряла двух верных дорогих сердцу, разуму друзей – двух лаек. -Пёс остался в тайге. Его мамаша исчезла вчера уже со двора, дойдя до подъезда. С утра сегодня её искала – не нашла. Полдня ходила под снегом, мёрзла, ибо вся одежда в доме ещё на полках и вешалках – летняя, не зимняя. Она могла и переплыть застывающую реку, убежать обратно в тайгу к сыну, и зацепиться ошейником, и быть разорванной местными кобелями и суками, украденной, проданной, просто убитой из мести мне, съеденной… Пришли: от нас пахнет дикой тайгой. Ходила по селу, – каждая собака или льнёт ко мне, или лает, рычит, точно на дикого зверя, хотя я уже переодета в цивильную одежду, лишь баню ещё не топила. И пропахла кострами, болотами, соболями, медведями, – севером, тайгою, а северные псины весьма разборчивы в этих запах. Рабочим лайкам лучше в тайге, нежели в селе, оттого и проблема всегда их увести с леса, со свободы, в село, где покакать и то надо по спросу, на поводке, да и новые Законы требуют какать – в намордниках. Надеть бы на это долбанное чиновничество, что в верхах, намордник на каждого, чтобы не лезли к Северу. Лайки – охотники, наотрез отказываются возвращаться в село. – всегда проблема. Они не понимают, что у меня нет прежних сил. Прежнего здоровья, чтобы идти за ними обратно туда, сквозь заснеженную тайгу, уговаривать вернуться в пропахшую копотью котельных, людьми, цивилизацию. Я и то никак не могу адаптироваться, точно попала на иную планету, в иной мир, к которому так сложно вновь привыкнуть. И как быть?.. – Господи! Помоги! Я опять теряю близкие мне души. А реки шугует! И Пульки в Щекурье нет, – спрашивала у Алёшки. Он вчера нас с Пулей перевёз на машине в село через застывающую Ятрию. А я вычерпала воду из огромной, обмороженной лодки, стоящей на берегу, – хотела рисковать. – переплывать. И то после двух суток пути сквозь замерзающую тайгу. Расстояние напрямую, если б вертолётом, – около 50-ти километров. А протопано все шестьдесят в свои глубоко и далеко за шестьдесят…. Господи! Помоги вернуть тех, кто мне дорог. Не отнимай судьба их у меня. Я устала от безвозвратных потерь. Устала хоронить косточки и реветь ночами, заставлять себя утрами быстро вставать, не думая, не тоскуя о тех, кого уже нет и не будет никогда. А надо жить дальше. Только, – как?..

Твоих не слышу шагов. Твои теряю следы. Ты там, где ночь, Где воет ветер, и метёт метель. Снег завалил целый мир. Я жду и жду, сидя в тепле квартиры. Я жду твои шаги, твой голос. А сны: ночь, ночь. Там нет нас, и ты один… Господи! – Помоги нам! ***

Месяцем ранее…29 сентября 2025 год. 20.00 вечера. Темно. Ночь. Третью ночь ночую под кедром. Реально, всерьёз, блуждаю. Блуждаю на своём охотучастке, где фактически с мужем жили десятки лет. Казалось бы знала у себя каждый надломленный куст путика, – взаправду, точно в книгах, плутаю, как никогда в жизни не плутала. Иду сильно перегруженной. Рюкзак объёмный, тяжеленный. Продукты, патроны, сменное бельё, гаджиты, ножовка, бутылки с чаем, водой… ружьё тяжеленное! И… – куча всего необходимого, ведь не знаю, что впереди. Есть ли в избе что-нибудь из продуктов. Всякое случается… Надеялась по пути разгружаться, да негде: не могу никак понять, где точно нахожусь. Постоянно думаю: «Вот пять минут, и я дома. Затёсы, тропы… – всё наше, всё знакомо, только нет главного – нет избы и понимания, где я нахожусь конкретно". Всё надеюсь разгрузиться в знакомом месте и идти дальше поскорее, налегке, хотя легко никогда не бывает. Лёгкость рюкзака, таёжных троп, то понятие относительное. Вот и три дня уже приходится с рассвета идти перегруженной по мутной, сумрачной тайге, где солнечный свет земли не касается, а прячется за густой, сплошной стеной хвои и стволов сосен, кедров, елей, белых тел голых берёз, с непролазными зарослями карликовой берёзки, багульника, голубики, разных ив и ковров мхов, лишайников, в которых ноги тонут, вязнут и проваливаются, точно на перинной зыбе. *** Господи! Помоги! Ангел, помоги! Наставь меня на принятие решения. Помоги вернуть верных друзей, – моих лаек. Помоги Дымку решиться уйти домой, не ждать одному, в страшном одиночестве нас. Сохрани пса от волков. Помоги завтра найти Пульку, чтобы только её не украли уже, не убили. Не казни меня за мои грехи столь жестоко, – потерей близких! *** По прогнозу впереди серьёзное похолодание, снег. Надеюсь, реки через неделю встанут, а снега не навалит метр. И пёс сможет выйти сам, если решится. Шла вчера уже по трассе. На ней тропой – свежие и старые следы волчьи, рассолах, птицы. Птица сейчас на трассе клюёт на зиму камешки. Перебежала мне дорогу белка, а то считается у манси здешних к беде, как у нас, у русских, – если дорогу перебежит чёрная кошка. Подумала о том, – ничего не случится, – успокоила себя, а напрасно… *** Через четыре часа начнёт светать. Прилягу пока… Хочу поверить в оптимистичность продолжения пути…


Душа мечется от боли и тревоги. Чувствую боль, страх и одиночество его… Не сплю. Я прошу Господа помочь нам, спасти. Я иссякла от потерь. Истина: снега, снега, снега. Метёт за окном. Белы крыши, земля, деревья. Бела и тревоги, и я. Я прошу: «Не отнимай. Верни дорогих сердцу!». Снега, снега глухого Севера. Снега. Я прошу Ангела помочь нам. Вернитесь живыми! *** 30.10.2025 16:29:53. Темнает. Кормлю синиц рябиной, гречкой. Пули нет. Ятрия встаёт. Лодку убрали. Реку не перейти. – Жива ли?.. – Украли? -Убили из мести мне, что вернулась живой и опять в тайге?.. -Съели бичары?..

-Шкура на сувениры традиционных нацпромыслов