Kain Ross
Книга первая – "Некролорд"

Пролог: Когда свет угас

"Когда боги падают, мир замирает между дыханием и бездной."– из Хроник Тамории

Минуло десять лет с тех пор, как пламя Первых Великих Войн опалило земли Невендаара.Те дни унесли всё – города, надежду, даже само время, что будто застыло в мраке.Пепел прошлого стелется по равнинам, а над миром витает лишь два призрака – страх и тишина.

Когда-то миром владели боги.И среди них был Бесрезен, властелин легионов проклятых, несущий гибель всему живому.Ему противостоял Галлеан, древний бог эльфийского народа, хранитель равновесия и первородного света.Они сошлись в последней битве при Тамории, и земля содрогнулась под их яростью.Ни один смертный не пережил того дня – только ветер помнит их крики.

Бесрезен пал. Но победа не принесла спасения. Израненный, обессиленный, сам Галлеан вскоре угас, оставив мир без своего дыхания.

Когда весть о его смерти достигла Мортис, богини жизни и плодородия, её сердце не выдержало.Безумие оплело её мысли, а слёзы обратились в чёрную кровь.Желая вернуть любимого, она подняла мёртвых из их могил – но каждый из них восстал искажённым, лишённым света и плоти. Они дышали, но не жили. Глядели, но не видели.

Так Мортис стала богиней смерти.И из любви родилось проклятие, которому нет конца.

Теперь по Невендаару бродят её создания – Тени Галлеана, несущие одно лишь стремление:найти путь в мир мёртвых и вернуть своего повелителя.

Но древние пророчества гласят:«Когда смерть возжаждет жизни,солнце потухнет в крови,и новый бог восстанет из пепла погибшего мира…»

Глава I. Пробуждённый в храме смерти

Тьма.Она не имела начала и конца, не имела дыхания, цвета или формы. В ней не существовало ни времени, ни памяти. Только тишина, от которой звенело в душе.

И вдруг – зов.Он прошил пустоту, как тонкий луч сквозь вечность.Голос, древний и женственный, звал его по имени, которого он не помнил.

– Проснись… моё творение.

Он открыл глаза.

Перед ним раскинулся зал из чёрного обсидиана, уходящий вверх в бездонный купол. Из стен стекали тонкие струйки мрака, будто сама ночь плакала в этот миг.По кругу – десятки статуй, каждая в виде искажённых ангелов и безликих воинов, склонённых в немом поклонении.А в центре, на троне из костей и черепов, сидела Она.

Мортис.Богиня смерти.Когда-то её облик сиял жизнью и плодородием, но теперь от неё исходил только холод. Её кожа напоминала выжжённую слоновую кость, а волосы – шлейф тумана, струящийся в вечность.Её глаза – бездонные колодцы скорби.

Он попытался подняться, но тело не слушалось. Оно было чужим – массивным, покрытым древними рунами, словно высеченными на камне. На груди – печать из чёрного золота, что светилась внутренним кровавым светом.

– Где я?.. – голос его прозвучал глухо, будто говорил не он, а кто-то через него.– В моём храме, – ответила Мортис. – В последнем прибежище тех, кто забыл, что такое жизнь.

Она поднялась со своего трона. Каждый её шаг отзывался гулом в сводах, и пол покрывался инеем.

– Ты был мёртв, – произнесла она. – И я дала тебе дыхание вновь.– Но зачем?– Потому что ты – мой сосуд. Моё орудие.

Её голос дрожал не от гнева – от боли, древней, как сам Невендаар.

– Галлеан пал, и с ним ушёл свет. Но его душа не исчезла. Она заключена между мирами, в тенях, куда ни один бог не смеет ступить.– Я должна вернуть его, – Мортис подняла взгляд к куполу, – иначе жизнь останется лишь гниением.– Почему я? – спросил он, ощущая, как внутри его оболочки просыпается чужая сила.– Потому что ты – человек. Твоя душа не принадлежит ни богам, ни мирам. Ты – искра хаоса, свободная от оков судьбы.

В воздухе возникли тени, из которых вырастали фигуры – её слуги. Рыцари без лиц, жрецы в мантиях из тумана, призрачные создания с глазами, как безлунная ночь.Они склонялись перед ним.

– Они твои, – сказала Мортис. – Ты – мой архимаг, мой глашатай, мой меч. Отныне твоё имя – Эридан.

Слово отозвалось эхом в его сознании, словно древний замок открылся в глубине памяти. Он почувствовал – мир слушает его.Вены наполнились магией.Воздух вокруг дрогнул, и каменные статуи едва не ожили от её силы.

Мортис опустила ладонь ему на грудь – и печать на теле вспыхнула, отпечатывая на его душе клятву: служить, пока Галлеан не вернётся.

– Но помни, – прошептала она, – этот мир не примет тебя. Все народы сочтут тебя бедствием.– Пусть.– Эльфы, что оплакивают своего бога, пойдут на тебя войной.– Я приму их.– Гномы из глубинных твердынь проклянут твоё имя.– Их молоты станут моими.– Люди возведут храмы в страхе перед тобой.– И падут перед ним же.– Даже орки, дети хаоса, и морской народ, и легионы проклятых – все восстанут, чтобы остановить тебя.– Тогда они узнают, что такое смерть, когда ею правит богиня.

Мортис улыбнулась – впервые за вечность.Её улыбка была как рассвет над кладбищем.

– Тогда иди, мой избранный. Принеси мне ключ к бессмертию. Найди то, что скрыто между мирами. Воскреси Галлеана… или умри вместе с ним.

Она протянула руку, и в воздухе из искр тьмы сформировался жезл – древний артефакт, вплетённый в саму ткань смерти.Он взял его – и почувствовал, как по телу пробежал холод, как будто изнутри его наполнил чей-то шёпот.

– Мир изменился, – произнесла Мортис. – Но страх остался тем же. Люди забыли имена богов, но не забыли бояться. Дай им причину вспомнить.

В тот миг пол разошёлся под ним, и мрак поглотил Эридана.Он падал – долго, бесконечно, будто сквозь века. И где-то вдалеке, сквозь завывание ветров, он услышал звуки – стук барабанов, грохот войск, зов к битве.

Он очнулся на вершине скалы.Перед ним раскинулся мир, погружённый в вечный сумрак.Разбитые города, черные леса, руины храмов, где раньше молились богам, теперь стояли пустыми.На горизонте вспыхивали костры – армии готовились к войне.

И в глубине его сознания, в тишине между ударами сердца, прозвучал голос Мортис:

– Иди, мой архимаг.Мир ждёт своего конца.

Он встал.Позади, из тени, восставали его слуги – чёрные рыцари, призраки, демоны, мертвецы.Над ними поднимался ветер, несущий запах пепла и крови.

Эридан поднял жезл – и небо дрогнуло.Пламя погасло.И началась новая эпоха – эпоха, когда смерть пошла войной на жизнь.

Перед ним распростёрлась долина, где некогда стоял город.Теперь – только руины и тела, давно оставленные без погребения.Мир был тих.Слишком тих, как перед бурей.

Он сделал первый шаг – земля под ногами застонала, и трещины, как чёрные корни, поползли во все стороны.Из трещин потекли нити тьмы, поднимаясь, скручиваясь в силуэты.Мёртвые откликались.

– Встаньте, – произнёс Эридан. – Время сна окончилось.

И они встали.Не люди, не чудовища, не воины – лишь оболочки памяти.Солдаты без имён, женщины без лиц, дети без душ.Но в их глазах тлел свет – отблеск его собственной магии.

Он поднял жезл, и воздух сгустился.Каждая искра магии отзывалась болью в его теле – как будто сама ткань мира сопротивлялась его существованию.

– Мир отвергает меня, – сказал он вслух. – И это значит, что я жив.

Сквозь мрак спустился первый из его верных.Высокий, закованный в ржавые доспехи воин с пустой короной на шлеме.Его глаза горели зелёным пламенем.

– Повелитель… – голос глухой, как эхо гробницы.– Имя твоё?– Меня звали Кернан, когда я был жив. Теперь я – лишь тень, жаждущая битвы.– Тогда ты будешь моим мечом. Собери тех, кто не боится света.

Кернан поклонился и исчез в пелене тумана.

Эридан же смотрел на мир с высоты и чувствовал – он не один.Далеко на горизонте, за перевалом, вспыхнули огни – разведчики Империи Людей.Они уже знали, что кто-то появился там, где даже птицы не летают.

К вечеру Эридан стоял у подножия разрушенного храма.Старая каменная плита, покрытая мхом и кровью, всё ещё хранила знак Галлеана – солнце, пронзённое мечом.Он провёл рукой по символу. Камень зашипел.

– Свет ушёл, – тихо сказал он. – Но след его остался.– Свет – лишь тень, что не поняла своей сути, – раздался голос Мортис в его разуме. – Помни это, мой архимаг.

Он опустился на колени.В его памяти вспыхнули образы – мир людей, тот, где он когда-то жил.Он не помнил своего имени, лица, ни дома.Только короткие фрагменты: запах дождя, смех, боль.Он чувствовал – эта душа не принадлежала телу, но именно это делало его сильнее.

– Если я человек, – шепнул он, – значит, во мне живёт то, чего нет в богах: сомнение.

Он сжал кулак, и в воздухе вспыхнули руны.Они образовали портал – мерцающий, как зеркало из крови.Из портала выступили первые его советники – духи, сотканные из воли Мортис.

Первый – Мал’Тэр, демон-заклинатель, некогда бывший ангелом света.Второй – Ариа, призрак жрицы, с вечной печалью в глазах.И третий – Варгос, старейший из нежити, хрипящий каждое слово, будто скребёт гвоздём по камню.

– Повелитель, – заговорила Ариа, – разведчики Империи на подходе. Их немного, но с ними маги.– Пусть приходят, – ответил Эридан. – Им нужен бог. Я дам им смерть.

Он поднялся, и вокруг зажглись факелы – сами собой, без огня.Пламя в них было чёрным, как нефть.Мёртвые воины выстроились в шеренги.

Когда первые люди появились у подножия холма, Эридан не прятался.Он стоял на развалинах, и его тень простиралась на сотни шагов.

– Кто ты? – крикнул капитан людей, держа знамя Империи.– Тот, кого вы забыли, – ответил Эридан. – И тот, кого вы назовёте бедствием.

Маги людей соткали заклинание света. Луч ударил в него – и рассеялся, как вода о камень.Эридан поднял жезл, и мир вокруг замер.Трава завяла, воздух стал густым, как смола.Солдаты падали один за другим, глаза их стекленели, а из тел поднимались души, плавно уходя в небо.

– Ваш свет мёртв, – прошептал он. – И я – тому свидетель.

Из их тел поднялся новый отряд – безмолвный, холодный, но преданный.Армия росла.

Ночь окутала долину, и над горами поднялась луна – чёрная, как железо.Эридан сидел у костра, что не давал тепла.Рядом стояла Ариа.

– Повелитель, – сказала она, – Мортис выбрала тебя не случайно. Но даже ей страшно от того, кем ты можешь стать.– Я не бог, Ариа.– Тем хуже. Боги хотя бы знают, зачем живут.– А люди – зачем умирают.

Он посмотрел на горизонт – туда, где собирались армии мира.Знамёна гномов, зелёные отряды эльфов, орочьи орды, корабли морского народа.И даже легионы проклятых, чьи кости светились изнутри.Все шли к нему.Все – враги.

– Шесть народов, – прошептал он. – Шесть судеб.– И один мертвец, – ответила Ариа.– Один мертвец… которому суждено воскресить бога.

Он встал.Ветер снова поднял пепел.Издалека донёсся рёв рогов – сигнал начала новой войны.

Эридан поднял взгляд к небу.Где-то там, за тьмой, возможно, спал Галлеан – бог, ради которого всё это началось.

– Если я должен воскресить его, – произнёс Эридан, – то пусть он вернётся в мир, очищенный от жизни.– Тогда останется лишь смерть, – сказала Ариа.– И в ней – покой.

Он поднял жезл. В воздухе вспыхнула печать Мортис, и из земли вырвался первый Цитадельный Обелиск – древний монумент, питающийся душами павших.Над руинами вырос мёртвый город – Неветар, сердце его грядущей империи.

Когда рассвело, армия уже стояла готовая.Тысячи теней, сотни рыцарей, десятки демонов и магов.Мир содрогнулся, когда из руин поднялось знамя – чёрное, с изображением черепа, пронзённого солнечным клинком.

И где-то в глубинах мира, среди вечного сна, Мортис улыбнулась.

– Началось.

Глава II – «После Бога»

Живые молчали долго.Города гнили, торговцы хоронили детей под завалами, а реки превращались в чернильные потоки, несущие обугленные тела.Люди больше не верили в богов – слишком много лжи, слишком много молитв, что не получили ответа.Эльфы умирали в своих лесах, гномы запирались под землёй, где дыхание стало роскошью.

Когда Мортис подняла первых мёртвых, живые даже не сопротивлялись.Они устали.

Только через годы, когда смерть перестала быть страхом, а стала обыденностью, появились те, кто снова поднял голову.Не из веры – из отчаяния.

Император людей, Демосфен Первый, не был героем.Он был стар, слеп на один глаз, и от рук его пахло пеплом. Но в его сердце осталась искра – упрямая, гнилая, как умирающий огонь, который всё ещё не хочет гаснуть.

Когда ему сообщили, что северные границы пали и города Лирна больше не существует, он не закричал. Он просто сел.Сел у окна, смотрел на ночь и сказал:– Значит, смерть пришла за всеми. Но пусть подождёт.

Через неделю он приказал созвать всех послов, что остались живы.Из Горных кланов пришёл седой гном по имени Грун Тарн, из страны эльфов – жрец Силан’ор, из юга – три десятка людей, которых ещё можно было назвать благородными.И в сыром зале, где пламя в очаге дымила кровью, Демосфен сказал:– Мир умер. Но пока мы дышим – он ещё дёргается. Если не встанем вместе, нас просто сотрут.

Никто не ответил.Эльф тихо смеялся.Гном сплюнул, усмехнувшись:– Слишком поздно, человек. Смерть не делит на расы.– Тогда пусть разделит, – сказал Демосфен. – Но я не умру, стоя на коленях.

В этот миг в окнах пронёсся свет – грязно-белый, холодный.За окном небо треснуло молнией, но без грома.Все обернулись.

– Она слышит, – прошептал жрец.– Кто?– Латифа. Свет.

Его голос был хриплым, но твёрдым.– Латифа, если ты жива – смотри.Он не просил милости. Он говорил как человек, уставший от бессмысленных смертей.– Смерть уже взяла то, что было твоим. Мортис больше не мать. Она – гниющая плоть.– Если ты ещё богиня – покажи себя. Или признай, что ты тоже мертва.

Молния ударила в землю у его ног.Из трещины вырвался свет – не тёплый, а ослепительный, режущий, холодный, как сталь.Воздух загудел, волосы вставали дыбом.И голос, тихий, почти без интонации, прошептал:

– Я не умерла.– Но я спала.

Демосфен опустил голову.– Тогда проснись, – сказал он. – Мы гибнем.– Ты зовёшь не о спасении, а о мести.– Да.– Тогда я отвечу.

Свет поглотил всё вокруг.Когда он рассеялся, на коленях перед императором стояли трое.

Первый – высокий эльф в плаще, покрытом листьями, лицо бледное, глаза зелёные, как лес под дождём.Второй – гном, широкий в плечах, в руках – молот, что светился рунным огнём.Третий – человек, в доспехах, почерневших от времени, но сияющих изнутри, будто в них горит пламя.

– Это твои руки, Демосфен, – сказала Латифа. —Аларис из Элдариона, хранитель природы.Таргрим, сын Вотана.Кайрен из дома Северов, паладин света.– Они поведут живых туда, где смерть думает, что ей некуда дальше идти.

И свет исчез.

Тишина стояла долго.Демосфен поднялся.– Тогда пусть будут благословлены те, кто идёт в ад ради мира.

Совет собрался снова, но теперь не для слов.Кузни гномов загудели, эльфийские чары плели доспехи, люди собирали армии.Союз был создан – не из дружбы, а из необходимости.Его назвали Клятвой Света.

Три расы, три голоса, три героя.Но все понимали – это не победа. Это просто отсрочка конца.

– Ты веришь, что они справятся? – спросил Грун Тарн у императора, когда тот остался один.– Нет, – ответил Демосфен. – Но я верю, что их смерть не будет напрасной.

Пока живые строили союз, тьма наблюдала.

Эридан стоял на утёсе, глядя вдаль.Через ветра, через души падших он видел, как собираются армии света, как снова вспыхивает вера.В его взгляде не было злобы – лишь усталость.

– Они идут, – произнёс Моргал, его верный мертвец.– Да, – ответил Эридан. – Они всегда идут.– Прикажешь встретить?– Нет. Пусть пройдут. Пусть думают, что выбирают путь.

Он смотрел, как мир снова пытается сопротивляться смерти, и в глубине себя чувствовал… что-то похожее на уважение.Живые были глупы, но упрямы. Они строили даже среди пепла.И в этом было нечто сильнее магии.

Но тьма знала, чем это кончится.Она видела все исходы.

Эридан провёл ладонью по воздуху, и из мглы выступили три фигуры – его первые генералы, безликие, в доспехах из костей.– Скоро, – сказал он. – Скоро они принесут мне то, что осталось от света.Он замолчал.Ветер свистел между башен, унося запах смерти к горизонту, где зарождался новый поход.

И в тот день, когда первые войска света пересекли границу мёртвых земель,солнце вспыхнуло на миг – и потухло.На западе тени шевельнулись.А Эридан, стоя на вершине храма, произнёс:

– Добро пожаловать домой.

Когда последние слова Эридана растворились в ветре, мир словно затаил дыхание.Из серого тумана на горизонте начали проступать ряды живых. Их было тысячи – люди, эльфы, гномы, знамена союзных армий, усеянные золотыми символами света.Их поход длился месяцы. Они несли с собой веру, усталость и запах гари.

Эридан стоял на верхней террасе своего замка, древнего, как сама смерть.Под ним, словно чёрное море, извивались легионы мертвецов – бесчисленные, безмолвные, вечные.Он не дал приказа.Он просто наблюдал.

– Господин, – прошептал Моргал, склонившись рядом. – Их армии уже в пределах наших земель. Хотите, чтобы мы…– Нет, – тихо ответил Эридан. – Пусть вступят. Пусть поверят, что свет способен вернуть жизнь.

Он опустил взгляд, и его глаза засветились слабым, холодным пламенем.Перед ним внизу простиралось поле, бывшее когда-то долиной Тамории. Теперь это была трещина мира – изломанная, пропитанная трупной влагой, где даже камни стонали под ветром.Там и случится первая битва.

Свет пришёл без предупреждения.Ангелы Латифы – белокрылые и безликие, как статуи, – парили над рядами живых, их свет прожигал воздух.Под ними шли три героя, ведомые судьбой и страхом: Аларис, Таргрим и Кайрен.

– Здесь, – сказал Кайрен, вскинув меч. – Здесь прольётся кровь тьмы.Его голос дрожал, но не от страха. Он чувствовал дыхание света в груди.Эльф-маг Аларис кивнул, разжимая пальцы – из них стекала изумрудная пыль, что превращала гниль земли в траву.– Пусть природа вспомнит, что она жива.Таргрим ударил молотом по земле – воздух содрогнулся, руны на молоте вспыхнули, осыпая искрами небо.– Пусть камни сами встанут против мертвецов!

Ветер завыл.Из тумана, словно волна, выползли первые отряды нежити – медленно, размеренно, без звука.Глаз у них не было, ртов тоже. Только движение, без эмоций, без цели.Эридан смотрел сверху.Его пальцы слегка дрожали – не от напряжения, а от странного любопытства.

– Как ты думаешь, кто из них падёт первым? – спросил он у Моргана.– Люди, мой господин. Они всегда первые падают.– Возможно. Но иногда именно они дольше всех не умирают.

Битва началась без сигнала.Первый крик разорвал небо – и мир утонул в гуле металла.Союз шёл лавиной: катапульты гномов метали огонь, эльфы опутывали мертвецов корнями, ангелы пронзали небо копьями света.А тьма стояла.Ни один мертвец не крикнул. Ни один не дрогнул. Они умирали – и вставали вновь.

– Они бесполезны, – прошипел Таргрим, оборачиваясь к Аларису.– Нет, – ответил эльф. – Они – испытание. Не враг.

Когда солнце почти исчезло за дымом, на поле уже не было видно земли. Только мясо.Свет бился с тьмой, и в какой-то миг показалось – свет побеждает.Ангелы врезались в ряды мертвых, прожигая тьму, словно сквозь бумагу.Молоты гномов крушили кости, клинки людей сияли, а зелёные вихри магии Алариса взрывали черепа нежити, оставляя после себя кратеры.

И всё же Эридан не двигался.Он смотрел. Он изучал.

– Почему ты молчишь, господин? – спросила Нирса, одна из его теней.– Потому что это – не наша битва. Это их вера против пустоты. Я должен знать, насколько сильна их надежда.– Но если они победят…– Пусть победят. Один раз. Они заслужили иллюзию.

Он отвернулся от поля и пошёл обратно вглубь зала.Свет ещё отражался в его глазах, как отблеск чего-то утраченного.

Когда тьма рассеялась, живые стояли среди руин.Тысячи тел, изломанных и дымящихся, покрывали землю.Ангелы парили над полем, заливая светом каждого, кто остался жив.Кайрен опустился на колени, вонзая меч в землю.– Мы сделали это, – сказал он хрипло. – Мы очистили землю.Таргрим усмехнулся, сплёвывая кровь:– Очистили? – он обвёл рукой вокруг. – Да здесь даже боги не дышат.Аларис молчал. Он чувствовал, как трава, поднятая его чарами, снова вянет, будто земля отторгает жизнь.

Вдалеке над ними поднялся слабый туман – холодный, мёртвый.И среди этого тумана, высоко на чёрной башне, Эридан стоял неподвижно.

Он видел их.Видел их радость. Их ложную надежду.И впервые за всё время позволил себе слабую, еле заметную улыбку.

– Пусть празднуют, – сказал он тихо. – Пусть поверят, что победили. Пусть их вера растёт крепче.

Он повернулся к своим подчинённым.Моргал, Нирса и Драав – трое его первых творений – стояли на коленях.– Приготовьте храмы, – произнёс Эридан. – Скоро они сами придут к нам. С верой, что смогут уничтожить смерть.– И тогда?.. – спросила Нирса.– Тогда я покажу им, что такое возрождение. Истинное.

На следующее утро светящиеся ангелы вернулись к императору.Им казалось, что зло отступило.Демосфен стоял у стен, слушая отчёты.Он не улыбался. Он не праздновал.Он лишь произнёс:– Это только начало. Тьма не бежит. Она ждёт.

Его слова оказались пророчеством.

В ту же ночь Эридан вновь вышел на террасу.С ветром прилетели крики умирающих, плач детей, молитвы, обращённые к небу.Он чувствовал их все.Тысячи голосов живых и мёртвых, сливающихся в одно.Мир жил и умирал одновременно.

– Смотри, Мортис, – прошептал он в пустоту. – Они всё ещё верят. Даже когда вокруг одно тление. Даже когда сами становятся мертвецами.Он поднял руку – воздух вокруг почернел, в пальцах запульсировала суть пустоты.– Я позволил им победить, чтобы они пришли сами. Теперь они думают, что ведут войну. Но они просто идут на похороны мира.

Он медленно опустил руку, и из мрака раздался тихий звон.Где-то далеко, под землёй, колокола храма Мортис звонили сами по себе – предвестие грядущего.

На небесах же, в сияющих покоях Латифы, богиня света взирала вниз.Её глаза, слепящие, наполнились холодом.Она видела, как внизу смерть не сопротивляется – она терпит.Как нежить не убивает – а наблюдает.И она поняла: это не остаток Мортис. Это что-то иное. Чужое.Сила, которая не просто забирает жизнь – она меняет смысл существования.

– Это не смерть, – произнесла она, – это осквернение бытия.

Ангелы склонились.– Госпожа, ваши дети сражаются. Они победили.– Нет, – ответила она. – Они проиграли. Они просто ещё не поняли.

Она поднялась, и свет вокруг неё обратился в лезвия.– Отправьте карающих. Пусть спустятся в мир и уничтожат того, кто посмел нарушить равновесие.– Имя, госпожа? – спросил архангел.– Эридан. Некролорд. Извращённое отражение жизни.

В тот же миг небо над землями смерти вспыхнуло.Тысячи светящихся фигур прорезали облака. Их крылья были остры, как клинки, их взгляды – холоднее божественной воли.Они несли не милость, а возмездие.

А Эридан стоял всё там же – на террасе, глядя в небо.И тихо сказал:– Пришло время богам вспомнить, что они тоже могут умереть.

Глава III – «Падение света»

…Пепел опускался на землю, как снег.Серый, тяжелый, пахнущий кровью и железом.Эридан стоял на вершине разрушенного шпиля – остатка древнего монастыря Мортис, и наблюдал, как мир снова учится воевать.

Внизу клубился дым. Сотни знамен трёх рас дрожали под ветром, рваные, обожжённые, но поднятые к небу.Люди в белом золоте, эльфы с зелёными клинками, гномы в закованных доспехах.Они шли единым фронтом, впервые за долгие века. Их глотки были сорваны от криков молитв, их руки дрожали от усталости – но глаза горели.Эридан смотрел и молчал.

– Пусть верят, – тихо произнёс он, обращаясь в пустоту. – Пусть думают, что свет способен выжить. Это сделает их падение вкуснее.

Сзади зашевелились тени.Из мрака выступил Дранг – первый из его рыцарей смерти, бывший полководец Империи, чьё лицо теперь скрывалось под стальной маской, а глаза горели синим пламенем.– Господин, – проскрежетал он. – Их войска достигают долины. Прикажете выжечь?

Эридан медленно поднял руку, и Дранг замолк.– Нет. Пусть думают, что победили. Пусть рассказывают, что тьма ослабевает.Он усмехнулся.– Они должны увидеть рассвет, чтобы испугаться ночи.

Битва длилась трое суток.Равнина перед храмом Мортис стала костяным морем.Голоса гномов гремели как молоты, эльфы шептали заклинания ветра, а паладины людей несли знамя солнца – золотое, испачканное грязью и кровью.И всё же им удалось прорвать линию мёртвых.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.