Неизвестные
Екатерина Храмова

© Екатерина Храмова, 2025

ISBN 978-5-0068-4003-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

Город N. Или всё-таки город Z? Много же он повидал на своём веку! Сколько историй вылуплялось в нём, росло и покидало родные гнёзда. Сколько судеб он сломал и скольким сумел пробить дорогу к свету, к истине. Как его в конечном итоге величать, зависит от человека, прибывающего туда или там родившегося (что случается крайне редко, ведь город Z или город N, бог его знает, как он на самом деле называется, притягивает в основном кого-то извне, так уж заведено). Тот, кто переступает невидимые границы этого города, вдыхает его воздух, ходит по его землям, начиная с незапамятных времён и заканчивая нашими днями, когда вместо телег дороги исполосовывают горячие чёрные шины, невольно становится частью чьей-то истории. Частью того, что другие называем событием, когда оно появляется на свет. Этот таинственный, абсолютно заурядный с виду городок окутывает завеса неизвестности, вместе с непроходящей лёгкой дымкой и хроническими дождями, свинцовыми тучами и пурпурными закатами. Здесь выживает отважнейший, здесь происходит такое, о чём принято говорить шёпотом в коридоре, ни в коем случае не повышая голоса. Город Z, а может, и город N, бывает городом Y или городом К, но как бы мы его ни называли, цвет неба и наличие солнца будут зависеть только от нас, ведь это место может быть совершенно чем угодно, главное лишь – правильно его представить. А может, это блеф? И никакого города никогда не существовало?

По стеклу мчащейся вдоль дороги машины стекали крупные капли дождя. Осень, ещё не успев начаться, резко вступила в свои права, не дав теплу ни одного шанса на существование. Мимо по шоссе проносились легковушки, поднимая столбы воды. Пригородная трасса постепенно заканчивалась, издалека показались многоэтажные дома. На кожаном сиденье чёрного мерседеса сидела стройная шестнадцатилетняя девушка. Её лицо с заострённым подбородком и вздёрнутым носом украшала пара веснушек и серо-голубые глубокие глаза. На плечи опускались светло-русые волосы. Одета девушка слегка не по погоде: в тёплый бордовый свитер с горлом и джинсы. На соседнем сиденье громоздились многочисленные сумки с вещами.

За рулём сидела женщина средних лет. Её бледное вытянутое лицо не выражало ни единой эмоции, казалось, что она находится в трансе. Водительница с ожесточённым сосредоточением следила за дорогой, изо всех сил стараясь сделать вид, что очень занята, а быть может, она и впрямь считала необходимым настолько тщательно контролировать происходящее. Женщине не хотелось разговаривать с племянницей. Аристократичные черты и серый цвет глаз придавали образу ещё большую строгость, но глубокий шрам на лбу, расположенный чуть выше мимических морщин, немного выбивался из общего антуража. Глаза были пусты, словно в них давно не играли какие-либо чувства, кроме выматывающей тоски и отчаяния. Такой образ Елизаветы Парицкой отпечатался в сознании её племянницы в первый день встречи. Такой образ её племянница видела и сегодня.

Серафима Лебедева впервые в своей жизни переезжала. Она сидела, опёршись рукой на дверцу автомобиля, уже давно забросив тщетные попытки поговорить с тётей. За пару дней девушке пришлось кардинально поменять свою жизнь: проститься со всеми своими друзьями, которые за долгие годы знакомства уже стали частью её семьи, уйти из родной гимназии, попрощаться с любимыми одноклассниками, бросить всё, что она так ценила, что пообещала никогда не покидать и к чему привыкла за все шестнадцать лет. Девушка вспомнила, как её провожали друзья и одноклассники, сжала на запястье браслет, подаренный одним из них. Теперь она переезжает на два года в другой город, незнакомый, чуждый город, с человеком, которого ни разу в жизни не видела, а лишь в детстве, разглядывая семейные фотографии, изредка спрашивала у родителей: «Это ведь тётя Лиза?» Сестру матери она представляла совершенно иначе.

Сейчас, уже будучи подростком, Сима поняла, насколько сильно её детское представление о тёте оказалось ошибочным. Вместо женщины, с которой она всю жизнь мечтала увидеться, женщины, такой яркой и весёлой, какой она казалась на фотографиях, девушка лицезрела перед собой человека, давно потерявшего смысл жизни. Все свои действия Елизавета Парицкая совершала на автомате, не замечая ничего перед собой. Вот и сейчас она сидела за рулём, как робот, крутя его на поворотах, не обращая внимания ни на что, кроме мчащихся перед её мерседесом автомобилей. Внезапно Симин телефон завибрировал. Пришло сообщение от матери. Девушка с волнением открыла всплывшее на экране уведомление.

«Тётя Лиза наверняка показалась тебе отстранённой. Если вкратце, то примерно год назад её муж и сын, твой двоюродный брат, погибли в автокатастрофе. Она никак не может оправиться от потери, не будь к ней строга. Пожалуйста, отнесись с пониманием. Прости, что не рассказала раньше, со всеми этими сборами и суматохой так и не успела с тобой как следует поговорить. Как доедешь – позвони. Папа передает тебе привет. Целую». Сима вздохнула. Её мать, как всегда, нашла самое подходящее время для того, чтобы наконец объяснить ей, что происходит. Эта черта её характера иногда здорово раздражала девушку, но ей сейчас было как-то всё равно. Хоть теперь всё вроде как встало на свои места. С другой стороны, тётя ещё не привыкла к ней, так что не факт, что она всегда будет отстранённой. Или всё-таки факт… Сима вздохнула, заправив чёлку за ухо. Наконец-то дождь прекратился.

Отец девушки работал микробиологом, а мать – климатологом. Они были весёлыми, добродушными людьми, слегка легкомысленными и порой бестактными, но искренне любящими свою дочь. Занимая высокие должности и работая в институтах, Симины родители были уважаемыми профессорами. В этом году им выпала небывалая честь присоединиться к составу учёных, отправляющихся в начале ноября в Антарктиду. Перед экспедицией следовало хорошо подготовиться.

Лебедевы сильно беспокоились за дочь, не имея ни малейшего желания оставлять её на двадцать четыре месяца одну, невзирая на все заверения. Тогда в голову матери пришла неожиданная идея – отправить дочь жить к тёте. Так как Елизавета не выказала особого сопротивления (хоть сначала и вяло пыталась отвертеться), решение отправить к ней Симу в конце августа принялось само собой, чтобы та смогла привыкнуть к новой обстановке и пойти в школу в первый же день осени. Летом Симе пришлось сдавать вступительные экзамены, которые она успешно прошла. Школа без промедления приняла новую ученицу.

Вскоре машина выехала на окружную магистраль. Сима прижалась лицом к окну, всматриваясь в очертания мелькающего пейзажа. Вдалеке виднелись размытые силуэты одинаковых, словно скопированных с одного макета, домов, остроконечные и строгие шпили каких-то зданий, множество проводов и прямоугольных высоток. Густые клубы пара поднимались над одной из ТЭС, которую Сима сумела чётче всего различить издали. Разглядывая пейзаж, девушка насчитала четыре трапециевидные парящие башни. Зрелище представлялось довольно унылое. Сима опять вздохнула. «Интересно, как будет выглядеть город к середине сентября? Тут довольно много зелени…» – подумала она. Действительно, когда мерседес проезжал по улицам города, Сима смогла подметить, что на них много деревьев и идеально ровно выстриженных кустов, которые, будучи совершенно идентичными, напоминали пластмассовые серые шары.

Небо казалось серо-жёлтым со своими грязными облаками и чайками, парящими где-то в вышине, внизу проплывали люди в тёмных плащах, ровными вереницами лениво тянущиеся вдоль линии домов по тротуару, чёрные зонты, изредка попадались и цветные, но тут же поглощались общей массой. Сима понемногу начинала замечать, что чем ближе к центру, тем реже попадались типовые застройки, пропадали деревья и тем чаще встречались дома с довольно интересной архитектурой или здания, построенные в прошлом веке, которые так нравились девушке, ведь они напоминали ей дом. Родной дом. На глазах навернулись слёзы, но Сима тут же отогнала желание заплакать. Апатия сменялась интересом и даже нетерпением.

«Может, всё не так уж и плохо? Родители вернутся, с друзьями можно встречаться на каникулах, а в обычные дни разговаривать по телефону. Возможно, в новой школе я найду новых, не менее замечательных друзей… И всё же почему пусто внутри…»

Тётя Лиза жила в старом, относительно уютном квартале в самом центре города. Работая в крупной нефтяной компании, Елизавета много зарабатывала, поэтому позволить себе жить в центре вполне могла. Городок был по большей части промышленный, однако это не помешало ему выглядеть прилично настолько, насколько вообще возможно для такого места.

– Через полчаса приедем, – послышался спокойный, на удивление приятный голос с первого сиденья.

– Угу. На каком этаже находится квартира? – спросила Сима. Девушка ещё не привыкла называть эту женщину на «ты», из-за чего она всячески избегала конструкций предложений, в которых ей бы пришлось обращаться к ней таким образом.

В ответ был слышен только шум колёс и всплески луж, по которым нёсся мерседес. «Ожидаемо, – хмыкнула Сима, – ну да, конечно, „приедешь – сама узнаешь“». Девушка закрыла глаза. В её душе селились противоречивые чувства. Вдобавок переходный возраст практически каждый день давал о себе знать, и перепады настроения становились всё более непредсказуемыми. Машина заехала за ржавый шлагбаум. Внутренний двор оказался довольно-таки милым. Несколько девятиэтажных одинаковых домов, стоящих напротив друг друга, деревья и кусты, баскетбольная площадка, небольшой сквер, аккуратные подъезды и мокрые от дождя лавочки… Здесь Симе понравилось гораздо больше, чем в остальных частях города, которые она успела увидеть. По крайней мере, квартал выглядел жилым, а не смахивал на очередное офисное здание или завод.

Несмотря на то что летний на первый взгляд дождь уже закончился, было промозгло и зябко. Елизавета Парицкая заглушила двигатель, выдернув ключ зажигания.

– Приехали, – коротко бросила женщина, надевая чёрное пальто.

Сима отстегнула ремень безопасности, гадая, какая у тёти квартира. Выйдя из машины, она открыла багажник и достала первые две сумки с вещами, тётя вытащила чемодан. Ветер дул переменно, но яростно, пробирая до костей. Сима пожалела, что надела свитер крупной вязки.

– Остальное с сидений потом заберём, – произнесла Елизавета.

Сима кивнула. Подъезд оказался совершенно обыкновенным, с типичной простой отделкой, но дух минувших лет всё равно витал где-то в воздухе. Воображение рисовало картину: раньше здесь наверняка играли дети, смеялись и веселились летними вечерами, на лавочке сидели бабушки в цветных платках… Сейчас же дом показался каким-то уставшим. Следы пребывания людей угадывались очень слабо, всё слишком лаконично: никаких тебе цветочков на окне, торчащих газет из почтовых ящиков, мусорных коробок… «Может быть, в хорошую погоду тут всё выглядит иначе, уверена, здесь может быть очень уютно! Но у нас всё равно по-другому», – подумала Сима.

Женщина с девушкой вошли в узенький лифт, Елизавета нажала кнопку с номером этажа. «Пятый этаж, что ж, не так уж и высоко», – пронеслось в голове Симы. После того как двери открылись, Елизавета первая вышла из лифта, направившись к самой левой двери. Сима заметила, что этаж выглядит всё так же аккуратно и чисто, полностью копирует самый нижний. Светло-бежевые стены, выложенные плиткой цвета слоновой кости, аккуратные серые почтовые ящики на площадке, приятный жёлтый свет. На подоконнике приоткрытого подъездного окна Сима заметила горшок с цветком, видимо единственным во всём доме. Мило. Девушка улыбнулась, вдохнув запах мокрого асфальта, который очень любила.

Пока Сима разглядывала этаж, Елизавета уже успела вставить ключ во входную стёганую дверь. Мысленно Сима сравнила её с дверью в какой-то элитный ресторан или клуб. В подъезде она смотрелась чужеродно, слишком богато для такого дома. Дверь мягко открылась, но Сима не успела хорошенько рассмотреть прихожую. Тётя отобрала у неё сумки, поставила на пол, а затем они с Симой отправились за новыми. После того как все вещи были окончательно перенесены, Елизавета закрыла входную дверь на ключ. Теперь уже Сима могла вдоволь утолить пожиравшее её любопытство. Приятное волнение охватило девушку, сердце забилось от предвкушения.

Глава вторая

Трёхкомнатная квартира оказалась светлой и просторной, с простым современным дизайном. Из прихожей вглубь вёл узкий коридор, и, если идти прямо, можно выйти прямиком к санузлу, смежному с обычной комнатой. Слева располагалась кухня. Посреди коридорной стены была дверь, ведущая в спальню-гостиную, а рядом с ней – ещё одна. Из светло-бежевых стен в некоторых местах торчали гвозди, но картины не висели. На их месте красовались тёмные прямоугольники. Светлый паркетный пол практически сливался с обоями. Справа от входа стоял шкаф для верхней одежды из светло-серого дерева, рядом с ним – небольшой туалетный столик для всякой мелочёвки. В коридоре громоздилась огромная куча сумок и стоял синий чемодан.

– Сейчас я покажу тебе комнату, в которой ты будешь жить, – коротко сказала Елизавета, лишь косо бросив взгляд на племянницу. – Ты не подумай, я рада тебя видеть, просто день сегодня тяжёлый, – женщина изобразила виноватую полуулыбку.

– Ничего, я понимаю, – Сима улыбнулась в ответ, подумав, что тётя впервые за всё время произнесла длинное предложение.

Женщина с девушкой прошли по коридору к комнате, расположенной рядом с ванной в глубине квартиры, которая по планировке напоминала один сплошной тоннель, выстроенный вдоль стены. Сима зашла помыть руки, оглядев светлую аккуратную ванную комнату. Повсюду царила идеальнейшая чистота, нигде ни одной пылинки, все полотенца и баночки с шампунем лежали по местам, раковина блестела, а в стекле дверцы стиральной машины несложно разглядеть своё отражение. Несмотря на тёплый свет, всё вокруг казалось неприветливым и холодным, с таким же неприятным желтоватым оттенком, что и воздух с небом, тротуары и деревья.

– Вот это да-а… – протянула Сима.

Девушка тщательно вымыла руки лавандовым мылом и вернулась к ожидавшей её тёте.

Сима с волнением открыла дверь, представив тысячи вариантов того, как может выглядеть её новая комната. Зайдя внутрь, девушка слегка разочаровалась. Ничем интересным помещение не отличалось. Стены комнаты были бежевыми, пол устлан всё тем же светлым паркетом, под потолком висела небольшая, но яркая хрустальная люстра. Сразу справа от входа стояла прикроватная тумбочка с дверцами, в углу – кровать, застеленная бордовым покрывалом, после кровати – большой платяной шкаф с резными узорами. Прямо напротив двери располагалось большое окно, рядом с ним, в дальнем левом углу комнаты, стоял среднего размера письменный стол, а слева от него – книжный стеллаж. Рядом со стеллажом находился ещё один узенький шкафчик, не такой глубокий, как тот, что для одежды. Вся мебель была цвета слоновой кости, а коврик, лежащий посреди спальни – тёмно-зелёным. Комната оказалась вполне уютной, но по ней не удавалось понять, кому она раньше принадлежала. Скорее всего, она всегда служила гостевой, так как особых предметов, напоминавших о прежних обитателях, в ней не оказалось.

После долгой дороги у Симы не оставалось сил, но теперь девушка наполнилась решительностью и желанием поскорее расставить все свои вещи по местам. Она подошла к окну, которое выходило на двор. Мокрые деревья напоминали невыжатую половую тряпку, свисающую со швабры. Зелёные листья казались такими жалкими, что их хотелось обогреть и укрыть тёплым пледом. Небо, тротуар, даже трава – всё выглядело мрачным и невзрачным, навевая тоску. Симе снова стало грустно. Она позвонила родителям, сказав, что они с тётей благополучно доехали. Проговорила с ними дольше, чем планировала, но ни капли не пожалела об этом. Затем, выключив телефон и положив его на пустой стол, девушка обернулась.

В комнату вошла Елизавета, уже успевшая переодеться в серый шёлковый домашний костюм.

– Планируешь вещи разбирать? Или тебе по душе свинарник? – ровным голосом, без интонации спросила она.

– Да, сейчас, – ответила ей Сима.

– Советую не затягивать с этим.

Елизавета вышла из комнаты. Сима вздохнула, отправившись за сумками. Через два с половиной часа вся одежда покоилась в шкафу, все коробочки и баночки со шкатулками и прочей всячиной лежали на местах. Девушка огляделась. Наконец-то в её новой комнате по-настоящему хорошо. На кухне зашумел чайник. «Точно! Я ведь даже не обедала, а уже девять вечера…» – пронеслось в голове Симы. Она, быстро переодевшись в футболку и лёгкие спортивные штаны, вышла из комнаты. Миновав ванную, девушка зашагала в полумраке вперёд по коридору, но внезапно её взгляд остановился на полуоткрытой двери третьей комнаты, самой ближней к кухне. Сима подумала, что эта комната практически такая же по размеру, что и её собственная, но всё же намного меньше спальни тёти.

Отчего-то девушкой овладело сильнейшее любопытство. Из кухни пробивался мягкий жёлтый свет, слышался стук ложки о поверхность стакана или кружки. Наверное, тётя пила чай. Сима протянула руку к двери, аккуратно приоткрыв её. Она отворилась, не издав ни единого звука. Девушка переступила через порог, почему-то стараясь делать всё как можно более бесшумно, не привлекая лишнего внимания к своей персоне. В комнате моргала тусклая лампа. Сима осмотрелась. В правом углу стояла кровать, на которой лежали две большие подушки, небрежно застеленная синим одеялом, слева от неё – белый письменный стол, стеллаж такого же цвета со всякой мелочёвкой и шкаф, чуть побольше размером, но уже с дверцами. Перед кроватью стояло несколько игрушечных моделей машин. Чёрный мерседес, практически такой же, как настоящий, и ещё пара фигурок. Сима улыбнулась, вспоминая, какие игрушки были у неё в детстве. На полу пристроился мягкий коврик с нарисованными машинками. «Как здесь мило!» – подумала девушка.

Стены светло-серые, над кроватью – огромная карта мира, а на противоположной стене часы и картина неизвестного лётчика. На люстре висел деревянный самолётик. Эта деталь позабавила Симу. Девушка продолжила заинтересованно рассматривать комнату. Окно зашторено, но сквозь тоненькую щель пробивался свет фонаря. На столе громоздился чёрный светильник, разрисованный самолётиками. Сима захотела подойти поближе, но споткнулась об игрушечный паровозик, который совсем не заметила.

На секунду её сердце замерло, но, вовремя успев опереться о стол, девушка удержала равновесие. Прядки мягких волос закрыли лицо. «Ох уж эта чёлка! Нужно будет купить заколки…» – подумала Сима. Ладонью, которой она опиралась на столешницу, девушка почувствовала что-то мягкое. Она поднесла руку к лампе, чтобы посмотреть, не испачкалась ли, и обнаружила на ладони тонкий слой пыли. Обернувшись, Сима заметила ровный отпечаток её пятерни на столе. До сознания с ужасом дошла одна мысль. Всё внутри похолодело.

– Комната моего покойного брата! – прошептала она.

Комната разом перестала казаться милой и умиротворённой, Сима с замиранием сердца снова оглядывала её, понимая, насколько безысходно она ждёт своего хозяина, но никогда больше не дождётся… Как живое напоминание о девятилетнем мальчике эта спальня сохранилась в неизменном виде со дня аварии. Наполовину заправленная кровать – кровать, которую маленький братик Симы убирал в тот день, разбросанные игрушки, рисунки, комиксы, фотография на столе… Фотография? Девушка снова приблизилась к столу, заметив на нём небольшую рамку, поблёскивающую в свете лампы. В ней стояла картинка, изображающая радостно улыбающуюся семью. Трое человек стояли на фоне заснеженного города, по-видимому, на какой-то площади. Высокий белобрысый мужчина обнимал красивую темноволосую женщину и маленького мальчика, поедающего пончики в сахарной глазури. «Это же тётя Лиза с семьёй…» – догадалась Сима. От снимка веяло теплом, несмотря на сугробы вокруг. Девушка стала рассматривать лица людей, не заметив, как в дверях появился силуэт Елизаветы.

Женщина стремительно подошла к вздрогнувшей от неожиданности Симе и с шумом перевернула портрет стеклом к столу. Злобно зыркнув на племянницу, она резко положила ей руку на плечо, вцепившись в него пальцами, развернула её лицом к себе. Девушке даже стало больно, а затем страшно неловко и стыдно за то, что она без разрешения вошла в чужую спальню, но больше всего ей было не по себе смотреть на лицо тёти, которое до сего оставалось всегда спокойным.

– А ну-ка быстро вон отсюда! И чтоб больше ни на шаг не приближалась к этой комнате! Какое право ты имеешь здесь находиться вообще?! Вон!! – женщина отпустила плечо племянницы, указав пальцем на дверь.

– П—прости…

– Ни слова больше! Иди на кухню и никогда не заходи сюда, слышишь?! Ни-ког-да!!

– Да хорошо, я поняла… – пробормотала Сима.

– Вот и славно, – холодно добавила Елизавета. – Чай стынет.

Сима вышла из комнаты, услышав, как тётя выключила ночник, горестно вздохнув. «Вот те раз…» – пронеслось в её голове. Девушка сама понимала, что отчасти была виновата, ведь она зашла в чужую комнату без спроса, но такая ярость… Пожалуй, тётю и вправду очень задело. Странно всё это. Сима не стала задерживаться долго на кухне, взяла чашку чая и вернулась к себе. Выключила свет, оставив лишь прикроватную тёплую лампу. Ей очень хотелось посмотреть на звёзды. Сима вздохнула, усевшись за стол и уставившись в небо, тучи на котором, к счастью, расступились. «Я ведь так и не позвонила друзьям… Уже одиннадцать вечера, поздно. Лучше напишу», – подумала она.

Завтра день должен был быть загруженным. До школы оставалось всего ничего. Симе хотелось купить необходимую одежду, подготовить тетради. Её уже добавили в группу класса, но она ещё ни разу туда не заходила. Сима с замиранием сердца вспоминала о своей уже бывшей школе. Как ни странно, она, рьяная нелюбительница перемен, была не прочь начать новую главу в жизни. Вдруг девушка почувствовала, что готова рухнуть и заснуть как убитая. Она нехотя поставила кружку на стол и поплелась в ванную. Через полчаса Сима уже лежала в кровати, укрывшись тёплым одеялом.

Глава третья

Сима проснулась от пронзительного звона будильника. Пару минут она не могла понять, где находится, но потом вспомнила о переезде. Написав родителям: «С добрым утром», девушка поднялась с кровати. Она почему-то вспомнила комнатку покойного двоюродного брата, но тут же отогнала дурные мысли. Сима обула плюшевые бежевые тапочки и, подойдя к окну, раздвинула шторы. Восхищённый вздох вырвался из её груди.

Сквозь зелёные шторы, словно тысячи мечей, рассекающих воздух, пробивались лучи солнца.

– Красота! – прошептала девушка.

Солнечные зайчики отразились на стенах благодаря висевшим на люстре призмам и большому зеркалу в углу комнаты. Паркет засиял, тёплые цвета интерьера были подчёркнуты золотым светом. За окном шелестели ярко-зелёные листья деревьев, на которых не осталось ни следа от вчерашнего ливня. Новая жизнь, новая жизнь! Как сладок этот момент и как горек сразу. Девушке предстояло освоиться в огромной квартире, привыкнуть к кварталу… Столько всего предстоит сегодня сделать! Грудь наполнилась вдохновением и желанием исследовать новый мир.

Сима зашагала на кухню. Там, на белом стуле, за небольшим светлым столом, словно на троне, восседала Елизавета, читая какую-то книгу. В помещении приятно пахло овсяной кашей. Кухня представляла собой светлое помещение в холодных графитовых и оливковых тонах. Небольшой, но хорошо оборудованный кухонный островок со шкафчиками и различной утварью, посреди комнаты – овальный белый стол, накрытый плетёной скатертью, и четыре деревянных стула. Несмотря на интерьер и на пробивающиеся сквозь жалюзи лучи света, помещение казалось ужасно неуютным, даже враждебным.

– Доброе утро, – робко произнесла Сима. Тётя подняла голову, сняв очки.

– Ну и долго тебя ждать? Сколько спать можно? Кухня в твоём распоряжении, если бы ты проснулась раньше, успела бы съесть овсянку. Я через пару минут уезжаю на работу, так что за вещами пойдёшь сама. Торговый центр через дорогу и налево. Я отправила тебе координаты и адрес, – отчеканила она.

По лицу женщины не удавалось понять, сердилась ли она за вчерашнее или уже всё забыла. Сима поблагодарила. Тётя закрыла книгу и вышла из кухни, оставив её на столе. Девушка опасливо покосилась в её сторону, а затем осторожно подошла к столу, аккуратно пододвинув к себе книжицу. Ею овладело любопытство, которое в очередной раз её подвело.

– Что за манера везде совать свой нос? Для чего тебе мой планер? – послышалось из коридора. Сима резко выпустила из рук книжку, вздрогнув от испуга. – Ключи лежат в прихожей, когда пойдёшь на улицу – не забудь закрыть дверь.

Елизавета снова вернулась на кухню. Только сейчас Сима заметила, что она одета точно так же, что и вчера, только на шее блестела жемчужная изящная подвеска. Женщина схватила книжицу, коротко попрощалась и вышла из квартиры. Послышалось звяканье ключей. Затем топот каблуков за дверью и тишина.

Сима вздохнула. Открыв небольшой светло-оливковый холодильник, она обнаружила там кучу всего. «Отлично, так даже лучше», – подумала она. Девушке пришлось по вкусу сочетание продуктов, так как она всегда предпочитала готовить что-то полезное. В случае Елизаветы совершенно ясно, что по продуктам можно хоть самую малость судить о человеке. Сима взяла с полки два яйца, отыскала в шкафу сковородку и приготовила яичницу, а затем нарезала салат, добавила сыру и заварила чай с мёдом. Сквозь огромное кухонное окно светило солнце, по-летнему пригревая и освещая всю комнатку. Последние отголоски августа, совсем скоро начнётся сентябрь.

Сима, закончив все утренние ритуалы, возвратилась к себе в комнату. Она открыла шкаф, оглядела все свои вещи. Выбор пал на чёрные джинсы прямого силуэта и полосатую рубашку. Сима причесалась, завязав волосы в хвостик, а затем посмотрелась в зеркало. Она была, бесспорно, хороша. Девушка закрыла глаза. Сердце колотилось от волнения. «Вдруг я потеряюсь или заблужусь? Да нет, брось ты! Всё будет хорошо. Тебе нужно только выйти из двора, повернуть налево, дойти до первого перехода, пройти на противоположную сторону и дойти до торгового центра… Там недалеко… Спокойно! Всё будет хо-ро-шо! Главное, не быть такой рассеянной, как всегда… Главное – сосредоточиться!»

Захватив с собой кожаную маленькую сумочку, Сима вышла из квартиры. Пока девушка запирала дверь, её сердце всё ещё бешено билось. Да что же с ней происходит? Девушки не существовало ни для кого в этом неизведанном унылом городе, ровно как и для неё не существовало ни души, кроме хмурой тёти, конечно. На миг эта мысль рассекла её сознание. Внезапно зазвонил телефон. Сима вздрогнула, но, посмотрев на экран смартфона, тут же обрадовалась: звонила её лучшая подруга.

– Алё! Привет, Симка! – зазвучал весёлый голосок в трубке.

– Марина! Привет, как ты? Я сама собиралась тебе позвонить, сейчас вот за школьной формой собираюсь пойти. Как дела у остальных из компании?

– Как? Совсем одна? Ты что, уже знаешь, куда идти? – девушка удивилась. Последний вопрос Марина почему-то проигнорировала.

– Да, мне тётя объяснила. К тому же можно использовать навигатор. Так как у… – ответила Сима.

– Кстати! Твоя тётя, она тебе понравилась? – подруга снова перебила.

– Как сказать. Сложный она человек, я сразу поняла. Надеюсь, что мы привыкнем друг к другу рано или поздно. В любом случае всё наладится, – Сима про себя добавила «наверное».

Девушки ещё немного поболтали, а затем Марина сказала, что ей пора идти. Сима убрала телефон в сумку, радуясь, что у неё всё-таки есть такие друзья, как Марина и компания. Ей стало намного спокойнее. Марина, Кирилл, Вера и Ваня были её самыми близкими друзьями. Ребята учились в одной школе, но не все в одном классе. Вера и её брат Ваня на год старше, но небольшая разница в возрасте и огромная разница в окружении не мешали ребятам крепко дружить. Они часто гуляли вместе, постоянно созванивались и переписывались, отмечали праздники… В общем, были не разлей вода! Только вот сейчас друзья впервые разделились. «Надеюсь, они не забудут обо мне. Хотя чего это я, конечно, не забудут!» – подумала Сима.

На улице дул прохладный ветерок. Небо, как синий яркий лоскут, простиралось над головой, картину нарушала лишь парочка облаков, напоминающих по форме собаку с табуреткой. Картина показалась более приветливой, чем в первый день, но всё равно оставалось в ней что-то давящее. «Чувство, что мы и в самом деле живём под куполом, в такие моменты так заметна полусфера Земли… Словно в стеклянном новогоднем шарике, который иногда встряхивают. Вот, сегодня небо синее, значит, его забыли потрясти… Какие смешные облака!» – думала девушка.

Придя в магазин, она с трудом отыскала нужные отделения с одеждой. Торговый центр был не настолько огромен, но довольно запутанные коридоры вводили неопытных посетителей в ступор. Сима двадцать минут искала стойку с указателем, практически бесповоротно отчаялась, но ей помогли прохожие. Девушка, прочитав перечень необходимых вещей и допустимых цветов, пришла к выводу, что выбрать что-то будет не так сложно. Цветовая гамма представляла собой серый, чёрный и белый цвета. Другие краски строго под запретом.

Спустя два часа довольная Сима вышла из торгового центра с крафтовыми пакетами. Вся выделенная на школьную одежду сумма была успешно потрачена. Девушка купила серый вязаный кардиган, тёмно-серый уютный свитер, чёрную юбку, классические брюки, которые ей невероятно шли, чёрную жилетку, две белые рубашки – одну с длинным, другую с коротким рукавом. «Этого более чем достаточно, хорошо, что обувь у меня есть», – подумала она.

Переходя дорогу, Сима засмотрелась на облака, не заметив, что светофор ещё не загорелся зелёным. Задрав голову в небо, девушка уже шагнула на дорогу, но чья-то холодная рука крепко ухватила её за локоть.

– Куда прёшь? Ты на дорогу-то смотреть пробовала? – послышался незнакомый голос сзади. Сима, не успев осознать, что произошло, не на шутку перепугалась.

– Огромное спасибо, что не дали мне так глупо погибнуть, – пробормотала она, не поворачиваясь, – я буду намного внимательнее.

Девушке стало безумно стыдно. Она благодарила Господа, благодарила и неожиданного спасителя.

Обернувшись, девушка поняла, что спаситель был одного с ней возраста. Перед Симой стояла такого же, как она, роста подтянутая девушка, одетая в чёрную кожаную куртку, белый обтягивающий топ с какими-то надписями и в короткую джинсовую юбку на низкой посадке. На ногах – массивные кроссовки. Через плечо её была перекинута небольшая сумка.

Неожиданная спасительница оказалась симпатичной, с аккуратными чертами лица. На губах поблёскивала жидкая помада фиолетового оттенка, а зелёные глаза из-за стрелок, нарисованных подводкой, напоминали лисьи. Нос проколот маленьким гвоздиком. В чёрных пушистых волосах длиной по плечи виднелись бирюзовые пряди. В одной руке девушка держала банку с газировкой, а в другой – такой же пакет, как у Симы, только слегка поменьше.

– Спасибо тебе ещё раз! – воскликнула Сима, с благодарностью посмотрев на девушку.

– Да не за что… – смущённо улыбнувшись, тихо ответила она. – Смотри, теперь светофор. Пора идти.

Она быстро и широко зашагала вперёд, оставив Симу позади.

– Светофор… Вот я дура, как можно быть настолько безответственной! – пробормотала Сима, хлопнув себя по лбу.

Вернувшись домой, девушка развесила купленное по местам. Её терзало чувство ожидания – что же будет завтра… Завтра, Первого сентября! Предстояло как следует подготовиться: вымыть волосы, составить из вещей образ, взять рюкзак, а главное – посмотреть, как добраться до школы. В первый день всем следовало прийти в парадной одежде и не забыть прикрепить к свитеру или жилетке значок с гербом гимназии, который Симе выдали ещё в день сдачи документов на поступление. Значок представлял собой прямоугольник, изображавший четыре разноцветных отсека, в каждом из которых находился какой-то предмет. В первом – раскрытая книга, во втором – пергамент и перо, в третьем – сова, в четвёртом – глобус. Симе ещё несколько раз звонили родители, расспрашивая, что да как. Звонила Вера, также интересуясь о делах подруги. Звонили и Ваня с Кириллом. Симе показалось, что где-то неподалёку смеялась Марина, но парни заверили её, что в парке больше никого из их компании нет. «Показалось, что слышала её смех. Мало ли таких же звонких голосов существует?» – подумала девушка.

Перед сном Сима долго рассматривала значок гимназии, примеряя его перед зеркалом.

– Я иду в десятый класс. В десятый! – так вот просто произнесла она.

Приготовления ко сну давно уж были завершены, тётя сидела у себя в спальне, разговаривая с кем-то по работе. Елизавета, в тот вечер особенно смурная, облачилась в шёлковую пижаму, мягко струящуюся по фигуре. В очередной раз отчитав за что-то племянницу, она удалилась к себе в комнату, даже не пожелав доброй ночи, а лишь только поинтересовавшись о готовности девушки к учебному дню. «Пора спать. Завтра мне многое предстоит! Метро в этом городе не такое, как в столице, так тётя говорила…» – с этими мыслями Сима провалилась в сон, улёгшись на мягкую кровать.

Глава четвёртая

Первое сентября. Осень. По стеклу зашторенного окна, словно придерживаясь определённого ритма, долбили нещадно крупные капли дождя. Он, начавшись ещё ночью, так и не намеревался прекращаться. Из щели приоткрытой форточки просачивался тонкой струйкой холод, резко остудивший комнату. Температура понизилась почти в два раза, по сравнению с предыдущим днём. Через некоторое время дождь всё-таки слегка ослабел. Теперь уже морось барабанила по стеклу, будто отбивая другой такт мелодии. Лёгкий туман шапками оседал на кроны деревьев. Противно и влажно, одним словом, гадость.

Сима сидела на кровати, обхватив колени руками и закутавшись в пушистый плед, который, впрочем, только казался тёплым, а на деле совсем не грел. Она замерзала. «Ещё чуть-чуть, и я смогу выдохнуть облачко пара… Прямо как в фильмах», – подумала девушка. Разглядывая стены, новая обладательница этой комнаты думала о родителях. По фактурным обоям ходили неизвестного происхождения тени. Помещение казалось неживым. Пустым и холодным. Даже разложенные повсюду Симины книжки, висящие брелоки и призмы ушли куда-то на второй или даже на третий план. Звенящая пустота в серых (из-за полумрака в комнате) стенах. Девушка проснулась намного раньше будильника, но спать ей больше не хотелось. Даже тётя, встававшая по будильнику как солдат ни свет ни заря, ещё лежала в постели.

Внутри Симы всё сжималось от волнения. Живот предательски заболел, сердце стучало как сумасшедшее. От движения воздуха призмы на люстре качнулись, издавая еле слышный хрустальный звон. Значит, где-то открыто окно… Пора бы успокоиться. Девушка вдохнула и выдохнула, посмотрела на настенные часы, чтобы узнать, сколько времени. 6:30. По-хорошему, следовало встать в 6:50, ведь дорога до новой школы занимала где-то двадцать пять минут, к тому же нужно успеть как следует собраться и позавтракать. «Новая школа… Новая школа! А ведь мои друзья сейчас ещё спят… В их жизни ничего не поменялось… Они проснутся, Ваня, как всегда, опоздает, Марина забудет про линейку, а Вера устроит в нашей группе опрос, что ей лучше надеть. Всё останется прежним, только меня там больше никогда не будет», – с этими мыслями Сима открыла чат их общей группы и настрочила огромное сообщение, в конце которого поздравила друзей с Первым сентября. Естественно, никто не ответил. Мучительное ожидание – самое неприятное чувство. На глазах навернулись солёные капельки слёз. Казалось, вся жизнь резко изменила маршрут, но адекватной дороги ещё перед ней не появилось. Да и кто знает, сложится ли всё удачно?

Найдя в себе силы, Сима всё же встала с кровати и тут же направилась к окну. Раздвинув шторы, она резким движением его захлопнула. «Ну и погодка… Конечно! А чего я ещё ожидала от этого места?» – подумала она. Сима вздохнула, подошла к шкафу и открыла его. Она решила надеть белую рубашку, чёрную вязаную жилетку и такого же цвета юбку. Обычная школьная форма, но выглядела со вкусом.

Сима, выбрав одежду, положила её на кровать, а сама снова подошла к окну, облокотившись на холодный подоконник руками. Сплошная серость… В дверь комнаты постучали. Через пару секунд она отворилась, и в спальню вошла Елизавета.

– Доброе утро, – произнесла Сима. Тётя кивнула в ответ.

– В школу поедешь на метро, тут всего четыре станции проехать. В подземный переход пойдём вместе, дальше ты разберёшься.

– Ты разве не на машине?

– Я не езжу на машине. Плюс в твоих интересах до школы нормально добраться, – Елизавета хмыкнула. – Посмотри на часы. Уже 7:10, в это время я обычно уезжаю, так что с завтрашнего дня ты будешь делать завтрак сама. Готовит умеешь?

– Умею.

– Отлично.

Елизавета вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. В коридоре послышались её шаги, а затем – шум чайника на кухне. Сима зевнула. Неожиданно ей снова дико захотелось спать.

– Ну вот, как некстати! А ну-ка, соберись! Хотела самостоятельной жизни – ты её получила. Так что да здравствует новая жизнь! – произнесла Сима вслух.

Она уже давно, как и многие подростки шестнадцати лет, начинала ощущать, что ей хочется делать всё самой. Самой готовить, иметь только свои собственные вещи и дальше по списку. И вот жизнь преподнесла ей такую замечательную возможность – стать по-настоящему самостоятельной, научиться быть взрослее. Подумав обо всех открывающихся перед ней перспективах, Сима вышла из комнаты, убеждая себя в том, что плохая погода – не помеха её настроению. Внутренне чувство подсказывало, что она определённо права.

7:50. Елизавета, накинув плащ, стояла в прихожей. Она и сегодня надела всё тот же костюм, а в руках держала чёрную кожаную сумку.

– Долго тебя ждать? Сколько можно у зеркала крутиться? – подняла она тонкую бровь, воззрившись с презрением на Симу, которая никак не могла завязать пояс своего пальто.

Образ получился очень женственным и элегантным, особенно после того, как девушка надела новенькие лоферы из чёрной кожи. В этот день она, как обычно, накрасила губы своей любимой помадой и подкрасила длинные ресницы. Светло-русые мягкие волосы за ночь слегка смялись в лёгкие волны. Сначала девушка расстроилась, но потом нашла это изменение более чем удачным. Сима выглядела очень даже симпатично. Напоследок посмотревшись в зеркало, девушка вышла вслед за нахмуренной тётей, которая ждала любого повода, чтобы высказать пару новых едких замечаний в адрес племянницы, но почему-то воздержалась.

Метро существовало в городе только ближе к центральной части, не пролегая под его отдалёнными участками. Оно выглядело не очень опрятно, даже чуть-чуть грязно. Простые бетонные стены, гранитный пол – всё это смотрелось совершенно невзрачным и унылым, о сравнении со столичным метро не могло быть и речи. «Столичный вариант в мегаупрощённой версии. И чего тётя его так расхвалила, тут же ничего особенного нет и ветки какие-то неудобные! Главное – не потеряться», – подумала Сима, проталкивалась сквозь толпу вслед за Елизаветой, которая шла уверенно, высоко подняв голову, как аристократка. Люди в серых и чёрных одеждах сновали туда-сюда, изредка их массу разбавляли яркие куртки, но они смотрелись инородно и не к месту. Девушка вдруг осознала, что её бордовое пальто, несмотря на то что цвет был всё-таки тёмным, тоже выглядит чужим. «Ну и ладно!»

Поезд прибыл, послышался звук торможения и скрежет колёс. Столпы ветра, поднявшиеся в ту же секунду, распушили волосы Симы. Девушка вошла в вагон вслед за тётей, а та в свою очередь ни разу не оглянулась, чтобы удостовериться, с ней ли племянница. Как всегда немногословная, Елизавета предпочла общению тишину. Она нервно поглядывала на изящные наручные часы. Боялась опоздать. Сима включила телефон, чтобы оценить количество оставшегося времени. «В метро всего ехать минут десять, с учётом пути от одного выхода к следующему, до школы идти – где-то так же. Нормально, успею. Если не запутаюсь, конечно», – девушка искоса посмотрела на тётю, которая, к слову, была на голову выше её.

– Мы проехали две станции, мне выходить на следующей, перехожу на другую ветку. Ты проезжаешь ещё одну и выходишь налево. Вверх по эскалатору, затем снова налево. На поверхности слева от тебя будет стена жилого дома, нужно пройти вперёд, пока не увидишь поворот тротуара – опять налево. Лучше сразу перейти дорогу, чтобы потом идти по правой стороне. Идёшь прямо, а справа – забор и ворота гимназии. Её здание можно увидеть откуда угодно, оно большое. Вопросы?

– Спасибо, вопросов нет, – Сима кивнула.

На следующей остановке Елизавета, коротко попрощавшись с племянницей, вышла из вагона. Её острая чёрная треугольная фигура растворилась в массе чужих пальто, зонтов, шляп, жакетов… Сима осталась стоять возле двери, держась рукой за холодный железный поручень. Одна-единственная станция. Одна… Не так уж и сложно проехать одну станцию в незнакомом городе, в незнакомом метро, в незнакомом вагоне… В динамике зазвучал противный женский голос, объявляя о прибытии поезда. Двери снова разъехались, открывая путь новым толпам людей. Сима кое-как выбралась из вагона. «Стоп, через одну станцию или на следующей? Вроде бы я всё правильно сделала…» – девушка, озираясь, чтобы запомнить место, где она оказалась, свернула налево. Выдохнув с облегчением при виде эскалатора, она посмотрела на часы. Осталось десять минут. «Нужно поспешить», – подумала Сима.

На улице шёл мелкий противный дождик, который то ли ещё не разошёлся, то ли уже стихал. По широкому тротуару, в сторону, указанную Елизаветой, тянулись гимназисты. Среди них были как пятиклассники, так и будущие выпускники. «Хорошо, что младших классов с нами в одном корпусе не будет», – подумала Сима, направляясь к светло-серому школьному забору, который завидела неподалёку, держа над головой прозрачный зонтик.

Четырёхэтажное здание гимназии в глазах Симы выглядело поистине внушительным и даже немного устрашающим. Светло-серые стены с тёмными резными прямоугольниками под каждым огромным окном в белой раме, линия нижнего этажа вся выкрашена в более тёмный графитовый цвет, широкая массивная лестница, ведущая к огромным дверям, куда без конца входили ученики, большой навес над входом, который подпирали колонны… На территории гимназии росло довольно много деревьев, что порадовало Симу. «Вот в середине сентября тут будет красота!» – мечтала девушка, приближаясь к дверям. Взявшись за витиеватую огромную ручку, Сима почувствовала, что открывает дверь в новую жизнь.

Чтобы пройти вглубь здания, следовало приложить карточку к турникету. Сима, которой её выдали ещё летом, потянулась за ней в карман. Внезапно она похолодела. В кармане совершенно пусто. Обшарив все возможные места, куда она могла засунуть злосчастную карту, девушка застонала от досады. Она вспомнила, что положила её на столик у входа, видимо, там и оставила… Рядом уже нарастала очередь недовольных учеников, желавших пройти. «Вот балда! Впервые в жизни забыла карточку дома…» Сима застыла в ступоре, но кто-то сзади вдруг произнёс приятным мягким голосом:

– Проходи.

Девушка повернулась. За ней стоял высокий блондинистый парень в чёрных брюках и белой рубашке. В одной руке он держал тёмно-зелёную куртку, на правое плечо была накинута лямка рюкзака. На рубашке поблёскивал значок гимназии.

Парень был невероятно красивый, сразу Сима подметила. Светлые, практически пепельно-белые волосы идеальным завитком зачёсаны назад, слегка выражены скулы, ровный подбородок, голубые глаза, аккуратные брови, выразительный, чуть насмешливый и немного надменный взгляд… Кожа парня показалась очень бледной, но вовсе не выглядела болезненно, напротив, очень благородно. От неожиданного спасителя приятно пахло одеколоном, явно дорогим. Он приложил свою карточку к турникету, слегка улыбнувшись, а затем пропустил вперёд Симу, сердце которой забилось от волнения.

– Спасибо, – Сима кивнула, очутившись в коридоре.

– Видела бы ты сейчас своё лицо! – красивый парень улыбнулся, показав белоснежные зубы.

– Не каждый день впервые переходишь в гимназию, и уж точно не каждый день забываешь карточку… – вздохнула Сима. – Я никогда её не забывала, вот и разволновалась. Ещё раз спасибо, – девушка улыбнулась.

Ребята направились к раздевалке, которая находилась справа, занимая собой достаточно много пространства. Гимназия оказалась и вправду огромной. Пол устлан дубовым паркетом, на светло-бежевых стенах висели картины и портреты бывших учеников, которые стали значимыми людьми, фотографии лучших преподавателей. По линии стен тянулась вереница скамеек из светлого дерева, на которых сидели ученики, болтая между собой, а по углам высокого потолка располагалась лепнина. Раздевалка на удивление оказалась самой обычной – простые ряды ячеек для обуви, а над ними – зона с крючками для одежды, на каждой из которых висели таблички. Сима направилась к крючкам, но парень её остановил.

– Погоди. Тут каждый ряд ячеек и крючков соответствует определённому классу. Ты ведь новенькая, насколько я понял, вот и не знаешь об этом. Кстати, в какой класс идёшь?

– Десятый «А».

– Ничего себе! Я тоже! Пошли, покажу, куда можно куртку повесить, – парень радостно улыбнулся. – Меня, кстати, Лёша зовут, а тебя?

– Сима.

– Классно, – парень смущённо улыбнулся. – Будем знакомы.

Девушка улыбнулась в ответ. Ей уже начинал немного нравиться новый одноклассник, и она радовалась, что первым встретила именно его. Лёша подождал, пока она повесит куртку, а затем они вместе направились к лестнице, ведь им нужен был третий этаж. Тёмно-серая лестница была самой обыкновенной, но ужасно широкой, словно во дворце. Окна между этажами казались ещё больше, чем раньше, когда Сима их видела с улицы. На подоконниках стояли глиняные горшки с цветами.

– Ты переехала или просто решила сменить школу? Сюда легко попасть, но ещё проще вылететь, – заговорил Лёша, как только ребята ступили на первую ступень лестницы. – Ты, наверное, заметила, что тут довольно людно, но это только пока. Тут ты либо из богатой семьи, либо пашешь как лошадь, – парень с интересом разглядывал новую одноклассницу.

– Да, этим летом я приехала сюда из столицы пожить с тётей. Мои родители на несколько месяцев уехали в командировку и решили отправить меня сюда.

– Ничего себе, – Лёша улыбнулся. – Ты сюда ненадолго, получается?

– До конца этого учебного года, а дальше – как пойдёт. Может, в одиннадцатом тоже останусь, смысл уже переходить? Так мало до конца школы осталось, – девушка пожала плечами. – К слову, расскажи что-нибудь о нашем классе, про ребят, например.

– Ребят ты сама сейчас увидишь. Не хочу портить момент знакомства. Могу только сказать, что они довольно милые и приветливые. Не без изъянов, но у кого их нет? – парень снова улыбнулся.

– Точно.

Симе нравилось разговаривать с новым знакомым, он вызывал неожиданную симпатию. Каждое его движение, каждая фраза выглядели непринуждённо, но вместе с тем элегантно и вежливо! «Наверняка у такого привлекательного парня есть девушка, за ним ещё и все девчонки, наверное, бегают. Не удивлюсь, если так и будет», – подумала Сима, отчего ей стало немного грустно. Девушка находила крайне необычным тот факт, что Лёша решился ей помогать, а теперь так мило беседует, будто до этого ему было не с кем поговорить, хотя по пути к классу он здоровался чуть ли не с каждым учеником.

Ребята вошли в коридор третьего этажа. Сима удивлённо огляделась. Планировка гимназии сильно отличалась от стандартной. Здание выглядело как перевёрнутая буква «Н», где двумя чёрточками являлся сам корпус с классами, а перемычкой – коридор, где кроме пары фотографий да доски с объявлениями ничего не находилось. Как объяснил Лёша, этот коридор связывал два крыла здания. Пол, как и на первом этаже, устилал паркет. Да, впрочем, весь этаж выглядел так же, как первый, только потолок казался чуть ниже. Мимо проходили толпы школьников разных возрастов. Все одеты только в чёрно-серо-белое, напоминая картину из метро. Оно и понятно – тут дисциплина и имидж играют важную роль.

– Да уж, не везёт сегодня с погодой, – вздохнул Лёша, видя, как его спутница смотрит на улицу. – А ведь в классах окна вообще всегда зашторены… Выглядит ещё более уныло, чем сейчас.

– Как это, совсем зашторены? А как же свет? – удивилась Сима.

– Да не, не наглухо, конечно, – Лёша улыбнулся, – просто жалюзи закрыты, якобы чтобы ученики не отвлекались. Глупость, но учителя свято этому верят. Наш основной кабинет – класс русского языка, находится в том крыле, – парень указал на конец этого тоннеля, где виднелся кусочек нового коридора, но уже с классами. – Это просто переход, без него туда не попасть. Он есть на всех этажах, к слову. Если хочешь, могу провести тебе экскурсию на перемене, иначе ты тут заблудишься, – парень снова мило улыбнулся, как-то с тоской посмотрев на девушку.

– Спасибо большое! Вы тут всех новеньких так встречаете? – засмеялась польщённая Сима.

– Нет, далеко не всех. Повезло, что мы случайно встретились, иначе бы не понял, что новенькая именно ты.

– А что, обо мне уже рассказывали?

– Само собой! Если уж тебя летом добавили в наш школьный чат, то о тебе давно все знают. Наша классная руководительница к тому же всё рассказала, когда мы ходили за учебниками.

– Точно! Учебники! Где я могу их получить? – спохватилась Сима.

– В классе. Придём – увидишь.

Глава пятая

Класс был просторный и чистый. Паркетный пол, светло-серые стены, деревянные парты, стулья… Все кабинеты были копиями друг друга, как Сима успела подметить. Дверь находилась в самом конце класса, слева стоял длинный низкий стеллаж, а дальше, ближе к окну, – два высоких застеклённых шкафа с различными папками, журналами, тетрадками и книгами. Всё расставлено очень аккуратно. Огромные окна, как и говорил Лёша, закрывали светлые тканевые жалюзи с вертикальными полосами. Простые, самые типичные для школы жалюзи – ничего примечательного, только эти были чистые и без многолетнего слоя пыли. Сима повернула голову направо. Там, в углу по диагонали, стоял большой учительский стол, на котором аккуратно лежали стопки бумаг и одна кипа учебников, явно предназначенная для Симы.

На стене висела обычная меловая доска, а чуть правее – электронная. Другие стены были увешаны плакатами с орфографическими правилами, памятками и карточками с руководством, как выполнять тот или иной разбор слова.

Класс наполнялся народом. Сима поняла, что это и есть все её одноклассники. Мандраж! Ребята общались, смеялись, некоторые же просто сидели за партами. Лёша окликнул Симу, та обернулась. Парень подозвал её поближе к себе.

– Ну, вот и твой новый класс, обустраивайся, – он развёл руками и двинулся к среднему ряду, а затем сел за четвёртую парту рядом с долговязым темноволосым парнем, одетым точно так же, как Лёша. Да и в целом все парни, как успела заметить Сима, внимательно оглядев всех и каждого, носили совершенно одинаковую одежду. На ком-то лишь за редким исключением был ещё пиджак или жилет. Друзья сразу поздоровались и пожали друг другу руки. Ещё несколько мальчишек, заметив приход Лёши, окружили его парту. Они стали что-то обсуждать, изредка поглядывая в сторону Симы. Девушка попыталась прислушаться, но ей удалось разобрать только: «ничего такая» и «вау». Поняв, что ей всё равно ничего больше не расслышать из-за шума в классе, девушка стала глазами искать свободное место.

Постепенно всё больше ребят начинало оборачиваться, глядя на новенькую. Кто-то с презрением, кто-то с насмешкой, кто-то с любопытством, кто-то с восхищением. Некоторые начинали хихикать и перешёптываться, но никто даже не пытался первым с ней заговорить. Девушку начинало это напрягать. Внезапно Сима почувствовала, что на неё кто-то пристально и долго смотрит. Она уже дошла до середины кабинета, замерев в нерешительности, но странное чувство заставило её повернуться. Сима увидела, что девушка, сидящая за третьей партой третьего ряда, сощурившись, её рассматривает без тени смущения.

Новая одноклассница напомнила Симе египетскую принцессу. Её тёмные прямые волосы были подстрижены под идеальное каре, а густая чёлка слегка накрывала брови. Глаза неопределённого цвета подчёркивали стрелки, нарисованные тонкой чёрной подводкой. Именно из-за макияжа девушка напоминала Симе египтянку. Эта невольная ассоциация пришла к ней совершенно неожиданно, но отогнать этот образ она уже не могла. Она была далеко не красавицей, но образ создавала не внешность, а ощущение. От неё уже издалека веяло уверенностью, даже, может быть, надменностью.

«Египетская принцесса» была одета в короткую чёрную облегающую юбку, белую блузку и тёмный пиджак свободного силуэта. На ногах красовались лакированные массивные лоферы. Девушка изучающе смерила Симу взглядом и неожиданно улыбнулась одним уголком рта. Теперь уже она походила на хитрую пантеру, её лицо приобрело более доброжелательный вид. Сима помахала ей в ответ, и девушка, кивнув, медленно повернулась обратно, продолжив разговаривать с соседкой по парте.

Прозвенел звонок. Все как по команде резко замолкли, по струнке встав около своих парт. Ни звука. Полная тишина. Все ждали прихода учителя. «Ну и дисциплина тут… А с виду так не скажешь», – подумала Сима. Она заприметила на первом ряду, за четвёртой партой, рядом с какой-то девушкой, место возле окна. Сима решила поторопиться, чтобы в первый же день не схлопотать замечание. Пройдя мимо пятой парты, она шёпотом окликнула девушку, место рядом с которой пустовало.

– Прости, здесь никто не сидит? – прошептала она, не в силах нарушить звенящую тишину.

Девушка, даже не повернувшись, помотала головой и так же шёпотом сказала:

– Можешь сесть.

– Спасибо, – ответила Сима.

Как же она удивилась, когда в новой соседке по парте узнала ту девушку, которая остановила её перед дорогой день назад! У неё был всё тот же лёгкий макияж и, конечно, всё та же причёска – пушистые, слегка волнистые чёрно-бирюзовые волосы. Одета она была в чёрный вязаный свитер, из-под которого выглядывал воротник белой рубашки, и в такую же юбку, как у Симы. Сима отчего-то обрадовалась. «Хоть кто-то, но немного знакомый, если не считать Лёшу, конечно. Он такой замечательный! Хотя по первому впечатлению обычно не судят…» – подумала она.

В класс вошла учительница – полноватая женщина средних лет в брючном костюме чёрного цвета. Она держала в руках какой-то список. Галина Тарасовна – так звали учителя русского языка и литературы, а по совместительству классного руководителя десятого «А». На лице поблескивала оправа очков – единственного аксессуара на ней. Класс стоял, никто не смел пошевелиться, но страха не чувствовалось. Казалось, что все подчинялись единому закону, негласно и безоговорочно.

– Здравствуйте, класс. Садитесь, пожалуйста, – спокойным скрипучим голосом произнесла Галина Тарасовна, проходя к своему столу. – Хочу поздравить вас с Первым сентября. Этот год для кого-то станет небольшой передышкой между экзаменами, а для кого-то – временем, когда придётся серьёзно поработать, тем не менее он очень важен, и расслабляться ни в коем случае нельзя! Вы прекрасно понимаете, что вам предстоит следующей весной, а некоторым ещё и летом, сдавать экзамены, которые определят ваше будущее. Ребята, вы учитесь вместе уже десять лет, только вдумайтесь в это число! Больше половины всей вашей жизни! Поэтому, прошу, давайте проведём этот год без ссор и разборок, ведь уже всерьёз стоит задумываться о подготовке к ЕГЭ, отнеситесь друг к другу с уважением и перестаньте валять дурака. Вы выбрали десятый класс, и я искренне рада, что наш коллектив остался практически в прежнем составе. А значит, вы готовы работать. Поздравляю, и пусть вам сопутствует удача в этой финальной точке на пути к взрослой жизни! – женщина сдержанно улыбнулась, поправив на носу очки. – В этом году в нашем классе появилась новая ученица – Серафима Лебедева. Сима, встань, пожалуйста, и расскажи немного о себе. Ты ведь к нам из столицы приехала, так?

Сима встала, кивнув, хаотично придумывая, что может о себе рассказать такого, чтобы прозвучать не слишком банально.

– Меня зовут Сима, да, я приехала из столицы, решила поступить сюда, чтобы попробовать себя в чём-то новом. Мои родители уехали в Антарктиду на исследования, и поэтому я пока живу с тётей.

– А где вы поселились, если не секрет? – вдруг спросила учительница. Странный и нетипичный вопрос для учителя, так что Сима слегка удивилась, но всё же отвечать пришлось. «Вдруг в этом городе все так делают?» – подумала девушка.

– В паре станций отсюда, – уклончиво ответила Сима, не желая указывать название улицы. Елизавета жила в довольно дорогом районе, и девушка с долей стеснения произнесла его название после очередного вопроса учительницы, касающегося её места жительства. Раньше она жила в обычной квартире. Дохода её родителей хватало на достаточно качественные продукты и одежду, но на квартиру близ центра рассчитывать точно не приходилось. О самом центре даже речи не шло.

За спиной послышались перешёптывания. Кто-то сказал: «Понятно, мажорка», видимо, чуть громче, чем хотел. Девушке захотелось провалиться под землю. К счастью, больше вопросов не возникло. Учительница пожелала Симе найти новых друзей и влиться в коллектив, а затем попросила девушку сесть. Сима опустилась на стул. Галина Тарасовна продолжила что-то говорить, но девушка её уже не слушала. Она шёпотом окликнула соседку по парте.

– Послушай, тут всегда свободно? – прошептала она.

Наконец-то соседка посмотрела в её сторону. Девушка слегка округлила глаза от удивления.

– Что, правда ты? – так же шёпотом спросила она.

– Да, мы встретились недавно, помнишь?

– Вот так совпадение! Видимо, судьба, – хмыкнула собеседница с полуулыбкой. – Да, свободно.

– Ты не против, если я с тобой буду сидеть? – поинтересовалась Сима, надеясь изо всех сил, что ей не откажут.

– Почему нет, – ответили ей. – Меня зовут Рина.

– Приятно познакомиться.

Девушки повернулись в сторону учительницы, закончившей свою речь. Начался урок. Симе не верилось, что она в новой школе. Гимназия с виду казалась очень унылой и серой, но, судя по всему, это был только поверхностный образ. Наконец прозвенел звонок. Ребята встали из-за столов. Некоторые отправились в коридор, некоторые сгруппировались возле парт, некоторые просто повернулись к соседям. Всем не терпелось обсудить лето. Сима подошла к учительскому столу, и Галина Тарасовна отдала ей стопку учебников. Следующим уроком шёл русский, поэтому все оставались в этом кабинете. К парте подошёл Лёша с компанией.

– Как тебе наша классная руководительница? – поинтересовался парень, улыбнувшись.

– Неплохая, мне понравилась. Только вот зачем ей знать, где я живу? – усмехнулась Сима.

– Кто её знает? Ходят слухи, что чем богаче семья учеников, тем лучше она к нему относится, но на практике это вообще не так, – рассмеялся один из парней, подстриженный ёжиком, переглянувшись с одним их друзей.

– Ну, осваивайся тут! – улыбнулся Лёша, а его друзья отчего-то ехидно заулыбались, переглядываясь. Затем вся компания вышла в коридор.

Сима проводила парня долгим взглядом. Лёша обернулся у выхода, но затем его отвлёк один из парней. Компания засмеялась, в шутку толкая друг друга. Сима повернула голову, заметив, что «египетская принцесса», белобрысая девчонка и ещё одна девушка стоят рядом и что-то обсуждают, даже не что-то, а кого-то. И не просто кого-то, а её. Пока двое из них смеялись, третья вдруг, не замечая подруг, подняла на Симу глаза. Она была одета в простую белую рубашку и чёрную юбку, как у всех, но её лицо… У девушки были огромные зелёные глаза, кожа цвета заката, бронзово-рыжие волосы, подстриженные под удлинённое каре, аккуратная длинная чёлка. Не настолько густая, как у «египетской принцессы», но такая же блестящая и шелковистая. На лице россыпь веснушек, а на поджатых тонких губах блестела полупрозрачная помада. Девушка показалась Симе очень симпатичной и чем-то напоминала героиню фантастических романов о неземных королевствах.

– Кира! Подойди сюда! – крикнула Галина Тарасовна.

Рыжеволосая девушка медленно повернула голову, что-то сказала подругам, мягко махнув рукой, и направилась к учительскому столу. «Ага… Значит, её зовут Кира», – подумала Сима. Тем временем неожиданно заговорила Рина. Сима уже успела понять, что её одноклассница не очень разговорчива и почти ни с кем из класса не общается. Девушке стало любопытно, почему, но все вопросы она оставила пока что при себе.

– Ты что, уже успела с Багрянцевым подружиться? – усмехнулась Рина.

– Кто это?

– Вот он, – за словами последовал кивок в сторону Лёши.

– Ну, не то чтобы подружиться, он утром мне помог, вот и познакомились. Очень милый и вежливый, а что? – Сима напряглась.

– Ну-ну… Милый, говоришь, – Рина хмыкнула.

– Чего? Что ты имеешь в виду?

– Да не, ничего, забей, – девушка потянулась, зевнув. – Спать хочу… – простонала она.

– Послушай, а как зовут вот ту девушку, похожую на египтянку? – спросила Сима. Рина рассмеялась.

– Египтянка? Ха-ха-х, только ты ей не говори. С её анемичной бледностью никакой Египет и загар не светят. Она вообще как будто никогда на солнце не выходила. Её зовут Ангелина Соколова, но все говорят Лина. Она ненавидит своё полное имя. То же, что и я – Катерина, но предпочитаю Рина, а не Катя.

– Ясно… Спасибо.

– Мой тебе совет. Лучше вообще с ними не связывайся. Ни с Кирой, ни с Линой, ни с Лёшей… И с Майей, вон с той низкой блондинкой, тоже не советую, но ты как хочешь, конечно.

– Почему?

– Сама поймёшь, а может, всё и обойдётся. Тут как повезёт. Всё зависит от тебя.

– Послушай… Прости за вопрос… А… Ты вообще дружишь с кем-то из ребят?

– Могу поговорить с кем угодно, но не хочу. Мне и одной неплохо, что толку от этих бессмысленных разговоров. Всё равно тут сплошное лицемерие! – Рина вздохнула. – Почему ты спрашиваешь?

– Ну… Вдруг можешь познакомить с кем-то.

– Твой собственный опыт дороже, чем если я стану выбирать людей, с которыми тебя знакомить. – Рина слегка улыбнулась. У неё был очень приятный голос.

Сима немного расслабилась, начиная разглядывать ребят. Выделялась только компания Лины. К девушке иногда подходил кто-то из одноклассников, но любопытства хватило лишь на одну перемену. От неё очень быстро отстали.

Глава шестая

На большой перемене Лёша захотел провести Симе экскурсию по зданию: показать важные кабинеты, столовую, актовый и спортзал. Рина смерила Багрянцева скептическим взглядом и демонстративно отвернулась, а затем, не сказав ни слова, ушла в кабинет физики, где должен был проходить урок. Лёша в свою очередь никак не отреагировал на поведение девушки, также проигнорировав её присутствие.

– Чего это она? – спросила Сима, когда они направлялись к главному коридору.

– Понятия не имею. У Екатерины Ларченко свои причуды. Она слишком замкнутая и странная, её не поймёшь, – с этими словами Лёша завернул за угол, на лестницу.

Сима восхищалась размерами коридоров гимназии: ей очень нравилась практичность их устройства, расположение классов, а особенно светлый коридор-переход. Он напоминал Симе чем-то коридоры какого-то замка, только его мини-версии. Девушка всегда мечтала учиться в таком величественном месте, и вот шанс предоставился сам собой. Удручали только лишь унылость и серость за окном, придававшие зданию вовсе не выигрышный вид. Его сероватые оттенки особенно подчёркивались, а слабое освещение вводило помещения в полумрак, особенно в тех закутках, куда не доставал дневной свет. Казалось, что если стереть квадрат окна ластиком, то небо сольётся со стеной. Обстановка стала уютнее в тех местах, где стены были покрашены в бежевый, но тогда тут же приходило ощущение того, что облака такие же жёлтые. Когда ребята проходили по переходному коридору, Сима посмотрела за окно, откуда был виден внутренний двор гимназии. Там располагался небольшой сад со скамейками и клумбами.

Девушка подошла ближе к окну, Лёша, немного замешкавшись, приблизился тоже. До конца большой перемены оставалось десять минут.

– Ого, это что, такой школьный двор? Туда можно выходить? – удивилась Сима.

– Да. Во двор пускают только осенью и весной на больших переменах. Видишь, вон учителя-дежурные стоят, следят за порядком.

– Здорово как! – восхищённо ахнула девушка, повернувшись к стоящему сзади Лёше.

– Можем как-нибудь сходить, – вдруг смущённо произнёс парень.

– Давай! – Сима улыбнулась.

Девушка снова устремила взгляд за окно. Сверху школьный двор был виден как на ладони. Посреди – выложенный серой плиткой широкий круг-площадка, в центре которого на зелёной клумбе возвышался огромный ветвистый дуб. По кругу стояли три скамейки. Дорожка, выложенная плиткой, плавно сужаясь, уходила куда-то за угол здания школы. По краям от неё росли кустарники и зелёная густая трава, вытоптанная в некоторых местах ногами учеников. «Ничего себе, у нас такого в школе не было… Отличная задумка, надо как-нибудь сходить туда на обед», – подумала Сима, медленно, не отводя взгляд от окна, отходя в сторону.

Затем она в задумчивости пошла по коридору, за ней – её спутник. С первого взгляда девушке понравился Лёша, неожиданно проявивший инициативу пообщаться с ней. Парень напоминал ей сына какого-то аристократа. В очередной раз Сима посмотрела в его холодные голубые глаза, которые на фоне светлых волос и бледной кожи особенно сильно выделялись, завораживая смотрящего в них. Слегка небрежная манера разговора, походка – всё сосуществовало гармонично в его образе.

Как Сима успела уже не раз убедиться за этот день, Лёша был довольно-таки популярным в гимназии. С ним часто здоровались в коридоре, девчонки завистливо поглядывали на Симу, идущую рядом с ним, но ни у кого не возникало вопросов. Парень объяснил, что много с кем знаком из-за того, что входит в состав школьного совета. Внезапно в голове всплыли слова Рины, которые она произнесла шёпотом, как раз прежде чем уйти: «Игра началась». Какая игра? Что за бред. Может, всё не настолько просто, как кажется? Но что именно? Пока что всё шло неплохо. Сима отогнала неприятные мысли. Она знала, что каждое хорошее событие по закону Вселенной компенсируется чем-то плохим, но ей так не хотелось об этом думать… К сожалению, на протяжении нескольких лет этот закон наглядно был показан в её жизни. Неудача за удачей или наоборот – эта закономерность всегда случалась у девушки на глазах, и ей никак не удавалось прервать эту цепочку.

Уроки пролетели довольно быстро. Дождь снова начался, причём лил он, как казалось Симе, из последних сил, пытаясь выжать из туч столько, сколько вообще можно. Занятия прошли неплохо, учителя Симе в целом понравились, но она знала, что учителя, как и любого другого человека, по-настоящему можно узнать со временем. Тот, кто раньше казался зверем, на деле просто не уверен в себе, тот, кто казался несправедливым, на самом деле замечательный, просто контакт не налажен. Ко всем нужно знать свой подход, не всё так легко и просто, ведь каждый по-своему своеобразный, у всех есть как достоинства, так и недостатки… Личность штука сложная, даже у тех, кто с первого взгляда кажется проще простейших.

Девушка забрала учебники после уроков и направилась сквозь толпу в раздевалку. Наконец добравшись до крючка с курткой, она облегчённо выдохнула. Толпа учеников напомнила ей о старой школе, и на душе снова стало немного тоскливо. Все сновали туда-сюда, стараясь как можно скорее выбраться из здания. Сима вспомнила, что на завтра задали много домашнего задания по тем предметам, которые уже были в этот день. «Если так и в дальнейшем будет, придётся пахать ещё усерднее. Если я хочу, как и в прошлой школе, стать отличницей, нужно сильно постараться. Я должна это сделать! Обязана показать всем, на что способна!» – подумала девушка. Ей не терпелось рассказать всё друзьям. Половину учебников Сима сложила в рюкзак, а оставшиеся пришлось засунуть в пакет, который она, к счастью, не поленилась взять с собой.

Уже дойдя до ворот, Симе послышалось, что кто-то её зовёт. Девушке часто казалось, что её имя произносят, когда она слышала созвучные слова, но сейчас её явно звали намеренно. Обернувшись, она чуть нос к носу не столкнулась с каким-то темноволосым парнем. Тот резко отскочил, задержав на ней взгляд. Сима решила отойти в сторону. «Кто меня звал?» – подумала она. «Сима! Сима!» – услышала она довольно близко. За ней стоял Лёша и махал ей рукой. Девушка удивилась. Парень в одной руке держал чёрный зонт, а другой показал жест, обозначавший «подожди меня». Сима встала. Она просто кивнула, так как одна рука была занята пакетом с учебниками, а во вторая – зонтиком.

– Погоди! Учитель попросил передать вот эту книжку, – парень протянул небольшой атлас по географии.

– О, спасибо! Я и забыла про него, – девушка засунула атлас в пакет.

– Давай помогу понести, – Лёша внезапно протянул руку.

– Да нет, спасибо, я и сама могу, – улыбнулась Сима. На самом деле девушка ликовала в душе и очень хотела согласиться, но она всегда чувствовала себя неловко, когда ей кто-то помогал, особенно сейчас, особенно такой парень, как её новый одноклассник.

– Давай, тяжёлый ведь. – Багрянцев забрал пакет. Теперь стало заметно, что ему немного неловко.

Сима не стала возражать. Её сердце забилось от радости. Ребята дошли до метро, спустились в переход. Сима сложила зонтик. Народу на платформе теперь не так много, как утром, чему девушка несказанно обрадовалась. Несмотря на то что в толпе она чувствовала себя гораздо комфортнее, та толпа, которую она увидела утром, вселяла в неё отвращение и страх. До станции ребята ехали молча. Лёша лишь сжимал в руках ручку пакета с учебниками, а Сима, стесняясь нового знакомого, молчала. Она впала в ступор, не зная, что сказать. Дыхание участилось, тело напряглось и сжалось. Не так уж и просто ехать в одном вагоне с парнем, который тебе симпатичен… Наконец, на табло загорелось название следующей станции, которая была нужна Симе.

– Тебе на какой выходить? – спросила девушка.

– Мне… Ещё две, а потом десять минут на автобусе. Я тоже в центре живу. А тебе когда?

– На следующей, – Сима вздохнула.

Лёша кивнул. Достал телефон из кармана, открыл какое-то приложение и стал печатать, улыбнувшись, а потом резко подавив улыбку. «Наверное, ему кто-то пишет… Не удивительно», – подумала Сима, мельком взглянув на экран смартфона. Ей удалось увидеть только первые две буквы «Ки», а остальное девушка разглядеть не успела. «Друг, наверное. Надеюсь, по крайней мере, что друг», – внезапно промелькнуло в голове Симы.

Через пару секунд поезд остановился. Неприятное лязганье снова резало слух. Двери вагона со скрипом разъехались, и Сима нерешительно двинулась к выходу, краем глаза увидев, что Лёша следует за ней. Девушка не любила сидеть в метро, сама не знала, почему так. Обычно предпочитала стоять, держась за поручень. Выйдя на гранитную платформу, ребята остановились.

– Тебе в какую сторону? – подал голос Лёша после паузы.

– Вон туда, – Сима указала рукой на правый переход.

– Пошли.

– Тебе не сложно его нести? – произнесла Сима, указывая на пакет, – а то мне как-то неудобно, что ты за меня мои вещи тащишь… – девушка смутилась.

– Да всё в порядке, мне не сложно, – улыбнулся парень.

Ребята шли по дождливой улице, хлюпая ногами по лужам. Сима всё никак не могла понять, зачем Лёша ей помогает? Он был её опорой с утра, хотя даже не знал, кто она такая. «Он что, со всеми так? А если нет, то почему именно я? Чем я так выделилась? Парни говорили, что я симпатичная, – подумала девушка, вспоминая несколько случаев из школы, ведь после того, как она услышала это от друзей Лёши, некоторые ребята, да и не только парни, но и девушки, говорили, что она милая. – Не думаю, что я в разы лучше остальных. Взять хотя бы Киру. Рину с Линой… Ещё ту блондинку с кукольными глазами… Они очень красивые! Понятное дело, что встречают по одёжке, но не до такой же степени… Какой-то маразм. Нельзя так зацикливаться на внешности! Тут наверняка что-то другое, понять бы поскорее, что именно…» Симины размышления прервал Лёша.

– Всё хорошо?

– Да, всё в порядке! Мне всё ещё дико неловко, что ты несёшь мои учебники, да и к тому же тебе дольше домой добираться, получается, – девушка улыбнулась.

– Ты, наверное, немало удивлена? – усмехнулся парень.

– Да, слегка…

– Ну, привыкай! – Лёша улыбнулся во весь рот, поправив рукой волосы.

Ребята дошли по дома Симы. Лёша отдал девушке пакет, снова улыбнулся, сказав: «До завтра!» и с этими словами, напоследок ещё и махнув рукой, отправился на автобусную остановку, сунув руки в карманы. Сима улыбнулась в ответ, смотря на спину удалявшегося приятеля. Дождь шёл стеной, не намереваясь прекращаться.

«Как же так получается… Он такой… Такой учтивый, такой… Нет, не милый, а скорее… Всё же стоит остановиться на учтивом, да», – девушка утонула во внезапных мечтаниях, которым вряд ли было суждено когда-то сбыться.

Войдя в квартиру, Сима вспомнила, что до самого позднего вечера будет совсем одна. Девушка поплелась на кухню готовить обед. «Слава богу, сегодня был сокращённый день! Вот бы всегда так», – думала она, доставая из холодильника кастрюлю с макаронами, на которой виднелся клочок бумаги с надписью «Серафиме». Тётя ясно дала понять, что в её доме каждый сам за себя. На кухне горел мерный свет люстры, на сковородке жарился стейк. Сима решила открыть электронный дневник, чтобы посмотреть, сколько домашнего задания им дали на завтра. Дождь на некоторое время прекратился, выглянуло вечернее сентябрьское солнце. Перистые облака равномерно распределились по небу, быстро удаляясь куда-то на восток. Первый погожий сентябрьский денёк…

Уже через пару часов Сима корпела над книгами. Новые переплёты, ещё никем не раскрытые, трещали в руках. Чудесный аромат только что изданной книги, и никаких тебе пометок на полях, загнутых страниц и глупых примечаний, написанных чьей-то шаловливой рукой. Буквы изящные, абзацы понятные, обложки лаконичные. В новых тетрадях так же приятно делать записи, как в новой записной книжке с красивой обложкой. Несмотря на то что Серафима училась в десятом классе, ей нравилась красивая канцелярия и интересные приблуды по типу скрепок в виде сердечек или механических карандашей с забавными наконечниками. «Пока есть возможность и я могу себе позволить, нужно пользоваться моментом!» – думала она, доставая из пенала фиолетовую блестящую ручку. Внезапно яркой ослепительной вспышкой разгорелся закат. Оказывается, уже больше пяти часов… Как быстро время пролетело! Сима, восхищённая им, решила подойти к окнам. Они выходили как раз на ту сторону, где садилось солнце. Перед девушкой развернулась невероятная картина: облака, подсвеченные ярко-алым, даже розоватым пламенем заката, яркая розовая полоса горизонта, скрывающаяся за крышами многоэтажных домов… Сима ахнула от восхищенья и приятного удивления. Потрясающий вид! «Вот так подарок», – подумала она.

Поздним вечером приехала тётя. Бесшумно, словно кошка, она прокралась в квартиру. Лишь только по звону ключей получилось определить её приход. Симе показалось, что с возвращением Елизаветы квартира резко стала чужой и холодной. Ей даже почудилось, что приятный жёлтый свет лампы в коридоре сменился холодным белым.

– Привет! – поздоровалась девушка.

Елизавета сухо кивнула. Женщина прошла к себе в «покои» и захлопнула дверь. Сима недоумевающе наклонила голову. Через пару минут Елизавета вышла из спальни в домашнем шёлковом халате и пушистых тапочках цвета тёмной вишни. Она, коротко посмотрев на племянницу, тут же отправилась на кухню.

Сима вернулась к себе в комнату. Она уже доделала домашнее задание и собиралась сложить книги в рюкзак. «Странно, что никто из друзей не звонит… Позвоню-ка первой», – решила она, вспомнив, что недавно звонили родители, а никто из ребят так про неё и не вспомнил. Девушка одёрнула домашнюю футболку, встав из-за стола. Подошла к тумбочке, взяла смартфон. Гудки.

– Марина, привет! Как твои дела?

– Привет. Неплохо, сегодня напряжённый день был. А у тебя там как? Рассказывай скорее! – бойкий голос затараторил в трубке.

Сима рассказала обо всём. О том, как встретила Лёшу, о том, как познакомилась с Риной, о школе, о «египетской принцессе» и новых одноклассниках, которых успела рассмотреть, об уроках… Марина слушала, не перебивая. Слушать – несвойственное ей качество, так что Сима заподозрила что-то неладное.

– Слушай… А у тебя всё в порядке? Точно ничего не случилось? Ты какая-то слишком спокойная, – осторожно произнесла Сима, закончив рассказ.

– Да. Всё в норме. Я рада за тебя, Симка. Надеюсь, у вас с тем парнем что-то получится… К слову, я знаю Ангелину, мы с ней раньше в младшей школе общались. Она переехала пару лет назад.

– Ого, ничего себе! И как, есть шанс с ней подружиться? Она мне показалась слегка надменной, если честно.

– Да, вполне. Неплохая девчонка, по крайней мере, была. Ну ладно, мне пока бежать, пока, – Марина поспешно попрощалась и, не дожидаясь ответа Симы, сбросила звонок.

– Пока… – ответила девушка телефонным гудкам. – Как-то подозрительно странно. Ну, может, у неё какие-то дела. – Сима решила отпустить эту ситуацию. В конце концов, если Марина не хочет говорить о том, что у неё случилось, не стоит к ней приставать. Может, снова что-то с родителями?

Интуиция Симы дала первый тревожный звоночек, но девушка ничего не хотела замечать. Она слишком глубоко погрузилась в радостные мысли о следующем дне. Стоило бы хоть на минуту спуститься с небес на землю.

Глава седьмая

Очередное пасмурное утро началось впопыхах, так как Сима проспала и стремглав мчалась в школу, поднимая столпы брызг в воздух. Лужи под ногами, слава богу, были неглубокие. Благо дождя прогноз не пророчил, иначе пришлось бы возвращаться за зонтиком. Пока она бежала, до неё дошло, что телефон разряженный лежит в рюкзаке ещё с вечера и что сейчас он точно не включится. Значит, предупредить никого об опоздании не получится. Даже время посмотреть нельзя, вот досада! «И почему я не зарядила его вовремя, растяпа…» – простонала Сима сквозь зубы, но времени ни на что уже точно не оставалось.

Тётя сегодня уехала рано. Даже не попрощавшись, она оставила записку на столе, в которой сухо и коротко говорилось: «Я сегодня поздно. Завтрак в микроволновке». Хоть поесть оставила, уже хорошо. За несколько дней Елизавета ничуть не изменила своё отношение к племяннице.

Девушка пулей вылетела из-за поворота, где показался тёмный забор школы. «Успею!» – пронеслось в её голове. Сима, запыхавшись, ворвалась в здание, и её тут же подхватила, повлекла за собой толпа. Еле переодевшись, выкатившись из раздевалки, она вдруг вспомнила, что понятия не имеет, куда идти. Первый урок проходил во втором крыле, и девушка не имела ни малейшего представления, в каком кабинете. «Ну что же за день такой?! Почему я всегда влипаю в такие ситуации… Та-ак, нужно найти хоть одного одноклассника», – девушка стала рыскать глазами по коридору. Она не запомнила добрую половину класса, а никого из знакомых в поле зрения не попадалось.

Сима посмотрела на огромные, висящие в центре коридора часы. До звонка оставалось две минуты. В этой гимназии ненавидели опаздывающих учеников, Сима уже успела в этом убедиться на примере одноклассницы Арины, на которую так наорали, что она не могла весь день оправиться.

Вдруг Лебедеву кто-то аккуратно тронул за плечо. Вздрогнув, Сима обернулась. Перед ней стояла девушка на голову ниже её. Она выглядела словно фарфоровая кукла: утончённые и немного детские черты лица смотрелись очень невинно, девушка хлопала длиннющими ресницами, обрамляющими её голубые, практически прозрачные глаза. Она напоминала и лисицу, и кролика сразу. Вьющиеся пепельно-белые волосы были забраны у лица при помощи невидимок. Одета девушка была в чёрную плиссированную юбку, серый кардиган, связанный словно из невесомой нити, и в белую рубашку. На ногах простые, но изящные туфли. Сима тут же узнала в ней свою одноклассницу Майю. О ней говорили только хорошие вещи, учителя её любили, а Галина Тарасовна так и вовсе души в ней не чаяла. Девушка, по слухам, всегда была мила и вежлива, а её кукольная внешность создавала такой образ, которому невозможно не улыбнуться. Вся она, такая хрупкая, выглядела даже беззащитной.

– Привет! – улыбнулась. Зазвучал очень нежный звонкий голосок.

– Привет. – Сима в замешательстве смотрела на одноклассницу.

– Ты заблудилась? Давай вместе пойдём на урок?

– Давай, спасибо большое, а то я уж и не знала, что делать. У меня телефон разрядился…

– Не беда, пошли, мы ещё успеем. Я тебе дам свой пауэрбанк, – Майя улыбнулась полуулыбкой и повела Симу за собой.

Девушки быстрым шагом пошли по коридору. По дороге во второе крыло с Майей поздоровалось несколько пробегавших мимо человек. «А она довольно-таки популярная», – решила девушка. Сима с Майей бежали по коридору второго крыла, как вдруг Майя скомандовала: «Сюда!» – указав рукой на дверь кабинета. Сима кивнула, но её спутница вдруг резко остановилась.

– Давай вместе сядем, если ты не против? – вдруг предложила Майя.

– С радостью, давай! – Сима улыбнулась.

Девушки вошли в класс, и тут же грянул пронзительный звонок, похожий на звук пожарной тревоги.

– Ненавижу наши звонки, – шепнула Майя, – от них всегда хочется уши заткнуть!

– Точно! – так же шёпотом ответила Сима, поняв, что её одноклассница словно прочла мысли.

Начался урок. Майя с Симой сидели за предпоследней партой первого ряда. Сима стала разглядывать класс, ища глазами знакомых ребят. Нашла Рину, Киру с Линой, сидящих за одной партой. Лёши нет. Сима вздохнула. «Четвёртый день школы всего лишь, а его нет…» – девушке стало немного грустно. Началась перекличка. Учительница, грозная с виду, довольно обширная женщина, открыла какую-то вкладку на компьютере. Назвав пару фамилий, она дошла до Лёшиной или не совсем…

– Багрянцева? – учительница посмотрела на класс поверх очков.

– Здесь! – сказала Майя, подняв руку.

– Багрянцев? – В ответ тишина. – Ну, Алексей Багрянцев здесь?

– Он ко второму уроку придёт после врача, у него записка. – Майя встала, держа в руке белый лист. Подошла к кафедре, отдала его учителю, ещё о чём-то сказала и вернулась на место. Перекличка продолжилась.

– Ничего себе, вы родственники? – изумилась Сима, задав вопрос Майе.

– Ага. Причём двойняшки. Лёша сегодня проспал, вот ему я и написала записку. У нас с матерью почерк очень похож, к тому же я давно научилась его копировать. Только не говори никому. – Майя подставила палец к губам и улыбнулась.

Сима кивнула, про себя отметив много сходств между братом и сестрой. Начать хотя бы с волос, цвета глаз и природной красоты Багрянцевых. У них обоих была идеальная кожа, аккуратные стрижки и отличные волосы… Сима снова посмотрела туда, где одна сидела Рина. Она задумчиво сверлила взглядом зашторенное окно, казалось, ей всё равно на происходящее в классе, она даже не смотрела в сторону Симы.

– Послушай, как ты бы охарактеризовала Рину? Она кажется всё время такой грустной… – начала Сима.

– А, Ларченко? Да никак. Мы с ней не разговариваем. Её все в классе побаиваются, уж не знаю почему, да она ни с кем тут и не дружит. Не понимаю, почему она многим нашим, да и не только нашим, парням нравилась. Ей столько раз признавались! И из параллели, и из более старших классов. Она, конечно, не дурна собой, но не настолько, – Майя осеклась, заметив нотки надменности в своём голосе, скептически оглядела Рину. – Опять же говорю, что всё это знаю только со слов других. Мы с ней не общаемся, так что не могу сказать, какая она, – девушка пожала плечами.

– Ясно, – протянула Сима, задумавшись.

– Слушай, если тебе нужна будет помощь или просто захочешь пообщаться, то говори. Я всегда рада новым знакомствам. К тому же ты очень красивая, ты знала? – Майя мило улыбнулась.

– Спасибо! – Сима расплылась в улыбке. – Буду рада. Ты тоже очень красивая, правда, – добавила она.

– Правда? – лицо Майи просветлело. – Приятно! – девушка зажмурилась от удовольствия. – Кстати, как ты ухаживаешь за кожей? Она у тебя такая гладкая, к косметологу ходишь?

– Да нет, никуда не хожу. Иногда увлажняющую маску делаю и сывороткой пользуюсь… В целом всё, – Сима пожала плечами. Она не считала, что у неё такая уж хорошая кожа, и вопрос Майи её слегка удивил. Она не сильно акцентировалась на таких вещах, просто любила выглядеть опрятно и ухоженно.

– А-а… Ясно. – Майя, по-видимому, удивилась и, как показалось, слегка разочаровалась.

– Лебедева! Сколько можно болтать?! Ты не на рынке! К доске захотела? – раздался раздосадованный голос учителя, и девушки резко замолчали.

На перемене Майя с Симой шли по коридору. Майя изредка переглядывалась с Линой и Кирой, которые всё время держались вместе, громко смеясь и о чём-то разговаривая. Сима отметила, что её новая одноклассница и правда очень милая, с ней легко и приятно общаться, но она уж очень часто расспрашивала её про уход за собой, про одежду и говорила о красоте. Девушка посчитала сперва, что это странно, но потом уже привыкла, мало ли у кого какие причуды. Следующим уроком шла геометрия, а затем, после четвёртого урока – большая перемена. Майя сказала, что в связи с хорошей погодой откроют на время перемены доступ в школьный сад, и Сима очень обрадовалась. Она втайне хотела сходить туда с Лёшей, но, как назло, парень сегодня не попадался ей на глаза.

На третьем уроке, войдя в класс, Майя извинилась, сказав, что уже пообещала сесть на геометрии с Кирой. Сима сказала, что не стоило извиняться, улыбнулась и направилась к той парте, где сидела Рина. Все ребята негласно решили, кто как будет сидеть на уроках, и менялись местами только изредка, по договорённости, так что Рина сидела на своём привычном месте у окна. Сима подошла к парте, вопросительно посмотрев на девушку. Та никак не отреагировала, а лишь кивнула в знак согласия, мол, садись. Сима села. Начался урок.

Математику вела приятная женщина средних лет, высокая и стройная. Её кудрявые рыжие волосы напоминали солнышко. Одета она всегда была стильно, на этот раз в чёрную юбку-карандаш и белую блузку в горошек. Камилла Валерьевна, так звали учителя.

– Ребята, сейчас мы напишем небольшую самостоятельную, чтобы проверить, что вы помните после лета. По результатам посмотрим, выставлять ли оценки или нет. Без паники, самостоятельная лёгкая. Держите листочки. – Камилла Валерьевна принялась раздавать распечатки с заданиями.

«Вот те раз, четвёртый день, а уже самостоятельная. Хорошо, что из-за подготовки к экзамену на поступление я ещё что-то помню…» – подумала Сима. А вот Рина не выказывала особой радости. Она брезгливо подвинула к себе листок, оценивая задания в нём. Судя по её лицу, в самостоятельной она не знала ровным счётом ничего.

– Рин, Рина, нас разве предупреждали? – шепнула Сима. Рина медленно повернула голову в сторону соседки.

– О чём? – спокойно, как и всегда, спросила она в ответ.

– Ну, о самостоятельной.

– Понятия не имею.

Сима кивнула, отвернувшись. Девушка немного разволновалась. Не так она себе представляла свою первую самостоятельную, на которой она должна проявить себя. На всё про всё давалось пол-урока. Сима сосредоточенно вчиталась в задание. Задачки были не такими уж и сложными, и девушка принялась решать. Через десять минут она мельком посмотрела на Рину. Та лениво водила карандашом по листу. Приглядевшись, Сима поняла, что её соседка решила всего лишь три задачи из шести.

– Ты чего не пишешь? Двойка же будет… – шепнула Сима.

– И что с того. Я всё равно больше ничего не помню, – отмахнулась Рина.

– Как же так, ведь можно спросить у него или у неё, – Сима показала на ребят, сидящих перед и позади Рины, которым попался тот же вариант самостоятельной, – о, смотри, Камилла Валерьевна вышла, ты можешь подсмотреть формулы в учебнике, это же… не так сложно, – девушке стало неловко. Рина вздохнула.

– Да… – девушка задумчиво посмотрела куда-то мимо Симы, куда-то сквозь закрытые жалюзи, куда-то вдаль, где светило яркое солнце. – Можно, пожалуй… Хотя всё равно Камилла знает мой уровень, поймёт, что я списала. Да и вообще, какая тебе разница? Пиши, а то у тебя самой будет два, – глаза девушки отчего-то показались Симе печальными.

– Да никакой, просто такой шанс, а ты не пользуешься им.

Сима сама только что посмотрела формулу, которая напрочь вылетела из её головы, и с её помощью смогла решить ещё две задачи. Девушка не понимала, как Рине может быть настолько плевать. Её выражение лица оставалось каменным, и она даже не собиралась воспользоваться таким шансом, который Сима приняла за большую удачу. «Странно…» – подумала девушка. Время вышло, и учительница собрала работы. Проходя мимо парты Симы, Камилла Валерьевна задержала взгляд на работе девушки и улыбнулась, кивнув. Затем она забрала её листочек, а вот когда забирала листок Рины, вздохнула и произнесла:

– Катерина, Катерина… Плохо.

Не дождавшись ответа, учительница прошла дальше, нехотя забрав лист.

Наконец прозвенел звонок. Все с облегчением стали собирать вещи. Наступила большая перемена, длившаяся тридцать минут – самое лучшее время, ведь сегодня открывался доступ в школьный сад. Сима уже предвкушала, как пойдёт обедать, сидя на скамейке около дуба. Она приготовила еду ещё вчера вечером, положив в зелёный пластиковый контейнер. Естественно, поход в столовую вместо улицы приравнялся бы к преступлению, ведь за окном так тепло и хорошо, так что смысла сидеть в здании попросту не оставалось. Собрав учебники в рюкзак, Сима посмотрела на Рину.

– Пойдёшь обедать на улицу? – спросила она.

– Да, а что? – Рина посмотрела на Симу, и на её лицо упал луч солнца, активно пробивавшегося сквозь жалюзи.

– Может… вместе пойдём, если ты не против? – Сима смущённо закусила губу. Она боялась показаться навязчивой, но завести друзей в новой гимназии хотела. Немного поколебавшись, Рина всё же ответила.

– Ну… Давай, – девушка пожала плечами.

Одноклассницы вышли из кабинета. По дороге они не разговаривали. Обходя толпы учеников, Сима размышляла, что бы ей спросить о классе. Вернее, то, что новая знакомая сможет рассказать о своих одноклассниках, ведь, как сказала Майя, Рина училась с ребятами не с самого первого года. «Точно, Майя! Как-нибудь предложу ей вместе пообедать… Хотя она скорее пойдёт с Линой и Кирой, – подумала девушка, – вот бы и с ними познакомиться. Марина же сказала, что Лина нормальная, а значит, и Кира тоже. Человек с такими глазами не может быть плохим, я точно знаю!» Рина окликнула Симу, показав рукой на открытую железную дверь, возле которой стоял охранник. Он провожал детей строгим взглядом, пристально осматривая каждого, кто входил в сад. «Наверняка там тоже учителя или охранники стоят…» – подумала Сима.

Девушки вышли на улицу. В верхней одежде не было необходимости. Погода контрастировала с утренней. Светило солнце, по небу плыли рваные облака. Лёгкий ветерок приятно трепал волосы. Сима вздохнула и зажмурилась от удовольствия – как же хорошо!

– Давай вон туда сядем, пока не заняли, – сказала Рина, указывая на ближнюю к дубу скамейку. Она была без спинки, по кругу обрамляя участок земли, на котором росло величественное дерево. Складывалось ощущение, что это огромная гусеница обвилась вокруг ствола. На неё уже присело несколько человек, но с другой стороны оставалась пара свободных мест.

– Хорошо, пошли.

Девушки сели. Открыли рюкзаки и вынули контейнеры с едой. У Симы он был тёмно-зелёный, а у Рины – чёрный. Впервые девушка решила рассмотреть рюкзак соседки по парте: чёрный с тёмно-фиолетовой молнией и с сетчатыми боковыми карманами. На замке висело несколько брелоков в виде игральной карты, белой молнии и логотипа какой-то музыкальной группы. В целом ничего необычного.

– Приятного аппетита, – произнесла Сима.

– И тебе, – Рина принялась за еду. Она взяла с собой роллы, а Сима – брокколи, посыпанную растопленным сыром, рис и стейк слегка обжаренной на сковородке индейки.

Девушки ели молча. Пауза затянулась. Сима рассматривала происходящее вокруг. Носились сломя голову пятиклашки и шестиклассники, кто-то постарше прогуливался группами по кругу, громко смеясь, а ещё кто-то что-то увлечённо обсуждал с друзьями. Сима насчитала четырёх учителей, стоявших по бокам и образуя квадрат. Следят. И тут девушка увидела, что Рина уже прекратила есть и сидит, упёршись локтем в колено, наблюдая за ней.

– Кого-то ищешь? – спросила Ларченко.

– Нет, считаю учителей, а то за порядком же должен кто-то следить, – ответила Сима.

– Ага.

– Внутри всё такое тёмное и серое, кстати, вам всегда запрещали поднимать жалюзи?

– Не-а, не всегда. Пару лет назад сменился директор, который вбил всем в голову, что то, что за окном, отвлекает нас от учёбы. Идиотское решение, но все его почему-то поддержали, – Рина пожала плечами.

– Моя тётя тоже вечно в тёмном ходит… – задумчиво протянула Сима.

– Почему? – Рина подняла одну бровь.

– Сначала я думала, что ей так нравится, но со временем стала догадываться, что она до сих пор в трауре… Так её жалко. Она очень сильно изменилась с тех пор, мне так родители говорят.

– А что случилось?

– Её сын и муж погибли в автокатастрофе…

– Вот как… – Рина сочувствующе посмотрела на собеседницу.

– Но это произошло год или полтора назад, так что не настолько уж и недавно… – Сима опустила глаза. – Ладно, не будем о грустном, погода сегодня замечательная. У вас такое редко случается, да?

– Да, тут в основном довольно пасмурно, но обещают, что эта осень будет тёплой и солнечной. Не верится даже. – Рина посмотрела в синее небо.

Вдруг краем глаза Сима заметила, как Рина достала из маленького отсека рюкзака нечто, по форме напоминающее небольшую зажигалку. Предмет был светло-розового цвета со схематично нарисованными ярко-фиолетовыми цветами. Рина поднесла предмет ко рту и потянулась рукой к его верхней части.

– Ты чего, прям здесь будешь ку… – Сима запнулась, не зная, как деликатно спросить.

– Ты об этом? – Рина указала на предмет.

– Угу, – девушка кивнула.

– Я не курю, это блеск для губ, новая коллекция вышла, – Рина рассмеялась. У неё была очень милая улыбка. – Ты серьёзно подумала, что я поведу себя так же, как эти придурки? Вот смешная! Да я бы в жизни не стала таким заниматься, к тому же меня б дома повесили, особенно бабушка, да и отец тоже не стал бы радоваться, – девушка засмеялась ещё громче, – видела бы ты сейчас своё лицо!

– Прости… – Сима потупилась. Ей стало ужасно стыдно. С самого детства девушке не нравились курильщики-взрослые, а курильщиков-подростков она не любила ещё больше. Её дед скончался от рака лёгких, и всё из-за того, что чадил по пачке в день. Смерть деда (которого она, между прочим, любила чуточку больше остальных родственников) и стала причиной отношения Симы ко всему, что связано с сигаретами. Теперь она смотрела, как Рина в доказательство своих слов откручивает колпачок с аппликатором и показывает ей, а затем достаёт из рюкзака маленькое зеркальце и начинает подкрашивать губы. Симе отчего-то показалось, что именно в этот момент она увидела Рину настоящую, без маски безразличия. Она показалась более общительной, даже разговаривала как-то по-другому и более быстро, чем раньше.

– Бабушка живёт с вами? – осторожно спросила Сима.

– Да, она по маминой линии, но мы с папой живём вдвоём, а она – в соседнем квартале. Не в таком элитном районе, как твоя тётя, конечно, но в довольно приличном, – девушка запнулась и холодно добавила: – Хотя какое тебе вообще дело? Пошли, звонок скоро.

Рина резко помрачнела. Девушки собрались и молча пошли обратно в здание гимназии.

Глава восьмая

Тяжёлая входная дверь открылась, послышалось звяканье ключей и тяжелый топот каблуков. Елизавета Парицкая вошла в прихожую, небрежно бросив ключи на тумбочку.

– Привет! – Сима вышла из комнаты, чтобы поздороваться с тётей.

– Здравствуй.

– Я приготовила ужин, он на плите.

Елизавета кивнула. Она сняла пальто, повесив его на предложенную Симой вешалку. Затем, расстегнув сапоги, женщина направилась в ванную. Дверь за ней захлопнулась, и послышался шум воды из-под крана. Елизавета долго не выходила, и девушку это слегка насторожило. Сима вернулась к себе. На столе горела лампа, рядом с которой лежала кипа учебников и раскрытая тетрадь. Домашнего задания задавали столько, что приходилось сразу по приходе домой садиться за уроки, а заканчивать только часов в десять. Сразу после того, как последняя книжка была убрана в рюкзак, девушка отправлялась в ванную, а через полчаса уже лежала в постели, читая книгу, если на чтение вообще оставались силы. Всё чаще она просто ложилась спать, чтобы хоть немного отдохнуть.

Сима понимала, что, если так дальше будет продолжаться, она точно начнёт ещё больше уставать. Как некстати, самостоятельная работа по алгебре скоро… Приходилось усердно учить материал к каждому уроку, чтобы хоть немного догнать отличников класса. Тот факт, что в её прежней школе она являлась лучшей ученицей, ничего не значил в нынешней гимназии, ибо девушка входила теперь в разряд средних, а по некоторым предметам худших по успеваемости учеников. Для Симы её новое положение стало большой проблемой. Была видна колоссальная разница между уровнем школ. «Ума не приложу, как я умудрилась сдать экзамены летом? Каким-то чудом, наверное!» – думала Сима, решая очередное логарифмическое уравнение по алгебре. Из семи предметов на завтра она сделала пять, между тем настольные часы уже показывали восемь вечера. Со всеми этими видеоуроками и разбором задач время промчалось незаметно, стремительно и бесповоротно.

Наконец, тётя вышла из ванной в халате и с полотенцем на голове. Пойдя в кухню, она загремела кастрюлями. Симе вдруг резко захотелось пить, во рту пересохло, как в пустыне, и девушка представила себе высокий гранёный стакан, наполненный чистой прозрачной водой. С этими мыслями она вышла в коридор. Проходя мимо дверей в спальню Елизаветы и её погибшего сына, Сима даже не бросила на них взгляд. Ещё, чего доброго, тётя снова прицепится, как в прошлый раз. Тогда, уже после первого инцидента, девушка лишь мельком взглянула в сторону спальни Елизаветы, а та уже закричала на неё и сделала несправедливый выговор. Защищала свои границы, только вот на них никто не покушался… Симе больше не хотелось таких приключений. Ей здесь жить ещё минимум год, так что конфликтов лучше избегать.

Войдя на кухню, девушка увидела, как тётя что-то режет на разделочной доске.

– Я же приготовила… – робко начала Сима.

– Совершенно сухо и невкусно. Ты точно умеешь готовить? – хмыкнула Елизавета.

– Там в сковородке тушёное мясо с грибами…

Сима потупилась. Её напрягало общение с тётей, но она всё-таки решила попробовать ещё раз. Елизавета подняла стеклянную крышку и стала перекладывать еду в тарелку, попутно вглядываясь в мелко нарезанные шампиньоны.

– А… Сегодня мы ходили в школьный сад, – начала девушка, оценивая реакцию тёти. Тётя кивнула, так что Сима решила осторожно продолжить, – так вот, мы ходили в сад с моей соседкой по парте, её Рина зовут. Вообще, она классная, только очень замкнутая. Мне сложно было с ней разговаривать сначала, но потом вроде всё стало налаживаться.

Племянница с тётей сели за стол. Елизавета начала ужинать, а Сима продолжала повествовать:

– А ещё сегодня мой новый приятель так и не пришёл, хотя должен был. Это, конечно, досадно. Но зато я познакомилась с его сестрой, очень милая девушка. – Пауза, звук ножа, которым женщина подгребала гречку к вилке. – Почему-то мне стало тяжеловато учиться, нам так много задали на завтра! Надеюсь, я успею всё доделать до десяти, а то хочется хоть немного выспаться, – Сима виновато улыбнулась. Сжала пальцами стакан.

Тётя прожевала кусочек мяса, а затем подняла взгляд на племянницу. Её глаза были покрасневшими, виднелись небольшие синяки то ли от недосыпа, то ли от плохо смывшейся косметики. Только сейчас Сима поняла, что Елизавета либо очень зла, либо ужасно расстроена, определить не представлялось возможным. И как она сразу не заметила? Девушка привыкла к немногословию тёти, но она и подумать не могла, что у этого немногословия несколько видов.

– Считаешь, я смогу решить твои проблемы? – спокойно начала Елизавета. – Думаешь, у меня своих не хватает? Задают много? Ну так иди и сделай своё домашнее задание, не трепись тут, никому не нужны твои жалобы! Сама должна справляться, взрослая уже! – женщина перешла на повышенные тона.

– Так я же не жалуюсь, а просто рассказываю… Мы ведь родственники! Я всего лишь хотела поговорить, – недоумённо произнесла Сима, до конца не понимая, почему на неё кричат.

– Ты хотела! Только о себе и думаешь. Столько драгоценного жизненного времени убила на пустую болтовню, марш делать уроки! – проскрежетала Елизавета сквозь зубы, сжав в руке вилку. На слове «драгоценного» и «жизненного» она сделала особый акцент.

Сима молча встала и вышла из кухни. Прошла по коридору. Мельком бросила взгляд на кухню и увидела, что Елизавета, переставляя тарелки, задела локтем одну из них. Бам! Послышался звон разбитого стекла и раздосадованный возглас тёти. Девушка перешла на быстрый шаг, а дойдя до своей комнаты, закрыла аккуратно дверь, чтобы не попасть под горячую руку.

– Ну и ну-у… – протянула она.

Сима села за стол. Минуту она просто смотрела в стену, а потом всё же решила продолжить делать уроки. Вдруг на тетрадный лист упала тёплая капля, красным пятнышком растеклась по клеточкам… «Нет, нет, нет, нет! Только не тетрадь!» – Сима хаотично стала искать салфетку. Вытащив одну из рюкзака, она вытерла каплю, но та уже успела впитаться. «Вот чёрт», – Сима отправилась в ванную. Включив кран, она намочила ватный диск ледяной водой и приставила к крылу носа. В её голове роилась куча мыслей. Шум воды успокаивал, струя была тоненькая, а вода всё капала, капала… «Тётя явно не в себе. Что я сделала не так и как теперь ко мне будут относиться?» – звучал вопрос. Рассказывать ли родителям или нет? Девушка, поразмыслив, решила ничего никому не говорить. В конце концов, жизнь подкинула ей испытание, с которым она должна сама справиться, иначе покажет себя беспомощной и слабой. И даже не перед остальными – перед собой ей будет стыдно. Больше всего на свете Сима не хотела казаться слабой. Она всегда сдерживала слёзы на людях, даже если ей хотелось плакать. Всегда держалась до последнего, всегда тренировала в себе силу воли. «Шутки закончились. У меня теперь своя жизнь, так что и проблемы я буде решать сама», – подумала девушка.

Сима вздрогнула. Где-то в комнате зазвонил телефон. Девушка выключила кран и побежала на звук. На экране высветился номер. «Родители», – решила девушка и нажала на зелёный значок трубки.

– Здравствуй, дорогая! – зазвучал радостный голос матери.

– Привет, мам!

– Как ты? Что в школе нового? И что с твоим голосом, ты простудилась?

Сима принялась рассказывать. Она сказала обо всём в общих чертах, а о случае тёти, как и хотела, не упомянула ничего. Поговорив с родителями некоторое время, девушка взглянула на часы. Девять часов двадцать пять минут. Попрощавшись, Сима принялась за последний и самый лёгкий предмет – литературу, – по которому задали прочитать десять страниц биографии писателя. «Слава богу, Мария Николаевна сжалилась», – подумала Сима. Она всегда сначала делала письменные задания, потом приступала к устным или к самым сложным предметам. Доделав домашку, девушка пошла в ванную заниматься обычной вечерней рутиной. Смывая оставшиеся капли крови с раковины, она думала. О разном: о Лёше и о Майе, о том, как же ей повезло с ними подружиться… Горячий душ. Какое наслаждение после тяжёлого дня! Девушка вдохнула запах ароматного шампуня, который недавно купила в магазине. Он приятно пах корицей – одна из спонтанных покупок, которая оказалась очень кстати. Сима стояла, подставив голову под струи тёплой воды, и вспоминала о друзьях. Вымыв волосы, девушка замотала их в маленькое полотенце, а затем обернулась сама в ещё одно, большое, тёплое и мохнатое. Оно приятно щекотало чистую сияющую кожу. Сима босиком зашлёпала к себе.

Переодевшись в лёгкую пижаму, девушка подошла к зеркалу. Расчесала мокрые волосы. Бордовые шорты и футболка очень ей шли – новая пижама, купленная совсем недавно. Она была из такой приятной ткани, что Симе не хотелось её снимать. «Почему нельзя в гимназию ходить в пижаме? Наверное, потому что все будут мне завидовать, даже Галина Тарасовна! „Хо-хо, Серафима, а где ты живёшь?! И откуда у тебя эта пижама?!“ – скажет она, а я отвечу, что ей такое и не снилось, хо-хо! – передразнила она манеру речи учительницы, вышагивая перед зеркалом. – Вот твоя крыша и поехала, родная. Иди-ка ты лучше спа-а-ать. Хотя мне уже перехотелось», – Сима зевнула. Вдруг резко упала – отжалась, перекатилась по ковру и вскочила. «Как же болит спина», – подумала она. Вспомнив, что забыла протереть зеркало, которое забрызгала зубной пастой, девушка нехотя вернулась обратно. Протирая запотевшее стекло, она услышала шарканье.

У порога ванной комнаты стояла Елизавета Парицкая, скрестив руки на груди. У неё были красные круги вокруг глаз и такой же красный нос. Сима похолодела. Что у неё с лицом? Она плакала? Сейчас ей прилетит. Благо душ был последним в списке её банных дел. Тётя ничего не сказала. Она, развернувшись, показала на запястье, изображая на нём наручные часы, а затем прошла мимо племянницы, кинув на неё испепеляющий взгляд, полный недовольства. Женщина проскрежетала: «На выход», ещё раз посмотрев на племянницу. Сима спорить не стала и пулей вылетела в коридор, а Елизавета с грохотом захлопнула за собой дверь ванной. «Прекрасно. Великолепно! В чём я провинилась на этот раз?!» – Сима уже начинала уставать от этого всего и злиться. «Скорее бы в школу», – подумала она.

Сима вернулась к себе, открыла приложение, через которое общалась с друзьями. Марина была в сети. Сима начала печатать. «Привет! Прости, что так поздно пишу. Нам в школе ужасно много задают, так что сегодня вообще ни на что не нашлось времени, кроме домашки. Помнишь, я тебе про свою соседку по парте говорила? Мне удалось наладить с ней контакт, а ещё я подружилась с Майей, одной из новых одноклассников. Она хрупкая и красивая, как куколка! Как у тебя там дела? Что интересного в школе?» – девушка отправила сообщение и стала ждать. Марина всё ещё находилась в сети, но сообщения не читала. Сима решила не выжидать, а лечь спать, скорее всего, подруга сейчас занята, к тому же время уже позднее. Девушка уютно устроилась, укрывшись мягким покрывалом. Недавно Сима говорила по телефону с Ваней и Верой, которые рассказывали ей о событиях их жизни. В компании появилось два новых человека – парень и девушка из параллели. Сима принялась было расспрашивать друзей о том, как там Марина с Кириллом, на что Вера ответила что-то нечленораздельное и резко поменяла тему. Тем не менее Сима радовалась тому, что поговорила с друзьями.

Тишина. Слышен только стук сердца Симы. Ей казалось, что он раздаётся так громко, что его можно услышать из соседней комнаты. «Завтра надену штаны и свитер… И ещё ту цепочку с сердечком», – подумала она, закрывая глаза.

Глава девятая

Сима проснулась от резкого звука будильника. Вскочила с кровати, чтобы не заснуть снова, и подошла к зеркалу. Причесавшись, девушка зашагала на кухню. На часах шесть пятьдесят. Обычно она лежала в кровати до семи, и приходилось потом всё делать в спешке. На этот раз Сима выспалась и решила не испытывать судьбу. Лучше всё делать помедленнее и успеть, чем впопыхах собираться и что-нибудь забыть. Тётя ещё не ушла. Она выходила из дома в полвосьмого, ныряла в тёмный провал метрополитена и на работу. Женщина стояла возле кухонного островка и пила кофе. Она уже успела одеться по-офисному.

– Там омлет в сковородке остался, сегодня можешь не готовить, – небрежно бросила она, допивая остатки кофе. Он божественно пах, поднимая струйки пара из чашки. Обращаясь к племяннице, тётя даже не посмотрела в её сторону.

– Спасибо, – Сима кивнула.

Девушка открыла сковороду и переложила омлет на тарелку. В нём виднелись кусочки брокколи, выглядел он очень аппетитно. Сима сделала тост, намазала его мягким сыром, заварила чай с мёдом и принялась есть в то время, как Елизавета допивала свой кофе. Через миг женщина уже направлялась к вешалке, находившейся в коридоре. На ней был классический чёрный костюм, прекрасно сидевший по фигуре, и белая блузка. В ушах поблёскивали золотые серёжки, причём Сима была уверена, что они и вправду из золота. Накинув знакомое строгое чёрное пальто, женщина вышла из квартиры. Послышался звон связки ключей. Тишина.

Через некоторое время Сима стояла на платформе метро в коричневом пальто, которое дополнял клетчатый бежевый шарф, свободно висящий на шее. Задумавшись, девушка чуть не пропустила поезд, но вовремя спохватилась, шагнув в вагон, уже битком набитый людьми.

Выйдя из метро, девушка, как и сотни других школьников, направилась к гимназии. Внезапно Сима вспомнила о Лёше, который не пришёл вчера. Ей отчего-то захотелось его увидеть. «Странный он, конечно, но прикольный. И красивый такой, как принц из сказки…» – в очередной раз задумалась Сима. В раздевалке, как всегда, шумела толпа народу. Девушка уже запомнила, где какие кабинеты располагаются, и без труда нашла класс биологии. Повесив рюкзак на крючок, Сима стала ждать. В помещении уже находилось довольно много одноклассников. Как ни странно, в отличие от её прежнего класса, здесь все приходили пораньше и сидели за партами, беспрерывно что-то повторяя или заучивая. Рина пока что не показывалась на горизонте, зато Сима встретилась взглядом с Майей и помахала ей рукой, улыбнувшись. Та ответила тем же. Она о чём-то говорила с Линой, по-видимому, они обсуждали домашнее задание, так как на столе лежали раскрытые тетради.

В класс вошла Кира, а за ней – Лёша. Сима напряглась и слегка заволновалась. Её отношение к Лёше уж точно нельзя называть сильными чувствами, он ей нравился, только и всего. Хотя на самом деле в новом классе имелось много красивых парней – есть из чего выбирать. Вслед за Лёшей вошло ещё несколько ребят, а за ними показалась Рина. Надо же, она даже не опоздала! Сегодня на ней были телесные колготки, короткая плиссированная юбка, белая рубашка и тёмный вязаный жилет. Волосы аккуратно забраны в низкий небрежный пучок, так что зелёные пряди совсем скрылись в глубине причёски. Как оказалось, Рина практически не пользовалась косметикой в школе. Сима представляла соседку по парте более невосприимчивой к правилам гимназии, касающимся внешнего вида.

Девушка прошла к своей парте.

– Привет! – произнесла Сима, помахав рукой.

– Привет, – Рина сдержанно улыбнулась.

Девушки в молчании ждали начала урока. Сима, обрадованная тем, что её соседка постепенно оттаивает, принялась повторять параграф. Она любила учиться, это доставляло ей настоящее удовольствие, но девушка вовсе не походила на зубрилу. «Интересно, тётя до сих пор злится? Как там дела у родителей и у Марины…» – пронеслось в голове Симы. Вдруг она вспомнила о сообщении, которое она отправила подруге вчера, достала телефон и открыла переписку. Сообщение оставалось непрочитанным. Девушка посмотрела на табло, где высвечивалось время, когда в последний раз человек присутствовал в сети. Марина была совсем недавно, в полвосьмого, но так и не прочла сообщение. «Странно, может, не заметила?..» – Сима выключила телефон, и вдруг в голове появилась идея.

– Слушай, сегодня так тепло на улице, может, прогуляемся после школы? – предложила Сима.

– Хорошо, – Рина кивнула. «Так просто согласилась? Наверное, у неё впервые хорошее настроение за долгое время». Прозвенел звонок.

Шесть уроков пролетели незаметно. Сима общалась с Лёшей, с Майей, даже поговорила с другими ребятами из класса, но они показались ей какими-то погасшими и унылыми. Остался один последний урок – география. На последней перемене Сима шла по коридору-переходу, о чём-то задумавшись. Вдруг её кто-то окликнул. Девушка оглянулась. К ней быстрым шагом приближалась «египетская принцесса». В руках она держала стопку листков, по-видимому, проверенные самостоятельные работы по геометрии.

– Лебедева! Постой, держи, – Лина протянула Симе листочек. На нём красовалась изящная цифра пять.

– Спасибо.

– Послушай, ты так классно выглядишь в этом свитере, тебе идёт! – Лина прищурилась, ухмыльнувшись.

– Спасибо, – Сима улыбнулась, про себя подумав, что «египетская принцесса» всё же как-то подозрительно на неё смотрит.

– Как тебе наша гимназия? Не слишком тяжело?

– Да нет, нормально…

– Ребятки не обижают?

– Чего? – Сима не понимала, чего от неё добиваются.

– Да забей, просто ты такая… Немного чужая, понимаешь? Хотя с Лёшей общаешься, тебе должно быть достаточно, к тому же с такой мордашкой мозги не нужны, правда? – Лина засмеялась.

– А ты что, завидуешь? – Сима усмехнулась, стараясь произнести эту фразу как можно более непринуждённо, ускорила шаг, оставив надоедливую «египтянку» позади. Краем глаза девушка увидела, как Лина нахмурилась, скрестив руки на груди.

– Алло, Лебедева, это комплимент! – прокричала она вслед. Сима даже не обернулась. Эта ситуация её озадачила. Торопясь скорее к выходу, она чуть не врезалась в Лёшу, который шёл ей навстречу.

– О, Сима! Тебе уже раздали листочки с самостоятельной? – парень посмотрел ей прямо в глаза.

– Ага, вот, смотри, – Сима развернула листок, но с удивлением обнаружила, что Лина отдала ей ещё и работу Лёши, – ой, откуда это? Мне Лина только что отдала, я даже не заметила, что тут твой листочек, я в него не смотрела, честно! – девушке стало неловко.

– Да ты чего, наоборот, спасибо. Не пришлось забирать. А то эту биологичку не найдёшь! Она вечно где-то ходит, – Лёша улыбнулся, но будто не поверил своим собственным словам, – пошли в класс, уже скоро звонок.

– Пошли, – Сима напоследок обернулась, но Лины уже след простыл, – послушай, а тут только по этому коридору можно во второе крыло попасть? – спросила она парня.

– Да, но ещё можно через сад, а что?

– Ничего, просто спрашиваю… – Сима нахмурилась. Странная эта Лина. Совсем не такая, как говорила Марина. Возможно, роль сыграло первое впечатление, но знакомство прошло не совсем удачно.

Уроки закончились. Сима с облегчением выдохнула – день выдался непростым. Уж больно много самостоятельных работ, к тому же почти на каждом занятии по всем предметам проверяли домашнее задание, выполнение которого, по словам учителей, должно было быть безупречным. Сима схлопотала тройку по физике, по остальным предметам, слава богу, её не спрашивали, хотя она бы непременно ответила.

– Вот почему тогда, когда я плохо подготовилась, меня обязательно спросят, а когда я идеально всё выучила, тяну руку, никто даже не смотрит в мою сторону! Несправедливо! – жаловалась девушка. Они с Риной шли по коридору, в котором уже набиралась толпа учеников.

Наконец, девушки попали в раздевалку. Быстро схватив пальто, Сима уже хотела выйти, но её просто вынесло потоком ребят. Рина, каким-то образом миновав столпотворение, уже стояла у турникетов в лёгкой куртке, прикладывая к одному из них карточку. Сима оделась. Одноклассницы вышли на улицу, залитую солнечным светом. Сказочно красивое, да к тому же редкое зрелище!

– Ну что, куда пойдём? – спросила Рина. – А-а, я забыла, ты же ничего здесь не знаешь… Тут недалеко есть парк, довольно красивый, правда, маленький, как и всё в этом городе.

– А ты где живёшь? – вдруг спросила Сима.

– Отсюда на метро восемь станций, а потом всего лишь пять минут пешком. Не так уж и далеко. А что?

– Может, в твои края съездим? А в следующий раз я покажу, где моя тётя живёт, – предложила Сима.

– Давай сначала к тебе, – Рина явно не хотела гулять возле своего дома, – ты же тут близко живёшь, можем пешком дойти. Только название улицы скажи, я тут весь центр знаю.

Сима назвала адрес, и девушки, миновав подземный переход, очутились на другой стороне улицы. Рина бодро шагала, понятное дело – она очень хорошо знала город. Некоторое время одноклассницы шли молча.

– Почему ты решила переехать? – вдруг спросила Рина. – Покинуть всех друзей, родные места… Что, твои родители правда уехали в Антарктиду?

– Они же учёные, вот им и выпал такой шанс. От него невозможно отказаться. Представь только: Антарктида, ледоколы… Так интересно! Звучит словно сказка, будто кто-то пишет сценарий к фильму, а на самом деле – это правда. Жаль, я не расспросила их о путешествии, не могу ничего толкового рассказать… Просто мне не разрешили остаться жить одной, оно и понятно, почему, а из ближайших родственников у меня только тётя Лиза. Вот меня к ней и отправили.

– Интересно, – Рина хмыкнула. – А я с отцом и бабушкой живу, в саду о них говорила. – Наступила пауза.

Девушки медленно шли по широкому тротуару. На улице практически безлюдно. Дует лёгкий ветерок. Сима с Риной болтали о всяком: сначала Рина расспрашивала одноклассницу о переезде, Сима также рассказала о своих друзьях, а затем и о том, как познакомилась с Лёшей и Майей. После рассказала о случае с Линой, на что Рина хмыкнула:

– Ангелина та ещё лиса. Правильно, что дала ей отпор, иначе она никогда не отцепится, – сказала она.

После этого одноклассницы стали обсуждать всякие мелочи, а когда разговор зашёл об одежде, для Симы стало приятным открытием, что Рина тоже любит говорить на эту тему. Девушки нашли между собой очень много общего, да и вечно угрюмая Рина сегодня казалась более общительной, чем обычно.

– Сим, тебе так повезло, на самом деле. У тебя и друзья есть, и семья хорошая, и учишься старательно, и домашку всегда делаешь… Я бы тебе завидовала, – Рина неловко улыбнулась.

– Не всё так хорошо на самом деле, как кажется, – девушка задумалась. – Ты, вообще-то, ничем не хуже меня! На гитаре умеешь играть, самостоятельная, – Сима пожала плечами, думая, что её одноклассница и правда ничем не хуже. Она бы тоже хотела играть на чём-нибудь и так в совершенстве знать улицы города… Да много чего она хотела бы уметь, чего не знала. Хотела бы научиться стольким вещам! В такие моменты Сима чувствовала себя маленькой девочкой, стоящей на берегу бескрайнего моря возможностей.

Рина посмотрела на Симу с тоской в глазах, её взгляд как будто говорил: «Да что ты вообще обо мне знаешь?» Девушка покачала головой, а затем, вздохнув, произнесла:

– Не всё так, как кажется, ведь правда? – и рассмеялась, но смех прозвучал как-то грустно.

– Знаешь, а давай дружить? – вдруг сказала Сима после небольшой паузы. – Знаешь, как в детстве всегда знакомились? Ведь раньше всё было очень просто, никаких тебе предрассудков, стеснений. И почему мы перестаём так делать, когда взрослеем?

– Ну… Давай, – Рина, насильно приняв равнодушное выражение лица, нерешительно пожала плечами.

В полпятого девушки дошли до Симиного подъезда, день подходил к завершению. Подруги ещё немного поболтали, но, взглянув на часы, поняли, что пора расходиться.

– Ну вот, опять эти уроки… Там снова кучу всего задали! – простонала Сима.

– Можно сделать часть, а остальное уже в школе, к тому же с устными заданиями не стоит даже париться, не велика беда, – Рина пожала плечами.

– Да ну, я так не могу… У вас уже такой уровень! Я не могу себе позволить так делать…

– Тогда удачи, до завтра! – Рина улыбнулась, помахав подруге рукой.

Впервые за несколько месяцев в её душе расцвели цветы радости. Впервые за несколько лет она решила снова попробовать довериться незнакомому человеку, который показался ей хорошим. Не наступить бы на те же грабли, но, как говорится, кто не рискует – тот не пьёт шампанское.

– Спасибо тебе, спасибо! – прошептала она, подходя к автобусной остановке. Хоть бы всё оказалось не так, как обычно! С другой стороны, всегда можно сделать шаг назад, и всё будет в порядке. Её не ранят, если вовремя отстраниться. Пока что стоит повременить с откровенностями, присмотреться, а потом – будь что будет. Рина, приставив руку козырьком ко лбу, посмотрела на парящие башни. «Как красиво!» – подумалось ей.

Сима вошла в квартиру. Она чувствовала себя так спокойно, что ей не хотелось думать ни о чём. Время шло. Вопреки опасениям, уроков задали не настолько много, так что Сима управилась подозрительно быстро. Девушка с надеждой посмотрела, не ответила ли ей Марина, но несмотря на то, что подруга была в сети пару минут назад, никакого ответа. «Ненавижу, когда так делают!» – подумала Сима и направилась на кухню готовить. Сегодня Сима решила сделать рис и потушить мясо с грибами. Нарезав салат и положив еду в тарелку, девушка села за стол. Она безумно проголодалась.

Оставалось немного времени, и девушка решила позвонить родителям. Поговорив с ними, она снова проверила, не ответила ли Марина. Сима написала в общую группу, где были все её друзья, и немного пообщалась с ними. Марина снова в сети и снова не отвечала. «Да что с тобой не так?!» – Сима решила позвонить. Подруга, как и ожидалось, не взяла трубку. «Что ж, перезвоню завтра», – решила девушка и отправилась читать недавно купленную книгу. Вдруг телефон издал отрывистый вибрирующий звук. Сима подумала, что Марина наконец-то соизволила войти в чат, но писала не она. «Лёша Багрянцев», – вот что высвечивалось на экране. Парень что-то написал. Сима, обрадованная, открыла сообщение.

Глава десятая

Наступил октябрь. Деревья оделись в разноцветные пёстрые платья, пожухла и пожелтела трава, но на некоторых участках она всё ещё оставалась зелёной, и эти островки напоминали забавную цветную плешь. Исчезали понемногу звонкие птицы. Дни преимущественно стояли солнечные. Елизавета Парицкая однажды рассказала Симе, когда находилась в более-менее хорошем расположении духа, что такая погода – большая удача и редкость, так как в это время года обычно серо и дождливо. Сима искренне радовалась солнцу. Когда она видела яркие золотистые лучи, попадающие на тротуары, стены, оконные рамы, на лицо, на руки, да на всё что угодно, ей становилось очень хорошо и спокойно. Девушка чувствовала восхищение и восторг, хотелось дышать полной грудью и не думать ни о чём.

Сима уже успела привыкнуть к сварливой тёте, к её причудам и крикам. Она привыкла и к новой гимназии, к серым прохожим. К тому, что ей всё реже и реже удавалось поговорить с друзьями и родителями. Иногда ей казалось, что она всю жизнь жила в этом городе с тётей Лизой и что её прошлая жизнь – лишь сон, вымысел. Правда, девушка так радовалась, когда слышала голоса прежних друзей, даже сквозь трубку телефона. Радовалась, когда родители на некоторое время отвлекались от работы, которой в последнее время стало ещё больше, и находили время с ней поговорить. Симе казалось, что она уже ко всему привыкла, что жизнь постепенно входит в правильное русло и начинает налаживаться.

Девушку больше не пугали холодные серые стены новой квартиры, она создавала маленький уютный мир в своей комнате, обустраивая её, добавляя разные мелочи. К примеру, недавно она купила длинную гирлянду, которая светила жёлтыми огоньками, и пару мягких зелёных подушек, которые положила на кровать. Сима обожала книги, могла прочитать одну за неделю, так что на полках её стеллажа их значительно прибавилось.

Однажды, проходя мимо магазина с товарами для дома, девушка увидела на витрине мягкую игрушку – обычного серого кота небольшого размера с белым животиком и тёмными полосками на спине. Сима уже давно не питала слабости к подобным вещам. Все игрушки её детства были отданы либо в церковь, либо знакомым с маленькими детьми, и лишь пара из них осталась дома, в прежней квартире.

Тогда Сима почему-то задержалась возле витрины. Магазин был то ли корейский, то ли японский, так что многие вещи в нём пестрили всяческими картинками и выглядели очень мило. Девушка не понимала, почему именно серый кот так сильно привлёк её внимание, но она твёрдо решила его купить. Теперь он, сидя на кровати среди подушек, выглядел не так одиноко. Сима ни на минуту не жалела, что приобрела его.

Гимназия на фоне яркого неба выглядела ещё более угрюмой, впрочем как и всегда. Сегодня Сима пришла слишком рано. Тётя, которая собиралась ехать на какое-то мероприятие, на этот раз должна была выйти из дома позднее, так что Сима предпочла уйти пораньше, чтобы ненароком не вывести Елизавету из себя и не пересечься с ней в полумраке коридора. Девушка уже поняла, что тётя, как правило, утром спокойная, но решила не рисковать. К тому же сегодня намечалась большая контрольная по русскому, и стоило повторить материал до урока.

Войдя в класс, Сима обнаружила, что в нём практически никого нет. Заняв своё место, девушка повесила на крючок рюкзак и вынула из него тетрадь с правилами. Весь вечер предыдущего дня Сима провела за компьютером, повторяя всё пройденное за этот и за предыдущий год. Она намеревалась получить высший балл и наконец доказать, что чего-то стоит. Вскоре девушка заметила, как в класс потихоньку начали стекаться ребята. Серафима так погрузилась в учёбу, что не заметила, как пришёл Лёша. Парень подошёл к парте Симы.

– Привет, – произнёс он.

– Привет! – Сима подняла голову.

– Всё повторяешь? Не стоит так усердствовать, контрольная вряд ли будет трудной, – парень усмехнулся.

– У меня всегда самые глупые ошибки, так что лучше я ещё раз повторю, чем потом буду жалеть, что ничего не сделала. Всё равно пока ещё есть пара лишних минут, – девушка пожала плечами, – а ты подготовился?

– Да так, не особенно, – парень скучающе потянулся, – не думаю, что будет очень сложно. К тому же я вчера написал шпаргалку. Только не рассказывай никому, а то ведь знаешь, тут слухи быстро распространяются, и обязательно найдётся кто-то, кто захочет меня сдать.

– Почему? Разве есть смысл? – удивилась Сима. В её прежнем классе все всегда были друг за друга горой, никто бы точно не стал ябедничать. Да и возраст не тот, чтоб к учителям подлизываться…

– Конечно. А что тебя удивляет, дело обычное. Ты не представляешь, сколько у нас таких случаев происходило, – Лёша улыбнулся так, будто в предательстве и правда не находил ничего особенного.

– Тогда зачем ты рассказал мне? – Сима хитро прищурилась, улыбнувшись.

– Я тебе доверяю, – немного смущённо ответил парень. Сима улыбнулась снова, – кстати, советую тебе тоже написать, пока никто не видит. Пользоваться не обязательно, но вдруг понадобится, – Лёша кивнул и подошёл к недавно пришедшим Арсению, Никите и Глебу. Как Сима уже успела понять, эти трое парней – лучшие друзья Лёши.

Пришла Рина, заспанная и недовольная. Кивнув, она, не проронив ни слова, уселась за парту.

– Всё нормально? – встревожилась Сима.

– Норм. Я просто не выспалась, – как всегда, кратко ответила Рина. Бирюзовая прядка волос упала ей на лицо, и девушка тут же её смахнула.

– Подготовилась?

– Всю ночь сидела. Дома никого – никто не мешал, вот я и потеряла счёт времени.

Прозвенел звонок. Вошла Галина Тарасовна со стопкой распечаток в руках.

– Работа формата экзамена, – не здороваясь, начала она, – на оценку. Все темы, которые встречались вам в девятом классе, нового ничего нет. Плюс то, что мы повторили за месяц.

Женщина стала раздавать скрепленные степлером листы бумаги. Вид у неё был чрезвычайно серьёзный. Сима вздохнула. Сколько раз она ни пыталась себя убедить в том, что не нервничает перед контрольными, а всё равно волнение начинало всякий раз предательски подкрадываться откуда-то из-за угла. Сердце застучало. Девушка посмотрела на Рину. Та сидела, как всегда, с каменным лицом и с холодной уверенностью в глазах. Сима глубоко и нервно вдохнула и тут же закашлялась. На лице Рины появилась полуулыбка.

– Да не беспокойся ты так, – хмыкнула девушка.

– Я не беспокоюсь, с чего ты взяла, – на одном дыхании ответила Сима.

Рина пожала плечами.

Наконец, Галина Тарасовна разложила все листы.

– Приступайте. У вас есть ровно сорок минут, – женщина посмотрела на часы.

Все начали писать. Ученики читали задания, отмечали что-то в бланке ответов, обводили, зачёркивали, переписывали… Кто-то судорожно читал длинные витиеватые предложения, кто-то со спокойствием удава что-то строчил на черновиках, кто-то пытался списать, кто-то подсказывал. Прошло пол-урока. Сима уже справилась со многими заданиями, которые на удивление оказались несложными. Оставалось только последнее – работа с текстом. Девушка начала читать. Внезапно в голове всплыли строки давно забытого детского стихотворения Афанасия Афанасиевича Фета: «Кот поёт, глаза прищурив, мальчик дремлет на ковре», Сима помотала головой. «На дворе играет буря, ветер свищет на дворе… Нет, только не сейчас! Кыш! Молчать! – Сима зажмурилась, затем ей в голову полезли строки песен, которые она вчера слышала под окнами. Какие-то подростки снова ходили по двору с колонкой. – Так, сосредоточься, – девушка слегка помотала головой, – мама спит, она устала, но и я играть не стала», – Сима мысленно застонала. В голове начался хаос. Мешанина из фраз, обрывков песен и стихов, всякие глупости. Девушка готова была удариться головой об парту. Незаметно для себя она, чтобы отвлечься, стала разглаживать юбку на ногах, которая уже успела смяться. «Как вас заткнуть?» – обратилась девушка к своим мыслям.

Рина, внимательно читавшая текст, отвлеклась, с интересом наблюдая за безмолвными мучениями подруги. Вдруг девушка услышала стук каблуков учительницы. Она обернулась. Зеленоглазая Кира сидела с поднятой рукой, и именно к ней направлялась Галина. Не понимая почему, Рина заинтересовалась происходящим. Она стала пристально смотреть на рыжеволосую одноклассницу. Та, глядя на Галину Тарасовну огромными зелёными глазами, в которых при желании точно можно утонуть, начала что-то говорить, показав пальцем по направлению парты, где сидели Рина с Симой. Галина Тарасовна скосила взгляд, а её лицо начало приобретать раздражённое выражение. В конце концов, выслушав тираду Киры, Галина кивнула, улыбнулась ученице и отошла от её парты. Рина нахмурилась.

– Лебедева! – послышался строгий голос. Галина Тарасовна так неожиданно закричала, что у Симы из головы разом вышибло все непрошеные мысли. Вот спасибо так спасибо. Эффективность высшего разряда. Девушкой овладел сиюминутный страх. Она не понимала, что сделала не так. Может, разговаривала сама с собой вслух? Сима резко подняла голову и тут поняла, что слишком долго и наверняка подозрительно смотрела под парту. Досадно как!

– Отдавай мне все свои шпаргалки, Серафима. Так дела не делаются.

– Какие шпаргалки? – непонимающе начала Сима.

– Которые у тебя под партой, – хладнокровно ответила учительница.

Рина, тут же догадавшись, в чём дело, обернулась, увидев лицо Киры. Девушка расплылась в ехидной самодовольной ухмылке. «Вот змея…» – подумала Рина. На самом деле её ничуть не удивило такое поведение, но ради чего? Неужели опять… Эта мысль пронзила Рину стрелой. Только не… Ладно, возможно, это всего лишь совпадение. Надо быть настороже. Вдруг послышался голос Лёши.

– Она не списывала, я видел, – уверенно и чётко произнёс парень. Класс, внимательно наблюдавший за Симой и учительницей, разом перевёл взгляд на Багрянцева. Происходящее походило на представление в театре.

– Благородно, Алексей, – ухмыльнулась Галина Тарасовна.

– Она просто юбку поправляла. У меня упала ручка, и я видел, – Лёша бесстрашно посмотрел прямо в глаза учительнице.

– Скажи спасибо своему однокласснику, но если я ещё что-то увижу, тебе придётся сдать работу. Досрочно, – серьёзно произнесла женщина и вернулась за учительский стол.

Сима видела, как Лёша победоносно воззрился на Киру, которая отчего-то улыбнулась юноше, но потом эта улыбка резко спала с её лица, и девушка снова погрузилась в свою работу. Вот вам встряска так встряска. Сима решила больше не смотреть никуда, только чётко в свой лист. Дурацкие мысли её больше не тревожили.

Наконец, урок закончился. Сима с облегчением сдала работу. Повернулась к Рине. Та сидела, нахмурив брови, и о чём-то думала. Девушка решила не мешать подруге.

– Я пойду, хорошо? – спросила Сима. Рина кивнула в ответ, но ничего не сказала.

Сима вышла из класса. Вокруг сновали ученики и учителя. Девушка заметила компанию десятиклассников из параллели, окруживших Лину. Они о чём-то болтали. Когда Сима походила мимо, «египетская принцесса» скосила на неё хитрый взгляд. Девушка поёжилась, ей всё меньше и меньше верилось, что Марина когда-то могла дружить с этой хитрюгой. Да, люди меняются, но частичка души остаётся в них прежней, проблеск чего-то чистого и немного детского в большинстве случаев испаряется. В Лине виднелись только хитрость и подлость. Таких людей можно распознать с первого взгляда. Гнилых и противных. Так думала Сима, проходя по коридору, параллельно вспоминая о случае на уроке русского языка.

Войдя в класс, девушка обнаружила, что он почти пуст. «Большая перемена», – вспомнила она. Рина всегда обедала на школьном дворе, так что, вероятнее всего, она сейчас была там, но так как это лишь догадки, они могли не соответствовать действительности. Лишний раз на улицу идти не хотелось. Звонить девушка постеснялась, как всегда, боясь показаться навязчивой. Симе ни разу в голову не приходило узнать, куда выходят окна класса, где она сейчас находилась. Судя по расположению, они открывают вид как раз таки на школьный сад. «Вот и узнаем, на улице Рина или нет», – решила Сима. Оглядевшись, она поняла, что учителя на горизонте не видно. Вот и славно. Девушка осторожно стала открывать жалюзи. Судя по выгоревшей обратной стороне, их давно оставили в таком положении.

– Лебедева! – послышалось с порога. От неожиданности Сима выпустила шнурок, с помощью которого открывались жалюзи, но вовремя его поймала. – Сколько раз я говорила не открывать! И ты не первая из вашего класса, до кого никак не дойдёт. Сегодня у всех мания какая-то к окнам пробраться! – запричитала она.

– Она же новенькая, ещё не знает о том случае, – послышался приятный голос, – Наталья Ивановна, простите её, пожалуйста. – За спиной Симы стояли Лёша и невесть откуда взявшаяся учительница. И когда успела…

«Да сколько можно уже! Что за день такой?! – подумала Сима. – Почему Наталья Ивановна так не любит, чтобы трогали её жалюзи… Они с Галиной как сговорились! Все какие-то агрессивные сегодня!»

– Ладно, – Наталья Ивановна смягчилась, – я погорячилась. Извини. Сегодня весь день пятиклассники играли с этими шторами, чуть не сломали. Да и тот случай… – женщине стало неловко, и она, проворчав что-то, ушла.

Сима ударила себя по лбу.

– Мне сегодня катастрофически не везёт! – вздохнула она.

– Вот и потянуло тебя к этим окнам, – рассмеялся Лёша, – не советую их трогать.

– А что за случай? – вдруг вспомнила Сима.

– Да так. Один придурок разбил в классе все окна, случайно порезался осколками, а потом свалил всё на своего «друга», будто он его самого, а потом разнёс всё вокруг. Бредовый замысел, и на что он рассчитывал, – парень указал на то окно, которое пыталась открыть Сима.

– Ничего себе… Тогда почему Наталью Ивановн… – она не успела договорить.

– Не посадили? В тот день тут был другой учитель. Ей повезло!

– А-а… Ясно… Ну и удача! Кстати, спасибо тебе за прошлый урок, иначе бы у меня и правда всё отобрали… – Сима потупилась, смутившись.

– Ерунда, – Лёша улыбнулся, – как раз то, о чём я говорил.

– Хочешь сказать, что меня кто-то сдал?

– Скорее всего. Ну или же Галина Тарасовна сама всё увидела. Ей всегда мерещится, что кто-то списывает. Один раз в прошлом году… – Лёша пустился в очередное плаванье по вехам времени, у него так замечательно получалось рассказывать истории…

Ребята сели рядом. Серафима внимательно слушала, Багрянцев говорил обо всяких забавных случаях прошлых лет, девушка смеялась. Лёша нравился Симе всё больше – уверенный в себе и весёлый, он всё чаще напоминал того самого прекрасного героя из книг. Благородного сказочного принца… Сима не представляла, что что-то сможет изменить её мнение.

Глава одиннадцатая

Она сидела в кабинке туалета, глотая слёзы, стараясь не издавать ни звука. Из открытого окна сквозило холодным, пронизывающим до костей ветром. Всё зашло слишком далеко. Почему она? За что? Поджав ноги, касаясь коленками холодной пластмассовой крышки, ей казалось, что кошмар никогда не прекратится. Её руки дрожали. Она прислушивалась. В коридоре гудели голоса. Радостные голоса, обладатели которых только что вышли на большую перемену. Все звуки доносились словно издалека, точно так же, когда слышишь что-то спросонок, но смысла не улавливаешь. Ей хотелось закричать или разреветься в голос, но нельзя. Отчаяние. Дикое отчаяние загнанного в угол зверя.

Портфель. Где же он остался? Ах, да, точно, в раздевалке. Хоть там его не найдут… Чем она заслужила такое отношение? Только потому, что её мать работала в школе? За дверцей кабинки послышались шаги. Внутрь вошла группа девочек, смеющихся и переговаривающихся между собой. Пока они хохотали, она бесшумно ела банан, который ей отдала старшая сестра. Вдруг они услышат… Тогда придёт конец.

– Ау! Вы-хо-ди! Мы знаем, что ты тут! – послышался звонкий голосок.

– Да, вот именно! Мы знаем, что ты тут! – вторая девочка повторила. Их было четверо или пятеро, судя по количеству чёрных блестящих туфелек, тени от которых мелькали под дверцей кабинки.

– Если ты перестанешь убегать от нас, мы, может быть, разрешим тебе с нами дружить!

– Ха-ха, если она умеет разговаривать, конечно! – пошутила одна девчонка, и все разом подхватили. – Своей маме жаловаться пойдёшь? Она же учитель! Почему ты не можешь попросить её поставить мне пятёрку? А, её же уволили! Вот, блин!

Девочки продолжили переговариваться, отпуская едкие фразочки. Недаром говорят, что дети жестоки. С недавних пор она стала объектом издевательств. Хрупкая, ранимая девочка, такая наивная и искренняя… Думала, что в школе найдёт друзей, а оказалось совсем наоборот. И ведь она не выделялась из числа других. У неё не имелось каких-то недостатков во внешности, особенностей, которые могли показаться её одноклассникам смешными или глупыми. Она хорошо училась, была со всеми добра и приветлива… Правда, чрезмерная скромность не играла ей на руку, но детям свойственно стеснение в новом коллективе.

Четвёртый класс. Уже третий год она подвергалась издевательствам. Может, дело не только в матери… Девочка была слишком маленькой, чтобы уметь задумываться о таких вещах.

– А ну марш отсюда! Прекратите! – Девочка вздрогнула, услышав голос своей сестры, который заставил надоедливых одноклассниц ретироваться. Преследовательницы, испугавшись старшеклассницы, не пожелали с ней связываться.

Даша Ларченко училась в одиннадцатом классе. Высокая, спортивного телосложения девушка с длинными тёмно-русыми волосами была не только красивой, но и уверенной в себе. По крайней мере, так думала её младшая сестра. Она входила в школьный совет, и её все уважали. Инициативная, бойкая Даша всегда спешила прийти сестре на помощь.

Поняв, что обидчиц больше нет в туалете, девочка аккуратно открыла дверцу кабинки. На её щеках блестели слёзы, а в глазах ещё играли искорки страха.

– Когда уже ты сможешь постоять за себя? Что, не надоело, что эти крысы каждую неделю тебя дразнят? – Даша нахмурилась, но тут же смягчилась: – В следующем году меня уже не будет в школе, тебе придётся защищаться самой, понимаешь? Я уеду далеко, может, навсегда, меня не будет рядом! – повторяла она изо дня в день, по-видимому для того, чтобы до младшей сестры наконец дошёл смысл её слов, однако он просто-напросто запугивал её, не передавая самой сути.

– Знаю… Я переведусь в другую школу… – девочка откусила последний кусочек банана.

– Я так хочу помочь тебе, но пока ты сама не начнёшь им отвечать, ничего не произойдёт! Я не смогу всю жизнь тебя защищать! – Даша осознавала, что её сестра сейчас не сможет понять всего того, что она говорит, но надеялась, что та начнёт хоть как-то сопротивляться обидчицам.

– Да знаю я… – девочка нахмурилась.

– Постарайся, пожалуйста. Я уверена, что ты всех их поставишь на место. Пообещай! – Даша присела на корточки рядом с сестрой. Девочка лишь кивнула в ответ.

На улице светило осеннее солнце, ученики вышли в школьный двор, чтобы провести там большую перемену. Все любили это время, отведённое на обед и на отдых. Рина сидела на скамейке и ела банан. Она глубоко вздохнула. А ведь всё так и получилось… Разругавшись с родителями, Даша вместе со своим молодым человеком уехала. Правда, не в другой город, а в другую страну. Там они поженились и оборвали все связи с семьёй Ларченко. Никто не мог больше тогда защищать маленькую Катерину. Мать никогда её особенно не любила, отдавая внимание старшей дочери. Отец редко появлялся дома, пропадая в бесконечных командировках. Единственным человеком, искренне желавшим девочке всего самого лучшего, была Даша. Её разбаловало внимание парней и подобострастие матери, так что она считала, что может совершенно всё.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.