Эдуард Сероусов
Воспоминания о будущем

Глава 1: Находка

Солнце нещадно палило. Елена Соколова опустила защитные очки и утерла пот со лба. Посмотрела на часы – почти полдень. Термометр показывал тридцать восемь, но в безветренной низине между холмов казалось, что все пятьдесят.

– Ребята, еще полчаса, и сделаем перерыв! – крикнула она в сторону раскопа, где трудились четверо ее помощников.

Андрей, ее заместитель, поднял голову от земли и показал большой палец. Остальные даже не отреагировали, полностью поглощенные работой.

Археологическая экспедиция работала в этом забытом богом уголке Восточной Сибири уже третью неделю. Казалось бы, что можно найти в этой глуши? Но Елену привели сюда спутниковые снимки, на которых четко проявилась странная геометрическая аномалия, скрытая под тонким слоем почвы. Правильный шестиугольник, слишком идеальный, чтобы быть природным образованием.

Сначала университет отказывался финансировать экспедицию. "Неперспективный регион", "недостаточно предварительных данных", "слишком удаленная локация". Но Елена была настойчива, и в конце концов ей выделили минимальный бюджет – хватило только на самое необходимое оборудование и небольшую команду.

Она отошла в тень временного навеса и открыла бутылку воды. Глоток, второй. Жадно пила, позволяя холодным каплям стекать по подбородку на шею. Хотелось окунуться целиком в ледяное озеро.

Внезапно ее размышления прервал крик Кости, молодого аспиранта: – Доктор Соколова! Быстрее сюда!

Елена отбросила бутылку и поспешила к дальней части раскопа, где трудился Костя. Спрыгнула в двухметровую траншею. Парень стоял на коленях, осторожно счищая землю с какого-то предмета.

– Что у тебя? – спросила она, присаживаясь рядом.

– Не знаю, но это точно не камень, – Костя указал на блестящую поверхность, проглядывающую сквозь почву. – И не металл. По крайней мере, не обычный.

Елена осторожно провела пальцами по открытой части объекта. Поверхность была идеально гладкой и прохладной, несмотря на жару. Материал имел серебристо-серый цвет с легким голубоватым отливом, но не походил ни на один известный ей металл.

– Принеси кисти и маленький совок, – распорядилась она, – и позови всех сюда. Работаем только вручную, никаких лопат.

Следующие четыре часа прошли в лихорадочной, но методичной работе. Палящий зной сменился вечерней прохладой, но никто не думал об отдыхе. Включили мощные светодиодные фонари. Елена лично руководила каждым движением, фотографируя и документируя каждый этап раскопок.

К полуночи они освободили объект полностью. Перед ними лежала металлическая капсула длиной около метра и шириной сорок сантиметров. Идеально гладкая, без единого шва или соединения, словно вылитая из одного куска неизвестного материала. Овальная, с заостренными концами. На поверхности виднелись странные символы – не похожие ни на один известный древний язык.

Андрей осторожно постучал по ней костяшкой пальца. – Пустотелая, – заключил он. – Внутри что-то есть.

Елена кивнула, не отрывая глаз от находки. – Но как ее открыть? Нет ни замка, ни крышки.

– Может, разрезать? – предложил Костя, вертя в руках археологический нож.

– Даже не думай, – отрезала Елена. – Мы понятия не имеем, что это за материал. К тому же, внутри могут быть хрупкие артефакты.

Она осветила капсулу фонарем под разными углами, исследуя каждый миллиметр поверхности. Внезапно луч света отразился от одного из символов особым образом, и тот будто бы засветился изнутри.

– Вы видели? – воскликнула она, направляя фонарь точно на этот символ.

Символ снова засветился, а затем начал пульсировать слабым голубоватым светом.

– Какого черта? – пробормотал Андрей, отступая на шаг назад.

Елена, напротив, наклонилась ближе. – Это реакция на свет определенной длины волны, – прошептала она. – Или на тепло…

Она осторожно положила ладонь на светящийся символ. Тепло ее руки, казалось, активировало какой-то механизм. Символы на капсуле один за другим начали светиться, создавая причудливую последовательность.

– Елена, может, не стоит…

Но она уже не слушала. Интуиция археолога подсказывала: это не древний артефакт. По крайней мере, не в традиционном понимании. Слишком совершенная форма, слишком сложная технология для любой из известных древних цивилизаций.

Когда загорелся последний символ, по поверхности капсулы пробежала едва заметная волна, словно легкая рябь по воде. Затем раздался тихий шипящий звук – и верхняя часть капсулы словно растворилась в воздухе, открывая доступ к содержимому.

– Господи… – выдохнул кто-то из команды.

Внутри, погруженный в прозрачный гель, находился еще один объект – небольшая пирамида, сияющая мягким внутренним светом. На ее гранях виднелись те же странные символы, что и на внешней капсуле, но более замысловатые и многочисленные.

– Доктор Соколова, – дрожащим голосом произнес Костя, – это… это же не может быть артефактом древних цивилизаций, верно?

Елена молчала, гипнотизируемая пульсирующим светом пирамиды. Ее научный скептицизм боролся с очевидным фактом: перед ними лежала технология, которая выглядела слишком продвинутой даже для современности, не говоря уже о древности.

– Никому ни слова о находке, – наконец произнесла она твердо. – По крайней мере, до тех пор, пока мы не разберемся, что это.

– Но, Елена, – возразил Андрей, – мы обязаны сообщить университету…

– Мы сообщим, – отрезала она. – Но сначала я хочу провести предварительные исследования. Если эта находка настолько значима, как я думаю, информация о ней вызовет настоящий хаос в научном мире.

Она достала из рюкзака специальный контейнер для хрупких артефактов. – Андрей, помоги мне аккуратно перенести пирамиду.

Вместе они осторожно извлекли светящийся объект из геля. Удивительно, но пирамида оказалась практически невесомой – казалось, она весит не больше нескольких граммов.

– Это невозможно, – пробормотал Андрей, когда они поместили пирамиду в контейнер. – Объект такого размера должен весить как минимум несколько килограммов.

Елена закрыла крышку контейнера, и тут же свечение пирамиды стало едва заметным через полупрозрачный пластик.

– А теперь нужно решить, что делать с капсулой, – она обернулась к команде. – Мы не можем оставить ее здесь, но и транспортировать будет непросто.

– У нас есть мини-экскаватор, – предложил Виталий, их техник. – Можем аккуратно поднять капсулу и погрузить на платформу грузовика.

Елена колебалась. С одной стороны, перемещение капсулы могло нарушить какие-то еще не обнаруженные свойства артефакта. С другой – оставить его на месте было слишком рискованно.

– Хорошо, – наконец решила она. – Но действуем максимально осторожно. И продолжаем соблюдать секретность. Никаких фотографий в социальных сетях, никаких разговоров по незащищенным каналам связи.

– Ты думаешь, это настолько серьезно? – спросил Андрей, понизив голос.

Елена посмотрела на капсулу, внутри которой все еще светился остаточный след от пирамиды.

– Я думаю, что мы только что нашли нечто, способное перевернуть наше понимание истории, – ответила она. – И, возможно, не только истории.

Три дня спустя Елена сидела в своей временной лаборатории, устроенной прямо в большой палатке экспедиционного лагеря. Перед ней на столе стоял контейнер с пирамидой, а рядом – ноутбук с предварительными результатами сканирования.

Данные не имели никакого смысла. Спектрометрия показывала состав, который не соответствовал ни одному известному материалу. Радиоуглеродный анализ выдавал абсурдные результаты – словно объект еще не был создан. Компьютерная томография не могла "пробиться" сквозь поверхность пирамиды, хотя обычно легко сканировала даже плотные металлы.

Елена потерла уставшие глаза. Три бессонные ночи давали о себе знать. Она открыла контейнер и аккуратно извлекла пирамиду. Под искусственным освещением лаборатории объект светился не так ярко, как в темноте раскопа, но все равно излучал легкое сияние.

Она осторожно провела пальцем по одной из граней, прослеживая замысловатый узор символов. Внезапно пирамида отреагировала – символы вспыхнули ярче, а затем начали меняться, перетекая в новые формы.

– Боже мой, – прошептала Елена, завороженно наблюдая за трансформацией.

Поверхность пирамиды на мгновение стала полупрозрачной, и внутри проявилась голограмма – трехмерное изображение, зависшее в воздухе. Это была карта местности, которую Елена сразу узнала – регион их раскопок. Но с некоторыми отличиями: там, где сейчас была только бескрайняя тайга, на голограмме виднелись странные сооружения.

Она поспешно схватила планшет и начала записывать видео, фиксируя каждую деталь голограммы. Через несколько секунд изображение сменилось – теперь это была другая локация. Елена не могла определить место, но архитектура сооружений выглядела футуристично.

Дверь в палатку внезапно открылась, и вошел Андрей. От неожиданности Елена вздрогнула, и голограмма мгновенно исчезла.

– Извини, не хотел тебя напугать, – он виновато улыбнулся. – Есть новости?

Елена колебалась, не зная, стоит ли делиться увиденным. Даже с Андреем, которому она доверяла больше других.

– Я… не уверена, – наконец ответила она. – Кажется, артефакт интерактивен. Он реагирует на прикосновения, возможно, на биоэлектрические сигналы человеческого тела.

Андрей подошел ближе, с любопытством глядя на пирамиду. – Можно? – он протянул руку.

– Только осторожно, – предупредила Елена. – Мы до сих пор не знаем, с чем имеем дело.

Андрей легко коснулся одной из граней пирамиды, но ничего не произошло. Объект оставался инертным.

– Странно, – пробормотал он. – На меня не реагирует.

– Может быть, он настроен на конкретную биометрию, – предположила Елена. – Или активируется только в определенной последовательности касаний.

Она снова прикоснулась к пирамиде, и символы тут же засветились, но голограмма не появилась.

– Видишь? Но раньше он показывал… – она осеклась, решив пока не рассказывать о голограмме.

Андрей пристально посмотрел на нее. – Елена, ты что-то скрываешь? Что ты видела?

Она вздохнула. Андрей был не просто коллегой, но и другом, с которым они прошли через множество экспедиций.

– Голограмму, – наконец призналась она. – Пирамида проецировала трехмерное изображение – сначала нашей местности, но с какими-то странными постройками, затем другую локацию, которую я не смогла опознать.

– И ты думаешь…

– Я пока ничего не думаю, – отрезала она. – Только фиксирую факты. И факты говорят, что перед нами технология, которая не может принадлежать ни одной известной древней цивилизации.

– Тогда чья она? – тихо спросил Андрей.

Елена покачала головой. – Не знаю. Но я намерена это выяснить. Завтра мы сворачиваем лагерь и возвращаемся в Москву. Я хочу исследовать артефакт в нормальных лабораторных условиях.

– А как же капсула?

– Ее тоже забираем. Я уже договорилась о транспортировке. Университет не знает деталей, но я убедила их, что находка стоит затрат.

Андрей задумчиво посмотрел на пирамиду. – Знаешь, Елена… Я археолог старой школы. Я верю в науку и факты. Но то, что мы нашли… – он помедлил. – Иногда мне кажется, что есть вещи, которые человечество не готово узнать.

Елена понимала его опасения. Сама испытывала похожие сомнения. Но жажда знаний всегда была сильнее страха перед неизвестным.

– Может быть, – согласилась она. – Но мы уже нашли это. И теперь наша ответственность – понять, что это такое и что это значит для нас.

Она аккуратно вернула пирамиду в контейнер и закрыла крышку. Внутренний голос подсказывал, что эта находка изменит не только ее научную карьеру, но и всю ее жизнь. И, возможно, не только ее.

Утром следующего дня Елена проснулась от странного ощущения. Открыв глаза, она увидела, что контейнер с пирамидой, который она держала у кровати, светится гораздо ярче обычного – свет пробивался даже через плотный пластик.

Она быстро вскочила с кровати и открыла контейнер. Пирамида пульсировала интенсивным светом, а символы на ней двигались, словно живые существа, перестраиваясь в новые комбинации.

Елена осторожно извлекла артефакт. В тот же миг пирамида взлетела над ее ладонями и зависла в воздухе. Вокруг нее развернулась масштабная голограмма – настолько детализированная, что казалась почти материальной.

Это была панорама Земли, видимая из космоса. Затем изображение приблизилось, показывая конкретный регион – северо-восток России. Еще ближе – и вот уже знакомая местность их раскопок. Но самым шокирующим было то, что голограмма показывала не только пространство, но и время – даты быстро сменяли друг друга в углу проекции, двигаясь вперед от настоящего момента.

2031 год… 2032… 2033…

При дате 17 марта 2033 года изображение остановилось. Голограмма показала эту же местность, но охваченную катастрофой – огромное озеро кроваво-красного цвета, мертвый лес вокруг, покрытый каким-то странным налетом.

Елена в ужасе смотрела на проекцию. Это выглядело как экологическая катастрофа массивного масштаба. И, судя по всему, она должна была произойти менее чем через три года.

– Что это? Предупреждение? – прошептала она.

Будто отвечая на ее вопрос, голограмма сменилась. Теперь она показывала серию изображений: лаборатория с продвинутым оборудованием, группа людей в защитных костюмах, какой-то сложный прибор в центре комнаты. Затем – взрыв, разрушение, распространение красного вещества по окрестностям.

Последнее изображение показывало логотип – стилизованную букву "Т", пересеченную горизонтальной линией в форме песочных часов. Елена никогда раньше не видела этот символ.

Внезапно голограмма исчезла, и пирамида упала обратно в ее ладони, став инертной и темной, словно обычный кусок камня.

Елена долго стояла неподвижно, пытаясь осмыслить увиденное. Если то, что показал ей артефакт – правда, то через несколько лет в этом регионе произойдет экологическая катастрофа. Но как артефакт мог "знать" будущее?

Если только… Нет, эта мысль была слишком абсурдной даже для рассмотрения. И все же…

Что если артефакт не древний? Что если он из будущего?

Елена покачала головой, отгоняя безумную идею. Нужно мыслить рационально. Есть множество более правдоподобных объяснений. Возможно, это какая-то современная экспериментальная технология, замаскированная под археологическую находку. Может быть, это чья-то изощренная мистификация или секретная военная разработка.

Она аккуратно положила пирамиду обратно в контейнер и закрыла крышку. Нужно как можно скорее вернуться в Москву и провести полноценное исследование в лабораторных условиях. А пока… пока лучше никому не рассказывать об увиденном. Даже Андрею.

Елена глубоко вздохнула и начала собираться. Через час команда должна была начать подготовку к отъезду. А у нее было странное, неприятное ощущение, что за ними уже наблюдают.

Глава 2: Первые загадки

Московская лаборатория археологического факультета университета встретила Елену привычной тишиной. Было раннее утро, и коридоры здания пустовали. Именно этого она и добивалась – возможности поработать с находкой без лишних свидетелей.

Елена осторожно установила контейнер с пирамидой на специальный стол и открыла крышку. В полутемном помещении слабое свечение артефакта казалось особенно завораживающим.

Она включила компьютер и подключила к нему высокоточный спектрометр. Первым делом нужно было определить химический состав материала.

Дверь лаборатории открылась, и Елена вздрогнула от неожиданности.

– Только не говори, что ты здесь с пяти утра, – произнес знакомый голос.

Это был профессор Валентин Карпов, заведующий кафедрой археологии и ее научный руководитель со времен аспирантуры.

– Валентин Сергеевич, – она улыбнулась. – Не ожидала вас увидеть так рано.

– Когда мне сказали, что ты привезла какую-то сенсационную находку и потребовала полного доступа к лаборатории, я понял, что ты будешь здесь еще до рассвета, – он подошел ближе. – Так что же это такое, что заставило мою самую скептичную ученицу так взволноваться?

Елена колебалась. Профессор был одним из немногих людей, которым она полностью доверяла. Но даже ему она не была готова раскрыть все детали находки.

– Это… сложно объяснить, – наконец произнесла она. – Мы обнаружили объект, который не вписывается ни в одну известную историческую классификацию.

Она жестом указала на пирамиду. Профессор наклонился, рассматривая артефакт через свои очки в тонкой оправе.

– Необычный металл, – пробормотал он. – И эти символы… не похожи ни на одну известную письменность.

– Это еще не все, – Елена включила электронный микроскоп. – Посмотрите на структуру материала.

На экране появилось увеличенное изображение поверхности пирамиды. При пятисоткратном увеличении стала видна странная кристаллическая структура – регулярные шестиугольные ячейки, соединенные тончайшими нитями.

– Поразительно, – выдохнул профессор. – Это какой-то композитный материал? Никогда не видел ничего подобного.

– И не увидите, – Елена повернулась к нему. – Потому что такого материала не существует. По крайней мере, официально. Я проверила все доступные базы данных.

Она показала ему результаты предварительного анализа. Профессор внимательно изучил данные, его брови поднимались все выше и выше.

– Это невозможно, – наконец произнес он. – Этот материал не может существовать при нормальных условиях. Атомная структура… она нестабильна.

– И тем не менее, вот он – вполне стабильный и материальный, – Елена постучала пальцем по столу. – Но есть кое-что еще странное. Смотрите.

Она взяла небольшой фонарик и направила луч на пирамиду под определенным углом. Символы на поверхности начали светиться, меняя форму.

– Реагирует на свет? – удивленно спросил профессор.

– Не только. На тепло, на прикосновения, возможно, даже на звук. Это интерактивный объект, Валентин Сергеевич. И мне кажется… – она запнулась, – …мне кажется, что это не древний артефакт.

– А что же это тогда?

Елена глубоко вздохнула. – Я не знаю. Но я намерена выяснить. И мне понадобится ваша помощь – и полная конфиденциальность.

Профессор задумчиво посмотрел на пирамиду, затем на Елену. – Ты же понимаешь, что университет потребует официальный отчет о находке?

– Конечно, – кивнула она. – Но пока я прошу дать мне время для предварительного исследования. Скажите, что я еще обрабатываю данные.

Он помедлил, затем кивнул. – Хорошо. Неделю. Большего я тебе гарантировать не могу.

– Спасибо, – с облегчением произнесла Елена. – И еще одна просьба. Мне нужно связаться с Михаилом Левиным.

– Лингвистом? – удивился профессор. – Думаешь, он сможет расшифровать эти символы?

– Если кто-то и сможет, то только он, – уверенно ответила Елена. – У Михаила уникальный подход к неизвестным письменностям.

Профессор кивнул. – Я свяжусь с ним сегодня же. А пока… – он еще раз взглянул на пирамиду, – …будь осторожна, Елена. Некоторые открытия могут быть опаснее, чем кажутся на первый взгляд.

С этими словами он вышел, оставив Елену наедине с загадочным артефактом.

Три дня спустя лаборатория превратилась в настоящий командный центр. Столы были заставлены оборудованием, стены увешаны распечатками данных и фотографиями. Елена работала практически без перерывов, останавливаясь лишь на короткий сон прямо на кушетке в углу помещения.

Капсулу, в которой была найдена пирамида, разместили в специальном хранилище под усиленной охраной. Елена настояла на этом, не желая рисковать второй находкой.

Дверь лаборатории открылась, и вошел высокий мужчина с копной вьющихся черных волос и очками в толстой оправе. Михаил Левин – один из самых талантливых лингвистов страны, специализирующийся на древних и вымерших языках.

– Лена! – он радостно раскинул руки. – Сколько лет, сколько зим!

– Миша, – она улыбнулась, обнимая старого друга. – Спасибо, что приехал так быстро.

– Как я мог отказаться, когда сам Карпов звонит и говорит, что его лучшая ученица нашла нечто, способное "перевернуть наше понимание древних цивилизаций"? – он подмигнул. – Хотя, признаться, я думал, что ты давно отказалась от полевой работы ради теоретических исследований.

– Иногда поле само находит тебя, – Елена жестом указала на стол с пирамидой. – Вот то, о чем я говорила.

Михаил подошел к столу и замер, рассматривая артефакт. – Ничего себе, – пробормотал он. – Откуда это?

– Восточная Сибирь. Глубина залегания – около двух метров. Предположительный возраст… – она запнулась, – …неопределенный.

Михаил поправил очки и наклонился, чтобы лучше рассмотреть символы на поверхности пирамиды. – Никогда не видел такой письменности, – признался он. – Но есть что-то… знакомое в структуре. Как если бы я смотрел на очень продвинутую версию логографического письма.

– Можешь расшифровать?

– Не знаю, – честно ответил он. – Но я попробую. Мне понадобятся детальные фотографии каждого символа и, если возможно, записи их последовательностей в разных состояниях.

Елена кивнула. – У меня есть все это. Я документировала каждое изменение артефакта с момента находки.

Она включила компьютер и показала Михаилу подготовленные материалы – сотни фотографий, видеозаписи свечения символов, графики их изменений.

– Впечатляет, – Михаил присвистнул. – Но мне понадобится время. Разработка алгоритма для анализа такой сложной системы символов может занять недели, если не месяцы.

– У нас нет столько времени, – Елена покачала головой. – Университет ждет официального отчета через четыре дня. А как только информация о находке станет публичной…

– Понимаю, – Михаил задумчиво почесал подбородок. – Тогда попробуем пойти другим путем. Вместо полной расшифровки сосредоточимся на ключевых паттернах. Если это действительно язык, а не просто декоративные элементы, должны быть повторяющиеся структуры, аналогичные словам или фразам.

Елена облегченно вздохнула. – Спасибо, Миша. Я знала, что могу на тебя рассчитывать.

Он улыбнулся и закатал рукава. – Давай приступим. Покажи мне все, что у тебя есть.

Следующие несколько часов они провели, систематизируя данные и настраивая программное обеспечение для анализа символов. Михаил быстро вошел в рабочий ритм, его пальцы летали по клавиатуре, а глаза неотрывно следили за меняющимися изображениями на экране.

К вечеру лаборатория напоминала рабочее место одержимого детектива – всюду были развешаны распечатки с символами, соединенные разноцветными нитями, обозначающими возможные связи.

– Есть прогресс? – спросила Елена, ставя перед Михаилом чашку крепкого кофе.

– Возможно, – он потер уставшие глаза. – Смотри.

Он указал на экран, где был выделен один повторяющийся паттерн символов. – Этот набор появляется в разных контекстах, но всегда с небольшими вариациями. Похоже на корневое слово с изменяющимися суффиксами или префиксами.

– И что оно может означать?

– Пока не уверен, но контекстуальный анализ предполагает, что это что-то связанное со временем или последовательностью событий. Видишь, как этот элемент, – он указал на один из символов, – всегда появляется рядом с изменяющимися формами?

Елена внимательно посмотрела на выделенный участок. – Как будто отсчет? Или даты?

– Возможно, – кивнул Михаил. – Но это лишь предположение. Нам нужно больше данных.

Он взял пирамиду и осторожно повернул ее другой гранью к свету. Символы тут же отреагировали, засветившись и начав медленно меняться.

– Невероятно, – прошептал он. – Похоже на интерактивный интерфейс. Словно пирамида пытается коммуницировать, адаптируя свой "язык" к нашему восприятию.

Елена нахмурилась. – Ты говоришь так, будто это какое-то устройство, а не археологический артефакт.

– А ты не допускаешь такой возможности? – Михаил посмотрел на нее поверх очков. – Вспомни закон Кларка: "Любая достаточно продвинутая технология неотличима от магии". Может быть, мы имеем дело с технологией настолько продвинутой, что не можем распознать ее как таковую.

Елена молчала, обдумывая его слова. Внутренне она уже пришла к похожему выводу, но боялась озвучить эту мысль даже самой себе. Пирамида действительно больше походила на высокотехнологичное устройство, чем на древний артефакт. Но кто мог создать такую технологию? И когда?

– Предположим, ты прав, – наконец сказала она. – Что нам это дает?

– Если это устройство, – медленно произнес Михаил, – то оно должно иметь функцию. Цель. И, возможно, инструкцию по применению.

Он вновь посмотрел на экран компьютера. – Я думаю, что эти повторяющиеся паттерны – не просто слова. Это команды. Активационные последовательности.

– Как кнопки на пульте управления? – уточнила Елена.

– Именно, – Михаил возбужденно кивнул. – И если мы сможем понять, какая последовательность за что отвечает…

Он не договорил. Внезапно все символы на пирамиде одновременно засветились ярким голубым светом. Артефакт поднялся над столом и завис в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей оси.

– Что происходит? – воскликнул Михаил, отступая на шаг.

Елена застыла, пораженная зрелищем. Воздух вокруг пирамиды начал мерцать, словно подернутый тепловой дрожью. Затем, как и в тот раз в палатке, развернулась голограмма – но теперь гораздо более детальная и масштабная.

В воздухе появилась трехмерная проекция Земли, на которой были отмечены несколько точек яркими пульсирующими маркерами. Один из них находился именно там, где они обнаружили артефакт. Другие были разбросаны по всему миру – в Исландии, Австралии, Перу и где-то в Центральной Африке.

Затем изображение сменилось. Теперь это была последовательность сцен, напоминающих новостные репортажи – экологические катастрофы, техногенные аварии, массовые беспорядки. Каждая сцена сопровождалась датой – и все они относились к ближайшим трем-пяти годам.

– Боже мой, – прошептала Елена. – Ты видишь это?

Михаил кивнул, не в силах произнести ни слова. Его лицо побледнело.

Последним появилось изображение странного комплекса зданий с тем самым логотипом, который Елена уже видела раньше – стилизованная буква "Т" с горизонтальной линией в форме песочных часов.

Голограмма задержалась на этом изображении несколько секунд, а затем исчезла. Пирамида мягко опустилась обратно на стол и потускнела, словно исчерпав запас энергии.

Долгое время в лаборатории царила тишина. Наконец Михаил нарушил молчание: – Что, черт возьми, это было?

Елена медленно подошла к столу и осторожно коснулась пирамиды. Теперь та казалась обычным предметом – холодным и инертным.

– Я видела это раньше, – тихо призналась она. – Не так подробно, но… похожие изображения. Я думала, что это какая-то галлюцинация от переутомления.

– Это было слишком реально для галлюцинации, – Михаил покачал головой. – И слишком… конкретно. Эти даты, локации… Елена, это выглядело как…

– Как предупреждение, – закончила она за него. – Или прогноз. Показ событий, которые еще не произошли.

– Но это невозможно, – Михаил нервно рассмеялся. – Ничто не может предсказывать будущее с такой точностью.

– Если только оно не из будущего, – тихо произнесла Елена.

Михаил уставился на нее. – Ты шутишь? Путешествия во времени? Это научная фантастика!

– А что, если нет? – Елена указала на пирамиду. – Посмотри на факты, Миша. Материал, не существующий в природе. Технология, превосходящая все, что мы имеем сейчас. Информация о событиях, которые еще не произошли. Какое самое логичное объяснение?

– Логичное? – он покачал головой. – В том-то и дело, что логичного объяснения здесь нет. Это все… безумие какое-то.

Елена подошла к компьютеру и открыла папку с результатами анализа. – Смотри, – она указала на график, – датировка радиоуглеродным методом. Она показывает отрицательный возраст образца. Как если бы он еще не был создан.

– Должна быть ошибка в калибровке, – возразил Михаил.

– Я трижды перепроверяла, – Елена покачала головой. – Никакой ошибки. И это не единственная странность. Спектрометрия показывает элементы в конфигурациях, которые считаются теоретически возможными, но технологически недостижимыми на нашем уровне развития.

Она повернулась к нему. – Что если кто-то из будущего пытается нам что-то сказать? Предупредить о чем-то?

Михаил выглядел потрясенным. Он снял очки и устало протер глаза. – Даже если ты права… что мы должны делать с этой информацией? Предотвратить катастрофы, которые показала голограмма? Как?

– Для начала нам нужно понять, что это за корпорация с логотипом в виде буквы "Т", – решительно сказала Елена. – Она явно связана с этими событиями.

Она открыла браузер и начала поиск по описанию логотипа. Через несколько минут они нашли совпадение.

– "ТехноХронос", – прочитала Елена. – Международная корпорация, специализирующаяся на передовых технологиях в области энергетики и материаловедения. Основана пять лет назад, штаб-квартира в Дубае.

– Никогда о такой не слышал, – пробормотал Михаил.

– Я тоже, – Елена пролистала страницу дальше. – Но судя по всему, это быстрорастущая компания. Множество патентов, крупные инвестиции в исследования… О, смотри. Один из их главных проектов – разработка нового типа энергетического реактора, использующего… – она замолчала, вчитываясь в текст.

– Что? – нетерпеливо спросил Михаил.

– "Экзотические материалы с уникальными квантовыми свойствами", – медленно процитировала Елена. – И первый экспериментальный образец планируют запустить в 2033 году. Именно тогда, когда голограмма показала первую катастрофу.

Они переглянулись. Совпадение было слишком явным, чтобы его игнорировать.

– Нам нужно узнать больше об этой компании, – решительно сказала Елена. – И о том, что они на самом деле разрабатывают.

– И как ты предлагаешь это сделать? – скептически спросил Михаил. – Вряд ли они пригласят археолога на экскурсию по своим секретным лабораториям.

Елена задумчиво посмотрела на пирамиду. – Возможно, у нас есть то, что заинтересует их достаточно, чтобы они сами пришли к нам.

– Ты хочешь использовать артефакт как приманку? – Михаил покачал головой. – Слишком рискованно.

– У тебя есть идея получше? – Елена пожала плечами.

Михаил не успел ответить. Дверь лаборатории внезапно открылась, и вошла женщина в строгом деловом костюме. Её короткие светлые волосы были идеально уложены, а на лице сияла профессиональная улыбка.

– Доктор Соколова? – она протянула руку. – Меня зовут Ирина Орлова, я представляю корпорацию "ТехноХронос". Мы узнали о вашей… интересной находке и хотели бы обсудить возможное сотрудничество.

Елена и Михаил обменялись встревоженными взглядами. Они только что говорили об этой компании, и вот её представитель уже здесь. Совпадение? Или их уже давно прослушивали?

– Как вы узнали о нашей находке? – осторожно спросила Елена, пожимая протянутую руку. – Мы еще не публиковали никаких результатов.

Ирина улыбнулась еще шире. – У нас есть свои источники в научном сообществе. "ТехноХронос" всегда интересуется перспективными исследованиями. А ваше… – она выразительно посмотрела на пирамиду, – …особенно привлекло наше внимание.

– И чем же конкретно заинтересовала вас наша находка? – спросил Михаил, становясь между женщиной и столом с артефактом.

– Наша компания специализируется на инновационных материалах, – ответила Ирина, не теряя улыбки. – А судя по предварительным данным, ваш артефакт состоит из весьма необычного сплава. Мы хотели бы провести совместное исследование. С полным финансированием, разумеется.

Елена почувствовала холодок, пробежавший по спине. Это было слишком похоже на сценарий из голограммы.

– Очень заманчивое предложение, – дипломатично ответила она. – Но на данном этапе мы еще не готовы к сотрудничеству с внешними организациями. Университет имеет определенные протоколы для таких находок.

Улыбка Ирины стала чуть менее яркой. – Уверена, мы могли бы найти способ ускорить эти… протоколы. Наш генеральный директор, господин Ковальский, очень заинтересован в личной встрече с вами.

"Ковальский", – пронеслось в голове у Елены. Это имя было знакомо, хотя она не могла вспомнить, где его слышала.

– Передайте господину Ковальскому, что я свяжусь с ним, как только закончу предварительные исследования, – твердо сказала Елена.

– Конечно, – Ирина достала визитную карточку и положила её на край стола. – Вот мои контакты. Мы будем ждать вашего звонка. Очень… нетерпеливо.

С этими словами она повернулась и вышла из лаборатории, оставив после себя легкий аромат дорогого парфюма и ощущение смутной угрозы.

– Они следили за нами, – тихо сказал Михаил, когда дверь закрылась. – Это единственное объяснение. Они знали о находке с самого начала.

Елена подошла к столу и взяла визитку. На глянцевой поверхности был изображен тот самый логотип – стилизованная буква "Т" с горизонтальной линией в форме песочных часов.

– Теперь я уверена, что пирамида действительно пытается нам что-то сказать, – медленно произнесла она. – И это как-то связано с "ТехноХронос" и тем, что они разрабатывают.

Она повернулась к Михаилу. – Нам нужно ускорить расшифровку. И, возможно, найти другие артефакты. Голограмма показала несколько локаций – может быть, там есть похожие объекты?

– Это будет сложно, – покачал головой Михаил. – Организовать экспедиции в другие страны, получить разрешения на раскопки… На это уйдут месяцы, если не годы.

– У нас нет столько времени, – решительно сказала Елена. – Если голограмма права, первая катастрофа произойдет уже через три года. Нам нужно действовать быстрее.

Она задумчиво посмотрела на пирамиду. – И, кажется, я знаю, как мы можем получить больше информации.

Глава 3: Послание из прошлого… или будущего?

– Значит, они следят за нами, – Михаил нервно барабанил пальцами по столу. – Как думаешь, сколько они знают?

Елена тщательно осмотрела лабораторию на предмет жучков, но ничего не нашла. – Не знаю. Но факт в том, что "ТехноХронос" проявил интерес к нашей находке слишком быстро. И этот Ковальский…

– Что с ним?

– Имя кажется знакомым, – Елена потерла виски. – Не могу вспомнить, где я его слышала.

Она подошла к компьютеру и быстро загуглила "Александр Ковальский ТехноХронос". На экране появилось фото уверенного мужчины лет пятидесяти с проницательными темными глазами и идеально подстриженной бородой.

– Вот он, – Елена вчитывалась в биографию. – Бывший физик, работал в ЦЕРН, затем основал "ТехноХронос" шесть лет назад. Компания специализируется на "инновационных энергетических решениях" и "прорывных материалах". Довольно расплывчато.

– Классическая формулировка для тех, кто не хочет раскрывать, чем реально занимается, – заметил Михаил.

Елена вздохнула и повернулась к пирамиде. – Давай вернемся к расшифровке. Я хочу понять, что эта штука пытается нам сказать, до того как мы решим, что делать с предложением "ТехноХроноса".

Михаил кивнул и вернулся к компьютеру. – Я установил программу для анализа символов. Если мы сможем идентифицировать ключевые паттерны и их взаимосвязи…

Он не закончил фразу, потому что пирамида внезапно засветилась. Символы на ее поверхности начали меняться, перетекая один в другой.

– Она снова активировалась, – прошептала Елена, медленно подходя к артефакту.

– Не трогай ее, – предупредил Михаил.

Но Елена уже протянула руку. Ее пальцы легко коснулись поверхности, и в тот же момент пирамида взлетела, зависнув в воздухе. Вокруг нее развернулась голограмма – но не полноценная трехмерная проекция, как раньше, а серия символов, похожая на текст, который непрерывно менялся.

– Это похоже на… интерфейс, – пробормотал Михаил. – Будто она пытается найти подходящий способ коммуникации.

Символы продолжали меняться, пока наконец не стабилизировались. Теперь они выглядели более структурированными – ряды знаков, организованные в то, что напоминало абзацы.

– Невероятно, – Михаил быстро делал снимки экрана, записывая каждую перемену. – Это однозначно коммуникация.

– Но что она говорит? – Елена не отрывала взгляд от меняющихся символов.

Михаил хмурился, анализируя последовательности. – Если мои предположения верны… – он быстро печатал на ноутбуке, сверяясь с программой анализа. – Это что-то вроде… инструкции? Или сообщения.

– Можешь расшифровать? – Елена затаила дыхание.

– Не полностью, но некоторые паттерны начинают обретать смысл, – Михаил указал на экран. – Смотри, этот символ постоянно повторяется в начале каждого "абзаца". Возможно, это указатель или маркер.

Он напряженно работал, переводя взгляд с голограммы на экран компьютера и обратно. – Подожди-ка… – внезапно произнес он. – Я понял. Они не статичны. Они реагируют на нас!

– Что?

– Когда я делаю определенное движение или издаю звук, некоторые символы меняются. Это интерактивный интерфейс, который пытается настроиться на пользователя.

Елена потрясенно смотрела, как Михаил поднял руку, и часть символов действительно изменилась.

– Попробуй что-нибудь спросить, – предложил он.

– У него? У артефакта? – Елена выглядела скептичной.

– Да, любой вопрос. Посмотрим, как оно отреагирует.

Елена глубоко вздохнула. – Что ты такое? – четко спросила она, глядя на парящую пирамиду.

Символы мгновенно перестроились, образуя новую последовательность. Одновременно пирамида начала испускать тихий гудящий звук.

– Оно отвечает! – воскликнул Михаил. – Дай мне минуту…

Он лихорадочно работал с программой, пытаясь расшифровать новый набор символов. Спустя несколько минут он откинулся на спинку стула.

– Это невероятно сложно, но я начинаю улавливать закономерности. Если я правильно понимаю, оно сказало… – он сверился с экраном, – что-то вроде "хранитель сообщения" или "посланник".

– Посланник? От кого?

Елена задала этот вопрос пирамиде, и символы снова изменились.

Михаил изучал новую последовательность. – Это сложнее… что-то о "тех, кто видел" и "будущее время". Синтаксис очень непривычный.

– Спроси его прямо, – предложила Елена. – Ты из будущего?

Михаил перевел вопрос, используя те символы, которые уже идентифицировал, и голограмма мгновенно ответила новой последовательностью.

– Боже мой, – прошептал Михаил, глядя на результаты анализа. – Оно ответило утвердительно. По крайней мере, так интерпретирует программа.

Елена почувствовала, как по спине пробежал холодок. – Спроси, зачем оно здесь.

Михаил ввел вопрос, и пирамида снова изменила символы. На этот раз последовательность была длиннее и сложнее.

– Это займет время, – сказал Михаил, запуская расширенный анализ. – Но предварительно… что-то о "предотвращении", "катастрофе" и "изменении последовательности".

Программа обрабатывала данные несколько минут, пока наконец не выдала более полный перевод.

– "Предотвратить катастрофу, изменить последовательность событий, остановить проект", – прочитал Михаил. – И еще что-то о "точке невозврата" и "2033 годе".

– Точка невозврата в 2033 году? – Елена нахмурилась. – Именно тогда голограмма показала первую катастрофу. И именно тогда "ТехноХронос" планирует запустить свой экспериментальный реактор.

– Слишком много совпадений, – пробормотал Михаил.

Елена смотрела на парящую пирамиду, осознавая невероятность ситуации. – Если это правда… если этот артефакт действительно отправлен из будущего, чтобы предотвратить какую-то катастрофу, связанную с "ТехноХроносом"…

– Это звучит безумно, – покачал головой Михаил. – Но факты… они складываются в слишком стройную картину.

Он задал пирамиде еще один вопрос: – Кто отправил тебя?

Новая последовательность символов появилась в воздухе, и программа начала анализ.

– "Выжившие", – наконец перевел Михаил. – "Последние выжившие после… цепной реакции"? Это очень приблизительный перевод.

– Цепная реакция, – повторила Елена. – Как при ядерном взрыве? Или это метафора?

– Неясно. Синтаксис очень сложный, а наш перевод несовершенен.

Елена подошла ближе к голограмме. – Спроси его, есть ли другие артефакты.

Михаил перевел вопрос, и пирамида ответила новой последовательностью.

– "Пять посланников, пять локаций, пять ключей", – перевел Михаил. – И координаты… те же самые точки, что показывала голограмма!

– Сибирь, Исландия, Австралия, Перу и Центральная Африка, – вспомнила Елена. – В каждом месте спрятан такой же артефакт?

– Похоже на то. И все вместе они составляют какое-то сообщение или инструкцию.

Елена начала ходить по комнате, пытаясь осмыслить полученную информацию. – Итак, если я правильно понимаю, кто-то из будущего отправил пять артефактов в прошлое – в наше время – чтобы предотвратить катастрофу, связанную с проектом "ТехноХроноса". Катастрофу, которая, судя по всему, имеет глобальные последствия.

– И первый эпизод этой катастрофы должен произойти в 2033 году, – добавил Михаил. – Совпадающем с запуском их экспериментального реактора.

– Именно. И теперь "ТехноХронос" заинтересован в нашей находке, – Елена остановилась. – Что если они уже нашли другие артефакты? Что если именно поэтому они так быстро узнали о нашем?

– Возможно, – кивнул Михаил. – Но если артефакт отправлен, чтобы предотвратить их проект, почему бы им просто не… ну знаешь, не уничтожить его?

– Хороший вопрос, – Елена подошла к пирамиде. – Спроси его, почему они не могут уничтожить артефакты.

После перевода вопроса и появления ответа Михаил озадаченно изучал символы. – Что-то о "квантовой связи" и "темпоральной стабильности". И… "только все вместе"? Я не уверен, но похоже, отдельные артефакты невозможно уничтожить или они как-то связаны между собой.

– Это объясняет, почему "ТехноХронос" так хочет заполучить наш, – сказала Елена. – Возможно, все пять артефактов должны быть собраны вместе для активации какого-то механизма.

– Или для полной передачи сообщения, – добавил Михаил.

Елена вдруг почувствовала странное головокружение. Ситуация казалась абсурдной – они общались с посланием из будущего, которое предупреждало о глобальной катастрофе. Это выходило за рамки всего ее научного мировоззрения.

– Миша, как думаешь, – тихо спросила она, – мы можем верить тому, что оно говорит? Что если это какая-то хитроумная мистификация?

– Честно? Не знаю, – Михаил потер глаза. – Но материал пирамиды, технология голограммы, сложность коммуникационного интерфейса… все это выходит за пределы наших текущих возможностей. Если это мистификация, то созданная кем-то с технологией, намного опережающей нашу.

– Что почти так же невероятно, как послание из будущего, – закончила Елена.

В этот момент в дверь лаборатории постучали. Пирамида мгновенно прекратила проецировать голограмму и мягко опустилась на стол, став неотличимой от обычного металлического предмета.

Елена быстро накрыла ее тканью и кивнула Михаилу. Тот закрыл программу и пошел открывать дверь.

На пороге стоял профессор Карпов. Его обычно спокойное лицо выражало тревогу. – Елена, у нас проблемы, – сказал он без предисловий, входя и закрывая за собой дверь. – Ко мне только что приходили люди из "ТехноХроноса" и какой-то правительственной структуры. Они требуют передать им артефакт для "изучения в интересах национальной безопасности".

– Что? – воскликнула Елена. – Они не могут просто прийти и забрать нашу находку!

– Технически могут, – мрачно сказал профессор. – У них есть соответствующие документы. Я оттянул время, но завтра утром они вернутся с официальным предписанием.

– Но это незаконно! – возмутился Михаил. – Артефакт принадлежит университету!

– Боюсь, что в данном случае законность – растяжимое понятие, – вздохнул профессор. – Они намекнули, что речь идет о технологии двойного назначения с потенциальной угрозой безопасности.

Елена и Михаил обменялись взглядами.

– Валентин Сергеевич, – медленно сказала Елена, – мы кое-что выяснили об артефакте. И это… сложно объяснить.

Она сделала глубокий вдох и начала рассказывать профессору обо всем – о голограммах, о послании из будущего, о предупреждении катастрофы, связанной с "ТехноХроносом". По мере ее рассказа лицо профессора становилось все более недоверчивым.

– Елена, – наконец сказал он, – ты понимаешь, как это звучит?

– Понимаю, – кивнула она. – Я бы сама не поверила, если бы не видела все собственными глазами.

– Мы можем показать вам, – предложил Михаил. – Пирамида интерактивна. Она отвечает на вопросы.

Профессор покачал головой. – Даже если все, что вы говорите – правда, это только подтверждает, что артефакт потенциально опасен. И если о нем узнают военные или корпорации…

– Уже узнали, – перебила Елена. – "ТехноХронос" каким-то образом отслеживал нашу экспедицию с самого начала.

– Тем более, – профессор выглядел обеспокоенным. – Вы ввязались в нечто гораздо более серьезное, чем обычное археологическое открытие.

– И что нам делать? – спросил Михаил. – Просто отдать артефакт тем, кого он предупреждает как виновников будущей катастрофы?

Профессор долго молчал, явно обдумывая ситуацию. – У вас есть до завтрашнего утра, – наконец сказал он. – Что бы вы ни решили делать, делайте быстро. Я могу обеспечить вам несколько часов форы, прежде чем они поймут, что происходит.

Елена удивленно посмотрела на него. – Вы предлагаете нам… украсть артефакт?

– Я ничего не предлагаю, – покачал головой профессор. – Я просто говорю, что если вы верите в то, что рассказали мне, возможно, некоторые правила стоит нарушить. В конце концов, речь идет о потенциальном будущем человечества.

С этими словами он направился к двери. – И Елена, – обернулся он, – будь осторожна. Чем бы ни был этот артефакт, он явно привлек внимание очень могущественных людей.

Когда дверь за профессором закрылась, Елена и Михаил переглянулись. – Что будем делать? – спросил Михаил.

Елена подошла к пирамиде и сняла ткань. Артефакт лежал неподвижно, ничем не выдавая своей необычной природы.

– Мы должны узнать больше, – решительно сказала она. – Задать правильные вопросы. И, возможно, найти остальные артефакты, прежде чем это сделает "ТехноХронос".

– Ты хочешь начать гонку за инопланетными технологиями против международной корпорации и правительственных структур? – скептически спросил Михаил.

– Не инопланетными, а из будущего, – поправила Елена. – И да, если это необходимо для предотвращения глобальной катастрофы.

Она активировала пирамиду, и та снова взлетела, проецируя голограмму. – Спроси у нее, как нам найти другие артефакты.

Михаил перевел вопрос, и пирамида ответила серией сложных символов.

– Здесь координаты, – сказал он после анализа. – Точные координаты всех пяти локаций. И еще что-то… "следуй за светом"?

– "Следуй за светом"? – повторила Елена. – Что это значит?

– Не знаю. Может быть, подсказка, как найти артефакты на месте?

Елена задумалась. – Ближайшая локация – Исландия. Мы могли бы начать с нее.

– Ты серьезно собираешься лететь в Исландию? – Михаил выглядел обеспокоенным. – А как же университет? Твоя работа?

– А как же будущее человечества? – парировала Елена. – Если то, что показал артефакт – правда, у нас может не быть выбора.

Михаил долго смотрел на нее, затем кивнул. – Ладно. Я с тобой. Но как мы вывезем пирамиду из лаборатории? За нами наверняка следят.

Елена улыбнулась. – У меня есть идея. Но нам понадобится помощь профессора.

Поздней ночью, когда университетский кампус практически опустел, небольшой грузовик въехал на служебную парковку. Из кабины вышел человек в форме курьера и направился к задней двери лаборатории, где его ждал профессор Карпов.

– Все готово? – спросил курьер, и профессор кивнул.

– Груз упакован и ждет. Но помни, Елена, у вас мало времени. К утру они поймут, что происходит.

Елена сняла кепку курьера, освобождая темные волосы, собранные в тугой пучок. – Спасибо, Валентин Сергеевич. Я знаю, чем вы рискуете.

– Просто будь осторожна, – он крепко сжал ее плечо. – И держи меня в курсе.

Через несколько минут Елена вынесла небольшой ящик и загрузила его в машину. Внутри, надежно упакованная в специальный контейнер, лежала пирамида.

– Михаил ждет в аэропорту, – сказал профессор. – Билеты забронированы на вымышленные имена. Документы найдешь в бардачке.

– А как же капсула? – спросила Елена. – Она все еще в хранилище.

– О ней не беспокойся. Я распорядился перевезти ее в более надежное место. Сейчас важнее, чтобы вы с пирамидой оказались подальше отсюда.

Елена кивнула, еще раз поблагодарила профессора и села за руль. Через минуту грузовик выехал с территории университета и влился в ночной поток машин.

Елена ехала осторожно, стараясь не привлекать внимания. Она чувствовала, как адреналин пульсирует в венах. Еще неделю назад она была уважаемым археологом, ведущим размеренную академическую жизнь. Теперь она стала беглянкой, похитившей артефакт и преследуемой могущественной корпорацией.

Внезапно в зеркале заднего вида мелькнули фары машины, слишком быстро нагоняющей грузовик. Елена напряглась, сжимая руль. Черный внедорожник без опознавательных знаков приблизился почти вплотную.

– Черт, – пробормотала она. – Так быстро?

Она прибавила скорость, пытаясь оторваться, но внедорожник не отставал. Затем он резко вырулил на соседнюю полосу и поравнялся с грузовиком. В тонированных стеклах Елена не могла разглядеть водителя.

Внезапно внедорожник начал смещаться в сторону грузовика, явно пытаясь прижать его к обочине. Елена крутанула руль, уходя от столкновения, но маневр привел к заносу на мокром от недавнего дождя асфальте.

Грузовик занесло, и на долю секунды Елена потеряла контроль над машиной. Этого хватило, чтобы внедорожник прижал грузовик к разделительному ограждению. Раздался скрежет металла, посыпались искры.

Елена отчаянно пыталась выровнять машину, но грузовик уже вращался, скользя по мокрому асфальту. В последний момент она увидела, как внедорожник резко тормозит, а затем наступила темнота.

Глава 4: Подтверждение

Елена открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света. Голова раскалывалась, во рту пересохло. Она попыталась пошевелиться и поняла, что лежит на кровати в незнакомой комнате.

– Наконец-то очнулась, – раздался мужской голос.

Елена с трудом повернула голову и увидела сидящего рядом Михаила. – Где я? Что случилось? – хрипло спросила она.

– В моей квартире, – ответил Михаил, подавая ей стакан воды. – Тебя нашел профессор. После аварии он выследил сигнал твоего телефона и забрал тебя до приезда полиции и людей "ТехноХроноса".

Елена жадно выпила воду. – А пирамида?

– Здесь, – Михаил кивнул в сторону стола, где стоял контейнер. – Уцелела, хоть ты и перевернулась несколько раз.

Елена попыталась сесть, и тупая боль пронзила ребра. – Кажется, пара ребер треснула, – сказала она, морщась. – А грузовик?

– Полностью разбит. Но главное – ты жива. Это было серьезное преследование.

– "ТехноХронос"? – спросила Елена.

– Скорее всего, – кивнул Михаил. – Хотя на машине не было опознавательных знаков. Но кто еще мог знать о нашем плане?

Елена осторожно села на кровати, преодолевая боль. – Как давно это случилось?

– Вчера ночью. Ты проспала почти 18 часов.

– 18 часов?! – она попыталась вскочить, но боль заставила ее остановиться. – Нам нужно двигаться. Они наверняка уже ищут нас здесь.

– Не беспокойся, – Михаил успокаивающе поднял руку. – Эта квартира записана на моего кузена, который уже пять лет живет в Канаде. Я использую ее, когда нужно уединиться для работы. О ней никто не знает.

Елена немного расслабилась. – А что с нашим планом? С билетами в Исландию?

– Придется отложить. Ты не в том состоянии, чтобы лететь. К тому же, нас наверняка ищут в аэропортах. Нам нужно залечь на дно на пару дней и придумать новый план.

Елена кивнула, признавая его правоту. Затем, превозмогая боль, она встала и подошла к контейнеру с пирамидой.

– Нам нужно активировать ее снова, – сказала она. – Задать больше вопросов.

– Ты уверена, что сейчас подходящее время? – Михаил выглядел обеспокоенным. – Тебе нужно отдохнуть.

– У нас нет времени на отдых, – твердо сказала Елена, открывая контейнер. – "ТехноХронос" уже наступает нам на пятки. Нам нужно выяснить как можно больше, прежде чем двигаться дальше.

Она осторожно извлекла пирамиду. Та казалась инертной, но как только Елена коснулась ее поверхности, артефакт ожил – символы начали светиться, а затем он взлетел, зависнув в воздухе.

– Спроси его, кто пытался остановить нас прошлой ночью, – попросила Елена.

Михаил задал вопрос, используя уже знакомые символы, и пирамида ответила новой последовательностью.

– "Стражи проекта", – перевел Михаил после короткого анализа. – "Защитники цепной реакции". Я думаю, это относится к людям "ТехноХроноса".

– Значит, они действительно пытаются защитить свой проект, – задумчиво сказала Елена. – Но знают ли они, что он приведет к катастрофе? Спроси об этом.

Новый вопрос, новый ответ.

– Сложная конструкция, – нахмурился Михаил, анализируя символы. – Что-то о "неполном понимании" и "неизвестных последствиях". Похоже, они знают не все.

– То есть, они не намеренно пытаются уничтожить мир? – уточнила Елена. – Это просто эксперимент, который выйдет из-под контроля?

– Согласно этому, да, – кивнул Михаил, изучая перевод. – "Слепота перед последствиями" и "гордыня знания" – вот как это примерно переводится.

Елена кивнула, обдумывая информацию. – Спроси, что конкретно вызовет катастрофу. Какой именно технологический аспект.

После нового обмена сообщениями Михаил долго изучал символы. – Это сложно… Много технических терминов, которые программа интерпретирует по-разному. Но если я правильно понимаю, речь идет о каком-то "квантовом резонансе" и "нестабильности пространственно-временного поля". Может быть, это метафоры?

– Не уверена, – Елена потерла висок. – Но звучит как что-то, связанное с фундаментальной физикой. "ТехноХронос" работает с передовыми энергетическими технологиями, так что это имеет смысл.

Она задала новый вопрос: – А что именно произойдет в 2033 году? Это начало катастрофы?

Пирамида ответила длинной последовательностью символов, которые Михаил анализировал несколько минут.

– Насколько я могу судить, это первый "разрыв", – наконец сказал он. – "Локальное нарушение" в каком-то сибирском исследовательском центре. Но это только начало. Дальше будут "каскадные эффекты", распространяющиеся по всему миру.

– Начнется в Сибири, – задумчиво повторила Елена. – Там, где мы нашли артефакт. Это не может быть совпадением.

– Согласен. Пирамида, должно быть, была спрятана именно там, чтобы кто-то нашел ее до того, как "ТехноХронос" построит там свой объект.

Елена встала и начала ходить по комнате, игнорируя боль в ребрах. – Если это правда… если все, что говорит артефакт – правда, у нас не так много вариантов. Мы должны либо найти другие артефакты и получить полное сообщение, либо напрямую остановить проект "ТехноХроноса".

– И как ты предлагаешь это сделать? – скептически спросил Михаил. – Это международная корпорация с огромными ресурсами. А мы – два ученых в бегах.

– Возможно, нам не нужно останавливать их самостоятельно, – медленно сказала Елена. – Достаточно будет предать информацию гласности. Если мировое сообщество узнает о потенциальной опасности…

– Кто поверит в предупреждение из будущего? – перебил Михаил. – Нас сочтут сумасшедшими.

– Тогда нам нужно доказательство. Неопровержимое доказательство того, что артефакт действительно предсказывает будущее.

Она подошла к пирамиде. – Можешь ли ты предсказать какое-то событие в ближайшем будущем? Что-то, что позволит проверить достоверность твоих прогнозов?

Пирамида отреагировала мгновенно – вместо символов развернулась полноценная голограмма, показывающая карту России с мигающей точкой в районе Баргузинского заповедника на берегу Байкала.

– Что это? – спросила Елена.

Дата на голограмме показывала 17 марта – послезавтра. Изображение приблизилось, демонстрируя небольшое озеро в горах. Внезапно поверхность озера начала бурлить, а вода приобрела ярко-красный оттенок. Вокруг озера деревья и растительность быстро увядали, будто пораженные неизвестной болезнью.

– Экологическая катастрофа? – прошептала Елена. – Через два дня?

– Точные координаты, – отметил Михаил, записывая данные с голограммы. – И очень конкретное время.

– Если это действительно произойдет… – Елена не закончила фразу. – Это будет доказательством.

Голограмма изменилась, показывая новую сцену – несколько вертолетов с логотипом "ТехноХронос", приземляющиеся возле красного озера, и людей в защитных костюмах, собирающих образцы.

– Они уже там, – сказала Елена. – Или будут там сразу после инцидента.

– Как будто они знают, что произойдет, – заметил Михаил.

– Или они сами это вызовут, – Елена нахмурилась. – Может быть, это какой-то тестовый эксперимент перед основным проектом?

Голограмма исчезла, и пирамида снова начала проецировать символы.

– Она говорит "первое доказательство" и "первый знак", – перевел Михаил. – Похоже, это действительно предупреждение о чем-то, что должно произойти через два дня.

Елена глубоко вздохнула. – Если это случится, если озеро действительно станет красным и все будет именно так, как показано… у нас будет доказательство, что артефакт действительно предсказывает будущее.

– И что мы будем с этим делать? – спросил Михаил.

– Запишем все на видео. Соберем данные. А затем обратимся в международные экологические организации, в СМИ, в ООН – куда угодно, где нас выслушают.

– А пока? – Михаил выглядел обеспокоенным. – Нам все еще нужно скрываться от "ТехноХроноса".

– Пока мы будем наблюдать, – решительно сказала Елена. – Нам нужно добраться до Байкала к послезавтрашнему дню. Своими глазами увидеть, произойдет ли то, что показал артефакт.

– Но как? – Михаил развел руками. – Ты ранена, за нами охотятся, а добраться до Байкала за два дня почти невозможно.

Елена на минуту задумалась, затем улыбнулась. – У меня есть один знакомый. Человек, которому я полностью доверяю и который имеет опыт… скажем так, нестандартных операций.

– И кто это?

– Игорь Волков. Бывший военный, сейчас работает в частной охранной компании. Мы познакомились во время экспедиции в Чечню три года назад, когда его группа обеспечивала нашу безопасность.

– И ты думаешь, он поможет нам добраться до Байкала, чтобы проверить предсказание артефакта из будущего? – скептически спросил Михаил.

– Он не будет задавать лишних вопросов, – уверенно сказала Елена. – И у него есть ресурсы. Дай мне телефон.

Следующим утром они уже были в небольшом частном самолете, летящем на восток. Игорь Волков, крепкий мужчина лет сорока с коротко стрижеными седеющими волосами и шрамом через левую бровь, сидел напротив них, чистя пистолет с деловитой небрежностью человека, для которого оружие – часть повседневной жизни.

– Значит, ты теперь в бегах, Лена? – он усмехнулся, защелкивая магазин. – Не ожидал такого от тебя.

– Поверь, я сама не ожидала, – Елена поморщилась от боли в ребрах при очередной турбулентности.

– И все из-за этой штуки? – Игорь кивнул на контейнер, стоящий между ними.

– Да. И, пожалуйста, не спрашивай, что это. Чем меньше ты знаешь, тем безопаснее для тебя.

Игорь пожал плечами. – Как скажешь. Мое дело – доставить вас на место и обеспечить безопасность. А за что ты бегаешь от "ТехноХроноса" – не мое дело.

– Откуда ты знаешь, что нас преследует "ТехноХронос"? – насторожился Михаил.

Игорь усмехнулся. – Мир безопасности тесен, друг. Вчера по всем каналам прошла ориентировка на двух ученых, предположительно похитивших "экспериментальное оборудование". Заказчик поиска не указан, но источник известен. Я работал с "ТехноХроносом" пару лет назад – обеспечивал безопасность одного из их исследовательских центров. Узнал почерк.

Елена напряглась. – Ты работал на них? Может, тогда не стоило…

– Эй, – Игорь поднял руку, – я работаю на того, кто платит. Сейчас платишь ты. И я никогда не предаю клиентов. Это плохо для бизнеса.

Он положил пистолет в кобуру и наклонился вперед. – Но должен предупредить – эти ребята не шутят. "ТехноХронос" имеет связи на самом верху. Правительственную поддержку. Если они так отчаянно хотят вернуть то, что у вас есть, они не остановятся ни перед чем.

– Мы знаем, – кивнула Елена. – Именно поэтому нам нужна твоя помощь.

– Что именно вы собираетесь делать на Байкале? – спросил Игорь. – Там сейчас не сезон для туристов.

– Нам нужно наблюдать за определенным озером в Баргузинском заповеднике, – объяснила Елена. – Завтра там может произойти что-то… необычное.

– И вы узнали об этом из…? – Игорь указал на контейнер.

– Я же просила не задавать вопросов, – напомнила Елена.

– Просто пытаюсь оценить ситуацию, – пожал плечами Игорь. – Если там что-то случится, может быть опасно. Мне нужно знать, к чему готовиться.

Елена переглянулась с Михаилом, затем вздохнула. – Мы ожидаем локальную экологическую аномалию. Возможно, загрязнение воды. И, вероятно, там будут люди из "ТехноХроноса".

– Отлично, – Игорь усмехнулся. – Значит, нам нужно не только добраться туда, но еще и остаться незамеченными. Задачка усложняется.

Он достал планшет и развернул карту региона. – Ближайший аэродром, способный принять наш самолет, в Улан-Удэ. Оттуда придется лететь вертолетом до точки, ближайшей к заповеднику. А дальше – пешком через лес. Зимой там сложно – снег еще не сошел полностью.

– Сможем успеть к завтрашнему дню? – обеспокоенно спросила Елена.

– При хорошей погоде – да, – кивнул Игорь. – У меня есть контакт в Улан-Удэ, который может предоставить вертолет без лишних вопросов. Но учтите – поспать почти не придется.

– Это не проблема, – твердо сказала Елена. – Главное – быть там вовремя.

Игорь внимательно посмотрел на нее. – Ты изменилась, Лена. Раньше ты была более… осторожной. Более академичной.

– Обстоятельства меняются, – просто ответила она. – И я тоже.

Восточная Сибирь встретила их снегом и пронизывающим ветром. После ночного перелета и короткого отдыха в Улан-Удэ они погрузились в старый вертолет Ми-8, пилотируемый молчаливым мужчиной, которого Игорь представил просто как "Сергеича".

– Он бывший военный летчик, – объяснил Игорь. – Знает эти места как свои пять пальцев. И не задает вопросов, если хорошо заплатить.

Вертолет летел низко над тайгой, следуя извилистой линии реки Баргузин. Внизу простирался бескрайний ковер темно-зеленых хвойных лесов, перемежаемый белыми пятнами еще не растаявшего снега.

– Красиво, – заметил Михаил, глядя в иллюминатор. – Жаль, что мы здесь не ради туризма.

Елена кивнула, не отрывая глаз от планшета с картой. Она отметила точные координаты озера, которое показал артефакт, и теперь следила за их приближением.

– Еще час, – сказал Игорь, проверяя навигатор. – Сергеич высадит нас в десяти километрах от озера. Дальше придется идти пешком – вертолет может привлечь внимание.

Елена кивнула, проверяя снаряжение. Они взяли минимум необходимого – теплую одежду, рацию, бинокли, камеру с мощным зумом, запас еды и воды на два дня. И, конечно, контейнер с пирамидой, который Елена не выпускала из виду.

– Как твои ребра? – спросил Михаил, заметив, как она морщится при каждом резком движении.

– Болят, но терпимо, – ответила Елена. – Обезболивающее помогает.

– Слушай, – он понизил голос, чтобы Игорь не услышал, – ты действительно веришь, что завтра там произойдет именно то, что показал артефакт?

– Не знаю, – честно ответила она. – Но мы должны проверить. Если это произойдет… если озеро действительно станет красным… это будет доказательством того, что артефакт говорит правду. И тогда мы должны будем сделать все, чтобы предотвратить катастрофу 2033 года.

Михаил задумчиво кивнул. – Знаешь, несмотря на все безумие последних дней, я рад, что ввязался в это. Даже если мы ошибаемся, это все равно самое интересное приключение в моей жизни.

Елена улыбнулась. – В моей тоже. Хотя я предпочла бы обойтись без сломанных ребер.

– Приготовьтесь! – крикнул Игорь, перекрывая шум двигателей. – Мы подлетаем к точке высадки!

Вертолет начал снижаться, и через открытую дверь Елена увидела маленькую поляну среди бескрайнего леса. Идеальное место для незаметной высадки.

Когда они приземлились и выгрузили снаряжение, Игорь дал пилоту последние инструкции: – Вернешься завтра в это же время. Если нас не будет, подожди час и улетай. Никаких поисков, никаких сообщений.

Сергеич невозмутимо кивнул и через минуту вертолет уже поднимался в воздух, оставляя их одних посреди дикой сибирской тайги.

– Тут недалеко есть заброшенная охотничья хижина, – сказал Игорь, сверяясь с картой. – Переночуем там, а на рассвете выдвинемся к озеру.

Они надели рюкзаки и двинулись по едва заметной тропе. Идти было нелегко – местами снег доходил до колен, а густой подлесок цеплялся за одежду. Елена шла молча, стиснув зубы от боли в ребрах, но не жаловалась.

К наступлению сумерек они добрались до хижины – небольшого бревенчатого строения, наполовину вросшего в землю. Внутри было холодно и сыро, но имелась печка и запас дров.

– Чудесно, – съязвил Михаил, стряхивая паутину с лавки. – Пятизвездочный отель.

– Зато нас здесь не найдут, – ответил Игорь, растапливая печь. – И медведи тоже. По крайней мере, должны не найти.

– Медведи? – нервно переспросил Михаил.

– Шучу, – усмехнулся Игорь. – Хотя они тут есть. Но обычно обходят людей стороной.

Когда печь разгорелась, в хижине стало теплее. Они разложили спальные мешки и приготовили простой ужин из консервов и сухарей. Елена почти не ела, полностью погруженная в мысли о завтрашнем дне.

– Что мы будем делать, если окажется, что пирамида права? – спросил Михаил, когда они сидели у огня. – Если озеро действительно станет красным?

– Запишем все на видео, – ответила Елена. – Соберем образцы воды, если будет возможность. И, главное, задокументируем присутствие "ТехноХроноса", если они там появятся.

– А потом?

– Потом решим, кому можно доверить эту информацию. Кто способен остановить их проект до того, как наступит точка невозврата.

Игорь, сидевший в углу и чистивший оружие, вдруг подал голос: – Вы говорите об этом так, будто речь идет о спасении мира.

Елена и Михаил переглянулись. – Может быть, так оно и есть, – тихо сказала Елена.

Игорь внимательно посмотрел на нее, затем кивнул. – Ладно. Я не спрашиваю, во что вы ввязались. Но если завтра там будет "ТехноХронос"… возможно, будет жарко. Они не из тех, кто церемонится с нежеланными свидетелями.

– Мы это учтем, – серьезно сказала Елена. – И, Игорь… спасибо. За то, что помогаешь, не задавая вопросов.

Он пожал плечами. – Все в мире имеет свою цену, Лена. За мои услуги ты хорошо заплатила.

– Дело не только в деньгах, – возразила она. – Ты рискуешь своей репутацией. Возможно, даже свободой.

Игорь усмехнулся. – Риск – часть моей работы. А теперь отдыхайте. Завтра нам предстоит ранний подъем.

Рассвет застал их уже в пути. Они проснулись затемно, быстро позавтракали и выдвинулись к озеру, координаты которого были четко указаны на голограмме артефакта.

Елена шла впереди с GPS-навигатором, Игорь замыкал группу, внимательно осматриваясь по сторонам. Михаил нес рюкзак с камерой и другим оборудованием. Все трое были одеты в камуфляж, чтобы сливаться с лесом.

– Приближаемся, – тихо сказала Елена, сверяясь с навигатором. – Еще два километра на северо-восток.

Последний участок пути был самым сложным – им пришлось подниматься по крутому склону, заросшему густым лесом. Снег здесь еще не растаял полностью, и они часто проваливались по колено, что замедляло продвижение.

Наконец, они достигли гребня невысокой гряды и увидели перед собой небольшое озеро, зажатое между лесистыми холмами.

– Вот оно, – прошептала Елена, сверяя координаты. – Точное соответствие.

Озеро выглядело абсолютно обычным – ледяная корка у берегов, темная вода в центре. Никаких признаков чего-то необычного.

– И что теперь? – спросил Михаил. – Просто ждем?

Елена проверила время – 9:37 утра, 17 марта. – Согласно артефакту, это должно произойти где-то в середине дня. Нам нужно найти хорошую наблюдательную позицию и ждать.

Игорь осмотрелся и указал на скалистый выступ на противоположном берегу озера. – Оттуда будет хороший обзор, и нас будет сложно заметить. Нужно обойти озеро по периметру.

Они осторожно двинулись вдоль береговой линии, стараясь держаться под прикрытием деревьев. Когда они были на полпути, Игорь внезапно поднял руку, сигнализируя остановиться.

– Что такое? – прошептала Елена.

Он указал на противоположный берег. Приглядевшись, Елена заметила легкое движение среди деревьев – люди в белых защитных костюмах устанавливали какое-то оборудование.

– "ТехноХронос", – прошептала она. – Они уже здесь.

Михаил достал бинокль и осторожно выглянул из-за дерева. – Пять… нет, шесть человек. У них какие-то приборы. Похоже на научное оборудование.

– Они знают, что здесь произойдет, – тихо сказала Елена. – Артефакт был прав.

Игорь достал свой бинокль и тоже наблюдал за группой. – У них есть охрана, – отметил он. – Вижу двоих с оружием. Обычная тактическая экипировка. Наверняка есть и другие, которых мы не видим.

– Нам нужно быть максимально осторожными, – сказал Михаил. – Если они нас заметят…

– Они не заметят, – уверенно произнес Игорь. – Но нам придется изменить план. Забудьте о скалистом выступе – он слишком близко к их позиции. Есть другая точка, – он указал на густо заросший склон холма. – Оттуда тоже хороший обзор, и мы будем вне их поля зрения.

Они осторожно продолжили движение, теперь с удвоенной осторожностью. Добравшись до указанного Игорем места, они устроили наблюдательный пункт среди густых елей. Михаил установил камеру на штатив и направил объектив на озеро.

– И что теперь? – спросил он.

– Теперь ждем, – ответила Елена, доставая из рюкзака контейнер с пирамидой.

– Ты уверена, что стоит ее здесь активировать? – обеспокоенно спросил Михаил. – Что если свечение привлечет внимание?

– Мы под густыми деревьями, – возразила Елена. – К тому же, я хочу спросить у нее детали того, что должно произойти.

Она открыла контейнер и осторожно извлекла пирамиду. Та немедленно ожила, символы на ее поверхности засветились, но, к счастью, она не взлетела, как обычно, а осталась в руках Елены.

– Странно, – пробормотала она. – Она ведет себя иначе.

– Может быть, реагирует на близость к месту события? – предположил Михаил.

Елена повернула пирамиду разными гранями, изучая светящиеся символы. – Спроси ее, что именно произойдет и когда.

Михаил перевел вопрос, используя уже знакомые последовательности символов. Пирамида ответила, но не голограммой, а новым набором светящихся знаков.

– "Начало в 13:17, – перевел Михаил, изучая ответ. – Катализатор уже в воде. Наблюдайте и запоминайте."

– Катализатор уже в воде? – повторила Елена. – Что это значит? Они что-то добавили в озеро?

Она внимательно посмотрела на людей в защитных костюмах через бинокль. Они деловито устанавливали приборы по периметру озера, явно готовясь к чему-то.

– Это эксперимент, – прошептала Елена. – Они сознательно проводят какой-то тест.

В этот момент над лесом раздался шум вертолета. Все трое замерли, вжавшись в землю под прикрытием деревьев. Вскоре показался большой транспортный вертолет с логотипом "ТехноХронос" на борту. Он сделал круг над озером и приземлился на небольшую поляну на противоположном берегу.

– Подкрепление прибыло, – пробормотал Игорь. – Похоже, шоу скоро начнется.

Из вертолета вышли еще несколько человек в белых костюмах и один – в обычном деловом костюме. Даже с расстояния Елена узнала его по характерной осанке и движениям.

– Ковальский, – прошептала она. – Сам генеральный директор здесь.

– Значит, это действительно важно для них, – отметил Михаил.

Они продолжали наблюдать, как группа "ТехноХроноса" завершала приготовления. Было видно, как Ковальский проверяет какие-то данные на планшете, указывает на озеро, отдает распоряжения.

Время тянулось медленно. Полдень прошел, но ничего необычного не происходило. Елена начала нервничать – что если предсказание артефакта не сбудется? Что если все это было просто сложной мистификацией или игрой ее воспаленного воображения?

Но ровно в 13:17 по ее часам озеро начало меняться. Сначала это было почти незаметно – легкое колебание поверхности, будто от подземной дрожи. Затем в центре озера появилось темное пятно, которое быстро распространялось к берегам.

– Михаил, ты снимаешь? – прошептала Елена.

– Да, все пишется, – ответил он, не отрываясь от камеры.

Темное пятно становилось все больше, и вода начала приобретать красноватый оттенок – сначала тусклый, затем все более насыщенный. Через несколько минут все озеро стало ярко-красным, как будто было заполнено не водой, а кровью.

– Боже мой, – прошептал Михаил. – Точно как на голограмме.

Группа "ТехноХроноса" активизировалась – люди в защитных костюмах подошли к берегу, забирая пробы воды в специальные контейнеры. Приборы, установленные по периметру, мигали индикаторами, записывая данные.

Ковальский стоял на берегу, удовлетворенно наблюдая за происходящим. Даже с расстояния было видно, что он доволен результатом.

Но на этом странные явления не закончились. Спустя примерно десять минут после того, как озеро покраснело, растительность вокруг начала увядать. Сначала трава у самой кромки воды, затем кусты и, наконец, деревья – их листья и хвоя темнели, скручивались и опадали, как при ускоренной съемке осеннего листопада.

– Это какое-то биологическое оружие? – прошептал Михаил. – Или новый вид загрязнителя?

Елена не отвечала, завороженно наблюдая за трансформацией пейзажа. В течение получаса вокруг озера образовалась зона мертвой растительности радиусом около ста метров.

– Я возьму образцы, – решительно сказала она, доставая из рюкзака пробирки и перчатки.

– Слишком опасно, – возразил Игорь. – Они могут тебя заметить. И кто знает, что это за вещество.

– Мне нужны доказательства, – твердо сказала Елена. – Я подожду, пока они улетят, и тогда возьму пробы.

– А если это опасно для человека? – обеспокоенно спросил Михаил.

– Поэтому у меня есть защитные перчатки и маска, – ответила она, доставая из рюкзака компактный респиратор.

Они продолжали наблюдать еще около часа, записывая все на видео. Команда "ТехноХроноса" методично собирала данные, забирала образцы и, похоже, была полностью удовлетворена результатами эксперимента.

Наконец, они начали сворачивать оборудование и грузить его в вертолет. Ковальский сделал несколько фотографий на телефон, затем что-то сказал своим подчиненным и направился к вертолету.

Через полчаса вертолет с логотипом "ТехноХроноса" поднялся в воздух и скрылся за горизонтом, оставив после себя мертвую зону вокруг кроваво-красного озера.

– Теперь мы можем спуститься, – сказала Елена, надевая респиратор и перчатки.

– Я пойду с тобой, – решительно сказал Игорь. – Михаил останется здесь с камерой и будет страховать. Если что-то пойдет не так, немедленно уходи с пирамидой.

Михаил кивнул, хотя было видно, что перспектива остаться одному его не радует.

Елена и Игорь осторожно спустились к озеру, держась на безопасном расстоянии от кромки мертвой растительности. Вблизи картина была еще более впечатляющей – деревья стояли черные и безжизненные, будто обугленные, хотя признаков пожара не было. Земля вокруг озера была покрыта тонким слоем красноватого порошка.

– Не касайся ничего голыми руками, – предупредил Игорь, надевая собственные перчатки и респиратор.

Елена кивнула и осторожно приблизилась к воде. Озеро было абсолютно неподвижным, как будто состояло не из жидкости, а из густого красного желе. Она осторожно зачерпнула немного в пробирку и закрыла крышкой.

– Странно, – пробормотала она. – Не похоже на обычное химическое загрязнение. Слишком… однородное.

Она также собрала образцы почвы и мертвой растительности, аккуратно упаковав их в отдельные контейнеры.

– Пора уходить, – сказал Игорь, нервно оглядываясь. – Они могли оставить наблюдателей.

Елена кивнула, бросив последний взгляд на зловещее красное озеро. Они быстро вернулись к Михаилу, который продолжал снимать пейзаж на камеру.

– Что теперь? – спросил он, когда они стали собирать снаряжение. – У нас есть доказательства, что артефакт предсказал будущее. Что дальше?

Елена посмотрела на контейнер с пирамидой, затем на пробирки с образцами. – Теперь у нас есть доказательства, что "ТехноХронос" проводит опасные эксперименты, которые могут привести к экологической катастрофе. И у нас есть артефакт, предупреждающий о гораздо более серьезных последствиях в 2033 году.

Она решительно закрыла рюкзак. – Нам нужно найти союзников. Людей, способных помочь нам остановить их, пока не стало слишком поздно.

– И где мы найдем таких людей? – спросил Михаил.

– Я знаю одного физика-теоретика, специализирующегося на экзотических материалах, – сказала Елена. – София Райнер. Если кто-то и способен понять, что именно разрабатывает "ТехноХронос", то это она.

Игорь взвалил рюкзак на плечо. – Хорошо, но сначала нам нужно выбраться отсюда. Сергеич должен прилететь через пару часов. Двигаемся к точке эвакуации.

Они начали спускаться с холма, оставляя позади зловещее красное озеро и кольцо мертвой растительности вокруг него. Елена чувствовала, как в ее сознании окончательно рушится барьер между рациональным скептицизмом ученого и новой реальностью, в которой артефакты из будущего предупреждают о грядущих катастрофах.

Теперь она знала наверняка – пирамида говорила правду. И если это так, то человечество действительно стоит на пороге катастрофы, которая начнется в 2033 году. Катастрофы, которую они должны предотвратить любой ценой.

Глава 5: Преследование

Москва встретила их серыми облаками и моросящим дождем. После возвращения с Байкала они не рискнули вернуться в университет или в квартиру Михаила – слишком опасно. Вместо этого Игорь привез их в небольшой загородный дом в часе езды от Москвы, принадлежавший его старому армейскому товарищу, который сейчас жил за границей.

– Здесь безопасно, – сказал Игорь, открывая дверь. – Дом оформлен на подставную компанию, интернет проведен через серверы-посредники. Можете спокойно работать.

Елена благодарно кивнула. Последние дни были изматывающими – после экспедиции на Байкал они добирались обратно окольными путями, часто меняя транспорт и ночуя в маленьких придорожных мотелях. Все это время ее не покидало ощущение, что за ними следят.

Дом был небольшим, но удобным – две спальни, гостиная, совмещенная с кухней, и маленький кабинет с компьютером. Стены были увешаны охотничьими трофеями и военными фотографиями, создававшими странный контраст с современной техникой на столе.

– Здесь есть все необходимое, – сказал Игорь, показывая дом. – Продукты в холодильнике, интернет работает. Если что-то понадобится, звоните – но только с этого телефона, – он положил на стол простенькую, но надежную модель. – Он защищен от прослушки.

– Спасибо, Игорь, – Елена пожала ему руку. – Мы перед тобой в долгу.

– Ты уже расплатилась, – пожал плечами он. – Но будьте осторожны. "ТехноХронос" не из тех, кто легко отказывается от своих целей.

Когда Игорь ушел, Елена и Михаил расположились в гостиной. Михаил подключил камеру к компьютеру, чтобы обработать отснятый материал, а Елена аккуратно расставила собранные образцы на столе.

– Нам нужно отправить эти пробы на анализ, – сказала она. – Но кому? Официальные лаборатории отпадают – "ТехноХронос" наверняка мониторит все запросы, связанные с озером.

– У меня есть знакомый биолог в частной исследовательской компании, – предложил Михаил. – Могу попросить его провести анализ без лишних вопросов. Скажу, что это для статьи о загрязнении сибирских озер.

Елена кивнула. – Хорошая идея. Только будь осторожен – никаких подробностей о происхождении образцов.

Она достала контейнер с пирамидой и поставила его на стол. – А пока нам нужно связаться с Софией Райнер. Она единственная, кто может помочь нам понять, что именно разрабатывает "ТехноХронос".

– Ты уверена, что ей можно доверять? – осторожно спросил Михаил.

– Насколько я могу быть уверена в ком-либо сейчас, – вздохнула Елена. – София – принципиальный человек и блестящий ученый. К тому же, она давно критикует крупные корпорации за безответственные эксперименты. Если кто-то и поверит нам, то это она.

Елена открыла ноутбук и начала писать электронное письмо, тщательно подбирая слова, чтобы не раскрыть слишком много информации. Она запросила встречу по "вопросу, связанному с исследованиями экзотических материалов и их потенциальным воздействием на окружающую среду".

– Теперь ждем, – сказала она, отправив сообщение. – А пока давай еще раз проанализируем все, что мы знаем.

Они систематизировали информацию, полученную от артефакта: дата первой катастрофы – 2033 год, место – Сибирь, причина – эксперимент "ТехноХроноса" с технологией, связанной с "квантовым резонансом" и "нестабильностью пространственно-временного поля". Все выглядело как научно-фантастический сценарий, но после увиденного на Байкале они уже не могли просто отмахнуться от этих предупреждений.

– Если все это правда, – задумчиво сказал Михаил, – если люди из будущего действительно отправили артефакты в прошлое, чтобы предотвратить катастрофу… это меняет все наше понимание физики. Это значит, что путешествия во времени возможны.

– Или, по крайней мере, возможна отправка информации в прошлое, – уточнила Елена. – Но сейчас меня больше беспокоит не теоретическая физика, а вполне реальная угроза. Если мы не остановим проект "ТехноХроноса", то будущего может просто не быть.

В этот момент компьютер пискнул, сигнализируя о новом сообщении. Елена быстро открыла почту – София ответила гораздо быстрее, чем они ожидали. Она согласилась на встречу завтра в 11 утра в кафе при Политехническом музее.

– Отлично, – Елена облегченно выдохнула. – Теперь нам нужно подготовиться к встрече. Решить, сколько информации мы можем ей доверить.

– И как мы докажем, что не сумасшедшие? – добавил Михаил. – История о послании из будущего звучит безумно, даже с учетом видео с красным озером.

Елена задумалась. – Мы покажем ей образцы и видео. А если потребуется – и сам артефакт. Но для начала проверим, можно ли ей доверять.

Остаток дня они провели, готовясь к встрече – Михаил обработал видеоматериалы, Елена составила краткий, но информативный отчет обо всем, что они узнали. Они даже подготовили небольшую презентацию на планшете, чтобы наглядно продемонстрировать все факты.

Под вечер Елена активировала пирамиду, чтобы задать несколько дополнительных вопросов. Артефакт сейчас вел себя более стабильно – он по-прежнему левитировал и проецировал голограммы, но делал это менее драматично, как будто адаптировался к своим владельцам.

– Спроси, есть ли другие люди, которые могут помочь нам, – попросила Елена.

Михаил перевел вопрос, и пирамида ответила последовательностью символов, которые программа быстро интерпретировала.

– "Ищите союзников среди тех, кто видит истину за горизонтом событий", – перевел Михаил. – И что-то о "хакере, проникающем сквозь стены". Похоже на метафору.

– Или на подсказку, – задумчиво сказала Елена. – "Хакер, проникающий сквозь стены"… Может быть, нам понадобится помощь специалиста по кибербезопасности?

– Возможно, – кивнул Михаил. – "ТехноХронос" наверняка хранит детали своего проекта в защищенных серверах. Если бы мы могли получить к ним доступ…

– Давай сначала поговорим с Софией, – решила Елена. – Один шаг за раз.

Ночь прошла беспокойно. Елена долго не могла уснуть, перебирая в голове все события последних дней. Еще неделю назад она была обычным археологом, занимающимся изучением древних цивилизаций. Теперь она скрывалась от могущественной корпорации, преследуемая за артефакт из будущего, предупреждающий о глобальной катастрофе. Ее жизнь превратилась в сюжет фантастического триллера.

Утром они тщательно подготовились к выходу – переоделись в неприметную одежду, Михаил даже надел фальшивые очки и шапку, меняющие его облик. Елена упаковала пирамиду в специальную сумку с подкладкой, блокирующей любое излучение.

– Ты уверена, что нам стоит брать артефакт с собой? – спросил Михаил. – Это рискованно.

– Еще рискованнее оставлять его здесь, – возразила Елена. – Если они каким-то образом выследят нас до этого дома, мы потеряем пирамиду. А без нее у нас не будет никаких доказательств.

Они вызвали такси через приложение на одноразовом телефоне, купленном Игорем. Сели на заднее сиденье и всю дорогу напряженно следили за окружающими машинами, опасаясь слежки. Москва была мокрой от утреннего дождя, и это играло им на руку – многие прохожие были в капюшонах и с зонтами, что облегчало задачу оставаться неприметными.

Такси высадило их за два квартала до Политехнического музея – мера предосторожности, предложенная Игорем. Остаток пути они прошли пешком, петляя по маленьким переулкам и несколько раз меняя направление, чтобы убедиться в отсутствии хвоста.

Кафе при музее было людным – идеальное место для встречи, где трудно подслушать разговор. Елена сразу заметила Софию – высокую женщину с короткими седеющими волосами и проницательным взглядом. Она сидела за дальним столиком у окна, потягивая кофе и просматривая что-то на планшете.

– Профессор Райнер? – Елена подошла к столику. – Спасибо, что согласились встретиться.

София подняла взгляд и жестом пригласила их сесть. – Доктор Соколова, – она кивнула. – Ваше письмо заинтриговало меня. Особенно часть об "экзотических материалах с необычными свойствами".

– Это Михаил Левин, лингвист и мой коллега, – представила Елена. – То, что мы хотим вам рассказать, может показаться… невероятным. Но у нас есть доказательства.

София слабо улыбнулась. – В теоретической физике мы привыкли к невероятным вещам, доктор Соколова. Но прежде чем начать – могу я спросить, почему вы обратились именно ко мне?

– Ваша статья о потенциальных опасностях манипулирования с квантовой структурой материи, – ответила Елена. – И ваша принципиальная позиция относительно корпоративной этики в научных исследованиях.

София удивленно приподняла брови. – Впечатляет. Большинство археологов не читают статьи по теоретической физике.

– Я стараюсь иметь широкий кругозор, – улыбнулась Елена. – Но сейчас это стало особенно актуально для нас.

Она огляделась, убедилась, что никто не подслушивает, и начала свой рассказ – от находки странного артефакта в Сибири до поездки на Байкал и наблюдения за экспериментом "ТехноХроноса". Она говорила тихо, тщательно подбирая слова и пока не упоминая о том, что артефакт якобы пришел из будущего.

София слушала внимательно, не перебивая. Её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах постепенно появлялся интерес.

– У вас есть образцы этой красной воды? – спросила она, когда Елена закончила первую часть рассказа.

Елена кивнула и осторожно достала из сумки запечатанную пробирку, завернутую в защитный материал. – Мы взяли несколько проб. Эту я оставила для вас.

София взяла пробирку и внимательно изучила содержимое на свет. – Интересно… Не похоже ни на один известный мне химический загрязнитель. Слишком однородно.

– Именно это я и подумала, – согласилась Елена. – И эффект на растительность был… ненормальным. Слишком быстрым.

– Я отправлю это своим коллегам для анализа, – сказала София, аккуратно убирая пробирку в свою сумку. – А теперь покажите мне видео.

Михаил открыл на планшете подготовленный видеоролик, и София внимательно просмотрела его, время от времени останавливая и увеличивая отдельные кадры.

– Невероятно, – пробормотала она, наблюдая, как озеро меняет цвет, а растительность вокруг увядает. – И вы говорите, "ТехноХронос" провел этот эксперимент преднамеренно?

– Абсолютно, – кивнула Елена. – Они были полностью подготовлены, измеряли все параметры. Это был контролируемый тест.

– Но для чего? – София нахмурилась. – Какова цель такого эксперимента?

Елена глубоко вздохнула. Настал момент раскрыть всю правду. – Мы думаем, это связано с их главным проектом. Тем, который они планируют запустить в 2033 году. И здесь начинается самая невероятная часть нашей истории.

Она рассказала о пирамиде, о ее странных свойствах, о голограммах и, наконец, о том, что артефакт, похоже, был отправлен из будущего, чтобы предотвратить катастрофу, вызванную экспериментом "ТехноХроноса".

По мере рассказа лицо Софии становилось все более напряженным. Когда Елена закончила, наступила долгая пауза.

– Я понимаю, как это звучит, – наконец сказала Елена. – Но после того, что мы увидели на Байкале… После того, как предсказание о красном озере сбылось в точности…

– Можете показать мне этот артефакт? – прервала её София.

Елена бросила быстрый взгляд на Михаила, и тот едва заметно кивнул. – Не здесь, – тихо сказала она. – Слишком много глаз.

– У меня есть небольшая лаборатория в пригороде, – предложила София. – Частная, не связанная с университетом. Там мы сможем спокойно все изучить.

– Вы верите нам? – удивленно спросил Михаил.

София задумчиво помешала свой остывший кофе. – Я не знаю, верю ли я в послания из будущего, доктор Левин. Но я точно верю своим глазам. То, что происходит на этом видео, не должно быть возможным с точки зрения известных нам законов природы. А этот образец… – она похлопала по сумке с пробиркой, – …я интуитивно чувствую, что он содержит что-то совершенно новое. И если "ТехноХронос" действительно экспериментирует с технологиями, способными вызвать такие эффекты… это уже достаточная причина для беспокойства, независимо от того, откуда появились ваши предупреждения.

Елена почувствовала прилив облегчения – они нашли союзника, человека, готового хотя бы выслушать их безумную историю.

– Когда мы можем посетить вашу лабораторию? – спросила она.

– Прямо сейчас, – ответила София, вставая. – Моя машина на подземной парковке музея.

Они расплатились за кофе и направились к выходу. Елена шла первой, затем София, Михаил замыкал группу. Когда они проходили через вестибюль музея, Елена заметила двух мужчин в темных костюмах, внимательно наблюдавших за посетителями. Что-то в их позах и взглядах заставило ее насторожиться.

– Не оборачивайтесь, – тихо сказала она Михаилу. – Кажется, у нас компания.

София быстро сориентировалась: – Следуйте за мной. Есть другой выход.

Она повела их через служебный коридор музея, показав охраннику какой-то пропуск. Они вышли через боковую дверь на маленькую улочку.

– Моя машина на -2 уровне, секция C, – сказала София. – Но если за вами следят…

– Нам нужно разделиться, – решительно сказала Елена. – Михаил, ты иди с Софией к машине. Я пойду другим путем и встречусь с вами в лаборатории.

– Нет, – возразил Михаил. – Слишком опасно. К тому же, у тебя артефакт.

– Именно поэтому я должна идти отдельно, – настаивала Елена. – Если они схватят нас всех вместе, мы потеряем и артефакт, и наш единственный шанс остановить "ТехноХронос".

– Она права, – кивнула София. – Логично разделить риски. Я дам вам адрес лаборатории, – она быстро записала его на листке бумаги. – Встретимся там через час.

Елена кивнула и, не давая Михаилу времени на новые возражения, быстро пошла в противоположном направлении.

– Будь осторожна! – крикнул ей вслед Михаил.

Она не обернулась, только подняла руку в знак того, что услышала. Сумка с артефактом оттягивала плечо, напоминая о важности её миссии.

Елена шла быстро, но не бежала – бег привлекает внимание. Она свернула в небольшой переулок, затем в следующий, петляя по старой Москве. На ходу она набросила на голову капюшон и надела солнечные очки – не лучшая маскировка, но хоть что-то.

Через десять минут такой ходьбы она почувствовала, что за ней следят. Краем глаза она заметила мужчину в сером плаще, державшегося на расстоянии, но упорно повторявшего все ее повороты.

"Нужно оторваться", – подумала она, ускоряя шаг. Впереди виднелся торговый центр – идеальное место, чтобы затеряться в толпе.

Елена вошла через главный вход, прошла мимо бутиков и свернула к эскалаторам. Поднялась на второй этаж, прошла через фуд-корт, спустилась по другой лестнице. Все это время она внимательно следила за отражениями в витринах и зеркалах, пытаясь засечь преследователя.

Он был хорош – держался на расстоянии, часто менял позицию, но не отставал. Теперь к нему присоединился второй – моложе, в кожаной куртке, с наушником в ухе.

"Они координируют действия", – поняла Елена. Ситуация становилась опасной. Она зашла в крупный магазин одежды, быстро схватила первую попавшуюся куртку с вешалки и прошла в примерочную. Там она сняла свой свитер, надела новую куртку, сняла с сумки яркий брелок, привлекавший внимание, и распустила волосы, ранее собранные в пучок.

Изменив внешность настолько, насколько это было возможно, она вышла из примерочной и направилась к другому выходу из магазина. На ходу она набрала номер Игоря на защищенном телефоне.

– У меня хвост, – тихо сказала она, когда он ответил. – Двое, может больше. "ТехноХронос", скорее всего.

– Где ты? – голос Игоря был спокоен и собран.

– Торговый центр "Атриум" на Садовом. Пытаюсь оторваться.

– Третий этаж, кинотеатр, – быстро сказал Игорь. – Купи билет на ближайший сеанс и жди внутри. Я буду через 15 минут.

Елена выполнила инструкции – поднялась на третий этаж, купила билет на какой-то боевик, начинавшийся через 10 минут, и вошла в зал. Он был полупустым – рабочий день, утренний сеанс. Елена села в дальний угол и стала ждать, крепко прижимая к себе сумку с артефактом.

Через несколько минут огни в зале погасли, и начался фильм. Елена напряженно вглядывалась в темноту, ожидая появления преследователей. Они не заставили себя ждать – двое мужчин вошли в зал и начали медленно осматривать ряды, пользуясь тусклым светом от экрана.

Елена вжалась в кресло, стараясь быть незаметной. Они методично проверяли каждый ряд, двигаясь в ее сторону. Еще несколько минут – и они неизбежно заметят ее.

Внезапно дверь зала открылась снова, и вошел Игорь. Он быстро оценил ситуацию и, не теряя времени, направился прямо к преследователям.

– Служба безопасности, – громко сказал он, показывая какое-то удостоверение. – У нас сообщение о подозрительном предмете. Прошу немедленно покинуть помещение.

Люди в зале начали беспокойно переглядываться. Преследователи замерли, явно не ожидав такого поворота.

– Мы из службы…

– Знаю, кто вы, – перебил Игорь, понизив голос так, чтобы слышали только они. – И советую не создавать проблем. У меня десять вооруженных людей снаружи.

Блеф был настолько уверенным, что преследователи заколебались. Воспользовавшись моментом, Игорь незаметно подал знак Елене – выходи через служебную дверь.

Она быстро поднялась и, пригнувшись, скользнула к указанной двери. Выйдя в служебный коридор, она побежала к пожарной лестнице, как и было условлено на случай экстренной ситуации.

Спустившись на первый этаж, она выскочила через запасной выход во внутренний двор торгового центра, где ее уже ждал черный внедорожник с работающим двигателем. Елена запрыгнула внутрь.

– Игорь? – спросила она сидящего за рулем человека.

– Будет через минуту, – ответил незнакомый мужчина с военной выправкой. – Я Степан, его коллега. Пригнитесь, пожалуйста.

Елена послушно пригнулась, прижимая к груди сумку с артефактом. Через минуту дверь распахнулась, и на заднее сиденье запрыгнул Игорь.

– Поехали! – скомандовал он, и машина рванула с места.

– Они преследуют? – спросила Елена, выглядывая в заднее стекло.

– Сомневаюсь, – усмехнулся Игорь. – Они сейчас немного… заняты. Служба безопасности торгового центра действительно получила сообщение о подозрительном предмете – в том самом кинозале.

– Ты подстроил эвакуацию? – пораженно спросила Елена.

– Небольшая диверсия, – пожал плечами Игорь. – Ничего серьезного, просто дымовая шашка в мусорной корзине. Но достаточно, чтобы создать суматоху.

Машина петляла по московским улицам, несколько раз меняя направление, чтобы запутать возможный хвост.

– Куда теперь? – спросил Игорь. – В дом за городом?

– Нет, – покачала головой Елена. – Мне нужно в лабораторию Софии Райнер. Михаил уже должен быть там.

Она назвала адрес, и Степан кивнул, меняя маршрут.

– Вы нашли союзника? – спросил Игорь.

– Надеюсь, – ответила Елена. – София – физик-теоретик, специалист по экзотическим материалам. Если кто-то и может понять, что разрабатывает "ТехноХронос", то это она.

– А вы уверены, что она не работает на них? – подозрительно спросил Степан.

– София известна своей критикой корпоративных исследований, – сказала Елена. – Она одна из немногих ученых, открыто выступающих против безответственных экспериментов. Если бы она работала на "ТехноХронос", они не стали бы нас преследовать сразу после встречи с ней.

– Логично, – кивнул Игорь. – Но все равно будьте осторожны.

Через полчаса они подъехали к небольшому зданию на окраине города. Внешне оно выглядело как обычный офисный центр класса B – неприметное строение с тонированными окнами и минимумом вывесок.

– Подождите здесь, – сказала Елена, выходя из машины. – Я позвоню, если понадобится помощь.

– Я пойду с тобой, – решительно сказал Игорь. – После сегодняшней погони оставлять тебя одну слишком рискованно.

Елена хотела возразить, но поняла, что он прав. Вдвоем они вошли в здание. На входе не было охраны, только простая система доступа по магнитным картам. Елена позвонила Софии, и через минуту та спустилась, чтобы впустить их.

– Слава богу, вы в порядке, – с облегчением сказала она. – Михаил рассказал о возможном преследовании. Он уже наверху, в лаборатории.

Софии коротко представила Игоря как "специалиста по безопасности", не вдаваясь в детали. Они поднялись на третий этаж, где располагалась небольшая, но хорошо оборудованная лаборатория. Михаил нервно ходил по комнате, и его лицо просветлело, когда он увидел Елену.

– Я уже начал волноваться, – сказал он. – Что случилось?

– "ТехноХронос" выследил нас, – коротко ответила Елена. – К счастью, Игорь помог оторваться.

– Они становятся все настойчивее, – София закрыла дверь на кодовый замок. – Но здесь мы в относительной безопасности. Это частная лаборатория, официально принадлежащая швейцарской исследовательской группе. "ТехноХронос" не должен знать о ее существовании.

Елена огляделась. Лаборатория была небольшой, но оснащенной по последнему слову техники. Электронные микроскопы, спектрометры, мощные компьютеры для моделирования – все необходимое для серьезных научных исследований.

– Впечатляет, – отметила она. – Это все для ваших личных исследований?

– Я консультирую несколько компаний и исследовательских групп, – пояснила София. – Это дает возможность иметь независимую лабораторию. А теперь, – она указала на сумку Елены, – покажите мне этот ваш артефакт.

Елена осторожно достала контейнер с пирамидой и поставила его на лабораторный стол. Когда она открыла крышку, София затаила дыхание.

– Невероятно, – прошептала она, разглядывая светящиеся символы на поверхности пирамиды. – Материал действительно не похож ни на что известное.

– Это еще не все, – сказала Елена и легко коснулась пирамиды.

Артефакт отреагировал мгновенно – взлетел над столом и завис в воздухе, а вокруг него развернулась голограмма. На этот раз это была детальная трехмерная модель Земли, на которой были отмечены несколько точек, пульсирующих красным светом. Одна из них находилась в Сибири, точно в том месте, где произошел инцидент с озером.

– Господи, – выдохнула София, подходя ближе к голограмме. – Это не просто проекция. Это… интерактивная модель с невероятным разрешением.

Она осторожно протянула руку к голограмме, и та отреагировала, увеличивая сибирскую точку. Теперь они видели детальное изображение местности, где находилось красное озеро, и даже схематичное изображение людей в защитных костюмах, собирающих образцы.

– Эта технология… – София покачала головой. – Она опережает все известные нам проекционные системы минимум на несколько десятилетий.

– Значит, вы верите, что артефакт может быть из будущего? – спросил Михаил.

– Как ученый, я не могу просто "поверить" в такое, – ответила София. – Но как человек… – она смотрела на парящую пирамиду с нескрываемым благоговением, – …я вижу то, что не должно существовать в рамках нашего текущего технологического уровня.

Голограмма изменилась, показывая теперь схематичное изображение какого-то устройства – сложной конструкции с центральным кольцом, окруженным меньшими модулями.

– Что это? – спросила Елена.

София напряженно вглядывалась в голограмму. – Похоже на… – она осеклась. – Нет, это невозможно.

– Что? – настойчиво спросила Елена.

– Это выглядит как схема квантового резонатора с пространственно-временным модулятором, – медленно произнесла София. – Теоретическая конструкция, которая могла бы… изменять саму структуру реальности на квантовом уровне.

– Звучит опасно, – заметил Игорь, до сих пор молча наблюдавший за происходящим.

– Более чем, – София выглядела встревоженной. – Если такое устройство действительно будет построено и активировано, последствия непредсказуемы. В теории это может создать локальную нестабильность пространства-времени, которая потенциально способна… расширяться.

– Как цепная реакция? – спросила Елена, вспомнив термин, использованный артефактом.

– Именно, – кивнула София. – Начавшись в одной точке, такая нестабильность может теоретически распространиться на всю планету, изменяя фундаментальные свойства материи.

– И это то, что разрабатывает "ТехноХронос"? – Михаил выглядел потрясенным.

– Если судить по тому, что показывает артефакт, да, – София внимательно изучала голограмму. – И, судя по надписям и датам, они планируют запустить это устройство в 2033 году.

– То есть, это действительно может привести к глобальной катастрофе? – уточнила Елена.

София тяжело вздохнула. – В теории – да. Если расчеты неверны или возникнет непредвиденный резонанс, такое устройство может создать каскадный эффект, который будет невозможно остановить.

– Но зачем им создавать что-то столь опасное? – спросил Михаил. – Какова цель?

– Контроль над фундаментальными силами природы, – ответила София. – Теоретически такая технология позволила бы манипулировать материей и энергией на беспрецедентном уровне. Это открыло бы путь к безграничной энергии, новым материалам с невероятными свойствами, возможно, даже к контролю над гравитацией.

– Военные применения? – спросил Игорь.

– Безусловно, – кивнула София. – Оружие, основанное на таких принципах, сделало бы ядерные бомбы устаревшими игрушками.

Елена задумчиво смотрела на голограмму. – Теперь понятно, почему "ТехноХронос" так отчаянно хочет вернуть артефакт. Если мир узнает, что они разрабатывают технологию, способную уничтожить планету…

– Но как мы докажем это? – спросил Михаил. – У нас есть артефакт с голограммами и образцы с красного озера. Но без доступа к их исследованиям, без конкретных документов…

– Нам нужны внутренние данные "ТехноХроноса", – решительно сказала Елена. – Информация об их проекте, расчеты, внутренние отчеты.

– И как вы предлагаете их получить? – скептически спросил Игорь. – Штурмовать их штаб-квартиру?

– Нет, – Елена повернулась к Софии. – Артефакт упоминал "хакера, проникающего сквозь стены". Нам нужен специалист по кибербезопасности, способный получить доступ к их серверам.

София задумалась. – Я знаю одного человека… Амира Хасан. Лучший хакер, которого я встречала. Раньше работала на АНБ, теперь занимается независимыми проектами.

– Она сможет помочь?

– Возможно, – София не выглядела полностью уверенной. – Амира избирательна в своих проектах. Но если я объясню серьезность ситуации…

– Свяжитесь с ней, – попросила Елена. – Мы должны попробовать.

София кивнула и отошла в угол лаборатории, чтобы сделать звонок. Елена тем временем продолжала изучать голограмму, проецируемую пирамидой.

– Что будем делать дальше? – тихо спросил Михаил. – Даже если мы получим доказательства, кто нам поверит? Это слишком фантастическая история.

– Поэтому нам нужны неопровержимые факты, – ответила Елена. – Видео с красным озером, образцы воды, внутренние документы "ТехноХроноса"… Вместе это будет весомым аргументом.

– А артефакт? – Михаил кивнул на парящую пирамиду. – Он сам по себе является доказательством технологии, которая не должна существовать.

– Именно, – согласилась Елена. – Но нам нужно быть осторожными. Если мы просто выйдем с этой историей к общественности, "ТехноХронос" объявит нас сумасшедшими или, что еще хуже, террористами.

София вернулась к ним с легкой улыбкой на лице. – Амира согласилась встретиться. Завтра, в ее безопасном месте.

– Отлично, – Елена почувствовала прилив надежды. – Теперь нам нужно безопасное место для ночлега. Возвращаться в загородный дом рискованно – его могли выследить.

– Можете остаться здесь, – предложила София. – В лаборатории есть диваны и душ. Не самые комфортные условия, но зато безопасно.

– Я останусь с вами, – сказал Игорь. – На всякий случай.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Елена. – Мы не забудем вашей помощи.

София улыбнулась. – Если все, что вы рассказали – правда, то под угрозой все человечество. Я не могу просто отвернуться от такой проблемы.

Пирамида внезапно изменила проекцию, показывая теперь другое изображение – схему здания с мигающей точкой в одном из помещений.

– Что это? – Елена подошла ближе.

– Похоже на план этого здания, – напряженно сказал Игорь, изучая голограмму. – А мигающая точка… это лаборатория, где мы сейчас находимся.

– Откуда артефакт знает, где мы? – спросил Михаил.

Не успела Елена ответить, как голограмма снова изменилась, показывая несколько движущихся точек, приближающихся к зданию.

– У нас компания, – быстро сказал Игорь, бросаясь к окну. Осторожно отодвинув жалюзи, он выглянул наружу. – Три черных внедорожника подъезжают к главному входу. Люди в тактическом снаряжении.

– "ТехноХронос", – прошептала Елена. – Но как они нас нашли?

– Неважно, – отрезал Игорь. – Нужно уходить. Сейчас же.

– Есть другой выход? – спросила он Софию.

– Служебная лестница в конце коридора, – ответила та, быстро собирая самые важные документы. – Ведет на подземную парковку.

– Идеально, – кивнул Игорь. – Елена, Михаил, забирайте артефакт и все необходимое. София, есть ли здесь что-то, что нельзя оставлять "ТехноХроносу"?

– Образцы и мои предварительные заметки, – София указала на лабораторный стол. – Все остальное не критично.

Елена деактивировала пирамиду, аккуратно убрала ее в контейнер и спрятала в сумку. Михаил собрал все данные на портативный жесткий диск.

– Готовы? – спросил Игорь, доставая пистолет.

Все трое кивнули, и Игорь осторожно приоткрыл дверь, проверяя коридор. – Чисто. Двигаемся к служебной лестнице. Я первый, затем Елена с артефактом, Михаил, София замыкает. Держимся вместе, но если нас обнаружат – Елена и артефакт имеют приоритет. Остальные обеспечивают их отход. Понятно?

Все молча кивнули. Они вышли в коридор и быстро, но без паники двинулись к служебному выходу. Елена крепко прижимала к себе сумку с артефактом, чувствуя, как сердце колотится в груди.

Они уже почти достигли двери на лестницу, когда из лифта в дальнем конце коридора донесся звук открывающихся дверей. Игорь мгновенно среагировал, распахивая дверь на лестницу и подталкивая остальных внутрь.

– Быстрее, – прошептал он. – Вниз, на парковку.

Они спускались по лестнице, стараясь двигаться быстро, но бесшумно. Внезапно сверху донеслись голоса и топот ног – их преследователи обнаружили лестницу.

– Бегом! – скомандовал Игорь.

Они бросились вниз, перепрыгивая через ступеньки. Позади раздались выкрики и звук распахиваемой двери. Игорь на ходу достал телефон.

– Степан! Будь готов у выхода из подземной парковки. Нас преследуют!

Они выбежали на парковку – тускло освещенное подземное пространство с редкими автомобилями.

– Туда! – София указала на дальний угол. – Мой автомобиль, синий седан.

Они бежали между рядами машин, когда сзади раздался окрик: – Стоять! Служба безопасности!

Игорь резко остановился, развернулся и выстрелил в воздух. – Бегите! – крикнул он остальным. – Я их задержу!

Елена хотела возразить, но Михаил потянул ее вперед. Они добежали до машины Софии, та быстро разблокировала двери.

– Садитесь! – скомандовала она, запрыгивая на водительское место.

Елена бросила последний взгляд назад – Игорь обменивался выстрелами с преследователями, используя машины как укрытие.

– Игорь! – крикнула она.

– Уезжайте! – отозвался он. – Я догоню!

Они не могли больше медлить. София завела машину и резко нажала на газ. Седан вылетел с парковочного места и помчался к выезду. В зеркале заднего вида Елена видела, как преследователи пытаются сесть в свои машины, но Игорь продолжал держать их под огнем, обеспечивая их отрыв.

– Он справится, – уверенно сказал Михаил, видя ее беспокойство. – Игорь знает, что делает.

Они выехали на улицу, где их уже ждал внедорожник со Степаном за рулем.

– Пересаживайтесь! – крикнул он, открывая двери.

Они быстро перебрались в его машину, и та сразу рванула с места. София указала направление: – В северный пригород. У Амиры там безопасное место.

Степан кивнул и сосредоточился на дороге, петляя между машинами и часто меняя направление, чтобы запутать возможный хвост.

– А как же Игорь? – спросила Елена.

– У нас условленная точка встречи на случай разделения, – ответил Степан. – Если он сможет оторваться, то присоединится к нам там.

Елена молча кивнула и крепче прижала к себе сумку с артефактом. События развивались слишком быстро – еще утром они были в относительной безопасности, а теперь снова в бегах, преследуемые людьми "ТехноХроноса", готовыми на все, чтобы заполучить пирамиду.

– Что будет дальше? – тихо спросил Михаил, озвучивая мысли всех присутствующих.

– Мы встретимся с Амирой, – решительно сказала София. – Получим доказательства против "ТехноХроноса". И остановим их, пока не стало слишком поздно.

Машина мчалась по вечерней Москве, унося их все дальше от преследователей – но не от опасности, которая, казалось, теперь была повсюду. И где-то в будущем, в 2033 году, тикали невидимые часы, отсчитывающие время до катастрофы, которую они должны были предотвратить любой ценой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.