Дмитрий Харлан
Черность

1. Первооткрыватели

С недостижимо далекой поверхности донесся слабый отзвук. Он мог значить только одно: мгновение назад крупная порция информации была разделена, отсортирована и отправлена в дальнейшее путешествие. Он был большой редкостью, этот отзвук, заявляя о себе раз в вечность. Он давал понять: только что закончилась одна вечность – и началась новая. Как своеобразный колокол, без которого течение времени становилось незаметным, почти эфемерным.

Там, далеко-далеко наверху, в громадном сплетении нерукотворных сосудов неустанно циркулировал двоичный код. Потоки информации никогда не останавливались; словно эритроциты в теле исполинского организма, охватившего собою целый мир, они курсировали по тысячам разных направлений. Сейчас в одном месте, через миллисекунду в другом, еще через сотню – в противоположном конце света. Сложный, но слаженный многовековой механизм никогда не давал сбоев. Его работа походила на прекрасную мелодию.

Мелодию, которую здесь – внизу – было не услышать. Внизу диархами царили Мертвая Тишина и Густая Тьма, а царство их представляло собой сплошные горы мусора, скопившегося за несколько вечностей. Бурные потоки работали усердно, но нет-нет, а маленькие потери все-таки случались, и осиротевшие биты сообщений, картинок, голосов, вычислений постепенно стекались сюда.

Отстойник – вот, что было за место. Выгребная яма, сотканная из пустоты, тишины и безвременья.

Группа людей. Четверо. Вокруг темно, но они не могут этого видеть; висит тишина, но они не могут этого слышать. Они – существа иного порядка. Их настоящие тела, их органы восприятия остались на поверхности, тогда как здесь присутствовали лишь цифровые проекции. Аватары.

Исследователи огляделись по сторонам, кто смятенно, кто задумчиво. Один из группы, безликий человек, похожий на серый манекен, разочарованно вздохнул:

– Пустая трата времени.

– Почему это? – басом поинтересовалась причудливая мультяшная зверушка, что рысила рядом с ним.

– Нет тут ничего, не видишь? Какая-то файловая помойка.

– Даже если так, и что? Мы первые нашли эту помойку. Мы пробрались сюда! Все думали, что это место выдумка, а оно, оказалось, существует! Уже хотя бы поэтому путь был проделан не зря.

– Тоже мне достижение. Ты когда в интернете на заброшенный сайт натыкаешься, тоже спешишь себе медальку на грудь нацепить?

Они беззаботно чесали языками. В реальности их рты оставались неподвижны и не издавали звуков – только пакеты данных сновали между ними по соединявшей их незаметной нити.

– Реально свалка, – ошеломленно произнес третий из группы, чьим аватаром был тессеракт. – Самая большая в мире интернет-свалка! – Он присмотрелся к горам: – Битые файлы, пустые файлы… Сколько тут терабайт? У меня ось¹ колом встанет того гляди в попытке все это проиндексировать! Начальник, ну-ка колись, куда ты нас притащил?

Аватаром начальника был обычный банан. Услышав вопрос тессеракта, он ответил сухо:

– Туда, куда обещал.

– Да ты только погляди на эти файлы! – не успокаивался тессеракт, в реальности едва ли не подпрыгивая на стуле. – Что с датами создания? А форматы? Ты встречал где-нибудь такие форматы? Названия? Такое ощущение, будто их рандомно² сгенерировали!

Прежде чем начальник успел придумать ответ, его позвала басистая зверушка. «Чего?» – отозвался он. Зверушка, сделав короткую паузу, словно в нерешительности, все же спросила:

– Это ведь интернет?

– О чем ты?

– Я говорю, мы все еще находимся в пределах всемирной сети или заглянули куда-то за завесу? Как бы выразиться… в другую ипостась интернета? Знаю, вопрос мой звучит глупо, но наш товарищ правильно подметил: место это выглядит весьма необычно. Человек не мог создать нечто подобное. Не в таком… количестве.

– Чего только не найдешь в глубинах даркнета, – тихо заметил безликий. – И где еще, как не в даркнете, обитать больным людским умам. Нагадить терабайтом мусорных файлов – не самое извращенное, что они могли придумать.

– Нет, – резко помотала головой зверушка, – это что-то инородное. Что-то почти невозможное. Впервые вижу такое. Чувствую, мы выйдем отсюда богачами. – Она с прищуром заглянула начальнику в глаза, как бы ища в них подтверждение.

– Можешь не сомневаться, – ответил начальник. – Давайте уже проверим, что находится в папках.

Четверка разбрелась по разным директориям огромного, никем прежде неисследованного пространства. Работы было непочатый край. Начальник понимал: файлы придется перебрать вручную, никакие программы для автоматизации не помогут – просто зависнут от такого массива данных, а даже если не зависнут, то могут легко упустить что-то важное, стоящее, интересное. Нет, полагаться на машины первооткрывателям нельзя. Торопиться некуда – будут перебирать ручками. Долго и муторно, но со спокойной душой и без претензий потом.

Терабайты данных наслаивались друг на друга, возвышаясь многокилометровыми горами. Даже не верилось, что за тринадцать лет здесь могло столько скопиться. Всего тринадцать лет – а интернет так разросся. Это вызывало восторг, гордость и в то же время какой-то непонятный страх, который проступал на шее холодными бусинами пота.

– Эй, начальник, а если сюда вдруг наведаются незваные гости, что будем делать? – полюбопытствовал безликий. – Мы же не сможем их прогнать. Мы же, в сущности, находимся на обычном сервере, правильно понимаю? Значит, и попасть сюда может кто угодно, если будет знать адрес.

– Только в твоих в фантазиях, – отозвалась зверушка. – Никто кроме нас про него не знает. Даже я не знал до недавнего времени, хотя я в интернете плаваю чуть ли не с первых дней его зарождения. Тем более чтобы попасть сюда, нужно очень постараться, сам уже видел. Верно говорю, начальник?

Начальник оставил его слова без внимания, с головой погрузившись в поиски. Он не следил за разговором.

– Но все-таки вход не ограничен для других, так что…

– Брось. Вот кому это надо, кроме нас? Только мы, дураки, в мусоре копаемся. Как искатели золота – в грязи, блин.

Хотя они разбрелись по разным директориям, которые отделяли десятки и даже сотни подуровней, это не мешало им болтать о всякой всячине. Разгребать старые файлы оказалось смертельно скучным занятием, энтузиазм исследователей стремительно иссяк. Первым сдался безликий.

– К черту, – фыркнул он. – Без обид, мужики, но мне надо покурить. Давайте пока без меня.

– Мы только начали, – отозвался тессеракт.

– А я уже задолбался. Я на такое не подписывался. Вы просили меня помочь с магистральными файрволами – я вам честно помог. Остальное вне моей компетенции.

– Никто из нас на это не подписывался, – заметила зверушка. – Но теперь мы цифровые мусорщики, смирись. Если не хочешь остаться без обещанной доли, давай помогай.

– Гадство…

– Начальник, может, я программку быстренько сбацаю? – предложил безликий, загоревшись идеей. – Чтобы искалось проще. Что мы там ищем?.. – Пауза. – Да, а что мы, собственно, ищем? Ты начал искать, и мы, как овцы за пастухом… Начальник?

Начальник, в пол-уха слушая разговор, отозвался:

– Не могу сказать.

– В смысле не можешь? Или не хочешь? – вредно спросила зверушка. – Признавайся. Я понимаю, что у тебя поначалу могли быть сомнения на наш счет, но мы работали вместе, чтобы сюда добраться. Неужто у тебя не прибавилось хоть немного доверия к нам?

– Он дело говорит, – согласился тессеракт. – Так не пойдет. У нас есть полное право знать.

Начальник таки отвлекся от своего занятия и полностью включился в разговор.

– Не разгоняйте драму на пустом месте. Я неправильно выразился. Я не могу сказать, потому что сам не знаю, что мы ищем, – невозмутимо сказал он.

– Вот хохма! – зверушке не понравился ответ.

– Я тоже тут впервые, как и вы. Мы ищем все необычное, но какая у этого «необычного» будет форма – мне неведомо, – добавил начальник. – Я не ожидал, что мы заберемся так далеко. Я вообще сомневался, что это место существует.

– Как и я, – согласился безликий.

– Если сможем выяснить, куда мы попали, будет уже хорошо. Не понимаю, кто мог создать столь крупный сервер и забить его таким объемом бесполезных данных. И ладно бы только это, но ведь кто-то до сих пор поддерживает его в рабочем состоянии. Очень сомневаюсь, что нечто такое большое работает само по себе.

– И файлы, файлы выглядят ненормально! – поспешил добавить тессеракт. – А учитывая объемы здешних данных, сервер наверняка занимает приличную площадь. Явно не у себя дома подняли…

– Бредятина. И кто же его обслуживает? – спросила зверушка.

– А я уже говорил, – влез безликий. – Поехавший админ, у которого куча свободного времени и денег.

– Глупости.

Несколько мгновений в общем чате царило молчание.

– Кстати, все спросить хотел, – обратилась зверушка к начальнику. – А как ты узнал адрес этого места?

– Разве я не рассказывал? – начальник повернулся к зверушке. – С помощью поискового бота. Мои боты уже давно ползают под даркнету. Однажды бот постучался по этому адресу… и получил необычный ответ.

– Ну что ты замолчал? – рассердилась зверушка. – Какой ответ дал сервер?

– 73м40.

– Опять бредятина какая-то. Что в нем необычного? Что сервак абракадабру тебе символьную выдал?

– А ты пораскинь мозгами.

– 73м40… – задумчиво повторил тессеракт. – Кажется… эти символы, если очень захотеть, можно прочитать как «темно»?

– Иди в 3@d с такими умозаключениями, – огрызнулась зверушка. – Детский сад.

– Если только целенаправленно искать мистику, – усмехнулся безликий.

– Я и говорю, – покивал тессеракт, – «если очень захотеть».

Начальник промолчал.

Они продолжили неторопливые поиски, постепенно погружаясь все глубже в дебри бесчисленных нулей и единиц. Начальник копался в файлах усерднее всех. Он был слишком взволнован, чтобы думать о чем-либо еще (о еде там или сне, все это отошло даже не на второй, а на третий план). Наконец, после шести часов муторных поисков им улыбнулась удача.

– Начальник, – позвал безликий, – гляди.

– Чего у тебя?

– Секунду, сейчас скину.

В чате пикнуло уведомление. Начальник запустил полученный текстовый файл в песочнице³ и вгляделся в открывшееся окно. Опять бессмысленная стена всевозможных символов, файл ничем не отличался от других двадцати, что он просмотрел ранее.

– Не вижу ничего особенного.

– А ты долистал до конца?

Начальник долистал и в самом низу файла неожиданно увидел знакомый набор символов.

73м4073м4073м40

Начальник в ступоре глядел на экран не то удивленный, не то растерянный. По спине будто скользнул холодный змеиный хвост, нехорошее ощущение закралось в сердце. Совпадение? До этого момента он склонялся к мысли, что необычный ответ сервера был багом, простой случайностью. До этого момента…

– Что там? – заинтересовалась зверушка. – Я тоже хочу глянуть!

– Я вам тоже скинул, – сказал безликий. – Зацените, ребзя.

– …Что за ерунда? – недовольно спросил тессеракт после короткого молчания. – Ты, что ли, прикалываешься? – адресовал он вопрос безликому.

– Да делать мне больше нефиг.

– Ну, ты же первый его «нашел». Ты его и подделал, видать.

– Дату сохранения посмотри. Это не я.

– Как я ее посмотрю, когда она сломана?

– Да не стал бы я заниматься такой ерундой! Что пристал?

– Черт тебя знает! Начальник, давай сделаем перерыв? Что-то я умаялся уже, да и пожрать охота.

Начальник, стерев ладонью холодный пот со лба, потянулся к клавиатуре, чтобы напечатать ответ, но замер на полпути, заметив необычное сообщение от зверушки. Оно не имело никакого смысла.

– пагын38%ирэзшк, – сказала она.

– У тебя что, кот по клавиатуре прошелся? – усмехнулся безликий.

– У нас в квартире нет кота, – заметил тессеракт.

– нпггггггггггггггггггггггггг, – добавила зверушка.

– Будь добр, проверь, что у него происходит, – попросил начальник.

– Один момент, – сказал тессеракт.

Один момент растянулся до минуты. Задерживается, думал начальник. Соседнюю комнату проверить много времени не надо. Что у них случилось? Клавиатуру, что ли, разломал напополам? «73м40», – снова мелькнуло сообщение перед глазами, и начальник нахмурился. У него нет этому объяснения. Это… это просто глупое совпадение. Мелочь. Не стоит придавать ей значения.

Зверушка все-таки ожила. Вернее, ожил ее аватар, однако писал сообщения от его имени уже другой человек.

Зверушка: эт я

Зверушка: он ммертв

Зверушка: реально мертв

Зверушка: мертве мертвых

Безликий: …

Безликий: да ты угораешь!

Зверушка: я не уграю зашел к нему а он башкой на клаваитуре лежт!

Безликий: какого черта?

Безликий: ты уверен, что он мертв?

Зверушка: 100000%

Безликий: почему он умер? я ничего не понимаю!

Зверушка: оооткда ме знать чрт черт побери?

Безликий и тессеракт устроили перестрелку сообщениями. Последний был явно не в себе, и безликий своими вопросами делал только хуже. Начальник пребывал в растерянности. Необъяснимое противное ощущение в сердце обросло шипами. Он взял себя в руки.

Начальник: Постарайся успокоиться. Ты пульс его проверял?

Зверушка: пульс? на запястье да? 1 сек

Пока тессеракт искал артерию, в личные сообщения написал безликий.

– Начальник, мне это не нравится.

– ?

– Что-то с этим местом не так. И то странное сообщение…

– К чему ты клонишь?

– Да что тут не понятного?!

Тессеракт вновь дал о себе знать.

Зверушка: мужики у нго глаза стеклные!

Окно чата показывало, что тессеракт пишет еще одно сообщение. Пишет, и пишет, и пишет. Что-то неприлично длинное. Прошло пять минут, затем десять, а окно все показывало, что он печатает.

Безликий: Ау! Ты че там? Поэму пишешь? Вызывай своему корешу скорую!

Безликий: Ты меня слышишь?!

Безликий: ЭЙ

Безликий: ОТВЕТЬ

Безликий: ХВАТИТ ПИСАТЬ БЕЗ ОСТАНОВКИ ЭТО ВЫГЛЯДИТ ЖУТКО

Он не знал, что в маленькой тусклой комнатке на краю города находится уже два трупа. За мгновение до своей смерти тессеракт успел нажать ровно один ничего не значащий символ «н», из-за которого чат и показывал, будто сообщение до сих пор печатается.

– Что за дичь происходит? – испуганно воскликнул безликий, так и не дождавшись ответа. – Это ведь розыгрыш, да? Два идиота решили нас разыграть! Как дети, честное слово!..

Начальник прекрасно представлял, какие эмоции скрываются за черствым набором символов на его мониторе. Нет, это не розыгрыш. Происходило что-то необъяснимое – глаза видели, но мозг отказывался это признавать. Нет. Происходящему должно быть логическое объяснение. Нужно сохранять самообладание. Они были застигнуты врасплох, сбиты с толку, поэтому ситуация кажется пугающе странной. Но всего лишь кажется!

– Начальник, а если он тоже помер?

– Не неси чушь.

– Если помер один, то почему не мог помереть второй? Может, на них кто-то напал?

– Бредишь.

– Не брежу! Что, если нашлись другие желающие урвать кусок пирога? Им лишние рты не нужны, вот они и решили разобраться с нами! Одного за другим… чик-чик… и все себе!

– Успокойся.

– Или это ты решил нас всех поубивать! Использовал нас, а теперь хочешь забрать самое лучшее!

– Ты хоть понимаешь, что говоришь? Угомонись уже!

Безликий: Нет, я знаю, с чем мы столкнулись. Я сразу понял, как мы тут оказались, что это что-то паранормальное. Я готов был поверить в совпадение в первый раз, но две смерти подряд – уже закономерность! Следующей жертвой будет кто-то из нас! Мы спустились в цифровой ад! Нам не следовало сюда соваться, нам тут не место, людям тут не место, мы увидели то, что не должны были, и теперь мы все умрем!

У мужика совсем крыша поехала, подумал начальник, но слова безликого посеяли иррациональную тревогу и в нем тоже. Нет, не так; на самом деле иррациональная тревога уже давно поселилась внутри него, просто безликий подкинул еще дров в крепнущий огонь страха.

Аватар безликого завис, уставившись в темноту. Начальник этого, конечно, видеть не мог, но его насторожило внезапное гробовое молчание, наступившее после сумасшедшей тирады. Трепет пробрал тело, разум выключился полностью не в состоянии объяснить происходящее и уступил место голым эмоциям. Неужели и безликий помер? Нужно рвать соединение! Скорее, скорее! Пока не настигла та же участь!

Спиной он чувствовал колючее приближение невидимой угрозы. Это был обман сознания, он знал точно: здесь, в реальном мире, он совершенно один сидит в своей задрипанной квартире. Никто его не достанет! Не достанет!

И все же… все же было что-то еще. Нечто неясное, ускользающее от понимания… Папки перемешались, файлы поменяли названия… Как такое возможно? Все эти напряженные минуты он находился в одной директории… Наверно, паника. Паника отравила разум. Рисует ему небылицы. С подбородка на клавиатуру шлепнулась капелька пота. Кишки будто набили острыми кусками льда, руки прибавили в весе и дрожали.

Вдруг, подобно искре электричества, в мозгу вспыхнуло осознание. Начальник понял. Все понял!

Охвативший его в то мгновение ужас он не забудет до конца своих дней.

2. Скука

Комнатка, тесная и с минимальными удобствами, – но много и не нужно. Воздух спертый, застоявшийся, неприятный, – хотя если привыкнуть к нему, то это совсем незаметно. День ли, ночь ли снаружи – тайна, ибо окно круглосуточно закрыто плотными шторами. Единственный источник света – яркий прямоугольник горящего монитора. Под ногами ковер, весь в пыли и мохнушках, на компьютерном столе непонятные крошки; на клавишах клавиатуры засохшие корки от пота, мышка выглядит не лучше. Но если подумать, на беспорядок вокруг в принципе можно не обращать внимания – не так уж он и мешает.

Скрипит колесико мыши. В очках с круглыми линзами отражаются голубые квадратики прокручиваемой вниз страницы. Мелькают названия тредов⁴. Это неинтересно, это скучно, а вот это висит с позавчерашнего дня. Когда же попадется что-нибудь занятное? От яростного скроллинга палец устал и болит, на подушечке скоро будет мозоль.

О, неужели?..

OP*01|Аноны⁵, а вам не страшно от того, что вы умрете в одиночестве? Я вот вдруг задумался, и меня такой мороз по спине пробрал, прямо бр-р. Типа, сдохну, допустим, завтра, и всем будем плевать. Семьи у меня нет, друзей тоже. До недавнего момента меня как-то не заботило мое одиночество. Теперь оно меня пугает. Но разве могу я что-то изменить в своей жизни? Даже если бы захотел, я ничтожество, биологическая ошибка, не вышел ни умом, ни мордой, ни телом, вообще ничем, и это не изменить. Мне выпали неудачные карты. Для меня нет никакой надежды.

Готов поспорить, у нормисов⁶ такие мысли даже не возникают. Им хорошо. Они придумали этот мир и населили его себе подобными. Такие банальные, как роботы, будто живут по программе… но они счастливы. Они, уверен, даже не представляют, что такое одиночество. Рядом с ними всегда кто-то есть, завести друзей для них – так же просто, как чихнуть. Они вечно улыбаются, вечно ржут, вечно куда-то ходят вместе… Так тошно видеть их лица.

Короче, аноны, мне страшно, и я не знаю, что делать. Есть идеи, как мне быть дальше?

02|как вы задолбали с одним и тем же.

03|Поплачь xДДДДДДДД

04|бототред

05|Знакомые ощущения, ОП⁷. Остается только смириться. Ты прав, выхода действительно нет. Ну, кроме того самого. Ты понимаешь, о чем я.

06>>05|репорт⁸ за призывы, чел

07|призывы к чему?

08|не строй из себя дурачка

09|Я говорил про то, что ОПу нужно отбросить свои загоны, перестать себя жалеть и разобраться со своей проблемой. Не знаю, что ты себе навооброжал

10|дада заливай дальше чел.

11>>01|А ты смешной. Винишь во всем нормисов и тут же сокрушаешься, что не такой же нормис, как они. Дружище, ты уж определились, в каком лагере хочешь находиться.

12>>09|Ага, если бы все было так просто, никто бы из нас здесь не сидел.

13>>01|У меня сегодня вечером свиданка с милашкой 10/10, а ты и дальше страдай, неудачник)))))))))))))))))))))

14|не понимаю, про какое одиночество говорит оп, когда у него есть мы, его единомышленники и братья по несчастью. Какие ему еще друзья нужны? Мы все здесь. Никто лучше нас тебя не поймет. Заканчивай. Зачем тебе эти нормисы? С людьми связываться – одни проблемы. Ну да, тоскливо бывает одному – такова уж человеческая сущность, ничего не поделаешь, – но лучше один раз потосковать, чем сто раз пожалеть, что нажил себе проблем из-за людей.

15>>13|╭∩╮(-_-)╭∩╮ВОН С БОРДЫ ГРЕБАННЫЕ НОРМИСЫ╭∩╮(-_-)╭∩╮

╭∩╮(-_-)╭∩╮ВОН С БОРДЫ ГРЕБАННЫЕ НОРМИСЫ╭∩╮(-_-)╭∩╮

╭∩╮(-_-)╭∩╮ВОН С БОРДЫ ГРЕБАННЫЕ НОРМИСЫ╭∩╮(-_-)╭∩╮

╭∩╮(-_-)╭∩╮ВОН С БОРДЫ ГРЕБАННЫЕ НОРМИСЫ╭∩╮(-_-)╭∩╮

╭∩╮(-_-)╭∩╮ВОН С БОРДЫ ГРЕБАННЫЕ НОРМИСЫ╭∩╮(-_-)╭∩╮

16>>01|ОП, не слушай этих идиотов. Я не знаю даже, что сказать, как тебе помочь, у самого давно похожие мысли витают в голове. Надеюсь, тебе хотя бы полегчало от того, что ты высказался.

17>>13|Надеюсь бог услышит мои молитвы, и сегодня вечером вас обоих переедет грузовик.

18>>13|Этот балабол и тролль. Ты на борде сидишь, у тебя априори не может быть девушки.

Количество постов в треде быстро перевалило за сотню. Поначалу Мари читала просто из любопытства, однако чем ниже она прокручивала страницу, тем больше крепло ее негодование. Все как один, все об одном, все ноют, как их бросили, как они никому не нужны… Идиоты. Ни-че-го не понимают! В конце концов, чаша терпения переполнилась, и пальцы яростно застучали по клавишам, строча ответ. О, ей было что сказать!

119|Все в этом ИТТ треде – тупые нормисы! Все до единого! Настоящего одиночку не тяготит одиночество, он им наслаждается. Плевать он хотел на социальные связи, ему никто не нужен, чтобы жить в свое удовольствие!

Мари нажала «отправить». Бомба была сброшена, тред вспыхнул. Хмыкнув, она свернула браузер, потянулась с приятным хрустом в затекших мышцах, бросила взгляд на правый нижний угол экрана. Часы показывали почти шесть утра. Как раз поест да ляжет спать.

По пути на кухню Мари неосознанно завернула в ванную (чтобы помыть руки, возможно, она не была уверена – сказывалась усталость от тридцатичасового бодрствования). Роковую ошибку она осознала поздно. Зеркало явило ей то, что в классической литературе ужасов называется неописуемым. Впрочем, чудище в отражении было вполне описуемым и – что еще хуже – реальным. Неопрятные, спутанные черные волосы до плеч, синяки под глазами, вечно усталый взгляд, несуразное лицо, несуразная шея, несуразное все, и эта… эта «грудь», которая чуть выпуклее плоскости…

Мари резко отвернулась и попыталась забыть увиденное.

Заглянув в холодильник на кухне, она с огорчением обнаружила, что он пуст. Это значило лишь одно: придется выбраться наружу, чтобы пополнить запасы. Перспектива была непривлекательная, но по-другому никак. Вообще, время еще раннее, народу на улице много быть не должно. Сбегать до магазина недолго, все будет нормально. Да… Наверное…

Решившись, Мари быстро оделась, заперла квартиру и вышла из подъезда. Дунул прохладный ветер – дунул так, что пробрал до самых костей. Она поежилась. Вернуться домой и немножко утеплится? Не-а, время поджимает. Скоро народ на улицы повылезает. Добежит уж как-нибудь. Простуду потом можно и пережить.

Путь до круглосуточного магазина занимал минут десять обычным шагом. Рядом с домом были и другие магазины, но они открывались в восемь, а то и в девять утра, и не подходили для Мари, бодрствовавшей преимущественно по ночам.

На улице еще было темно, однако там, где горизонт не загораживали одинаковые, как отпечатки гигантского штампа, жилые коробки, уже виднелась загорающаяся ало-фиолетовая дуга. Кто-то скажет, что гулять ночью опасно; доля правды в этом действительно есть, пусть даже поход до круглосуточного магазина и обратно трудно назвать прогулкой. Так уж получилось, что только ночью Мари могла спокойно и без нервов находится на улице – как вампир не переносит солнечный свет, так и она не переносила скопища людей.

В магазине она действовала по уже многократно отработанной схеме: метнулась к полке с продуктами быстрого приготовления, оглянулась по сторонам, схватила в охапку четыре коробки с лапшой «Мияши» и поспешила к терминалам самообслуживания. Терминалы самообслуживания – еще одна причина, почему Мари ходила только в этот магазин. Чудо техники, долгих лет жизни тому, кто их придумал! Расплатившись, она направилась к выходу…

…Как вдруг наткнулась на продавщицу. Еще хуже: их взгляды пересеклись. Ноги Мари застыли на месте; они словно угодили в болото, в густое, непроходимое болото, отказываясь идти дальше. В животе появилось такое чувство, будто она проглотила морского ежа.

Мгновение длился их зрительный контакт. Продавщица с безразличным лицом прошла мимо и вскоре скрылась за полками. Густо покраснев, Мари спешно покинула магазин. Ну вот, наверняка продавщица посчитала ее ненормальной… Теперь эта унизительная ситуация не будет выходить из головы всю следующую неделю. Вот почему с людьми лучше не пересекаться. Никогда. Скорее домой!

Светало. Над городом висел привычный темно-серый потолок из облаков. В последний раз Мари выходила на улицу дней пять назад… или шесть? Неважно. Важно то, что небо тогда было абсолютно такое же. И в позапрошлый раз, две недели назад, тоже. Она не могла вспомнить, чтобы оно выглядело как-то иначе. Кажется, над городом всегда такое небо.

Не менее серыми были и дома вокруг. Эти геометрически правильные призраки былой эпохи, закончившейся не так давно, эти глыбы из блоков источали одновременно печаль и уют. Горели теплые ячейки окон, шелестели вдалеке колеса автомобилей, Северград постепенно просыпался.

Через несколько минут Мари была дома. Успела! Сбросив с себя верхнюю одежду и заварив лапшу, она уселась обратно за компьютер. «Позалипаю еще немного и точно – железно – пойду спать», – сказала она себе и принялась листать старчан. Горячая лапша щекотала нос пряным запахом. Девушка не могла начать есть, не найдя что-нибудь интересное для просмотра или чтения. Поиски затягивались, лапша потихоньку остывала. Сдавшись, Мари клацнула по кнопке «Случайный тред» и приступила к еде.

Тред, выбранный богом случайностей, назывался «Зацените, что откопал». Он был старый, из архива, создали его почти десять лет назад. К первому посту была прикреплена картинка с подписью: «Что думаете?». Мари клацнула по ней, и та развернулась на весь экран.

Глазам предстала какая-то схема, похожая на… глубокую яму, поделенную на уровни. И каждый уровень подписан.

Первый уровень. Обычный интернет с привычными сайтами, вроде нашего *chan⁹, различных социальных сетей, государственных сайтов, сайтов-энциклопедий и т.д. и т.п. Ничего сверхъестественного. Стерильный интернет. Почти стерильный.

Второй уровень. Переходный сегмент интернета, куда обычным пользователям путь заказан. Во всяком случае, большинству из них. Тутошняя сеть меньше регулируется правительством и прочими подконтрольными им организациями, свободы заметно больше. Можно легко найти всякие ништяки, тот же пиратский контент, который уровнем выше безжалостно банится¹⁰.

Третий уровень. Темный интернет, он же даркнет. Сайты по продаже наркотиков здесь являются обычным делом. Все, о чем подумает ваш больной разум, в даркнете можно найти или даже приобрести, если ты, конечно, знаешь, как правильно и главное – где и у кого – покупать. Большинство пользователей с первого уровня даже не подозревают о существовании этого уровня. Чтобы попасть сюда, нужно немножко постараться, но оно того стоит. Именно на третьем уровне начинается истинная свобода. Нужны специальные браузеры.

Четвертый уровень. Еще один переходный уровень. Вам стоит хорошенько подумать, хотите ли вы погружаться дальше в бездну. Впереди вас ждет жесть, которую лучше не видеть. Далеко не каждый выдержит это испытание. Обратно можно вернуться совсем не тем человеком. Или вовсе не вернуться.

Пятый уровень. Сетевой ад. С современным оборудованием сюда не спуститься. Доступ только по устаревшему протоколу версии 1 и ниже. Кто знает, какие секреты скрываются в глубинах этого уровня? Посетившие его люди рассказывают, что их представление о жизни после увиденного изменилось навсегда. Но что они увидели, никто не сознается.

Шестой уровень. Последний переходный уровень. Много мусора с верхних сегментов. У вас есть последняя возможность передумать и развернуться. Помните, дальнейший спуск – билет в один конец.

Седьмой уровень. Черность. Конечная точка интернета. Легенды слагают об этом месте. Что оно скрывает в себе? Несметные богатства? Страшную тайну о нашем мире? Вход в дьявольские владения? Может, там находится чистилище? В узких кругах долгое время ходили слухи об отчаянной троице, спустившейся в Черность, но чем это для них закончилось, – сокрыто завесой тайны.

Мари нахмурилась, втянув губами очередную порцию лапши. Любопытно, но больше похоже на страшилку, причем глупую. Тред с этой страшилкой в свое время никого не заинтересовал, а потому утонул и был быстро закрыт. Мари тоже быстро утратила к нему интерес.

Доев лапшу, она выключила монитор, переместилась со стула на рядом стоящую незаправленную кровать и почти сразу уснула.

Проснувшись на следующий день (хотя слово «день» в ее случае было понятием относительным), она сразу же уселась за компьютер. Часы в углу экрана показывали семь часов вечера.

Первым делом Мари полезла проверить свежие новости на старчане, это был своего рода ритуал, которому она неукоснительно следовала каждый день. Новостей оказалось мало, и все были скучные. От безделья она вспомнила про тред, который читала перед сном, и захотела еще раз поглядеть на схему с уровнями интернета. Как он там назывался? Забыла… И через историю не посмотреть – браузер работает в режиме «инкогнито». Девушка все-таки попыталась найти вчерашний тред через поисковик, но вместо него наткнулась на статью с заголовком «Как устроен нынешний интернет для чайников». Текст был недлинный и потому задержал на себе внимание.

Всем известно, что наш мир покрывает множество невидимых нитей, как огромная паутина. Эти самые нити способны переносить световые сигналы в разные уголки мира. Каково их реальное предназначение ученые еще не выяснили – это тема для отдельной статьи. Так или иначе, благодаря этой особенности, человек сумел приспособить нити под себя. Так появился известный сегодня интернет.

Кто-то думает, что раз интернет имеет корни в природе, то его можно назвать живым. Это неверное утверждение. Вот простой пример. Камень у вас под ногами – живой? Несомненно, он часть природы, которая его создала, но он определенно не живой. Так и с интернетом.

Главная проблема современного интернета заключается в том, что никто до конца не понимает, как он функционирует. Поразительно, но это так. Даже производители оборудования. По большему счету на сегодняшний день используется оборудование, которое недалеко ушло от того, что использовалось на заре становления интернета. Это сильно тормозит прогресс.

Почему так? Поговаривают, что технологии утеряны вместе с трудами изобретателей, а сами изобретатели не могут воссоздать то, что создали однажды. Винят изменчивость лей-линий, которые постоянно перестраиваются, как им заблагорассудится. Существует также городская легенда о некоем Прометее, который, как античный бог, подарил нам, простым людям, интернет, и который якобы знал все его тонкости.

«Прометей»? Мари смутно помнила, что однажды где-то читала про этого персонажа. Так называемый гений, опередивший время, благодаря которому она теперь может днями напролет сидеть на старчане, бессмысленно дискутируя и ругаясь с такими же неудачниками. Миф это, конечно. Как и та история про античного бога. Разве мог один человек придумать интернет? Ну, концепцию-то он мог придумать самостоятельно, но воплотить ее в жизнь в одиночку бы точно не смог.

Но Прометей это одно. На картинке про уровни интернета еще упоминались смельчаки, спустившиеся на «седьмой уровень». Мари набрала в поисковике соответствующий запрос, и ей ожидаемо выдало всякую несвязанную с предметом поиска ерунду. «Дайвинг на Черном озере, огромные скидки, спешите!» – нет уж, спасибо, ни в жизнь.

На фиг. Запал интереса погас.

Мари решила проверить свою страничку в «С3ти», популярной соцсети, куда давно не заходила. По большому счету, страничка ей была не нужна. Завела она ее еще когда училась в школе, а удалить ее почему-то рука не подымалась, хотя пользы от нее не было никакой.

В сообщениях зияла пустота, как и всегда. Значит, все нормально. Вот если бы ей кто-то написал, это была бы аномалия. Последний раз такая аномалия случилась больше полугода назад – тогда ее единственный «друг» прислал новогоднее поздравление. Кто этот «друг» такой, Мари понятия не имела, но на аватарке стояла фотография счастливого толстяка – вероятно, актера, судя по ширине улыбки и белизне зубов.

Девушка попыталась вспомнить, как добавила его в друзья. Кажется, он сам прислал приглашение лет пять-шесть назад, и она, следуя непонятному секундному импульсу, добавила его. С той поры они изредка и по чуть-чуть переписывались. Она даже не знала его имени – как, собственно, и он не знал ее, ведь все то, что она понаписала у себя на страничке было ложью и вымыслом.

Мари нарушила долгую тишину в их диалоге.

>Ку. Живой еще?

Слыхал про Прометея?

Ответ не заставил себя долго ждать. «Друг» был онлайн.

>Древний бог, который

подарил людям огонь?

Ну, слыхал про такого.

>Не этот. Я говорил

про другого Прометея.

>А есть другой?

>Значит, все-таки

не слышал.

>Просвети.

>Забей.

>Забил.

На том разговор кончился, статус «друга» скоро стал офлайн. Мари сунула руку под майку и почесала худющий живот, тупо пялясь в монитор. На пару мгновений она впала в состояние, сходное с разжижением мозга.

Вдруг завибрировал мобильный телефон, покоившийся в дальнем углу стола. Мари чуть не подпрыгнула от испуга. Взяв телефон, она увидела, что звонит мама. Поколебавшись секунду, она нажала большим пальцем на зеленую кнопку на экране и поднесла его к уху.

– Ало?

– Привет, доченька, – послышался нежный мамин голос.

– П-привет, мам.

– Как ты? Как дела?

– Нормально… Что звонишь?

– Да как же? Сто лет не разговаривали, волнуюсь, как ты там одна в другом городе.

– Да нормально все.

Мама вряд ли посчитает ее стиль жизни нормальным, но Мари действительно все устраивало.

– Я почему звоню. У меня накопились на работе отгулы, да и денежка лишняя появилась, и я подумала: съезжу-ка я на денек в Северград тебя проведать.

На Мари словно выплеснули ведро ледяной воды.

– П-п-проведать?

– Да! Жду не дождусь, когда увижу тебя. Мне столько всего не терпится с тобой обсудить!

Мари была совершенно не готова к такому повороту событий. Ее руки задрожали, подушечки пальцев стали липкими. В попытке отговорить маму она выпалила:

– Ты уверена, что тебе стоит ехать так далеко, только чтобы повидать меня?

– Что за вопрос, дочка! Конечно! Хоть денек, хоть часок.

– Может, лучше потратишь деньги с пользой? Купите с папой что-нибудь нужное…

– Я уже еду! – перебила мама, похоже, не услышав слов Мари. – Завтра буду в городе. Соскучилась по тебе!

На заднем фоне слышался приглушенный стук колес. Поезд. Попытка отговорить маму была изначально обречена на провал.

– Т-ты же ко мне планируешь… заехать? – осторожно спросила Мари, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – В квартиру…

– А что?

Мама ни в коем случае не должна сюда попасть. Не должна увидеть, как теперь живет ее дочь.

– Да просто я сама не в городе, в-встретить тебя не смогу, ключи передать тоже.

– Ох, беда, и я ключи у нас оставила… Ну, ничего, сниму номер в гостинице рядом с вокзалом. Но мы ведь сможем завтра встретиться? Как-то я совсем на радостях не подумала, что ты можешь быть не в городе. Извини.

– Да по работе отправили, – придумывала Мари на ходу. – Вовремя, как всегда. Не волнуйся, встретимся. Давай, может, в том кафе? Куда мы перед моим поступлением в институт ходили?

– Хорошо. Хоть и немного далековато.

Опасность миновала. Но легче от этого не стало. Придется провести несколько мучительных часов вне квартиры. Днем! К сожалению, только этот вариант позволял скрыть неприятную правду и не расстраивать маму.

– Сколько …го накопи… сь… леднее время… – мамин голос прерывался, сигнал ухудшился.

– Тебя плохо слышно.

– …увидим… тра. Пока!

– Пока.

Телефон отправился обратно на угол стола.

Мари не испытывала большой радости от скорого приезда мамы. Один только телефонный разговор высосал из нее приличную порцию сил, а что будет завтра? Завтра будет кошмар. И слово «кошмар» – это очень мягкое описание для тех семи кругов ада, которые предстоит пережить.

Но она должна это сделать. Должна. Ей нравится текущая жизнь. И ей не хочется расстраивать маму.

***

Мари легла пораньше в надежде, что это сделает синяки под ее глазами чуть менее заметными. Не сделало. Она приняла душ, помыла, как следует, голову, расчесалась и даже нанесла на лицо немного завалявшейся в закромах косметики. Как чудище она выглядеть не перестала, но, по крайней мере, хотя бы отдаленно напоминала обычную девушку. Возможно, мама даже ничего не заподозрит.

Как Мари добиралась до кафе – это отдельная история. На такси она денег зажала, поэтому пришлось добираться на метро, о чем она быстро пожалела. Вагон нес ее по подземной артерии с сотней неизвестных людей, давивших со всех сторон как физически, так и морально. Она чуть не расплакалась, но все-таки сумела сдержать эмоции, понимая, что легкий слой косметики, ее прикрытие, ее маска благополучия, растворится вместе со слезами.

В кафе Мари пришла первой, хотя специально вышла из дома с опозданием. Не снимая капюшона поношенной толстовки, она села за свободный столик вдали от окон и прочих посетителей. Взяла меню, лежавшее перед ней, и стала изучать перечень блюд, напряженно ожидая официанта, который должен был вот-вот появиться рядом.

К счастью, мама подошла раньше него.

– Привет, Мари!

– П-привет… – приподняла девушка глаза.

– Еле тебя нашла, спряталась в самый угол, еще и за капюшоном лица не видать. Сними ты его, – мягко сказала мама, сев напротив. – Ты в кафе.

Мари нехотя подчинилась.

Мама самую чуточку располнела за прошедшие годы. Выглядела она как всегда бодрой и энергичной. Глядя на маму, Мари почувствовала некоторое облегчение и даже умиротворение – путь сюда здорово потрепал ее нервы.

– Что будешь кушать? – с улыбкой спросила мама.

– Я… я бы просто кофе попила, – сбивчиво ответила Мари. – Н-не голодная…

У столика нарисовался приветливый официант. Он быстро записал их заказ в блокнот, вежливо попросил подождать и ушел.

– Ну, рассказывай, как твои дела? – мама уперлась локтями в стол и подперла руками подбородок.

– Говорила же вчера, – ответила Мари, стараясь, чтобы ее голос не дрожал. – Все нормально.

– Как на работе дела? Как учеба?

Никак. Нет у нее работы. В привычном смысле. Она умела неплохо рисовать и даже сумела это худо-бедно монетизировать, но нормальной работой такое занятие не назовешь. Этого едва хватало, чтобы сводить концы с концами. Зато контакт с людьми был минимальным.

…А с учебой вообще все печально.

– Да все путем. Коллектив дружный, платят нормально, но иногда приходится задерживаться, – лгала Мари, глядя маме прямо в глаза. Мама слушала с внимательным и счастливым лицом и, кажется, пока ничего не подозревала. – Учиться успеваю, не беспокойся.

– Кушаешь хорошо?

– Готовлю всякое. Стараюсь не есть одно и то же. – Мари не пыталась готовить с тех пор, как покинула отчий дом.

– С одноклассниками не общаешься?

– Не. Ну их.

И никогда не общалась. Только если по надобности. Но мама этого не знала.

– Если мне не изменяет память, кто-то из твоих одноклассников тоже переехал в Северград.

– Не в курсе. Да и мне все равно. Три года прошло со школы. Мы все уже друг про друга благополучно забыли. – «Уж я-то точно давно забыла про них, – мысленно добавила она. – Потому что и не запомнила их толком. Даже лиц не помню».

– А как же та девочка, с который вы иногда по утрам ходили в школу вместе?

У мамы были какие-то абсолютно ложные воспоминания.

– Не знаю, о ком ты.

– Может быть, я что-то путаю… – неуверенно и как бы не до конца согласилась мама.

Чтобы ходить с кем-то вместе в школу по утрам, у тебя должен быть друг или хотя бы приятель, знакомый. У Мари никогда не было ни первого, ни второго, ни третьего, и в школу она всегда ходила одна.

Официант принес заказ: маме поставил овощной салат с кубиками сыра, Мари – чашечку кофе. Мама принялась рассказывать про жизнь на малой родине, описывала в красках разные события, много говорила про папу, родственников, знакомых, пересказывала всякие слухи. Мари неспешно пила кофе, пытаясь не показывать, что ей все равно, что происходит в мире, который она давно покинула.

– Тебе стоит как-нибудь приехать к нам, хотя бы на недельку, – предложила мама, закончив рассказ.

– Может быть, – пожала плечами Мари, понимая, что этого никогда не случится.

Затем мама стала спрашивать ее о планах на будущее. Мари отвечала односложно, продолжая врать. Совесть больше не возникала, ее окончательно заглушил непрекращающийся поток лжи.

Не было у Мари планов. Хотя нет, один единственный план все-таки был: сидеть в своей темной конуре, чтобы никто извне не трогал ее. Это то, к чему она стремилась в последнее время. Пока другие бегут от одиночества, словно от огня, она встречает его с распростертыми руками.

Кое-как удалось отсидеть два часа. Мама продолжала о чем-то оживленно говорить, но Мари, несмотря на это, все равно поднялась, оставила деньги за кофе на столе и сказала:

– Извини, мне пора идти.

– Как же так? – расстроилась мама. – Я еще столько хотела тебе рассказать…

У Мари до боли сжалось сердце, но она не подала виду.

– На долго с работы не отпустили. П-прости, что не сказала сразу. Ты позвонила вчера… так внезапно, не хотела тебя расстраивать. – Ложь, ложь, одна ложь.

Мама помолчала, а затем понимающе улыбнулась.

– Ничего страшного. Сможешь проводить меня на поезд?

– Постараюсь, – не раздумывая ответила Мари. Воспрянувшая совесть вгрызлась в неокортекс, «нет» все равно бы не получилось сказать…

– Тогда увидимся вечером, дочка!

– А-ага.

Обратный путь отнял у Мари последние силы. Выжитая досуха, она ввалилась в квартиру, доволочила ноги до комнаты и рухнула на кровать. Лежала не в состоянии пошевелить даже пальцем.

Она знала, что не пойдет провожать маму. Просто не сможет никоим образом. Сущая пытка. Это убивало ее, разъедало изнутри кислотой, но она ничего не могла с собой поделать.

Восемь вечера. Поезд вот-вот отправится в путь, Мари лежит неподвижно. В руке завибрировал телефон. Мама. Мари не нашла в себе сил ответить на звонок. Мысленно тысячу раз извинилась за свою ничтожность.

Когда она все-таки заползла на стул перед компьютером, часы на экране показывали полпервого ночи. Привычный сайт, привычная доска. Надо создать тред. Надо выплеснуться накопившееся внутри, иначе она сойдет с ума.

OP*01|Доброй ночи, здездач.

Я себя ненавижу…

Она рассказала этим незнакомцам, этой безликой толпе, которая плевать на нее хотела, которая искала повода лишь бы пообсуждать кого-нибудь или высмеять, всю правду, которую не смогла рассказать родному человеку. Спустя несколько минут она получила лишь один единственный ответ.

02|Ты ходишь по кафешкам? Умри, нормис.

3. Форт спокойствия

Апатия не отпускала весь следующий день. Постепенно Мари стало чуть легче, хотя периодические укусы совести были все так же болезненны. Все чаще она поглядывала на телефон, но никак не могла набраться решимости, чтобы позвонить маме и попросить прощения. Она и не наберется решимости, она знала. Это выше ее сил. Мама тоже не спешила звонить, и это удручало еще больше.

Чтобы хоть как-то отвлечься, Мари рыскала по интернету в поисках информации о Прометее. Не то чтобы он был ей интересен – просто листание старчана и просмотр разного видео не отвлекали так же хорошо. Ее скорее занимал сам процесс, заключавшийся в методичном процеживании информации.

Успехи пока были не очень. Нашлось всего три страницы, где Прометей упоминался как создатель интернета, но пользы от них не было никакой: в первом случае это была глупая и неграмотно написанная крипипаста, в остальных двух – заметки, что вот, де, существует легенда о современном Прометее, которая очень похожа на миф о древнем и боге, и так далее и тому подобное.

Мари решила сменить тактику. Она спросила у поисковика: «Кто создал интернет», и он, радостный служить, предложил с десяток похожих ссылок, по которым так или иначе упоминался некий университет с неприлично длинной и труднопроизносимой аббревиатурой ЦКГНИУИиП. Научно-Исследовательский… Инноваций… Прогресса… что-то там… Неважно.

Мари нашла официальный сайт университета. Почти тут же во вкладке «История» она наткнулась на то, что искала. Гордый заголовок жирными буквами: «Отцы-основатели! Первая в мире компьютерная сеть в пределах университета создана его выпускниками». Под заголовком находилась старая черно-белая фотография, на которой были запечатлены трое мужчин разного возраста, окруженные старой компьютерной техникой. Они не позировали, не стояли вместе, напротив, каждый был занят своим делом в разных уголках помещения, что подталкивало к мысли, что фотографию, вероятно, сделали втихушку. На подписи чуть ниже были перечислены фамилии с инициалами:

Г. Арлен, М. Домбровский, А. Томсон

Да это уже целый пантеон богов. Сетевой мини-Олимп. И кто из них Прометей?

Ниже по каждому из изобретателей приводилась краткая биографическая справка. Причем неприлично краткая – только самые основные данные (родился в таком-то году и в таком-то городе, имеет такую-то ученую степень, имеет такие-то достижения за время работы). Поиск информации об изобретателях на других сайтах ничего не дал: везде была калька с сайта ЦКГ-как-его-там.

Странно. Такое важное изобретение – и об ответственных почти ничегошеньки неизвестно. Ну, может, они были такими людьми? Скрытными, не желавшими славы. К тому же, кому, как не создателям, знать, что разного рода данные попадают в интернет легко, а вот покидают… Уже, как правило, не покидают.

Ладно, дальше тут искать, похоже, бессмысленно. Тогда Мари вспомнила про другую троицу – ту, которая якобы спустилась на седьмой уровень интернета, в так называемую Черность. Продолжительные поиски по этой теме привели Мари на ныне заброшенный новостной сайт.

Глазам предстала подробная криминальная сводка десятилетней давности. В Северграде двоих мужчин обнаружили мертвыми в съемной квартире. «Следов нападения или увечий нет, следов отравления при первоначальном осмотре не обнаружено»; «предварительно, оба умерли естественным образом; тела отправлены на вскрытие с целью установления точной причины смерти». «Следов присутствия в квартире посторонних не найдено, полиция не спешит с выводами и ждет заключения патологоанатомов»; «отмечается, что смерть обоих мужчин наступила примерно в одно время».

Это не имело никакого отношения к тому, что она искала, но все же… какая странная сводка! Мужчины умерли естественной смертью почти одновременно? Вот это уже действительно интересно, нужно копать глубже.

Далее выяснилось, что «на момент смерти с их внутренними органами все было в порядке». «По заверениям родственников, мужчины никогда не жаловались на здоровье». Старшему было тридцать семь, младшему – двадцать три. «При жизни оба не имели недоброжелателей, преступных действий не совершали». Полиция заключила, что состава преступления нет. Всему виной – удивительное совпадение.

И все? Полицию такой итог устроил? А родственников? Мари он совсем не устраивал. Должно же быть какое-то логическое объяснение. Может, в деле замешан яд, который не оставляет после себя следов? Нет, попахивает фантастикой. А какие другие варианты? А других вариантов пока не видно, учитывая «анамнез» умерших.

«Случаи внезапной смерти», – напечатала Мари в поисковике. Выдало много-много ссылок. Проверив часть, она поняла, что это не совсем то и лучше бы подсократить их количество.

"Внезапная смерть" –болезнь –убийство –самоубийство

Так выглядел новый запрос. Это должно отсечь ненужный мусор.

Следующие несколько часов Мари упорно проверяла ссылки. Новости, заметки, статьи и сводки быстро смешались в однообразный комок повторяющейся информации, но она не сдавалась, и на сорок третьей странице поисковика, наконец, нашелся бриллиант в виде сайта на иностранном языке. Браузер услужливо предложил перевести страницу, и Мари воспользовалась его предложением.

«Мужчина найден мертвым в своей квартире». Окончил местный институт, имел много друзей, компьютерный химик (с «химиком», видимо, переводчик постарался, но суть передал), увечий на теле нет, не убийство, причина смерти до конца не ясна… Если при машинном переводе больше ничего не перепуталось, то этот случай подозрительно похож на случай с теми двумя…

Доменная зона сайта принадлежала небольшой стране с другого конца света. Мари даже не подозревала о ее существовании до сего момента. Получается… И что же получается? Она пролистнула страницу чуть выше, и взгляд зацепился за дату публикации новости.

Тоже десять лет назад.

По спине, покалывая маленькими холодными лапками, пробежались мурашки. Не веря глазам, Мари сверила даты: разница между опубликованными новостями была всего в день плюс-минус еще пару часов. С поправкой на разницу часовых поясов и всякие прочие факторы… Такое не могло быть простым совпадением! Эти загадочные смерти точно как-то связаны.

Но как?

Как люди из разных уголков мира умерли почти в одно время одинаковым – и очень странным – образом? Каков шанс? Нет, понятно, что каждую минуту в мире умирают люди, это обычная циничная статистика, но эти три случая в статистику явно не вписывались. Они вообще никуда не вписывались, особенно в границы здравой логики.

Что их убило? Фантастический невидимый яд точно не подходит – нужна реальная причина. После долгих и напряженных размышлений на ум пришло только одно: та самая болезнь у младенцев. Внезапная детская смерть (или как-то так), которая тоже происходит ни с того ни с сего. Может, с теми бедолагами случилось нечто похожее?

Стоп. Секунду. Мари поняла, что упускает нечто важное. Такое неприятное назойливое ощущение, будто она не видит очевидного! И тут она ахнула; ее как током ударило от резкого осознания. Умерших трое и людей, отправившихся проверить Черность, – тоже трое!

Так, секунду, притормози-ка. Куда рванула? Нечего подгонять решение под известный ответ. Что и тех и других совпало количество вовсе не значит, что это одни и те же люди.

Мари дрожала, не на шутку взволнованная. На губах застыла кривоватая, но довольная улыбка. Она даже не подозревала, что лазать по старым сайтам может быть настолько увлекательно. Конечно, с настоящим детективом ей не сравниться, она всего лишь скребет пальцем поверхность, и все же – и все же! – за десять лет, похоже, никто больше не обнаружил эту необычную связь.

В одной из открытых вкладок браузера мигало уведомление. То был сайт, где Мари время от времени публиковала свои рисунки. Она кликнула по вкладке. Полчаса назад ей прислали сообщение с длиннющим описанием заказа. Дочитав его, она откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула.

– Опять пошлятина. – Она почти не удивлена. – И почему те, кто заказывают пошлятину, всегда так хорошо платят?

Ну, ничего не поделаешь. Грех отказываться от такого предложения. Заказчик останется доволен, а платы хватит на неделю жизни, а то и две при хорошей экономии. Девушка отписалась, мол, принято, будет готово через день-два, и принялась за работу.

Поиски она пока поставила на паузу, чтобы немного переварить найденную информацию.

Но рисование не шло. Она постоянно отвлеклась, снова и снова погружаясь в море мыслей. Быстренько закончив набросок, рука отложила перо графического планшета, и вновь схватила мышку.

На этот раз Мари обратилась за помощью к веб-архиву, продолжив искать зацепки в старых новостях. Вдруг где-то мелькали имена умерших мужчин? Вдруг засветились фамилии полицейских? Главное найти, а дальше уже будет легче: Мари начнет копаться в соцсетях, в которых найдется все и про всех – ведь у нормисов существует необъяснимая тяга к выставлению настоящей своей личности на всеобщий обзор.

…Но удалось отыскать не так уж много. Нашлась фамилия детектива, что расследовал загадочные смерти – Горски. Ни данных о том, где он работает (или работал), ни где живет (или жил), ничего. Разве что новость, где мелькнула его фамилия, была опубликована на северградском сайте, но вряд ли на столь зыбкой почве можно было строить какие-то основательные предположения.

Телефон нежданно-негаданно коротко провибрировал, заставив Мари вздрогнуть. Она проверила его и увидела лаконичное сообщение от мамы: «Я дома». Доехала, значит. Хорошо. «Извини меня», – так же лаконично ответила девушка со жгучей горечью в сердце.

Так, думала Мари, отложив телефон, нужен взгляд со стороны. Она щелкнула по вкладке со старчаном и создала тред, в котором описала все, что выяснила на данный момент, не забыв добавить в конце призыв: «Аноны, помогите!» У призыва, скорее всего, будет прямо противоположный эффект, но попытка не пытка.

Были серьезные сомнения, что тред заинтересует местных обитателей, все-таки есть куча более интересных тем для обсуждения. Ведь куда веселее троллить очередного одинокого анонима, у которого не складывается личная жизнь. Но Мари беспокоилась напрасно: после нескольких минут ожидания посыпались первые ответы.

02|Фигней занимаешься. На улицу выйди, воздухом подыши, душнила.

03|САЖА¹¹САЖАСАЖАСАЖАСАЖ

04|Если все это правда, что тогда находится в самом низу? Я заинтригован.

05>>01|Они полезли туда только затем, чтобы удовлетворить свое любопытство? Кретины. Я понимаю людей, которые рискуют жизнью ради денег, но эти? Клинические дебилы.

06>>04|Да нет там ни черта. Вообще, эта схема с уровнями – курам на смех. Явно придумал нормис, который вообще не шарит за интернет, а ОП зачем-то притащил эту чушь сюда. Уноси свое вжух обратно.

07>>04|я там жестко нагадил

08|Можете считать меня шизом, но я уверен, что тут 100% замешано правительство. Чуваки увидели то, что не должны были увидеть, залезли туда, куда не следовало залезать, а потому были моментально ликвидированы. Обстоятельства смерти вот прямо НИ РАЗУ не подозрительные. Кто всерьез, блин, поверит, что здесь нет ИХ следа? На полицию надавили, дело замяли, очевидно.

09|годный тред, подписался

10>>07|Ты наверно считаешь себя до фига остроумным.

Тред полнился все новыми постами, однако большинство из них не несли никакой ценности.

57|Старичок в треде. В общем, ковырялся в этой теме много лет назад. Короче, информации что тогда, что сейчас с гулькин нос, но тогда мне посчастливилось нарыть, что один из жмуров был каким-то нереально крутым хакером. Ну, знаете, не этим понторезом, как в нынешнее время. А вот что они искали, уже другой вопрос. Раз в деле замешан крутой хакер, значит, они искали нечто ценное… Хакеры, особенно те, что с большой буквы, цену себе знают и в задницу просто так не полезут.

Думайте дальше сами, детишки, а я перекатываюсь в /po/.

Вот это дельное замечание. Теперь, если принять слова анонима на веру, можно уже смелее предположить, что троица из интернет-легенды и троица из новостей – одни и те же люди. Предположить – но и только. Серьезные выводы все равно делать рано.

Тред поначалу вызывал у людей интерес, но в какой-то момент поток постов резко ослаб, а затем и вовсе прекратился. Были еще отдельные капли анонимных мнений раз в час или два, но по большому счету они лишь повторяли уже сказанное другими либо просто засоряли тред.

Мари почувствовала, что порядком утомилась от поисков. Прежде чем вернуться к рисованию, она напоследок решила написать своему «другу». Он наверняка ничегошеньки не знает, но все же.

Она скопировала ему свой пост из треда. Он ответил примерно через полчаса. Его реакция была ожидаемой.

>Хаха :-DDD

Мари недовольно нахмурилась и быстро напечатала ответ.

>Что смешного?

>Круто. Неожиданно.

>Есть что добавить?

>Не.

Его статус стал офлайн.

***

Всю следующую неделю Мари занималась привычными для себя делами. Периодически она копалась в интернете в надежде найти новые крупицы информации, но поиски больше не сдвинулись ни на йоту. Вероятно, она просто нашла все, что мог найти дилетант. Честно: лучше бы с таким рвением искала что-нибудь реально полезное. Работу со стабильным доходом, например. На одном рисовании да родительской поддержке в длительной перспективе протянуть будет хоть и возможно, но трудновато…

В прихожей неожиданно раздалась короткая трель звонка. У Мари внутри все упало, она застыла в одной позе, вцепившись пальцами в мышку с клавиатурой, и прислушалась – не показалось ли? Секунда. Две. Три… На двенадцатой секунде звонок повторился. Сердце екнуло.

Не показалось.

Мари мельком поглядела на время – девять утра. Наверно, дети балуются. Или кто-то ошибся дверью. Без разницы. Нужно сидеть тихо, и кто бы там ни был, он уйдет рано или поздно. Она в гости никого не ждала. Это явно не к ней. Мари не представляла такой ситуации, чтобы она могла понадобиться кому-то, кроме родителей, и родители сейчас были далеко-далеко отсюда.

Но звонки не прекращались. Они стали нетерпеливее. Словно звонящий знал, что Мари дома и сердился, что она продолжает его игнорировать. Какой упрямый! Любой бы другой уже плюнул, но не этот…

Нежеланная реальность извне, холодный, суетливый и сложный мир нагло осадил врата ее крепости одиночества, ее форта спокойствия. Злейший враг подобрался вплотную. Он так просто теперь не отстанет. Это должно было случиться однажды, подсознательно Мари понимала. Значит, пора дать отпор! Сейчас или никогда.

Встав со стула, она тихонько прокралась в прихожую. По ушам вновь резанул истеричный голос звонка. Девушка на цыпочках заглянула в глазок двери. Коридор, чье-то плечо, длинные волосы… Больше не видно. Опустившись на полные стопы, Мари случайно наступила на скрипучую половицу, и та старческим стоном выдала ее с потрохами. Моментально последовала реакция снаружи.

– Есть кто дома? – спросил молодой женский голос.

Лоб Мари покрылся холодной испариной. От собственной крепости она такой подставы не ожидала, отнекиваться было бессмысленно, глухой бы услышал этот скрип. И все же она молчала в нерешительности.

– Ау? – позвал голос, а потом едва слышно пробормотал себе под нос: – Я точно слышала…

– К-кто… там? – дрожа, выдавила из себя Мари.

– Мари, это ты?

«Откуда она знает мое имя?!» – оцепенела девушка. В голове зажужжал рой параноидальных мыслей. Ее личные данные попали в интернет? Но как? Она всегда была осторожна! В интернете – ни байта ее настоящей личности, только ложь, выдумки! Или кто-то слил ее данные? Кто?! И как ему удалось их достать?

– К-к-кто ты? – вымолвила Мари, холодея всем телом.

– Э-э… Твоя старая знакомая?

– У м-меня… нет. – Ни-ни старых, ни новых. Никаких.

– А как же С3ть?

Мари была сбита с толку. Сеть? Незнакомка имеет в виду С3ть? Намекает на «друга»? Причем тут он? Но вопрос даже не в этом, куда важнее: откуда она знает про него?

– Наверно, я тебя совсем запутала. – Незнакомка помолчала немного, а затем добавила: – Если ты меня впустишь, я тебе все-все объясню! Просто… знаешь, откровенничать, стоя в подъезде, как-то не очень.

– Н-нет, – робко ответила Мари. Нет-нет-нет-нет, никого и никогда она сюда не впустит!

– «Нет» в смысле я тебя не запутала или «нет» в смысле ты меня не впустишь?

– Нет! – неожиданно громко для себя выпалила Мари.

Повисла странная тишина.

– Не пустишь, значит, – сказала незнакомка со вздохом. – Ожидаемо. Сама дура, притащилась ни с того ни с сего и надеялась непонятно на что. Понимаешь, я хотела поговорить про Прометея… – (Мари изумленно таращилась на дверь.) – Любопытную простыню ты мне накатала.

То есть… незнакомка видела то сообщение? Но только «друг» мог его видеть! Как она связана с ним? Ответ назойливо жужжал где-то поблизости, но Мари никак не могла его поймать.

– Л-ладно… – тихо промолвила она и липкими от пота пальцами потянулась к замку.

От испуга и смятения ее сознание было как в тумане, как под гипнозом. Прежде чем она поняла, что сделала, входная дверь – врата ее неприступной крепости – была уже открыта.

В прихожую вторглась высокая девушка. Русые волосы чуть ниже плеч, смазливое лицо, фигура что надо – почти как у модели, – модные футболка и джинсы, и эти… эта внушительная грудь как символ полного превосходства – Мари оставалось только завидовать черной-пречерной завистью.

Девушка прикрыла за собой дверь, и в коридоре стало почти ничего не видно – все шторки в квартире были плотно закрыты, а выключатели Мари использовала только в ванной и туалете.

– Меня зовут Катя, – представилась девушка. – Извини за внезапное вторжение.

– …

Мозг Мари был в ауте. Посторонняя в доме! Зачем она впустила ее? Катя знает интернет-«друга», но и что? Это не повод так сильно ослаблять бдительность! Кошмар… Так говорила одна половина сознания. Другая же половина была весьма заинтригована и хотела понять, кто такая эта Катя и зачем явилась.

– Может, пойдем туда, где посветлее? – немного смущенно предложила Катя.

Несколько долгих мгновений Мари озадаченно глядела на незнакомую девушку. У нее прежде никогда не было гостей, и она совершенно не представляла, как себя вести в подобной ситуации.

Наконец, решившись, она тихо промолвила:

– П-пойдем, – Возможно, это даже прозвучало только в ее мыслях, но все же Катя пошла следом.

Мари привела ее в свое логово с единственным источником света в виде монитора, и они снова застыли в молчании. Лишь слабый шелест компьютерного кулера нарушал тишину. «Почему она ничего не говорит? – настороженно думала Мари. – Я чувствую ее прожигающий взгляд. Такое ощущение, будто она зла на меня. Зачем, ну зачем я ее впустила?»

Один на один непонятно с кем, у кого непонятно какие намерения. В полумраке. Становилось жутко. Мари нащупала на стене переключатель (еле вспомнила, где он находится) и щелкнула им. Люстра вспыхнула, осветив комнату теплым желтоватым светом. Комнатный вампир Мари болезненно защурилась. А? Не почудилось ли? Будто в Катином взгляде сейчас промелькнуло нечто похожее то ли на разочарование, то ли отвращение?

– Так гораздо лучше, спасибо. Давай-ка объяснюсь нормально, – бодро начала Катя, и взгляд ее был совершенно доброжелательным, без примеси каких бы то ни было негативных эмоций.

Показалось… Мари стояла у стены, скрестив руки на груди и чувствуя себя совершенно беззащитной.

– Я у тебя есть в друзьях в С3ти, – сказала Катя. – У меня еще на аватарке стоит прикольный пухляш, мой любимый актер.

Так вот оно что! Теперь все сходится.

– З-зачем… п… пришла?

– Хочу, чтобы мы объединили усилия! Мне интересно узнать, что находится на седьмом уровне интернета! – живо говорила Катя. – Но перед этим мне хотелось встретиться с тобой в реале.

«Все равно ничего не понимаю», – подумала Мари. Она молча смотрела на Катю. Вернее даже не на Катю, а в пространство между ее плечом и шеей, потому что была слишком смущена и растеряна, чтобы выдержать зрительный контакт.

– Как т-ты… мое… имя? – промямлила Мари.

– Узнала твое имя?

Мари кивнула.

– Поспрашивала твоих соседей, – моментально ответила Катя, словно ждала этого вопроса, и, не давая опомниться, спросила: – Тебе удалось найти новую информацию про Прометея или про сетевых дайверов?

«Сетевые дайверы»? Интересное название. Мари легонько помотала головой.

– Жаль. Но ничего. Зато я кое-что накопала. Вернее, друг накопал. Ты знала, что детектив Горски сейчас живет в Северграде? И у меня есть точный адрес его дома! – с гордостью заявила она.

Мари даже не знала, что и думать. Она все еще была смятена и отвела взгляд в сторону.

– Мне уже давно не дает покоя интернет-легенда про Черность, и благодаря твоему сообщению я наконец-то сдвинулась в поисках с мертвой точки. – Катя улыбнулась. – Спасибо!

– К-когда я… с-спрашивала про… П-прометея… почему ты… не п-поняла?

– А, почему я сделала вид, что не понимаю? Я подумала, ты просто так спросила. Но когда ты потом прислала длинное сообщение с целым расследованием, меня охватило осознание: ты мой брат… то есть моя сестра по оружию! – Катя протянула раскрытую ладонь в приглашающем жесте: – Давай искать вместе?

Холодное ощущение пустоты образовалось в животе Мари. Внезапно она поняла, что ей предлагают выйти за пределы своей крепости, зоны комфорта. Мысль эта так сильно напугала ее, что Мари яростно замотала головой. Нет! Нет, нет и еще раз нет! Ни за что и никогда!

Катя выглядела обескураженной. Она плавно опустила руку и расстроенно усмехнулась.

– Да уж, – негромко говорила она, – раскатала я губу. Странное, да, предложение? Появляюсь из ниоткуда, предлагаю какую-то непонятную авантюру… Извини, что потревожила. Я… лучше я пойду.

Катя вышла из комнаты. Мари, застыв в прострации, слушала удаляющиеся шаги, затем резко опомнилась и выглянула в коридор, лишь чтобы узреть, как закрывается входная дверь.

«Я так и не спросила, как она меня нашла, – поняла Мари. – Соседи? Что за бред? Соседи ничего про меня не знают…»

Но это уже не имело значения. Она снова одна в квартире. И сразу как-то легче дышать, и мысли прочистились, и конечности больше не сковывают невидимые ледяные кандалы…

Мари заперла дверь в прихожей и выдохнула. Пронесло. В крепости снова все спокойно.

4. Не открывай

Катя задумчиво взирала на пятиэтажный блоковый дом. Дом ничем не отличался от соседних – такой же угрюмый, такой же грустный. Скамейка у ближнего подъезда была мокрая после дождя, салатовая краска во многих местах потрескалась, как скорлупа, и откололась, обнажая серое дерево. На стенде для объявлений, висевшем у железной двери, красовался коллаж из разноцветных обрывков. Подул прохладный ветер. Поежившись, Катя в очередной раз пожалела, что этим пасмурным утром не надела куртку поплотнее.

Задача была несложная: прикинуться журналисткой и расспросить детектива про его расследование. Она даже приготовила блокнот и ручку, чтобы соответствовать образу. Жаль только, что никто не захотел составить ей компанию. С Мари все понятно, а вот отказ Яна стал неожиданностью. Но у него работа, ничего не поделаешь. Хотя вдвоем все-таки было бы поспокойнее…

Ладно, хватит медлить. Собравшись с мыслями, Катя решительной походкой зашла в подъезд, отыскала нужную квартиру на третьем этаже и позвонила в дверь. Внутри квартиры послышались приближающиеся шаги, девушка ободряюще шлепнула себя ладонями по щекам.

– Кто? – спросил грубый голос через дверь.

– Меня зовут Катерина, я из газеты «Северный вестник»…

Дверь тихо приоткрылась, и Катю будто невидимым кулаком ударило амбре из перегара и табака. В образовавшийся проем смотрел стареющий мужчина, взгляд у него был на удивление ясным.

– Впервые слышу про такую газету, – проворчал он. Говорил он тоже четко.

– Это интернет-газета, – ответила Катя, состроив каменное лицо. – Я хотела задать вам несколько вопросов… – Горски потянул дверь на себя, – …про нераскрытое дело десятилетней давности.

Бывший детектив замер, пронзил ее острым, как шпага, взглядом, затем снял дверную цепочку и коротко сказал:

– Заходи.

Они сели на кухне за столом. Катя достала из заднего кармана джинсов блокнот с ручкой. В окне была открыта форточка, тянуло свежестью после дождя, шелестели шины проезжающих под домом машин.

– Ты ведь не журналистка, – Горски первым прервал молчание. – Убери это, – взглядом указал он на блокнот, – не устраивай цирк.

– Как вы поняли? – удивленно моргнула Катя.

– Пообщайся с людьми столько же, сколько я, с ходу понимать будешь.

Катя без сожалений отбросила маску журналиста. Хорошо, что не нужно притворяться. Актер она средний, все равно бы прокололась где-нибудь.

– Скажи, девчонка, зачем тебе это?

– Мне интересно, – недолго думая ответила Катя. – Хочу разгадать эту загадку.

– Просто «интересно»? – не поверил Горски. – И даже не побоялась прийти к незнакомцу домой. Ладно я, имею какую-никакую, а все-таки репутацию…

– Именно поэтому я не… – она осеклась.

– Я не лезу, мне все равно. Ладно, к делу. – Бывший детектив призадумался, вспоминая детали, стертые из памяти минувшими годами и лишним алкоголем. – Сразу предупрежу, что на месте преступления – хотя это так и не признали преступлением, – меня не было. То, что мне известно, – известно со слов других людей, из полицейских отчетов. Меня наняли родственники погибших уже после того, как полицейские вынесли свой вердикт.

– Поняла.

Горски потер затылок.

– Вот как все было. Собственник квартиры позвонил в полицию и сообщил, что арендаторы перестали выходить на связь. Ему что-то срочно от них понадобилось, но на телефонные звонки ни первый, ни второй не отвечали, и собственник забил тревогу. Благодаря этому тела обнаружили довольно быстро, около двух… нет, трех часов дня. Состояние трупов было одинаковое, признаки указывали, что умерли оба утром.

– Кто были эти двое?

– Ничего особенного про них сказать не могу. Первый, Мацей… Васильев? Василевский, да. Незадолго до смерти перестал появляться на работе. Работал консультантом по безопасности. Кибербезопасности? Да, именно так, – кивнул бывший детектив сам себе в подтверждение.

– Забросил работу и вскоре умер? – с интересом спросила Катя. – Есть ли тут связь?

– Я спрашивал его работодателей. Их удивила резкая перемена в поведении Василевского. Работал он у них больше десяти лет, был ценным сотрудником, вел себя адекватно. Что с ним случилось – непонятно. Кто-то из родственников говорил, что у него были некие трудности в жизни – сути не помню, – но трудности, по их же словам, были давно, и он с ними справился.

– Сдали нервы? Накрыла депрессия?

– И ушел в запой, да. Такие предположения тоже делались. Но они так и остались предположениями.

Катя взяла ручку и сделала пометку в блокноте. Пригодится потом, все детали в голове не удержишь.

– В какой компании работал Василевский?

– Как она называлась, не вспомню. Средней величины контора была. Говорю «была», потому что сейчас ее уже не существует.

– Ясно. Что со вторым товарищем?

– Марко Ружич (Катя быстренько записала), двадцать три года на момент смерти. Безработный. Бывший студент. Учился в местном техническом университете, но забросил его. Он вечно пропадал в интернете, как зависимый. Гм… где же он жил? – Горски болезненно поморщился в неудачной попытке вспомнить. – Он где-то пропадал год или два, даже родственники не знали, где он есть. Выяснили уже после смерти, но я напрочь все забыл.

Бывший детектив раздраженно вздохнул.

– Мацей и Марко знали друг друга? – спрашивала Катя. – Что они делали в съемной квартире?

– Точно скажу, что семья Мацея ничего не знала о Марко, и наоборот – семья Марко о Мацее. Либо эти двое были знакомы раньше, и никто из их родственников об этом не знал, либо они познакомились незадолго до смерти.

Они могли познакомиться в интернете и там же поддерживать общение, подумала Катя и добавила эту мысль в блокнот.

– Теперь второй твой вопрос, – продолжал Горски. – Собственник рассказывал, что они сняли квартиру за неделю до того, как склеить ласты. Заехали с коробками – в коробках были компьютеры. Собственник подумал, что они программисты, возражать не стал. «Не наркоманы или алкоголики – и ладно», – его цитата.

Катя покрутила в голове услышанное, а затем перешла к следующему вопросу.

– А вот мне еще попадалась на глаза информация, что Мацей с Марко одновременно умерли от остановки сердца – это правда?

– Не одновременно. Полиция установила, что Мацей умер чуть раньше – его нашли лежащим головой на клавиатуре. Вскоре Марко заподозрил неладное, пошел проверить товарища и тоже умер. Его труп лежал на полу рядом с Мацеем. Я по-всякому крутил эту ситуацию, но лишь укрепился в мысли, как и полиция, что мы имеем дело с одним чудовищным совпадением и двумя очень невезучими людьми.

– Трудно поверить.

– Согласен. Но сама посуди. Нет никаких следов нападения или отравления, в квартире находились только они двое. То есть версия с убийцей – сразу мимо. И все же они мертвы. Почему? Я спрашивал врачей. Кто-то предположил, что всему виной малоизученная генетическая болезнь. Кто-то провел аналогию с синдромом внезапной детской смерти. Будь умершие родственниками, все стало бы немного яснее, хотя совпадение все равно сродни чуду со знаком минус.

Катя вынула туз из рукава. Она долго ждала этого момента.

– Если случившееся – совпадение, то как объяснить третью аналогичную смерть в Торлуне почти в то же время?

Горски сначала не понял, а затем наморщил лоб и недоверчиво посмотрел на Катю.

– Торлун? Это же другая страна. О чем ты говоришь?

– Моя… – Катя тихо кашлянула, – подруга нашла в интернете старую новостную заметку. У меня на телефоне сохранена ссылка. Могу вам скинуть…

Горски жестом показал «стоп».

– Я не пользуюсь современными телефонами. Компьютерами и подавно.

– Тогда давайте покажу на своем!

– Валяй.

Она показала, пододвинув к нему телефон. Горски читал с хмурым лицом, покусывая губу.

– Гм…

– Что думаете?

– Что по-хорошему дело нужно доставать с полки, если кроме Мацея и Марко был еще и третий.

Бывший детектив пододвинул телефон обратно к Кате.

– Забыла спросить: а что с компьютерами, которые они притащили с собой? Их изучали как-то, искали зацепки внутри систем?

– Ах да, – припомнил Горски. – Это были устаревшие модели. Специалисты просмотрели содержимое жестких дисков, но ничего подозрительного или криминального не обнаружили. Стандартный набор программ. Еще Мацей с Марко пользовались неким чатом – сохранились их электронные почты, с помощью которых они входили в свои профили.

– Получилось прочитать переписку?

– Нет. Забыл сказать, что почту наши компьютерные гении использовали временную, – он пожал плечами. – Бесполезно. Если в переписке и была сокрыта какая-то важная информация, она канула в небытие. Проверяли домашний компьютер Василевского – тоже ничего. У Ружича… – он сделал паузу, постучал указательным пальцем по щетинистому подбородку. – Как будто тоже что-то проверяли, но я никак не могу вспомнить, где был его компьютер… У родственников он не жил… Проклятье. Не помню, – он вздохнул угрюмо.

Помолчали.

– Еще вопросы остались? – немного резко спросил Горски.

– У вас сохранились контакты родственников?

– Нет. Давно это было.

– Тогда все. Спасибо. – Катя убрала блокнот с ручкой в один карман, телефон – в другой.

– Не за что благодарить.

Они поднялись и проследовали в прихожую. Пока Катя обувалась, Горски сказал:

– Один тебе совет: если уж так хочешь докопаться до правды, обратись в полицию. Не лезь туда сама. Пусть этим занимаются знающие люди.

– Знающие люди ничего не нашли раньше, – ответила Катя. – Сомневаюсь, что найдут и сейчас.

– Если ты им расскажешь про третьего бедолагу, возможно, дело сдвинется с мертвой точки.

– Я подумаю. До свидания.

Горски закрыл за девушкой дверь и, почувствовав острое желание закурить, стал рыскать по квартире в поисках сигарет. Где-то он их оставил, вроде бы на самом видном месте… Где же они, черт их раздери? Вот так всегда, когда надо больше всего, ни черта не найдешь!

Тук, тук, тук. В дверь постучали. Неспешно, размеренно и как бы с достоинством. Горски громко выругался. Что за напасть сегодня? Не могут оставить старика в покое. Пяти минут не прошло! Наверно, девчонка опять – забыла что-то. Он вдруг нащупал пачку сигарет у себя в кармане, там же оказалась зажигалка. Это немного успокоило его. Под повторяющийся стук он неспешно закурил, затем вернулся в прихожую, снял цепочку и сердито распахнул дверь.

– Я же все тебе…

Он так и не договорил. Животный страх сковал его тело. В безмолвной тишине сигарета соскользнула с губ.

***

Катин друг был настолько поглощен работой, что не заметил, как она зашла в зал и плюхнулась на диван. Он сидел по соседству за компьютером, немного скрючившись, и сосредоточенно вглядывался в неровную лестницу из разноцветных строк на экране широкого монитора.

Кате очень хотелось поскорее поделиться новостями, но она все-таки сдержала себя, не став отвлекать Яна. Набравшись терпения, она тихонько наблюдала за ним. Наверно, это немножко странно, но ей нравилось иногда вот так в тишине наблюдать за тем, что он делает.

Пальцы Яна прыгали по клавиатуре с такой скоростью, что казалось, будто у него их не десять, а все двадцать. У компьютерных гениев вообще с техникой особенное взаимопонимание. Она их всегда слушается, никогда не перечит и четко исполняет команды.

Колдуны, думала Катя. Такие люди – настоящие техноколдуны. Только вместо черной мантии – невзрачная практичная одежда, вместо палочки – отвертка, а вместо библиотеки с гримуарами – многостраничные руководства со сложными схемами. В одном и те и другие схожи: колдуют на непонятном никому, кроме них самих, языке и меняют реальность: одни – выдуманную, другие – виртуальную.

Ян тоже относился к этим людям. Одет он был почти всегда в темное, словно какой-то неформал, но на неформала вообще не похож; светловолосый, патлатый, ростом выше среднего. Худой, потому что нередко пропускает приемы пищи, слишком увлекаясь написанием своих машинных заклинаний, дурачина. Ну уж она-то, пока гостит у него, проследит, чтобы он нормально питался.

Ян свернул окно с цветными лесенками и хрустнул пальцами, удовлетворенно откинувшись на спинку стула. Тут он посмотрел вбок и вздрогнул, обнаружив рядом с собой Катю.

– Зачем так пугать? – выдохнул он.

– Я не хотела, ты сам испугался, – ответила Катя.

– Ага, как призрак подкралась…

– Однажды, пока ты будешь пялиться в монитор, воры вынесут из твоей квартиры все подчистую.

– Не все.

– ?

– Монитор оставят. Надо же мне будет во что-то пялиться. – Немного приободрившись, Ян наконец-то спросил: – Ну как, получилось поговорить с тем детективом?

Катин язык пустился в пляс. Она тоже была своего рода маг – маг болтовни, по делу и не очень. Рассказ занял пять минут, она говорила быстро, но без запинок, делая короткие паузы, чтобы набрать воздуха. Все это время Ян внимательно слушал, откинувшись на стуле.

– Ну, что думаешь? – спросила Катя, закончив.

– Честно говоря, я уже забыл начало, – сказал Ян. – Слишком много информации за раз.

– Давай повторю! – с готовностью предложила Катя.

– Не надо, пожалуйста, – тут же ответил Ян то ли в шутку, то ли серьезно.

– Но я все-таки повторю, мне не сложно.

– Ты все равно мне все уши протрещишь и сегодня, и завтра, и, боюсь, послезавтра тоже. Так что я в любом случае все детали запомню. Общую суть я уловил.

– Ну ладно, – успокоилась Катя.

Яна не интересовали ни таинственные смерти сетевых дайверов, ни «седьмой уровень интернета», который он обозвал бредом и был, скорее всего, прав. Он не скрывал своего безразличия. Не скрывал, но несмотря на это вникал в Катины взволнованные рассказы, зная, что она давно сходит с ума по тематике нетсталкерства. Для него она, наверно, была как дите – чем бы ни тешилось.

– Что я тебе должна? – спросила Катя. Естественно, она просила его помочь не на безвозмездной основе. Даже несмотря на то, что они друзья. Давние друзья. Может, даже не друзья, а больше как брат с сестрой, пусть и не по крови.

– Еще не придумал, – ответил Ян, всласть зевнув. Хоть бы рукой рот прикрыл…

– Придумывай скорее.

– Куда-то торопишься?

– Да нет. Просто меня будет донимать чувство, что я тебе должна.

– Брось. – Ян выпрямился на стуле, положив руки на подлокотники. – Ты же в ближайшее время никуда отсюда не дернешься, правильно? Значит, по-любому попросишь помочь еще с чем-нибудь, раз ты, смотрю, всерьез взялась за дело. Твой долг только вырастет.

Тоже верно. У Кати были большие планы на Яна. Вернее, на его навыки техноколдуна. Он все прибеднялся, мол, «я всего-навсего самоучка, не жди от меня многого», но она ему не верила. Особенно после того, как он играючи, словно умелый рыбак, выудил из неугомонной реки под названием «интернет» адрес проживания детектива Горски. Ян просто таким образом отнекивался, пытался показаться глупее, чем он есть на самом деле, потому что ему было неохота и лень помогать. Да-да.

– Хватит, – сказал он. – Не хочу вообще про долги говорить. Как не родные.

– Мы не родные, – заметила Катя.

– Ты поняла, о чем я.

Катя решила сменить тему, почувствовав некоторую неловкость.

– Все хотела спросить: а как у тебя получилось найти адрес Горски?

– Тебе со всеми техническими подробностями рассказать или хватит упрощенной версии?

– Простой версии достаточно.

Кате показалось, будто бы Яна немного раздосадовало, что она выбрала второй вариант.

– База данных детективного агентства, где раньше работал Горски, утекла в даркнет, – рассказывал он. – В ней была куча личных данных работников и клиентов. И твоего детектива, естественно, тоже.

– Почему она утекла? Агентство взломали?

– Не угадала. Это и взломом-то тяжело назвать. Ты будешь смеяться: они хранили базу в открытом доступе – в облаке. Она даже была не запаролена, представляешь? – Пауза. Заметив замешательство на лице Кати, Ян вздохнул: – Нет… ты не будешь смеяться, потому что ты не въехала. Представь, что база данных – это бухгалтерская книга; они оставили ее на самом видном месте – перед входом в свой офис, например. Любой прохожий может в нее заглянуть, если захочет.

– А! – дошло до Кати. – Вот они тормоза!

– О чем я и говорю.

– Но как они так опростоволосились?

– Я читал в интернете, что это было небольшое и очень старое агентство. Видимо, заботиться там о сетевой безопасности было некому, либо посадили некомпетентного кретина. Их из-за того случая потом засудили, и агентство закрылось. Иронично получилось. Контора, которая должна была искать преступников, сама нарушила закон.

– Ого.

Ян задумчиво посмотрел на Катю. Похоже, он хотел что-то сказать, но почему-то молчал.

– Что-то не так? – спросила она.

– Все так, просто…

– Просто?

– Агентство, конечно, само виновато, что так вышло, но мне все равно немного совестно, что я копался в личных данных людей, которые мне ничего плохого не сделали.

– Мы же только подсмотрели, где живет детектив. Без злого умысла. Кому это навредило?

– Так-то никому. Но заглядывать все равно не стоило. В общем, взламывать я для тебя никого не буду. Да и не смогу все равно.

– Сможешь.

– Не-а.

– Сможешь. Иначе бы не говорил об этом.

– Нет, – губы Яна дернулись в легкой улыбке, но он ее быстро спрятал.

– А если понадобится взломать плохого человека?

– Тогда подумаю.

– Слушай, если вдруг однажды дойдет до того, что к нам нагрянет полиция, потому что мы кого-то взломали, я возьму вину на себя. Скажу, что заставила тебя или что-нибудь похожее. Идет?

– Больная ты.

– Так что не бойся, Ян.

– Ничего я не боюсь, – фыркнул он. – Просто у меня совесть есть.

С этими словами он поднялся со стула и утопал босыми ногами на кухню. Пол был прохладный, но парня это не особо заботило.

А все-таки неплохую квартиру ему подогнали, подумала Катя, осматривая зал. Пустовато, да, только самое необходимое, никакой выдумки, но это дело поправимое. За ее спиной находилось просторное окно с видом во двор, освещенность в зале днем была хорошая. Напротив у стены стоял комод с телевизором, который Катя за неделю пребывания здесь еще ни разу не видела включенным. Похоже, Яну он был не особо-то нужен. Зачем купил? Потому что без телевизора зал – не зал? Чтобы заполнить пустое пространство? Скорее всего.

Нос учуял терпкий аромат кофе. Ян вскоре вернулся с двумя кружками горячего напитка, одну дал Кате, другую поставил на стол рядом с клавиатурой.

– Спасибо, – сказала она, сделав маленький глоток. – Прохладно сегодня на улице.

– И дома тоже, – согласился Ян, усевшись обратно на стул.

– Ну что, обдумаем дальнейшие шаги?

– Э, не, тебе это надо, вот ты и думай. Не у всех тут отпуск. – Ян повернулся на стуле к монитору.

Катю это не остановило.

– Можно ли в интернете найти личные данные Ружича и Василевского? Без взлома?

– Можешь попытаться, – терпеливо ответил Ян, открыв непонятный сайт в браузере. – Но профит¹² будет, скорее всего, ничтожный. Если твои мертвяки во время жизни отметились в интернете, в соцсетях, к примеру, – возможно, что-то и найдется. Прошло уже много времени с их смерти, мне кажется, что-то искать сейчас – впустую тратить время.

Катя закинула ногу на ногу и призадумалась. Ее мозг родил хорошую идею.

– Для начала нам нужно как следует обдумать все, что рассказал детектив.

Ян сделал вид, что поглощен своим делом и не слышит девушку. Он не мог не слышать – буквально в полуметре от Кати сидит.

– Твой взгляд со стороны тоже пригодится, Ян.

Было отчетливо слышно, как щелкнул его язык. «Достала», понятно и без слов. Конечно, Катя была бы не против, если бы Ян проявлял больше энтузиазма, и полушутя-полусерьезно говорила так, будто они в одной команде, ведут поиски вместе. Но она ни в коем случае не хотела докучать ему. Наверно, она перегнула палку. Он ведь и так помог ей с Горски…

– Извини, – коротко сказала она.

Ян лениво махнул рукой, мол, все нормально. Затем он спросил, не отрывая глаз от монитора:

– Почему ты так зациклена на поисках?

– Потому что мне интересно.

– Это я и так знаю, – он отпил из кружки. – Мне хочется понять причину твоего интереса.

– Да без проблем. Когда я еще была маленькой, мы с папой как-то пришли в компьютерный клуб. У него были там дела. Меня посадили за компьютер, чтобы я не мешалась, а на том компьютере была открыта картинка со схемой интернета во весь экран. Меня она так заворожила, что я еще потом долго доставала папу расспросами про уровни интернета. В итоге я ему, видимо, так надоела, что он притащил домой компьютер.

– Тебе сколько лет-то было?

– Года четыре, может быть, – прикинула Катя. – Ну, пять лет максимум.

– А что за компьютер? Как называется? Я просто по всякому старью угораю немного.

– Не помню. Отечественный вроде бы. Подержанный он был – папа у кого-то задешево купил. Мне нравилось лазать в системе, тыкаться в разные меню и папки, хотя я ничего не понимала. Папа, в общем-то, тоже не очень разбирался, так что просить его о помощи, если у меня появлялись какие-то затыки, было бесполезно.

– Тот компьютер еще работает?

– Не. Пылится в нише. Мама пару лет назад хотела выкинуть, но я ее вовремя остановила. Все-таки не так много осталось в доме вещей, которые бы напоминали о папе.

Резко повисла тишина; Ян перестал крутить колесиком мыши, его спина немного напряглась.

– Забудь. Меня не туда понесло. – Катя спешно поменяла тему: – Знаешь, что странно? Ту картинку я видела почти двадцать лет назад, а истории про Черность начали мелькать в интернете сильно позже – лишь где-то десять лет назад.

– Видимо, у народа не сразу проснулся интерес к «уровням интернета». Я вообще думал, что этой мистификации лет гораздо меньше, – заметил Ян. Он допил оставшийся кофе и с громким стуком поставил кружку на стол.

– Фига себе ты быстро пьешь! – удивилась Катя. – Он же горячий!

– Он уже остыл.

Есть два типа людей: те, кто могут пить кипяток, и те, кто не могут. Катя принадлежала ко второму лагерю.

Ян вернулся к своей работе – на экране опять возникло окно с цветными лесенками. Катя отставила недопитую кружку кофе на подлокотник дивана, взяла блокнот с ручкой и попыталась структурировать полученную сегодня информацию. Она потратила на это почти час, но никаких озарений ее так и не посетило.

Затем она достала телефон и стала искать в интернете любую информацию про Василевского и Ружича. Удалось найти несколько тезок в разных соцсетях, но это были не те люди – эти, к сожалению, были живые. Удалось найти однофамильцев, но это тоже было не то.

Бесполезно. Огорченная, Катя оставила поиски и пошла заниматься более простыми бытовыми делами, а там и день незаметно закончился.

Она спрашивала найденных однофамильцев про Мацея и Марко на следующий день и на следующий после него, но тоже безрезультатно.

Третий день принес шокирующую весть.

Из ванной Катя услышала, как Ян зовет ее. Голос его прозвучал взволнованно, поэтому она, толком не вытерев лицо и прямо с полотенцем в руках, прибежала в зал. Ян стоял у компьютера, на вид совершенно спокойный. Она с вопросом посмотрела на него. «Садись», – кивнул он на стул. «Ты позволишь мне сесть за свой компьютер?» – удивилась она. «Садись давай», – нетерпеливо повторил он.

Катя села. «Читай», – сказал Ян. Она прочитала заголовок. Большие жирные буквы заставили глаза округлиться. Не может быть… Она перечитала заголовок еще раз, а затем еще. Это не ошибка! Она пробежалась глазами по тексту, но половину слов мозг пропустил мимо, в сознании образовалась густая каша. Катя перечитала и снова ничего не поняла. Тогда она вперила взгляд в Яна, ища помощи.

– Как такое возможно?!

– Не знаю, – покачал он головой. – Сам удивился.

Из тумана в смятенном мозгу Кати возникло жуткое осознание, которое в то мгновение показалось единственно верным: «Следующими можем быть мы… Следующей может быть… она!»

Резко сорвавшись с места, Катя, не слушая (и не слыша), что говорит Ян, спешно оделась и выбежала из квартиры.

***

БЫВШИЙ ДЕТЕКТИВ НАЙДЕН МЕРТВЫМ В СВОЕЙ КВАРТИРЕ

Инцидент произошел в Северграде в доме на Октябрьской улице. Тело мужчины с признаками насильственной смерти в виде двух огнестрельных ранений было обнаружено соседями, которые почувствовали характерный запах. Жертвой оказался 59-летний Александр Горски, бывший детектив. В его длинном послужном списке значится лишь одно нераскрытое дело – дело о таинственном двойном убийстве, которое также произошло в Северграде в прошлом десятилетии. Полицейские выполняют работы по установлению всех обстоятельств произошедшего.

Читать подробнее…

Мари недоверчиво поправила очки. Убийство? В Северграде? Она еще раз перечитала превью новости, и в животе появилось неприятное сосущее чувство. Так, секунду… Она что-то упускает из виду. Горски… еще и детектив… А это случайно не тот самый?.. Или его фамилия была Глебовски? Мари проверила сообщение, которое отправила Кате. Точно он. Она удивленно возвела глаза к темному потолку.

Надо же какое совпадение! Или не совпадение? Стоило только узнать о существовании этого детектива, как через неделю с лишним он вдруг умирает! Ладно бы своей смертью, но его ведь убили. Нет, она, конечно, не из этих – не из параноиков, шапочек из фольги на голове не носит – но тут волей-неволей, начнешь что-то подозревать. К слову, Катя вроде бы собиралась к Горски… Она в курсе, что он… ну того? Да, а может, она тут как-то замешана? Сама его и прихлопнула… Бред, конечно. Эта полногрудая ведьма, у которой к старости все обвиснет до пупка, вообще не похожа на убийцу. Наверное. Наверное…

Мари открыла полную новость и внимательно прочитала ее. Ни одной новой детали об убийстве, ни слова про Катю – зато присутствовало весьма подробное описание дела десятилетней давности, которое расследовал Горски. Там повторялось многое из того, что уже знала Мари, только в более сухом «официальном» виде, однако про третьего мертвеца упоминаний не было. Также приводились разные теории о том, что могло стать причиной смерти двух мужчин; удивительно, но расписали даже самая фантастическую – с нетсталкерами и «седьмым уровнем» интернета.

…Как-то странно смотрелась эта новость. Во-первых, она миновала северградский новостной сайт и была опубликована сразу на самом главном и популярном в стране новостном сайте. Разве не должно быть наоборот? Во-вторых, если подумать, приписка в превью про нераскрытое дело выбивается из общего «официального» стиля остального текста. Впрочем, это мелочь. Писавшего новость, видимо, покусал журналист. Чем больше кликов по новости, тем больше зарплата, так это работает?

Тук. Тук. Тук.

Мысли были наглым образом прерваны стуком во входную дверь. Мари насторожилась. Опять Катя? Эта ненормальная что, забыла, где звонок? В прошлый раз совсем замучила его! Или кто-то другой пришел? Да что за напасть. Много стало гостей в последнее время.

Часы в углу монитора показывали, что прошла всего лишь минута. Внутренние считали, что больше. Мари сидела неподвижно и не знала, что делать: проигнорировать новый вызов извне или все же пойти проверить? Если это Катя, она ведь просто так не отстанет…

Мари не сразу заметила, что в браузере призывно мигает вкладка С3ти. Она проверила ее: мигало пропущенное сообщение – вот уж неприятный сюрприз – от Кати. Уже догадываясь, что она увидит сердитое «не игнорируй и впусти меня», Мари открыла сообщение.

>Ни в коем случае

не открывай дверь!

Я уже еду к тебе!

Тук. Тук. Дверь снова атаковали.

По телу Мари прокатилась волна холода. «Что происходит? Стучит не Катя? – в смятении думала девушка. – Тогда как… Стоп, а кто за дверью? И почему сообщение звучит так, будто мне угрожает опасность?»

Она написала Кате.

>О чем ты?

Что случилось?

Кто-то стучит.

Тук, тук, тук – повторил пришелец извне. Тук-тук-тук – бешено колотилось перепуганное сердце. Мари тупо глядела на свое сообщение. Время шло, ответа все не было. Долго так продолжаться не могло. Будто от чрезмерного натяжения, внутри что-то оборвалось, потом закололо, зажгло, Мари вскочила со стула, выключила монитор, схватила плед с кровати, закуталась в него с головой и забилась в угол комнаты, став с темнотой единым целым.

В ушах звенела тишина. Сколько времени она так просидела, одному богу известно. Стук больше не повторялся. Пришелец сдался? Она победила? Крепость выстояла? Мари не спешила покидать импровизированного укрытия.

Вдруг заверещал звонок. Испуг больно царапнул сердце, заставив Мари пискнуть, но моментом позже она поняла, что узнает этот надрывно ревущий звонок. Катя? Катя! Но Мари не шелохнулась. Хотела шелохнуться, но засомневалась. А если там все-таки пришелец? Сменил тактику, пытается тем самым обмануть… Но даже если там Катя… вдруг это ее какой-то хитрый план? Эта ненормальная – пусть и с ничтожной вероятностью – может оказаться убийцей…

Визг в прихожей не успокаивался. Неизвестность сводила с ума. Обуреваемая сомнениями, Мари все-таки поднялась и тихонько переместилась в прихожую. Практически прислонившись к двери, хотела заглянуть в глазок, как вдруг услышала из подъезда приглушенный голос.

– Да где же ты? Игнорируешь, что ли? Ты ведь по-любому дома…

Похоже на Катин голос. Потом донеслось тихое клацанье – такой звук издают ногти, когда стучат по сенсорному экрану. Мари заглянула в глазок. Из-за маленьких окон и, скорее всего, пасмурной погоды в подъезде было не очень светло; однако взволнованное лицо Кати, освещенное белым экраном телефона в ее руках, было видно хорошо. Большими пальцами она набирала сообщение.

Убийца?.. Нет же, совсем не похожа.

Мари в несвойственной для себя манере включила свет в коридоре, а затем открыла дверь. Катя несколько мгновений удивленно взирала на Мари, и только робкое приглашение зайти заставило ее очнуться.

– Запри скорее, – дрожащим голосом сказала она, оказавшись в квартире, – на все замки!

Мари так и поступила. Она бы сделала это в любом случае. Затем она посмотрела на девушку. Волосы прилипли к блестящему от пота лбу, лицо немного бледное, грудь вздымается. Что же происходит? Прежде, чем Мари успела озвучить свой вопрос, Катя неожиданно обняла ее, а затем, почти сразу отпустивши, выпалила:

– Горски убили!

Мари, все еще пребывая в замешательстве от внезапных объятий, медленно кивнула.

– Ты знаешь? – спросила Катя, сглотнув слюну.

– …П-п-прочитала новость.

– Я ходила к нему на днях! Он был живой! – Испуг в глазах Кати заставлял и Мари чувствовать себя неуютно. – Столько мне рассказал… – Она тряхнула головой и сказала решительно: – Ты должна пойти со мной!

– Ч-что? – опешила Мари.

– Балда!

Обзывается еще.

– Да не ты! Я балда! В башке каша… – Катя схватилась руками за голову, но почти тут же опустила их. – Я думаю, что кто-то подчищает хвосты, понимаешь? В зоне риска все, кто хотя бы немного заинтересовался этим нераскрытым делом. Именно поэтому оно до сих пор не было раскрыто! Потому что кто-то не хочет, чтобы его раскрыли!

Но это абсурд, подумала Мари. Звучит тупо. Тупо, но почему-то теперь не отделаться от нехорошего скользкого чувства…

Она мыслила логически:

– Т-то, что я н-нашла… в свободном… доступе в интернете. Горски… расследовал еще д-д-десять лет назад… почему его убили… т-только сейчас?

После коротких раздумий Катя всплеснула руками, как бы говоря «не знаю!».

– Я могла… несколько преувеличить проблему, – смущенно призналась она. – Я так перепугалась!

«Почему она не вызвала полицию? Почему приехала сама? Неужто настолько потеряла голову? – не понимала Мари. – Хотя, может, оно и к лучшему, что не вызвала, иначе бы потом были проблемы из-за ложного вызова».

– Подожди, – снова напряглась Катя, – ты же написала мне, что кто-то стучится в твою дверь!

Молчание.

– …Не ты с-стучалась?

– Зачем отбивать себе костяшки, когда есть звонок!

Тогда кто это был? Живот Мари закололо холодными иголками. Сколько прошло времени, прежде чем стук сменил звон? Трудно сказать. Могло пройти как несколько минут, так и пару часов…

– Т-ты видела… в п-подъезде?

– Никого там!

Катя вдруг подошла к двери посмотрела в глазок – ей даже не пришлось вставать на цыпочки, вот что значит нормальный рост. Затем она попыталась открыть дверь, но не совладала с многочисленными замками и попросила помощи. «Хочу осмотреть лестничную площадку», – пояснила она. Мари заколебалась: «А если снаружи поджидает убийца, и Катя его сейчас впустит? Или я слишком много думаю? Может, у меня уже началась паранойя? Нет, Катя нормальная. Успокойся уже. Как она обняла тебя…»

Мари открыла дверь. Катя вышла на лестничную площадку, посмотрела на ступеньки вниз, потом на ступеньки вверх. Мари тоже высунула голову и, как кошка, впервые оказавшаяся в незнакомом месте, настороженно осмотрелась.

– Не знаю, что я искала, – удрученно пробормотала Катя и вернулась в квартиру. Они снова закрылись.

Мари стояла и мяла пальцы в смятении. Катя, прислонившись спиной к стене, о чем-то думала, вперив взгляд в одну точку на полу. Надо как-то ее выпроводить… Сколько она еще собирается здесь находиться?

– Как я и сказала, лучше тебе пойти со мной, – прервала молчание Катя.

Мари поглядела на нее удивленно, а потом покачала головой. Никуда она не пойдет. Нет. Никогда. Исключено.

– Тут что-то нечисто. Не знаю, может, это какое-то дурацкое совпадение, а я нафантазировала много… – неуверенно промолвила Катя. – Пожалуйста, поживи пока у нас.

Мари яростно помотала головой. Она слышать об этом не хотела.

– Пожалуйста! – Катя отпрянула от стены, выпрямившись.

– Нет…

– Мари.

– Н-нет.

– Мне будет спокойнее…

Будет спокойнее, видите ли! Нечто отдаленно похожее на гнев вспыхнуло в груди Мари, как маленькая искорка, как тлеющий уголек. На большее она не была способна по своей природе.

– К-какая тебе разница… что б-будет со мной? Ты видела м-м-меня… один раз.

Катя едва заметно поджала губы, а потом сказала серьезно:

– И что с того? Почему я не могу волноваться за тебя?

Мари даже не знала, что и думать. Услышать такое было неожиданно.

– Взгляни с другой стороны. Опасность обошла тебя стороной сегодня, но может снова постучаться в твою дверь в любой момент. Вместе тебе… нам всем будет безопаснее.

В ее словах присутствовало зерно логики. В следующий раз убийца, возможно, не станет стучаться, а просто вскроет дверь. Пусть лучше он проделает это с чужой квартирой – раз, и чем больше народу, тем больше шансов, что первой умрет не она – это два.

– Я буду только рада, если мои додумки окажутся неправдой, – мягко сказала Катя. – Никто тебя там удерживать не…

– …Х-хорошо, – тихо промолвила Мари.

– Что? – захлопала ресницами Катя.

– Х-хорошо! Дай собраться…

Собирать ей особо было нечего, так что много времени это не заняло. Все еще сомневаясь в принятом решении, Мари заперла квартиру и отправилась вместе с Катей навстречу неизвестности.

5. Детективы-любители

– Я, конечно, все понимаю…

Ян хмуро взирал на стоящих на пороге девушек, скрестив на груди руки. Он бы выглядел грозно, если бы не тапочки с кошачьими мордочками на его ногах. У Кати на губах застыла глупая улыбка.

– …но ты бы хоть предупредила, что приведешь с собой гостей.

– Это получилось неожиданно для меня самой. – Катя смущенно посмеялась.

– У тебя не бывает иначе, – отрезал парень. На несколько мгновений он зафиксировал взгляд на Мари, заставив ту стыдливо спрятать глаза.

– Это Мари, моя подруга.

– Приятно познакомиться, – нейтральным голосом изрек парень. – Ян.

Правила хорошего тона подсказывали, что следует ответить взаимностью, но Мари не нашла в себе смелости. Губы и язык, как приклеенные, отказались говорить слова. Возникшее молчание поспешила прервать Катя; сделала она это с особым изяществом – вернее, с полным отсутствием оного, – отчего и без того неловкая атмосфера, повисшая в прихожей, стала еще хуже.

– Можно Мари немного поживет с нами?

Ян потерял дар речи, его губы беззвучно дергались несколько раз и закрывались, пока он все же не изрек, явно пытаясь сдерживать себя:

– Ты серьезно? Нет, я вижу, что серьезно, но все же хочу на всякий случай уточнить…

– Серьезно.

Парень оставался удивительно неподвижен, как статуя.

– Приведи мне хоть одну причину, почему я должен согласиться. Без обид, но я даже ее не знаю. Даже если она твоя подруга, что с того? И «немного» – это сколько?

Мари чувствовала себя подобранным с улицы котенком; хотелось свернуться в клубочек в незаметном углу, подальше от разборок, от укоризненного хозяйского взгляда. Она хранила молчание, робко наблюдая за происходящим. В сознании бушевала буря. «Малодушная! Зачем поддалась на уговоры Кати? Напугала она тебя… Что страшнее: держать одной осаду пришельцев извне или находиться в чужой квартире в окружении чужих людей?»

– Наверно, я начала не с того, – говорила Катя, собравшись с мыслями. – Знаю, что прошу о многом… и поступаю не очень красиво, но без серьезной причины я бы это делать не стала.

Ян молчал в ожидании объяснений.

– Так вот, почему я убежала, когда прочитала новость…

Рассказ Кати был кратким, но четким и понятным. Выслушав ее, Ян несколько переменился в лице: теперь оно выглядело не столько хмурым, сколько скептичным.

– Погоди, то есть Мари, как ты думаешь, угрожает опасность, и поэтому ты привела ее сюда?

– Ну… да? – неуверенно ответила Катя.

– Чтобы опасность грозила уже всем нам?

Его спокойный вопрос заставил почувствовать вину даже Мари. Что почувствовала Катя в этот момент, можно было только догадываться.

– Я надеюсь, что поспешила с выводами, – тихо промолвила Катя.

– «Поспешила» – еще мягко сказано, – заметил Ян. – Нафантазировала, правильнее сказать.

– Но тот бесхозный стук не дает мне покоя. Я не хочу оставлять Мари одну разбираться со всем… этим.

– Рекламщики, может быть, – развел руками Ян. – Газовики. Дети, в конце концов. Есть куча более простых – и более приземленных – объяснений тому стуку. Почему ты считаешь, что это был именно убийца?

– Не знаю, – слабо пожала плечами Катя.

– Нет, я вижу натянутую связь между Горски и Мари, но объясни мне, каким образом убийца мог узнать, что Мари искала информацию про твоих Марко и еще одного, забыл его имя?

– Мацей, – подсказала Катя.

– Точно. Более того, как убийца узнал, где живет Мари? Ты не думала, что он скорее бы выбрал целью тебя, потому что ты ходила к детективу?

Каждый новый вопрос был как выстрел, и последний добил Катю. Видя, как она расстроилась, парень смягчился.

– Извини за резкость.

– Нет, это мне нужно извиняться. Ты говоришь правильно.

Опять повисло молчание, неловкое, душное, унизительное. Ян потер затылок, протяжно вздохнул и изрек:

– Ладно уж. Пусть твоя подруга остается, если вам так будет спокойнее. Все равно вы уже подготовились, – его взгляд скользнул по небольшой сумке с вещами, висящей через плечо Мари, и остановился на ее лице: – Надолго ты? Вы мне так и не сказали.

Мари запаниковала было, но на помощь вовремя пришла Катя.

– На несколько дней?

– А поконкретнее?

– Пока не минует опасность… – осторожно ответила Катя.

– Конкретнее не стало. – Яна ответ не обрадовал, но допытываться он не стал. – Что ж… чувствуй себя как дома, Мари, – вежливо сказал он. И хотя он пытался этого не показывать, все равно чувствовались исходящие от него холодок и неприятие.

«Не беспокойся, – мысленно ответила ему Мари, – буду тише воды, ниже травы. Мне самой не очень хочется здесь находиться».

– Спасибо, Ян, – сказала Катя. – Большее тебе спасибо.

Он ушел в зал, оставив девушек одних. Катя слабо улыбнулась, как бы извиняясь за произошедшее. Мари потупилась, не зная, что делать, что говорить, как вообще вести себя в новых условиях. От волнения она заметно вспотела, более того, у нее сбилось дыхание, и сейчас она чувствовала себя как после длительной пробежки. В пятки будто врезались иголки.

– Пойдем, – поманила за собой Катя.

Девушка привела Мари в маленькую комнату с раскладушкой, тумбой и шкафчиком для одежды. Из окна открывался вид на чистый двор внизу; небо было затянуто серыми облаками, так что интерьер тоже выглядел немного тускло, холодно, как бы лишенный ярких цветов.

– Теперь это и твоя комната тоже. Будем жить вместе!

«Пожалуйста, нет, только не с тобой, – уныло подумала Мари. – Да и где? Тут будет тесно двоим. Даже с моей… компактностью. Откуда у нее столько оптимизма берется? Не понимаю ее».

Приложив указательный палец к подбородку в задумчивости, Катя взирала на свободное место между раскладушкой и стеной.

– Надо сообразить тебе место для сна, – сказала она. – Я обо всем позабочусь, ты не волнуйся, пока посиди, ладно? Вон, с Яном познакомься. Он нормальный парень и на тебя не злится… на меня, скорее.

У Яна было ангельское терпение, это Мари уже поняла. Видимо, он был привычный к выходкам своей подруги. Впрочем, подруги ли? Какие между ними отношения? Однокурсники? Парочка? Родственники? Не то чтобы ее это интересовало, просто что-то подумалось… Ну, вроде бы Катя назвала его другом. Если, конечно, он тот самый друг, который помог ей найти Горски.

Пока Мари витала в мыслях, Катя незаметно переместилась обратно в прихожую, где в момент обулась, крикнула, что постарается вернуться как можно скорее, на что в ответ получила флегматичное Яново «ага, давай», и выскочила из квартиры. «Не оставляй меня одну на вражеской территории!» – опомнилась Мари, но было уже поздно. Катя, если подумать, и сама не то чтобы союзница, но, по крайней мере, знает, как правильно взаимодействовать с хозяином квартиры.

– Мари, можешь закрыть дверь, пожалуйста?

К слову, о нем. Внезапный голос Яна, донесшийся из другого конца квартиры, кольнул внутренности Мари холодом. Она выполнила просьбу, вернулась в Катину комнату и затаилась. Верный способ избежать проблем – притвориться, что тебя не существует. Так у хозяина будет меньше претензий.

Мари уселась на полу, прислонившись спиной к чемодану, что стоял у изножья раскладушки, достала телефон и стала листать новости на старчане. Незаметно она снова погрузилась в мысли.

Катя – что с этой девушкой не так? Неужто нормисы так себя и ведут? Париться ради незнакомого – ладно, едва знакомого, – человека для них естественно? Наверняка она делает это не по доброте душевной. Сейчас строит из себя добренькую и заботливую, а потом как ошарашит: давай, мол, отрабатывай.

Механическое, почти бездумное ковыряние большим пальцем экрана телефона помогло немного успокоиться. Может, все не так уж и плохо. Пока никто ее не трогает, пока она может заниматься привычными делами, пока ей не нужно с кем-то контактировать…

Катя вернулась через полтора часа с двумя большими и плотными набитыми пакетами в руках. Ян, встретивший ее в подъезде, помог донести их до комнаты, после чего она по-доброму «прогнала» его, сказав, что дальше справится сама. Надувной матрас, подушка и постельное белье – вот, что было в пакетах. Около получаса у Кати ушло на то, чтобы подготовить спальное место. Мари хотела предложить помощь, но застеснялась до ужаса и так и осталась молча наблюдать.

– Вот, можешь ложиться, – улыбнулась Катя.

– С-спасибо… – Мари мельком посмотрела на матрас и тут же отвела глаза.

– Теперь с чистой душой можно и к расследованию вернуться, – сказала Катя удовлетворенно. – Пойдем в зал? Или у тебя, может, какие-то свои дела есть неотложные?

Мари не хотела никуда идти. Ей хотелось, чтобы ее оставили в покое. Но она подумала, что не в праве отказывать, будучи гостей. Так что она с кислым лицом последовала за Катей.

В зале был Ян, он сидел за компьютером. Девушки расположились на диване рядом с ним. Парень почти без остановки что-то печатал на клавиатуре, на экране горели разноцветные строчки кода.

– Ян, ты сейчас не сильно занят? – не сразу и с некоторой опаской спросила Катя.

– Как сказать… – нехотя ответил он, не отвлекаясь от своего занятия.

– Рискую опять нарваться, но… давай продолжим наш разговор.

– Мне казалось, обсуждать больше нечего.

– У меня появилась пара мыслей, пока я ходила по магазинам. В защиту своей версии.

Мари напряженно мяла пальцы. Сердце неспокойно стучало в груди. Она взирала на свои коленки, стараясь не думать, что рядом люди, но их звонкие голоса не позволяли полностью абстрагироваться. Боковым зрением она заметила, как Ян лениво развернулся к ним на стуле.

– Ну и что ты придумала? – почти безразлично спросил парень.

– Тебя не смущает, что Горски убили вскоре после того, как я расспросила его про людей, искавших Черность?

– Не смущает. Обычное совпадение, которому ты придаешь слишком много значения.

– Я бы согласилась, если бы это было единичным случаем. Но совпадений получается много, слишком много. Теперь я знаю, почему повела себя так. Подсознательно я понимала, что дело нечисто!

– Говори прямо: «Я нашла себе оправдание», – кажется, Ян пошутил, однако лицо его было совершенно серьезным, поэтому и шутка больше походила на насмешку.

– Да ну тебя, – фыркнула Катя. – Это ты всегда сто раз подумаешь, прежде чем простой шаг сделать, а я иногда действую инстинктивно.

– Говоришь так, будто это что-то плохое – подумать сто раз.

– Вся жизнь пройдет, пока думать будешь.

– Уж лучше броситься в неизвестность сломя голову.

– Ты тоже будешь думать, спасать человека или нет, которому угрожает смертельная опасность?

– Как минимум оценю обстановку.

Ребята недолго буравили друг друга взглядами. Катя первой моргнула.

– Так или иначе, – говорила она, – троица сетевых дайверов пыталась добраться до Черности – и их убили, Горски пытался докопаться до правды – и его тоже убили. Не нужно быть детективом, чтобы увидеть связь.

– Горски убили, факт. А остальных? Если я правильному помню, нет никаких свидетельств этому.

– Да, но…

– Но?

Катя замешкалась и задумалась, видимо, пытаясь найти объяснение. Она подскочила с дивана и стала расхаживать туда-сюда.

– Может, кто-то пришел свести с твоим детективом счеты, – подкрепил свою версию Ян. – Мало ли кого он за решетку засадил.

– Это детектив, а как ты объяснишь смерти остальных трех? Ты все пытаешься мне доказать…

– А зачем мне объяснять? – перебил ее Ян. – Не путай, я и не утверждал, что их убили. И ничего я не пытаюсь доказать. Мне непонятно, откуда у тебя берется уверенность, что именно твоя теория – правильная. Ты ничего не знаешь. Ты не видела сцены убийства ни в первом случае, ни во втором. Ты оперируешь информацией, которую по большей части нашла в интернете.

– Мари нашла.

– Тем более.

– Но ведь то, что сказал детектив, мы не подвергаем сомнению?

– Думаю, да.

– Хорошо, давай просто обсудим, что я думаю. Неважно, насколько мои предположения правдоподобны.

– Давай попробуем, – терпеливо сказал Ян.

Мари была целиком и полностью поглощена паникой от нахождения в людской компании и почти не следила за разговором. Слова долетали до ее ушей урывками.

– Я знаю мало, не спорю, – говорила Катя, – но я просто не верю, что троица сетевых дайверов умерла естественной смертью почти в одно время. Скажи честно, вот тебе в это верится?

– Не очень. Но в жизни всякое бывает. Бывают же на свете люди, которые не являются родственниками и вообще никак не связаны между собой, но выглядят как двойники.

– Да-а, – неохотно согласилась Катя. – Но совпадение, с которым мы имеем дело, еще более маловероятно. Настолько маловероятно, что его можно объяснить лишь одним образом: это не совпадение. Эти четыре смерти связаны между собой. И тогда возникают вопросы. Был убийца один, или их несколько? Если один, почему в последний раз он застрелил Горски, а не устранил тихо и без следов, как делал раньше? И наоборот: если убийц больше одного, связаны ли они между собой?

– Очевидно, что их убийца был не один. Чтобы убить одновременно в двух разных местах нужно как минимум двое.

– Тоже верно.

– …Мари, все нормально? – неожиданно спросил Ян, остановив на девушке взгляд. Что-то дернулось внутри нее, но внешне она осталась абсолютно неподвижной, только немного подняла глаза.

– Д-да, – тихо ответила Мари и крепче сжала замок из пальцев, покоившийся между колен.

Ян как-то странно посмотрел на Катю, а затем шепнул ей: «Отойдем на минутку». Катя выглядела смятенной, но все же кивнула; они поднялись, переместились на кухню и зашептались. Мари и не думала подслушивать, но так уж получилось – то ли говорили ребята недостаточно тихо, то ли у нее был столь чуткий слух.

– У Мари такой вид, будто у нее болит живот. Зачем ты притащила ее в зал?

– Я не тащила! Я предложила пойти со мной, и она пошла.

– У меня, может быть, сложилось неправильное впечатление, но она какая-то зашуганная. Ты уверена, что она вообще в состоянии тебе отказать?

– …

– Ты же сама видишь. Ведь видишь же. Или предпочитаешь делать вид, что не видишь?

– Она сама решает. Можешь спросить ее, если не веришь.

– Не буду я спрашивать. Короче. Я просто хотел убедиться. Нет так нет, я дальше лезть не буду.

Они вернулись в зал как ни в чем не бывало. Ян занял свое привычное место, а Катя плюхнулась на диван. Мари сделала вид, что ничего не слышала. На лице Кати поначалу было хмурое выражение, но оно быстро испарилось.

– Есть еще один важный вопрос, – задумчиво сказала она.

– Какой еще? – утомленно отозвался Ян.

– Стоит ли опасаться, что убийца придет по наши души.

– Я уже высказался по этому поводу.

– За: мы знаем то же, что и Горски, – рассуждала Катя, проигнорировав замечание Яна. – Если убийца хочет сохранить свои преступления в тайне, он наверняка нанесет нам визит. Против: чем больше он будет убивать, тем больше вероятность, его раскроют. («Еще не факт», – подметил Ян.) Против: знает ли убийца, что мы знаем про его преступления? За: сейчас он не знает про нас, но это может измениться в любой момент.

– П-по…

Мари подала голос внезапно даже для самой себя. Взгляды уставились на нее, и она моментально стушевалась, передумав говорить. Сердце волнительно колотилось в груди. Спина, мышцы рук и ног напряглись до предела, до боли.

– Ты хотела что-то сказать? – мягко спросила Катя.

– Да отстань ты от нее, – с укором сказал Ян.

Мари сглотнула загустевшую слюну и выговорила, запинаясь:

– П-после новости… в интернете много… м-м-много кто узнал… про это… дело.

– «Много»? – засомневался Ян. – Не думаю, что у северградского сайта с новостями так уж много посетителей, ну, может быть, по телевизору репортаж показывали…

Мари яростно помотала головой, затем достала из кармана штанов телефон, открыла сайт и показала ему увиденную дома новость.

– О-о? – Ян с интересом выгнул бровь. – Да Горски теперь знаменитость!

– Что там, что там? – взбудоражилась Катя, взгляд у нее стал как у ребенка, которого поманили сладостью.

– Секунду…

Клацая мышью, парень открыл на своем экране новость, что показала Мари. Катя живо поднялась с дивана и встала сбоку от Яна, чуть наклонившись. Вдвоем они стали читать. На несколько минут в зале повисла полная тишина.

– М-да, – изрек парень. – Если убийца и пытался скрыть свои преступления, то здорово облажался. Теперь про него знают не только в Северграде. И даже про твою дурацкую теорию тут написали, Кать.

– Что-то не так… – неуверенно ответила она.

– Что на этот раз?

– Можешь вернуться в самое начало?

– Можешь.

Парень нажал курсором на треугольник в углу страницы, и она быстро прокрутилась вверх. Глаза Кати снова забегали по строчкам на экране. Не прошло и десяти секунд, как она вдруг вскрикнула:

– Ага!

– В ухо-то зачем орать? – сердито сказал Ян.

– Смотри! – ткнула Катя пальцем в монитор. – Этого не было в новости, которую ты мне показывал! Здесь написано: «соседи почувствовали характерный запах». Интересно, сколько должной пройти времени, чтобы люди почувствовали запах трупного гниения?

Ян озадаченно наморщил лоб.

– Есть еще кое-что.

– М?

– Не заметила?

– Колись давай!

– Даю подсказку: «труп нашли соседи».

– Ну, нашли… И что? Давай без загадок. Просто скажи, что ты понял!

– Кто у нас тут играет в детектива? – ухмыльнулся Ян. – Вот и не выходи из образа.

Ладонью Катя легонько пихнула его в спину.

– Ладно, ладно, – сдался парень. – Заголовок говорит: «детектив найден мертвым в своей квартире». Еще здесь написано, что труп обнаружили соседи. Складываем одно с другим и получаем вопрос: как соседи попали в чужую квартиру?

– Вскрыли дверь?

– Какому нормальному человеку придет в голову вскрывать дверь в чужую квартиру? Даже… нет, тем более если оттуда несет трупом? Вот полиция могла бы вскрыть, но про это в новости ни слова.

– У кого-то из соседей был ключ?

– Возможно, но маловероятно. Все еще холодно. Ты ходишь вокруг да около.

Катино лицо озарило понимание, и она победно воскликнула:

– Дверь была не заперта!

– В яблочко.

Эмоции на лице девушки менялись как в калейдоскопе. Триумф резко сменился замешательством, а на место замешательства через несколько мгновений пришла глубокая задумчивость.

– Но почему дверь была не заперта? Погодите, что если… А что, если Горски сам открыл дверь убийце? Нет, погодите, пока молчите, сейчас… – Она помассировала виски пальцами, как бы стимулируя мыслительный процесс: – Слушайте, вдруг детектива убили сразу после того, как я ушла от него? Серьезно! Горски, наверно, и открыл убийце без задней мысли, потому что подумал, что зачем-то вернулась я. Тут-то его и застрелили. Вот так это мне представляется. Но… только я не заметила никого подозрительного, когда уходила. – Она положила пальцы правой руки на губы и задумалась.

– Кать, – голос Яна немного дрожал.

– Ч-что? – девушка и сама дрожала от волнения.

– Нужно сообщить в полицию.

Мари, ошарашенная, просто молчала. Она и представить не могла, что ее несмелое замечание выльется в подобный срыв покровов.

***

Часы показывали семь вечера с небольшим, так что поездку в полицию решили отложить на завтра. Мари больше не держали заложницей в зале, так что она с радостью вернулась в Катину комнату и села там же, где сидела до этого – у чемодана. Потом в комнату зашла Катя и спросила, почему Мари сидит на полу, а не на своем матрасе. «Уд-добно», – ответила Мари. Назойливая девушка не поверила, но донимать не стала и, к счастью, опять куда-то ушла.

Время тянулось невыносимо медленно, и лазанье по интернету совсем не помогало. Ночью Мари спала плохо, противные мысли жужжали в голове как мухи, еще и Катя, спавшая по соседству, не давала расслабиться. И нет, дело было вовсе не в слоновьем храпе, который, казалось бы, женщина не способна издавать, и не в том, что она растянулась на раскладушке подобно морской звезде. Просто спать в одной комнате с другим человеком для Мари было дикостью.

На следующий день ближе к полудню Катя с Яном уехали в полицию. Мари вздохнула с облегчением – хоть немного можно побыть одной. Полулежа на матрасе, она просматривала старчан. В какой-то момент, зайдя в очередной тред, она заметила объявление об идущем сейчас стриме Изгоя478.

Кто он такой? Изгой478 – или izgoi478, или out$ider – был довольно известным в отечественном интернете стримером. Начинал он на старчане, там же формировалась его аудитория. Он понимал местный сленг, понимал, о чем думают и как думают местные обитатели, а потому был у них популярен. Ныне его популярность вышла далеко за пределы старчана, да и сам он изменился: немного социализировался и в суждениях стал не так радикален, как прежде, но про свои истоки тем не менее не забыл. Ходили слухи, что он проживает где-то в Северграде, но подтверждений тому не было.

Мари никогда не смотрела его стримы, да и вообще была не фанаткой подобного времяпровождения. И все же, ведомая секундным всплеском любопытства, она щелкнула по ссылке в объявлении.

Три тысячи с лишним зрителей. Нехило. Изгой что-то активно обсуждал со зрителями, которые ежесекундно написывали в чат. Тут Мари обратила внимание на название стрима, и ее сердце екнуло.

Раскрываем нераскрытое дело!!!! Ищем Черность!!1 Ваш покорный слуга теперь детектив!!

Мари быстро прибавила звук и стала слушать. Изгой разглагольствовал про тройное убийство, даже ссылался на созданный ею неделю назад тред (с ума сойти, вот он эффект бабочки!), вот только теории его были абсолютно сумасшедшие. К примеру, он серьезно заявлял про контроль разума, мол, погибшие нарочно перестали дышать, оттого задохнулись и оттого их смерти выглядят такими загадочными.

Зрители тоже не отставали, подкидывая в чат все новые и новые идиотские теории. Будто маленькие вредные гремлины, они бесились, шутили цензурно и не очень, весело поливали друг друга помоями, поливали помоями любимого стримера – словом, вели себя как обычно.

– Э-э, не, чувак, я твой провокационный ник читать не буду… – Изгой отвлекся на чат. – «Ты видел новость про умершего детектива?» – зачитал он сообщение и раздраженно фыркнул. – Народ, вы меня заколебали этим вопросом. А почему я, думаете, провожу стрим? Потому что нужно закончить дело, которое он начал! У меня обострилось чувство справедливости!

Изгой потер смешную козлиную бородку и начал строить новые теории, одна круче другой. Теперь Горски оказался путешественником во времени, сбежавшим из прошлого, чтобы спастись от смерти, ведь на самом деле он четвертый подельник той несчастной троицы, но неумолимая смерть все равно настигла его в будущем, то есть уже настоящем! Откровенно говоря, происходящее на стриме действо походило скорее на спектакль, нежели на попытку, хоть и любительскую, расследовать дело.

Затем Изгой обратил внимание на другой вопрос из чата:

– «Почему ты вдруг заинтересовался этим? Ты же говорил, что тред про Черность – бред шизофреника, а сейчас сам как шизофреник выдумываешь офигительные истории». Дружище, когда посыпались новости про дохлого детектива, я понял, что был не прав. Скажите, «переобулся»? Да, переобулся. Вы же любите меня обвинять в переобувании независимо от ситуации, так что вот вам, радуйтесь, вы наконец-то оказались правы.

Мари закрыла стрим. Смотреть было не на что – не расследование, а какое-то ребячество.

Катя и Ян вернулись ближе к трем часам дня. Они зашли в квартиру, что-то обсуждая. Девушка говорила очень оживленно, парень отвечал односложно и без особого энтузиазма. Они переместились в зал, откуда еще некоторое время доносились их голоса. Из их разговора стало понятно, что полиция до сегодняшнего дня была не в курсе про третьего мертвеца из далекой страны. Выяснился и другой любопытный момент.

– Ты, кстати, обратила внимание? – спросил Ян, своим вопросом ненадолго заткнув подругу. – Один полицейский обмолвился, что выстрелов в подъезде никто не слышал. А если верить новостям, выстрела было два.

– Получается, во всем подъезде во время убийства никого не было дома? – предположила Катя.

– Ну да, конечно, – усмехнулся Ян. – А попроще варианты ты принципиально не рассматриваешь?

– А ты опять загадки загадываешь, – буркнула Катя. – Если уж додумался, говори, не подтрунивай надо мной.

– В чем смысл, если я додумаю все за тебя? Я всего лишь глуповатый товарищ детектива, который задает вопросы с очевидным ответом, – сказал он иронично, а затем прочистил горло: – Так уж и быть, раз детектив пока не в форме, помогу еще раз. Мне кажется, что убийца использовал оружие с глушителем. Это ближе к реальности.

– Заморочился…

– Не то чтобы заморочился. Себя выдать не хотел просто.

– От полиции мы ничего толком не узнали, – сказала Катя после короткой паузы, взятой на обдумывание. – Да и сомневаюсь, что они стали бы делиться с нами подробностями, спроси мы их. Надо вернуться в дом Горски и расспросить соседей.

Ян протяжно вздохнул. Было слышно, как скрипнул стул, – видимо, он резко опустился на него.

– Что ты там надеешься найти? Вряд ли ты узнаешь что-то новое про своих мертвяков… Стой, только не говори мне, что ты собралась искать убийцу, – сказал он спокойно, но голос его быстро похолодел: – Это уже за гранью. Это может быть опасно, Катя. Без шуток.

– Я… еще ничего не говорила.

– По тебе все и так видно.

– …Убийца может привести к разгадке, – негромко заметила Катя. – Ты же не станешь это отрицать?

– А еще он может привести к твоей преждевременной кончине. Слышать даже не хочу твоих оправданий, – отрезал Ян.

Тишина – неприятная, колючая; даже Мари, находясь в другой комнате, почувствовала, как воздух наэлектризовался. Однако в следующий момент Катя разрядила обстановку.

– Ты прав, – промолвила она примирительным тоном. – Я просто… теоретически сказала. – Не получив поддержки со стороны Яна, она добавила: – Даже теоретически это звучит глупо, согласна… Я буду искать правду медленно, но без риска для жизни. Идет?

– Ты не меня уговаривай. Мне ты можешь говорить, что угодно. Ты себя лучше спроси, зачем ты этим занимаешься.

– Мне нужно узнать правду! Это не фанатизм, но… важно. Я не хочу никому доставлять неудобств! И подвергать кого-то риску…

Катя высказалась немного сбивчиво, но от чистого сердца. Во всяком случае, так показалось Мари.

Ян снова вздохнул. Вздыхал он из-за Кати часто.

– Как знаешь. Своя голова есть на плечах, – изрек он. Слова подруги его не убедили. – Я не буду читать тебе нотации.

Около минуты они сидели в тишине, пока Катя не сказала:

– Я все-таки съезжу туда. Не из-за убийцы! – спешно добавила она. – Удостоверюсь… что ничего важного не упустила.

Ян ничего не ответил. Да и что тут можно было еще добавить?

В коридоре послышались шаги. В комнату к Мари зашла Катя, взяла свой телефон с тумбочки, отсоединила его от зарядки и сунула в карман джинсов. Мари колебалась, колебалась и все-таки выдавила из себя слова:

– М-можно я…

Катя застыла посредине комнаты с вопросом на лице. Вообще Мари не горела желанием мотаться по Северграду (к тому же в дневное время, когда всюду люди), но и оставаться один на один с человеком, который ее сюда не звал и терпит ее присутствие только по сердечной просьбе подруги, было не лучше. Что так, что этак – одинаково паршиво, но чувство стыда в итоге пересилило все остальное, и она выбрала второй вариант.

– Я с т-тобой, – почти прошептала девушка.

Катя опешила на мгновение.

– Не шутишь? – понизила она голос.

Мари легонько кивнула.

– Тебе не стоит ходить со мной, – сказала Катя. – Ян меня сожрет. Хотя меня радует, что тебе тоже интересно.

Было немного интересно вначале, пока не пришлось покинуть свой дом. Теперь мысли большую часть времени заняты другим: существует ли угроза и как скоро можно будет убраться отсюда.

– Я п-пойду, – повторила Мари, поднявшись на ноги.

Катя посмотрела на нее так, словно собиралась возразить, но затем пожала плечами, видимо, передумав.

– Ладно, пойдем.

В прихожей девушки пересеклись с Яном. Он наградил Катю осуждающим взглядом, как бы спрашивая: «Тащишь с собой Мари? Уже забыла свои слова?» Он ничего не сказал, только неодобрительно покачал головой и продолжил свой путь в ванную.

На улице дул сильный прохладный ветер, затрепавший штанины сразу, как Мари вышла из подъезда. Она накинула капюшон толстовки – не только чтобы утеплиться, но и чтобы скрыть лицо от чужих взглядов.

Девушки сначала шли, потом ехали в полном автобусе (что стало сущей пыткой для Мари), потом опять шли. Куда ни сунься, везде виднелся возвышающийся над городом небоскреб, словно исполинское зеркало, словно дозорная башня – главная и единственная архитектурная достопримечательность Северграда. Богатенький парень среди деревенских; гений, окруженный посредственностью.

Дом, где раньше жил убитый детектив, ничем не выделялся. Та же хмурая коробка с блеклыми окнами, в подъезде – грязно, старо и неприятно пахнет. Девушки поднялись на третий этаж и увидели опечатанную полицейскими дверь. Катя достала блокнот с ручкой из заднего кармана джинсов, осмотрелась и что-то записала. Затем она постучалась в соседнюю квартиру. Через несколько секунд дверь приоткрылась, и наружу наполовину высунулся угрюмый толстяк.

– Чего надо?

– Здравствуйте! Мы корреспонденты «Северного вестника». Мы хотели бы расспросить вас про недавнее убийство, произошедшее в вашем доме. Не могли бы вы…

– Не мог бы.

Дверь громыхнула, чуть не прищемив Кате нос. Ее это не остановило – она пошла пытать счастья у другой квартиры. Но ее снова ждал отказ: «Я все рассказал полицейским, до свидания!» Следующая квартира: «У меня нет времени чесать языком». Дальше! Тишина. Дальше! «Мама сказала не открывать незнакомцам!» Дальше, дальше! «Вот вам заняться нечем, девчонки! Может, лучше ко мне зайдете?» Ужас! Дальше! «Убирайтесь к чертовой матери, мошенники!» Дальше!..

Им открыла женщина за пятьдесят и на дежурную Катину фразу неожиданно пригласила зайти. Девушки приняли предложение. Притворив за ними дверь, женщина сказала: «Полицейские тоже приходили ко мне, теперь журналисты ходят, вы уже не первые, но я не против с вами поболтать. А я попаду в новости?» Катя соврала, что обязательно попадет как главный информатор по делу, и принялась расспрашивать женщину.

Мари пропустила большую часть их разговора – ее внимание привлекли коты, которые, высунув пушистые головы из комнаты неподалеку, настороженно наблюдали за гостьями большущими желтыми глазами. Она насчитала семерых, и все были черные-черные, как бездна.

– Я люблю смотреть вон в то окошко, – заговорила женщина громче, и Мари переключила внимание с котов на нее. – Смотрю на дорогу, смотрю на прохожих, дышу воздухом. А, помню! Видела я тебя тем злополучным днем.

– Вы уверены? – спросила Катя.

– Еще бы.

– Раз так, вы не заметили тогда что-нибудь подозрительное? – Женщина задумчиво подняла глаза к потолку, и Катя задала более четкий вопрос: – Кто-то заходил в ваш подъезд сразу после того, как из него вышла я?

– Не помню такого, – покачала головой женщина. – А вы разве сами не помните? Вы должны были пересечься с тем человеком…

– В том-то и дело. Я никого не видела.

– Вспомнила! – женщина аж легонько хлопнула в ладоши. – Я обратила внимание на бизнесмена, который стоял под моими окнами. Ты прошла мимо него, я поэтому тебя и запомнила.

– …Интересно, – озадаченно промолвила Катя. – Как он выглядел?

– Ну, пиджак, брюки, галстук… Статный мужчина. Высокий, симпатичный. Поэтому я и заметила его, – хохотнула женщина. – Я понаблюдала за ним: он стоял, будто кого-то ждал. Но потом незаметно исчез, когда я отвлеклась.

Катя задумалась, приложив пальцы к подбородку. «Чайку, девчонки?» – вдруг предложила женщина, но Катя вежливо отказалась, поблагодарила ее за помощь, и они с Мари спешно ушли. Далее девушки пробовали стучаться в другие квартиры, но безуспешно. С полученными крупицами информации они покинули дом и направились к автобусной остановке.

– Как думаешь, – говорила Катя, – может ли тот «бизнесмен» оказаться убийцей?

Мари неопределенно дернула плечом.

– Мне не дает покоя его одежда, – продолжала Катя. – Она немного выделяется, мне кажется. Деловой стиль привлекает глаз. Посмотришь на такого мужчину и думаешь: «О, он хорошо зарабатывает», или «Он какая-то важная шишка!», или даже «У него, наверно, сегодня праздник». Ну, я бы так подумала, – она усмехнулась себе, но быстро посерьезнела: – Это был простой прохожий. Убийца использовал оружие с глушителем, значит, он подготовился к убийству, а раз так, он наверняка был одет во что-то более неприметное.

Если только он не надел деловой костюм специально, чтобы отвести от себя подозрения. Чтобы все подумали, что для незаметного убийцы он выглядит слишком заметно, и вычеркнули его из уравнения. Но это, конечно же, бред. Так бывает только в кино.

Тут Мари вспомнила. Наверняка это заинтересует Катю. Она достала телефон, включила стрим Изгоя (который еще не закончился и теперь назывался «Раскрываем нераскрытое дело!!!!1 Марафон 24 часа!»), выкрутила громкость на максимум и показала экран Кате.

– Что такое? – обратила та внимание.

Девушки остановились. В следующий миг Катины глаза округлились:

– Он тоже расследует это дело? – вознегодовала она, будто расследование принадлежало ей и только ей. – Сколько-сколько его смотрит? Я тоже должна быть в их числе!

Всю обратную дорогу она не отрывала взгляда от стрима на своем телефоне. Уже дома она первым делом устремилась в зал и заняла свободный компьютер. Мари хотела спрятаться в «своей» комнате, но вдруг боковым зрением заметила силуэт Яна в том направлении. Лишний раз пересекаться с ним не было никакого желания, поэтому она выбрала меньшее из зол – Катю.

Широкий монитор показывал стрим Изгоя. Времени последний зря не терял: на листе ватмана, приклеенном к стене с невыразительными обоями, виднелась подробнейшая рукописная схема расследования с множеством фамилий, событий и дат. Выглядела эта схема как каракули сумасшедшего.

– Я отошел всего на пять минут, а вы уже захватили мой комп, – незаметно подобрался к девушкам Ян.

Сердце Мари дрогнуло в испуге, и она сделала пару шажков вбок, увеличив дистанцию между собой и парнем. Они стояли за Катиной спиной: Мари по левой плечо, парень – по правое.

– Просто на твоем экране лучше видно, что тут написано! – оправдалась Катя, не отлепляя глаз от монитора.

Со скептическим лицом Ян с минуту следил за действом на экране, а затем резюмировал:

– Как этот клоун столько зрителей собирает?

«Ты сам же ответил на свой вопрос», – мысленно сказала ему Мари. Ян уселся на диване, раскинув руки по спинке. Дистанция между ними увеличилась еще на три-четыре шага, и Мари смогла немного расслабиться.

Катя, не обращая внимания на внешние раздражители, сосредоточенно слушала стрим, делала короткие пометки в блокноте, иногда поглядывала в зрительский чат, записывала что-то и оттуда. В один момент она, не закрывая вкладки со стримом, открыла С3ть, нашла страничку Изгоя и пробормотала:

– Ему можно написать…

– Что ты задумала? – с опаской в голосе спросил Ян.

– Было бы неплохо с ним встретиться.

– Пожалуйста, только не говори, что ты всерьез.

Но она была абсолютно серьезна. Именно это сказал ее взгляд, когда она молча посмотрела на Яна. В следующий момент она достала телефон и стала быстро-быстро набирать большими пальцами сообщение.

– Думаешь, он согласится с тобой встретиться? – с сомнением спросил Ян.

– А почему нет? – Катя ответила вопросом на вопрос, не открываясь от своего занятия.

– Я предположу, что у него и без тебя куча фанаток. Не одна ты ему каждый день написываешь…

– Сильно сомневаюсь насчет фанаток.

Катя вряд ли что-то знала, но попала точно в цель. Изгой даже с нынешней популярностью был совсем не тем человеком, который собирает вокруг себя толпы фанаток. Закончив набирать сообщение, девушка изобразила правой рукой знак мира, выпятила грудь и сфотографировала себя.

– Готово, – удовлетворенно объявила Катя и тыкнула пальцем по экрану еще пару раз.

– Я все еще наивно надеюсь, что ты просто сфоткала себя, потому что вдруг захотелось, и не отправила фото стримеру-идиоту.

– Отправила.

Рука Яна с характерным шлепком легла на его лицо. У нормисов с этим вообще проблем нет, подумала Мари. Ноль комплексов, ноль мыслей, ноль опасений. Счастливые люди.

– А ты не думала, что он сейчас покажет твое фото зрителям? – негодовал Ян. – Решила стать знаменитостью? Всеобщим посмешищем?

– С учетом того, что я ему написала, – нет, не покажет, – без тени сомнений ответила Катя. – И вообще-то я залепила лицо стикером.

– Ну конечно, ведь стикер на моське решает проблему!

Изгой на мониторе отвлекся на свой телефон. Смотрит Катино сообщение? В его взгляде отразилось легкое удивление, которое, однако, почти сразу сменилось недоверием. С противной ухмылкой на губах он настрочил ответ.

– Опять тролли всякие гадят в личку, – сказал он. – Звиняйте, народ, отвлекся. Итак, возвращаемся…

Телефон Кати коротко провибрировал.

– Сигну ему подавай, – прочитала она ответ. – Ожидаемо.

Катя взяла из органайзера рядом с монитором черный маркер, написала на левой ладони сегодняшнюю дату, подняла ее в приветственном жесте и сфотографировалась еще раз. Опять написала Изгою.

По стриму была прекрасно видна его реакция. Прочитав новое сообщение, он удивился пуще прежнего. Затем его губы растянула противная, как у озабоченного старикашки, улыбка.

– Так, народ, минутку потерпите, у меня опять тут важные переговоры…

Короткая вибрация; Катя проверила телефон.

– Вот и все. Завтра в полдень у него дома, – сообщила она, довольная собой.

Ян закатил глаза.

– Готова поспорить, сейчас Изгой очень заинтригован. Я еще написала ему, что, может быть, приведу с собой подружку-красотку, – добавила Катя, заговорщически подмигнув Мари.

«Красотку»? Да она издевается. Впрочем, вовсе неудивительно, что Изгой согласился на встречу. Можно вытащить человека со старчана, но старчан из человека – никогда. Это отпечаток (или, правильнее сказать, клеймо) на всю жизнь. Подобно умелому манипулятору Катя сыграла на струнах потерянной стримерской души, сама того не подозревая.

– Давай кое-что проясним, – взгляд Яна был острее любой шпаги. – Ты намылилась к нему в гости? К этому фрику? У тебя совсем страха нет? Ты не оставляешь мне другого выбора, как пойти с тобой.

Катя заулыбалась.

– Да я только рада буду, если ты со мной пойдешь.

– …Зараза, – пробурчал Ян, но Катю это раззадорило еще пуще:

– Вместе пойдем, вместе пойдем! – чуть ли не пропела она. – И Мари с нами пойдет! Правда, Мари?

Взгляды резко уставились на молчаливую девушку.

– Д-да, – проронила Мари. Вообще-то она хотела сказать «нет», но язык ее ослушался. Хотя дело было не только в нем. Когда на тебя так давят взгляды, тут хочешь – не хочешь, а скажешь, что от тебя требуют.

Катя закрыла стрим, потянулась и поднялась со стула.

– Как насчет поужинать, ребят? Я жесть как проголодалась.

– Я тоже не прочь поесть, – согласился Ян.

А вот Мари, хоть и чувствовала голод, была намерена отказаться от еды. Когда она представляла, как сидит за одним столом вместе с Катей и Яном, ее начинало мутить. Как можно есть в таком состоянии? Кроме того, это было унизительно, – что ее, незваную гостью, будут кормить за чужой счет. Лучше сейчас потерпеть (в конце концов, организм привыкший), а затем при удобном случае купить съедобной мелочовки в ближайшем магазине.

Увы, этому плану не суждено было претвориться в жизнь. За Мари высказался желудок, проурчав на весь зал. Отнекиваться было бессмысленно. Она густо покраснела, а Катя весело сказала: «Значит, единогласно».

Ян с Катей ушли на кухню; Мари не сразу, но неуверенно последовала за ними. Постояла у дверного косяка, пока они накрывали, все пытаясь найти наиболее естественную позу для стояния столбом, но никак не могла понять, куда деть руки – то ли их лучше скрестить, то ли спрятать за спиной, то ли убрать вообще в карманы толстовки… Какие бы сочетания ни пробовала, она все равно чувствовала себя не в своей тарелке.

– Да ты садись пока за стол, – видимо, заметив ее мучения, сказала Катя. – Мы сейчас все приготовим.

Мари подчинилась, заняв ближайший стул. Смущенно потупив взгляд, она терпеливо ждала. Ей одновременно хотелось и есть, и сбежать отсюда. Наконец, ребята закончили накрывать стол и заняли свои места.

– Готовила наспех, так что ужин сегодня без выдумки, – сказала Катя. – В следующий раз, когда времени будет побольше, приготовлю что-нибудь поинтереснее.

О чем она? Зачем прибедняется? Даже простая гречка с не менее простой сосиской были в разы лучшей пищей в сравнении с тем, что обычно ела Мари.

– Тебе всего лишь нужно перестать заниматься всякой ерундой, – безучастно заметил Ян, погрузив ложку в горку гречки. – Ты удивишься, сколько времени у тебя освободится.

Катя пихнула его локтем в бок.

Ужин прошел спокойно. Мари была полностью сконцентрирована на своей тарелке. Мир за пределами узорчатых керамических краев как бы перестал существовать. Ела она неспешно (чтобы не дай бог не закончить первой) и старалась не звенеть столовыми приборами.

Ян наелся. Подавив отрыжку, он поблагодарил за еду, поднялся, поставил пустую тарелку в раковину и покинул кухню. Мари немного ускорилась с поглощением своей порции – к тому же она заметила, что Катя тоже почти закончила. Встали из-за стола девушки почти одновременно и вместе подошли к раковине. Катя открыла воду с явным намерением помыть посуду. Мари подумала предложить помощь, чтобы хоть как-то оправдать свое присутствие в чужом доме, но робость и неуверенность снова встали у нее на пути.

– Спасибо, – сказала она тихо. Катя не услышала из-за шума воды.

Часы, висевшие над дверным проемом, показывали девятый час. Приближалось время ложиться спать. Ну, для нормальных людей. Мари в это время, как правило, только просыпалась, – однако ее привычный распорядок дня был безнадежно сломан. Приходится жить по чужим правилам, и поэтому…

– М-м-можно…

– Что такое? – спросила Катя, тщательно натирая губкой тарелку.

Мари одной рукой мяла пальцы на другой.

– М-можно… мне опять… использовать… в-ванную?

– Конечно! – Катя замерла, бросив на покрасневшую девушку изумленный взгляд, а затем добавила наставительно: – И не вздумай больше спрашивать разрешения! Если надо, используй!

– С-спасибо.

– И не нужно благодарностей!

Прокравшись через зал мимо Яна, развалившегося на диване с толстой книгой в руках, она взяла в «своей» комнате сменное белье с пижамой и, не оглядываясь по сторонам, юркнула в ванную.

Струйки горячего душа, ударившие в лицо, привели Мари в чувство, смывая прилипшие подобно грязи нервозность и напряженность. Закрывшись в ванной, отгородившись от остальной части квартиры, она почувствовала себя в естественной обстановке.

Одна. Наконец-то.

Мари не хотелось покидать этот теплый островок безмятежности, но в какой-то момент она все же заставила себя закрыть кран. Ей показалось, что она стоит под душем уже очень долго, почти целый час.

Вернувшись в комнату и легши на матрас, Мари проверила время на телефоне. Всего полдевятого, можно было еще чуть-чуть задержаться… Она развернулась лицом к холодной стене и попыталась абстрагироваться, просматривая старчан.

Ближе к девяти в комнату зашла Катя, разгоряченная после ванной, и спросила: «Нужен свет?» Получив от Мари отрицательный ответ, она выключила его и залезла на раскладушку. Послышалось, как клацают ее ногти по экрану телефона. Так продолжалось еще полчаса.

В воздухе висело молчание. Спать никто пока не собирался.

– Мари? – вдруг тихонько позвала Катя. Ее пальцы больше не клацали. – Ты же еще не спишь?

Мари не шелохнулась. Что за глупый вопрос? Видно же свет от ее телефона.

– …Что? – все же отозвалась она.

– Если тебя что-то беспокоит, ты не стесняйся, говори. Не конкретно сейчас, а вообще. Я понимаю, тебе непривычно… и готова помочь. В конце концов, это я тебя сюда притащила.

Что она говорит? Что эта нормальная во всех смыслах и самая что ни на есть обычная девушка может понимать? Ведет себя так, будто они подружки какие-то. Тошно аж. Все это лицемерие. Ложь. Нормисы лгут друг другу, а иначе бы они не могли заводить столько друзей. «Друзей». Одно название.

Плевать, подумала Мари. Она свалит отсюда через день-два, когда окончательно убедится, что угроза ее жизни – выдуманная, это уже решено, и больше ни с Катей, ни с Яном она никогда не увидится.

И все будут счастливы.

Так и не дождавшись ответа, Катя промолвила:

– Спокойной ночи, – и развернулась к окну.

6. Ажиотаж

Странный сон посетил Мари ночью. Это был даже, скорее, не сон, а смутное воспоминание из детства, вдруг поднявшееся из глубин сознания.

Белые стены. Белый потолок. Хмурый вид за окном. Бескрайнее белое одеяло, белая простыня, огромная белая подушка под головой. Сознание мутит, лоб того гляди расплавится, мысли путаются, теряются, обрываются. Тело бьет дрожь. Взгляд не в состоянии зацепиться за что-либо и все тошнотворно крутится, крутится, как в зарождающемся вихре урагана.

У кровати возвышается размытое пятно, отдаленно похожее на человека. Наверно, врач. Но пятно не белое… Врачи ведь одеты в белое? Значит, кто-то другой. Кто же это тогда? Мама пришла проведать? Конечно, мама. Или папа. А больше некому. «Выздоравливай скорее», – шепчет голос, и в следующее мгновение мокрый лоб ощущает ласковое прикосновение холодных пальцев.

Проснувшись наутро, Мари чувствовала себя разбитой и обессиленной, будто накануне пробежала марафон, – должно быть, биологические часы, привыкшие к ночному бодрствованию, протестовали против насаждаемого им нового порядка. Не смея подниматься из постели, она терпеливо дождалась, пока проснутся остальные, лазая в интернете.

Ребята позавтракали яичницей с беконом, на скорую руку пожаренную Катей, затем по очереди умылись, привели себя в порядок (Мари приучала себя расчесываться каждый день) и вместе отправились к Изгою.

Ехали сначала на одном автобусе, потом на другом. Всю дорогу Мари не отрывала взгляда от серых облаков за окном, стараясь не обращать внимания на стоящих рядом людей. Выйдя на нужной остановке, ребята пошагали дворами и вскоре добрались до блеклой десятиэтажки, один из торцов которой был изуродован безвкусными, неумелыми и просто оскорбительными граффити.

– Вроде бы этот дом. – Катя бросила взгляд на экран телефона. – Адрес совпадает.

Подъезд был хоть и обшарпанный, но чистый. Лифт не работал, а потому последовал изнуряющий подъем по лестнице на девятый этаж. Ребята запыхались (а Мари и вовсе чуть не померла), но цели – квартиры с номером 99 – достигли. Катя вдавила указательным пальцем кнопку звонка и… ничего не произошло. Нажала еще дважды, и стало понятно, что звонок нерабочий.

– Неправильно ты делаешь, – сказал Ян. – Смотри, как надо.

Он бахнул кулаком по двери. Второй раз ударить не успел, хотя руку уже занес, но в такой позе и замер. Девушки тоже замерли. С удивленными лицами ребята наблюдали, как дверь со скрипом приоткрылась внутрь квартиры.

– …Видимо, он нас ждет? – прервал Ян смятенной молчание. – Заходим?

Никто не возразил. Они неуверенно зашли в квартиру, и Катя громко поздоровалась, пытаясь дозваться до хозяина. В ответ – тишина.

– Странно. Стука не слышит, меня не слышит, – нахмурилась Катя. – В наушниках, что ли, сидит? – Она глянула в телефон, который последние минут двадцать постоянно держала в руке. – Я написала ему, что мы подходим, но он до сих пор не ответил. Хотя в С3ти показывает, что он онлайн…

Это было не совсем правильно, но ребята, поколебавшись, все же решили пройти дальше. Пол в коридоре был грязный, в каких-то жирных пятнах и пыли. Ян, поморщившись, передумал разуваться; девушки тоже не стали.

Они заглянули в комнату, что находилась к ним ближе всего. Внутри царил беспорядок; это была будто не комната даже, а хлев в миниатюре. Кругом валялись непонятные фантики, комки использованных салфеток, окурки, ношенные носки, опустошенные упаковки «Мияши» и бог знает что еще. Но самой свиньи, то бишь Изгоя, тут не было.

– Может, он куда-то убежал по срочному делу и забыл запереть квартиру? – предположила Катя. – Или настолько беспечен, что не запирает вовсе. – Перешагивая через мусор, она подошла к незашторенному окну, в котором виднелись крыши соседних, более низких, домов.

– Вряд ли. Он, скорее, на балконе курит, и потому ни фига не слышит, – заметил Ян, стоя вместе с Мари в дверном проеме. – Зря ты туда полезла. Давай обратно, пока у нас проблемы не начались. Подождем хозяина в подъезде. Даже если он забыл закрыть дверь, получится очень неловкая ситуация, когда он увидит нас. Как бы до скандала не дошло.

– Чего ему скандалить? Мы же с Мари пришли, как и обещали.

– А речь не о вас.

– Ой!

Катя споткнулась о гору мусора на полу и чуть не упала, успев вовремя ухватиться за стоящий поблизости стол с дорогущим на вид компьютером на нем. Проснулся широченный монитор.

– Да ты прикалываешься, – вздохнул Ян. – Не ушиблась?

Но Катя не ответила. Неподвижно, как скульптура, она взирала круглыми глазами на горящий экран монитора.

– Ребят… – взволнованно позвала она, не отрывая взора, – вы должны это видеть.

Мари и Ян озадаченно переглянулись и подошли поближе. На экране виднелась открытая страница С3ти – Изгой переписывался с кем-то. У «кого-то» был аватар-заглушка – такой автоматически ставится у новых профилей по умолчанию, – а ник представлял собой мешанину из цифр и букв.

>Приветствую.

Не отвлекаю?

>Ку. Кто это?

>Поклонник. У меня

есть к Вам одна

просьба. Вернее,

предложение.

>Какое предложение?

Если что-то

незаконное, я пас.

>«Незаконное»?

Должно быть, Вас

смутил мой профиль.

>Меня больше смущает

твоя манера общения.

Будь проще.

>Постараюсь. Что

касается моего

предложения. Ничего

незаконного. Я хочу,

чтобы Вы провели

трансляцию. Не за

спасибо, конечно же.

>Интересно.

А поподробнее?

>У трансляции будет

конкретная тематика.

Я хочу, чтобы Вы

расследовали одно

старое дело. Говорю

«расследовали», но

подразумеваю «создали

видимость». Устройте

представление, у Вас

это хорошо получается.

>Что-то как-то

запарно… А

тематика какая?

>starch.an/zog/thread/

583239.html

Мари прошиб холодный пот. Она узнала эту ссылку. Она создала этот тред.

>Ага, знаком с этой

дичью. И сколько ты

платишь?

>250000.

>Нехило.

>Ваш ответ?

>Мой ответ?

Чел, ты новорег¹³,

вылез непонятно

откуда и предлагаешь

мне странную работу.

Скинешь 50 кусков на

мой криптокошелек

– тогда поговорим.

>Сообщите адрес Вашего

кошелька.

>Погоди, серьезно?

Ты не сомневался

ни секунды.

>Я принимаю Ваше условие.

>Сейчас скину.

>LQRX7uiLPwlKI

e1tAzxnqmWEfB

RKq7Nw7Yq

>Момент.

>Отправил.

>Вижу! Ладно,

вот это другой

разговор.

>Полагаю, теперь Вы

согласны провести

трансляцию?

>Ага. Без проблем.

Значит, остальные

200 кусков я получу

после стрима?

>Все верно.

>Договорились.

Можно маленький

вопрос?

>Да?

>Зачем это тебе?

>Я просто хочу

посмотреть, как

любимый стример

проводит трансляцию на

мою любимую тематику.

Последний раз Изгой переписывался с заказчиком сегодня в час ночи.

>Эй, я провел стрим.

>Отличная работа.

Отправляю курьера.

>Курьера?

Это еще кто?

>Есть лимит на денежные

операции в криптовалюте

в текущий момент.

Приношу извинения.

Поэтому отправляю

оплату наличными.

>Ну, ладно. Я подожду.

Ты же не обманываешь

меня?

>Ни в коем случае.

Сообщите Ваш адрес,

пожалуйста.

Угольный проспект,

д 151, кв 99.

А как скоро появится

твой курьер?

>В самое ближайшее

время.

Катя потянулась к мышке с неясным намерением, но Ян резко схватил ее за запястье.

– Не вздумай, – строго сказал он. – Ничего не трогай.

После короткой игры в гляделки с Яном девушка медленно кивнула, и он отпустил ее руку.

– Я хотела посмотреть профиль заказчика… – призналась она. – Да, плохая была затея. – Ее лицо сделалось задумчивым, одной рукой она подперла подбородок, другой рукой – локоть первой. – Так это было представление… Ради чего?

«А ведь у меня возникло ощущение, что стрим был какой-то неестественный», – вспомнила Мари.

– …И этот заказчик выглядит очень подозрительным.

– Не знаю, подозрительный он или нет, но он тот еще чудак. Слить столько денег на то, чтобы стример покривлялся на камеру!

Катя пренебрежительно махнула рукой.

– Вдруг он хорошо зарабатывает, и ему совсем не жалко потратиться на донат¹⁴ «любимому стримеру»?

Катя с Яном продолжали обмениваться мнениями, но для Мари их слова отошли на второй план – ее уши только что уловили слабый звук журчащей воды. Должно быть, он присутствовал где-то на заднем фоне с момента, как они втроем ступили в квартиру, но все это время его перебивали другие, более близкие, звуки – их шаги, их голоса.

– Р-ребята… – неуверенно позвала она, пытаясь привлечь внимание. Ее не услышали. Громче она позвать не могла, поэтому, настороженная, решила найти источник журчания сама и вышла в коридор.

Кажется, звук доносился из-за прикрытой двери дальше по коридору. На двери висела табличка в форме ванной. Мари тихонько приблизилась к ней, и журчание стало отчетливее. Свет внутри вроде бы не горит, тоненькая щель между дверью и проемом темная. Не похоже, что в ванной кто-то есть… Тогда почему льется вода? Хозяин забыл выключить? Ага, вдобавок к входной двери, которую забыл запереть! Невозможно быть настолько рассеянным.

В горле пересохло. С усилием проглотив слюну, Мари легонько приоткрыла дверь и поглядела в образовавшийся проем. Видно очертания ванны, видно блеск струи воды, бессмысленно утекающей в пожелтевшую раковину, видно даже напряженный отблеск глаз в круглом зеркале. Вроде бы ничего такого…

Пальцами девушка нащупала выключатель на стене и щелкнула им. Ванную залил свет.

Отвратительная картина врезалась в сетчатку, заставив Мари вскрикнуть. Она попятилась, споткнулась и плюхнулась пятой точкой на пол. Всего мгновение, но она это видела. В ванне, съежившись в позе эмбриона, лежал труп с тонкой лиловой полосой вокруг шеи.

Это был Изгой.

– Мари?! – донесся испуганный голос Кати позади.

Затопали спешные шаги, и через мгновение в поле зрения показались взволнованные Ян и Катя. Увидев раскрытую настежь ванную, они бросились ее проверять… и ужаснулись. Парень схватился за голову. Катя прикрыла рот ладонью и отвернулась.

Смятение охватило умы. Несколько мгновений они пытались восстановить самообладание, не в силах что-либо сказать.

– Надо вызывать полицию, – спохватился Ян. Он достал кнопочный телефон из кармана и принялся набирать дрожащими пальцами. – Вот вляпались…

Катин взгляд помутнел. Одной рукой она опиралась о стену, а другой продолжала закрывать рот.

Ян, протянув свободную руку, помог Мари подняться с грязного пола. Коленки дрожали. Она отряхнула зад.

– Ало? Полиция! Да. Да! – нервно заговорил Ян в телефон. – Что? Труп! Труп в ванной! Не знаю… Адрес? Сейчас. Кать, напомни адрес! Кать? Ай, блин, сейчас вспомню!.. Слушаете? Угольный проспект, сто пятьдесят первый дом, девяносто девятая квартира… Хорошо. Да, хорошо.

Парень закончил звонок.

– Я знал, что так будет, – сердито глядел он на Катю. – Предупреждал ведь тебя, но ты меня совсем не слушаешь! Еще и нас с Мари в это впутала.

Со слабостью во взгляде Катя выслушала его и, убрав руку со рта, промолвила:

– Ты как всегда прав…

Ян опустил плечи.

– Черт. Это мог быть обычный день без всяких запар… – спокойнее сказал он.

– Что сказали по телефону? – осторожно спросила Катя.

– Ждать полицейских.

Этого Мари больше всего и боялась. Уйдут они отсюда нескоро.

– Понятно… – После недолгих раздумий кислое лицо Кати чуть посветлело, озаренное идеей: – Ян, ты как сейчас полиции сказал: «я нашел труп» или «мы нашли труп»?

– Чего? – не понял Ян. – Какое это имеет значение?

– Во время звонка ты упомянул, что ты не один?

Со смятенным лицом Ян развел руками.

– Не помню. Не обратил внимания.

– Т-труп, – подала голос Мари.

– Что? – переспросил Ян.

Мари еле выговорила:

– Т-ты сказал… труп. П-п-просто…

– То есть полиция не в курсе, что нас трое, – быстро сообразила Катя. – Вот и уходите, раз так. – По ее решительному взгляду было видно, что она не шутит. – Я кашу заварила, мне и расхлебывать.

– Ты вообще в своем уме? – возмутился Ян. – Никуда я не пойду.

– Но ты же… – Катя не могла подобрать слов. – Вы с Мари…

– Я остаюсь.

Ян фыркнул и прислонился спиной к стене. Он сердился на Катю, сердился, вероятно, на самого себя, но дружеские узы ему были дороже внутреннего спокойствия, дороже здравого смысла.

Мари пребывала в глубоком смятении. Она была как опавший осенний листик – куда подует ветер, туда она и полетит. Но это не значит, что у нее отсутствовала собственная воля. Просто ее воли было недостаточно, чтобы сместиться с курса, что задавал общий поток.

– Думаешь, полиция не прознает про нас с Мари? – угрюмо говорил Ян, глядя в стену напротив. – Не держи полицию за дураков. Найдут наши следы, все разнюхают… Меня и Мари в чем-нибудь заподозрят, если мы сейчас смоемся.

Катя поджала губы.

– Все это… не казалось таким опасным поначалу, – не сразу сказала она.

– Самое время остановиться, – ответил Ян.

Катя глядела в сторону. Ей будто хотелось возразить, но она себя сдерживала.

– …Горски пытался докопаться до правды, и его убили, – говорила она себе под нос. – Изгой создал видимость, что искал, но его тоже убили. Марко, Мацей и еще один неизвестный… Все, кто прикоснулся к тайне, в конце концов умер. Будто это какое-то проклятие…

– Что ты там бормочешь? – раздраженно спросил Ян. Он четко слышал все до последнего слова, как и Мари.

– Ничего, просто мысли вслух!

– …Проклятий не бывает, – сказал Ян.

Мари тоже не верила в проклятья и прочую магическую лабуду, понимая всю их глупость и несостоятельность, но она все равно не могла отделаться от мысли, что им грозит какая-то потусторонняя опасность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

операционная система

Вернуться

2

случайным образом

Вернуться

3

Специальная программа для безопасного запуска других программ.

Вернуться

4

Обсуждение на определенную тему в интернет-форуме.

Вернуться

5

То же, что анонимы.

Вернуться

6

Люди с обычными увлечениями, взглядами, поведением.

Вернуться

7

Тот, кто написал первый пост, создал тред.

Вернуться

8

Жалоба модератору.

Вернуться

9

Читается как «старчан».

Вернуться

10

блокируется

Вернуться

11

Выражение несогласия, недовольства

Вернуться

12

польза

Вернуться

13

Недавно зарегистрировавшийся пользователь

Вернуться

14

пожертвование

Вернуться