# Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично. Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей. Как перестать беспокоиться и начать жить

Дейл Брекенридж Карнеги

Это издание включает в себя три самые популярные книги Дейла Карнеги, признанные во всем мире лучшими практическими руководствами для овладения навыками эффективного общения, ярких публичных выступлений и управления тревожностью.

Вы найдете проверенные временем рекомендации и советы о том, как расположить к себе любого человека, справиться с тревогой и беспокойством, а также стать убедительным оратором, способным влиять на аудиторию. Приемы и методы Дейла Карнеги может легко освоить любой человек – это и конкретные шаги, и отличная мотивация для изменения жизни к лучшему прямо сейчас!

Эту трилогию называют золотой классикой саморазвития, обязательной для каждого, кто интересуется психологией. Три книги, входящие в это издание, с момента первой публикации проданы тиражом более 60 миллионов экземпляров на 80 языках мира!

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Серия «Психология. Большие книги»


Dale Carnegie

Public Speaking and Influencing Men in Business.

How to Win Friends and Influence People.

How to Stop Worrying and Start Living.


© 2007 by BN Publishing

© 2010 by Dale Carnegie and BN Publishing

© 2011 by Dale Carnegie and BN Publishing

© Кучина Саша, перевод на русский язык, 2023

© Хохуля А., перевод на русский язык, 2023

© Хохуля А., перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

## Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично

### От Лоуэлла Томаса[1]

В наши дни дополнительное образование стремительно набирает популярность. Одна из виднейших личностей этого движения – Дейл Карнеги, который проанализировал больше выступлений взрослых людей перед аудиторией, чем кто-либо другой. В одном из выпусков знаменитой радиопрограммы «Хотите верьте, хотите нет» Роберта Рипли упоминалось, что Дейл Карнеги прослушал пятьдесят тысяч выступлений. Не впечатляет? Тогда представьте себе, что это практически столько же дней, сколько прошло с момента открытия Америки Христофором Колумбом до настоящего времени. Или вообразите себе: чтобы прослушать пятьдесят тысяч трехминутных выступлений, вам пришлось бы внимать ораторам сутками напролет на протяжении года.

Невероятная карьера самого Дейла Карнеги, наполненная множеством взлетов и падений, – яркий пример, показывающий, чего способен добиться человек, которым завладела уникальная идея.

Он родился на ферме в Миссури в пятнадцати километрах от железной дороги. Неудивительно, что трамвай он впервые увидел только в двенадцать лет. Теперь же, в свои сорок шесть лет, Карнеги побывал в самых отдаленных уголках Земли, от Гонконга до Хаммерфеста, а еще подобрался к Северному полюсу ближе, чем Ричард Берд к Южному.

И вот теперь этот малый из Миссури, который собирал клубнику и прореживал заросли репейника за пять центов в час, получает доллар в час за то, что обучает глав крупнейших компаний Америки искусству самовыражения.

Парнишка, с треском проваливший свои первые выступления, позднее стал моим личным менеджером. Успеха я достиг во многом благодаря занятиям с Дейлом Карнеги.

Молодому Карнеги приходилось прилагать огромные усилия, чтобы получить образование, ведь госпожа удача снова и снова обходила стороной старую ферму на северо-западе штата Миссури. Из-за многочисленных финансовых трудностей родители Дейла продали ферму и купили другую, поблизости от педагогического колледжа в Уорренсберге (Миссури). Проживание в городе стоило около доллара в день, но Карнеги не мог позволить себе и этого. Поэтому он каждое утро отправлялся в город верхом и проезжал пять километров.

В педагогическом колледже учились шестьсот человек. Дейл Карнеги, который был среди самых бедных студентов, вскоре заметил, что особой популярностью пользуются ребята, занимавшиеся футболом или бейсболом, или те, кто побеждал на конкурсах ораторов.

Особых способностей к спорту у него не было, поэтому он решил попробовать себя в публичных выступлениях. Месяцами он репетировал будущие речи. Не имело значения, едет ли он верхом в город или на ферму, доит ли коров, складывает ли сено. При каждой возможности он начинал с энтузиазмом вслух рассуждать на самые разные темы, хотя бы о том, почему следовало бы прекратить миграцию японцев в Америку.

Только несмотря на все старания и целеустремленность, его ждала череда поражений. А потом, ни с того ни с сего, он стал одерживать победу за победой.

Другие студенты стали просить его позаниматься с ними, после чего стали побеждать сами.

После окончания колледжа Дейл Карнеги продавал заочные курсы владельцам ранчо в холмистой местности западной Небраски и восточного Вайоминга.

Он много работал, всегда был энергичен, но дела шли из рук вон плохо. Как-то посреди дня он вернулся в свой гостиничный номер в городе Аллайанс (штат Небраска), рухнул на кровать и разрыдался. Он мечтал вернуться в колледж, избавиться от проблем взрослой жизни, но ведь пути назад нет. Он решил поехать в Омаху и устроиться на другую работу. На железнодорожный билет денег не было, поэтому пришлось довольствоваться товарным составом, а в счет оплаты проезда поить и кормить диких лошадей, которых перевозили на двух открытых платформах. В Южной Омахе молодой человек устроился продавцом мыла и сала для Armour & Company. Ему определили территорию восточной части Южной Дакоты. Он передвигался на товарных составах, почтовых дилижансах или верхом, ночевал в гостиницах для переселенцев, комнаты в которых разделялись лишь легкой тканью. Он мотался из селения в селение, читал книги о торговле и копил деньги, играя в покер. Когда у местного торговца не оказывалось наличных, чтобы оплатить заказ, Дейл Карнеги снимал с полки в его лавке дюжину пар ботинок, продавал их работникам железной дороги, а чеки отправлял в Armour & Company.

Через два года его стараниями территория, занимавшая двадцать пятое место по продажам, оказалась на первом, став самым прибыльным железнодорожным направлением из Южной Омахи. Руководство компании предложило работнику повышение с формулировкой: «Вы сделали невозможное», но он отказался и уволился.

Карнеги отправился в Нью-Йорк и поступил в Американскую академию драматического искусства. Время от времени он участвовал в гастролях со спектаклем «Циркачка Полли» в роли доктора Хартли.

Он отлично понимал, что никогда не достигнет уровня актеров Эдвина Бута или Джона Берримора, и вернулся в торговлю. Теперь он продавал грузовики компании Packard. В машинах он не разбирался и вообще ими не интересовался. По утрам Карнеги приходилось буквально силой заставлять себя идти на ненавистную работу. Он мечтал, чтобы у него появилось время, чтобы он мог читать и писать книги, о чем мечтал еще в колледже. Итак, он уволился. План был таков: писать повести и романы, а на жизнь зарабатывать преподаванием в вечерней школе.

Только вот чему учить? Карнеги поразмышлял о годах, проведенных в колледже, и понял, что, научившись говорить перед публикой, он стал смелее, приобрел шарм и стал уверенно общаться с бизнесменами. Поэтому он предложил нью-йоркским школам Молодежной христианской ассоциации устроить курсы ораторского мастерства для деловых людей.

Что? Преподавать искусство публичных выступлений бизнесменам? Полнейшая бессмыслица. Руководство было непреклонно: они уже пробовали устраивать подобные занятия, но потерпели провал.

Ассоциация отказалась платить по два доллара за вечер, и он согласился с тем, что он будет вести занятия за небольшой процент от выручки. Не прошло и трех лет, как его вознаграждение выросло до тридцати долларов за вечер.

Курсы набирали популярность. О них прознали в других школах Молодежной христианской ассоциации Нью-Йорка, а затем и в других городах. Вскоре Дейл Карнеги стал известным преподавателем, которого с нетерпением ждали в Нью-Йорке, Филадельфии, Балтиморе, а позднее в Лондоне и Париже. Имевшиеся на то время учебники были слишком заумными и не подходили для слушателей, поэтому он написал собственный и назвал его «Как выработать уверенность в себе и влиять на людей, выступая публично». Теперь это официальное пособие всех школ Молодежной христианской ассоциации, а также Американской ассоциации банкиров и Национальной ассоциации экспертов по кредиту.

Сегодня на одно занятие по ораторскому мастерству Дейла Карнеги приходят больше людей, чем на дополнительные курсы по публичным выступлениям в Колумбийском или Нью-Йоркском университетах вместе взятых.

Дейл Карнеги уверен, что, разозлившись, заговорит абсолютно любой человек: если хорошенько врезать в челюсть самому недалекому парню, то он вскочит на ноги начнет выступать с таким жаром и красноречием, о котором в лучшие дни знаменитый американский политик Уильям Дженнингс Брайан мог только мечтать. Достойно произнести речь перед публикой может практически каждый, кто уверен в себе и кому есть что сказать.

Чтобы выработать уверенность в себе, говорит Дейл Карнеги, нужно делать то, чего вы, как вам кажется, боитесь, и набираться положительного опыта. Поэтому на его занятиях по очереди выступают все участники группы. Аудитория поддерживает каждого выступающего, ведь их объединяет общая цель, и благодаря постоянной практике слушатели становятся смелее, увереннее в себе, в них разгорается азарт.

Дейл Карнеги говорит, что все эти годы зарабатывает на жизнь отнюдь не преподаванием курсов ораторского мастерства – это как бы побочный продукт. Основная его работа – помогать людям побеждать страхи и становиться смелее.

На занятия Карнеги приходят промышленники и финансисты, которые уже и позабыли, как выглядит классная комната. Большинство оплачивают обучение при каждом посещении. Им нужны осязаемые результаты, конкретные советы и приемы, которыми они могли бы воспользоваться уже на следующий день.

Поэтому со временем у Дейла Карнеги выработалась уникальная и очень эффективная система, вобравшая в себя ораторское искусство, навыки переговоров и торга, элементы науки о взаимоотношениях между людьми, развития личности и прикладной психологии.

По словам гарвардского профессора психологии Уильяма Джеймса, самый обыкновенный человек задействует не более десяти процентом своих умственных способностей. Дейл Карнеги, вдохновляя и подталкивая людей к полному раскрытию заложенного в них потенциала, создал одно из мощнейших движений в дополнительном образовании.

### Глава первая. Как стать храбрым и уверенным в себе

> Храбрость – отличительная черта сильных духом.

> Даниел Уэбстер, американский политический деятель, сенатор

> Смотреть на будущее глазами страха опасно.

> Эдвард Гарриман, американский финансист

> Никогда не ищи совета у своих страхов.

> Девиз генерала армии конфедератов Томаса Джексона (по прозвищу Каменная Стена)

> Убедите себя в том, что вам под силу что-то сделать, и вы добьетесь успеха, какой бы трудной ни оказалась задача. Если же вам покажется, что вы не справитесь с наипростейшим делом, то кротовины превратятся в неприступные горы и не видать вам победы.

> Эмиль Куэ, французский психолог и фармацевт

> В девяти случаях из десяти основа успеха – вера в себя и безоглядная преданность делу.

> Томас Уилсон, американский промышленник, президент Wilson and Company

> Умение говорить убедительно – скорее достижение, чем дар.

> Уильям Брайан, американский политик и государственный деятель

> Чтобы преуспеть, куда важнее обладать красноречием, чем быть мудрым и скорым на советы.

> Из статьи в газете The Daily Telegraph (Лондон)

Автор этой книги преподает на различных курсах по ораторскому искусству, которые, начиная с 1912 года, посетили более восемнадцати тысяч промышленников и других деловых людей. По его просьбе практически каждый из слушателей письменно отвечал на вопрос о том, почему он пришел на курсы и с какой целью. Удивительно, но судя по ответам, тысячи и тысячи людей испытывали одно и то же желание (хотя и выражали его разными словами): «Когда приходит моя очередь говорить, я теряюсь, меня сковывает такой страх, что мысли путаются и я забываю все, что собирался сказать. Я хочу обрести хладнокровие и уверенность, хочу научиться быстро соображать. Хочу выстраивать мысли в логическом порядке и четко и убедительно выступать на совещаниях и перед большими группами людей».

Приведу реальный случай: несколько лет назад на мои курсы ораторского мастерства в Филадельфии записался мистер Д. Гент. Это был мужчина среднего возраста, который всегда занимал активную жизненную позицию: возглавлял собственную производственную компанию, участвовал в церковной и гражданской жизни. После первого занятия он пригласил меня на обед в «Клубе промышленников». И вот когда мы сидели за столом, он подался вперед и заговорил:

– Меня часто просили выступить перед разными группами людей, но я всегда отказывался. Так нервничаю, что мысли разбегаются: всю жизнь только и делаю, что выкручиваюсь. Недавно я стал председателем совета попечителей колледжа и должен председательствовать на каждом собрании. Выбора нет, отмалчиваться больше не получится… Думаете, в моем возрасте еще можно научиться произносить речи?

– Думаю ли, мистер Гент? – ответил я. – Не важно, что я думаю. Я знаю, что это возможно и что вы обязательно научитесь, если будете практиковаться и следовать моим советам.

Видно было, собеседник хотел бы мне поверить, но, судя по всему, эти обещания показались ему чересчур оптимистичными, радужными.

– Вы очень добры, – проговорил Гент. – Но боюсь, вы просто хотите вселить в меня уверенность.

Курс закончился, и какое-то время мы не общались. В 1921 году мы с мистером Гентом снова встретились за обедом в «Клубе промышленников». Мы сидели в том же углу, за тем же столом, что и в первый раз. Я поинтересовался, была ли моя вера в его успех чрезмерной. Он достал из кармана записную книжечку в красном переплете и показал список мероприятий, на которых его пригласили выступить.

– Это еще один способ служить людям. К тому же я получаю истинное удовольствие от выступлений. Они придают моей жизни смысл, – признался он.

Незадолго до этого в Вашингтоне началась международная конференция по ограничению вооружений. Когда стало известно, что ее посетит премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж, баптисты Филадельфии отправили ему телеграмму с приглашением выступить и на устраиваемом ими большом собрании. В ответной телеграмме политик пообещал, что если он будет в Вашингтоне, то обязательно приедет и в Филадельфию и примет участие в мероприятии. Мистер Гент сказал, что именно ему выпала честь представить публике Ллойд Джорджа.

Это тот же человек, который три года назад за этим же столиком печально спрашивал, сможет ли он когда-нибудь выступать на публике!

Удивительно ли, что мистер Гент так быстро преуспел в ораторском искусстве? Нет. Таких случаев сотни.

Вот еще одна история: несколько лет назад врач из Бруклина, назовем его мистер Кертис, проводил зиму во Флориде, неподалеку от тренировочной базы «Гигантов». Он был страстным поклонником бейсбола и частенько наблюдал за тренировками. Вскоре Кертис подружился с игроками, и его пригласили на банкет в честь команды.

Когда подали кофе и орехи, с небольшими речами выступили несколько важных гостей. И тут внезапно, будто раскат грома, раздался голос ведущего:

– Сегодня с нами доктор, поэтому попрошу мистера Кертиса сказать несколько слов о здоровье бейсболистов.

Был ли он готов? Более чем. У доктора Кертиса была лучшая в мире подготовка: почти треть века он изучал гигиену и практиковал медицину. Он мог бы всю ночь говорить на эту тему с соседом слева или справа. Но ведь встать и сказать то же самое даже перед небольшим собранием – совсем другое дело. От одной мысли об этом пульс доктора ускорялся, а сердце замирало. За всю жизнь он не произнес ни единой речи, и из головы, подобно перелетным птицам, вылетели все до единой мысли.

Что же делать? Публика аплодирует. Все взгляды устремлены на него. Он покачал головой, но это лишь раззадорило собравшихся, аплодисменты только усилились. Все чаще и громче звучали возгласы: «Доктор Кертис! Речь! Речь!»

Он чувствовал себя хуже некуда. Он знал, что потерпит ужасную неудачу, что не скажет и десятка связных предложений. Он встал и, не сказав ни слова, вышел. Бедняга был переполнен стыдом, он чувствовал себя раздавленным.

Неудивительно, что первым делом по приезду в Бруклин доктор Кертис пришел в центральное отделение Молодежной христианской ассоциации и записался на курсы обучения ораторскому искусству. Ему явно не хотелось краснеть и выставлять себя дураком во второй раз.

Случилось то, что неизбежно происходит с учениками, подобными доктору: он продвигался с ошеломительной скоростью, о которой не мог даже помыслить. Уже после нескольких занятий нервозность исчезла, а уверенность в себе стала крепнуть. Два месяца спустя Кертис стал звездой группы. Его стали приглашать с выступлениями на мероприятия вне курсов. Доктор вошел во вкус, ему нравились приливы бодрости во время выступлений, он наслаждался признанием, заводил новые знакомства. На одной из речей присутствовал член избирательного комитета республиканцев в Нью-Йорке. Он предложил ему поучаствовать в агитации за свою партию в этом городе. Как бы удивился этот политик, узнай он, что всего год назад этот блестящий оратор, преисполнившись стыда и смущения, покинул банкетный зал из-за того, что его сковал страх публики!

На самом деле многим только кажется, что обрести храбрость и уверенность в себе, научиться думать спокойно и ясно во время выступления перед людьми крайне трудно, практически невозможно. Это не священный дар, которым провидение награждает лишь редких избранных. Владение ораторским искусством не сложнее, чем умение играть в гольф. При должном желании развить свои скрытые способности способен каждый из нас.

Быть может, стоя перед аудиторией, соображать ясно труднее, чем сидя? Очевидный ответ: конечно же нет. Напротив, перед группой людей думаться должно даже лучше. Само присутствие слушателей пробуждает и вдохновляет выступающего.

Многие ораторы подтвердят: слушатели окрыляют, побуждают мозг работать быстрее, четче. В кураже выступления мысли, факты и идеи, о которых вы даже не подозревали, которые, как говорил пастор Генри Уорд Бичер, «дымясь, проплывают мимо». Остается лишь протянуть руку и ухватиться за них. Практикуйтесь, проявите упорство, и вы сами переживете это ни с чем не сравнимое ощущение.

Вот что могу сказать точно: благодаря упорным занятиям вы избавитесь от страха сцены, обретете уверенность в себе и мужество.

Не думайте, будто ваш случай безнадежен и у вас нет шансов. Даже те, кто впоследствии стали ярчайшими и наиболее красноречивыми ораторами своего поколения, в начале пути тоже были поражены ослепляющим страхом и невероятной застенчивостью.

Известный американский политик Уильям Дженнингс Брайан, который произнес тысячи речей, признавался, что поначалу при выходе к людям у него так тряслись колени, что он едва на ногах держался.

Когда Марк Твен впервые вышел читать лекцию, он почувствовал, что рот его набит ватой, а сердце колотится так, будто он участвует в гонке за какую-то ценную награду.

Генерал Улисс Грант взял Виксберг и привел к победе одну из величайших армий того времени. Но, по его словам, когда он попытался произнести речь, он испытал нечто вроде локомоторной атаксии[2].

Жан Жорес, выдающийся французский оратор своего поколения, целый год молча просидел в Палате депутатов, прежде чем осмелился впервые выступить с речью.

«Когда я решился произнести речь в первый раз, – признавался Дэвид Ллойд Джордж, – то был в полнейшем отчаянии. И это не фигура речи, ибо язык мой прилип к нёбу. Поначалу я и слова произнести не мог».

Джон Брайт, один из величайших ораторов, известный английский политик, который выступал за единство Англии и отстаивал эмансипацию, произнес свою дебютную речь перед жителями одной деревни в здании школы. По пути на собрание он так боялся опозориться, что попросил своего спутника начинать аплодисменты всякий раз, когда увидит, что тот поддается нервозности.

По словам брата Чарльза Стюарта Парнелла, в начале карьеры видный ирландский политический деятель от волнения так сильно сжимал кулаки, что до крови прорезал ногтями кожу ладоней.

Английский политик Бенджамин Дизраэли признавался, что он лучше бы повел в атаку кавалерию, чем выступил перед Палатой общин. Его дебютная речь закончилась оглушительным провалом. Та же участь постигла и Ричарда Шеридана, известного драматурга и общественного деятеля Англии.

С плохих выступлений начинали столь многие видные британские ораторы, что сейчас в английском парламенте бытует мнение, что речь начинающего политика, оказавшаяся оглушительным успехом, – дурное предзнаменование. Так что не отчаивайтесь!

Автор, который наблюдал за карьерами множества успешных ораторов и немного помог развиться некоторым из них, радуется, когда в самом начале замечает у обучающихся легкое смущение и нервозность.

В публичном выступлении, даже перед дюжиной человек на рабочем собрании, есть определенная ответственность, оно несет определенную встряску, определенное возбуждение. Выступающий должен быть взвинчен, подобно чистокровной лошади, закусывающей удила. Еще две тысячи лет назад бессмертный Марк Туллий Цицерон заметил, что любое действительно достойное публичное выступление отличает нервозность.

Ораторы часто испытывают это чувство, даже когда выступают по радио. Вы, наверное, слышали о «боязни микрофона»? Когда Чарли Чаплин впервые пришел на эфир, у него были с собой листы бумаги с написанной речью. Естественно, выступления на публике были для него привычным делом. В 1912 году он колесил по Америке с водевильным скетчем «Вечер в мюзик-холле», а до этого выступал на театральных сценах Англии. Но стоило ему оказаться в звукоизолированной комнате и встать перед микрофоном, как он ощутил в животе болтанку, очень похожую на ту, что ощущают пассажиры морских лайнеров, отважившиеся пересечь Атлантику в неспокойном феврале.

Похожий опыт был и у Джеймса Кирквуда, известного американского актера и кинорежиссера. Он был звездой разговорного жанра, но когда вышел из студии после первого обращения к невидимой аудитории, то долго вытирал пот со лба. «Премьера на Бродвее не идет ни в какое сравнение с этим», – признался он.

Некоторые люди испытывают стеснение перед выходом, как часто бы ни выступали, но стоит им встать на ноги, как оковы исчезают уже через пару-тройку секунд.

Смущение первых секунд было хорошо знакомо даже президенту США Аврааму Линкольну (находился на этом посту с 1861 по 1865 год). «Поначалу он был очень неловок, – вспоминал его юридический партнер Уильям Герндон, – казалось, он никак не может приспособиться к обстановке. Какое-то время его одолевали робость и смущение, которые лишь усиливали неуклюжесть. Я не раз наблюдал такие моменты и всегда сочувствовал мистеру Линкольну. Когда он начинал говорить, его голос срывался, звучал резко и неприятно. Подача, сухая, морщинистая, желтоватая кожа на лице, странная поза, неуверенные движения – все играло против него, но лишь в самом начале». Через несколько мгновений Линкольн собирался, его голос обретал теплоту и искренность, и начиналась настоящая речь.

Быть может, у вас так же.

Итак, чтобы получить от занятий как можно больше пользы и быстрее освоить необходимые навыки, соблюдайте четыре условия.


Первое: желание говорить красиво и убедительно

Желание человека говорить красиво и убедительно намного важнее, чем кажется на первый взгляд. Если бы наставник мог заглянуть в ваш разум и сердце и измерить силу ваших желаний, он с невероятной точностью определил бы скорость вашего обучения. Если желание слабо, такими же будут и действия. Если вы приступите к изучению предмета с целеустремленностью, настойчивостью и рвением бульдога, гонящегося за кошкой, то во всей Солнечной системе не найдется силы, способной вас остановить.

Поэтому «разожгите» свое желание. Приумножьте пользу от занятий. Только представьте, какую огромную пользу принесут деловому предприятию ваши уверенность в себе и умение убедительно говорить на людях. Подумайте о том, как это повлияет на вашу общественную жизнь: сколько новых друзей вы заведете, как вырастет ваше влияние, вы станете настоящим вожаком. Научитесь говорить ярко, ибо именно это быстрее всего приведет вас к истинному лидерству.

«Ни одно другое достижение, – утверждал адвокат и сенатор Чонси Депью, – не помогает выстроить карьеру и не приносит признание так быстро, как умение достойно говорить».

Заработав миллионы, предприниматель и изобретатель Филип Армор сказал: «Лучше бы я был крупным оратором, чем крупным капиталистом».

Научиться этому стремятся почти все образованные люди. После смерти сталепромышленника и филантропа Эндрю Карнеги в его бумагах нашли план на жизнь, который он составил в возрасте тридцати трех лет. Тогда он полагал, что через два года устроит бизнес так, чтобы ежегодно зарабатывать пятьдесят тысяч долларов. Итак, план был таков: отойти от дел в тридцать пять лет, поступить в Оксфорд и получить достойное образование с упором на навыки публичных выступлений.

Только представьте, сколько радости и удовольствия принесет вам новая способность. Автор исколесил немалую часть земного шара, повидал и испытал многое, однако он знает: мало что сравнится с глубоким внутренним удовлетворением, которое получаешь, когда публика задумывается о том, о чем ты говорил со сцены. Этот опыт придает сил, наполняет выступающего невероятной силой. Тот, кому восхищенно внимает публика, добился больших высот, это выделяет его, ставит выше других. В этом есть волшебство, приносящее незабываемое удовольствие. Один оратор признался: «За две минуты до выхода я бы предпочел получить плетей, чем выйти к трибуне. Когда же до окончания выступления остается пара минут, я бы предпочел получить пулю, чем остановиться».

В каждой группе находятся люди, которые разочаровываются в занятиях, и их интерес угасает. Чтобы эта участь не постигла и вас, думайте о том, чего вы достигнете во время обучения, до тех пор, пока ваше желание не разгорится, как огонь в кузнечной печи. Воодушевленно летите от первого занятия к победному последнему. Расскажите друзьям о том, что записались на эти курсы. Посвящайте один вечер в неделю изучению этих уроков и приготовлению речей. Короче говоря, сделайте все, чтобы двигаться вперед было как можно легче, а отступить – как можно труднее.

Как Юлий Цезарь обеспечил победу своих войск, когда, отправившись из Галлии, римские легионы преодолели пролив и высадились на территорию нынешней Англии? Благодаря одной хитрости: Цезарь приказал легионерам задержаться на склоне белых скал Дувра, чтобы они своими глазами увидели, что языки пламени пожирают корабли, на которых они прибыли. Они на вражеской земле. Последняя связующая ниточка с родными берегами разорвана, обратной дороги нет. Оставалось лишь одно: двигаться вперед, покорять новые земли. Обратной дороги нет.

Таков был бессмертный Цезарь. Почему бы вам не последовать его примеру в своем сражении со страхом аудитории, тем более что для него нет никаких оснований?


Второе: вы должны хорошо понимать, о чем собираетесь говорить

Если вы не продумали предстоящее выступление, не составили план и не знаете, о чем собираетесь говорить, вы будете очень неуютно чувствовать себя перед слушателями. Такой человек подобен слепцу, ведущему за собой других незрячих людей. Такому оратору остается только краснеть, каяться и сгорать от стыда из-за своей нерадивости.

Теодор Рузвельт (президент США с 1901 по 1909 год) писал в своей автобиографии:

«Меня избрали в Законодательное собрание штата Нью-Йорк осенью 1881 года, где я оказался самым молодым. Как и всем молодым людям и неопытным политикам, мне пришлось учиться говорить во время заседаний, что оказалось трудной задачей. Мне очень помог совет старого бывалого земляка, который, сам того не зная, привел высказывание герцога Веллингтонского, который, без сомнения, перефразировал кого-то еще. Совет был таков: „Не говори до тех пор, пока мысль не оформится точно. Затем выскажи ее и сядь на место“».

Этот «старый бывалый земляк» должен был рассказать Рузвельту еще об одном способе борьбы с нервозностью. «Чтобы прогнать замешательство, сделай что-нибудь перед аудиторией – напиши слово на доске, укажи точку на карте, сдвинь стол, распахни окно, переложи книги или бумаги – любое целенаправленное действие поможет расслабиться и почувствовать себя как дома».

Да, порой нелегко найти внятный предлог для такого действия, зато совет дельный. Воспользуйтесь им, если получится, но только несколько раз, пока привыкаете говорить на людях. Ведь, научившись ходить, ребенок больше не хватается за стулья.


Третье: действуйте уверенно

Гарвардский профессор Уильям Джеймс, самый известный психолог Америки, писал:

«Может показаться, что действие следует за чувством, но в действительности их связь обоюдна. Следовательно, меняя действие, находящееся под непосредственным контролем воли, можно косвенно воздействовать на чувство, которое не подчиняется ей напрямую.

Таким образом, единственный сознательный способ вернуть себе жизнерадостность – это действовать и говорить так, будто жизнерадостность вас и не покидала. Если изменение поведения не пробудило искомое состояние, то в этот раз не поможет никакой другой способ.

Следовательно, чтобы ощутить бесстрашие, нужно вести себя, как храбрец, направить на это всю волю, и приступ страха сменится приливом смелости».

Применяйте совет Уильяма Джеймса на практике. Чтобы не бояться публики, ведите себя так, будто вы уже полны храбрости. Разумеется, если вы не готовы, толку с этого будет мало. Если же вы знаете, о чем говорить, шагните вперед и глубоко вдохните. Вообще, перед каждым выходом к публике практикуйте глубокие вдохи и выдохи на протяжении тридцати секунд. Прилив кислорода поднимет ваш дух и придаст храбрости. Великий польский тенор Ян Решке говорил, что нервозность всегда проходит, если хорошенько вдохнуть и «немножечко посидеть».

Когда юноша племени фульбе, живущего в Центральной Африке, достигает зрелости и хочет жениться, он должен пройти обряд бичевания. Женщины племени собираются в круг, поют и под бой там-тамов хлопают в ладоши. К ним выходит обнаженный по пояс испытуемый. Внезапно один из собравшихся мужчин начинает неистово стегать его кнутом по оголенной коже, прямо как последнего преступника. Появляются ссадины, кровоточащие раны, шрамы, которые иногда остаются на всю жизнь. За ритуалом внимательно наблюдает один из самых достойных мужей племени. Его задача – смотреть за тем, чтобы испытуемый не сделал ни шага, ни единым движением или гримасой на лице не выказал боль. Чтобы успешно пройти испытание, молодой человек должен не только с честью перенести боль, но и беспрестанно петь хвалебный гимн.

Смелость ценят в любую эпоху, в любом уголке Земли. Поэтому, как ни колотилось бы сердце, храбро выйдите вперед, остановитесь, уверенно встаньте и, подобно избиваемому кнутом юноше из Центральной Африки, сделайте вид, будто наслаждаетесь происходящим.

Распрямите спину, взгляните слушателям в глаза и говорите так уверенно, будто каждый из них должен вам денег. Представьте, будто они собрались тут, чтобы выпросить у вас кредит. Это тоже положительно скажется на вашем душевном состоянии.

Стоя перед аудиторией, не теребите пуговицы пиджака, не заламывайте руки. Если же нервничаете настолько, что без движений не обойтись, заложите руки за спину и незаметно шевелите пальцами рук или двигайте пальцами ног.

Вообще, оратору не следует прятаться за мебелью; однако во время первых выступлений незазорно держаться за угол впереди стоящего стола, спинку стула или сжимать в руке монету.

Откуда у Теодора Рузвельта взялись свойственные ему мужество и уверенность в себе? Наградила ли его природа смелым духом? Ничего подобного. Он поделился секретом своего преображения в автобиографии:

«Я был болезненным и застенчивым мальчиком, поэтому не верил в свои силы и когда стал молодым человеком. Пришлось долго и мучительно тренировать не столько тело, сколько душу и дух. Еще в детстве мне в душу запал отрывок из одной из книг Фредерика Марриета, которые мне всегда нравились. В нем капитан небольшого британского военного парусника объясняет герою, как стать бесстрашным. По его словам, перед сражением боится всякий, но нужно так владеть собой, чтобы действовать так, будто никакого страха нет. Если продолжать это достаточно долго, притворство становится реальностью, и человек в действительности становится бесстрашным благодаря лишь тому, что длительное время изображал смелость, хотя ее и не чувствовал. (Это не цитата из книги, а мое собственное изложение. – Д. К.)

Я воспользовался этой мыслью. Сам я много чего боялся: медведей гризли, норовистых лошадей, опасных парней с револьверами и многого другого. Однако, начав вести себя так, будто ничего не боюсь, я постепенно победил страх. Воспользоваться этим способом могут и другие люди». Последуйте этому совету во время обучения ораторскому искусству. «Когда идет война, – говорил французский маршал Фердинанд Фош, – лучшая защита – нападение». Так перейдите же в наступление на страхи. Встретьтесь с ними лицом к лицу, вступите с ними в сражение, побеждайте их благодаря мужеству и дерзости.

Продумайте сообщение, а затем представьте, что вы – телеграфист и вам получено его передать. Людей интересует телеграмма, а не посыльный. Сосредоточьтесь на содержании. Вы должны помнить каждое словечко, каждую буковку. Прочувствуйте каждый образ, всем сердцем поверьте в послание, а затем уверенно произнесите его. Делайте так, и десять шансов против одного, что вскоре вы станете хозяином положения и овладеете собой.


Четвертое: практика, практика, практика!

Это самое важное правило. Даже если вы позабудете все, что только что прочитали, накрепко запомните следующее: первый, единственный, безотказный способ стать смелым во время публичных выступлений – говорить. В конце концов, все сводится к одному: практика, практика и еще раз практика. Это неотъемлемое условие, без которого ничего попросту не выйдет.

«Мандражу подвержен каждый новичок, – предостерегал Теодор Рузвельт, – это состояние сильного нервного возбуждения не имеет ничего общего с робостью. Оно возникает у человека, который впервые в жизни выступает перед большой группой людей, с ним неизбежно знакомится начинающий охотник или солдат-новобранец. В таком состоянии нужна не храбрость, а самообладание и хладнокровие. Воспитать в себе эти качества можно лишь благодаря работе над собой. Учитесь каждую секунду владеть своим состоянием, пусть самообладание станет вашей привычкой. Тренируйте силу воли, и с каждым днем вы будете становиться сильнее».

Проявите стойкость. Приходите на каждое занятие, даже если не смогли должным образом подготовить речь, потому что у вас внезапно возникли неотложные дела. Приходите в любом случае. Говорите на тему, предложенную преподавателем или соучениками.

Хотите избавиться от страха перед публикой? Тогда постарайтесь понять его причины.

«Страх – порождение невежества и неуверенности», – утверждает историк и социолог Джеймс Робинсон в книге «The Mind in the Making» («Становление разума»). Другими словами, это результат неуверенности в себе.

Почему мы никак не можем поверить в себя? Потому что не знаем, на что мы действительно способны. Осознать свои силы можно только на опыте. Когда вы увидите собственные успехи, все страхи пропадут, растают, как ночной туман при свете июльского солнышка.

Всем известно, что единственный способ научиться плавать – прыгнуть в воду. Вы достаточно долго читаете эту книгу. Самое время отбросить ее и приступить к работе.

Составьте трехминутную речь на знакомую вам тему. Хорошенько отрепетируйте свое выступление. Затем выступите с ней перед группой людей, которым интересна выбранная вами тема, или перед соучениками. Вложите в выступление всю душу.

Резюме

1. Большинство слушателей занятий, проводившихся автором, рассказывали, что хотят избавиться от нервозности, научиться думать на ходу и уверенно и выступать перед любой аудиторией.

2. Овладеть этими навыками вполне возможно. Это не дар, которым судьба наделяет лишь редких избранных. На самом деле это как с гольфом: при желании любой человек может развить свои скрытые способности и стать хорошим игроком.

3. Многие опытные ораторы говорят и думают лучше в присутствии группы людей, чем в разговоре с одним человеком. Аудитория вдохновляет и окрыляет. Усердно изучайте этот курс, следуйте рекомендациям, и однажды это испытаете и вы. Вы с нетерпением будете ждать следующего выступления.

4. Не думайте, будто вы безнадежны. Многие знаменитые ораторы в самом начале страдали от застенчивости и сковывающего страха аудитории. Через это прошли Уильям Брайан, Жан Жорес, Дэвид Ллойд Джордж, Чарльз Парнелл, Джон Брайт, Бенджамин Дизраэли, Ричард Шеридан и многие другие.

5. Возможно, вы всегда будете ощущать неловкость перед выходом, как часто бы вы ни выступали. Вы избавитесь от нее, как только предстанете перед слушателями.

6. Чтобы извлечь из этого курса как можно больше пользы и быстрее получить результаты, соблюдайте четыре правила:

а) для начала поставьте перед собой цель научиться говорить четко и красиво. Оцените все преимущества, которые даст вам это умение. Представьте, как выиграет от него ваша социальная и финансовая жизнь, как возрастет ваше влияние, каким мощным лидером вы станете. Помните: чем сильнее желание, тем быстрее прогресс;

б) готовьтесь перед каждым занятием. Уверенность в себе появится лишь тогда, когда вы будете знать, о чем собираетесь говорить;

в) излучайте уверенность в себе. «Чтобы почувствовать смелость, – советовал профессор психологии Уильям Джеймс, – ведите себя так, будто вы уже переполнены этим чувством, задействуйте силу воли, и приступ страха сменится приливом смелости». Сам Теодор Рузвельт признавался, что благодаря этому методу победил страх перед медведями гризли, норовистыми лошадьми и вооруженными бандитами. Воспользуйтесь этим свойством психики, и вы одолеете страх перед аудиторией;

г) практикуйтесь – это самое важное. Страх – результат неуверенности в себе; она же возникает из-за того, что вы не знаете, на что способны; а к этому, в свою очередь, приводит недостаток опыта. Поэтому наберитесь положительного опыта, и ваши страхи растают.


Упражнения для голоса: правильное дыхание

«Без правильного дыхания, – говорила знаменитая австралийская оперная певица Нелли Мельба, – невозможно выработать красивый голос». Отсюда начнем и мы, ведь это основа голоса, сырье, из которого формируются слова.

Правильное дыхание придает голосу глубокие, богатые оттенки. Он звучит благородно, заполняет все пространство. Такому голосу хочется внимать.

Раз дыхание настолько важно, нужно понять, что оно собой представляет, и в совершенстве овладеть техникой управления этим процессом.

Знаменитые итальянские мастера вокала всегда учили, что дышать нужно диафрагмой. Это какая-то новая, невероятно сложная техника? Ничуть не бывало. Именно так вы дышали, когда были еще маленькими. Да, вы практикуете этот способ по нескольку часов в сутки. Когда вы спите лежа на спине, то дышите свободно, правильно и естественно – в это время как раз и задействована диафрагма. По какой-то удивительной причине в таком положении трудно дышать неправильно.

Следовательно, нужно лишь дышать стоя так же, как и лежа. Вроде бы ничего сложного, да?

Итак, вот первое упражнение: лягте на спину и сделайте несколько глубоких вдохов и выдохов. Обратите внимание на то, что в это время напрягаются мышцы в области живота, а при вдохе плечи не поднимаются.

Происходит следующее: легкие наполняются воздухом и раздуваются, как воздушный шарик. Естественно, им нужно место, но откуда ему взяться? Сверху и по сторонам легкие окружены ребрами, позвоночником и грудиной. Конечно, ребра обладают некоторой подвижностью, но проще всего легким расширяться вниз, в сторону мышцы, диафрагмы. Она разделяет туловище на два отдела: грудной и брюшной. В грудном находятся сердце и легкие, а в брюшном – желудок, печень, кишечник и другие жизненно важные органы. Диафрагма напоминает купол.

Представьте одноразовую бумажную тарелку. Что будет, если положить ее вверх дном на стол и надавить сверху? Тарелка сплющится и расширится во все стороны. Именно это и происходит с диафрагмой, когда при вдохе легкие расширяются и давят на ее выпуклую часть.

Итак, глубоко вдохните, приложите ладони к животу, под грудиной. Чувствуете, как под пальцами диафрагма сплющивается? А теперь переместите руки на бока под ребрами и глубоко вдохните. Почувствуйте, как под нажимом легких ребра раздаются в стороны.

Практикуйте диафрагмальное дыхание каждый день по пять минут, лежа в кровати перед сном, и по пять минут сразу после пробуждения. Вечером эта практика успокоит вас, подготовит ко сну, а утром придаст бодрости и наполнит свежими силами. Делайте это упражнение ежедневно, и оно положительно скажется не только на голосе, но и продлит вам жизнь. Преподаватели вокала и оперные певцы славятся долголетием. Знаменитый испанский бас Мануэль Гарсия дожил до сто одного года. Он считал, что своим долголетием во многом был обязан ежедневной практике глубокого дыхания.

### Глава вторая. Уверенность в себе через подготовку

> Полагаться на вдохновение момента – вот фраза, сгубившая столько многообещающих карьер. Вернейший путь к вдохновению лежит через подготовку. Множество раз я наблюдал, как смелые, способные люди терпели поражение из-за недостатка трудолюбия. Мастерства в ораторском искусстве можно достичь, лишь в совершенстве овладев предметом.

> Дэвид Ллойд Джордж, премьер-министр Великобритании с 1916 по 1922 год

> Прежде чем выходить к публике, оратору следует написать письмо другу и сообщить следующее: «Я собираюсь выступить с речью по такому-то предмету и затронуть такие-то моменты». Затем по порядку перечислить их. Если окажется, что писать ему особо не о чем, лучше сразу связаться с организаторами и отказаться от участия, сославшись на смерть любимой бабушки.

> Эдвард Эверетт Хейл, американский пастор, историк и писатель

> Меня считают гением. Секрет же тут простой: я глубоко изучаю интересующий меня предмет. Размышляю о нем днем и ночью. Тщательно рассматриваю его со всех сторон, погружаюсь в него целиком. Затем начинаю действовать. Результаты этих действий люди и называют плодами гениальности. В действительности это плоды труда и мысли.

> Александр Гамильтон, американский политический и государственный деятель, один из отцов-основателей США

> Лучший способ обрести уверенность в себе – подготовиться к задаче так, чтобы шансов на провал практически не осталось.

> Фрэнсис Локвуд и Кларенс Торп, из книги «Public Speaking Today» («Публичные выступления сегодня»)

В связи с профессиональным долгом и не без удовольствия автор ежегодно выслушивает и разбирает около шести тысяч выступлений. Причем речи эти произносят не студенты колледжей, а деловые люди, настоящие профессионалы. Вот какую важную мысль я почерпнул из этого бесценного опыта: оратор достигает невероятных высот, когда заранее подготавливает речь и у него есть четко оформленная идея, которая увлекла его настолько, что в буквальном смысле требует высказывания. Разве вы не замечали, как притягивает к себе человек, страстно желающий поделиться своими мыслями? А ведь это половина успеха!

Находясь в таком умственном и эмоциональном состоянии, оратор заметит одну любопытную вещь: подобно величавой реке, его речь льется сама собой, не встречая преград. Успех выступления на девять десятых обеспечивает хорошая подготовка.

Как уже говорилось в первой главе, большинство слушателей записываются на курсы автора, чтобы обрести смелость, уверенность в себе и самообладание. Но многие из них совершают одну фатальную ошибку: они не готовятся к выступлениям. Разве можно хотя бы надеяться победить «полчища» страхов и «кавалерию» нервозности, если идти в бой с отсыревшим порохом и холостыми пулями или и вовсе без оружия? Нет ничего удивительного в том, что оратор, уделивший подготовке недостаточно времени, не очень уверенно чувствует себя перед публикой. «Убежден, – говорил Авраам Линкольн, – что не доживу до тех времен, когда буду выступать, даже если мне нечего сказать, и не испытывать при этом стыда».

Почему же некоторые слушатели курсов не уделяют должного времени подготовке? В чем причина? Одни попросту не знают, что это такое и как это делать правильно, другие жалуются на недостаток времени. Далее мы подробно разберем эти проблемы и постараемся внести ясность.

Правильная подготовка

Что значит «подготовиться к выступлению»? Что для этого нужно сделать? Прочитать книгу? Это один из способов, но не лучший. Чтение поможет, только вот если просто пересказать чужие мысли, то в выступлении будет чего-то не хватать. Причем публика может и не поймет, в чем дело, но, заверяю вас, она не почувствует ни малейшего расположения к оратору. Приведу пример: какое-то время назад автор проводил курсы ораторского мастерства для руководителей банков. Разумеется, это были чрезвычайно занятые люди и им было сложно найти время для подготовки. Они привыкли думать своей головой, опираться на собственное мнение, жить по-своему. По сути, всю жизнь они собирали материал для выступлений. Правда, некоторые из банкиров не осознавали этого. Они не видели леса за деревьями.

Группа собиралась по пятницам с пяти до семи вечера. Случилось так, что в день занятий один из участников – назовем его мистер Джексон – обнаружил, что уже полпятого, а говорить ему решительно не о чем. Он вышел из офиса, купил в киоске журнал и в метро, по пути в банк, где проводились занятия, прочел статью под названием «У вас есть всего десять лет, чтобы преуспеть». Не то чтобы статья его очень заинтересовала, но ведь совсем скоро ему предстоит выступить перед аудиторией.

Через час мистер Джексон встал со своего места в аудитории и попытался интересно пересказать прочитанное. Каков же был неизбежный результат?

Он не переварил, не усвоил то, что пытался рассказать. Ключевое слово здесь «пытался», ведь у мистера Джексона не было идеи, которая буквально рвалась бы наружу. На это указывали и его манера держаться, и сам тон выступления. Разве можно в таком случае ожидать, что публика заинтересуется речью больше самого выступающего? Он постоянно ссылался на статью, мол, журналист сказал так-то и так-то. В итоге в выступлении было много от журнала, но, к сожалению, слишком мало от самого мистера Джексона.

Автор обратился к нему примерно с такими словами: «Мистер Джексон, нам не интересен неизвестный журналист, написавший эту статью. Его здесь нет. Мы не можем взглянуть ему в глаза. Но нам очень интересны вы и ваши мысли. Расскажите, что думаете лично вы, а не пересказывайте чужие идеи. Почему бы вам не взять эту же тему на следующую неделю? Перечитайте статью, а затем спросите себя, согласны ли вы с автором. Если да, то обдумайте его предложения и проиллюстрируйте их примерами из вашей жизни. Если нет, то объясните почему. Вложите в ваше выступление больше себя. Пусть статья станет отправной точкой для вашей речи».

Мистер Джексон принял предложение, перечитал текст и пришел к выводу, что совершенно не согласен с автором. Он готовил выступление дома, а не в вагоне метро. Будущая речь постепенно обретала форму, «взрослела и крепла», прямо как настоящий ребенок. Работа шла днем и ночью, когда он этого даже не осознавал. То ему на глаза попадалась любопытная мысль в газете, то во время разговора с другом мистеру Джексону вдруг приходил в голову удачный пример. В течение недели, когда он возвращался к своей будущей речи, она разрасталась, становилась глубже и живее.

В следующую пятницу мистер Джексон вышел уже со своим собственным материалом, добытым в его «частной шахте», отчеканенным в «личном монетном дворе». Говорил он намного ярче, ведь на этот раз спорил с автором статьи. А как известно, ничто не подстегивает оратора так, как живая дискуссия.

Вот что значит правильная подготовка, когда два выступления одного и того же человека на одну и ту же тему с разницей в неделю отличаются друг от друга, как небо от земли. Рассмотрим еще один пример того, как надо и как не надо делать. Слушатель курсов автора, назовем его мистер Флинн, в выступлении рассказывал про свой родной город. Он поверхностно пробежался по туристической брошюре и второпях нахватал разных фактов. Все это неизбежно отразилось на его речи: набор сухих, не связанных между собой высказываний. Мистер Флинн не продумал речь в должной степени, она не отражала его заинтересованности. Говорил он так, будто хотел побыстрее отвязаться от публики. В общем, выступление оказалось блеклым и безвкусным.

Беспроигрышная речь

Пару недель спустя произошло событие, потрясшее мистера Флинна до глубины души. Из общественного гаража угнали его машину.

Он бросился в полицию, пообещал вознаграждение, но все без толку. Полицейские практически расписались в беспомощности и заявили, что им не хватает людей, чтобы справиться с преступностью. А ведь всего неделю назад они не поленились и оштрафовали его за то, что он на пятнадцать минут оставил машину у тротуара. «По уши загруженные» копы разозлили его не на шутку. Вот и тема для речи, причем наполненная уже не голыми фактами из брошюрки, а его личным опытом и переживаниями.

Рассказывая о красотах города, он с трудом выжимал из себя каждое слово. Теперь же ему достаточно было встать и открыть рот – возмущение бездельниками полицейскими стремительным потоком хлынуло на слушателей, будто раскаленная лава из Везувия. Успех такой речи гарантирован, а все потому, что в ней слились опыт и личные переживания.

Что такое настоящая подготовка

Можно ли записать или запомнить как можно больше умных высказываний и считать, что вы подготовились к выступлению? Нет. Быть может, для того, чтобы настроить себя, достаточно вспомнить несколько простеньких мыслей, не имеющих к вам никакого отношения? Снова нет. Чтобы подготовить речь, нужно собрать свои собственные соображения, переживания, устремления. Не сомневайтесь, все это у вас есть. Они появляются каждый день, роятся в голове даже во сне. Вся ваша жизнь буквально пропитана мыслями и переживаниями. Подобно морским камешкам, лежат они в глубинах подсознания. Чтобы как следует подготовиться к выступлению, как раз и нужно выбирать самые подходящие идеи, наблюдения и переживания, обдумывать, вспоминать, шлифовать их, собирая в уникальный узор. Вроде бы не такая уж и сложная задача. Так и есть. Достаточно поставить перед собой цель и сосредоточиться.

Вот как готовил свои мощнейшие воззвания знаменитый проповедник-евангелист Дуайт Муди: «Никакого секрета здесь нет. Я выбираю тему и пишу ее название на большом конверте. У меня их множество. Когда в книге попадается интересная мысль, я выписываю ее на листок бумаги и вкладываю в соответствующий конверт. В специальный блокнот, который всегда ношу с собой, записываю все интересные мысли, которые слышу во время службы. Эти записки тоже отправляются в конверт с занимающей меня темой. Порой записи копятся год или больше. Когда я начинаю готовить новую проповедь, то достаю свои сокровища. Материала получается много, ведь я использую не только эти записи, но и свои наблюдения и размышления. К тому же я всегда пересматриваю свои проповеди: что-то добавляю, что-то убираю, поэтому они не устаревают».

Мудрый совет декана Брауна

На столетие Йельской школы богословия декан доктор Чарльз Рейнольдс Браун издал цикл лекций об искусстве проповеди. Позже они были собраны в книгу и опубликованы нью-йоркским издательством Macmillan. Треть века доктор Браун каждую неделю готовился к проповедям и учил этому других. Поэтому он, как никто другой, мог дать ценный совет не только священнику, готовившемуся прочитать проповедь на тему 91-го псалма, но и фабриканту обуви, который собирается выступить с речью о профсоюзах. Итак, возьму на себя смелость и процитирую доктора Брауна:

«Обдумывайте тему проповеди и текст писания, на котором она основана. Когда тема созреет, станет мягкой и податливой, вы извлечете из нее множество свежих идей. Дайте этим крошечным росткам как следует развиться.

Выделите этому процессу как можно больше времени и не откладывайте его до субботнего вечера, когда приходит время последних приготовлений перед воскресным выступлением. Если священник сможет удержать в голове определенную истину на протяжении месяца, полугода или даже года перед тем, как превратить ее в проповедь, то он обнаружит, что из нее пробиваются все новые и новые мысли, дающие богатый урожай. Он может размышлять о ней на улице или в поезде, закрыв глаза.

Эта работа может проходить даже ночью. Вообще, не стоит переносить дела церкви или проповеди в спальню – кафедра отлично подходит для выступлений, но в постели ей не место. Однако не раз бывало так, что я вставал посреди ночи, чтобы записать внезапно родившиеся у меня мысли.

Когда вы собираете материал для определенной проповеди, записывайте все, что связано с текстом и темой. Запишите, как вы поняли текст при первом прочтении. Отмечайте все мысли, которые появились только сейчас.

Набросайте мысли в нескольких словах, чтобы зафиксировать саму их суть, и заставьте ум искать новые. Пусть он работает так, будто вы больше никогда не откроете ни одной книги. Только так можно приучить ум к усердию. Благодаря этому методу ваши мысли будут свежи, оригинальны. Обязательно записывайте идеи, до которых додумались сами. Для умственного развития они ценнее всех бриллиантов, алмазов и россыпей чистейшего золота в мире. Чиркайте на бумажках, оборотной стороне старых писем, почтовых конвертах – в общем, используйте любую попавшуюся бумагу. Это намного лучше, чем пользоваться чистыми листами писчей бумаги. И дело не просто в экономии: когда придет время собрать материал воедино, упорядочить эти обрывки будет намного легче.

Итак, кропотливо собирайте материал, неустанно обдумывайте все новые идеи. Не торопитесь. Поверьте, это одно из важнейших умственных занятий, доступных человеку. Именно так ваш ум окрепнет, станет настоящей творческой силой.

Вы обнаружите, что наибольшее удовольствие вам и пользу пастве приносят проповеди, при создании которых трудился ваш собственный ум. Они – кость от вашей кости, плоть от вашей плоти, детища вашего труда. Скомканные, непродуманные проповеди, слепленные из неподходящих друг другу кусков, всегда кажутся второсортными, они похожи на разогретый позавчерашний ужин. Проповеди же, порожденные живительной силой разума священника, „вбегают“ в храм, славят Господа, проникают в каждое сердце, окрыляют, придают людям силы, чтобы идти по стезе долга, не падая духом».

Как готовил речи Авраам Линкольн

Как готовил свои выступления этот великий оратор? К счастью, мы располагаем фактами. И, как станет ясно чуть позже, декан Браун в своих лекциях описал некоторые принципы, которыми пользовался три четверти века назад Авраам Линкольн. В одной из самых знаменитых речей он, подобно прорицателю, воскликнул: «„Дом, разделившийся сам в себе, не устоит“. Так и наше государство не сможет постоянно быть наполовину рабовладельческим, наполовину свободным». А ведь эта речь рождалась, пока он занимался обычными делами: во время еды, пока шел по улице, доил корову в сарае, пока по обыкновению ходил за продуктами на рынок, за свежим мясом и овощами, накинув на плечи старый серый шарф. На одной его руке висела корзина для покупок, а рядом бежал сын, который щебетал без умолку, засыпал отца вопросами и дергал его за длинные пальцы. Но Линкольн не останавливался, полностью погруженный в мысли о будущей речи, напрочь забывая о мальчишке.

Время от времени на листках, обрывках конвертов, кусках упаковочной бумаги он делал заметки, набрасывал то предложение, то небольшой отрывок из будущей речи. Он складывал их в шляпу и всегда носил с собой, а потом садился за стол и перечитывал, разбирал, упорядочивал их, превращал в стройный текст.

Во время предвыборных дебатов 1858 года сенатор Стивен Дуглас произносил одну и ту же речь. Линкольн же постоянно работал над своими выступлениями и в конце концов пришел к выводу, что ему намного проще написать новую речь, чем снова и снова повторять старую. Он все время мысленно расширял и углублял темы своих выступлений.

Незадолго до переезда в Белый дом Линкольн заперся в темном пыльном чулане лавки в Спрингфилде с копией конституции и тремя текстами своих выступлений. Там, в тишине и уединении, он и написал речь, произнесенную при вступлении в должность президента.

Как Линкольн готовил свою знаменитую Геттисбергскую речь? К сожалению, эта история окружена слухами и пересудами. Рассказ же об истинных событиях завораживает. Вот как это было.

Организационный комитет решил пригласить на торжественное открытие военного кладбища Эдварда Эверетта. Он был пастором в Бостоне, президентом Гарварда, губернатором Массачусетса, сенатором, послом в Великобритании, государственным секретарем и считался лучшим оратором Америки того времени.

Изначально торжественная церемония была назначена на 23 октября 1863 года, но мистер Эверетт справедливо заметил, что не успеет достойно подготовиться в такой короткий срок. И чтобы дать ему время, открытие перенесли практически на месяц, на 19 ноября. Три дня перед церемонией Эверетт провел в Геттисберге, прогуливался по местам боев, узнавал все подробности недавних событий. Лучшего способа подготовки не найти. Теперь он представлял битву во всех деталях, будто участвовал в ней сам.

Приглашения на торжества разослали всем конгрессменам, президенту и членам правительства, но большинство из них отказались. Члены комитета были удивлены, когда пришло согласие от Линкольна. Следует ли попросить его выступить с речью? Это не входило в первоначальный план. Разгорелись споры. У президента США попросту не будет времени на подготовку. Да даже если он и успеет, сможет ли выступить достойно? Разумеется, все помнили пламенные речи Линкольна об отмене рабства, но никто не слышал, чтобы он выступал на подобных мероприятиях. А ведь готовилось торжественное и крайне серьезное событие, и просчет был недопустим. Все же стоит ли предложить ему выступить? Если бы члены комитета могли взглянуть в будущее, то все вопросы отпали бы разом, ведь человеку, в чьих способностях они сомневались, было суждено произнести речь, которая будет признана одной из самых мощных речей в истории человечества.

Наконец, всего за четырнадцать дней до церемонии Линкольну все же отправили просьбу сделать «несколько подобающих случаю замечаний». Да, именно эти несколько слов были в послании. Только представьте, написать такое президенту Соединенных Штатов!

Линкольн сразу же начал готовиться. Он написал Эдварду Эверетту и получил копию текста его выступления. Пару дней спустя он отправился в фотоателье и, пока ждал свой портрет, прочел полученный текст. Днями напролет он продумывал свою речь, по пути из Белого дома в военное министерство, растянувшись на диване в военном министерстве, пока ждал последних телеграфных сообщений. В своем шелковом цилиндре он носил листок бумаги с черновиком будущего шедевра. Каждую минуту Линкольн думал над будущей речью, с каждой минутой она принимала все более ясные очертания. В воскресенье накануне выступления он сказал журналисту Ноа Бруксу: «Не скажу, что она написана. Нет, не готова. Я переписывал текст два или три раза, но его надо бы отшлифовать».

Линкольн приехал в Геттисберг вечером накануне церемонии. Городок был переполнен. В нем постоянно проживала всего одна тысяча триста человек, но сейчас собрались целых пятнадцать тысяч. На тротуарах было не протолкнуться, и люди высыпали на утоптанную землю мостовых. Перебивая друг друга, гремели с полдюжины оркестров, толпы наперебой пели знаменитую песню «Тело Джона Брауна». Люди собрались перед домом мистера Уиллса, у которого остановился Линкольн. Собравшиеся ждали его появления, требовали, чтобы он произнес речь. Линкольн же в нескольких словах, которые говорили скорее о его прямоте, чем о такте, ответил, что до начала торжества говорить не намерен. Доподлинно известно, что оставшийся вечер он «шлифовал» текст речи. Он даже сходил в соседний дом, в котором остановился госсекретарь Сьюард, прочел ему очередной набросок и попросил высказать критические замечания. Президент работал над текстом и после завтрака до тех пор, пока в его дверь не постучали и не сказали, что пора занимать место в процессии.

Позднее полковник Юджин Карр, ехавший позади президента, отмечал, что когда процессия тронулась, президент сидел в седле распрямив плечи, как и положено верховному главнокомандующему, но вскоре он наклонился вперед, его руки повисли по сторонам, а голова опустилась. Он явно о чем-то размышлял. Нам остается лишь предположить, что даже тогда Линкольн отшлифовывал в уме свое короткое выступление, состоявшее всего из нескольких бессмертных фраз.

Речи Линкольна, темы которых его особо не интересовали, оказывались провальными. Но когда он говорил об отмене рабства или об объединении страны, то был очень убедителен. Почему? Потому что эти проблемы увлекали его настолько, что он постоянно размышлял о них, старался прочувствовать саму их суть. Один попутчик, который остановился в одной комнате с Линкольном в таверне Иллинойса, рассказывал, что когда проснулся утром, то сосед сидел на своей кровати, уставившись в стену. Первыми его словами было: «Так и наше государство не сможет постоянно быть наполовину рабовладельческим, наполовину свободным».

«Это конечно любопытно, – перебьете вы, – но я не стремлюсь быть бессмертным оратором. Мне нужно лишь время от времени выступать на совещаниях».

Это так, и мы прекрасно знаем о ваших потребностях. Этот курс специально разработан для профессионалов своего дела, таких как вы. Тем не менее какими бы простенькими ни казались некоторые хитрости, которыми пользовались ораторы прошлого, они будут очень вам полезны.

Как готовить речь

Какие темы выбирать для выступлений на этом курсе? Те, что интересуют вас самих. По возможности выбирайте тему сами, а еще лучше, чтобы тема выбрала вас. Однако будьте готовы и к тому, что темы выступления будет предлагать преподаватель.

Часто обучающиеся пытаются во время выступления затронуть множество вопросов. Не повторяйте эту ошибку. Лучше подробно осветить один-два аспекта темы. Этого будет более чем достаточно, ведь на курсах на выступления обычно выделяют всего несколько минут.

Выберите тему за неделю до выступления, чтобы думать о ней как можно чаще. Размышляйте о ней днем, пусть она приходит к вам во сне. Засыпайте и просыпайтесь с ней, возвращайтесь к своей теме, пока умываетесь, бреетесь, едете на работу, сидите в приемной начальника, обедаете. Обсуждайте ее с друзьями. В общем, пусть тема предстоящего выступления станет вашей верной спутницей на ближайшую неделю.

Рассматривайте тему со всех сторон. Например, если вы собираетесь говорить о разводах, поразмыслите о том, что к ним приводит, каковы экономические и социальные последствия. Как предотвратить эту напасть? Следует ли сделать развод невозможным? Стоит ли усложнить или упростить процедуру?

Предположим, вы решили рассказать, почему записались на эти курсы. Тогда задайте себе такие вопросы: с чем у меня трудности? В чем мне поможет это умение? Приходилось ли мне выступать перед людьми? Когда? Где? Как все прошло? Зачем деловому человеку умение произносить речи? Знаком ли я с людьми, которые богатеют и приобретают влияние благодаря тому, что уверены в себе, умеют держаться на публике, говорят красиво и убедительно? Знаю ли я людей, кто скорее всего никогда не добьется значительного успеха из-за того, что не обладает этими навыками? Приведите примеры. Расскажите об этих своих знакомых, не называя их имен.

Если вы сможете говорить связно и уверенно на протяжении двух-трех минут, этого будет более чем достаточно для первых пробных выступлений. Можно начать с ответа на вопрос «почему я записался на эти курсы?» – это очень легкая и удачная тема. Просто выделите немного времени, подумайте, повспоминайте, подберите подходящий материал, и у вас все получится, ведь вы будете говорить о собственных наблюдениях, мечтах, о своем опыте.

Или же вы решили поговорить о своей работе. Как приготовиться к выступлению? У вас уйма сведений на эту тему. В таком случае задача заключается в том, чтобы подобрать их и упорядочить. Даже не пытайтесь за три минуты рассказать все, что вам известно. Это попросту невозможно. Получится поверхностное, рваное выступление. Выберите лишь один вопрос и как можно полнее раскройте его. Например, расскажите о том, как завели свое дело или пришли в профессию. Получилось ли это случайно или было вашим выбором? Поделитесь своими надеждами, расскажите о первых победах и поражениях, потерях и приобретениях. Мы хотим услышать настоящую историю, основанную на опыте человека, его мыслях и переживаниях. Правдивая, трогательная история жизни всегда интересна – ее лишь нужно правильно рассказать, избегая самолюбования. Успех такого материала практически гарантирован. Или расскажите о своем деле с другой стороны: в чем заключаются трудности? Какой совет вы бы дали молодому человеку, решившему попробовать себя в этой сфере деятельности?

Расскажите о людях, с которыми имеете дело благодаря работе. Легко ли вам общаться с коллегами? А с клиентами? Что благодаря работе вы узнали о человеческой природе? (Это самая интересная тема из всех существующих.) Если слишком углубиться в технические аспекты профессии, то аудитория может быстро потерять интерес. Но вот рассказы о людях, их характерах всегда привлекают внимание.

Но самое главное: не превращайте выступление в абстрактную проповедь. Слушатели просто умрут со скуки. В идеале речь должна походить на слоеный пирог из примеров и утверждений. Фундаментальные истины следует подтверждать своими собственными наблюдениями, конкретными примерами. Такие примеры запоминаются намного лучше, чем абстракции, говорить о них намного проще. К тому же они оживят ваш рассказ.

Вот как подходит к этому один интересный писатель. Перед вами отрывок из статьи Берти Форбса, посвященной тому, почему руководителям фирм следует делегировать полномочия своим партнерам. Обратите особое внимание на примеры – истории из жизни людей.

«Многие известные нам огромные предприятия вначале управлялись всего одним человеком – владельцем. Однако большинство из них отказались от этого подхода. Причина в том, что хотя каждая великая компания – как бы удлинившаяся тень своего создателя, бизнес и промышленность достигли таких масштабов, что даже мощнейшие гиганты вынуждены подбирать компетентных партнеров, чтобы удерживать бразды правления.

Фрэнк Вулворт, создатель торговой компании, которая носит его имя, рассказал, что многие годы самолично управлял фирмой. Но от таких нагрузок его здоровье подорвалось, и он неделями лежал в больнице. Именно на больничной койке Вулворт понял: чтобы компания развивалась так, как он это представлял, необходимо будет разделить ответственность за управление ею с другими.

В самом начале все решения в компании Eastman Kodak принимал только Джордж Истмен, но он вовремя создал эффективную организацию. Такие же преобразования пережили и все крупнейшие американские предприятия пищевой промышленности, пока ими управляли их создатели. Вопреки распространенному мнению, Standard Oil перестала быть „компанией одного руководителя“, как только достигла достаточно крупных размеров.

Даже Джон Пирпонт Морган был горячим сторонником того, что обязанности по управлению следует разделять с наиболее компетентными партнерами.

До сих пор встречаются амбициозные лидеры, которые стремятся руководить компаниями самолично, но из-за невероятных размахов современных деловых операций они волей-неволей вынуждены делегировать полномочия».

Говоря о своей работе, некоторые люди совершают непростительную ошибку, рассказывая только о тех ее сторонах, которые интересны им самим. Но разве оратору не следует понимать, какие темы будут интересны не только ему, но и слушателям? Почему бы не попытаться «прочитать» аудиторию? Например, если слушатель курсов продает страховку на случай пожара, почему бы не рассказать о том, как его соученики могли бы уберечь от огня свое имущество? Разве слушателям не будет интересно услышать парочку советов о финансах или инвестициях от профессионального банкира? Во время подготовки изучайте свою публику. Думайте об интересах и чаяниях людей, которые будут вас слушать. Порой это уже половина успеха.

При подготовке по некоторым темам, если позволяет время, следует читать соответствующую литературу, чтобы ознакомиться с мыслями других людей. Но обращайтесь к книгам лишь после того, как у вас закончатся собственные мысли. Это крайне важное условие. Затем отправляйтесь в библиотеку и скажите библиотекарю, что готовите речь на такую-то тему. Попросите помочь с подходящими книгами. Если поиск литературы и работа с ней для вас в новинку, вы удивитесь тому, насколько ценную помощь может предложить этот специалист. Возможно, он предложит книгу, посвященную вашей теме, тезисы для дискуссии с мнениями обеих сторон касаемо злободневных вопросов. Это может быть указатель периодической литературы с названиями газетных и журнальных статей на различные темы, сборник интересных фактов, энциклопедии, справочная литература. Используйте все эти инструменты.

Сила резерва

Незадолго до смерти знаменитый селекционер, ботаник Лютер Бербанк сказал: «Нередко, чтобы получить один или два образца, обладающих уникальными качествами, приходится создавать миллион разновидностей растения, а потом почти все из них уничтожать». Такой жесткий отбор имеет смысл и при подготовке речи. Соберите сотню идей и смело отбросьте девяносто.

Собирайте больше информации, больше материалов, чем вам нужно. Это придаст уверенности в себе, смелости, положительно скажется на ваших мыслях, настроении и манере выступления. Это важнейший фактор при подготовке, и тем не менее им пренебрегают многие ораторы.

«Я обучаю сотни продавцов и коммивояжеров, – говорил преподаватель Артур Данн, – и у большинства обнаруживаю одну и ту же слабость: они не понимают, насколько важно перед продажей узнать о товаре все до мелочей.

Не счесть, сколько продавцов переступают порог моего кабинета и, получив описание товара и текст для продажи, немедленно рвутся работать. Многих из них не хватило и на неделю, а кое-кого – и на сорок восемь часов. Работая с продавцами продуктов питания, я всегда стараюсь сделать из них самых настоящих экспертов. Я требую от них изучать спецификации, составленные министерством сельского хозяйства США, в которых указывается содержание в продуктах воды, белка, углеводов и жира. Я заставляю их запоминать, из чего состоит тот или иной продукт. Отправляю их на специальные курсы, длящиеся несколько дней, после чего они сдают экзамены. Я заставляю их продавать другим продавцам, а еще учредил премию за лучшую презентацию продукта.

Нередко люди не понимают, зачем нужна вся эта предварительная подготовка. Они заявляют:

– У меня не будет времени рассказать все это клиенту. Он слишком занят. Он и слушать не станет мои излияния о белках и углеводах, а если все же уделит мне время, все равно ничего не поймет.

На это я всегда отвечаю:

– Эти знания нужны не покупателю, а вам. Если вы знаете товар от а до я, то вы начнете относиться к нему совсем иначе. Вы получите такой заряд энергии и уверенности в себе, что будете непобедимы и неотразимы».

Мисс Ида Тарбелл, известный историограф компании Standard Oil, рассказала автору, что несколько лет назад, когда она жила в Париже, получила телеграмму от мистера Самуэля Макклюра, основателя журнала McClure's Magazine, с заказом написать короткую заметку о трансатлантическом телеграфном кабеле. Она отправилась в Лондон, взяла интервью у европейского управляющего компании по прокладке кабеля и узнала всю необходимую информацию для статьи. Но на этом мисс Тарбелл не остановилась. Ей требовалось больше фактов. Поэтому она изучила все виды кабеля, выставленные в Британском музее, прочла книги об истории изобретения кабеля и даже посетила заводы на окраине Лондона, чтобы своими глазами увидеть, как его производят.

Зачем собирать в десять раз больше информации, чем нужно? Ответ прост: знание – сила. Ида Тарбелл верила, что знания, которые не попадут в статью, сделают текст убедительнее и ярче.

Эдвин Джеймс Кеттелл, выступивший в общей сложности перед тридцатью миллионами людей, недавно признался автору в том, что если по пути домой не ругает себя за то, что не использовал в выступлении какую-нибудь полезную информацию, то считает речь провальной. Почему? Все просто: он знает, что по-настоящему сильная и достойная речь – это та, для которой публичный докладчик подготовил столько дополнительного материала, что его не удалось уместить в рамки выступления.

– Что? – возразите вы. – Неужели он думает, будто у меня на все это есть время? Вообще-то у меня работа, жена, двое детей и парочка эрдельтерьеров, которых, между прочим, нужно кормить и выгуливать. Нет у меня времени на то, чтобы шастать по музеям, глазеть на кабели, читать книжки и днями напролет рассиживаться в кровати, бормоча под нос тексты будущих речей.

Дорогой читатель, мы прекрасно это осознаем и составили курс соответствующим образом. Для выступлений предлагаются темы, о которых вы, без сомнения, размышляли. Иногда вам даже не придется готовить речь заранее, ведь вам предложат простенькую тему для экспромта. Это прекрасное упражнение учит думать, когда докладчик стоит перед аудиторией – а ведь именно этот навык и требуется во время дискуссий на работе.

Некоторым слушателям курсов не очень интересно готовить речи заранее. Они хотят научиться думать на ходу и уверенно участвовать в дискуссиях во время рабочих совещаний. Эти слушатели любят прийти на занятие, послушать выступление предыдущего соученика и подхватить тему за ним. В небольших порциях данная практика весьма полезна – главное не слишком ею увлекаться. Следуйте советам из этой главы, и с их помощью вы обретете желанную свободу и легкость, а также научитесь эффективно готовиться к выступлениям.

Если постоянно откладывать подготовку до более удачного времени, вы рискуете так его и не найти. Однако согласитесь, всегда легче делать то, что знакомо и привычно. Так почему бы не выделить один вечер в неделю, скажем, с восьми до десяти и не посвятить его подготовке к выступлениям? Система всегда надежнее, чем случайное вдохновение. Попробуйте!

Резюме

1. Когда оратору есть что сказать, а желание поделиться своими мыслями, наблюдениями и переживаниями непреодолимо, он обречен на успех. Хорошо подготовленная речь льется сама собой.

2. Как готовиться к выступлению? Механически переписывать чужие высказывания? Запоминать конкретные фразы? Нет и еще раз нет. Вот как это делается по-настоящему: отыскиваем свои собственные мысли и воззрения, упорядочиваем, приглаживаем, отшлифовываем, развиваем и углубляем их. Пример:

Выступление мистера Джексона оказалось провальным, когда он попытался, по сути, повторить мысли автора журнальной статьи. Однако он преуспел, когда использовал статью в качестве стартовой площадки для своей речи. В выступлении он высказал собственные идеи и подкрепил их своими же примерами.

3. Не пытайтесь «сляпать» выступление за полчаса. Речь – не стейк, ее нельзя приготовить по первому требованию. Она должна вырасти. Выберите тему как можно раньше, размышляйте о ней при любой возможности, ходите с ней, спите с ней, обсуждайте ее с друзьями, рассматривайте ее со всех возможных углов, задавайте себе тысячи вопросов. Записывайте все мысли и примеры, рождающиеся в голове, и ищите новые. Идеи, догадки, предположения, примеры будут приходить в самое неожиданное время, когда вы принимаете ванну, едете в город, ждете заказ в ресторане. Авраам Линкольн пользовался этим методом. К нему прибегали почти все известные ораторы.

4. Хорошенько обдумав тему, отправляйтесь в библиотеку и поработайте с литературой. Попросите библиотекаря подобрать подходящие книги и журналы.

5. Собирайте больше материала, чем нужно. Поступайте, как Лютер Бербанк, который ради пары особенно удачных экземпляров растений создавал миллион образцов. Соберите сотню идей. Избавьтесь от девяноста из них.

6. Знание – сила. Чем глубже вы погружены в свою тему, тем увереннее будете о ней говорить. Пусть информации всегда будет больше, чем нужно. Используйте методы, которыми при обучении продавцов продуктов питания пользовался Артур Данн и Ида Тарбелл, когда готовила статью о трансатлантическом кабеле.


Упражнения для голоса: правильное дыхание

Знаменитый польский оперный певец Ян Решке советовал «держать голову прямо», не поднимая плечи, а возвращая грудь в правильное положение. Для этого встаньте ровно, перенесите вес на носки, положите ладонь себе на макушку. А теперь попробуйте, не поднимая пяток, приподнять головой лежащую на ней ладонь. Не задействуйте мышцы руки, а попытайтесь как бы распрямиться во весь рост. Получилось? Отлично! Теперь вы стоите ровно: живот втянут, грудь расправлена, шея выпрямлена, а ее задняя часть напряжена. Плечи тоже поднялись? Расслабьте их. Нам ведь нужно расправить грудь, а не поднимать плечи. Теперь выдохните, не опуская грудь. Она должна остаться расправленной.

Теперь вы готовы дышать правильно. Закройте глаза, медленно, свободно вдохните через нос. Постарайтесь почувствовать те же ощущения, которые возникали во время диафрагмального дыхания, с которым мы знакомились в первой главе. Почувствуйте, как нижняя часть легких расширяется, а нижние ребра расходятся в стороны. Приложите руки к грудине и ощутите, как диафрагма сплющивается, раздается в стороны. Медленно выдохните. А теперь еще раз. Вдох через нос. Напоминаю: не поднимайте плечи и следите за тем, чтобы легкие не расширялись в верхней части.

Снова вдохните, держа голову прямо. Почувствуйте, как расширяется нижняя часть легких. «Я занимаюсь глубоким дыханием каждый день», – говорила американская оперная певица Эрнестина Шуман-Хайнк.

Так же делал и великий итальянский оперный певец Энрико Карузо. Благодаря ежедневным занятиям его диафрагма стала невероятно сильной. Когда к нему приходили ученики и просили дать совет о правильном дыхании, Карузо говорил: «Надавите кулаком изо всех сил на мою расслабленную диафрагму». Затем он резко вдыхал и напрягал диафрагму так, что кулак буквально отскакивал от его тела.

Только учтите: без практики все знания о правильном дыхании бесполезны.

Поэтому практикуйтесь каждый день, пока идете по улице. Практикуйтесь, когда выдается свободная минутка на работе. После часа занятий распахните окно и наполните легкие свежим воздухом. Поверьте, вы не потеряете времени даром. Напротив, настроение улучшится, тело наполнится силой и здоровьем. Практикуйтесь как можно чаще, и тогда со временем правильное дыхание войдет в привычку. Вы будете удивляться, что раньше дышали иначе. Дышать верхней частью легких – значит дышать в полную силу. Как гласит древнеиндийская поговорка: «Кто дышит вполсилы, тот и живет вполсилы».

Ежедневно следуйте этим рекомендациям, и вы обнаружите, что ваш голос стал сильнее и богаче. К тому же вы практически избавитесь от риска подхватить туберкулез, а простуды будут обходить вас стороной.

### Глава третья. Как известные ораторы готовятся к выступлениям

> Одно дело, когда в голове роятся полчища несвязных фактов, которые все время перемешиваются, и совсем другое – когда они заботливо разложены по полочкам и в любой момент готовы к использованию.

> Джордж Лоример, журналист и писатель, из книги «Letters from a Self-Made Merchant to His Son» («Письма коммерсанта сыну-студенту»)

> Умение улавливать саму суть проблем – главное отличие образованного человека от необразованного. Без сомнений, самое большое преимущество высшего образования – развитие умения мыслить.

> Джон Хиббен, президент Принстонского университета

> Что поражает нас в образованном человеке и что среди образованных людей выделяет человека с исключительными умственными способностями? В первую очередь методичность мышления.

> Сэмюэл Кольридж, английский поэт-романтик, критик и философ

> Распространенная ошибка – считать, будто чтобы выступить с речью, нужно лишь иметь что сказать. Полная чушь! Если сказанное не вызывает у аудитории отклик, то выступающий попросту сотрясает воздух… Современный оратор должен понимать: недостаточно иметь что сказать, нужно еще и уметь это правильно выражать. Он должен помнить, что у великих ораторов, Чатамов, Уэбстеров и Бичеров, не только были ценные мысли, но они прекрасно понимали, что необходимо еще и внятно и последовательно их выражать.

> Артур Эдвард Филлипс, заведующий кафедрой публичных выступлений Чикагской лютеранской теологической семинарии, из книги «Effective Speaking» («Эффективное выступление»)

Однажды автор присутствовал на обеде в ротари-клубе[3], на котором ожидалось выступление известного политика. Этот человек занимал высокое положение, и собравшиеся с нетерпением ждали его выхода. Он обещал рассказать о работе ведомства, которое возглавлял, а это было интересно практически каждому из присутствовавших в зале деловых людей. Предметом политик владел превосходно, и в одном выступлении он никак не мог поделиться с аудиторией всеми своими знаниями. Только одно но: он не подготовился к речи, не спланировал свое выступление. Не подбирал материал, не упорядочил его должным образом. Все же политика захлестнула смелость новичка, и он бросился в омут с головой. Выступающий слепо пёр напролом. Публике подали невероятный винегрет из самых разных идей. За мороженым последовал суп. Дальше были рыба и орехи. И все это пиршество венчала гремучая смесь из супа, мороженого и копченой селедки. Нигде и никогда автор не видел более растерянного докладчика.

Экспромт не удался. Во время выступления политик вытащил из кармана комканные листки, сказал, что это записи, которые составил для него секретарь, и никто, разумеется, не усомнился в правдивости его слов. Судя по всему, порядка в шпаргалках было не больше, чем в железнодорожном вагоне с металлоломом. Выступающий нервно переводил взгляд с листка на листок, тщетно пытаясь собраться с мыслями, и в то же время пытался продолжить свою речь. Ничего не выходило. Оратор извинился, попросил стакан воды, дрожащей рукой поднес его к губам, сделал судорожный глоток, выдавил еще несколько несвязных предложений, повторил уже сказанное и снова уткнулся в записи. С каждой минутой он становился все более беспомощным, потерянным, смущенным. На лбу проступил пот, и он дрожащей рукой стер его платком. Публика наблюдала за этим фиаско, сопереживала и страдала вместе с выступающим. О, это был испанский стыд! Политик же, позабыв о благоразумии, упорно и угрюмо запинался, смотрел в записи, извинялся и пил воду. Все, кроме него, чувствовали, что с каждым словом выступление превращается в ужасный цирк. Наконец, он сел на место. Никогда еще автору не доводилось видеть такой несчастной, утомленной публики и такого пристыженного и униженного оратора. Он будто следовал совету Жан-Жака Руссо о том, как нужно писать любовные письма: начал, не зная, что собирается сказать, и закончил, не понимая, что сказал.

Мораль истории такова: «Когда мысли в беспорядке, – говорил Герберт Спенсер, – то чем больше человек знает, тем бо́льшая неразбериха будет царить в его голове». Ведь никто в здравом уме не станет строить дом без хотя бы примерного его проекта. Так почему же люди выходят на сцену и начинают говорить, не имея даже приблизительного плана?

Публичное выступление – это путешествие с конкретной целью, и его маршрут должен быть четко размечен. Прогулка с закрытыми глазами заканчивается ничем. Была б моя воля, я бы над каждой дверью аудитории, где изучают ораторское искусство, написал бы огромными красными буквами высказывание великого полководца Наполеона Бонапарта: «Чтобы преуспеть в искусстве войны, нужно тщательно просчитывать каждый шаг».

Эти слова относятся и к публичным выступлениям. Понимают ли это ораторы, а если да, то следуют ли этой истине? Нет. Решительно нет. Большинство речей структурировано чуть лучше мясного рагу.

Существует ли универсальный способ упорядочивать идеи для выступления? Нет, в каждом конкретном случае необходим свой подход. Каждый раз это новая проблема, которую оратор должен решать снова и снова. Общих незыблемых правил не существует. Тем не менее мы можем показать, как это делается, на конкретном примере.

Как устроена речь, победившая в конкурсе

Перед вами речь слушателя курсов автора, произнесенная на тринадцатом ежегодном заседании Национальной ассоциации торговцев недвижимостью. Из двадцати семи выступлений участников ассоциации, представлявших разные города США, именно она была удостоена первого приза. Это публичное выступление великолепно структурировано и наполнено конкретными фактами, поданными четко, живо и интересно. Она достойна чтения и изучения.

«Уважаемый председатель, дорогие друзья!

Сто сорок четыре года назад в моем родном городе Филадельфии зародилось государство Соединенные Штаты Америки. Поэтому нет ничего удивительного в том, что город, имеющий огромное историческое значение, обладает сильным американским духом, который сделал его не только крупнейшим промышленным центром, но и одним из самых больших и красивейших городов страны.

В Филадельфии проживают почти два миллиона человек, а его площадь равна площади Милуоки, Бостона, Парижа и Берлина вместе взятых. Из трехсот тридцати семи квадратных километров территории города примерно одну десятую часть лучших земель занимают красивейшие парки, площади и бульвары, чтобы у его жителей были места для отдыха и развлечений, чтобы каждый житель Филадельфии жил в атмосфере, достойной гражданина Америки.

Филадельфия, друзья мои, не только крупный, красивый и чистый город. Он также с гордостью несет звание великой мировой мастерской. На девяти тысячах двухстах предприятиях трудятся более четырехсот тысяч человек, которые каждые десять минут рабочего дня производят товары на сто тысяч долларов. По мнению одного известного аналитика, ни один город страны не сравнится с Филадельфией по объему производства изделий из шерсти, кожи, трикотажа, текстиля, фетровых шляп, металлоизделий, станков, аккумуляторов, стальных кораблей и множества, множества других. Каждые два часа в сутки с заводов выходит по одному локомотиву, а более половины населения страны ездят в трамваях, произведенных в Филадельфии. Каждую минуту мы производим тысячу сигар, а в прошлом году наши сто пятнадцать трикотажных фабрик изготовили по две пары носков и чулок для каждого мужчины, женщины и ребенка в нашей стране. В городе выпускается больше ковров и половиков, чем в Великобритании и Ирландии вместе взятых. Более того, объем промышленной и коммерческой деятельности наших компаний столь велик, что оборота наших банков, составившего в прошлом году тридцать семь миллиардов долларов, хватило бы, чтобы выкупить все облигации займа свободы, выпущенные в нашей стране.

Мы гордимся своей промышленностью, а также тем, что Филадельфия – один из крупнейших медицинских, культурных и образовательных центров США. И все же наибольшую гордость вызывает то, что у нас сосредоточено больше частных домов, чем в других городах мира. В Филадельфии находится триста девяносто семь тысяч индивидуальных домов. Если все эти дома расставить по участкам земли в десять гектаров и выстроить в ряд, то он протянется от самой Филадельфии мимо Канзас-Сити и конференц-зала, в котором мы находимся, до Денвера, а ведь это расстояние в три с лишним тысячи километров.

Хотелось бы особо обратить ваше внимание на то, что десятками тысяч этих домов владеют люди, работающие и живущие в Филадельфии, а, как известно, тому, кто владеет землей, на которой стоит его дом, не страшны заморские напасти, известные как социализм и коммунизм.

Анархии не прорасти в Филадельфии, ведь наши дома, образование и промышленность воплощают в себе дух истинной Америки, зародившийся в этом городе и унаследованный от отцов-основателей. Филадельфия – живительный источник американской свободы. Именно здесь появился американский флаг, именно здесь впервые собрался Конгресс, именно здесь была подписана Декларация о независимости. Именно здесь Колокол свободы, одна из самых почитаемых реликвий Америки, вдохновлял десятки тысяч мужчин, женщин и детей, вселяя веру в то, что наша священная миссия заключается не в почитании золотого тельца, а в распространении американского духа, в сохранении огня свободы, чтобы с благословения божия правительства Вашингтона, Линкольна и Рузвельта вдохновляли все человечество».


Давайте проанализируем эту речь. Разберем, как она построена, рассмотрим способы, придающие ей выразительность. В первую очередь у нее есть начало и заключение. А ведь это редкость, мой дорогой читатель. У нее есть четкий пункт отправления. Автор не топчется на месте, а взлетает, подобно стае диких гусей, и смело переходит к сути.

Свежая речь слушателя курсов отличается яркой индивидуальностью. В самом начале оратор отмечает, что родился в колыбели нации. Согласитесь, похвастаться таким может далеко не каждый.

По словам выступающего, Филадельфия – один из самых больших и красивых городов мира. Но это общее утверждение, само по себе оно никого особо не удивит. И оратор это знает. Поэтому он помог аудитории представить размах города словами о том, что «его площадь равна площади Милуоки, Бостона, Парижа и Берлина вместе взятых». А вот это уже интересно. Сразу же возникает запоминающийся образ. Он намного действеннее целой страницы сухой статистики.

Далее оратор заявляет, что Филадельфия «носит гордое название великой мировой мастерской». Согласитесь, ведь похоже на преувеличение. Даже пропагандой попахивает. И перейди он сразу же к следующему пункту, слушатели не были бы впечатлены. Но выступающий поступает иначе. Он перечисляет товары, в производстве которых лидирует Филадельфия: «изделия из шерсти, кожи, трикотажа, текстиля, фетровые шляпы, металлоизделия, станки, аккумуляторы, стальные корабли и множество, множество других». А ведь теперь уже нет ощущения, будто вам навязывают свое мнение.

«Каждые два часа в сутки с заводов выходит по одному локомотиву, а более половины населения страны ездят в трамваях, созданных в Филадельфии».

«О, а ведь я даже не знал об этом, – изумляется слушатель, – хотя вчера добирался в центр города на трамвае. Завтра же поинтересуюсь, где их закупают».

«Тысяча сигар каждую минуту… Две пары носков и чулок для каждого мужчины, женщины и ребенка, живущих в нашей стране».

Слушатель удивляется еще больше: «Может быть, и мои любимые сигары производят в Филадельфии… Возможно, на мне прямо сейчас надеты носки, изготовленные в этом городе».

Что делает оратор дальше? Сообщает факт о площади города, о котором почему-то позабыл? Ну нет. Он продолжает уже начатую тему, развивает ее и, наконец, закрывает. И за это мы, слушатели, очень благодарны! Никто так не утомляет и не вводит аудиторию в заблуждение, как оратор, мечущийся от темы к теме, как летучая мышь в сумерках. Тем не менее слишком многие выступающие делают именно так. Вместо того, чтобы переходить от пункта к пункту по порядку: первый, второй, третий, четвертый, пятый, такой оратор словно берет пример с капитана футбольной команды, выкрикивающего номера игроков во время матча: «двадцать седьмой», «тридцать четвертый», «девятнадцатый», «второй». Зачастую он поступает даже хуже и с тридцать четвертого номера перепрыгивает на двадцать седьмой, затем на девятнадцатый, а потом вдруг бросается ко второму. Оттуда он возвращается к тридцать четвертому и заканчивает в лучшем случае на девятнадцатом.

Автор же речи, рассматриваемой нами, неумолимо движется вперед, будто следует расписанию. Не сворачивает ни вправо, ни влево, прямо как один из локомотивов, произведенных в Филадельфии.

И вот перед нами самое слабое звено в выступлении: «Филадельфия – один из крупнейших медицинских, культурных и образовательных центров страны». Оратор упоминает об этом вскользь и тут же переходит к совершенно другому вопросу. Всего несколько слов в достаточно внушительном предложении. Их, разумеется, недостаточно, чтобы подсветить приведенный факт так, чтобы он запечатлелся в памяти слушателей. Человеческий разум ведь не череда капканов, надежно ловящих каждый звук, каждый слог. Создается впечатление, что этот факт настолько незначителен, что не впечатляет даже выступающего, а значит, и не вызовет отклика и у аудитории. Как следовало бы поступить? Очевидно, оратор понимал, что он мог бы прибегнуть к способу, при помощи которого он ввел факт про великую мировую мастерскую. В то же время выступающий прекрасно осознавал, что по правилам конкурса ему отводится на выступление пять минут и ни секундой больше. Поэтому пришлось выбирать: жертвовать этим фактом либо комкать другие.

«…у нас сосредоточено больше частных домов, чем в других городах мира». Как он делает интересной эту часть речи? Во-первых, приводит конкретную цифру: триста девяносто семь тысяч. Во-вторых, приводит образное сравнение: «Если все эти дома расставить по участкам земли в десять гектаров и выстроить в ряд, то он протянется от самой Филадельфии мимо Канзас-Сити и конференц-зала, в котором мы находимся, до Денвера, а ведь это расстояние в три с лишним тысячи километров».

К окончанию фразы слушатели, скорее всего, и позабыли пресловутое число, но вот яркий образ, без сомнения, прочно укоренился в их памяти.

На этом сухие факты заканчиваются. Но ведь не с их помощью достигается красноречие. Этот оратор стремился привести речь к кульминации, растопить сердце слушателя, затронуть потайные струны его души. Поэтому ближе к концу выступления он переходит к эмоциональному материалу. Он говорит о том, что означает владение собственным домом для духа города. Он осуждает «заморские напасти, известные как социализм и коммунизм… Анархию». Провозглашает Филадельфию не иначе как «живительным источником американской свободы». Свобода! Волшебное слово, полное чувства, за которое миллионы людей отдали свои жизни. Это предложение сильно само по себе, но его в тысячу раз усиливают отсылки к конкретным историческим событиям и документам, дорогим сердцам слушателей: «Именно здесь появился американский флаг, именно здесь впервые собрался Конгресс, именно здесь была подписана Декларация о независимости… Колокол свободы… священная миссия… распространять американский дух, поддерживать огонь свободы, чтобы с благословения божия правительства Вашингтона, Линкольна и Рузвельта вдохновляли человечество». Вот это настоящая кульминация!

Итак, мы разобрали структуру этого выступления. Но несмотря на замечательную композицию, воздействие выступления участника конкурса было бы сведено на нет, если бы он подавал его содержание спокойно и ровно. Но оратор не подкачал. Он произносил свою речь так, как и писал: с глубочайшей искренностью, чувством, живостью и энергией. Нет ничего удивительного в том, что «наш» выступающий занял первое место и был удостоен Кубка Национальной ассоциации торговцев недвижимостью.

Как планировал свои речи доктор Конуэлл

Как уже говорилось выше, универсальных правил композиции не существует. Нет ни схем, ни планов, которые подходили бы ко всем или хотя бы к большинству речей. Однако приведу несколько схем, которые в некоторых случаях могут вам пригодиться. Например, доктор Рассел Конуэлл, автор известной лекции «Акры алмазов», однажды рассказал, что многие из своих бесчисленных выступлений он строил по такому принципу:

1. Привести факты.

2. Привести вытекающие из них доводы.

3. Призвать к действию.

Многие слушатели курсов находили полезным и интересным следующий план:

1. Рассказать о несправедливости или какой-то проблеме.

2. Предложить способ решения.

3. Призвать к сотрудничеству.

А вот еще один вариант той же самой схемы:

1. Описать задачу, которую необходимо решить.

2. Для ее разрешения необходимо сделать то-то и то-то.

3. Вам следует включиться в эту работу по таким-то и таким-то причинам.

В главе XV «Побуждение к действию» приведен еще один план выступления:

1. Привлечь внимание аудитории.

2. Завоевать доверие.

3. Изложить факты. Рассказать о пользе вашего предложения.

4. Обратиться к мотивам, заставляющим людей действовать.

При желании вы можете прямо сейчас перейти к этой главе и изучить план более подробно.

Метод сенатора Бевериджа

Сенатор Альберт Беверидж написал короткую, но очень полезную книгу под названием «The Art of Public Speaking» («Искусство публичных выступлений»). Вот что советовал читателям, желающим овладеть искусством публичных выступлений, известный политик:

«Оратор должен в совершенстве владеть темой. Для этого необходимо собрать, проверить, тщательно изучить, классифицировать и проанализировать факты со всех сторон, а не только те, которые поддерживают точку зрения выступающего. Также необходимо убедиться в том, что это объективные факты, а не предположения или неподтвержденные догадки. Нельзя пользоваться случайно подвернувшимся материалом.

Проверяйте и перепроверяйте каждый факт. Без сомнений, вас ожидает кропотливая работа. Но разве может поступать иначе тот, кто берет на себя ответственность, собирается просвещать, советовать и направлять сограждан?

После того, как все необходимые факты собраны и должным образом проанализированы, продумайте способы решения задачи. Таким образом ваша речь приобретет оригинальность, силу и живость. В ней будет ощущаться ваша личность. Запишите появившиеся мысли: постарайтесь выразить их как можно более логично и точно».

Другими словами, изложите факты с обеих сторон, а затем приведите выводы, которые из них проистекают.

Вудро Вильсон собирает скелет

Когда президента США Вудро Вильсона (занимал эту должность с 1913 по 1921 год) попросили поделиться методами построения речей, он ответил: «Вначале я расставляю темы, которые собираюсь затронуть, в естественном порядке, так сказать, раскладываю кости по местам. Затем набрасываю получившийся эскиз, используя многочисленные условные значки и сокращения. Я давно приучил себя к скорописи, ведь это отлично экономит время. Позже перепечатываю речь на машинке, меняю фразы, исправляю предложения и добавляю новый материал».

Так же добросовестно подходил к своим выступлениям американский президент Теодор Рузвельт (пребывал в этой должности с 1901 по 1909 год): он выискивал факты, обдумывал, взвешивал их, определял все, что из них следует, и наконец, приходил к самостоятельному заключению.

После этого Рузвельт диктовал текст из записной книжки машинистке, причем говорил быстро, чтобы речь сохранила живость и спонтанность. Он перечитывал напечатанный текст, поправлял, удалял и добавлял предложения, делал карандашные пометки, а затем вновь надиктовывал его. «Я всегда добивался всего благодаря тому, что усердно трудился, планировал и готовился заранее». Нередко он читал тексты будущих речей другим и просил высказывать замечания. Причем Рузвельт не обсуждал правильность своих суждений, ведь он был твердо в них уверен. Его интересовало мнение не о содержании выступления, но о том, как оно выражено. Снова и снова он работал над машинописными копиями, убирал лишнее, поправлял, улучшал. Именно эти тексты и попадали в газеты. Разумеется, он не заучивал все слово в слово, а говорил экспромтом. Поэтому сами выступления несколько отличались от отшлифованных текстов, напечатанных в прессе. Однако неутомимая работа Рузвельта над материалом и неоднократная диктовка позволяли отлично подготовиться. Благодаря этому оратор превосходно владел материалом и имел четкий план речи. Вряд ли нашелся бы другой способ, который придал бы выступлению такую плавность, уверенность и легкость.

Однажды физик и изобретатель сэр Оливер Лодж поделился со мной открытием: диктовка текста речи вслух так, будто выступаешь перед аудиторией – с чувством, с толком, с расстановкой, помогает отлично подготовиться к выступлению.

Многим слушателям курсов автора очень нравится переслушивать собственные выступления, записанные на диктофон. Поучительно? Да, но в то же время это отрезвляет, а порой даже разочаровывает. Но упражнение чрезвычайно полезное. Очень его рекомендую!

Записывая на бумагу то, что собираетесь сказать, вы заставляете мозг работать. Благодаря этому способу мысли перестают путаться, идеи прочно закрепляются в памяти, появляется собранность и улучшается дикция.

Классика Бенджамина Франклина

В своей «Автобиографии» («Время – деньги, или Путь к богатству») Бенджамин Франклин, один из отцов-основателей США, рассказывает о том, как он развивал дикцию, учился свободно пользоваться словом и разрабатывал собственный метод упорядочивать мысли. Книга стала классикой литературы и, в отличие от многих подобных работ, очень интересна и читается на одном дыхании. «Автобиографию» можно считать образцом простого и понятного английского языка. Прочитайте ее, и вы получите не только много удовольствия, но и почерпнете огромную пользу. Думаю, вам понравится выбранный мной отрывок:

«Примерно тогда мне попался один из сборников номеров журнала The Spectator. Третий том. Никогда раньше не читал этот журнал. Купил сборник и с величайшим наслаждением снова и снова его перечитывал. Мне очень понравился слог авторов журнала, и захотелось по возможности повторить этот стиль. Я взял несколько статей, кратко отметил смысл каждого предложения, а потом, через несколько дней, не подглядывая в изначальный текст, постарался как можно точнее восстановить очерки, используя любые подходящие, на мой взгляд, слова. Затем сравнил своего The Spectator с оригиналом, нашел и исправил ошибки. Только вот, похоже, мне не хватало слов и умения пользоваться ими. Пожалуй, продолжи я писать стихи, все это у меня уже было бы. В поэзии ведь необходимо соблюдать размер и рифму, поэтому постоянно приходится выискивать слова, сходные по значению, но различные по длине и звучанию. Таким образом лексикон постепенно растет, а поэт становится мастером слова.

Итак, я снова взял несколько историй и повторил упражнение. Также иногда перемешивал свои записи, через несколько недель старался расположить их в правильной последовательности и лишь после этого составлял законченные предложения и оформлял их в текст. Так я учился упорядочивать мысли. Снова сравнивая свой текст с подлинником, я обнаруживал множество ошибок и исправлял их. Тем не менее иногда с радостью подмечал, что в некоторых местах мое изложение превосходило исходник, что давало надежду на то, что однажды я стану сносным писателем, к чему я всеми силами стремился».

Раскладывайте пасьянс из своих записей

В прошлой главе я советовал вам делать записи. Распределите листочки с идеями и примерами, которые вы записали, по нескольким стопкам – разложите своеобразный пасьянс. Эти стопки должны по большей части соответствовать вопросам, которые вы собираетесь осветить в выступлении. Далее разделите их на более мелкие стопки. Так сказать, отделите зерна от плевел. Избавьтесь от всего лишнего, второстепенного и незначительного, оставьте лишь самое важное и ценное. Вам придется распрощаться и с некоторыми первосортными фактами и примерами, ведь тот, кто добросовестно подбирает материал, воспользуется лишь его долей. Процесс доработки речи заканчивается только тогда, когда она полностью готова – да и то всегда находятся моменты, требующие улучшения.

После выступления у хорошего оратора остаются четыре варианта речи: та, которую он подготовил, та, с которой он выступил, та, которую напечатали газеты, и та, которую он произносит мысленно по пути домой.

Можно ли пользоваться записями во время выступления?

Хотя Авраам Линкольн превосходно выступал перед публикой экспромтом, попав в Белый дом, он всегда обращался к правительству, даже неформально, только после того, как составлял письменный текст. Естественно, инаугурационную речь он обязан был читать с листа. Точные формулировки в исторических документах такого масштаба слишком важны и импровизация недопустима. Однако еще когда Линкольн жил в Иллинойсе, во время выступлений он не прибегал к записям. «Они всегда утомляют и смущают слушателей», – говорил он.

Разве можно с ним поспорить? Неужели интересно слушать, как кто-то читает текст с бумажки? Разве конспекты не разрушают или не усложняют установление столь ценной личной связи между оратором и слушателем? Неужели они не придают выступлению искусственность? Не замечали ли вы, что оратор, постоянно глядящий в записи, кажется слабее и менее уверенным в себе, чем есть на самом деле?

Повторюсь: во время подготовки делайте подробные и исчерпывающие записи. Пользуйтесь ими во время репетиций. Перед выходом на сцену положите их в карман, возможно, это придаст вам уверенности в себе. Но, как и пилу, молоток и топор в пульмановском вагоне, их нужно использовать лишь в крайних случаях.

Если без шпаргалок никак не обойтись, составьте краткий конспект и напишите его крупными буквами на большом конверте или листе бумаги. Заранее придите в место, где будете выступать, и спрячьте его за стопкой книг. Поглядывайте на подсказку время от времени, но старайтесь, чтобы публика этого не замечала. Английский политик, один из величайших ораторов своего поколения Джон Брайт, к примеру, прятал конспект речи в большой шляпе, которую клал перед собой.

Несмотря на все сказанное выше, иногда будет весьма полезно использовать сделанные записи. Например, во время первых выступлений некоторые люди так нервничают, что напрочь забывают заготовленную речь. К чему это приводит? Они отклоняются от темы, упускают из внимания тщательно подготовленный и отрепетированный материал и с каждой минутой все глубже увязают в болоте. Несколько листочков со сжатыми записями могут спасти положение. Только помните: когда ребенок учится ходить, он поначалу хватается за мебель, но длится это недолго.

Не зубрите

Не читайте с листа и не заучивайте текст слово в слово. Это только отнимает время и порождает проблемы. Однако, несмотря на это предупреждение, некоторые читатели все же сделают по-своему. О чем же они будут думать, стоя перед аудиторией? О том, что хотят донести до слушателей? Нет. Они будут судорожно вспоминать конкретные фразы и слова. Они будут думать задом наперед, наперекор естественному процессу мышления. Выступление получится холодным, бесцветным, скучным и лишенным человечности. Поэтому умоляю, не тратьте понапрасну свое время!

Неужели перед важным деловым разговором вы заучиваете наизусть все, что собираетесь сказать? Разумеется нет. Вы продумываете, чего хотите добиться. Возможно, набросаете пару заметок, просмотрите справочные материалы. Вы думаете: «Скажу то и это. Такой-то шаг необходимо сделать потому-то и потому». Затем вы мысленно составляете список причин, иллюстрируете их примерами. Вот так обычно готовятся к деловым встречам. Почему бы не перенести этот же способ на подготовку речи?

Генерал Грант в Аппоматтоксе

Генерал Роберт Ли (южане) потребовал, чтобы генерал Улисс Грант изложил условия капитуляции письменно, и главнокомандующий северян попросил у своего адъютанта Эли Паркера письменные принадлежности. «Когда я приложил перо к бумаге, то не знал, с чего начать. Но мысли были ясны, и хотелось лишь выразить их как можно точнее, чтобы исключить всякую ошибку».

Генерал Грант, вам и не нужно было знать то первое слово. У вас были мысли, убеждения. Вам было что сказать, и вы стремились выразить это четко. В результате нужные слова нашлись без труда. Так же и с любым другим человеком. Если сомневаетесь, хорошенько ударьте первого встречного дворника, и сами убедитесь в том, что когда он встанет, то выразит свои мысли с легкостью и неожиданным красноречием.


Прежде чем станешь писать,

научись же порядочно мыслить!

Книги философов могут тебя в том достойно наставить,

А выраженья за мыслью придут уже сами собою[4].


Эти строки сочинил две тысячи лет назад древнеримский поэт Гораций.

Когда идеи окончательно созреют, начните репетировать речь от начала и до конца. Делайте это мысленно, пока идете по улице, ждете такси или лифт. Произносите ее вслух, когда окажетесь наедине с собой. Жестикулируйте, говорите живо, с огоньком. Каноник Уильям Нокс Литтл из Кентербери говорил, что священник может по-настоящему донести смысл проповеди до паствы только после того, как прочитает ее не меньше полудюжины раз. Так можно ли надеяться на то, что вы донесете до слушателя свои мысли, если не отрепетируете речь хотя бы столько же раз? Представьте, что вы находитесь перед публикой. Представьте настолько живо, что когда придет время выступать, присутствие людей покажется привычным. Вот почему многие преступники идут на плаху с гордо поднятой головой: они тысячи раз представляли себе это и устали бояться. Когда дело доходит до настоящей казни, она кажется им заурядным событием.

Почему фермеры считали Линкольна отъявленным лентяем

Практикуясь в репетициях речи, вы последуете примеру множества известных ораторов. Когда Дэвид Ллойд Джордж был членом дискуссионного клуба в своем родном Уэльсе, то часто ходил по улицам, жестикулируя и обращаясь с речами к деревьям и столбам.

В молодости Авраам Линкольн проходил по пятьдесят-шестьдесят километров в обе стороны, чтобы послушать какого-нибудь известного оратора, например, Клифтона Брекенриджа. После выступлений он возвращался домой с такой решимостью стать оратором, что собирал вокруг себя других наемных работников, взбирался на пень и выступал перед ними с речами, рассказывал истории. Наниматели злились, ворчали, мол, «этот деревенский краснобай – отъявленный лентяй», а его россказни отвлекают и расхолаживают остальных работников.

Генри Герберт Асквит, возглавлявший правительство Великобритании с 1908 по 1916 год, научился мастерски работать с фактами благодаря тому, что вступил в профсоюзный дискуссионный клуб в Оксфорде. Позднее он организовал собственный кружок. Американский президент Вудро Вильсон учился говорить в дискуссионном клубе. Такую же школу прошли проповедник Генри Уорд Бичер и известный английский политик Эдмунд Берк.

Изучите биографии известных ораторов, и вы увидите, что у них есть одна общая черта: они практиковались. Наибольших успехов в ораторском искусстве добиваются те, кто тренируются больше других.

У вас нет на это времени? Тогда поступайте как известный дипломат Джозеф Ходжес Чоут. По пути на работу он делал вид, будто самозабвенно изучает утреннюю газету, но вместо того, чтобы читать описание очередного скандала, продумывал и планировал свои речи.

Чонси Депью был крайне занятым человеком: занимал кресло председателя правления железнодорожной компании и был избран сенатором. Но он практически каждый вечер выступал с речами перед публикой. «Выступления не мешали работе, – говорил Депью. – Я готовился по вечерам дома».

Каждый из нас найдет три часа в день, которыми сможет распоряжаться как угодно. Именно столько времени в сутки уделял работе Чарльз Дарвин, ведь у него было слабое здоровье. Он грамотно использовал эти три часа и достиг всемирного признания.

Став президентом, Теодор Рузвельт нередко посвящал всю вторую половину дня аудиенциям, но на его столе всегда была книга, чтобы даром не пропадало ни секунды между посещениями.

Если вы невероятно заняты и каждая минута на счету, прочтите книгу Арнольда Беннета «Как прожить на двадцать четыре часа в день». Вырвите сто страниц из нее, положите в задний карман брюк и читайте, когда будут выдаваться хотя бы несколько свободных секунд. Таким образом я прочел эту книгу за два дня. Вы узнаете, как экономить время и как грамотно его распределять.

Отдых от обычной работы необходим. Для этого отлично подходят репетиции речей. Например, договоритесь с другими слушателями из вашей группы о вечерних встречах один раз в неделю, на которых вы будете отрабатывать свои выступления. Если это невозможно, произносите импровизированные речи перед членами семьи (это можно превратить в занимательную игру).

Как развлекались Дуглас Фэрбенкс и Чарли Чаплин

Как известно, Чарли Чаплин и Дуглас Фэрбенкс достаточно состоятельны, чтобы позволить себе хорошенько отдохнуть. Но несмотря на богатство и известность, всем развлечениям они предпочитали выступления с импровизированными речами.

Вот как эту забаву в интервью журналу American Magazine описывал Фэрбенкс:

«На одном ужине я шутки ради прикинулся конферансье и пафосно представил Чарли Чаплина. Ему пришлось встать и произнести коротенькую речь. Так и появилась игра, в которую мы играем практически каждый вечер вот уже два года. Каждый из нашей троицы (Мэри Пикфорд, сам Фэрбенкс и Чаплин. – Д. К.) пишет на листочке слово, записки сворачиваются вдвое и перемешиваются. Каждый тянет по бумажке. Затем по очереди встаем и в течение шестидесяти секунд говорим на заданную тему. Каждый раз слова новые и самые разные, поэтому игра не приедается. Помню, одним вечером были „вера“ и „абажур“. „Абажур“ достался мне, и я пережил одну из самых трудных минут в жизни. Думаете, это легкая тема? Попробуйте сами! Поначалу все шло хорошо: „У абажуров две цели: подкрашивать и рассеивать свет и украшать помещение“. И на этом все, если, конечно, вы не знаете об абажурах больше моего. Каким-то образом я справился. Поразительно, как много дает эта простенькая забава. Мы намного больше узнаем о множестве самых разных вещей. Но что важнее, мы учимся быстро собирать знания и мысли по любому предмету и облекать их в краткое выступление. С каждым разом мы все увереннее соображаем на ходу. Мы все еще учимся. Прошло два года, и мы все еще играем, а значит, все еще растем».

Резюме

1. Наполеон говорил: «Чтобы преуспеть в искусстве войны, нужно тщательно просчитывать каждый шаг». Эти слова относятся к публичным выступлениям так же, как и к сражениям. Речь – это путешествие, и нам необходим его маршрут. Оратор, не имеющий в голове конкретного пункта назначения, обычно никуда и не приходит.

2. Не существует незыблемых, универсальных правил построения публичной речи. Каждое выступление индивидуально.

3. Оратору следует до конца раскрыть один вопрос и больше к нему не возвращаться. В качестве примера перечитайте речь о Филадельфии, занявшую первое место на конкурсе. Не нужно беспорядочно бросаться от вопроса к вопросу, метаться, как летучая мышь в сумерках.

4. Доктор Конуэлл строил многие свои речи по такому плану:

– Привести факты.

– Привести вытекающие из них доводы.

– Призвать к действию.

5. Вам может помочь следующий план:

– Рассказать о несправедливости или какой-то проблеме.

– Предложить способ решения.

– Призвать к сотрудничеству.

6. Вот еще один план композиции (подробнее ознакомиться с ним можно в пятнадцатой главе):

– Привлечь внимание аудитории.

– Завоевать доверие.

– Изложить факты. Рассказать о пользе вашего предложения.

– Обратиться к мотивам, заставляющим людей действовать.

7. Альберт Беверидж советовал: «Собирайте, классифицируйте, анализируйте и сопоставляйте все факты, а не только те, которые поддерживают вашу точку зрения. Убедитесь, что имеете дело именно с объективными фактами, а затем самостоятельно продумайте выводы, которые из них вытекают».

8. Перед выступлением Авраам Линкольн продумывал свои выводы с математической точностью. В сорок лет, став членом Конгресса, он изучал труды Эвклида, чтобы овладеть софистикой и научиться отстаивать свою точку зрения.

9. Во время подготовки речи Теодор Рузвельт первым делом отыскивал все факты, взвешивал их, затем быстро диктовал текст, после чего исправлял его и диктовал снова.

10. По возможности запишите свою речь на диктофон и несколько раз прослушайте ее.

11. Никогда не читайте «по бумажке» – это вполовину снижает интерес аудитории. Поверьте, слушать такого оратора неимоверно трудно.

12. Когда речь продумана и спланирована, начните репетировать ее мысленно, пока, например, идете по улице. Найдите несколько свободных минут, закройтесь в комнате и в одиночестве «прогоните» выступление вслух. Представьте, что вы уже стоите перед публикой, жестикулируйте, вложите всего себя. Чем чаще вы будете делать все это, тем увереннее будете чувствовать себя при реальном выступлении.


Упражнения для голоса: расслабление

Оперная певица Эрнестина Шуман-Хайнк говорила: «Больше всего, пожалуй, голоса исполнителей страдают от напряжения. Певец должен быть постоянно расслаблен. Это не значит, что нужно быть вечно вялым или еле держаться на ногах перед пением. Расслабление для певца – это изумительное состояние жизнерадостной легкости, свободы и отсутствие напряжения во всем теле. Когда я расслабляюсь, то чувствую, будто каждая клеточка моего тела парит в пустоте. Каждый нерв полностью расслаблен».

Слова мадам Шуман-Хайнк относятся к певцам, но к ним должны прислушаться все, кто время от времени выступает с речами перед публикой. Напряжение губит голос, говорит она, но разве напряжение и нервозность не превратились в бедствие для всего нашего общества вечно спешащих людей? Они отражаются и на голосе человека, и на его лице. Расслабление! Вот что должно стать вашим лозунгом. Расслабление! Вот ваше новое кредо. Знаменитый оперный тенор Алессандро Бончи утверждал, что расслабление – секрет хорошего голоса.

Но как этого добиться? Для начала нужно научиться расслаблять все тело, ведь оно – резонатор для голоса. Малейшая неполадка в резонаторе пианино, даже раскрутившийся винтик в корпусе, сказывается на звуке инструмента. А так как все человеческое тело является резонатором, то напряжение в любой его части сказывается на голосе.

Как достичь правильного состояния тела? Легче легкого: просто расслабьтесь. Не нужно ничего делать. Скорее наоборот: здесь требуется не действие, а бездействие. Вытяните перед собой руку, затем расслабьте мышцы и позвольте ей упасть. Качнулась ли она несколько раз маятником? Если нет, значит вы напрягли мышцы и опустили ее плавно. Попробуйте еще разок. Ну что, получилось?

Перед сном лягте в кровати на спину и практикуйте диафрагмальное дыхание, о котором мы говорили в первых двух главах. Только теперь научитесь расслаблять все тело. Лежите неподвижно, как мешок с картошкой. Представьте, как энергия из рук, ног и шеи стекается в центр тела. Расслабьтесь настолько, чтобы раскрылась нижняя челюсть. Ощутите, как руки, и ноги, и туловище наливаются свинцом – они настолько тяжелы, что даже пальцем шевельнуть невозможно. Почувствуйте себя величайшим лентяем в мире. Вот теперь переходите к дыхательным упражнениям. Выбросьте все посторонние мысли, полностью сосредоточьтесь на расслаблении и дыхании.

Возможно, в вашем разуме роем комаров поднимутся мысли о делах прошедшего дня и завтрашних проблемах, чтобы вы были напряжены, а мозг занят. Выкурите их при помощи таких успокаивающих утверждений, как: «Я спокоен. Я полностью расслаблен. Мои мышцы ослабли, и я не могу поднять руку. Полное расслабление».

Благодаря этим мыслям и размеренному глубокому дыханию вы вскоре впадете в дрему, а потом заснете глубоким сном, который Уильям Шекспир называет «Бальзамом увечных душ, на пире жизни. Сытнейшим из блюд…» («Макбет»[5]).

А каким освежающим, успокаивающим и укрепляющим будет такой сон!

Перенесите это чудесное умение расслабляться и на время бодрствования. Во время выступления постарайтесь ощутить то, что чувствовала мадам Шуман-Хайнк во время пения: «Когда я расслабляюсь, то чувствую, будто каждая клеточка моего тела парит в пустоте. Каждый нерв полностью расслаблен». Когда умение расслабляться, правильно дышать и контролировать дыхание войдет в привычку, отличный голос будет вам обеспечен.

### Глава четвертая. Улучшение памяти

> Можно смело сказать, что первоочередное значение для бизнесмена имеет цепкая память.

> И. Б. Гоуин, из публикации «How to develop management skills» («Как развить навыки управления»)

> Тот, кто сохраняет полученные знания, все время растет, движется вперед, в то время как окружающие, вечно вспоминающие то, что однажды знали, лишь топчутся на месте.

> Уильям Джеймс, американский философ и психолог

> Когда я собираюсь выступить с речью о чем-то для меня важном, то думаю о том, какие мысли хочу передать публике. Я не выписываю факты или свои аргументы, но на двух, трех или четырех страницах из блокнота кратко помечаю основные направления мысли, а нужные слова приходят сами во время выступления. Иногда все же записываю моменты, требующие точности. Это же практически всегда относится и к заключительным словам и фразам.

> Джон Брайт, английский политик, один из величайших ораторов в своем поколении

> Одно из самых раздражающих и затратных качеств в бизнесе – забывчивость. В какой бы сфере вы ни были заняты, хорошая память неоценима.

> Из статьи в журнале The Saturday Evening Post

Известный психолог Карл Сишор утверждает: «В среднем человек использует не более десяти процентов от объема памяти, данного ему природой. Девяносто же процентов тратится впустую, ведь он нарушает естественные законы запоминания».

Вы относитесь к большинству? Значит вы живете не в полную силу! Но выход есть: в этой главе описаны естественные законы, по которым работает память, и показано, как применять их не только в хозяйственной деятельности, но и в публичных выступлениях. Читайте и перечитывайте ее, и ваша жизнь улучшится во всех сферах!

Итак, эти «естественные законы» очень просты. Их всего три – впечатление, повторение и ассоциация. На них основаны все так называемые мнемонические системы.

Первое условие, необходимое для крепкой памяти: сформируйте яркое, глубокое и стойкое впечатление от того, что требуется запомнить. Это невозможно без концентрации. Невероятная память Теодора Рузвельта (президент США с 1901 по 1909 год) восхищала всех окружающих. Во многом эта способность основывалась на том, что его впечатления были словно выгравированы на стали. При помощи упорных постоянных тренировок Рузвельт приучил себя сосредотачиваться даже в самых неблагоприятных условиях.

В 1912 году, во время съезда Прогрессивной партии в Чикаго, штаб-квартира Рузвельта располагалась в отеле Congress. На улице собралась толпа народа, люди махали флагами и кричали: «Мы хотим Тедди, мы хотим Тедди!» Рев толпы, грохот оркестров, постоянный поток политиков, сумятица срочных конференций и совещаний отвлекли бы обычного человека. Но Рузвельт сидел в уютном мягком кресле у себя в номере и как ни в чем не бывало увлеченно читал греческого историка Геродота. Во время путешествия по Бразилии, разбив лагерь на ночь, он находил сухое местечко под раскидистым деревом, устраивался на раскладном стуле и погружался в чтение «Истории упадка и разрушения Римской империи». Рузвельта не отвлекали ни дождь, ни шум и суета лагеря, ни звуки тропического леса. Неудивительно, что благодаря такой сосредоточенности он развил феноменальную память.

Пять минут глубокой сосредоточенности принесут больше толку, чем дни бесцельных размышлений. «Один час интенсивной работы, – писал Генри Уорд Бичер, – даст больше, чем годы, проведенные в мечтаниях». Юджин Грейс, президент сталелитейной компании Bethlehem Steel, говорил: «Если жизнь меня чему-то научила, так это тому, что нет ничего важнее умения полностью сосредоточиваться на конкретной работе. Я практикую этот навык ежедневно в любой обстановке».

Это один из секретов силы, особенно силы памяти.

Они не видели вишневого дерева

Изобретатель и предприниматель Томас Эдисон заметил, что двадцать семь из его помощников каждый день в течение шести месяцев ходили по одной и той же тропинке, соединяющей цех его электролампового завода с главным заводским зданием, расположенным в Менло-Парке (штат Нью-Джерси). Тропка проходила мимо одинокой вишни, о существовании которой, как показали расспросы, не знал ни один из тех людей.

«Мозг обычного человека, – с жаром говорил мистер Эдисон, – не отмечает и тысячной доли того, что видит глаз. Трудно поверить, насколько не развита у человека наблюдательность».

Познакомьте обычного человека с парой-тройкой своих друзей и сами убедитесь, что через две минуты он не вспомнит имени ни одного из них. Почему? Потому что он не обратил на них достаточного внимания, так и не рассмотрел их как следует. Скорее всего, он сошлется на плохую память. На самом же деле он ненаблюдателен. Удивительно, но согласитесь, ведь глупо винить фотоаппарат в том, что объекты, снятые в тумане, вышли на снимке нечеткими и неясными – так почему люди ожидают от своей памяти того, что в ней прочно задержатся изначально размытые и неполные образы? Как по мне, эти требования неправомерны.

Известный издатель Джозеф Пулитцер, владелец газеты The New York World, распорядился повесить над столом каждого работника редакции табличку со словами:

Точность и еще раз ТОЧНОСТЬ!

Вот к чему нужно стремиться. Старайтесь четко услышать имя нового собеседника. Если нужно, попросите его повторить, продиктовать по буквам, наконец. Человеку будет приятно внимание, а вы точно запомните его имя, ведь вы должным образом сосредоточились на нем, сформировали яркое и точное впечатление, которое надолго останется в памяти.

Зачем Линкольн читал вслух

Маленький Авраам Линкольн учился в деревенской школе, пол в которой был сделан из распущенных вдоль бревен, а стекла в окнах заменяли пропитанные жиром тетрадные страницы. Ученики наперебой повторяли уроки вслед за учителем, который читал их вслух из единственного на весь класс учебника. Гвалт стоял такой, что соседи прозвали ее «школой болтунов».

В школе будущий президент США приобрел привычку, которая осталась с ним на всю жизнь: он читал вслух все, что хотел запомнить. Каждое утро, приходя в адвокатскую контору в Спрингфилде, Линкольн растягивался на диване, клал одну длинную ногу на соседний стул и вслух читал газету. «Это раздражало неимоверно, – признавался его компаньон. – Однажды я поинтересовался, почему он так делает, и вот каков был ответ: „Когда я читаю вслух, то воспринимаю смысл сразу двумя органами чувств: я и вижу, и слышу то, что читаю, а следовательно, и запоминаю лучше“».

Линкольна отличала необыкновенно цепкая память. Он говорил: «Моя память, как стальная пластина. Очень трудно на ней что-то нацарапать, зато потом нанесенные образы стереть практически невозможно».

Возьмите на вооружение метод Линкольна и «нацарапывайте» образы на пластину своей памяти при помощи двух органов чувств.

Лучше всего, конечно, не только увидеть и услышать нужную информацию, но и потрогать, понюхать, ощутить ее на вкус.

Но самое главное – увидеть. Люди опираются в первую очередь на зрение. Зрительные образы оседают в памяти лучше всего. Мы часто помним лицо случайного собеседника, хотя не можем назвать ни его имени, ни тем более фамилии. Нервы, идущие от глаза к мозгу, в двадцать раз толще тех, которые соединяют мозг с ухом. Есть старинная китайская поговорка: «Лучше один раз увидеть, чем тысячу раз услышать».

Запишите имя, номер телефона, план речи, который хотите запомнить. Внимательно посмотрите на записанное, а затем закройте глаза и представьте, что слова и цифры горят ярчайшим пламенем.

Как Марк Твен учился выступать без записей

Когда Марк Твен научился пользоваться визуальной памятью, он отказался от шпаргалок, которые многие годы портили впечатление от его выступлений. Вот его рассказ:

«Даты трудно запоминать из-за того, что они состоят из цифр. Цифры же оседают в памяти очень плохо. Они выглядят одинаково, поэтому глазу не за что зацепиться. Запоминать даты отлично помогают картинки. Собственно, благодаря им запомнить можно практически все, что угодно, особенно если картинку нарисовали вы сами. Кстати, это довольно важный момент. Знаю это по опыту. Тридцать лет назад я каждый вечер читал заранее заученную лекцию и каждый вечер, чтобы не запутаться, пользовался записями. Шпаргалки состояли из начал фраз. Их было одиннадцать. Выглядело это примерно так:

Погода в этом районе…
Тогда был такой обычай…
Но в Калифорнии не слыхали…

И все в таком духе. Что-то вроде плана лекции, который не давал мне сбиться. Только вот на странице все мои записи выглядели одинаково, не складывались в образы. Каждую начальную фразу я знал наизусть, но не мог точно запомнить их порядок. Приходилось периодически подглядывать в бумажки. Однажды они куда-то затерялись. Вы не представляете, сколько ужаса я натерпелся! Стало ясно: нужен новый способ подстраховки. Заучил первые букв десяти пунктов в правильном порядке: „п“, „т“, „н“ и так далее, нанес их на ногти пальцев рук и уже следующим вечером „во всеоружии“ вышел на сцену. Но это не сработало. Поначалу справлялся неплохо, но вскоре запутался и уже не помнил, на какой палец смотрел до этого. Можно было бы слизывать буквы по очереди, и этот способ заработал бы, но это бы перетягивало внимание слушателей. Хотя, похоже, со стороны и так выглядело, будто меня больше интересуют собственные ногти, а не тема лекции: впоследствии несколько человек спрашивали, что случилось с моими руками.

И только после этого я додумался до картинок! Все проблемы решились разом. За пару минут нарисовал пером шесть картинок, которые с легкостью заменили одиннадцать начальных фраз. Рисунки тут же с чистой совестью выбросил, ведь они вспоминались, стоило только прикрыть глаза. Вот так, в один день, четверть века назад все изменилось. Текст лекции выветрился из головы лет двадцать назад, но при необходимости его с легкостью можно восстановить по образам, ведь они прочно засели у меня в памяти».


Недавно мне выпал случай прочитать лекцию по памяти. Очень хотелось использовать материал этой главы. Ключевые моменты я запоминал как раз при помощи визуальных образов. Я представил Рузвельта, читающего исторические труды под крики толпы и грохот оркестров, Эдисона, который смотрел на вишню, Линкольна, читающего вслух газету, и, наконец, Марка Твена, слизывающего чернила с ногтей во время лекции.

Как я запоминал порядок образов? По номерам – один, два, три, четыре? Нет, это слишком сложно. Я мысленно превратил их в картинки и совместил с картинками, которые иллюстрировали темы. Вот как это выглядело:

Цифра один (one) созвучна со словом «скачки» (run), поэтому представил скаковую лошадь. В итоге получился яркий образ: Рузвельт верхом на поджаром жеребце читает увесистый том. Цифра два (two) созвучна слову «зоопарк» (zoo). И вот перед мысленным взором в медвежьей клетке растет красивое вишневое дерево, на которое смотрит Эдисон. Цифра «три» (three) похожа на слово «дерево» (tree) – и вот уже на воображаемом дереве лежит Линкольн и громко читает вслух газету. «Четыре» (four) похоже на «дверь» (door) – и вот у открытой двери, опираясь на косяк, стоит Марк Твен и, читая лекцию, слизывает с ногтей чернила.

Прекрасно понимаю, что многие читатели посчитают такой метод абсурдным. Так и есть. Именно поэтому он и работает! Странное и несуразное запоминается на раз. Попытайся я запомнить порядок пунктов только по номерам, то, скорее всего, быстро запутался бы. Но благодаря описанной системе это стало практически невозможным. Когда нужно было вспомнить третий пункт, достаточно было лишь спросить себя, что находится на дереве, и тут же возникал образ Линкольна.

Чтобы облегчить задачу в будущем, я подобрал для чисел с одного до двадцати образы, созвучные цифрам. Если мысленно привязывать эти картинки к необходимым объектам, пусть увиденным только единожды, можно с легкостью перечислять их не только по порядку, но и вразброс.

Можно как подбирать образы, рифмующиеся с числом, например «один – мандарин», «три – снегири», «шесть – шест», так и отталкиваться от ассоциаций, возникающих при взгляде на саму цифру. Например, двойка похожа на склонившего голову на изящной шее лебедя, семерка – на косу, а при взгляде на одиннадцать вспоминается частокол.

Если хотите проверить себя, изучите описанные картинки, представьте их во всех подробностях. Придумайте и свои. Например, «два» отлично рифмуется со словами «голова», «плотва» – дайте только волю воображению, и оно подбросит самые разные варианты. Если вторым предметом окажется «мельница», представьте, будто вы сидите у водяной мельницы и ловите шуструю плотву. Чтобы вспомнить вторую позицию, просто спросите себя: «где шныряет плотва?» Может показаться, что способ не сработает, но попробуйте, и вскоре все будут поражены вашей цепкой памятью. Ну а у вас появится еще одна занятная игра!

Как запомнить книгу толщиной с Библию

Каирский Аль-Азхар – один из крупнейших университетов мира. В этом мусульманском учебном заведении обучается двадцать одна тысяча студентов. Для поступления каждый абитуриент должен прочитать Коран по памяти. Коран сравним по объему с Библией, и для того, чтобы сдать экзамен, требуется три дня.

Студентам в Китае необходимо наизусть знать некоторые религиозные книги и классические труды. Как этим арабским и китайским учащимся, многие из которых обладают только средними способностями, удается показывать чудеса памяти? Благодаря повторению, второму закону запоминания.

Можно запомнить практически бесконечный объем материала, если повторять его достаточно часто. Почаще повторяйте сведения, которые вы хотите запомнить. Применяйте свои знания на практике. Используйте в беседе с приятелем или коллегой новое слово. Называйте нового знакомого по имени, и тогда вы быстрее его запомните. Обсуждайте с друзьями вопросы, которые собираетесь затронуть в будущей речи. В большинстве случаев знания, которые вы постоянно используете, надежно оседают в памяти.

Правильное повторение

Однако простого повторения заученного наизусть недостаточно. Требуется планомерная, хорошо выстроенная работа, основанная на особенностях мышления. Психолог-экспериментатор профессор Герман Эббингауз давал студентам задание запоминать списки бессмысленных слогов типа «деюкс», «кволи» и так далее. Было обнаружено, что участники эксперимента запоминали такой же объем списка за тридцать восемь повторений в течение трех дней, что и за шестьдесят восемь повторений за один раз. Схожие результаты показали и другие психологические тестирования.

Это невероятно важное открытие о работе памяти. Оно говорит о том, что, упорно повторяя необходимую информацию, человек тратит в два раза больше усилий и времени, чем если бы он делал то же самое с равными промежутками.

Эту особенность работы мышления можно объяснить двумя факторами:

Во-первых, в перерывах между повторениями подсознание закрепляет устанавливающиеся ассоциативные связи. Как метко подмечал профессор Уильям Джеймс, «мы учимся плавать зимой, а кататься на коньках – летом».

Во-вторых, временны́е интервалы позволяют мозгу не уставать от работы. Сэр Ричард Бертон, прославившийся переводом сказок «Тысячи и одной ночи», владел двадцатью семью языками на уровне носителя. Однако, по его собственному признанию, он никогда не учил и не практиковал язык дольше пятнадцати минут, потому что «от слишком долгих занятий голова теряла свежесть».

Ни один здравомыслящий человек, узнав об этих фактах, не станет откладывать подготовку речи до вечера перед самим выступлением. Ведь в таком случае его память будет работать лишь вполсилы.

А вот очень любопытное открытие о том, как происходит забывание. В ходе психологических экспериментов было неоднократно доказано, что за первые восемь часов человек забывает больше полученных им знаний, чем за следующие тридцать дней. Поразительное соотношение, не правда ли? Поэтому прямо перед началом важного рабочего совещания или перед выходом на сцену обязательно еще раз обдумайте имеющиеся факты, пройдитесь по плану, освежите память.

Авраам Линкольн понимал ценность этого метода и постоянно применял его. Я уже рассказывал историю о выступлениях в Геттисберге Линкольна и знаменитого оратора Эдварда Эверетта. Так вот, когда длинное выступление Эверетта подходило к концу, Линкольн «стал заметно нервничать, что с ним происходило всякий раз, когда ему предстояло выступать после другого оратора». Поправив очки, он достал из кармана рукопись и перечитал ее про себя, чтобы освежить память.

Профессор Уильям Джеймс раскрывает секрет хорошей памяти

Мы уже достаточно поговорили о первых двух естественных законах. Третий закон – ассоциация – неотъемлемое условие для запоминания. Более того, это ключ к самому механизму памяти.

«Наш разум, – метко подмечал профессор Джеймс, – по сути, является генератором ассоциаций… Представим, будто какое-то время я молчал, а потом вдруг решительно скомандовал: „Сосредоточьтесь! Вспомните!“ Послушается ли приказа ваша память? Выдаст ли конкретный результат? Определенно нет. Она лишь задаст безмолвный вопрос: „Что именно требуется вспомнить?“ Если коротко, то памяти необходимо от чего-то оттолкнуться. А вот если я попрошу вас вспомнить дату своего рождения, или то, что вы ели на завтрак, или последовательность нот в гамме, то память тут же выдает требуемый результат: то есть сам вопрос направляет ее потенциал в нужном направлении. Если же внимательнее приглядеться к этому механизму, то станет ясно, что подсказка тесно связана с результатом. Слова „дата моего рождения“ непосредственно ассоциируются с конкретным днем, месяцем и годом; когда мы слышим про „сегодняшний завтрак“, тут же появляется образ кофе и яичницы; слова же „музыкальная гамма“ сразу наводят на до, ре, ми, фа, соль, ля. В действительности законы ассоциации диктуют все мыслительные процессы, не зависящие от внешних воздействий. Любая мысль должна быть сначала внесена в сознание, и лишь после этого вокруг нее формируются ассоциативные связи с остальными имеющимися фактами и мыслями. Это в равной степени относится как к работе памяти, так и к остальным мыслительным процессам. Тренированная память опирается на организованную систему ассоциаций, качество которой, в свою очередь, зависит от двух особенностей самих ассоциаций: их стойкости и их количества… Таким образом, „секрет хорошей памяти“ заключается в том, чтобы сформировать разнообразные и многочисленные ассоциации с фактом, который необходимо запомнить. А для того, чтобы установить эти связи, нужно как можно больше размышлять о факте. Короче говоря, из двух людей, получивших одни и те же знания, память лучше у того, кто больше всего обдумывает полученные данные и как можно теснее вплетает их в систему с другими фактами, мыслями и ощущениями».

Как связывать факты между собой

Все это очень хорошо, но каким образом связывать факты в стройную систему? А вот как: обдумывать их, понимать их значение. Знакомясь с новым фактом, задавайте себе следующие вопросы и отвечайте на них – тогда ввести новую информацию в уже существующую систему будет проще:

а) Почему это так?

б) Как это происходит?

в) Когда это происходит?

г) Где это происходит?

д) Кто говорит, что это так?

Например, если речь идет о довольно распространенной фамилии незнакомого человека, можно связать ее с вашим старым приятелем, носящим ту же фамилию. А вот если фамилия редкая, можно проявить интерес к ней прямо во время разговора. Как правило, люди с охотой разговаривают о своих фамилиях.

Приведу пример: во время работы над этой главой меня познакомили с некоей миссис Сотер. Я отметил, что это очень необычная фамилия, и попросил новую знакомую продиктовать ее по буквам.

– Да, – ответила женщина, – она действительно необычная. Происходит от греческого слова «спаситель».

Затем она рассказала о том, что предки ее мужа родом из Афин и занимали высокие государственные посты в Греции. Люди всегда охотно говорят о своих именах и фамилиях, и это помогает их запоминать.

Внимательно изучите внешность нового знакомого. Какого цвета у него глаза? Волосы? Приглядитесь к чертам его лица, обратите внимание на то, как он одевается. Отметьте для себя его манеру говорить. Когда у вас в сознании соберется стройный образ, мысленно увяжите его с именем и фамилией человека, и в будущем проблем с этим не возникнет.

Бывало ли так, что, встречая человека во второй или третий раз, вы тут же вспоминали его профессию или название предприятия, а не то, как его зовут? Причина вот в чем: профессия конкретна, при ее упоминании возникает яркий образ, который намертво прилипает к памяти, как лейкопластырь, а вот абстрактная, не имеющая значения фамилия отскакивает, будто град от покатой крыши. Поэтому, чтобы запомнить ее, придумайте фразу, которая свяжет эти данные вместе. Не сомневайтесь в действенности этого метода.

Приведу такой пример: недавно на занятия автора, проводившиеся в спортивном клубе, пришли двадцать человек. Каждого участника просили встать, назвать свою фамилию и род деятельности. Сразу же придумывалась коротенькая фраза, чтобы связать первое со вторым. В итоге несколько минут спустя все знали фамилии друг друга. Такой способ оказался настолько эффективным, что и к концу курса все помнили фамилии и профессии людей, с которыми посещали занятия.

Вот несколько условных примеров:

• Пуговкин (владелец компании по пескоструйной обработке) – пуговицы до блеска начищают песком.

• Яблочкин (продажа недвижимости) – на заднем дворе моего дома растет яблоня.

• Копытин (горнодобывающая промышленность) – Копытин копает быстро, добывает много.

• Деври (типографское дело) – всем нужна типография Деври.

• Меньшов (автодилер) – кто поздно встает, меньше машин продает.

• Злотник (деревообработка) – деревообрабатывающая промышленность – золотое дно.

• Хэнкок (сотрудник газеты) – нужна годовая подписка – обратитесь к Хэнкоку!

Как запоминать даты

Наилучший способ запоминания нужных дат – связывать их с уже известными вам годами. Американцу, например, намного труднее запомнить, что Суэцкий канал был открыт в 1869 году, чем то, что первый корабль прошел по нему через четыре года после окончания Гражданской войны в США. Если американец попытается запомнить, что первое поселение в Австралии основали в 1788 году, то эта дата, скорее всего, выскочит из его памяти, как разболтавшийся болт в машине. Зато все получится, если он вспомнит, что это произошло спустя двенадцать лет после подписания Декларации независимости 4 июля 1776 года. Такой метод надежно встраивает нужные данные в ткань памяти.

Руководствоваться этим принципом следует и при выборе телефонного номера. Например, во время Первой мировой войны у автора был телефонный номер 1776. Запоминался с первого раза. Если удастся заполучить у телефонной компании подобный «красивый» номер, то вашим друзьям даже телефонная книга не потребуется. Предположим, вам удалось выбить для себя номер 1492. Может кто-то его и позабудет, если вы просто перечислите набор цифр. Но вот если вы скажете: «У меня очень простой номер: 1492 – год, когда Колумб открыл Америку»…

Читатели из других стран, разумеется, могут заменить их памятными датами из своей истории.

Как лучше запомнить следующие даты?

а) 1564 – год рождения Шекспира.

б) 1607 – год основания первого поселения англичан в Джеймстауне.

в) 1819 – год рождения королевы Виктории.

г) 1807 – год рождения генерала Роберта Ли.

д) 1789 – год взятия Бастилии.

Согласитесь, одним механическим повторением чрезвычайно трудно запомнить названия первых тринадцати штатов в том порядке, в котором они вступали в состав США. Если же выстроить вокруг них рассказ, то эту задачу удастся выполнить куда быстрее и с меньшими усилиями. Прочтите следующий абзац только раз. Сосредоточьтесь. Затем проверьте, можете ли вы перечислить тринадцать штатов в правильном порядке:

Субботним вечером молодая дама из Делавэра купила билет для поездки по Пенсильванской железной дороге. Она упаковала в чемодан новый, купленный в Нью-Джерси свитер и посетила подругу Джорджию в Коннектикуте. Следующим утром дамы побывали на мессе (Массачусетс) в церкви, построенной на земле Мэри (Мэриленд). После этого они отправились домой поездом южной линии (англ. South carline – Южная Каролина), отведали новой ветчины (англ. New ham – Нью-Гэмпшир), поджаренной кухаркой Виргинией из Нью-Йорка. После ужина они сели на поезд северной линии (англ. North carline – Северная Каролина) и поехали на остров (англ. Rode to the island – Род-Айленд).

Как запоминать пункты своей речи

Мышление протекает по двум принципам: первый – думать нас заставляют внешние стимулы; второй – ассоциация с чем-то уже знакомым. Применительно к публичным выступлениям это работает так: чтобы запомнить пункты речи, можно пользоваться внешним стимулом, то есть записями – только вот мало кому интересен оратор, уткнувшийся в бумажку; или можно связывать их с уже имеющимися мыслями и образами. Причем они должны быть организованы так, чтобы первая ассоциация вела ко второй, вторая – к третьей, подобно тому, как дверь из одной комнаты ведет в другую.

Вроде и просто, но только не для новичка, которому трудно даже собраться с мыслями. Тем не менее есть один действенный, быстрый, надежный и практически безотказный способ собрать все пункты вместе. Говорю я о методе бессмысленного предложения. Представьте, что вы захотели обсудить самый настоящий клубок несвязанных друг с другом тем, запомнить которые из-за этого совсем непросто. Например, таких: корова, сигара, Наполеон, дом, религия. Получится ли увязать эти беспорядочные образы в единую цепь при помощи такого бессмысленного предложения: «Корова курила сигару и боднула Наполеона, отчего дом сгорел и религия с ним»?

А теперь прикройте предыдущую фразу и ответьте на следующие вопросы: какая тема будет третьим пунктом выступления? А пятым? Четвертым? Вторым? Первым?

Ну как, работает? Еще бы! Советую использовать этот метод всем участникам своих курсов. Таким образом можно выстроить любую группу идей, а чем абсурднее получится фраза, тем лучше они запомнятся.

Что делать при полнейшем провале

Представим, что несмотря на все приготовления и меры предосторожности, оратор ни с того ни с сего вдруг посреди выступления обнаружил, что мысли разбежались, мозг девственно чист, и ему остается лишь молча смотреть на собравшихся. Ситуация ужасная, от одной мысли о таком по спине мурашки бегают. Гордость не позволяет ему признать поражение и сесть. Бедняге кажется, что будь у него десять-пятнадцать секунд, и он бы вспомнил следующий пункт, нашел бы хоть одну умную мысль. Но ведь для выступающего даже пятнадцать секунд отчаянной тишины равносильны катастрофе. Что же делать? Недавно в подобном положении оказался один известный американский сенатор. Тогда оратор поинтересовался у собравшихся, достаточно ли громко он говорит, хорошо ли слышно его в задних рядах. На самом же деле он прекрасно знал, что все в порядке. Его не интересовал сам ответ. Он лишь воспользовался короткой паузой, ухватил мысль и продолжил речь.

Пожалуй, при такой сильной ментальной буре самое эффективное средство спасения – начинать новую фразу со слова или мысли, на которой остановились. Таким образом получится непрерывный ручеек, который, правда, при злоупотреблении начнет петлять и превратит выступление в набор бессмысленных фраз. А теперь посмотрим, как это работает на практике. Представим, что докладчик выступает на тему успеха в бизнесе и впадает в ступор после фразы «Средний работник не двигается по карьерной лестнице из-за того, что не интересуется своим делом, не проявляет инициативу».

Следующее предложение стоит начать именно с «инициативы». Скорее всего, выступающий растерян и понятия не имеет, что сказать и как закончить предложение, но неуклюжая фраза всегда лучше молчания.

«Инициатива – это стремление действовать нестандартно, по-своему, не дожидаясь чьих-то указаний».

Искрометной такую фразу не назовешь, в историю с ней точно не войти. Но разве она не лучше мучительной тишины? Так, на чем мы остановились? – «не дожидаясь чьих-то указаний». Вот с этого и начнем:

«Необходимость постоянно выдавать указания, подталкивать, направлять работников, не желающих мыслить самостоятельно, творчески, – дело неблагодарное. Без инициативы и воображения все идет насмарку».

Ну что же, снова выпутались. Давайте еще раз. Теперь нужно что-то сказать о воображении.

«Воображение, вот что нужно. Ви́дение. Как говорил царь Соломон, без откровения свыше народ чахнет».

Пока все идет довольно неплохо. Соберемся же с силами и продолжим:

«Мир бизнеса ежегодно покидают огромное количество работников, и это прискорбно. Прискорбно, ведь если бы у этих мужчин и женщин было бы чуточку больше лояльности, заинтересованности и целеустремленности, они преодолели бы черту, разделяющую успех и поражение. Но потерпевшие неудачу в бизнесе никогда не признают, что дело именно в этом».

И так далее и тому подобное. Говоря все эти банальности, оратор должен старательно вспоминать, каким был следующий пункт и что он намеревался сказать изначально.

Впрочем, не стоит злоупотреблять этим методом бесконечных, связанных друг с другом фраз, а то можно скатиться до обсуждения достоинств и недостатков изюмного пудинга или вдруг перейти к анализу цен на канареек. Однако он позволяет справиться с первым шоком и выбраться из крайне неуютной ситуации. Таким способом было спасено немало речей.

Невозможно запоминать все подряд

В этой главе я описал методы, позволяющие людям запечатлевать в памяти стойкие образы, запоминать и увязывать факты. Но качество памяти настолько зависит от ассоциации, что, как говорил профессор Уильям Джеймс, «нельзя сделать так, чтобы в памяти одинаково хорошо отпечатывалось вообще все. Можно лишь улучшить ее способность работать с определенными системами ассоциированных явлений».

Запоминая, к примеру, каждый день по цитате Шекспира, можно значительно улучшить память на стихи. Каждая новая цитата тут же свяжется крепкой ассоциативной связью с себе подобными. Правда, если заучить даже всего «Гамлета» и «Ромео и Джульетту», это вряд ли поможет удерживать в голове все факты о рынке хлопка.

Повторю: если применять все описанные в этой главе методы, то можно улучшить работу памяти. Но если их не использовать, то даже запомнив десять миллионов фактов о футболе, мы не станем лучше запоминать факты, относящиеся к фондовому рынку. Такие разные виды данных попросту невозможно связать вместе. Вы ведь помните, что наш мозг – генератор ассоциаций.

Резюме

1. Известный психолог Карл Сишор утверждает: «В среднем человек использует не более десяти процентов от объема памяти, данного ему природой. Девяносто же процентов тратится впустую, ведь он нарушает естественные законы запоминания».

2. Таких «естественных законов запоминания» три: впечатление, повторение и ассоциация.

3. Сформируйте яркое и стойкое впечатление от того, что хотите запомнить. Для этого:

а) сосредоточьтесь. В этом и заключался секрет невероятной памяти Теодора Рузвельта;

б) приглядитесь внимательно. Подмечайте малейшие подробности. Если стоит туман, вам не удастся сделать четкие фотоснимки. Точно так же и память не сохраняет образ расплывчатого явления;

в) задействуйте все органы чувств. Авраам Линкольн читал вслух, чтобы воспринимать текст как визуально, так и при помощи слуха;

г) в первую очередь формируйте детальные визуальные образы. Они прочно оседают в памяти. Нервы, идущие от глаз к мозгу, в двадцать раз толще тех, что соединяют мозг и уши. Даже делая записи, Марк Твен не мог запомнить план выступлений. Однако все изменилось, когда он отказался от шпаргалок и стал использовать для обозначения многочисленных тем рисунки.

4. Второй закон запоминания – повторение. Тысячи студентов-мусульман знают наизусть Коран, который по объему не уступает Библии. Они добиваются этого при помощи повторения. Достаточно частые повторения позволяют запомнить значительный объем информации. При этом помните:

а) не стоит повторять до посинения. Повторите один-два раза и займитесь другими делами. Вернитесь к материалу позже, освежите знания. Благодаря такому режиму вы усвоите необходимую информацию в два раза быстрее, чем если бы пытались заучить ее за один присест;

б) за первые восемь часов мы забываем больше информации, чем за тридцать дней. Поэтому перед выступлением просмотрите план речи, освежите в памяти факты.

5. Третий закон работы памяти – ассоциация. Наилучший способ что-либо запомнить – создать ассоциативную связь с уже имеющимся знанием. Профессор Джеймс говорил: «Любая мысль должна быть сначала внесена в сознание, и лишь после этого вокруг нее формируются ассоциативные связи с остальными имеющимися фактами и мыслями. Из двух людей, получивших одни и те же знания, лучше память окажется у того, кто больше всего обдумывает полученные данные и как можно теснее вплетает их в систему с другими фактами, мыслями и ощущениями».

6. Чтобы создать ассоциативную связь нового факта с уже имеющимися, обдумайте его со всех возможных ракурсов. В этом вам помогут вопросы «Почему это так?», «Как это получается?», «Когда это происходит?», «Где это происходит?», «Кто сказал, что это так?»

7. Чтобы запомнить имя и фамилию нового знакомого, расспросите его о том, как они пишутся, поинтересуйтесь, есть ли интересная история у его фамилии, и так далее, приглядитесь к его внешности. Постарайтесь связать его имя и лицо. Узнайте профессию знакомого и придумайте простенькую, пусть и абсурдную фразу наподобие тех, что приводились выше. Так у вас сформируется цельный образ человека.

8. Чтобы запоминать даты, связывайте их с памятными датами из истории своей страны. Например, трехсотлетие со дня рождения Уильяма Шекспира отмечалось во время Гражданской войны в США.

9. Чтобы запоминать пункты выступления, располагайте их в логическом порядке так, чтобы предыдущий подводил к следующему. Вдобавок из этих пунктов можно составить яркую абсурдную фразу вроде: «Корова курила сигару, боднула Наполеона, отчего дом сгорел и религия с ним».


Если, несмотря на подготовку и все меры предосторожности, вы позабыли, что собирались сказать, начинайте следующее предложение с последнего слова предыдущего. Благодаря такому методу у вас появится время, чтобы вспомнить план.


Упражнения для голоса: как расслабить горло

Как мы узнали из предыдущей главы, напряжение вредит голосу и делает его неприятным. Но в какой части тела оно появляется?

Сомнений тут быть не может. Напряжение, эта «смертоносная гадюка», всегда атакует одно и то же место: горло. Из-за нервного напряжения мышц гортани голос звучит устало, хрипло, грубо, а иногда даже начинает болеть горло. От этой напасти страдают учителя, священники и ораторы.

Человек может весь день разговаривать на работе и не испытывать никаких болей в горле. Почему же тогда, когда необходимо выступить перед аудиторией, у него возникают эти неприятные ощущения? Ответ кроется в одном единственном слове – «напряжение», которое приводит к неправильному использованию органа речи. Человек нервничает, и мышцы гортани произвольно сокращаются. Он делает глубокий вдох и силой мышц поднимает грудь. При этом напрягаются и мышцы гортани. Человек стремится говорить эмоционально, громко, ярко, поэтому еще сильнее напрягает голосовые связки. Он с силой «выплевывает» каждое слово. Каков результат? Хриплые, неприятные, слабые звуки.

Нет, дорогой читатель, это делается совершенно иначе! Для начала полностью расслабьте гортань. Она должна стать всего лишь трубой, через которую свободно проходит воздух из легких. «Никакого напряжения в горле», – говорила оперная певица Амелита Галли-Курчи. Старые итальянские мастера вокала хвастались: «l'Italiano non ha gola» («У итальянцев нет горла»). Великие оперные певцы и певицы – Энрико Карузо, Нелли Мельба, Аделина Патти, Мэри Гарден – пели так, будто и действительно его не имели. Так же до́лжно говорить и настоящему оратору.

Все мышцы выше ключицы расслаблены – в действительности расслаблены должны быть все мышцы туловища.

Как этого добиться? Есть один очень простой способ. Вообразите, что вас спросили: «Есть ли у итальянских певцов горло?», и вы собираетесь ответить «нет». Закройте глаза и представьте, что собираетесь зевнуть. Почувствуйте, что вот-вот это сделаете. Как известно, зевок начинается с глубокого вдоха – собственно, люди и зевают, когда нуждаются в воздухе. И вот во время этого вдоха гортань расслабляется полностью. Теперь вместо того, чтобы зевнуть, подумайте «нет» и произнесите «нет». Понравился ли вам звук собственного голоса? А почему? Да просто вы создали подходящие условия.

Мы уже ознакомились с несколькими фундаментальными основами создания хорошего голоса: глубокое диафрагмальное дыхание, расслабление тела, а теперь и релаксация гортани.

Выполняйте это упражнение двадцать раз в день. Начните зевать. Ощутите, как нижняя часть легких наполняется воздухом, давит на нижние ребра, позвоночник и сплющивает диафрагму. Но вместо того, чтобы зевнуть, говорите. Произнесите нараспев фразу вроде: «Не летай, соловей, не летай, молодой».

Почувствуйте, как звуки буквально вливаются в вас, но не назад в гортань, а в голову. Похожее ощущение возникает, когда вы глубоко вдыхаете свежий воздух через нос.

Наконец, после глубокого вдоха полностью расслабьте грудные мышцы. Ощутите, как воздушная подушка поддерживает грудную клетку. Это похоже на то, как автомобильная камера держит покрышку и не позволяет ей проминаться. Если грудные мышцы будут напряжены, напрягутся и мышцы гортани. В то же время при вдохе грудь не должна вваливаться. Следите за тем, чтобы на вдохе поднимались не плечи, а грудь, а при выдохе она держалась на воздухе, оставшемся в легких.

### Глава пятая. Как не усыпить слушателей

> Честность – залог красноречия: мы убеждаем других благодаря тому, что предъявляем свой истинный облик.

> Уильям Хэзлитт, один из классиков английской эссеистики

> Гениальность – это энергия. Чего-то добивается лишь тот, кто стремится к цели как бульдог, который гонится за кошкой.

> У. К. Холман, заведующий отделом продаж в компании National Cash Register, выпускающей кассовые аппараты

> Он приложил всего себя и преуспел.

> Вторая книга Паралипоменон

> Добродетель порождает уверенность, уверенность порождает энтузиазм, а энтузиазм завоевывает мир.

> Уолтер Кэттингем, президент компании Sherwin-Williams, крупнейшего производителя лакокрасочных материалов

> Человек, полный энтузиазма, подобно магниту притягивает к себе окружающих.

> Генри Аддингтон Брюс, журналист и писатель

# Примечания

1

Лоуэлл Джексон Томас – американский писатель, телеведущий и режиссер-документалист.

2

Локомоторная атаксия – неспособность точно контролировать движения собственного тела.

3

Ротари-клубы – внерелигиозные и неполитические гуманитарно-благотворительные организации, открытые для всех стран, вне зависимости от национальной и расовой принадлежности, вероисповедания и политических взглядов.

4

Перевод М. Дмитриева.

5

Перевод Б. Пастернака.