Игра в червонного туза
Как снять маску с психопата и не проиграть нарциссу
Наталья Обухова

Дизайнер Наталья Обухова

© Наталья Обухова, 2025

ISBN 978-5-0068-3501-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ИГРА В ЧЕРВОННОГО ТУЗА
КАК СНЯТЬ МАСКУ С ПСИХОПАТА И НЕ ПРОИГРАТЬ НАРЦИССУ

«Червонный Туз – это скрытая, козырная карта, которая решает исход игры. Так и психопат может долго оставаться в тени, пока его истинная природа не проявится»

Аннотация книги

Автор обращается к читателю с целью выразить не только страсть к исследованию, но и острую необходимость в понимании. С помощью реальных кейсов и живых историй, выстроенных на основе тщательного анализа, данное наблюдение помогает изобличить механизмы манипуляции и разрушения, использующиеся нарциссами и психопатами в своих социально-психологических взаимодействиях. Вы сможете увидеть, как два человека, на первый взгляд, могут выглядеть схоже, но на самом деле действуют исходя из совершенно противоположных мотиваций и эмоциональных миров.

Каждая глава – это продуманное исследование, в котором автор воссоздает ткани отношений, разрываемых такими личностными расстройствами, и стремится ответить на вопрос: как различить нарцисса от психопата? Наличие параллелей не упраздняет разницу, которую необходимо осознать, поэтому в процессе чтения читатели будут иметь возможность увидеть эти различия и научиться защищаться от потенциальной угрозы.

Однако сила этой книги заключается не только в нюансах различий – она также подчеркивает надежду на исцеление и возможность изменения. По мере того как мы исследуем мрачные уголки человеческой природы, автор предлагает освежающую мысль о том, что даже за самыми жестокими масками иногда скрывается внутреннее поражение и желание быть понятым. Поэтому эта книга не только о страхе, но и о том, как можно найти путь к восстановлению, осознав и поняв природу своей боли и травмы.

Прочитав эту книгу, вы сможете не только расширить свои познания о настоящей анатомии злобы и отчаяния, но и узнать, как многие из тех, кто носит эти маски, тоже являются жертвами своих внутренних демонов. В этот мир теней вы выйдете с новым пониманием и бдительностью, что позволит вам стать более защищёнными в вашем собственном психологическом пространстве.

ДИСКЛЕЙМЕР

Автор и издатель не несут ответственности за любое использование или применение информации, изложенной в данной книге. Материалы предназначены исключительно для ознакомительных и информационных целей.

Текст содержит авторские интерпретации и умозаключения, которые могут не совпадать с позицией официальной науки. Книга не заменяет профессиональной консультации квалифицированного психолога, психотерапевта или врача.

Читатель принимает на себя полную ответственность за любые решения, принятые на основании материалов данной книги.

Примеры, основанные на классической литературе и истории, используются в образовательных целях. Все остальные персонажи и истории, созданные автором, являются вымышленными, и любые совпадения вымышленных элементов с реальными людьми, организациями или событиями являются непреднамеренными и случайными.

КНИГА ЗАЩИЩЕНА АВТОРСКИМ ПРАВОМ.

ЛЮБОЕ КОПИРОВАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ БУДЕТ ПРЕСЛЕДОВАТЬСЯ ПО ЗАКОНУ.

О чем эта книга (а о чем – нет)

Дорогой читатель, я приглашаю вас в путешествие по сложному и многогранному миру человеческой психики. Страницы, которые вы держите в руках, – это мой личный профессиональный взгляд, сформированный годами практики, изучения трудов классиков и современников, а также вдумчивого анализа.

Давайте сразу договоримся о том, что эта книга – не учебник и не свод законов. Это скорее исследовательское эссе, сборник гипотез и наблюдений. Я делюсь с вами своими мыслями, чтобы мы могли вместе поразмышлять. Не воспринимайте мои слова как абсолютную истину – проверяйте, сомневайтесь, соотносите с собственным опытом.

Помните, если вы столкнулись с реальной проблемой в своей жизни или практике, единственно верным решением будет обратиться к аккредитованным источникам и методам. Моя же задача – вдохновить вас на более глубокий поиск.

Сквозь призму чужой боли

Прежде чем мы погрузимся в клинические аспекты расстройств личности, я хочу поделиться историей, которая стала катализатором для глубокого изучения этой темы и написания данной книги. Эта история принадлежит моей клиентке, которой я буду условно называть Аней. Её опыт, её боль и её мужество навсегда изменили мой подход к психологической практике.

Идеализация и сбывшаяся мечта

Когда Аня пришла ко мне на консультацию, она была тенью самой себя. А начиналось всё как в сказке. Её партнёр казался воплощением заботы и понимания. Он с первых дней говорил о семье, детях, общем будущем. Он не просто поддерживал её – он казался её недостающей частью. «Он знал меня лучше, чем я сама», – вспоминала Аня. Позже, анализируя её рассказ, я поняла, что это была классическая техника отзеркаливания, когда абьюзер становится идеальным отражением жертвы.

Первым тревожным звоночком стала его постепенная работа по изоляции Ани. Сначала он мягко критиковал её друзей: «Они тебя недооценивают». Затем перешёл к семье. Я с ужасом слушала, как он методично настраивал её родителей против неё, выдергивая из контекста фразы, перевирая ситуации. «Твоя мать хочет контролировать нашу жизнь», – убеждал он.

Парадокс, но затем он проделал обратное и начал убеждать Аню, что её семья отвергает его из-за «зависти» и «непонимания». Он создавал конфликты, а затем представлял себя единственным защитником Ани в этом «враждебном мире». Это была классическая тактика «разделяй и властвуй», направленная на полное уничтожение её системы поддержки.

Кризис и манипуляция материнством

Настоящий кошмар начался, когда пара начала планировать ребёнка. Аня, окрылённая перспективой материнства, прошла все обследования, изменила образ жизни. И здесь маска с партнёра окончательно упала.

Вместо поддержки он начал саботаж, «внезапные» командировки в период овуляции, критические замечания о её «одержимости». Когда же Аня попыталась обсудить его поведение, он холодно заявил: «Ты сама придумала эту историю с ребёнком. Я никогда не был готов».

Для женщины, психологически и физически настроившейся на материнство, это стало ударом ниже пояса. Мечта о семье оказалась лишь приманкой – эффективным инструментом удержания и контроля.

Кульминацией стала сцена, которую Аня описывала с до сих пор бьющейся дрожью в голосе. После попытки разрыва он, абсолютно спокойно, с холодной улыбкой описал, как уничтожит её репутацию: «Кто поверит женщине с нестабильной психикой? Особенно после того, как твоя же семья подтвердит твою неадекватность». Именно в этот момент, по её словам, она увидела истину: «Передо мной был не человек, а алгоритм. Холодный, расчётливый механизм».

Работа с Аней стала для меня профессиональным вызовом. Помогая ей восстанавливать самооценку, залечивать травмы и заново выстраивать отношения с семьёй, я погрузилась в изучение природы психопатии и нарциссизма.

Каждая прочитанная научная работа, каждый клинический случай становились частью пазла, объяснявшего то, что пережила моя клиентка. Манипуляция семейными связями, газлайтинг, эксплуатация самых светлых человеческих стремлений – за сухими терминами стояла реальная человеческая драма.

Почему эта книга существует

История Ани – не просто частный случай в моей практике. Это иллюстрация того, как расстройства личности калечат жизни тех, кто оказывается рядом. Эта книга – результат моего профессионального ответа на её историю и многие другие подобные случаи.

Сегодня Аня – счастливая женщина, прошедшая долгий путь терапии и восстановившая отношения с семьёй. А я как психолог окончательно поняла, что наша работа нужна не только для помощи в решении внутренних конфликтов, но и для защиты людей от тех, кто использует самые светлые человеческие чувства как оружие для разрушения.

Эта книга – мой профессиональный долг перед всеми, кто пережил подобную боль. Попытка превратить травматический опыт в знания, которые могут предупредить, защитить и указать путь к исцелению.

Ва-банк с пустотой

Нарцисс, Психопат и цена этой игры

Эта книга – не про абстрактные психологические термины. Эта книга – про цену, которую платят живые люди, решившиеся сыграть в ва-банк с пустотой.

Пустота – вот их главная валюта. Пустота, прикрытая обаянием нарцисса, замаскированная под «родственную душу». Пустота, холодная и расчетливая, как взгляд психопата, видящего в вас не человека, а игровую фишку.

Я, как психолог, слишком часто становилась свидетелем того, как рушатся жизни, попавшие на этот игровой стол. Я видела умных, сильных людей, которые приходили ко мне с одним и тем же вопросом в глазах: «Что со мной не так? Почему я не смог/не смогла разглядеть это раньше?» Их души были истощены, а реальность – перекошена. Они отдали свои ресурсы – любовь, время, деньги, веру в себя – в надежде выиграть хоть каплю тепла. Но противник играл с колодой, в которой не было карт с сердцем.

Изучение различий между нарциссом и психопатом – это не академическое упражнение. Это вопрос вашего психологического выживания.

Потому что от того, с кем вы имеете дело – с «актером», жаждущим ваших аплодисментов, или с «хищником», для которого вы – добыча, – зависят ваши стратегия защиты и шансы на спасение. Оба ведут свою игру, но правила и ставки в ней – разные. И цена проигрыша – ваша душа.

Эта книга – ваш шанс увидеть крапленые карты до начала игры. Мы вскроем механизмы их лжи, разберем тактики манипуляций и, самое главное, научимся не ставить на кон самое дорогое, когда напротив вас – пустота, играющая в человека.

Пора выйти из-за игрового стола. Пора узнать правила, которые от вас скрывали.

Зачем знать врага в лицо?

Изучение различий между нарциссическим и психопатическим расстройствами представляет собой важнейший шаг на пути к обеспечению безопасности и психологического выживания людей, оказавшихся в трудных жизненных ситуациях.

Проблема нарциссизма и психопатии глубоко укоренена в нашем обществе, и её не следует недооценивать. Эти личностные расстройства действуют как два разных типа ядовитого вещества. Нарциссизм, с его тщеславием и грандиозностью, создает иллюзию, которую легко осознать, но трудно пробить. Психопатия же, проявляющаяся в хладнокровии и бесчувственности, может увести жертву в еще более глубокие дебри страха. Но если мы не сможем правильно распознать эти явления, мы рискуем попадаться на крючок, вытягивая из себя последние силы.

Мой опыт работы с различными личностями убедил меня в том, что знание – это мощный инструмент. Оно позволяет жертвам вернуть контроль, который они так долго теряли, и делать выбор, основанный на осознанности, а не на путанице или страхе. Понимание различий между нарциссизмом и психопатией – это ключ к открытию дверей, за которыми скрываются очень разные угрозы. Для жертвы важно осознать, с кем она имеет дело: с человеком, который в первую очередь стремится к подтверждению своего величия, или с тем, кто без колебаний использует других, чтобы удовлетворить свои собственные низменные желания.

На протяжении своей практики я познакомилась с множеством людей, которые искали спасения от этих токсичных взаимосвязей. Я видела, как они, по мере общения, уязвлялись, теряли веру в себя, в любовь и в человеческие отношения. Они приходили ко мне в поисках ответов, восстановленных душ и, что самое главное, – надежды на будущее. Эта книга стала результатом глубокой потребности разоблачить мифы и стереотипы последних лет о «светлых» и «темных» типах личности, о границах между ними и о способах их распознавания.

Мифы о нарциссах и психопатах, порой даже романтизированные в культуре, препятствуют тому, чтобы люди увидели реальное лицо своей беды. Именно поэтому я хочу, чтобы вы знали врага в лицо – чтобы освободиться от незаслуженной вины, укрывающей вашу истинную ценность. Знать, разобраться и признать эти различия не только смягчит ваши страдания, но также поможет выработать адекватную стратегию защиты, необходимую для возврата контроля в вашу жизнь. Эта книга – ваш путеводитель в мир теней, где реальность может оказаться гораздо сложнее, чем представляется на первый взгляд. Никто не должен оставаться один наедине с этим страхом. Вместе мы сможем извлечь уроки из страданий и найти путь к исцелению, возродив искру надежды и самоуважения.

Залог успешного преодоления любых испытаний – это знание и понимание. Чем лучше мы понимаем, с чем имеем дело, тем более осознанно можем взаимодействовать с этим миром. Я надеюсь, что эта работа поможет вам не только распознать, но и преодолеть маски, которые ослепляют и путают разум. Давайте начнем это путешествие вместе.

Лабиринт определений

Нарциссическое расстройство личности, подлинное лицо грандиозности

Нарциссическое расстройство личности (НРЛ) – одно из наиболее загадочных и неправильно понятных психических расстройств, о котором много говорят, но мало знают. Согласно диагностическим критериям DSM-5 (Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам) и МКБ-11 (Международная классификация болезней), это расстройство характеризуется рядом ключевых признаков и паттернов, которые пронизывают личность нарцисса, формируя её поведение и внутренние переживания.

Среди основополагающих критериев НРЛ можно выделить следующие: отсутствие эмпатии, постоянная жажда восхищения, чувства грандиозности и уникальности, а также эксплуататорское отношение к другим. Эти признаки создают тонкую, но разрушительную сплошную линию, по которой движение нарцисса становится предсказуемым, даже если они могут возникать в разнообразных контекстах. Но что стоит за этой грандиозностью? Какие внутренние переживания и страхи скрываются за маской самоуверенности и превосходства?

Нарциссы, как правило, имеют чрезвычайно завышенное представление о себе и своих достижениях. Они искренне верят, что заслуживают особого отношения и восхищения от окружающих. Эта грандиозность часто выглядит как самозащита – глубокий внутренний страх быть отвергнутым или непонятым формирует у нарцисса необходимость открыто демонстрировать свои достижения и превосходство над другими. Однако под этой маской скрывается уязвимость и отсутствие внутреннего «Я», что делает их иначе воспринимающими эмоции и потребности окружающих.

Паттерны их поведения, как правило, следуют четким сценариям. Нарциссы легко могут манипулировать людьми и ситуациями в своих интересах, не замечая при этом, что они причиняют боль окружающим. Это выражается в завышенных ожиданиях от других, особенно от тех, кто находится в их близком окружении. Они ищут постоянного подтверждения своей значимости и зачастую вступают в отношения, которые могут быть крайне неравноправными и невыгодными для их партнёрш.

Крылатая фраза о том, что «жертвы нарцисса» становятся «поглощенными его миром», как нельзя лучше иллюстрирует эту динамику. Постоянное стремление нарцисса к вниманию и поддержке превращает его окружение в своего рода эмоциональное бескорыстное поле, где главным игроком является только он. Именно здесь начинаются проблемы для окружающих их людей, которые могут длительное время оставаться подвержены эмоциональному зомбированию, однако, обладая независимостью и желанием разобраться в ситуации, начинают осознавать вред, который приносит общение с нарциссами.

Также важным аспектом является то, что нарциссы нуждаются в постоянной идеализации со стороны окружающих. Когда они сталкиваются с критикой или даже с нейтральной реакцией, это может вызвать у них сильную агрессию или деструктивное поведение. Таким образом, их реакция в ответ на любую негативную оценку может выйти за рамки обычной раздраженности, превращаясь в ярость или стремление отомстить.

Изучение НРЛ – это не только понимание его внешних проявлений, но и глубокое осознание эмоций, которые движут человеком с этим расстройством. Зачастую нарциссы – жертвы собственных внутренних конфликтов, борющиеся с самооценкой, которая на самом деле очень хрупкая, и, как следствие, они так и не смогут сформировать подлинную связь с другими людьми. Эта вторая грань их личности – важный аспект, о котором стоит задуматься, когда мы сталкиваемся с нарциссическим расстройством личности, открывая двери к пониманию и, возможно, к исцелению.

Диссоциальное расстройство личности, сырые грани психопатии

Диссоциальное расстройство личности, широко известное как психопатия, является одним из самых сложных и тревожных психических расстройств. В отличие от нарциссизма, где на передний план выходит желание признания и восхищения, психопатия выделяется своей безжизненной и хладнокровной природой, что порождает глубокую обеспокоенность не только у окружающих, но и у специалистов в области психологии. Инструменты, используемые для диагностики этого расстройства, такие как контрольный перечень Р. Хаэра (PCL-R), DSM-5 и МКБ-11, помогают выявить главные черты и паттерны поведения, которые служат основой психопатической личности.

Одной из ключевых характеристик психопатии является отсутствие эмпатии и чувства вины. Психопаты или психопатки (далее в тексте я буду обозначать как психопат) часто не понимают, как их действия могут повлиять на других, и неспособны испытывать или выражать подлинные эмоции по отношению к окружающим. Эмоциональное «холодное ядро» психопата – это основной момент, который позволяет выявить их истинную природу. Они могут казаться обаяшками и харизматичными, но за этой маской скрывается подлое манипуляторство, направленное на удовлетворение собственных потребностей, как эмоциональных, так и материальных.

Согласно контрольному перечню Хаэра, психопатические черты можно разбить на две основные категории: личные и интерперсональные характеристики, среди которых присутствуют такие элементы, как поверхностное обаяние, чувство превосходства, манипуляция, отсутствие раскаяния, безразличие к чувствам окружающих. Эти характеристики создают у психопатов впечатление уверенности и силы, однако за этой маской часто скрываются внутренние страхи и неуверенность, которые проявляются в их сложных и замкнутых социальных взаимодействиях.

Психопаты проявляют намерение извлекать выгоду из окружающей среды, не заботясь о последствиях своих действий. Их манера общения часто нацелена на подчинение и использование других в своих интересах, что может привести к разрушению жизней, отношений и карьеры тех, кто попадает под их обаяние. Они умеют манипулировать людьми и способны даже прятаться под крышей дружбы или любви, но в конечном итоге цель у них остается одной – заполучить власть и контроль.

Научные исследования, связанные с психопатией, ещё продолжаются, однако уже сейчас можно с уверенностью сказать, что это расстройство имеет явные генетические и средовые истоки. Исследования подтверждают, что нарушения в нейрохимических системах и аномалии в структурах мозга, ответственных за эмоции и социальное поведение, могут предрасполагать к появлению психопатических черт. Со временем, если об этом не заботиться, эти особенности личности могут развиваться и становиться более ярко выраженными.

В отличие от нарциссического расстройства, где запросы на внимание и завышенные ожидания могут привести к временным эмоциональным конфликтам, у психопатов цели более зловещие и направлены на доминирование. Они легко могут переходить черту социопатии, когда их действия становятся открыто антисоциальными и агрессивными. Понимание этих тонкостей открывает двери к более глубокому изучению человеческой природы и взаимоотношений между людьми, позволяя более точно определять источники их проблем и поведения.

Путем осознания этих особенностей общество может немного отдалиться от стереотипов психопатии, осознав, что эти личности, обладая значительными проблемами, часто нуждаются не только в разоблачении, но и в помощи. Знание о сущности диссоциального расстройства личности не только дает возможность лучше понимать людей с такими расстройствами, но и помогает обнаруживать их влияние на окружающую реальность.

Колода Темной триады
Где сходства, где обманы

Темная триада представляет собой концепцию, объединяющую три типа личностных расстройств: нарциссизм, макиавеллизм и психопатию. Хотя все три группы имеют некоторые общие черты, каждая из них сохраняет уникальный набор характеристик, которые определяют их поведение и отношения с окружающими. В данном разделе мы проведем визуальное сравнение этих расстройств, чтобы выявить как их общие черты, так и различия. Нарциссизм, в первую очередь, проявляется в завышенной самооценке, потребности в восхищении и недостаточной эмпатии. Нарциссы фокусируются на себе и часто используют окружающих для удовлетворения своих желаний, что делает их склонными к манипуляциям. Их личная грандиозность может скрывать под собой эмоциональную уязвимость, скрытую под шармом безоговорочной уверенности. С другой стороны, макиавеллизм описывает индивида, который применяет хитрость и манипуляции как средства для достижения своих целей. Люди с высокой степенью макиавеллизма имеют схожесть с нарциссами в их склонности к манипуляциям, но их мотивация более циничная и стратегическая. Для них психология и эмоции окружающих представляют собой инструменты, используемые для обретения власти и контроля. Они обычно не испытывают тревоги относительно своих поступков и могут действовать расчетливо, игнорируя моральные нормы ради достижения своих целей. Хотя макиавеллизм не является расстройством, это скорее черта личности, которая характеризует человека.

Психопатия, как третья составляющая Темной триады, отличается от нарциссизма и макиавеллизма тем, что основным признаком является отсутствие эмпатии и нарушенное эмоциональное восприятие. Психопаты могут демонстрировать обаяние и харизму, но они лишены глубоких чувств и побуждений, что делает их особенно опасными. В отличие от нарциссов и макиавеллистов, психопаты не просто используют других – они видят в них лишь средства для удовлетворения своих потребностей, не задумываясь о последствиях для других.

Несмотря на эти различия, все три личности имеют общую характеристику: потребность в власти и контроле над окружающими. Их обладатели могут быть квалифицированными манипуляторами, изучая и играя на слабостях других людей. Эта общая склонность приводит к тому, что между ними сложно провести чёткую границу, поскольку в поведении могут проявляться пересечения или смешанные признаки.

Однако, несмотря на такое схождение, обманы, порожденные каждой из этих личностей, различны по своему типу. Например, нарциссы могут использовать свою эксцентричность и шутливый подход в межличностных отношениях, чтобы завоевать доверие и восхищение. Макиавеллисты же склонны к более циничным и холодным манипуляциям, а психопаты выражают свою индивидуальность через прямое насилие или обман, часто не задумываясь о последствиях.

Темная триада, состоящая из нарциссизма, макиавеллизма и психопатии, раскрывает многообразие темных аспектов человеческой личности. Понимание этих характеристик не только помогает распознать их проявления в повседневной жизни, но и дает возможность более осознанно подходить к межличностным отношениям. Знание о Темной триаде может служить защитным механизмом, помогающим избежать манипулятивных игр, которые разрушают жизни, и распознать, кто действительно стоит за безобидной маской в нашем окружении.

Диагностический лабиринт
Как не запутаться?

Диагностика личностных расстройств, особенно таких сложных, как нарциссизм, психопатия и макиавеллизм, является настоящим искусством, которое требует от специалистов не только обширных знаний, но и интуиции, глубокого понимания человеческой природы. В этом разделе мы рассмотрим основные сложности, с которыми сталкиваются профессионалы при попытках различить эти расстройства, а также распространенные ошибки, способные запутать даже опытных психиатров.

Во-первых, следует отметить, что нарциссизм, психопатия и макиавеллизм часто проявляют схожие характеристики, что создает определенные трудности в их диагностике. Например, оба типа личности могут демонстрировать несовпадение в самооценке: в то время как нарцисс может бесконечно требовать внимания и восхищения, психопат будет использовать свою харизму и обаяние для манипуляции другими. Эти черты могут привести к ошибочной диагностике. Нарцисс может быть ошибочно принят за психопата из-за своего манипулятивного поведения, а психопат может быть воспринят как нарцисс из-за их самоуверенности и граничащей с высокомерностью.

Во-вторых, важным аспектом является недостаток объективных тестов для диагностики этих расстройств. Современные шкалы, такие как PCL-R для психопатии, могут помочь, но часто требуют профессиональной интерпретации и длительного взаимодействия с пациентом. Это создает возможность для субъективных ошибок, когда оценка психиатра может быть подвержена предвзятости или искажениям в интерпретации.

Одной из распространенных ошибок является смешение категории «клинический» и «неклинический». Например, некоторые высоколетящие черты личности, такие как гедонизм или амбициозность, могут отличать успешных людей от тех, кто обладает болезненными расстройствами. В то время как одни могут рассматриваться как «здоровые» нарциссы, другие с аналогичными чертами могут быть диагностированы как патологи. Это вызывает необходимость в углубленном анализе динамики и контекста, в котором проявляются эти качества.

Дополнительно, важным моментом является то, что люди, страдающие этими расстройствами, могут накапливать опыт манипуляции, чтобы скрыть свои истинные черты от окружающих. При беседе они могут представить себя в очень положительном свете, что затрудняет диагностику в реальные сроки. Психотерапевты и клинические психологи сталкиваются со случаями, когда, несмотря на очевидные проблемы, индивидуумы упорно настаивают на том, что у них нет никаких расстройств, что дополнительно запутывает и усложняет процесс диагностики.

Не менее важно, что даже после предварительной диагностики, понимание динамики и коррекции лечения может вызвать множество вопросов и ошибок. Процесс изгнания из одной категории в другую может затянуться, и это требует терпения не только от профессионала, но и от пациента. Комбинирование различных подходов в терапии, таких как когнитивно-поведенческая терапия вместе с психоаналитическим исследованием, иногда может быть выходом из этой сложной ситуации.

Диагностика нарциссизма, психопатии и макиавеллизма – это не линейный процесс, а больше лабиринт, в котором можно легко запутаться. Объективность, внимательность и чуткость важны для того, чтобы не потеряться в этом сложном мире психопатологии, что, в конечном итоге, может помочь не только самим пациентам, но и людям вокруг них.

Практическое руководство по дифференциации Нарцисса, Психопата и Макиавеллиста

Разобрать различия между нарциссизмом, психопатией и макиавеллизмом можно не только на уровне теоретических знаний, но и через практические примеры. На реальных случаях мы можем увидеть, как эти личностные расстройства влияют на жизни людей и как важно уметь различать их проявления. В этой главе будут проанализированы несколько гипотетических случаев, которые иллюстрируют, насколько критично различать эти расстройства в практической психологии.

Каждый из рассмотренных случаев ярко иллюстрирует, как очень важно различать типы личностей. Понимание зла в виде манипуляции и обмана может значительно помочь людям, затронутым этой проблемой, лучше справляться с внутренними конфликтами и внешними вызовами. Эти истории подчеркивают жизненно важные аспекты диагностики, а также необходимость правильного взаимодействия для достижения успешного развития исцеления и преодоления токсичных отношений, порожденных этими расстройствами.

Психологи часто сталкиваются с клиентами, пострадавшими от личностей, чьё поведение описывают как «токсичное», «манипулятивное» или «бессердечное». За этими бытовыми определениями часто скрываются черты Тёмной триады – нарциссизма, психопатии и макиавеллизма. Умение чётко их дифференцировать – не академическое упражнение, а ключ к построению эффективной стратегии терапии и консультирования жертв.

Краткий теоретический фундамент

Основная движущая сила нарциссизма – грандиозное, но хрупкое Эго. Его цель – подтверждение собственной исключительности, получение нарциссического ресурса (восхищения, статуса, внимания). Страх – быть «разоблачённым» как «недостаточно хороший». Основная черта психопатии – отсутствие эмпатии, совести и страха. Его цель – сиюминутное удовлетворение импульсов (власть, деньги, острые ощущения). Страх – отсутствует в классическом понимании, есть лишь риск-ориентированное поведение. Макиавеллизм (как черта личности), его основная движущая сила – холодный, рациональный расчёт. Основная цель – достижение стратегических выгод через манипуляцию. Страх – потеря контроля над ситуацией и раскрытие своих истинных мотивов.

Нарцисс – это актёр, который жаждет оваций и ненавидит критиков.

Психопат – это охотник, для которого люди – инструмент или добыча.

Макиавеллист – это шахматист, который просчитывает ходы и видит людей как фигуры на доске.

Практическая дифференциация
Ситуация «Корпоративный конфликт»

Представьте ситуацию, в компании происходит утечка информации, что приводит к финансовым потерям. Вину пытаются возложить на невиновного сотрудника.

Реакция и поведение Макиавеллиста «Шахматист»

Мыслительный процесс: «Как я могу использовать эту ситуацию для устранения конкурента и укрепления своей власти? Кого можно сделать „козлом отпущения“? Какие аргументы будут наиболее убедительны для руководства?».

Действия: заранее готовит «досье» с подтасованными фактами против выбранной жертвы. На совещании выступает с холодной, логичной речью, используя вырванные из контекста цитаты из электронных писем. Он не проявляет эмоций, его речь рациональна. Он может даже сделать вид, что защищает жертву, исподволь подводя всех к нужному выводу.

Цель: стратегическое усиление своей позиции. Выгода может быть отсроченной (освободившееся кресло, ослабление оппонента).

Ключевой маркер: холодная, инструментальная рациональность. Он не злится на жертву – он её использует.

Реакция и поведение Нарцисса «Актёр»

Мыслительный процесс: «Как они могли допустить такую ошибку? Это бросает тень на наш отдел, а значит, и на меня! Меня же обвинят в плохом руководстве! Нужно срочно найти виновного, чтобы мой имидж безупречного лидера не пострадал».

Действия: впадает в нарциссическую ярость. На совещании он эмоционален, громко обвиняет других, перекладывает ответственность. Он будет кричать, унижать «виновного», демонстрируя своё мнимое превосходство и возмущение. Его обвинения могут быть иррациональными и чрезмерно драматичными.

Цель: восстановить свой грандиозный образ в глазах других и в своих собственных. Защититься от стыда и унижения.

Ключевой маркер: аффективная реакция, связанная с ударом по самооценке. Ему нужно публичное подтверждение своей невиновности и исключительности.

Реакция и поведение Психопата «Охотник»

Мыслительный процесс: «Ха, какой хаос. Интересно, смогу ли я свалить это на того новичка и забрать его перспективный проект себе? Или, может, подставить своего начальника?».

Действия: может вести себя абсолютно спокойно, даже с долей циничного юмора. Он без тени сомнения подставит кого угодно, включая тех, с кем только что «дружно» работал. Он может лгать прямо в глаза, не моргнув глазом. Если его разоблачат, он не проявит ни раскаяния, ни сильных эмоций – лишь раздражение от того, что план не сработал.

Цель: сиюминутное вознаграждение (проект, власть, развлечение от самой интриги).

Ключевой маркер: хладнокровность и отсутствие аффекта в ситуации, где другие испытывают стресс или вину. Для него это игра.

Понимание этих различий критически важно для выбора терапевтической тактики.

Работа с жертвой нарцисса, фокус на восстановлении самооценки, разрыве травматической связи и осознании, что критика нарцисса не является объективной истиной. Работа с жертвой психопата, фокус направлен на обеспечении безопасности (в т.ч. физической и финансовой), юридическом консультировании. Важно донести до клиента полную невозможность «достучаться» до совести агрессора. Работа с жертвой макиавеллиста, фокус будет направлен на развитии критического мышления, обучении распознаванию манипулятивных тактик и выстраиванию чётких личных границ, основанных на документации и фактах, а не на эмоциях. Если нарциссом движет потребность казаться богом, то психопатом – желание быть богом, а макиавеллистом – стратегия использовать богов и людей в своей игре.

Ваша задача – помочь клиенту распознать, с кем он имеет дело, и перестать быть зрителем в его театре, добычей в его охоте или пешкой в его партии.

Популярные заблуждения о нарциссах

Нарциссизм, как личностное расстройство, окутан множеством заблуждений и стереотипов, большинство из которых порождает недопонимание о том, что такое на самом деле быть нарциссом. Одним из самых распространённых мифов является представление о том, что нарциссы всегда харизматичны, успешны и социально активны. Однако реальность часто далека от этого романтизированного образа.

Во-первых, бытует мнение, что нарциссы всегда привлекают внимание и обожание, занимая центральные позиции в социальном окружении. Хотя многие нарциссы могут демонстрировать уверенность и стремление к доминированию в социальных ситуациях, это не означает, что они успешны в каждой области жизни. В действительности, многие нарциссы могут оказаться вынужденными скрываться от общества, боясь разоблачения своей истинной сущности. Их хроническая неуверенность и страхи могут заставлять их избегать ситуаций, где можно потерять контроль или столкнуться с критикой.

Второй миф касается их успешности. Нарциссическое расстройство личности часто связано с завышенной самооценкой. Однако это не всегда ведёт к материализации успеха. Реальные нарциссы могут испытывать трудности в карьере, столкнуться с неудачами или социальной изоляцией. Их ожидания часто завышены, и они могут брать на себя проекты, выходящие за рамки их возможностей, что в конечном итоге приводит к провалам. Проблема заключается в том, что нарцисс не всегда осознаёт свои ограничения и часто игнорирует советы окружающих, что не способствует стабильности в их жизни.

Кроме того, нарциссы могут быть крайне неустойчивыми в своих эмоциональных состояниях. Несмотря на привычку выставлять на показ свою уверенность, многие из них ведут хроническую борьбу с глубочайшими проблемами самооценки. Под этой маской могут скрываться страхи, одиночество и ощущение внутренней пустоты. Они могут быть подвержены резким изменениям настроения, которые значительно влияют на их социальные связи и качество жизни.

Также неверным является предположение, что все нарциссы обладают высокими интеллектуальными и социальными навыками. Некоторые из них могут действительно обладать обаянием и благодарностью, но есть и такие, которые, напротив, избегают сложных социальных взаимодействий, и часто становятся агрессивными в ответ на недопонимание или критику. Нарциссы могут не понимать невысказанных социальных норм или заниматься попытками манипуляции ради достижения своих целей, что, в свою очередь, зачастую приводит к конфликтам и самоизоляции.

Мифы о нарциссах становятся ещё более опасными, когда они приводят к переоценке их способностей и компонентов личности. Немногие понимают, что под яркой внешностью может скрываться хрупкая внутренняя сущность. Эти стереотипы порождают не только недоразумения в обществе, но и могут мешать тем, кто страдает от этого расстройства, получить адекватную помощь и поддержку.

В заключение стоит отметить, что замена стереотипов более глубокой осведомленностью о нарциссическом расстройстве личности может привести к полезным изменениям в нашем отношении к людям с этим заболеванием. Понимание их борьбы и потребностей, а также разрушение мифов о нарциссах помогают создать дальнейшем более поддерживающую атмосферу как для страдающих этим расстройством, так и для их окружения. Важно помнить, что каждый случай уникален, и за кажущейся харизмой и самооценкой может скрываться куда более сложная реальность.

Психопат на экране и в жизни

Образы психопатов, которые мы наблюдаем в кино и на телевидении, не всегда соответствуют действительности и могут создавать ложное представление о том, как выглядит реальный психопат. В массовой культуре этот типаж часто представлен как харизматичный и очаровательный манипулятор, что делает его одновременно притягательным и пугающим. Однако реальность, к сожалению, намного сложнее и разнообразнее.

Стереотипный психопат, как правило, изображен как невероятно умный, обаятельный и стратегически мыслящий персонаж. Такие герои часто имеют выдающиеся навыки общения, и их поведение воспринимается как нечто изощренное, что делает их безупречными манипуляторами. Примеры этого явления можно наблюдать в таких фильмах, как «Молчание ягнят» с Ханнибалом Лектором или «Зодиак», где преступники представлены как интеллигентные и расчетливые люди, которые мгновенно завязывают доверительные отношения с окружающими.

Однако в жизни психопаты далеко не всегда являются такими привлекательными личностями. Часто реальные психопаты – это люди, которые вызывают у окружающих неприятные эмоции, и их поведение может быть трудно воспринять в привычной социальной среде. Они могут быть невыносимо скучными, безразличными или даже мрачными. Это связано с тем, что у них отсутствует способность к искренним эмоциям. Они не могут наладить глубокие социальные связи и часто просто используют других в своих интересах.

Ключевая разница между экранным психопатом и реальным заключается в том, что на экране часто игнорируются последствия их поведения как для них самих, так и для окружающих. В фильмах вероятность быть пойманным или навредить другим, как правило, минимизируется, и такие персонажи часто остаются безнаказанными. В реальной жизни же психопаты часто сталкиваются с изоляцией, трудностями в личной жизни и даже юридическими последствиями. Порой они оказываются в ситуациях, когда их манипулятивные тактики оборачиваются против них, что приводит к серьезным негативным последствиям.

Еще одна значительная разница заключается в том, как окружающие воспринимают таких людей. Люди, сталкивающиеся с реальными психопатами, могут испытывать нездоровый стресс и тревогу, иногда даже не осознавая, с кем имеют дело. Психопаты могут казаться нормальными, пока их истинная природа не проявится, и даже тогда многие жертвы могут долгое время не осознавать, что их поведение представляет собой патологию. Это приводит к тому, что жертвы оказываются в замешательстве, просто не понимая, как могли быть подвержены такому влиянию.

Таким образом, мир кино может создавать миф о психопатах как о выдающихся манипуляторах, вызывая интерес и возбуждение, которое не имеет ничего общего с реальной жизнью. По своей природе реальность оказывается гораздо более сложной и многослойной. Психопатия – это не просто набор харизматичных качеств, это тяжелое расстройство, оказывающее негативное воздействие на жизнь как самого человека, так и окружающих его людей.

Массовая культура может формировать наши представления о психопатах таким образом, который не соответствует действительности. Мы видим лишь один аспект – часто захватывающий, опасный и привлекательный – но реальность психопатии гораздо мрачнее и требует более комплексного понимания. Развенчивание этих мифов помогает сформировать более точное представление о психопатии в обществе и снизить риск формирования неправильных представлений о тех, кто страдает этой патологией.

Медиа и культурная деформация, чем опасны неверные образы

Современная культура, включая кино, сериалы и средства массовой информации, может оказывать глубокое влияние на общественное восприятие различных психических заболеваний, включая нарциссизм, психопатию и другие личностные расстройства. Важным аспектом этого феномена является то, как неверные образы и стереотипы могут формировать общее понимание патологий, иногда создавая опасные представления о том, что такое быть «психопатом» или «нарциссом». Эти искажения могут иметь серьезные последствия как для самих людей с данными расстройствами, так и для общества в целом.

Первоначально стоит отметить, что в медиа-представлениях часто используется типизация персонажей, когда мы видим либо чрезмерно эксцентричных злодеев, либо идеализированных героев, которые обладают целым рядом романтизированных черт. Это происходит, например, в фильмах, где психопаты представляются гениальными манипуляторами, которые неизменно контролируют ситуацию, и в их действии можно увидеть лишь эффектный спектакль эмоционального и интеллектуального противостояния. Так, в голливудских боевиках или триллерах психопаты часто изображаются как высокоинтеллектуальные и харизматичные личности, что создает у зрителей ложное представление о нормальности их поведения.

Это создает несколько проблем. Во-первых, подобные образы формируют у общества неосознанное восприятие, что психопатия и подобные расстройства – это нечто увлекательное и даже романтичное. Люди, которые действительно имеют психопатические черты, могут найтись в положительном свете просто потому, что их участия не вызывает на экране тревоги или презрения. В итоге, потенциальные жертвы могут недооценивать опасность таких личностей, когда сталкиваются с ними в реальной жизни, что потенциально ставит их в уязвимое положение.

Во-вторых, медиа-образ может дискредитировать реальный опыт людей, страдающих от психических расстройств. На фоне яркой жизни экранных персонажей, количество страдающих и лишенных контроля реальных людей становится незаметным. Это приводит к стигматизации и недопониманию, когда страдающие от подобных расстройств могут считаться угрозой, нежели кем-то, требующим понимания и поддержки. Такие искаженные представления формируют не только личное, но и социальное восприятие проблем и приводят к недопониманию среди врачей и специалистов, работающих в этой сфере.

Также не стоит забывать о том, что в СМИ идет активная демонстрация проблем, связанных с нарциссизмом и психопатией, как с формами медийной политики. Специфические образы становятся основой для множества статей, книг и репортажей, но нередко акценты в них сделаны не на понимании, а на сенсационности и зрелищности. Из-за этого в обществе формируются стереотипы о том, как должны «выглядеть» болезни и как они «должны» проявляться, что ставит под сомнение индивидуальные ситуации.

Развенчание мифов о психопатии и нарциссизме, а также других заболеваниях становится важной частью работы по изменению культурного дискурса. Образование и профилактика, поддерживающие реальное понимание этих проблем, необходимы для формирования более считающего отношения к людям с психическими расстройствами. Необходимо, чтобы медиа воспроизводили более точные, многослойные образы, которые отражают действительность, показывая как положительные, так и отрицательные стороны таких расстройств.

Необходимость более глубокой работы с этими образами и формирование корректных представлений становятся ключом к минимизации стигматизации и неправомерного отношения к людям, страдающим от психологических расстройств. Понимание не только симптомов, но и комплексности человеческой природы может быть важной основой для изменения культурного кода и преодоления предвзятости.

Эхо в искусстве и истории

История и искусство изобилуют примерами личностей, чьи жизни вызывают вопросы о психопатологии и перекрываются с чертами нарциссизма и психопатии, что делает их интересными объектами для анализа. Контекст творчества и биографий таких личностей привлекает внимание и порождает дебаты о том, как данные расстройства влияли на их творчество и взаимодействие с обществом.

Одним из наиболее известных примеров является гениальный писатель Фёдор Достоевский. В его произведениях нередко встречаются персонажи с ярко выраженными нарциссическими чертами. Типично, что главные герои часто страдают от угрызений совести, но их поиск власти, общественного одобрения и внутренняя борьба с ощущением недостаточности, как видно в романах «Игрок» и «Братья Карамазовы», могут служить образцами нарциссической психологии. Некоторые исследователи перегружены теорией того, что сам Достоевский возможно имел нарциссические черты, что проявлялось в его отвлеченном взгляде на жизни окружающих и использовал их как вдохновение для создания своих литературных шедевров.

«Игрок», нарциссизм как аффект и аддикция

Главный герой Алексей Иванович – это хрестоматийный пример «зависимого нарцисса», чья хрупкая самоценность зависит от внешних источников «нарциссического голода».

Объект поклонения как нарциссическое расширение. Полина Александровна для Алексея – не просто возлюбленная. Она – нарциссический объект, «идеальное Я», обладание которым должно подтвердить его собственную значимость. Его отношения с ней – это не любовь, а болезненная одержимость, где он одновременно и раб и мститель. Ее непредсказуемость и холодность лишь, подпитывают его зависимость, создавая порочный круг «травматической связи», столь характерный для отношений с нарциссом.

Рулетка как экзистенциальный акт самоутверждения, игра для Алексея – не способ обогащения, а способ бытия. За столом рулетки он, униженный и зависимый в «реальной» жизни, на мгновение ощущает себя богом, бросающим вызов судьбе. Момент риска – это момент наивысшего ощущения собственного «Я». Проигрыш же является не финансовой потерей, а крахом его хрупкого самоощущения, что приводит к нарциссическому каллапсу, который он снова и снова пытается исцелить новой игрой. Это чистейшая форма поведенческой аддикции, служащая регуляции самооценки.

Отсутствие эмпатии и инструментальность отношений. Алесей не способен к истинной эмпатии. Его отношение к другим персонажам (м-lle Бланш, бабушке, мистеру Астелю) сугубо инструментально. Они либо средство для достижения цели (деньги, статус, доступ к Полине), либо фон для его внутренней драмы.

Роман «Игрок» демонстрирует, как нарциссическая личность, не имея внутреннего стержня, выбирает в качестве «протеза» для самости либо другого человека (объект любви), либо азартную игру (аддикцию). Крушение этого протеза неминуемо ведет к экзистенциальной катастрофе.

«Братья Карамазовы»
Галерея нарциссических типов

Рассмотрим роман «Братья Карамазовы», если «Игрок» – это интенсивное изучение одного случая, то «Братья Карамазовы» – это энциклопедия нарциссизма, где каждый ключевой персонаж представляет его отдельный аспект.

Федор Павлович Карамазов – «Вульгарный» или беспринципный нарцисс. Отец – это воплощение наиболее примитивной и отталкивающей формы нарциссизма. Он лишен всякого стыда и морали. Его цинизм, жажда денег, эксплуатация собственных детей и смакование их унижения – все это служит одной цели, сиюминутному подтверждению своей власти и значимости. Он – живое доказательство того, что в основе нарциссизма часто лежит глубокая внутренняя пустота, которую невозможно заполнить.

Дмитрий Карамазов – драматический/импульсивный нарцисс. Митя – это клубок страстей, где нарциссизм проявляется в его театральности, жажде ярких переживаний и неспособности управлять своими импульсами. Его самооценка колеблется между манией величия («Широк человек, я бы сузил!») и самоуничижением. Его отношения с Катей и Грушенькой построены на собственничестве, ревности и идеализации, обесценивании. Он ищет в них не партнера, а отражение своей бурной, искалеченной души.

Иван Карамазов – сверхкомпенсирующий/высокоморальный нарцисс. Иван представляет собой самый интеллектуально изощренный и потому самый опасный тип нарциссизма. Его «Я» строится не на деньгах или страстях, а на интеллекте и созданной им идеологии. Его знаменитое «Бога нет – все позволено» – это вершина нарциссической самонадеянности, попытка поставить собственный разум на место Бога. Его «Легенда о великом инквизиторе» – это гимн нарциссизму власти, оправдывающему манипуляцию и лишение свободы во имя «счастья» слабых. Его трагедия в том, что его могучий интеллект служит не развитию эмпатии, а возведению стены, отделяющей его от других людей. Его психический срыв – это крах его нарциссической конструкции перед лицом реальной человеческой боли и ответственности.

Катерина Ивановна – соматизирующий/обсессивный нарцисс. Ее нарциссизм выражается в одержимости своим «благородным» образом, жертвенностью и долгом. Ее любовь к Дмитрию – это, по сути, любовь к образу себя как великой и прощающей женщины. Она использует свое положение и страдания как инструмент власти и контроля над другими, в первую очередь над Митей и Иваном.

Что объединяет всех этих разных героев? Понятие «карамазовщина», введенное самим писателем. Это – темная, иррациональная, разрушительная сила, живущая в душе каждого из них. В контексте психологии нарциссизма «карамазовщина» – это и есть та самая внутренняя пустота, «черная дыра» самости, которую они тщетно пытаются заполнить деньгами, страстью, властью, идеями или адреналином. Это неутолимая жажда подтверждения своего существования, даже ценой саморазрушения.

Романы Достоевского учат нас главному, нарциссизм – это не просто завышенная самооценка или самовлюбленность. Это глубокое экзистенциальное страдание, трагедия личности, оторванной от собственной человеческой сути и от других людей. Анализируя Алексея Ивановича, Федора, Дмитрия или Ивана Карамазовых, мы видим не монстров, а искалеченные души, чьи защитные механизмы стали их тюрьмой.

Понимание этой глубинной трагедии позволяет нам, психологам, подходить к работе с нарциссическими клиентами не с осуждением, а с профессиональным пониманием и попыткой дотянуться до того одинокого, испуганного и настоящего «Я», что скрывается за грохочущими страстями и блестящими интеллектуальными конструкциями. В этом смысле Достоевский был и остается нашим величайшим супервизором.

Трагедия созидания Винсент Ван Гог – нарциссическая травма, психоз и поиск самости

Другой яркий пример – это художник Винсент Ван Гог. Его жизнь и творчество полны страсти и гениальности, но одновременно они также указывают на возможные психические расстройства. Ван Гог относился к своему искусству с удивительной преданностью и безжалостным саморазрушением, что может наводить на мысль о психопатии. Его частые всплески гнева и депрессии, искренние порывы вместе с грандиозными амбициями создать искусство – все это черты, которые могут быть ассоциированы с глубокими внутренними конфликтами. К тому же, обращение к эмоциям других людей в его картинах может говорить о том, что, несмотря на отсутствие сочувствия в личной жизни, он сумел извлечь уроки из своей боли через искусство.

Ван Гог – это уникальный пример, где гениальность и психическое страдание переплелись неразрывно. Его фигура позволяет говорить не столько о клиническом нарциссизме, сколько о других расстройствах, которые, однако, оказывают глубокое влияние на самость и творчество.

Данный анализ не является ретроспективной диагностикой. Это попытка применить психологическую оптику к жизни и творчеству художника, чей путь стал символом единства мучения и творческого гения. Мы будем опираться на его обширную переписку с братом Тео, в которой Винсент оставил поразительно подробный отчет о своей внутренней жизни.

Винсент Ван Гог – фигура, стоящая особняком в нашем исследовании. Если герои Достоевского демонстрируют структурированные нарциссические паттерны, то Ван Гог представляет собой пример глубокой нарциссической травмы, осложненной, вероятно, расстройством настроения и психотическими эпизодами. Его жизнь – это история не о превосходстве «Я», а о его тотальной хрупкости, поиске и почти мистическом восстановлении через творчество.

Нарциссическая травма
«Вечный изгой»

С юности Винсент был лишен стабильного нарциссического зеркала. Его назвали в честь мертворожденного брата, что могло заложить в нем архетипическое чувство «незаконности» собственного существования. Он был чудаком, неудачником в глазах семьи, не смог стать ни пастором, как хотел, ни арт-дилером. Его попытки строить отношения с женщинами заканчивались катастрофическими провалами, углубляя его ощущение собственной непригодности.

На протяжении всей жизни Ван Гог искал фигуру, которая бы его признала, поняла и утвердила. Сначала это был его отец, затем – брат Тео. Отношения с Тео – это классический пример нарциссического расширения, Тео был его финансовой, эмоциональной и экзистенциальной опорой. Винсент жил и творил, по сути, для него, о чем красноречиво говорят его письма: «…в моей работе я рискую жизнью, и в ней ушла половина моего рассудка».

Хроническое чувство стыда и неадекватности, в отличие от грандиозного нарцисса, Ван Гог не превозносил себя. Напротив, его самоощущение было пропитано стыдом и чувством собственной неуместности в мире. Это классическое проявление обедненного, истощенного Эго, результат непрожитой нарциссической травмы.

Пограничная организация и аффективная буря

Многие исследователи предполагают у Ван Гога пограничное расстройство личности (ПРЛ), которое часто коморбидно с нарциссической травмой.

Нестабильность и интенсивность отношений, его отношения были хаотичными, полными идеализации (как с Гогеном) и последующего стремительного обесценивания. Знаменитый эпизод с отрезанием мочки уха после ссоры с Гогеном – акт неконтролируемой аффективной реакции на угрозу оставления.

Импульсивность и самоповреждающее поведение, акт с отрезанным ухом, попытки отравиться красками, в конечном итоге – самоубийство, – все это указывает на невозможность справиться с интенсивными аффектами иначе как через действие, направленное на собственное тело.

Психотические эпизоды и биполярное расстройство

Диагностические гипотезы включают биполярное аффективное расстройство (БАР) и эпилепсию с психотическими симптомами.

Цикличность: периоды невероятного, яростного творческого подъема (например, в Арле, где он написал более 200 картин за год) сменялись у него глубокой депрессией и истощением, что соответствует гипоманиакальным и депрессивным фазам.

Психотические симптомы, в периоды обострений Ван Гог переживал галлюцинации, бредовые идеи и ощущение преследования. Он сам осознавал эти состояния, называя их «кошмарами» и описывая приступы как «ужас, не имеющий имени».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.