Андрей Лисьев
Бастион Леонида

Бастион Леонида.

                                                      Марку.

БТР выплюнул в серое летнее небо клок сизого дыма, вильнул с дороги в лесопосадку, хрюкнул движком и затих. Младший сержант Леонид, сапер, позывной – Браво, отпустил скобу позади башенки, за которую держался. Несколько секунд он внимательно изучал небо в поисках вражеских дронов. Солнце стояло высоко и должно было скоро рассеять хмарь.

Вроде пусто.

Браво заправил под каску потный рыжий чуб, глянул вперед. Пухляш что-то тихо говорил мехводу Джеки в открытый люк. Джеки высунулся и, зло оскалившись, оглядел дубок, под кроной которого припарковал «бэтэр». Из люка башенки выглянул Змей и вопросительно покосился на Пухляша. Тени на тощих щеках Змея недовольно вытянулись. Змей – лейтенант, Пухляш – старший прапорщик, но группу на задачу вел именно Пухляш.

УР-77 «Змей Горыныч» объехала БТР, заглушив разговор лейтенанта и прапорщика. Те проводили «урку» долгим взглядом.

Но саперы, Браво и его напарник Фугас, продолжали вертеть головами, высматривали в небе украинские коптеры.

Мехвод «урки» Фил завел свою невысокую машину разминирования под упавшую лещину. Июньской листвы укрыть «урку» хватило.

Едва двигатель второй машины умолк, Пухляш пожевал губами, дернул толстым подбородком в сторону дороги и обратился сразу ко всем:

– Поживимся!?

Браво взглянул на часы – 14.30, до сумерек время есть, и первым спрыгнул с брони. Фугас последовал за ним и оказался невысоким, щуплым, пожилым бойцом, на голову ниже напарника.

Змей, Джеки и Пухляш спрыгнули с бронетранспортера с другой стороны.

– А? – спросил Фугас.

– Старый укроповский опорник, – объяснил Браво.

Опорник тянулся метров на двести в лесопосадке под прямым углом к дороге и той посадке, где укрылись обе машины. Браво и Фугас первыми перешли через дорогу.

– Ты чего нос повесил, – Браво не спрашивал Фугаса, он делал замечание.

Едва достававший до его плеча Фугас взглянул на молодого товарища исподлобья и с недоумением:

– Нас как учили? Разбиться по секторам и смотреть под ноги! Мы ж саперы!?

Ветерану обеих чеченских Фугасу шел 61 год, но на украинскую войну он попал впервые, потому внимательно слушал Браво, набирался опыта.

– Теперь главный враг – не мины, а беспилотники, – с серьезным видом заявил Браво, – двадцать процентов времени смотришь под ноги, восемьдесят процентов – в небо!

Они синхронно шмыгнули носами и одинаково поморщились. От бывшей позиции хохлов веяло тяжелым трупным запахом.

Браво и Фугас остановились, обернулись – Пухляш, Джеки и Змей переходили дорогу. Фил и Манчестер – экипаж «урки» – остались с машинами.

– Разделимся! Лёнчик! – Пухляш указал Браво стволом автомата в дальний конец искореженной артиллерией лесопосадки.

Браво скривился от фамильярности и ускорился.

– Что-то не так? – от Фугаса не ускользнула гримаса товарища.

– Я ему не Лёнчик, я – Леонид.

– Как Брежнев?

– Как спартанский царь, – Браво понизил голос.

– Ладно-ладно! Шучу! Помню! – Фугас развеселился. – Царь Леонид. Древняя Греция. Фермопилы, персы и все такое. В школе, чай, обучены.

Трупов, конечно, не как на картине Васнецова, но … много. Разбросанные в беспорядке, в тех позах, где их настигла смерть, изломанные большими калибрами тела и побуревшие от времени лица казались обожженными. Хотя? Такое вполне могло быть.

– Понял теперь, почему наши не стали тут закрепляться? – спросил Браво.

Фугас стиснул зубы и не ответил.

До основной линии нашей обороны было метров 800, а до «нуля» около двух километров.

Ну и вонь! Тысячи мух кружились над разбитым опорником и жужжанием могли заглушить любой коптер.

Вонь! Привыкнуть к ней невозможно. Браво разглядел темную складку входа в блиндаж и направился туда. Опорник разрушили еще весной, но жизнь брала свое – переломанные деревья пустили листву и, как могли, норовили укрыть погибших.

– Лёнь! Так-то ж наш? – чуть не споткнулся о тело Фугас.

На локте мертвеца краснела грязная повязка.

– Ну да, наш, – равнодушно согласился Браво, – опорник заняли «зетовцы», а потом хохлы размотали их артой.

– Разве ж не люди? – Фугас проглотил замечание о необходимости похоронить.

Браво не ответил. Они осмотрели вход в оплывший блиндаж, мин не обнаружили, Фугас полез внутрь. Браво остался снаружи.

Фугас вынес из блиндажа коробку сникерсов и улыбнулся, демонстрируя плохие зубы. С коробки соскользнули в песок несколько пожухлых открыток с надписями на английском. Фугас посторонился, Браво наклонился и пошарил стволом автомата в темной щели, вырытой в стенке окопа. Ствол зацепился за что-то мягкое – начатая упаковка зеленых натовских носков.

– О! Как раз мой размер! – обрадовался Браво.

Первая мина ударила в 80 метрах от них. Фугас упал на дно траншеи, а Браво помедлил. Уж больно далеко легла мина для пристрелянной позиции. Мухи исчезли, но жужжание в небе не прекратилось, это летал мавик-корректировщик. Проглядели!

Пухляш бежал по дороге к БТР, бежал тупо – не петляя. «Пугливый алкаш» по-своему расшифровал позывной прапорщика Браво и поморщился – он слышал вторую мину, снова «не наша».

Мина легла в старую воронку на краю лесопосадки и вынесла в воздух двухметровое бревно. Бревно, кувыркаясь, вылетело на дорогу и сшибло с ног прапорщика. Ни Джеки, ни Змей ошибку перепуганного командира не повторили. Браво нырнул на дно траншеи и начал считать мины.

Восьмая мина легла ближе всех, разнесла старый труп, и чудовищная вонь усилилась. Браво все-таки вырвало. Не могу я к этому привыкнуть! Он высунулся из окопа и увидел белое лицо Фугаса. Дым от разрывов мин еще стелился полосой 20 на 30 метров, но обстрел прекратился.

Браво взглянул на часы. Прошло 40 минут. Мухи возвращались, а вот мавика над лесопосадкой слышно не было. Видимо, ушел на перезарядку.

Браво потянулся, расправил плечи… и ощутил чей-то взгляд. Чужой взгляд. Он перенес автомат на грудь, Фугас встал рядом и сделал тоже самое.

– Вон он! – Фугас указал в дальний конец опорника.

Сморщенное, черное от загара лицо незнакомца и… камуфляж с квадратным пикселем. НАТОвский камуфляж! Хохол? Здесь? В двух километрах от «нуля»? Один?

Браво положил руку на ствол автомата Фугаса, напарник готов был стрелять.

– Мужики, курить есть? – голос из окопа с еле уловимым акцентом.

– Ты кто, человек? – спросил Браво.

– Горловские мы.

– Ополченец значит?

– Угу!

– А куртка?..

– Здесь нашел.

– Фартовый ты, – ухмыльнулся Фугас, – я чуть было не пальнул. На! Кури!

Он бросил пачку сигарет ополченцу, тот поймал ее на лету.

Браво направился вдоль посадки назад и, едва он увидел лицо лейтенанта Змея, мелькнувшее в листве, услышал в небе треск. Ничего крикнуть Фугасу Браво не успел, рухнул на землю. «Три топора». Но разрыва не последовало.

Друг за другом последовали пять прилетов, и ни одного разрыва.

– Что за? – у Браво проснулся интерес профессионального сапера.

Вспоминая, какие мины могут дистанционно разбрасывать американские гаубицы, он поднялся и двинулся в сторону БТР. Его бегом обогнал Змей.

– Нас от техники отсекают! Машины отжать хотят! – крикнул лейтенант.

Так вот почему «немцы» не стреляли на поражение, Браво перешел на бег. Отжать технику? Значит, хохлы рядом?

Змей наклонился на Пухляшом. Прапорщик был без сознания, но цел.

– Броник выручил, – констатировал лейтенант и оглянулся, ища глазами Джеки.

Мехвод БТРа стоял к ним спиной и внимательно изучал землю неподалеку.

– Джеки, что там? – Змей выпрямился.

– Гляньте-ка.

Браво подошел к Джеки и осторожно выглянул из-за плеча мехвода. Неразорвавшийся снаряд калибра 155мм лежал на песке.

– Ну ты…! – возмутился Браво.

– Надпись глянь! – спокойно прогундосил Джеки.

Браво прищурился. И правда на корпусе снаряда виднелись буквы, написанные маркером. «Мы устали» гласила надпись.

– Все пять снарядов без взрывателей!? – Браво догадался, почему «топоры» не разорвались.

– Надписи пойдем читать? – спросил Джеки.

– Зачем? Итак понятно, хохлы тоже люди.

– Они так и написали на втором снаряде, – заметил Фугас, – «Мы тоже люди».

Он подошел и стоял в двух метрах позади товарищей.

– Нам еще прапора везти, погнали! – сказал Браво.

– Сначала задача! Пухляш целый, потерпит. Берите его, – велел Змей саперам, переглянулся с Джеки.

Члены экипажа первыми направились к БТР, а Браво с Фугасом подхватили грузное тело Пухляша и, матерясь, потащили его к люку.

Новый прилет застал Браво снаружи, едва он успел всунуть ноги прапорщика внутрь. Все товарищи были уже внутри, двигатели обеих машин работали. Но свист мины… Браво понадобились доли секунды впрыгнуть внутрь «бэтэра», синхронно дернуть за ручки верхнего и нижнего люка, захлопнуть их.

– Видал, как я? – с гордостью бросил Браво Фугасу, но тот его не слышал из-за рева двигателя сорвавшегося с места бронетранспортера.

Работы «урки» Браво не видел. Подобно охранникам на футбольном матче, что стоят спиной к полю и высматривают правонарушителей, Змей, Джеки, Фугас и Браво изучали небо вокруг. Для работы «урки» выбрали время вечерних сумерек, те полчаса, когда дневные коптеры уже приземлились, а ночные еще не стартовали. Но мало ли чего? Качество военной оптики росло с каждым месяцем войны. Никакие проходы в минных полях машина разминирования не делала – чудовищной силы 700кг заряд использовали, чтобы разнести очередную укрепленную позицию «немцев». Уж что-что, а строить опорники хохлы умели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.