Полина Николаева
Контракт с тенью. Часть 3

Глава 11. Пепел и серебро

Ночь снова пришла без звёзд.

Каэль стоял на бастионе, где камень крошился под его ладонями – словно сам мир отказывался держать вес теней. За горизонтом вспыхивал странный свет – мерцание, не похожее ни на закат, ни на рассвет.

Он чувствовал, как Завеса дрожит.

Не в воздухе, не в теле, – внутри него самого. С тех пор, как Ария стала частью границы, всё живое и мёртвое перестало быть разделённым. Иногда он слышал её дыхание – в шорохе листьев, в звоне крови. Иногда – её крик.

«Каэль…»

Голос прорезал ночь, будто зов из другого мира.

Он метнулся вниз – в зал Серебра, где стены дышали древними рунами. Свет факелов вспыхнул серебристым огнём. На полу, в круге печати, тень обретала очертания девушки.

Ария.

Её глаза были открыты, но взгляд – пустой, затянутый пеплом сна.

– Ты звал меня, – сказала она хрипло.

– Нет, – ответил он. – Это ты звала меня.

Она дрогнула.

– Я… не помню. Но кто-то стучится изнутри Завесы. Их голоса – в моей голове.

Каэль шагнул ближе, но воздух между ними стал холоднее.

– Это эхо. Те, кто был до тебя.

– Ты лжёшь. Они живы. Я чувствую их боль.

И действительно – из-под её ладони выступил слабый свет, серебристый, как лунный пепел. Символ, что был меткой контракта, теперь тлел и пульсировал, будто сердце.

Каэль коснулся её плеча – и видение вспыхнуло.

Он увидел – руины, кровь, цепи и женщину с белыми глазами, стоящую на коленях.

– Кто она?

– Одна из нас, – прошептала Ария. – Первая Завеса.

Тишина повисла над залом.

Он понял, что история повторяется.

И если он не остановит цепь, Ария станет следующей – ещё одной душой, растворившейся между мирами.

Когда рассвело, небо было цвета пепла.

Мавра принесла весть:

– С востока идёт жрец. Люди зовут его Эрон.

– Что он несёт?

– Свет. Но не тот, что греет. Тот, что сжигает.

Каэль отвернулся к окну.

В отражении – два силуэта: его и Арии.

Он понял, что приближается новая война – и в ней свет окажется темнее любой тени.

Глава 12. Песня трещины

Мир в Завесе больше не был ровным.

Иногда небо опускалось так низко, что его можно было коснуться ладонью. Иногда стены замка дышали, словно лёгкие. А ночью – слышалось пение.

Не человеческое.

Не демоническое.

Что-то древнее, зыбкое, будто сама трещина между мирами пела колыбельную, чтобы не распасться.

Ария проснулась от звука – нежного, почти ласкового.

Она встала, босыми ногами ступая по холодному камню. Луна висела за окном, серебром стекав по стеклу. На стенах плясали отблески – и вдруг среди них возникли силуэты.

Три женских фигуры. Прозрачные, как отражение в воде.

– Кто вы?.. – шепнула Ария.

– Мы – те, кто был до тебя, – ответила первая. Голос – чистый, звонкий, как звон колокола.

– Мы пели, чтобы Завеса не погибла, – сказала вторая.

– И пали, когда нас перестали слышать, – закончила третья.

Ария прижала руки к вискам.

Голоса звенели внутри, пробивая разум. Она увидела вспышки – кровь, разрушенные храмы, обугленные руки. И снова – пение.

«Завеса живёт, пока сердце поёт…»

Она поняла – звук исходит изнутри. Её грудь мерцала серебром, как если бы под кожей билось другое сердце.

И чем громче звучала песня, тем сильнее дрожали стены.

Каэль ворвался в зал – холодный ветер влетел следом.