# Архангел порядка

Диана Маргиева

Когда-то давно Лиза, молодая девушка, встретила Рафаила - он отличался от всех остальных. Он признался ей, что архангел. Они влюбились друг в друга.
Это история об Архангеле Рафаиле и демонице, что когда-то была человеком, возлюбленной Рафаила. Но, поддавшись искушению, она стала женой Дьявола. После того, как Дьявол её бросил, демоница устроила апокалипсис, и Архангел вынужден её остановить.

## Глава 1

– Я не позволю ей уничтожить всё, что создавалось веками…– рыкнул Рафаил, глядя на разрушающийся город.

Воздух в мегаполисе был пропитан запахом гари и страха. Небо над городом пульсировало нездоровым фиолетовым светом, а по улицам бродили тени, ещё вчера бывшие обычными людьми. Теперь они стали чем-то иным – монстрами, героями, жертвами, получившими дар. Или проклятие.

Рафаил, Архангел Порядка, стоял на крыше небоскрёба, его небесно голубые глаза сканировали хаос внизу. Крылья, сотканные из чистого света, были сложены за спиной, невидимые для смертных, но ощутимые для него самого – тяжесть долга, бремя ответственности. Он пришёл, чтобы навести порядок. И чтобы остановить её.

Елизаздра. Заза. Бывшая супруга Дьявола, его главная советница, а теперь – безумная художница апокалипсиса. Она раздавала сверхъестественные способности направо и налево, как конфеты на детском празднике, только вместо радости это приносило лишь разрушение.

Человек, умеющий управлять огнём, сжёг жену с любовником в своём доме, а вместе с ними и нерадивых соседей.

Девушка, способная читать мысли, сошла с ума от какофонии чужих желаний и страхов.

Подросток, получивший нечеловеческую силу, устроил кровавую бойню в школе.

Это был способ мщения, её извращённое правосудие. И Рафаил знал, что это было лишь началом.

Вспышка алого света в нескольких кварталах от него. Он мгновенно переместился туда. На улице, усыпанной битым стеклом и обломками, стояла Заза. Её черные как смоль волосы развевались на ветру, а глаза горели пламенем. Она была воплощением хаоса и красоты – в облегающем кожаном наряде, с дьявольской усмешкой на губах. Вокруг неё валялись тела охранников, а перед ней, на коленях, стоял дрожащий человек в дорогом костюме.

– Ты, – прорычала Заза, голос был бархатом, наточенным лезвием. – Ты отравлял жизнь тысячам, отбирая их сбережения и надежды. Думаешь, что будет сейчас?! Нет, я не отправлю тебя в Ад. Это было бы слишком просто. Сейчас ты почувствуешь всю боль, что причинил другим.

Она взмахнула рукой, и тело человека начало меняться. Кожа позеленела и начала покрываться чешуёй, кости выворачивались. Он кричал, а Заза лишь усмехалась.

– Заза! – голос Рафаила прозвучал как раскат грома, но без агрессии, лишь с глубокой печалью.

Она обернулась, улыбка стала ещё шире, а в глазах мелькнула тень насмешки.

– Раф, мой дорогой Архангел Порядка, – промурлыкала она, чуть склонив голову. – Как приятно видеть тебя за пределами твоих скучных небесных чертогов. Пришёл полюбоваться на моё творчество?

– Ты сеешь хаос, Заза. Это не творчество, это безумие, – Рафаил шагнул вперёд, его фигура излучала спокойную, но мощную энергию.

– Безумие? – она громко расхохоталась, смех походил на звон разбитого стекла. – А что такое твой порядок, Раф? Загнать всех в рамки, заставить молчать, терпеть несправедливость? Я даю им силу! Я даю им выбор! Свобода воли, помнишь? Пусть они сами решают, как жить и как умирать!

– Ты даёшь им силу, которую они не могут контролировать. Ты создаёшь армию из сломленных душ, которые превратят этот мир в пепел, – его взгляд упал на трансформирующегося человека. – Это не дар, Заза. Это пытка.

– Ах, пытка… – она приблизилась к нему, демоническое обаяние медленно окутывало Архангела, пытаясь проникнуть сквозь его божественную защиту. – Разве ты не знаешь, что иногда боль – это единственный путь к истине? Разве ты не помнишь, Раф, как мы вместе…

Её неосторожные слова повисли в воздухе. В их прошлом была история, о которой мало кто знал. До того, как Заза стала Елизаздрой, демоницей и женой Дьявола, она была другой. Человеком. И Рафаил, Архангел Порядка, был тем, кто однажды верил, что сможет изменить её, спасти от самой себя. Их связь была запретной, тайной, сотканной из безумной любви и отчаянной надежды. Он видел в ней не просто потерянную душу, но и свет, который она когда-то излучала. Свет, который Дьявол погасил.

– Наши воспоминания не имеют отношения к этому, Заза, – он окинул рукой всё происходящее, голос Рафаила был напряжён.

– О, очень даже имеют! – она взмахнула рукой, и воздух вокруг них замерцал, показывая фрагменты прошлого. – Помнишь, как ты учил меня видеть красоту в порядке и правилах? А я показывала тебе, как освободиться от цепей?

Образы мелькали: она, юная и необузданная девушка, смеющаяся в его объятиях. Он, строгий, но с нежностью в глазах, касающийся её щеки. Они танцевали под звёздами, спорили о судьбе, строили планы о мире, где порядок и свобода могли бы сосуществовать. Но потом пришёл Он – Дьявол, с его обещаниями власти и соблазном хаоса. И Заза, всегда жаждущая чего-то большего, чего-то дикого, поддалась. Рафаил пытался остановить неугомонную девушку, но она выбрала тьму, и их пути разошлись на долгие века, оставив лишь шрамы на их душах.

– Это было давно, – Рафаил отвернулся от фантомов. – Ты сделала свой выбор. Но теперь ты ставишь под угрозу всё сущее. Я не могу этого допустить.

– И что ты сделаешь, мой Архангел? – усмехнувшись, она обвела взглядом разрушенную улицу. – Убьёшь меня? Или закроешь в клетку? Я не согласна на твою золотую темницу, Раф. Я свободна. И я освобожу других.

Внезапно земля задрожала. Из-под асфальта вылезли существа, похожие на горгулий, но с человеческими глазами, полными боли. Это были люди, которым Заза даровала силу, но которые не смогли её контролировать, превратившись в искажённые подобия самих себя. Они были её марионетками и армией.

– Они – твои жертвы, Заза, – Рафаил вытянул руку, и золотой свет окутал одного из монстров, возвращая ему человеческий облик, но оставляя его в бессознательном состоянии.

– Жертва – это тот, кто смирится со своей участью! – Заза взмахнула рукой, и вокруг неё закрутился вихрь из теней. – Я даю им шанс на месть, на преображение! Или на смерть, которая лучше, чем их ничтожное существование!


Демоница резко бросилась на него, когтистые руки были готовы разорвать Архангела. Рафаил парировал, светлая энергия столкнулась с тёмной. Это был не просто бой, это была схватка двух противоположностей, двух бывших любовников, чьи идеалы столкнулись в смертельной битве. Каждое движение демоницы было наполнено яростью и болью, его движения – решимостью и отчаянием.

Он не хотел причинять ей вреда. Он хотел спасти.

Но как спасти того, кто не хочет быть спасённым?

– Заза, остановись! – он оттолкнул демоницу, создав вокруг себя щит из света. – Есть другой путь! Путь, где сила используется во благо, а не для разрушения!

– Нет такого пути!!! – она отлетела назад, но тут же бросилась в атаку, глаза горели чистой ненавистью. – Мир прогнил, Раф! Твой порядок – никому не нужен! Всё давно сгнило! Я очищу мир огнём!

Она вызвала сотни теней, которые бросились на Рафаила. Он призвал свой меч, сотканный из чистого божественного света, и начал рубить всех, но их было слишком много. Пока он сражался с тенями, Заза телепортировалась за его спину.

– Ты всегда был слишком благородным, Раф, – прошептала она, приставив к его горлу свой коготь, который царапал божественную плоть. – Это твой главный недостаток.

Он почувствовал холод когтя, но не шелохнулся. Рафаил знал, что она не убьет его. Не сейчас.

– А твой – неспособность простить, Заза. Ни себя, ни мир, – ответил он, его голос был спокоен, несмотря на угрозу.

Коготь на руке демоницы дрогнул, капля крови выступила на шее.

– Что ты знаешь о прощении? – зашипела демоница. – Ты никогда не был сломлен так, как я. Ты не знаешь, что значит потерять всё, что ты любил, и быть преданным теми, кому доверял!

Её голос и слова были полны горечи. Это была не просто месть миру, это была месть Дьяволу, который использовал её, а потом отбросил. И, возможно, месть и ему, Рафаилу, который не смог или не хотел удержать молодую девушку, спасти от падения.

– Я знаю боль, Заза, – Рафаил медленно повернул голову, чтобы посмотреть ей в глаза. – Боль от потери тебя и того, что было между нами. Боль видеть тебя и во что ты превратилась.

Глаза демоницы расширились. В них мелькнула искра чего-то, что он видел много веков назад – уязвимость, сожаление. Но она тут же подавила её, отстранившись.

– Это была слабость, – прорычала она, отступая. – Я не слаба! Я сильнее, чем когда-либо! Моя армия будет расти, пока не поглотит ваш мир!

Она исчезла в вихре теней, оставив Рафаила одного посреди разрушенного города, окружённого искажёнными душами.

Он опустил меч.

Его сердце болело.

Он должен был остановить её, но как? Силой? Он мог уничтожить демоницу, но это было бы не спасением, а лишь актом правосудия. А он хотел вернуть её. Вернуть то, что было разорвано века назад.

## Глава 2


Много веков назад, в тихой глубинке, где закаты пылали над золотыми полями, жила Лиза. Дикая и необузданная, словно ветер в берёзовой роще, в свои семнадцать лет она знала о мире лишь то, что шептали ей травы и пели птицы. Деревенская дикарка с волосами цвета спелой ржи и глазами, искрящимися озорством, словно отражение солнечных зайчиков на воде.

В самый разгар летнего солнцестояния, когда воздух звенел от магии и травы дышали ароматами, в деревню пришёл путник. Высокий, статный, с глазами небесного цвета. Он назвался Рафаилом.

Рафаил словно сошёл со страниц древних летописей. В нём чувствовалась сила, мощь, но не грозная, а умиротворяющая. Лиза, обычно сторонившаяся чужаков, не смогла отвести от него взгляда.

Он увидел в ней то, чего никто раньше не замечал. Не только дикость и бунтарство, но и потенциал света, источник бесконечной доброты, спрятанный глубоко внутри. Он разглядел в ней звезду, готовую вспыхнуть.

Их встречи стали тайными, как шёпот ночного леса. Рафаил рассказывал Лизе о мирах, лежащих за пределами деревни, о бесконечных звёздах и о силе любви, способной творить чудеса.

Лиза слушала, затаив дыхание, и в её сердце, прежде незнавшем нежности, рождалось чувство, такое же необъятное, как вселенная, о которой говорил Рафаил.

Сердце юной девушки расцветало под этими новыми знаниями. Лиза, словно губка, впитывала каждое его слово, и он видел, как в её глазах всё ярче разгорается искра понимания. Мир, прежде ограниченный горизонтом родной деревни, расширялся до бесконечности, наполняясь красками и звуками, о которых она раньше и не мечтала.

Дни летели незаметно, наполненные шёпотом признаний у реки, тайными встречами в берёзовой роще, взглядами, полными любви и надежды. Рафаил учил Лизу не только наукам и мудрости, но и умению видеть красоту в простых вещах, ценить мгновения и дарить безусловную любовь.

В одну лунную ночь, у кромки леса, он признался Лизе в том, кто он есть на самом деле. Архангел, посланный на землю для соблюдения порядка.

Она знала, что Рафаил не обычный человек и приняла эту правду. Так их отношения вышли на новый уровень.

Рафаил чувствовал её безграничную сильную душу – юную, неукротимую, смеющейся в его объятиях с такой дикой свободой, что само небо, казалось, вторит её ликованию.

Рафаил, или Раф, как Лиза дерзко называла его, был воплощением порядка и света. Его лик, обычно строгий и безмятежный, смягчался до нежности, когда его взгляд падал на Лизу. И он ввёл девушку в новый мир. Она ринулась за ним без оглядки.

Рафаил смотрел на неё с такой любовью, что казалось, весь космос замирает, чтобы стать свидетелем их связи. Его прикосновение было не просто прикосновением – это было обещание, защита, печать вечности.

Они проводили бесконечные часы на хрустальных террасах, парящих над бездной, где мерцали мириады миров. Они танцевали под звёздами. Их движения были грациозны, их души переплетались в вихре света и эмоций. Раф, с его величественной осанкой и крыльями, что могли укрыть целые созвездия, вёл её в этом танце, а Лиза, лёгкая и воздушная, парила рядом, её смех звенел, как хрустальные колокольчики, разгоняя космическую тишину.

Их разговоры были столь же глубоки, сколь и их чувства. Они спорили о судьбе – о предопределённости и свободе воли, о тонкой грани между хаосом и порядком. Раф, будучи одним из столпов мироздания, верил в великий замысел, в гармонию, к которой стремилось всё сущее. Лиза же, с её неуёмной жаждой жизни и познания, часто оспаривала эти догмы.

– Но ведь в хаосе есть своя красота, Раф! – восклицала она, её глаза сияли вызовом. – В нём рождается что-то новое и непредсказуемое! Разве это не прекрасно?

Они мечтали о мире, где порядок и свобода могли бы сосуществовать, где каждый дух мог бы раскрыть свой потенциал, не нарушая вселенскую гармонию. Раф видел в ней не просто юную девушку, а потенциал для чего-то великого, нечто, что могло бы стать мостом между мирами, между строгой логикой небес и бушующей страстью земли. Он учил её языку звёзд, секретам мироздания, тайнам исцеления и света. А она в ответ учила его смеяться беззаботно, видеть красоту в несовершенстве, чувствовать жизнь в каждом мгновении.

Их любовь была чистой, как свет первой звезды. Она была их убежищем, их вселенной. Ничто, казалось, не могло нарушить эту идиллию. Но мироздание – это не только свет. В его глубинах таилась и тень, древняя, могущественная, жаждущая.

Он пришёл не сразу. Сначала это было лишь ощущение – едва уловимый холодок в воздухе, тень, скользящая по краю зрения, шёпот, который Лиза слышала в самые тихие ночи, когда Раф спал, укрыв её своими крыльями. Шёпот обещал ей не просто свободу, а абсолютную свободу, без правил, без ограничений, без последствий. Он говорил о бесконечной власти – власти над мирами, над судьбами. Рисовал картины хаоса, но не разрушительного, а созидательного, где из осколков старого рождалось нечто совершенно новое и прекрасное.

Когда ОН наконец явился во плоти, это было нечто иное, нежели Лиза ожидала. Не огненная бездна, не рогатый демон, а существо невообразимой красоты и харизмы. Его глаза были как две чёрные галактики, поглощающие свет, но безумно притягивающие. Голос был шёлковым, обволакивающим, проникающим прямо в душу, минуя все защиты. ОН был воплощением искушения, обещающим воплотить все её самые потаённые, дикие желания.


ОН не предлагал ей зла в прямом смысле. ОН предлагал выбор между предначертанным путём Рафаила, путём света и порядка, и путём, который она сама могла бы проложить, путём, где она была бы богиней собственного хаоса. Говорил о том, что Рафаил, со всей его любовью, всё равно держал её в рамках, пусть и золотых. Что истинная свобода – это отсутствие любых рамок, даже тех, что созданы любовью.

Лиза, всегда жаждущая чего-то большего, что выходило за рамки даже самых широких объятий Рафаила, начала колебаться. Семена сомнения были посеяны, и они прорастали в её сердце с пугающей скоростью. Она стала более задумчивой, её смех стал реже, а глаза – более глубокими, словно они видели что-то, чего не мог видеть Раф.

Рафаил чувствовал это. Он видел тень, которая скользила вокруг его Лизы, слышал шёпот, который не предназначался для его ушей. Его сердце, обычно непоколебимое, сжималось от предчувствия беды. Он пытался остановить неугомонную девушку. Он говорил с ней часами, напоминая об общих мечтах, о их любви, о гармонии, которую они строили вместе. Он показывал ей видения разрушения, которое несла за собой абсолютная, неуправляемая свобода.

– Лиза – произнёс архангел, его голос был полон боли и мольбы, – это не свобода, это рабство. Рабство собственных желаний, что будут пожирать тебя изнутри, пока от тебя не останется ничего, кроме пустоты.

Раф обнимал её крепко, пытаясь удержать, укрыть от надвигающейся тьмы своими сияющими крыльями.

Но ОН уже успел прорастить слишком глубокие корни. Его обещания звучали слаще, его путь казался более захватывающим, а предложение – более манящим. В сердце девушки боролись две силы: бесконечная любовь к Рафаилу и неукротимая жажда неизведанного, дикого, запретного.

Однажды, под тем же звёздным небом, что когда-то было свидетелем их танцев и клятв, наступил момент выбора. ОН и Рафаил стояли друг напротив друга, воплощения света и тьмы, порядка и хаоса. А между ними, бледная, но решительная, стояла Лиза. Её глаза метались от одного к другому, в них читалась агония выбора, который разрывал её на части.

– Выбери, Лиза, – прошептал ОН, его голос был как шёпот ветра в бездне, – свободу, какой ты её видишь, или цепи, какими бы золотыми они ни были.

– Лиза, – голос Рафаила дрожал, его обычно спокойные глаза были полны боли, – выбери любовь и гармонию. Выбери нас. Не дай ему обмануть себя. Твоя истинная сила – в свете, а не во тьме.

Но Лиза поддалась своим желаниям. В её сердце что-то оборвалось. Она сделала шаг во тьму, к обещанию абсолютной свободы и хаоса.

– Я выбираю себя, и возможность на безграничную свободу, – прошептала она, и эти слова были острее любого клинка для Рафаила.

В тот миг мироздание вздрогнуло. Разлом пронзил не только их связь, но и само бытие. Свет Рафаила померк на мгновение, его крылья опустились, и невыносимая боль пронзила его сущность. Он попытался схватить её, но она уже ускользала, растворяясь в объятиях тьмы, которая теперь окружала и архангела.

Их пути разошлись на долгие века, оставив лишь шрамы на их душах, глубокие, незаживающие раны. Рафаил остался в своём царстве света, выполняя долг, но его глаза навсегда сохранили отблеск той утраты, а его сердце – фантомную боль от отсутствия Лизы. Он стал ещё строже, ещё более отстранённым, его свет – более ярким, но абсолютно холодным.

А Лиза… Лиза стала Елизаздрой. Или просто Зазой, как называл её Дьявол, её новый супруг. Юная, неукротимая красота превратилась в нечто иное – в холодную, отточенную, опасную грацию. Её смех теперь не звенел, а эхом отдавался в безднах, наполняя их не радостью, а предвкушением. Её глаза, когда-то полные света, теперь горели внутренним огнём, отражая в себе тайны запретных знаний и безграничной власти. Она стала королевой хаоса, женой Дьявола, его правой рукой, его соблазнительной тенью.

В новой сущности не осталось и следа той семнадцатилетней девушки, что танцевала под звёздами с Архангелом. Или, может быть, совсем крошечный, едва уловимый отблеск прежней Лизы всё ещё таился в глубинах её души, погребённый под веками тьмы, ожидая момента, чтобы вновь заявить о себе. Но пока что, она была Зазой в глубинах бездны, где порядок был лишь иллюзией, а свобода – абсолютной и всепоглощающей.

## Глава 3


Века пролетели для Зазы, как мерцание звёздной пыли в бездонной пустоте. Семнадцатилетняя Лиза, жаждущая дикой свободы, давно канула в небытие, уступив место Елизаздре, или, как предпочитал называть её Дьявол – Зазе. Она стала его королевой и правой рукой, его соблазнительной тенью, что танцевала на грани света и тьмы, порядка и хаоса. Небесные чертоги, где когда-то звенел её смех, сменились мрачными, но величественными цитаделями, высеченными из самой бездны. Их стены были украшены витиеватыми узорами из проклятых душ и мерцающих углей, а над головой простиралось не звёздное небо, а бесконечная ночь, лишь изредка пронзаемая всполохами чужих, далёких страданий.

Заза процветала в этой новой роли. Её красота, когда-то чистая и невинная, обрела острые грани, стала опасной и завораживающей. Её пшеничные волосы стали чёрными как смоль. Глаза, глубокие, как колодцы забытых миров, теперь горели пламенем, отражая в себе безграничную власть и тайны, о которых смертные и помыслить не могли. Демоница научилась управлять потоками хаоса, направляя их разрушительную мощь с изяществом, достойным балерины. Она творила кошмары и соблазны, меняла реальность по своему усмотрению, наслаждаясь каждым мгновением своей абсолютной, ничем не ограниченной свободы. Её смех, когда-то хрустальный, теперь был похож на мелодию, что могла свести с ума или заставить склониться ниц, в зависимости от настроения его обладательницы.

Дьявол, её супруг, смотрел на неё с гордостью, почти с нежностью, свойственной лишь ему. Их отношения не были похожи на земную любовь. Это был союз двух могущественных существ, связанных общей целью – нарушением порядка, распространением влияния, исследованием пределов возможного. Он ценил её ум, дерзость и неукротимую волю, что так напоминала ему его собственную юность. Вместе они правили бездной, их владения ширились, поглощая уголки мироздания, забытые светом. Заза была не просто его женой, она была его соратницей, зеркалом, отражавшим его самые потаённые желания и амбиции. Она знала все его тайны и слабости, все его источники силы – или, по крайней мере, так ей казалось.

Но время – это капризный мастер, и даже в бездне оно течёт, меняя ландшафты душ. Сначала это были едва уловимые изменения. Дьявол стал чуть более задумчив, его взгляд иногда блуждал, словно искал что-то за пределами их общего царства. Его прикосновения, когда-то полные жгучей страсти и властной нежности, стали чуть более отстранёнными, а слова – более лаконичными. Заза, привыкшая к его безраздельному вниманию, списывала это на вечное бремя власти, новые интриги и необходимость поддерживать баланс в бесконечном противостоянии с силами света.

А потом начали появляться слухи. Шёпот, что проникал сквозь толщу миров, доносясь до самых глубин бездны. Шёпот о Лилит. Древней. Первой. Той, что была до Зазы. Той, что была создана из огня и бунта, что не пожелала подчиняться и была изгнана. Заза отмахивалась от них, как от назойливых мух. Она была королевой, силой и женой Дьявола. Лилит – это прошлое, пыль времён.

Но слухи сгущались, обретая плоть и кровь. Дьявол стал чаще исчезать, его отсутствие ощущалось как холод, проникающий в самые уголки их цитадели. Когда он возвращался, его глаза горели новым, незнакомым огнём, а на его губах играла улыбка, которая раньше предназначалась только для Зазы. Она чувствовала это – невидимую нить, что связывала его с кем-то другим, с чем-то древним и могущественным, что оттягивало его внимание от неё.