Анна Сваринь
Нейромаг: Петля Серого

Магия – это не огонь и не лед. Магия – это нейронные сети, которые можно видеть и переплетать. Но что, если тот, кто видит эти сети, и есть величайшая магия этого мира, забывшая саму себя?

Матвей (всем он просто Мотя) – недоучка-нейропсихолог и бармен с комплексом спасателя. После неудачного падения в подвал он оказывается в другом мире, где его никто не ждал. Его встречают дубиной, берут в плен и назначают поломойкой. Казалось бы, типичный неудачный день.

Но у Моти есть странный дар: он видит голубые нейронные сети всего живого и может «чинить» их, размыкая болезненные петли и сшивая разрывы. Этот дар заинтересовывает могущественную Старцу-Хранительницу и привлекает внимание тех, кто охотится за древними силами.

Вместе с прагматичной и злой на весь мир хозяйкой таверны Агги, Мотя отправляется в опасное путешествие по миру, где магия пахнет фиалками и жженым сахаром, а по дорогам рыщут Отреченные с алыми знаменами. Его цель – найти answers, разобраться в своем даре и выжить.

Он еще не знает, что его дар – это лишь эхо его подлинной сути. Что он не просто попал в этот мир, а вернулся домой. И что самое опасное приключение – это не путешествие через Ущелье Безумцев, а путешествие вглубь себя, к памяти, которую он сам когда-то стер.

Фэнтези-попаданец для тех, кто любит:

Глубоких, психологически проработанных героев с прошлым.

Уникальные магические системы, основанные на науке и психологии.

Захватывающие путешествия и эпические тайны, растянутые на всю сагу.

Динамику отношений «от ненависти к уважению».

Сюжеты, где главный герой не просто обретает силу, а вспоминает себя.

ГЛАВА 1. РЕВИЗИЯ И ТРОПИНКИ В ЛЕСУ

Последнее, что видел Матвей перед тем, как мир перевернулся с ног на голову, была дурацкая, чуть отставшая половица на скрипучей лестнице в подвал бара «Диоген».

В баре была ревизия. Администратор, повара, официанты и бармены, к числу которых принадлежал и Матвей, с кислыми лицами пересчитывали складские остатки. Матвей, высокий, худой и курчавый, в очках с заклеенной пластырем дужкой, таскал ящики с бутылками, пытаясь вдохнуть в процесс хоть каплю смысла.

«Понимаешь, вся суть в нейропластичности!» – задыхаясь от тяжести, ораторствовал он перед своим напарником, вечно угрюмым Сашкой. «Любая привычка – это просто протоптанная тропинка в лесу твоего мозга. Чем чаще ходишь – тем шире дорога. А мой марафон – он поможет людям протоптать новые, полезные тропки! Просто надо понять, где старые, кривые, и сознательно начать ходить по новому маршруту!»

Сашка что-то буркнул про «новые маршруты в дурдом» и полез за очередной партией коньяка. Матвей, пылая энтузиазмом, жестикулировал, забыв про злополучную ступеньку.

«Вот, смотри…» – начал он и споткнулся.

Не просто споткнулся. Он понесся вниз кубарем, в кромешную темноту подвала. Удар о бетонный пол был тяжелым и звонким. В ушах зазвенело, в глазах потемнело.

«Ребята?» – хрипло позвал он.

Но сверху доносился уже не привычный гул мегаполиса, а пьяный, гортанный гогот на непонятном языке.

Очнулся он от того, что в лицо ему капнуло что-то холодное и пахнущее сыростью. Голова раскалывалась. Он лежал на чем-то твердом и холодном. С трудом поднявшись, он тут же ударился головой о низкий, закопченный потолок и снова рухнул, вырубившись окончательно.

Следующее пробуждение было постепенным. Свет просачивался в щели. Он сидел, прислонившись к чему-то, и пытался понять, где он. Подвал? Но какой-то не такой. Деревянный, старый, пахло плесенью и чем-то кислым. В метре от него угадывалась грубая лестница, ведущая наверх.

Собрав остатки сил, он поднялся по ней. Дверь была тяжелой, дубовой, скрипевшей на древних петлях. Он толкнул ее и вывалился наружу.

Внутри у него что-то оборвалось.

Длинная зала с дымно-желтым от копоти и возраста потолком. Деревянные, грубые столы, лавки. Вместо стекол в небольших окнах были натянуты мутные пузыри. Он услышал быстрые, решительные шаги. Обернулся.

И снова его мир поглотила тьма. На этот раз – от точного удара деревянной дубиной по затылку.

ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМА С БРОКА ИЛИ ВЕРНИКЕ?

Он очнулся в том же подвале. Вернее, в чулане при подвале. Тело затекло и онемело от туго стягивавших его веревок. Он был привязан к массивному столбу, поддерживавшему потолок. Душка у очков была сломана окончательно, и теперь они висели у него на одном ухе, безнадежно запутавшись в курчавых волосах.

Вдруг стало ярко. Он зажмурился, потом проморгался. Перед ним стояла девушка со свечой в одной руке и той самой дубиной – в другой. Она была до неприличия красива, с жестким взглядом и воинственной осанкой. Мозг Моти отчаянно пытался сопоставить силу удара и эту хрупкую, почти фарфоровую внешность. Логика давала сбой.

Девушка открыла рот. И стало еще хуже.

– Грош-тара-мушка-вен? – прозвучало нечто гортанное и абсолютно непереводимое.

«Аааа, – пронеслось в голове у Моти. – Понятно. Придуривается. Или… Или у нее проблема с речевым центром! Поле Брока? Или Вернике? Кто там за воспроизведение отвечает?»

Надежда, его вечный спутник, вспыхнула с новой силой.

– Так, так, девушка! – начал он, стараясь говорить максимально мягко и внятно, как с ребенком или сумасшедшим. – Я вижу, что у вас проблема! Но если я буду связанный, я вам помочь не смогу! Посмотрите на меня! Слышите меня? Мне нужно, чтобы вы меня освободили, я вами займусь! У меня как раз есть необходимые тесты!

Девушка, которую звали Агги, поняла только одно: незнакомец нес какую-то околесицу на незнакомом языке и не собирался замолкать. Чтобы прояснить ситуацию, она ткнула ему в нос дубиной. Зло посмотрела и вышла, захлопнув дверь.

«Куда же она в таком состоянии пошла?! – в панике подумал Мотя. – И кто, интересно, ее довел до такого? И кто меня привязал?» Мысль о том, что это сделала сама девушка, даже не возникла – у нее же явные неврологические нарушения!

Через некоторое время дверь снова открылась. Вошла Агги, а за ней… за ней следовало нечто, от чего остатки здравого смысла в голове Моти начали трещать по швам. Это была… бабушка. Бабушка-аллигатор. Высокое, покрытое зеленоватой чешуей существо в рваном плаще, с длинным посохом и умными, старыми глазами.

«Так, – медленно прошептал Мотя. – Вариант первый: искажение зрительного восприятия из-за повреждения теменно-затылочной области. Вариант второй: сложные слуховые и визуальные галлюцинации. Вариант третий… нет, лучше остановиться на втором».

Он почувствовал странное облегчение. Нужно было проверить гипотезу.

– Эй, Зеленая! – крикнул он существу. – Ты за мной??

Агги и Зеленая переглянулись. Их взгляды, полные недоумения, изучали странного типа в диковинных одеждах.

«С речью-то вроде порядок, – бормотал себе под нос Мотя, четко разделяя слоги. – Я-про-из-но-шу-речь-чет-ко. А вот с визуалом…» Он посмотрел на веревки. «Веревки. Не змеи. Цвет… вроде нормальный. Так в чем же дело? Прозопогназия? Я перестал узнавать мужские лица? Может, это мужик?»

Он снова посмотрел на Зеленую.

– Подойдите-ка ко мне, ба… товарищ. Просто подойдите, я должен вас рассмотреть.

Зеленая что-то сказала Агги на их гортанном наречии. Та с неохотой отошла к стене. Старица сделала шаг вперед, потом небрежно плюнула на пол. Слюна с шипением прожгла в деревянном полу аккуратную дымящуюся дыру.

И тут в голове у Моти раздался голос. Четкий, ясный и абсолютно чужой.

– Ты кто такой?! Кому служишь и по какой причине нас беспокоить вздумал?!

Мотя замер. Звук шел не через уши. Он рождался прямо внутри его черепа. Последняя версия – «скоротечная шизофрения» – рухнула вместе с остатками надежды. Он смотрел на женщин с мольбой в глазах.

– …и свет в конце туннеля? Он будет? – его голос дрогнул. – Или уже все, финальные стадии? Просто скажите… мне нужно морально подготовиться к белому шуму…

Зеленая, не меняя выражения лица, с раздражением цокнула языком. Ее посох, движимый невидимой силой, взмыл в воздух и нанес Моте точный, звонкий удар по макушке. Не больно, но унизительно.

ТЫНЬК!

– Ай! Ой… А боль… боль ведь чувствуется? Значит, я еще не…

– Вот балван. Кто ж так умирает? Рылом в подвале, при витязе и при мне? Дурацкая смерть тебя пройдет мимо, обещаю. – В ее мысленном голосе сквозила ледяная ярость. – Теперь… пока моя терпеливая старческая ярость не вышла из берегов… РАССКАЗЫВАЙ. КАК. ТЫ. ТУТ. ПОЯВИЛСЯ.

Она кивнула Агги. Та, скрипя зубами, подошла и развязала веревки. Мотя, потирая онемевшие запястья, медленно осел на пол.

ГЛАВА 3. ИСПОВЕДЬ И ПРИГОВОР

Он был свободен, но теперь сидел на грязном полу под пристальными взглядами: один – читающий мысли, другой – явно жаждущий возврата к практике связывания. Все его позерство, вся напускная важность «светила науки» улетучились, оставив лишь голый, дрожащий от страха студент-недоучка.

И он рассказал. Всё. Про бар, про ревизию, про коробки. И про свою лекцию о нейропластичности, о тропинках в лесу и новых нейронных связях.

Зеленая слушала, не проронив ни звука. Но когда он произнес слово «нейронные», ее глаза сузились. Для него это была биология. Для нее, Хранителя, эти слова – «нить судьбы», «связь душ», «эфирные каналы» – были частью фундаментальных законов мироздания.

Когда он замолчал, в подвале повисла тишина.

– Чужеходец, – наконец, мысленно произнесла Зеленая, обращаясь больше к Агги, чем к нему. – Он не опасен. Он… дыра в мире. Сквозь него просвечивают законы иные. Его нельзя убить. Его нельзя отпустить. Его надо… изучать. Пока я не пойму, не залатает ли он сам себя обратно. Агги, он твой постоялец. И твоя проблема.

Лицо Агги исказила гримаса чистейшей ярости. У нее и так таверна, гоблины, долги покойного отца, а тут еще и «ходячая дыра в мироздании» в придачу.

Его приговор был суров: самая грязная работа. Мыть полы, которые пачкались быстрее, чем он успевал их мыть, особенно после ночных гулянок гоблинов.

ГЛАВА 4. КРЫСА, ПЕТЛЯ И ОБМОРОК

Подвал таверны, ночь. Мотя, сгорбившись, с тряпкой и шваброй в руках. Уже неделю он замечал одну и ту же крысу. Она не искала еду. Она бежала от стены к стене, тыкалась мордой в дерево, отскакивала, замирала в ступоре и снова бежала. Классическое стереотипное поведение. Его внутренний «демон-спасатель» зашевелился.

День первый: наблюдение.

Он забыл про уборку. Он сидел в углу и смотрел, мысленно описывая ее движения: «Пациент К. Повторяющееся девиантное поведение. Отсутствие реакции на внешние стимулы…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.