# Крылья Ангела

Анна Верная

– Помнишь, я обещала тебе напомнить, что ангелов не существует? Сколько лет прошло с того разговора? Три года, так ведь, сестренка? Сегодня ты падешь, станешь грязной и никому не нужной. И еще, если ты все-таки выживешь и решишь вернуться в семью, знай, это видео увидят все. Отец, Кирилл и все остальные. Выбор за тобой. Но пока наслаждайся моим подарком, сестра.

Говорят, ангелы не плачут. Они плачут по тем, кого любят, кого оберегают. И вот дойдя до самого конца, вспоминаешь все с самого начала…

## пролог

Говорят, ангелы не плачут. Они плачут по тем кого любят, по тем, кого защищают, по тем, кого оберегают.

Мне казалось, моя жизнь закончилась три года назад со смертью мамы, но она закончилась именно здесь, здесь и сейчас. В этой комнате, пропахшей чужим потом и грязью, а также кровью, моей кровью.

Но я все равно продолжаю еще дышать, хотя не понимаю зачем, для чего. Жизнь утратила всякий смысл. У меня нет теперь имени, нет фамилии, друзей и самое главное – семьи. Нет меня. Как будто никогда и не было.

Я никогда не смогу вернуться к родным, к тем, кто еще остался. Как так все могло измениться? Хотя понятно, как… Благодаря кому я здесь…

И теперь дойдя до самого конца, я вспоминаю все с самого начала. С того дня, с которого должна была начаться моя новая жизнь. Жизнь, полная счастья и любви…

Но по факту именно с того дня начался обратный отчет, отчет в преисподнюю. И теперь здесь мой персональный ад, который мне прийдется проживать снова и снова. И так каждый день до последнего моего вздоха.

И прежде, чем провалиться в спасительную темноту я возвращаюсь в тот день и в то место, где все началось.

Где все началось, и где все и закончилось…

## глава 1

За три года до событий в прологе…

Сегодня мой пятнадцатый день рождения. Пятнадцать это много или мало? Закончен девятый класс с отличием, мама бы обязательно обрадовалась, если бы.....

Как банально бы это ни звучало – авария. Каждый день в мире гибнут и становятся инвалидами из-за аварии десятки и сотни людей. Проживая каждый свою жизнь, не задумывается, что это может случиться именно с ним. Это где-то, это у кого-то. Может быть у соседа на улице, может у одноклассника, но только не у тебя, никогда.

И сразу постоянный вопрос :

– Почему это со мной? За что? Мы всю жизнь с мамой жили вдвоем, сначала о вопросах об отце она просто отводила взгляд. Потом я поняла, эта тема-табу и вовсе перестала ей интересоваться.

Только однажды, когда мне было семь, мама сказала:

– Всему свое время, время прийдет, узнаешь.

Я все поняла. Да, для своих малых лет я была очень сообразительной девочкой. Все говорили, что я взрослая не по годам и очень умная, мне все давалось с легкостью, уверена, не последнюю роль в этом сыграли мамины гены.

Мама родила меня в двадцать два, едва успев окончить институт, и всегда была очень красивой, приковывая на себе взгляд многих мужчин. Но никому взаимностью она никогда не отвечала, полностью посвятив себя моему воспитанию. По профессии она была филологом, любовь к языкам передалась и мне.

Мама знала пять языков: английский, немецкий, французский, турецкий и испанский, и все в идеале. Она могла бы ездить по миру, построить блестящую карьеру, но у нее была я. Воспитание и уход за ребенком вот, что по-настоящему стало для нее главной карьерой.

Сама мама поздний ребенок у своих родителей. Бабушка родила маму уже в сорок, а дедушке было сорок пять. У них очень долго не получалось с детьми, пятнадцать лет лечений, куча диагнозов и никакого результата.

Потом они просто устали от постоянных походов к врачам и окончательно смирились с тем, что детей у них никогда не будет. Решили, что на все воля божья и раз так суждено, значит так и надо, а жить нужно здесь и сейчас.

Осознали, что жизнь состоит не только из больничных палат, анализов и люди вокруг не все носят белые халаты. Они вдвоем стали путешествовать, наверстывать упущенные годы. Одну поездку решили посвятить святым местам, это время мама вспоминала, как самое счастливое у них.

Но спустя несколько недель после этой поездки бабушке, ее звали Катя, стало становиться плохо, она стала жаловаться на головные боли, усталость, слабость. Все это списывала на возраст.

Дедушка Павел был по профессии инженер и больше всех в жизни любил свою Катюшу, как он ее всегда называл. Он очень переживал за жену,ни раз просил обратиться в больницу.

Последней каплей стало, когда бабушка упала в обморок, тогда Павел и отвез жену к врачам. Тогда и произошло чудо, вернее чуду уже было двенадцать недель. Не описать, что тогда творилось с ними: слезы радости, счастья, даже боязни, что врачи могли ошибиться.

Беременность протекала тяжело, и, как говорили врачи, причина не в самом возрасте, а предыдущие лечения давали о себе знать. Они вместе пережили этот период, и спустя полгода на свет появилась моя мамочка, их общее выстраданное счастье, их надежда на светлое будущее и просто их Надежда. Да мою мама зовут Надежда, Наденька, как ее звали родители.

Их семейное счастье длилось недолго. Когда маме исполнилось двенадцать, бабушки не стало, тромбоз. Она слава богу не мучилась. Мама постоянно ее вспоминала, я же видела бабулю только на фотографиях. Мама, бабушка и я, все втроем очень похожи друг на друга. Мама вспоминала, что после смерти бабули, дедушка Паша очень постарел, перестал радоваться, куда-то выходить и любимая работа не приносила никакого облегчения.

Только лишь мамины достижения и успехи хоть как – то поддерживали в нем жизнь. На свое же здоровье абсолютно махнул рукой и вдобавок стал много курить. Так, когда мама уже училась на первом курсе института ее отца не стало. Врачи скажут хроническая болезнь легких, сердце не справилось с нагрузкой.

В наследство маме досталась хорошая трехкомнатная квартира, в которой мы с ней и жили. Поэтому, когда родилась я, помогать со мной было некому. Конечно, выбрав карьеру, мама могла бы нанять и няню, но категорически отказалась от этого и все заботы взяла на себя. Так мама и стала простым учителем английского и немецкого в школе.

Правда, школа наша очень престижная с разными уклонами. Директор Раиса Ильинична строгая, но справедливая женщина. В нашем министерстве образования о ней ходили легенды.

Для своей школы и всех ее учеников вместе с учителями она выбивала разные гранты, путевки в санатории, даже многим помогла поступить в лучшие высшие учебные заведения страны.

Были даже случаи поступления и за границу. Именно такое будущее пророчили и мне. Казалось, для Раисы Ильиничны не существует закрытых дверей.

Она знает всех абсолютно, от чиновников до техслужащих в нашей школе – гимназии или лицее, как ее многие называли. Своей семьи у нее не было. Лицей был ее домом, а ученики – ее детьми.

Раиса знала все о своих учениках, как зовут, где живут, чем увлекаются и абсолютно всех по имени. Среди нас учились совершенно разные дети. Это были и дети богатых родителей и сироты, и те у кого не было по одному родителю, малоимущие, многодетные.

Но всех объединяло одно – желание хорошо учиться, получить отличное среднее образование, даже не так – лучшее образование, выбрать лучший институт и получить шанс на лучшую жизнь.

Для многих это был действительно реальный, единственный шанс заявить о себе в будущем и не только благодаря связям родителей, а только исключительно своим способностям и стараниям.

И кем бы ни были твои родители, если ты не хотел и не мог, просто не тянул учебную программу лицея, двери школы навсегда для тебя закрывались. Поэтому учиться здесь было престижно, с таким богатством знаний можно было без проблем поступить, куда хочешь.

Среди наших прошлых выпускников есть политики, депутаты, многие работают в разных министерствах, есть успешные врачи. На встречах выпускников всегда собирается разнообразная публика, никто из них не забывает откуда все началось, и не малая в этом заслуга принадлежит нашей директрисе.

Она всегда искренне радовалась успехам каждого выпускника, хотя и старалась не выдавать лишних эмоций, и все знали, за каждого своего работника и ученика она будет бороться и помогать абсолютно всем.

Некоторые дети из интернатов даже жили у нее дома некоторое время. Потом она выбила средства в управлении для строительства интерната внутри школы. Для меня эта женщина была святой после мамы. К нам Раиса относилась очень тепло, я бы сказала даже по-родственному.

На маминых похоронах она еле держалась, было видно, как ей очень плохо. Я на все сто процентов уверена, не появившись внезапно моих новых родственников, она бы оформила опеку и взяла меня к себе и такой расклад более, чем бы устраивал меня.

Но кажется, у жизни на меня совсем другие планы, а мое мнение и желание, вряд ли кого – то интересуют. После маминой смерти со мной постоянно была ее лучшая подруга и по совместительству моя крестная Алена.

Когда я более или менее пришла в себя, она сказала, что знает моего отца, и его семья собирается забрать меня к себе, и это ,конечно, не обсуждается.

Сказать, что я была в шоке – ничего не сказать. И вот теперь я еду почти сутки в другой город, не зная ничего и никого, и даже не предполагая, чего ждать завтра. Еще пару месяцев назад скажи мне, что со мной хочет увидеться мой отец, я была бы безумно счастлива.

Вот и сбылась детская мечта. Но теперь мне все равно, в душе пусто. Неужели, чтобы встретиться с родным отцом, маму должна была сбить это проклятая машина средь бела дня? Это и есть цена за отца? Если так, мне этого не надо, пусть вернется все, как было. Хочу в прошлую жизнь с мамочкой, с ее советами и самой вкусной на свете выпечкой.

Я стараюсь снова не заплакать, но слезы начинают литься из глаз и стекать по щекам.

– Лина, девочка моя, – от воспоминаний меня отвлекает Алена. – Не плачь. Поверь, если бы я могла, обязательно бы взяла тебя к себе. Но твой отец хочет забрать тебя к себе, у него большие связи и деньги, мне не тягаться с ними, лучше....

– Лучше бы его и дальше не было бы, где он был все пятнадцать лет, где? Мы жили без его денег и связей, фамилии, а теперь он хочет? Он захотел себе, а когда расхочет, избавится, выкинет меня, так будет?

– Лин, поверь, ты многого не знаешь и не понимаешь, это не моя история и не моя тайна, я не могу тебе всего рассказать, да и всего от начала до конца я и сама не знаю. Но зато знаю точно, тебе будет хорошо в новой семье.

– Мне никогда уже не будет хорошо.

– Милая, не говори так. Твоей маме это бы не понравилось, у тебя вся жизнь впереди, столько всего интересного, появятся новые знакомые, друзья, а через пару лет ты уже поступишь в институт. Выберешь направление китайский, ты уже отлично знаешь язык, проблем не будет.

Да в отличие от мамы, я выбрала китайский и арабский. Мне всегда нравились эти языки, сложные иероглифы, но по своему красивые. Мне нравятся не только сами языки, но и эти страны.

Китай со своей сильной экономикой, а арабский, это что-то завораживающе красиво, как восточная сказка. Тяга к языкам появилась особенно после начальной школы. Мама не стала меня отговаривать и все свободное время я посвятила занятиям. Мы вместе выбирали и покупали книги, записывались на онлайн курсы.

Ну и ,конечно, был английский, куда без него? О моих занятиях знала и Раиса, она мне дарила книги на арабском и говорила, что, если с годами мое увлечение не уйдет, то она в будущем обязательно поспособствует моему поступлению на международные отношения.

Раиса тоже была уверена, что арабский очень перспективный язык, и что, если получится, можно даже поехать учиться в Эмираты. Не знаю свою ,,новую" семью, но свои желания им я озвучивать не буду. Я вообще не знаю, как себя вести, что говорить, в голове сплошные что. Разве так должно быть у пятнадцатилетней девочки?

– Когда тебе исполнится восемнадцать, – внезапно говорит Алена, – ты сможешь вернуться домой обратно, если захочешь. Я буду следить за твоей квартирой, убираться, поливать цветы. А, если не захочешь возвращаться, сможешь ее продать.

– Нет, я никогда не захочу ее продать, даже, если не вернусь в наш город. Это память о маме, моем детстве, дедушке и бабушке.

– Как скажешь, в конце концов время еще есть подумать.

Я отвернулась к окну, оставалось ехать совсем не долго, и скоро моя жизнь разделится на до и после окончательно.

## глава 2

Мы приехали ближе к четырем вечера, вещей я много не брала. Алена сказала, что самое необходимое мне купят. Но любимые книги, семейный фотоальбом я не могла не взять.

Дом, в котором жили мои новые родственники, нельзя было назвать домом. Это был роскошный трехэтажный особняк. Во дворе фонтан и необычной красоты сад вокруг.

Красивые цветы, ухоженные деревья, кустарники. Я такую красоту даже в ботаническом саду не видела, вкус у хозяев дома изумительный. Сколько же надо держать обслуживающего персонала, чтобы следить за этой красотой?

За разглядыванием сада и не заметила, как мы подошли к самому входу. Дверь нам открыл мужчина в специальной одежде, наверное, дворецкий.

– Добрый день, госпожа Ангелина, как вы доехали?

От удивления я даже сразу не поняла,что обращаются именно ко мне.

– Спасибо, сказать по правде очень устала.

– Проходите, вас уже ждут в гостиной, госпожа Ангелина.

Меня резануло слово госпожа, и что человек вдвое старше меня обращается ко мне на вы. Наверное, и удивление четко читалось на моем лице.

– Горничная Анастасия вас проведет, а ваши вещи будут бережно доставлены в вашу комнату.

Хорошо, что все это время Алена была рядом. Казалось, она ничему не удивлена или делает вид, что все происходит, как надо.

В гостиной было всего несколько человек: пожилой мужчина с тростью, мужчина около сорока, рядом была очень красивая женщина, примерно такого же возраста и....

– Сестренка, как я рада тебя видеть, столько тебя ждала, теперь я здесь буду не одна и....

– Ангелика, – строгий голос прервал щебетание девушки, – Где твои манеры? Ангелина только что приехала, и ты уже с порога набрасываешься на нее. Дай ей прийти в себя в конце концов.

– Извините, дедушка, я просто рада очень увидеть сестру.

– Благодарю вас, Алена Николаевна, что сопроводили и доставили мою внучку в целостности и сохранности. А теперь, если позволите, я бы хотел поговорить с Ангелиной в кругу семьи, – все также строго сказал этот пожилой дядечка. Видно, он здесь и есть самый главный. Только по одному его тону никогда не посмеешь ему возражать.

– Да, конечно, только позволите нам быстро попрощаться?

Дедуля только кивнул. Он наверняка знает, сколько мы добирались, мог бы предложить и переночевать Алене с дороги. Но видимо, гостеприимство не самое лучшее качество главы этой семьи. Мы отошли немного в сторону, чтобы быть подальше от остальных.

– Лина, девочка моя, – Алена крепко обняла меня, – Не переживай, помни о чем мы говорили. У тебя все будет хорошо. Как только обживешься и немного привыкнешь к новому дому, сразу звони. Я и Раиса Ильинична тоже будем тебе периодически звонить. Да, ты же не думала от нас так быстро избавиться?

– Что за глупости? Я и так не могу с тобой расстаться.

Мы все время стояли обнявшись. Было видно, что и Алене дается с трудом наше расставание. Я опять начала шмыгать носом. Да что же это такое? Чем больше себе обещаю не плакать, тем меньше это у меня получается.

– Ну все ладно, давай , ты у меня сильная девочка, а ну живо перестань. Все, мне действительно нужно ехать обратно, а уже начинает темнеть и впереди еще сутки снова в машине.

– Как ты собираешься ехать еще целый день в пути без сна?

– Не переживай за меня, через пару часов остановимся в гостинице, переночуем и дальше в путь. Твой отец был очень любезен, предоставив нам машину с личным водителем. За меня не думай, сейчас главное, тебе привыкнуть быстрее ко всему новому.

Мы еще раз крепко обнялись. Так не хотелось, чтобы она уезжала, казалось, что, если крестная уедет, то последняя ниточка с прошлым оборвется навсегда.

Алену провожал все тот же мужчина, что и открывал дверь. Лишь напоследок она еще раз обернулась, улыбнулась мне и посмотрела за мою спину, но быстро отвела взгляд. Мне же предстояло развернуться и посмотреть в глаза моей "новой" семье и такой же и жизни.

– Ангелина, – начал все тот же властный дедуля, – Меня зовут Глеб Александрович Мальтов, я глава этого дома и всей нашей семьи. Это мой сын Алексей – твой отец, его жена Дарья, ну и с Ангеликой ты немного успела познакомиться.

Я всех обвела взглядом, сказать, что почувствовала что-то родственное, ничего не сказать. Да и вряд ли сейчас я могла что-то чувствовать.

Девочке, которой пятнадцать, и, которая всего месяц с лишним назад потеряла мать, вряд ли способна на сентиментальность и слезы радости от воссоединения с семьей, которая в принципе была рядом, и, если бы у кого-то из них возникло хотя бы малейшее желание общаться и видеться, то это обязательно бы произошло.

Но как всегда в жизни сильно много ,,если бы". Алексей Глебович, мой папа. Папа. Я даже это слово произносила за свою жизнь всего несколько раз. В моем свидетельстве о рождении в графе отец стоит прочерк, а отчество, как и у мамы Павловна.

Стоит сказать, что Алексей, пока могу называть его только так, очень красивый мужчина. Возраст около сорока, статный, хорошо одет и сложен. Но внешне я копия своей мамы и бабушки, от отца мне не досталось абсолютно ничего.

Я признаться этому только рада. Алексей не сводит с меня взгляда и в этом взгляде нет ничего отцовского. Он, как будто смотрит на меня, а видит совсем другого человека. А еще я вижу, как подрагивают его пальцы, он очень волнуется и не может это скрыть.

Рядом с ним женщина Дарья, его жена, то есть моя мачеха. Выглядит она очень усталой. Нет, она также хорошо одета, ухожена. Видно, что регулярно посещает салоны красоты, но взгляд пустой.

Она, как красивая упаковка и больше ничего. В ней нет ни высокомерия, ни стервозности, ничего, пусто. Похоже ее вообще ничего не интересует.

Алексей держится отстраненно от нее, а еще почему-то у него нет кольца на пальце. Да, наблюдательность мое все. Я с детства все вокруг подмечаю, анализирую. Не зря же все считали меня через чур взрослой.

Ну и моя сестра Ангелика, даже имена у нас похожи. Странно, как так получилось? Она моего возраста, не старше, хотя внешне тяжело понять. Очень красивая, глаза карие, вот она как раз и похожа на Алексея.

Высокая, настоящая аристократка и прекрасно вписывается в эти стены, в отличие от меня. Ангелика смотрит на меня и не перестает улыбаться. Ей видно, очень хочется остаться со мной наедине и много, много чего рассказать.

Но я так сильно устала от поездки, что единственным желанием хочется побыстрее принять душ и лечь спать. Дорога, сильные эмоции очень вымотали меня, все вокруг воспринимается тяжело и давяще. Стены давят, люди давят.

– Я бы хотел поговорить с Ангелиной наедине.

Все как будто только и ждали этого приказа. Вмиг и в гостиной мы остались вдвоем. Глеб Александрович пристально смотрит на меня, пытаясь что – то разглядеть. Мне бы упасть на кровать и проспать пару дней, а тут разговоры, ну, конечно, кому есть дело до моей усталости.

– Пойдем, – говорит Глеб Александрович.

И всего-то! А я то думала. Судя по всему, дедуля не отличается многословностью. Я иду следом за ним, для своих лет он очень быстро передвигается.

Мы поднялись на второй этаж, остановились прямо напротив огромной массивной двери. Мужчина достает из кармана пиджака ключ и быстро открывает ее. Когда мы входим внутрь, я тут же забываю за усталость, и что пару минут назад хотелось спать.

Да я даже дышать и то забываю.

## глава 3

На мгновение время застыло. Мы входим в библиотеку и не просто в библиотеку. Это настоящий музей книг, настоящий клад для таких, как я. Их настолько много, что просто не сосчитать даже по количеству, не то что все прочесть.

Тут и несколько жизней не хватит. Посередине комнаты стоит пианино, судя по виду начало двадцатого века. Даже оно здесь гармонично вписывается. Огромные окна, возле которого круглый стол и два кресла по бокам. На столе несколько фотографий в красивых рамках, но мне не хватает времени рассмотреть их внимательно.

Все мое внимание сосредоточено только на книгах. По переплету замечаю, что у разных изданий разный возраст. Здесь собраны издания со всего мира. Многие из них кажутся бесценными.

Нахожу несколько названий и вспоминаю, что читала в интернете про них, что они были куплены на закрытых аукционах за бешеные деньги, а часть я уверена даже считается пропавшей.

Мне казалось у Раисы Ильиничны огромная библиотека, но эта… Сколько же надо лет потратить, чтобы собрать все это? Видно, что здесь регулярно убирают, вокруг ни пылинки, даже воздух другой. На стене старинные часы, но время здесь останавливается. Уверена, зайди сюда с утра, и не заметишь, как настанет глубокая ночь.

– Вижу ты оценила мое хобби, Ангелина!

От вопроса я даже подпрыгнула, уже и забыла, что здесь не одна.

– Да … Здесь… Даже слов нет. Как, как вы смогли все это собрать?

– Я очень долго живу и много, где был, да и не все это моя заслуга. Здесь есть издания разного времени, коллекцию начали собирать еще наши предки. Понимаешь, у всех разные увлечения, кто-то покупает лошадей, другие картины, драгоценности, а у меня вот… Мужчина обводит рукой комнату.

– Когда остаешься сам, и вся жизнь почти позади, есть время на раздумья. Я люблю здесь думать, и моя покойная жена, твоя бабушка Мария Петровна, тоже очень любила книги, так же как и цветы. Ты заметила сад во дворе?

– Конечно, он безумно красив!

– Это тоже ее заслуга. Маша, несмотря на титул и кучу слуг в доме, сама любила повозиться в земле. Все эти цветы, деревья, кустарники, я и половины названий их даже не знаю.

Везде, где бывал в разъездах, брал свою Машу. Пока подписывал очередные договора, она знакомилась с местностью и всегда вместо подарков привозила разные саженцы, хотя по стоимости и не сказать,что они дешевле бриллиантов.

Глеб Александрович слегка улыбнулся, еле заметно, но уловимо, и на минуту закрыл глаза и замолчал, о чем – то видимо вспоминая.

– Давай присядем. Ты с дороги, я не отниму у тебя много времени. Ключи от этой комнаты есть только у меня и у Клавдии. Она старшая у прислуги и очень давно здесь работает. Ты скоро с ней познакомишься, как и с остальным персоналом.

Она убирает здесь два раза в неделю, остальным вход сюда запрещен. Сыну давно нет не до чего дела. Дарью волнуют другие проблемы, а Ангелика пытается увлечься всем и сразу. Но я вижу это не приносит ей никакого удовольствия. Ей скорее больше скучно. Хотя она и пытается обмануть старика, видимо, подлизывается.

– Ну какой вы старик? Вы мужчина в почтенном возрасте и в отличной форме!

Я пыталась разрядить немного неловкую обстановку. Было немного не по себе. Меня, которую он видит скорее всего впервые, приводит в свою сокровищницу и рассказывает личные моменты, он ставит выше, чем ту внучку, что росла и жила с ним всю жизнь.

– Здесь есть издания на разных языках. Ты же знаешь языки, как твоя мать?

Вопрос поставил меня в тупик.

– Я понимаю, о чем ты думаешь, – все также спокойно продолжал Глеб Александрович. – Откуда мне знать о твоих увлечениях? Поверь, если твоего деда и отца не было рядом, это не значит, что мы были не в курсе твоей жизни. Мальтовы всегда были главными спонсорами твоего лицея.

У меня от удивления даже глаз задергался.

– Но вашей фамилии никогда не было в списке спонсоров.

– Я знаю, это было наше главное условие – анонимность. Твоя мать не должна была ни о чем знать.

– Значит вы знали и Раису Ильиничну?

– Разумеется, удивительная женщина, сильная, всегда с гордостью и любовью отзывалась о тебе и Надежде.

– Значит путевки, подарки это тоже, благодаря вам?

– О нет, девочка, все подарки и призы – это только твоя заслуга и больше ничья. Мы только спонсоры, но не более. Раиса сразу обговорила свои условия. Несмотря на свою любовь к вам, справедливость у нее на первом месте.

Заслужил – получи, не дотягиваешь – до свидания, третьего не дано. Но не буду лгать, все твои заслуги грели душу. Гимназия, где учится Ангелика, считается лучшей в стране, в ней учатся наследники очень влиятельных семей.

Куча вложений, но на мой взгляд, она и сотой доли не стоит твоего лицея. К сожалению, учебу в твоем городе из-за отъезда, пришлось перенести сюда. Поэтому два года доучишься здесь с Ангеликой. А дальше выберешь любой институт, какой захочешь, я поддержу любой твой выбор.

Глеб Александрович посмотрел на меня в ожидании ответа.

– Мне пока не до этого, – сказала, как есть, – Я только похоронила маму, приехала в другой город, познакомилась с вами, дальнейшее будущее пока никак не видится, мне бы с настоящим разобраться.

– Я понимаю и не тороплю тебя, времени достаточно. Просто акцентирую на том, что поддержу любой твой выбор. В свое время своим детям я его не давал.

Они с рождения знали где, с кем и на кого будут учиться, с кем дружить и с кем построят свою семью. Больше подобные ошибки я совершать не хочу.

Даже голос его изменился, казалось, это признание достается ему с большим трудом.

– Я дам и тебе ключ от библиотеки, можешь приходить, когда захочешь и находится здесь сколько угодно. По времени ограничений нет никаких.

– Что? Мне? Ключ? Вернее, извините меня, пожалуйста, просто я вижу, как вам дорога эта библиотека, и вы не каждого сюда пускаете, а я, я…

– А ты моя внучка, моя плоть и кровь, есть еще вопросы?

Я не знала, что даже сказать на это, сидела и молчала.

– Вопросов нет, это хорошо, – ответил за меня Глеб Александрович, – Тогда у меня есть. Ты согласна иногда читать для меня на любом языке, котором захочешь?

– Я…Да, конечно, мне будет очень приятно, главное, чтобы вы не были заняты.

– Все дела, которые были когда – то важны, уже сделаны. Последние годы своей жизни я хочу провести дома в окружении своей семьи. И да, не думай, что буду заставлять тебя называть себя дедушкой, хотя очень надеюсь, что дождусь этого.

Он слегка улыбнулся мне, и я тоже.

– Я слышала, Ангелика вас по имени отчеству называет.

– Да, так у нас заведено, правила приличия, черт бы их побрал. Дарья тоже меня так называет. Но я уже сильно стар и хотелось бы и дедушкой успеть побыть, раз хорошим отцом своим детям так и не стал.

– У вас есть еще дети?

– Да, есть, но сильно много вопросов на сегодня, Ангелина. Ты устала, сейчас Анастасия проводит тебя в твою комнату, отдыхай. У нас еще будет достаточно времени для душевных разговоров.

Я улыбнулась в ответ. Глеб Александрович протянул мне ключ. Я видела, он ждал еще чего-то, возможно обьятий, но сегодня и сейчас я никак не могла назвать его дедушкой или обнять.

– Можешь идти отдыхать. Анастасия уже ждет тебя проводить, твои вещи уже в комнате, не торопись сегодня их разбирать, отдохни. Если хочешь есть, тебе принесут еду в комнату. Скажи, если у тебя есть какие-то пожелания горничной, она все передаст на кухню.

Вообще у нас завтрак и ужин строго по расписанию в пол восьмого завтрак, в шесть вечера ужин. Обед может быть и не в стенах дома, так как часто каждый занят своими делами, но завтрак и ужин это не обсуждается и опаздывать никак нельзя. Но тебе сегодня можно не спускаться, отдыхай. Но завтра жду тебя внизу, не опаздывай.

– Спасибо, Глеб Александрович, я все поняла.

– Отдыхай, Ангелина, и да, мне очень жаль, что так случилось с твоей мамой. Мне так и не удалось за многое у нее попросить прощение.

Я лишь еле кивнула. Напоминание о матери резануло внутри. Я быстро поднялась с кресла и вышла из комнаты. В коридоре уже ждала та самая Анастасия. На вид ей не дашь больше двадцати пяти, невысокого роста, миниатюрная и очень милая внешне.

Может быть я смогу с ней и подружиться, или у этих аристократов не принято общаться с прислугой? Хотя какая мне разница? У них свои правила, у меня свои. Я не претендую ни на их фамилию, ни тем более на их богатства.

Анастасия, увидев меня, слегка улыбнулась, но смотреть прямо боялась.

– Госпожа Ангелина, пойдемте, я провожу вас в вашу комнату. Она на третьем этаже. Рядом с вами комната и госпожи Ангелики, у вас общая стена и общий выход на балкон, но ванная у каждого своя. На этом же этаже и спальня госпожи Дарьи.

– А у Дарьи и ее мужа разные спальни?

Я задала вопрос, когда мы уже подошли к двери. Она чуть остановилась и замешкалась. Видимо, ей было страшно обсуждать своих хозяев с незнакомой девочкой. Даже, если я по сути и являлась частью этой уже странной на мой взгляд семьи.

Девушка открыла дверь, пропуская меня вперед. На полу уже стояли мои вещи. Комната была огромная, просторная, светлая. Ничего наляпистого, яркого, все, как в принципе я и люблю.

– Глеб Александрович просил передать, что, если вам не понравится комната, то вы можете переделать все на свой вкус. К вам приедут дизайнеры, и вы можете все поменять от обоев до мебели.

– Нет, все в порядке. Передай, вернее я сама завтра скажу, что меня все устраивает. Я жила в гораздо более скромных условиях. Мне, правда, все очень нравится.

– Хорошо, как скажите. Позвольте, я только вкратце расскажу, где и что находится. Здесь справа гардеробная. На днях к вам приедут стилисты, возьмут мерки и привезут полностью готовый гардероб. Естественно только то, что вы сами одобрите.

Комната напротив это ванная, здесь же и душ и туалет. Ну вот в принципе и все. Скоро ужин, на нем обязательно быть всегда и всем, но так как вы с дороги, Глеб Александрович распорядился, что, если вы захотите, ужин принесут вам в комнату.

– Спасибо большое, я и, правда, ужасно устала. Приму душ и, наверное, если у вас есть, выпила бы чай с жасмином и сьела бы пару бутербродов, на больше у меня абсолютно нет сил.

– Да, конечно, я все передам, и скоро вам все принесут.

– Анастасия, я бы хотела, чтобы ты ко мне обращалась на ты и по имени, и тебя хочется называть просто Настей. Если позволишь, конечно. Я не привыкла к таким формальностям и вряд ли когда-нибудь привыкну.

– Я понимаю, но здесь так не положено. Если кто-то услышит, то меня могут уволить, а найти такую высокооплачиваемую работу очень тяжело.

– Но послушай, мы никому не скажем. Давай так, наедине ты ко мне обращаешься Лина, а я к тебе Настя, идет? А при всех будем, так как здесь заведено!

– Хорошо, давайте.

– Давай…Лина.

– Лина.

– Вот видишь и не сложно! Насть, извини, что интересуюсь, но ты сказала, что здесь на этаже еще и спальня Дарьи, а Алексей Глебович живет отдельно?

– Да, они не живут вместе. Его комната, как и хозяина, на первом этаже. На втором, где вы были, библиотека, но вы ее видели уже, и комната госпожи Кристины, дочери Глеба Александровича.

Но она больше пятнадцати лет здесь не живет. Эта тема не обсуждается. Когда я впервые пришла сюда на работу, уже тогда никто не смел лишний раз об этом разговаривать.

И господин Алексей, как я поняла, уже очень давно живет отдельно от жены. Подробности, конечно, мне не известны, да и это не мое дело. Возможно Клавдия больше знает, она здесь всю жизнь работает.

Вся прислуга ей подчиняется и слушается. Если честно, мы ее все побаиваемся. Одно ее слово, и наши головы полетят. Если она увидит, что кто-то плохо выполняет свою работу, то ту тже лишится места, даже и слова не успеет сказать.

Поэтому весь персонал сюда подбирается очень тщательно. Главное условие – все делать идеально и, конечно же, молчать. Все, что происходит в этих стенах, здесь и остается.

Если журналисты что-то пронюхают или сделают какие-то фото, опять весь персонал, абсолютно весь будет заменен на новый, вплоть от садовника до водителя и охраны. Здесь с этим строго.

Семейные тайны Мальтовых так и останутся тайнами. Возможно и ты их когда-нибудь узнаешь, в конце концов ты теперь часть их семьи.

– Да только пока у меня к ним нет абсолютно никаких чувств.

– Слишком мало времени прошло. Ладно, Лин, я пойду, пока Клавдия не заметила, что я долго отсутствую, да и к ужину пора готовиться.

– Спасибо еще раз, и может ты мне в другой раз расскажешь еще чего-нибудь о моих ,,новых" родственниках?

Настя только улыбнулась и вышла из комнаты. Я осталась одна, быстро переоделась в домашнее и отправилась в душ. Хотелось быстрее смыть с себя этот долгий день. Выйдя из ванной, увидела на прикроватном столике чай и пару бутербродов с запиской.

– Приятного аппетита, Лина, и спокойной ночи! Не забудь завтра в семь тридцать завтрак, в семь я тебя разбужу. Настя.

Вот тебе и поспала хотя бы до восьми. И какая разница, зачем так рано вставать, что за ритуал?

Ладно об этом завтра, все завтра. Я начала пить чай и параллельно разбирать свои вещи. Достала из сумки рамку с фотографией, где мы с мамой не задолго до аварии. Такие красивые и счастливые.

Я как раз выиграла конкурс ,,Мисс весна лицея". Мы стоим вдвоем, крепко обнявшись и улыбаемся. Слезы опять начинают течь по щекам. Никогда, никогда не станет легче, никакое время никогда не убирет эту боль.

Ложусь на кровать и думаю, что вряд ли быстро засну, но усталость и переизбыток эмоций сильно сказывается. Сама не замечаю, как засыпаю, и как бывает в последнее время без сноведений.

Ну, здравствуй, Лина, новая жизнь, новая семья! И еще ты стала старше на целый год!

P. S : Дорогие читатели, это моя первая работа, очень рассчитываю на вас и вашу поддержку. Если вас заинтересовала эта история, добавляйте в библиотеку и отмечайте отметку нравится. Буду рада вашим комментариям!

## глава 4

Будильник, как я его не любила. Просыпаться совсем не хотелось, но нужно было вставать, на часах без десяти семь. Думаю, полежу еще минут десять, максимум пятнадцать, и я готова.

Помню завтрак,опаздывать нельзя ни в коем случае. Правила этого дома, которые нарушать никак нельзя. Кажется, я действительно отключилась, так как сквозь сон слышу настойчивый стук в дверь.

Поняв,что это мне не снится, резко поднимаюсь с кровати,времени уже семь пятнадцать, бегу открывать дверь. Да кого ж это принесло с раннего утра?

– Лина, доброе утро, – на пороге комнаты стоит бодрая Настя. Интересно во сколько она ложится и встает, чтоб так свежо выглядеть? Чего не скажешь обо мне. Все бы отдала на свете, чтобы хотя бы часик еще поспать.

– Я уже минут десять к тебе стучусь, так и знала, что лучше разбудить тебя. Давай ты собирайся быстрее, а я пока застелю кровать.

– Насть, успокойся. Я сейчас все сделаю сама. У себя дома я справлялась сама, но все равно огромное спасибо за беспокойство. Давай сделаем вид, что ты у меня убираешься, а сама отдыхай. А я быстро в душ и собираться.

– Спасибо, Лин. И еще это правда, что тебе вчера исполнилось пятнадцать?

– Да.

– Поздравляю, правда, я без подарка, поздно узнала. Могу тебя хотя бы обнять?

– Конечно, если хочешь обнять человека, который нравится, необязательно просить разрешения.

Мы крепко обнялись, чувствую, что эта девушка очень искренняя. Я сразу прониклась к ней. После быстро привожу себя в порядок и все отчетливее понимаю, что не хочу спускаться вниз, не хочу сидеть вместе за одним столом.

Уверенна, мне и кусок в горло не полезет. Но долго прятаться все равно не получится. Не спущусь сама, придут и выведут без права на отказ. Одеваю легкое платье, волосы оставляю распущенными. Еще раз глубоко вдыхаю воздух и решительно иду вниз.

По глазам Насти вижу ей нравится мой образ. Понятия не имею, как здесь одеваются, но менять свой стиль ради кого-то не собираюсь. Подходя к столовой, вижу на часах ровно пол восьмого, успеваю.

В центре стола, как и разумеется, сидит Глеб Александрович. Справа его сын, мой…не могу даже про себя сказать папа. Рядом с ним Дарья, напротив Ангелика. Полагаю мое место рядом с ней.

– Ангелина, доброе утро, проходи, присаживайся рядом с Ангеликой, это твое место.

– Доброе утро всем, благодарю.

Стараюсь быть максимально вежливой. Краем глаза наблюдаю, что на столе разные блюда на любой вкус. И зачем так много всего? Вряд ли они столько съедают за раз. У нас с мамой столько блюд только на дни рождения были. Неужели так у них всегда? Видимо эти люди не привыкли экономить на еде или еще на чем-либо.

– Бери все, что захочешь, не стесняйся. Если будут какие-нибудь предпочтения в еде, скажешь Клавдии, она передаст на кухню, – обратился ко мне глава семьи.

– Спасибо, я не привередлива в еде, можно даже сказать всеядна, ем все, что есть.

– По тебе не видно, что ты хорошо питаешься, или ты посещаешь спортивные секции? – это уже Дарья обратилась ко мне.

– Нет, я не занимаюсь никаким видом спорта, у меня другие увлечения.

– Я просто поинтересовалась за твое питание. Просто Глеб Александрович всегда очень тщательно следил за рационом Ангелики, чтобы она ела все самое полезное, ничего вредного. Вот и мне стало интересно, у вас дома также было. Тебе твердили с детства, что можно есть, а что нельзя?

– Дарья, угомонись, – Глеб Александрович, кажется, начинал нервничать и отношения с невесткой выглядели не такими теплыми.

– Как спалось на новом месте, сестренка? – от вопроса рядом сидящей сестры я даже вздрагиваю.

– Спасибо хорошо. Уснула сразу, как легла.

– Как тебе твоя комната? – продолжил уже дедушка, – Если есть пожелания, можешь все поменять на свой вкус.

– Нет, мне все очень нравится! И еще, если вы не будете против, я бы не хотела менять свой гардероб полностью. У меня достаточно вещей. Я аккуратно ношу одежду и новые мне пока не нужны. Но даже в дальнейшем, я бы хотела сама выбирать себе одежду, а не с помощью посторонних людей, если, конечно, можно.

Я быстро закончила фразу пока не передумала вообще говорить. Просто решила сразу обозначить свои личные границы. Если буду со всем постоянно соглашаться, то просто превращусь в куклу, которую одевают по чужому вкусу. Мама всегда говорила, что нужно отстаивать свои интересы, но делать это мягко и без скандалов.

Мужчина серьезно смотрит на меня и не только он. Такое ощущение, что никто и никогда ни в чем ему не возражал, все соглашались без возражений.

– Что ж, у тебя вчера был день рождения, пусть будет так. Мы не хотим давить на тебя. Хочешь носить свою одежду, я не возражаю, главное, чтоб все было прилично.

– Ничего себе, если бы я умела, обязательно бы присвистнула, – смеется Дарья, – комната на твой вкус, одежда тоже. Глеб Александрович, что с вами, это действительно вы? Когда в этом доме кому-то, хоть когда-то, хоть в чем-то давали выбор? Мы же даже в туалет ходим с вашего разрешения!

– Дарья, – мужчина бьет ладонью по столу, – следи за своим языком. В последнее время ты переходишь все дозволенные границы. И на часах нет и восьми утра, а ты уже вино пьешь, есть разве повод?

– Ну конечно, не каждый же день тебя знакомят с падчерицей и не просто знакомят, а привозят домой, дают право выбора буквально на все! Я вот прожила с вами больше пятнадцати лет в законном браке с вашим сыном на минуточку и никогда мне ни на что ни давали выбора! Не удивлюсь, если в скором времени Ангелине даже разрешат нарушить святое правило – опаздывать и посещать эти никому не нужные завтраки и ужины!

– Дарья!!!– а это уже крикнул Алексей.

– Все молчу, ни слова больше. Правду, кажется, здесь так и не привыкли слышать.

– Мне кажется, ты часто стала злоупотреблять спиртным. Алексей разберись со своей женой, пожалуйста!

– Ну что вы , Глеб Александрович, просто столько событий за последнее время, как можно это не отметить?

– Мама, правда, ты смущаешь Ангелину. Она вот даже и не притронулась ни к чему.

– Доченька, ну какая я тебе мама? Ты же знаешь еще правила этого дома? Никаких мам и пап, только по имени и отчеству и на вы,это же уважение к старшим! Я права Глеб Александрович? Или скоро свод правил будет переписан?

– Дарья, еще хоть одно слово, и ты покинешь этот стол!

Алексей откашлялся.

– Отец, кажется, ты хотел еще что-то сообщить.

Видно, что он всячески хотел отвести внимание отца от жены. Действительно, только от взгляда главы семьи можно было и дара речи лишиться. Не знаю, может быть Дарья и привыкла, или вино ее расслабило, но видно, что ее уже давно не волнует, что о ней думают свекр и муж.

– Да, Ангелина, сегодня после обеда к нам приедет наш семейный юрист. Надо побыстрее поменять твои фамилию и отчество.

– Но это фамилия мамы, а отчество дедушки! – возмутилась я.

От такой новости я даже встала с места.

– Сядь! – спокойно говорит мужчина, – это даже не обсуждается. Ты несовершеннолетняя, а мы твои единственные родственники. И ты не можешь оставаться, как Ширяева Ангелина Павловна. Ты будешь Мальтова Ангелина Алексеевна. Здесь права выбора у тебя нет! Это стандартная процедура. От тебя ничего не требуется.

Я сидела и смотрела в одну точку. А чем я действительно могла им возразить?У них есть деньги и связи, и они сделают, как им надо.

Но фамилию, я думала, они трогать не будут, что для них достаточно, что я живу с ними в одном доме. Даже думала, что буду тихо сидеть, и им и дела до меня никакого не будет.

– А после ужина, – продолжил Глеб, – приедет Стелла, возьмет с тебя мерки. Стелла – друг нашей семьи, у нее свой дом моды. Она занимается пошивом одежды и одевает много влиятельных людей.

Это в основном наряды для важных мероприятий. Через пару недель я хочу организовать бал в твою честь. Все наше общество соберется, будут приглашены журналисты, пресса. Надо обязательно всем показать, что у Мальтовых есть еще одна наследница, наша умница и красавица, – с гордостью продолжил рассказывать мне мужчина.

– Я так понимаю, и здесь выбор без выбора, – усмехнувшись сказала я.

– Ты главная персона бала, конечно. У многих семей есть дочери, и они тоже будут устраивать вечера в их честь. И ты на них уже будешь в качестве гостьи.

– Все понятно, – единственное, что я могла сказать.

– Даже бал! – сказала Дарья, – да за это грех не открыть еще одну бутылку вина, нет лучше шампанского!!!

– Дарья, хватит!!! Ты еще со вчера не отошла! – обратился к своей жене Алексей.

– Ну что ты, милый муж, вчера был тоже не маленький повод. Я ждала твою дочь, и, чтобы скрасить часы ожидания, немного пригубила. Я даже отложила все свои дела ради такого важного события.

– Какие дела? Покер с твоими сплетницами – подружками? – кажется, Алексей тоже готов был выйти из себя.

Но тут слово взяла Ангелика:

– Я так понимаю, нам тоже будут шить новые наряды?

– Да, вы с Дарьей тоже можете заказать у Стеллы. Она и вам подберет Что-то подходящее.

– Ну нет, – возмутилась Дарья ,– у Стеллы никогда! Мы с ней на дух не переносим друг друга. Сегодня же закажу себе платье из последней коллекции в Милане, его как раз успеют доставить к балу.

– Надеюсь, не так как в прошлый раз?! – устало вздохнул Глеб Александрович.

– А что вам не понравилось в прошлый раз, Глеб Александрович?

– Мне не понравилось, что твой наряд выглядел, как наряд шлюхи из последней коллекции! Если ты хотела тогда произвести фурор, тебе это удалось! Только здесь такое не прокатит. На балу в честь моей внучки все будет культурно и воспитанно. Не хочешь шить у Стеллы, твое дело. Но, если повторишь свой последний образ, дальше двери своей комнаты не выйдешь, поверь мне!

– Этот наряд, как вы говорите шлюхи, стоит несколько тысяч евро!

– Мне плевать на что ты спускаешь деньги и свою жизнь, я еще раз повторю без фокусов! И если тебе нужен молодой любовник, ищи его в другом месте и без нашей фамилии! И на этом мое терпение лопнуло. Если твой муж не хочет или не может найти на тебя управу, это сделаю я!

С этого дня я не желаю видеть тебя за этим столом, как минимум до бала точно. И, если еще раз увижу тебя не трезвой, то следующие полгода ты проведешь не на Мальдивах с подругами, а в комнате с белыми стенами и казенной едой! На этом все!

– Глеб Александрович, вы даже не представляете, как я вам благодарна, что наконец-то за пятнадцать лет вы освободили меня от присутствия на этих завтраках и ужинах, так как я уже сыта по горло всем! Извиняюсь, Ангелин, ты скоро ко всему привыкнешь… Наверное.

Дарья вышла из-за стола и немного пошатываясь пошла ко входу на улицу. Алексей устало вздохнул и сказал:

– Что ж я тоже пойду. Буду у себя в кабинете, надо поработать.

Глеб только кивну и обратился уже к Ангелике:

– Ты тоже, как всегда позовешь своих стилистов?

–Да, если вы не против. У нас со Стеллой Эдуардовной не совсем совпадают взгляды.

– Хорошо, я тебе доверяю. Надеюсь, ты меня не разочаруешь, как твоя мать. Ладно я тоже поднимусь к себе. Скоро приедут юристы, пойду подготовлюсь. А вы, поешьте, никаких диет.

Оставшись вдвоем, завтрак уже прошел в тишине. Мне тоже хотелось быстрее к себе. Вечером обязательно нужно позвонить Алене.

## глава 5

– Не обращай на нее внимание, – прерывает тишину Ангелика, – сильно много стрессов для нее в последнее время.

– Даже не думала, кто я такая, чтобы обижаться на твою маму? Ее тоже можно понять. Дочь мужа от другой женщины, кто бы не нервничал?

– Я надеюсь, ее поведение не отразится на нашей с тобой дружбе? Знаешь, я очень рада, что наконец не буду одна в этом склепе. Тут давно у каждого своя жизнь. Иногда кажется, что, если бы я потерялась, о моей пропаже узнали не раньше, чем через месяц в лучшем случае.

– Не говори так! Это же твоя семья, и они тебя очень любят!

– Может быть. И еще, называй меня просто Ликой. Не люблю свое полное имя! В школе меня так все и зовут. А тебя можно звать Линой?

– Конечно, мне тоже так больше нравится.

– Тогда договорились.

Градус напряжения сошел на нет. Может быть и с Ликой у нас получатся хорошие отношения, и мы, и правда станем настоящими сестрами и подругами? Не знаю, как она, а я в детстве очень хотела братика или сестренку.

После завтрака мы разошлись по комнатам. Осталось еще немного разобрать свои вещи,а что делать дальше? Сейчас каникулы, есть свободное время. Но чувствую себя здесь, как в тюрьме. Нет чувства свободы. Надеюсь, можно будет выходить и за пределы дома?

Чуть позже решила выйти на улицу. Там прекрасный сад, и, кажется, я видела беседку, когда мы приехали .С собой взяла книжку на арабском, давно уже не занималась им. Думаю, занятия на свежем воздухе пойдут только на пользу.

Внизу столкнулась с несколькими людьми. Я их не знала, и Насти среди них не было. Зато выделялась другая женщина по взгляду и одежде. Однозначно, это и была та самая Клавдия, управляющая.

– Добрый день, – решила поздороваться первой. Так всегда меня учили, особенно если это старшие.

– Добрый, госпожа Ангелина, вы что-то хотели?

– Да, я бы хотела посмотреть сад и провести время на улице.

– Хорошо, так даже будет лучше. Сейчас в доме очень шумно, так как уже начинаются первые приготовления к балу. Я распоряжусь, чтобы вам принесли что-нибудь перекусить и попить. Может у вас есть какие – нибудь пожелания?

– Спасибо большое, сока будет пока достаточно.

Клавдия только кивнула и быстро удалилась. Да, как и хозяин этого дома, все коротко и по делу, ничего лишнего.

На улице было не так жарко, и я с наслаждением окунулась в свой книжный мир. Не знаю сколько прошло уже времени. При чтении я его просто не замечала, но ощутимо почувствовала рядом чье-то присутствие.

Это был Алексей. Как я сразу не услышала даже его шагов? Хотела уже встать, но он жестом остановил меня.

– Позволишь, мне немного посидеть с тобой?

– Да, конечно, извините, я вас сразу не заметила. Вы давно здесь?

– Нет не очень. Извини, не хотел пугать тебя, просто засмотрелся.

– Нет, вы не напугали меня. Просто, когда сильно увлекаюсь чем-то ничего не замечаю вокруг себя.

– Читая разные книги, – начал он слова, – проживаешь сотни и даже тысячи других жизней, – а закончили мы уже вместе.

– Так всегда говорила твоя мама.

Алексей на минуту закрыл глаза. Я совсем не знаю этого мужчину, но могу с уверенностью сказать, что за свою жизнь он пережил не одну потерю. Это видно по тяжелому и усталому взгляду, даже сказала бы более отрешенному.

Да и на лице не было никаких эмоций, и, если мой приезд внес в жизнь обитателей этого дома хоть какие-то перемены, то по виду моего отца, ему было глубоко все равно.

– Извини, что не поздравил тебя вчера. Поздравляю с днем рождения, это тебе.

Мне передают запакованный конверт.

– Если хочешь, можешь открыть его прямо сейчас.

Мне было любопытно, что внутри, поэтому и не стала отказываться от его предложения. Но, конечно, это книга. И не просто книга, а сборник писателей Италии и все на итальянском. Сама обложка тоже очень красивая, как и все оформление.

– Тебе нравится? – оторвал меня от разглядываний мужчина.

– Конечно, правда, я еще не сильна в итальянском.

Брови Алексея от удивления поползли вверх.

– Странно, я был уверен, Надя тебя всему уже научила, или ты не увлекаешься языками? – спросил с интересом Алексей.

– Почему? Очень даже люблю языки. Просто направления выбрала другие – арабский и китайский, а европейские решила отложить ближе к поступлению.

– Ничего себе! Прости, я опять ничего не знал. Я много чего не знаю о своих детях. Отец с меня так себе, как, правда и муж.

Я молчала, ждала дальше откровенного разговора со стороны Алексея. Раз уж он пришел сам и захотел пообщаться, я не буду против.

Признаться честно, самой интересно, что он за человек, и за что мама так сильно любила его всю жизнь и никогда даже не задумывалась о других мужчинах и не принимала ни от кого никаких знаков внимания.

– Ты очень, даже до безумия похожа на нее и не только внешне: голосом,улыбкой, абсолютно всем.

Все это он говорил, не глядя на меня, а просто, смотря вперед в одну точку.

– Тебе тяжело принять меня, как отца, я понимаю. Но и мне тебя, как дочь тоже. Дело вовсе не в тебе. Просто я не думал, что потеряю Надю так быстро. Она ушла очень рано. Теперь не осталось ничего, только память о ней. Нам с тобой обоим сейчас нелегко.

– Извините меня, пожалуйста, но, если я не ошибаюсь, то вы были с мамой далеко не вместе, а какой сильной потери и боли вы говорите? Я вас даже не знаю!

Мне очень тяжело удавалось скрыть эмоции. Он страдает, хотя я точно знаю, что у них не было никаких отношений. А что тогда говорить обо мне, если мы всю жизнь были вдвоем?

– Ты даже злишься, как она! Я расскажу тебе немного о нас. Мы с твоей мамой были вместе всего полгода, но за это время я пережил эмоций и событий больше, чем за всю свою жизнь.

В вашем городе я тогда оказался проездом. Наши компаньоны из Италии открывали важный проект, а наша компания вела все дела в России. В день переговоров наш переводчик заболел, но сказал, что есть очень толковая девушка, отлично разговаривающая и понимающая по итальянски.

Нам мало было, чтобы только переводили. Нужно, чтобы все оставалось в тайне, никаких утечек конкурентам. Поэтому никогда и никаких посторонних и непроверенных людей рядом с нами не было. Все проверялись службой безопасности по нескольку раз, вплоть до десятого поколения.

Меня полностью уверили, что девушке можно доверять и по окончании ее учебы даже взять в наш штат сотрудников, так как девушка знала еще другие языки.

На тот момент мне было все равно. Нужно было быстро принимать решения и действовать. Я не мог подвести отца и поставить под сомнение наш авторитет.

Когда мы собрались в зале для переговоров, я помню, как сильно нервничал, уже все шло не по плану. Если б я тогда уже знал, как сильно моя жизнь изменится с этого момента. Помню, как робко постучали в дверь. Как вошла девушка, на вид на пару лет младше меня.

Посмотрел в ее глаза и все, дальше ничего не помню. Единственно, что хотел, чтобы мы по быстрее остались наедине. Хотел, чтобы только я смотрел на нее. Не помню, как мы подписали контракт. Впервые в жизни меня ничего вокруг не интересовало.

Как позже выяснилось, твоя мама проходила практику. Ей оставался последний год доучиться. Она заинтересовала не только меня. Итальянцы тоже были без ума от нее. Предлагали хорошее место работы, как закончит учебу у них в стране с полным проживанием. Не каждой выпускнице делают такое предложение, согласись?

У нас все очень быстро завертелось. Мы оба летели в пропасть, не замечая ничего и никого вокруг. Мне нужно было возвращаться домой, но я всегда придумывал различные оправдания. Если и уезжал, то максимум на пару дней, больше вдали от Нади не мог находиться. На тот момент я был уже женат на Дарьи.

Ты не подумай, она не всегда такой была. Мы с ней знакомы с детства, и она всегда была рядом. Она дружила с Тиной, мы были в одной компании. Дарья была душой любой компании, могла все быстро организовать, поддержать любой разговор.

Когда умерла моя мать, и Тина уехала, кроме Дарьи никого ближе не было. Она всегда была рядом, всем поддерживала. Если бы не она в тот момент, я вряд ли бы все это вывез.

С отцом мы совсем отдалились. Стали больше, как деловые партнеры, нежели, как отец и сын. Твоя мама была, как глоток свежего воздуха. Все предметы вокруг стали излучать краски. Я сам стал слушать и слышать, смеяться. Появились новые знакомые, не только те, кто окружал тебя с рождения из-за фамилии.

Там никто не знал кто я. Это был глоток свободы, как будто жил все время до этого в пустыне и ничего кроме песков вокруг не видел.

Но все хорошее, когда-нибудь заканчивается.

## глава 6

– Позже о нашей связи узнали. Дарья попала в больницу на сохранение. Так я узнал, что она беременна. Ребенка спасли, но врачи запретили все стрессы и сказали, что в следующий раз так уже не повезет.

Отец был в бешенстве. После смерти матери и отъезда Тины, положение в обществе у нашей семьи резко пошатнулось. Нет, с нами, конечно, считались. Да и беднее мы не стали, даже наоборот. Просто, если бы еще и наш брак с Дарьей рухнул, вряд ли бы мы могли сохранить былое величие Мальтовых.

Здоровье отца тоже пошатнулось. Все сразу, как снежный ком. Если бы с отцом что-то случилось, то во главе семьи стал бы я. А это огромная ответственность. Да и честно сказать, я абсолютно был к этому не готов. Мне и так хватало огромного количества встреч и вечеров, где царит одна лишь фальшь.

С твоей мамой нам пришлось расстаться. Все равно нам бы не дали спокойно жить. Я, наверное, тогда сильно струсил. Решил, что со временем, когда все уляжется и успокоится, можно будет все вернуть.

Уже позже узнал, что и твоя мама тоже в положении. Незаконнорожденные дети в нашем обществе не признавались. Если такие и были, их тщательно скрывали и прятали. И никто никогда о них ничего не знал.

Ты стала первым и единственным исключением. Все то время я проводил с Дарьей,чтобы с ней было все в порядке. Уже тогда ее психическое здоровье оставляло желать лучшего. Начались истерики, скандалы, вплоть до того, что и ребенок ее не интересовал.

Я перестал узнавать в ней свою подругу детства, смешную, веселую девочку. Сначала все списывал на гормоны, думал родит, и все наладится. Но стало только хуже.

После родов у нее сразу пропало молоко, и Лику она отдала нянькам. Материнский инстинкт так у нее и не проснулся. Лику я сам купал, пеленал и, когда она болела, был всегда рядом. Лика всегда тянулась ко мне до определенного времени.

Мы были очень близки с ней, но потом ближе к десяти, она стала меняться и отдаляться от меня. Сейчас прекрасно понимаю, что своих детей не знаю ни капельки.

Я слушала, не прерывая разговора. У Лики были оба родителя, еще и дедушка рядом, но по сути она также была одинока. Две маленькие девочки и столько несчастных взрослых.

Мне стало очень жалко в этот момент всех: и Алексея, и Лику, даже Дарью. Каждый из них пережил свою боль и переживал ее, как мог.

В этот момент я поняла, что с Ликой нас объединяет гораздо больше, чем есть. Мы с ней по сути обе были наполовину сиротами.

– Я не мог быть с вами, не мог оставит Лику вместе с Дарьей. Она бы не справилась с ней, не смогла бы воспитать. С ребенком должен быть хотя бы кто – то из родителей, тот, кто любит и кому не все равно. Ведь никакие деньги не заменят ребенку любовь.

Ты, конечно, заметила, что вас почти одинаково зовут?

Я кивнула, соглашаясь.

– Это было моим желанием. Лика похожа на меня внешне, но характером даже не знаю в кого. Иногда смотрю и не узнаю свою девочку. Вроде тоже отличница, ходит на танцы, на плавание, ездит верхом, даже записалась на фехтование.

Вся комната у нее в наградах, грамотах, только радости в ее глазах нет. Родитель всегда чувствует, когда его ребенку плохо. Как ни старался с ней поговорить, она не открывается. Может быть тебе это удастся.

Я бы очень хотел, чтобы вы стали настоящими сестрами. Были, как одно целое, всегда поддерживали друг друга. Вы с ней очень разные, но являетесь одним целым. Когда меня не станет, вы будете друг у друга. В жизни нет никого дороже и ближе семьи.

– Что вы такое говорите? Вы молодой мужчина, у вас вся жизнь впереди, вам еще жить и жить. Или у вас…что-то со здоровьем?

В этот момент я и правда очень испугалась. Хоть я пока и не привыкла к нему, да и не знала этого мужчину, но мысль, что и с ним может что – то случиться, была для меня ужасной.

– Нет, конечно, что ты! Я здоров физически, чего нельзя сказать о душевном состоянии. Мне вас обеих еще замуж выдавать, да и внуков хочу на старости лет понянчить.

– Ну об этом еще очень рано говорить, – засмеялась я.

– Понятно, не стоит молодой барышне забивать голову парнями и влюбляться, сломя голову тоже. Но и сутками сидеть за книгой тоже не вариант. Ты молодая девушка и должна наслаждаться жизнью. Чуть позже вы сможете с Ликой путешествовать.

От жизни нужно брать все, только в пределах разумного, конечно. И у меня еще есть кое – что для тебя.

Алексей достает из кармана пиджака небольшое фото и протягивает его мне. Я смотрю на фото и не верю своим глазам. На нем я лет шести с мамой. Но не это главное. Главное, что на руках меня крепко держит он, мой....папа.

И я выгляжу такой счастливой. Также крепко обнимаю за шею незнакомого мужчину и выгляжу самым счастливым ребенком на свете. Я смотрю и не могу поверить, как будто все в другой жизни.

– Я помню этот день, кажется, но точно не уверенна.

– Да здесь тебе шесть. У тебя был выпускной в детском саду, и мама повела тебя в парк. Я не мог пропустить это событие и приехал. Мне хотелось в этот день быть рядом с вами.

И не удивляйся, если меня и не было рядом с вами…

– То это не значит, что вы были не в курсе нашей жизни, – заканчиваю фразу за него.

– Да,все верно. Вижу, ты уже успела пообщаться со своим дедушкой, – усмехнувшись, сказал Алексей.

– Ты в тот день, как бы это сказать, сразу потянулась ко мне. Не было ни испуга, ни слез. Мы целый день гуляли в парке. Ты смеялась, радовалась, даже пришлось пропустить твой дневной сон. А этот заяц, которого ты держишь на фото, я выиграл специально для тебя.

– Да, этот заяц был моей любимой игрушкой долгое время, я даже засыпала вместе с ним и не хотела расставаться. Но вот сам день я никак не помню, вернее не сам день, а вас, вас я не помню.

– Знаю, твоя мама сказала, что на следующее утро, когда ты проснулась, ты сказала, что тебе приснился папа. Видимо детский мозг так отреагировал на меня. Если хочешь, можешь оставить фотографию себе.

– Вы разрешаете?

– Конечно, почему нет? Она твоя. Ладно не буду больше тебя отвлекать. Болтать хорошо, но дела никто не отменял. Рад был пообщаться, Лина. Надеюсь, впереди у нас с тобой еще много будет разговоров. Ты главное не закрывайся от нас. Знай, что в этом доме тебя любят и не желают зла.

Алексей почти вышел из беседки, но потом повернулся, слегка улыбнулся и сказал:

– Я не был хорошим отцом для своих девочек, но очень надеюсь им стать. Как говорят, лучше поздно, чем никогда.

И еще очень надеюсь, что когда-нибудь ты назовешь меня папой…дочка.

Я даже не успела ничего ответить. Алексей быстро зашагал в сторону дома, хотя и ответа от меня он явно не ожидал.

Вот так я только второй день здесь, а каждый час новые события. Надеюсь, скоро мне станет полегче, потому что назвать этого мужчину папой действительно уже хотелось.

Посидев еще немного, почувствовала, что уже проголодалась. Решила здесь же и пообедать, свежий воздух, спокойная обстановка – все способствовало хорошему аппетиту. Обед прошел гораздо лучше, чем завтрак, но вскоре меня позвали.

Оказывается приехала Стелла Эдуардовна. Она уже была в моей комнате вместе с двумя помощниками. На вид ей было за шестьдесят, но выглядела безупречно. На ней был строгий брючный костюм, на пальце кольцо с зеленым камнем в комплекте с такими же серьгами.

Одним словом, элегантная дама. Чем то мне напомнила даже Раису Ильиничну. Даже представила их рядом, может быть они и стали бы подругами? Есть в них что-то общее.

– Здраствуйте, – как всегда, я решила поздороваться первой.

– Здравствуй, ты, конечно, же и есть Ангелина! И это был не вопрос. Именно такой, я тебя и представляла. Надеюсь, ты не против, что мерки будем снитать у тебя в комнате?

– Нет, конечно, мне кажется, так даже удобно.

– И я так думаю. Примерки тоже будем проводить здесь. Мое ателье находится не близко, и ехать через весь город по пробкам не вариант. Поэтому и приезжать я буду сама к тебе, договорились?

– Конечно, – ответила я.

– Что ж, раз мы решили некоторые вопросы, давай перейдем к основному.

Стелла расположилась в кресле и достала из сумки альбом, одела изящные очки и стала что-то рисовать.

– Расскажи мне, какое платье ты бы хотела для себя, какие цвета тебе нравятся, все, что близко тебе по душе.

Я не знала,что мне нравится. Особой тяги к моде у меня не было, а подобные мероприятия мне и не снились. Но я примерно представляла, что могло бы мне понравится и стала рассказывать.

– А теперь расскажи мне вкратце о себе, – попросила Стелла, – только не всю твою жизнь, а именно самое главное, чтобы ты рассказала о себе.

Я начала рассказывать, что люблю весну, весенние дожди, майские закаты и рассветы. И даже не заметила, как пересказала чуть ли не главные события в жизни.

Когда закончила, Стелла позвала меня к себе.

– Ну вот, примерно и все,взгляни, дорогая!

Стелла протянула мне свой эскиз, на котором была я в длинном красивом платье. Нарисованное простым карандашом, оно уже был бесподобным, а в живую точно бы стало произведением искусства.

Несомненно у этой женщины талант и безупречный вкус. Не понимаю, как Дарьи не нравится одеваться у Стеллы. Ведь сразу видно, что она мастер своего дела с большой буквы. Стелла не просто рисует, она творит, чувствует человека, которому шьет, вкладывает всю душу в образ.

– Марьяна, подай мне, пожалуйста мой чемодан, – обратилась она к помощнице.

Девушка взяла увесистый такой чемодан и подойдя к нам открыла его. Внутри были образцы разных тканей, от цвета и изящества разбегались глаза. Качество отменное, и платья, пошитые из них будут бесподобны.

– Смотри, дорогая, бал в твою честь, о нем еще долго будут говорить, поверь мне. Все эти снобы будут целый вечер глазеть на тебя. Уверена, все мужчины от пятнадцати до семидесяти будут в восторге от тебя.

А вот эти дамы от зависти начнут грызть свой маникюр и плеваться желчью.

– Ой, ну скажите еще! – я даже рассмеялась от слов Стеллы.

– Ангелина, я долго живу на свете и знаю это общество изнутри. Не верь всем, кто тебе улыбается и хвалит. Здесь соберется много семей со своими наследниками, и поверь многие из них захотят тебя себе.

Ангелика уже вроде как пристроена, хотя мне кажется ничего хорошего там не будет. Останется с Лебедевым и всю жизнь проживет, как мать.

– Да, согласна, – не дождавшись какого-либо ответа от меня, Стелла продолжает, – в этом обществе браки заключаются по договоренности, но элементарное уважение к своей паре, общие интересы должны быть. Во времена Глеба все было по другому. Ему очень повезло с Машей. Жаль, что она так рано ушла. Удивительная была женщина и с отличным вкусом.

Видно, что Стелла ушла в свои воспоминания, но быстро, прийдя в себя сказала :

– Не думай, что это обычный вечер. Говоря простым и понятным языком, это будут твои смотрины. Тебя представят, как наследницу Мальтовых, и с Ангеликой ты станешь на равных. Породниться с Мальтовыми хотят много семей, и сама ты очень красивая и видно, что еще и наивная.

Девушки твоего возраста из этих семей очень избалованны, не имеют вкуса и чувства такта. Такие, как я и остальные, кто ниже их рангом, для них не более, чем грязь из – под ногтей.

Они не знают, что значит любовь, уважение. Балы для них – это вечеринки, а наряды у каждой все откровеннее. Они пытаются выпасть из трусов, чтобы выгоднее себя продать!

Девушка Марьяна рядом прыснула со смеха.

– Самое удивительное, что и родители им потакают во всем. Хотя многих из этих родителей я помню еще детьми. Многим из них я даже лично шила свадебные наряды.

Теперь же у девушек мода заказывать наряды у дизайнеров, которые и иголку в руках не держали. Другие заказывают прям из Милана.

Ты не подумай, я ни капельки не завидую, даже скажу более, я давно не беру все заказы подряд. Я шью душой, как вижу, и никогда не сошью то, что мне навяжут насильно. Ни за один свой наряд мне ни разу не было стыдно.

Поэтому не со всеми этими барышнями нахожу общий язык. Другое дело – ты! Ты ангел в этом болоте, чистый, невинный ангел.

## глава 7

– Не позволяй никому и никогда смеяться над собой и будь осторожна с Ангеликой. Она милая девушка, но, поверь моему опыту, как раз от таких в этой жизни и приходятся главные разочарования.

Ты не подумай, я ни в коем образе не настраиваю тебя против сестры, просто даю совет.

– Мне казалось, что от ее мамы можно ожидать чего-то.

– От Дарьи? Я тебя умоляю! Дарья психически не уравновешенная женщина, вечно прибывающая под антидепрессантами или алкоголя. Я знаю ее с детства. Никогда бы не подумала, что она превратится в то, кого видят все сейчас.

Хорошо, что ее покойные родители этого не видят. Всегда была веселой и жизнерадостной девушкой, а теперь…

У нее и подруг то не осталось. Единственные ее друзья – психологи или какие-нибудь шарлатаны. Не хочу сплетничать, но и сама скоро все увидишь и поймешь.

А теперь давай вернемся к нашей работе. Бал через пару недель и времени в обрез, нужно много чего успеть.

Мы еще обсудили мой образ, обувь, прическу, мелкие нюансы. Перед ее уходом в дверь постучали.

Это была Лика.

– Здравствуйте, Стелла Эдуардовна, – поздоровалась Лика.

– Здравствуй, Ангелика.

– Вы позволите войти?

– Это комнаты Ангелины, ей и решать.

– Конечно, входи! Зачем спрашиваешь? – я улыбнулась в ответ.

Не знаю, Стелла просила быть осторожной с Ликой. Алексей и Глеб говорили, что толком и не знают ее. Но я не чувствовала никакой угрозы или ненависти с ее стороны, скорее наоборот. Мне казалось, между нами уже выстраиваются близкие отношение и доверие.

Лика прикрыла дверь и спросила :

– Вы закончили уже?

– Да, – ответила Стелла, – я уже ухожу. А вам, Ангелика Алексеевна, свои услуги не предлагаю. В прошлый раз вы остались очень недовольны своим нарядом.

– Да, спасибо, Стелла Эдуардовна, я прекрасно все помню. Уже выбираю платье у известного французского модельера. Он произвел фурор на неделе моды. Чтобы заказать у него платье, нужно в очереди выстраиваться на полгода.

Но мне сделали исключение. Мне даже не хочется тебя затмить, Лин, все таки этот бал в твою честь. Но и отказаться от его услуг, сама понимаешь, я не могу. Ведь это настоящий шедевр и эксклюзив.

Я услышала, как Стелла усмехнулась. Потом сказала, что как будет все готово, позвонит заранее и договорится о встрече, чтобы сделать примерку. Затем искренне улыбнулась и по очереди попрощалась с нами. Хотя Лике это скорее было адресовано только из – за любезности.

– Ну, наконец – то, эта старая ведьма ушла! Думала, она уже никогда не закончит. Ты тоже могла отказаться от ее услуг!

Дедушка бы согласился, он и так дает тебе право выбора почти на все. Стелла уже стара, не следит за модой, многие семьи не хотят с ней работать. Осталось всего – то несколько постоянных клиентов. Даже не знаю совсем на чем держится ее дом моды?

– Я бы не сказала, что Стелла не разбирается в моде, – решила я заступиться за нее, – она чувствует того, кому шьет. Видно, что это ее детище. Она, как художник творит, и ей это очень нравится. Такие люди живут своим делом, и к тому же она мне понравилась.

– Да брось! Что она может чувствовать? Она сама уже давно не посещает светские мероприятия.

Да, когда – то ее имя гремело, и ее голос в деле моды многое значил. Но те времена уже давно прошли. Сейчас другое поколение. Еще пару тройку лет и о ней никто не вспомнит, и все ее забудут.

Будь она не такой упертой, может быть и смогла бы еще удержаться на плаву, а так Стелла Эдуардовна станет историей.

Я не стала спорить с Ликой. Зачем? Лучше промолчать. Ведь каждый останется при своем мнении.

– Покажешь, что она тебе подобрала? Если это не секрет!

– Нет, конечно, смотри. Стелла оставила мне эскиз и образцы тканей.

Я передала ей рисунок. И, если сначала она стояла и усмехалась, то, увидев рисунок, как-то резко помрачнела. Долго рассматривала его и потом, как-то резко протянула его мне.

– Ну, что и требовалось доказать! Ничего особенного, старомодно, безвкусно, стандартно! Она почти всем шьет одно и тоже! Ни фантазии, ничего! Уверена, что остановишься на…этом?

– Лик, спасибо, конечно, тебе за помощь! Но я доверяю Стелле и не хочу ничего менять.

И вообще будь моя воля, ни на какой бал бы никогда не пошла. Это все не мое!Я никого там не знаю. Уже сильно волнуюсь, а что будет потом?

– Понимаю тебя. В прошлом году такой же устраивали и в мою честь. Это традиция в нашем обществе. Или, как говорят в народе, сватовство. Тебе будут подбирать пару.

– Что? Какая пара? Какое сватовство? Я о таком даже не думаю!

Я хочу окончить школу, поступить в институт, получить профессию, построить карьеру в конце концов. Я вовсе не собираюсь выходить рано замуж!

– Ну, здесь наш дедуля вряд ли даст тебе право выбора. У нас все браки заключаются по договоренности.

Но, выйдя замуж, если все делать по – умному, то каждый может жить своей жизнью, никому не мешая. Правда, всегда остро стоит вопрос с наследниками. Но сейчас двадцать первый век, многие, хоть и скрывают, давно уже пользуются услугами суррогатного материнства. Потом нанимают кучу нянек дневных и ночных, а ты занимаешься своими делами. Хочешь, можешь делать вид, что работаешь.

Если сможешь крутить мужем, не сложно будет открыть и свой бизнес. Сейчас это модно. Можешь стать светской львицей или основать какой-нибудь благотворительный фонд. В последнем случае это только поднимет статус твоего мужа в глазах общественности. Вариантов куча и кстати хорошее образование всегда приветствуется.

Чем круче институт, который ты окончила, тем престижнее твой статус. Если ты будешь разбираться в политике, искусстве это только галочки тебе. А, если ты еще сумеешь доставить незабываемые удовольствия своему муженьку в постели, то он будет, как собачка, есть с твоих рук.

От последних слов я покраснела. Конечно, я знала, что происходит между мужчиной и женщиной, но никогда и ни с кем не обсуждала подобные темы.

– Ну чего ты краснеешь? Ведь ты не пробовала ни разу ничего такого?

– Лик, я бы не хотела говорить на подобные темы.

– Лин, мы же сестры, у нас с тобой не может быть секретов друг от друга. Ты не подумай, я, конечно, знаю все подробности, но сама ни разу ни с кем ничем подобным не занималась. Хотя многие, знаешь, даже нашего с тобой возраста уже вовсю развлекаются по полной.

Поэтому и клиники сейчас очень процветают. Богатые наследницы инкогнито потом делают операции по восстановлению девственности. Представляешь, на свадьбе такой пары обычно присутствует тот, кто трахал невесту во всех позах и во все места. Бывает даже, что и парень такой не один.

Но все делают вид, что никогда ни с кем ни,ни. Я верна своему Лебедеву. Кирилл Лебедев. Один из самых завидных женихов. Красивый, спортсмен, будущий дипломат, знает несколько языков. О нем можно говорить бесконечно. Нас практически с пеленок уже засватали.

Ты увидишь его на балу. Сразу поймешь, что это он. Кирилл выделяется среди остальных. Но ты не переживай, у него есть еще друзья, тоже очень привлекательные. Да и много других семей, где есть взрослые сыновья, так что подберем моей любимой сестренке достойную кандидатуру.

– Лик, я не хочу об этом думать. Я, во-первых, не товар, чтобы меня смотреть и предлагать первому встречному, даже, если он из самой благородной семьи!

А во-вторых, я хочу сама выбирать сердцем, чтобы мы любили друг друга. Как можно вместе жить, если по сути являешься друг другу посторонним, а особенно заводить детей?

А про суррогатную мать я и слушать ничего не хочу! Своего ребенка выносить и родить должна только я! Я должна быть с ним рядом, когда он начнет ползать, ходить, болеть,а не куча нянек! Когда я болела, мама сутками не спала и всегда, всегда была рядом!

На ночь она всегда читала мне сказки, уже постарше более взрослую литературу. У меня свой идеал семьи. Да, мы росли без отца, но мамина любовь, была за двоих! И никакие няньки и деньги этого не заменят!

Я никогда не выйду замуж по чей – то договоренности!

– Ну, все успокойся! Нам только по пятнадцать, и о замужестве не и идет и речи. К тому же, кто сказал, что среди этих парней тебе кто-нибудь не понравится? Многие из них очень красивые, прям с обложки с журнала, воспитанны, разносторонне развиты, с ними есть о чем поговорить. Даже мастера спорта есть!

Другие профессионально занимаются живописью, искусством. Поэтому, пожалуйста, присмотрись к ним!

Я не желаю тебе зла,правда.

Лика крепко меня обняла. Мне даже стало стыдно, что я подняла на нее голос.

– Лин, ты даже не представляешь, как я счастлива, что ты у меня есть! Я всю жизнь мечтала о сестре. У меня куча знакомых, подруг, но это все не то. По настоящему близкого никого нет!

Каждый мой день почти полностью расписан, но с тобой мы всегда найдем время друг для друга. А на счет родителей, поверь, я не ощутила за свою жизнь особо материнскую любовь!

И ничего, выросла как-то и не чувствую себя обделенной или ущербной. Здесь во многих семьях еще хуже.

Мы так и стояли обнявшись, и в этот момент мне казалось это самым правильным. Я тоже на самом деле счастлива, что у меня есть сестра. И пусть мы разные, но от этого мы не перестаем ими быть.

## глава 8

– Ну, все, все, хватит, а то я сейчас точно разревусь, – говорит Лика, – Я и зашла то к тебе на минуту, а время с тобой летит очень быстро. Ладно, пойду к себе, посмотрю еще журналы и к тому же скоро ужин.

– На который нельзя опаздывать, – сказали мы хором и рассмеялись.

Лика ушла, а мне предстояло немного отдохнуть и спуститься к ужину. Да с таким темпом жизни , я и не замечу, как мне исполнится восемнадцать.

Ужин прошел гораздо спокойнее, чем завтрак. Дарьи на нем не было. Я поняла, что после сегодняшнего завтрака, ее не будет здесь минимум неделю. Не могу сказать,что расстроена, но чувствую себя немного виноватой.

Глеб Александрович только вскользь поинтересовался, как в целом прошел день, чем занималась, и как мне поработалось со Стеллой.

Уже вечером перед сном решила позвонить Алене.

– Привет, крестная, не отвлекаю?

– Ну,что ты, котенок, я очень жду твоего звонка. Как ты, как тебя приняли?

– Все относительно неплохо. Со всеми очень даже неплохие отношения. Но больше всего пока общаюсь с Ликой.

– Ну это и понятно. Вы ровесницы, и у вас есть темы для обсуждения. А как Дарья и твой отец?

– Здесь пока все еще очень сложно. Дарья… Я еще и сама не поняла. Мы не успели толком познакомиться.

Я решила промолчать о разговоре за завтраком. Выносить сор из избы – не самое лучшее качество.

Да, я знала на все сто процентов, что Алена никогда, никому ничего не расскажет, но мне, правда, не хотелось вешать на нее новые переживания за меня.

– А Алексей Глебович очень тактичный. Он идет на контакт. Мы немного пообщались, пока так.

– Понимаю, еще мало времени прошло, но ты привыкнешь. На самом деле он хороший человек.

Ненадолго у нас повисла пауза в разговоре.

– А знаешь, крестная, в честь меня устраивают настоящий бал.

– Это как для настоящих принцесс?

– Ну, не знаю. Сегодня приходила швея, брала мерки, будет шить мне платье.

– Наверное, пригласят много журналистов и фотографов? – спросила Алена.

– Не знаю, но сегодня уже начали подготовку. И еще я очень скучаю по всем вам, по своей квартире, по друзьям, и, конечно, же Раисе Ильиничне.

– Она, кстати, звонила мне, спрашивала о тебе. Ты же знаешь эту женщину. Если тебе будет плохо, она примчится к тебя сразу и устроит грандиозный скандал.

– Да, она такая!

Мы еще немного поговорили, и на прощание я обещала звонить при первой же возможности, а также в ближайшее время позвонить Раисе Ильиничне.

Также, как и вчера, я уснула очень быстро, даже без чтения, и, как всегда, без сноведений.

Время шло очень быстро. Все вокруг напоминало муравейник. В доме были постоянно новые люди : дизайнеры, оформители, даже ведущие, которые занимались абсолютно всем. Продумывалось все до мелочей : какие напитки, закуски будут, какая будет звучать музыка.

Музыканты будут играть на скрипке, флейте, саксофоне. Также будут приглашены дополнительно официанты, так как гостей соберется очень много.

Казалось, работа идет даже ночью. Стелла приезжала пару раз. Платье уже выглядело роскошно и изящно.

Но, чем ближе был бал, тем больше я переживала. Дарью видела всего мельком. Казалось, она, как в темнице, поселилась в своей комнате и абсолютно оттуда не выходит.

Пару раз я созванивалась с Раисой Ильиничной и Аленой, но большую часть своего времени я проводила в беседке или библиотеке. Лика тоже постоянно была занята, не сидела ни минуту на месте.

Библиотека стала для меня вторым домом. Я понимала, что девочкам моего возраста, надо больше гулять с подругами, общаться со сверстниками, но пока мне куда интереснее было проводить именно здесь свое время.

Лика пыталась вывести меня из дома, с кем то познакомить, но я всегда отказывалась.

Когда до бала оставалось всего пару дней, я как обычно по вечерам сидела читала в библиотеке.

Неожиданно в дверь постучали и сразу вошли. Это был Глеб Александрович. Он уже оформил все мои документы, и теперь я официально Мальтова Ангелина Алексеевна.

Несмотря на возраст, его жизнь скучной никак не назовешь. Ему постоянно звонили, он часто уезжал по делам, а любые приготовления к балу всегда согласовывались с ним напрямую.

Как я поняла, он разрешил делать перестановку в доме, но ни в коем случае не трогать сад. Сад – это табу!

– Добрый вечер, Ангелина, опять решила сидеть допоздна? Тебе надо больше высыпаться, режим очень важен.

– Добрый вечер и вам. Спасибо. Просто время здесь пролетает так стремительно, что просто не замечаешь его. Сюда приходишь еще светло, а уходишь, уже все спят.

– Да, ты права. Что сегодня решила почитать?

– Омар Хайям, читаю его на арабском.

– Хороший выбор, нравятся персидские поэты?

–Да, очень, особенно его творчество. Для своего времени он очень талантлив и не только в поэзии, внес огромный вклад и в математические науки и в философию.

– Ты не против, если этот вечер проведешь здесь со стариком?

– Ну какой же вы старик? Скажите еще! Конечно, я не против, буду даже очень рада.

– Прочитай мне, пожалуйста, что читаешь.

– Вам на русском или на арабском?

– Давай на русском. Твой дед знает только английский и немецкий. Дальше с языками не сложилось.

Если б я еще и языки изучал, что тогда делать нашим переводчикам? И у них должна быть работа, – улыбнулся мужчина.

– Постепенно ушло время страсти кипящей

Нет ревнивых речей и трагических поз

Время тихой любви, зрелой и настоящей

Дарит редко букеты тюльпанов и роз

Время тихой любви, – начал повторять за мной мужчина. Я посмотрела на него. Он сидел на диване, смотрел на меня, а в руках держал только трость. Дальше продолжили вместе:

– Это большая забота

По глазам уловить, с полуслова понять

Ведь любовь – как ни странно,

Большая работа,

Если ей дорожишь и не хочешь терять

Время тихой любви за терпение награде,

За бессонные ночи, за трудные дни

Ты со мной, я с тобой и другого не надо

О любви промолчу, ты меня извини.

Закончили мы вместе. Одинокая слеза скатилась по моей щеке. Я увидела, что и у Глеба Александровича тоже заблестели глаза.

– Вы знаете наизусть это стихотворение?

– Я много чего знаю, Ангелин. Память уже не та, что была, но все еще помнит. Это одно из любимых произведений твоей покойной бабушки.

– Она часто читала мне, а я ей. У нас было много общих интересов. Даже то, что поначалу не вызывало во мне никаких эмоций, со временем пробуждало интерес. Твоя бабушка могла заинтересовать.

Все эти книги – труд твоих предков. Поколением за поколением все это собиралось. Здесь книги не только Мальтовых, но и семьи твоей бабушки. Целые династии собирали эту коллекцию.

Я не побоюсь этого слова, но она бесценна. Многие коллекционеры, известные искусствоведы захотели бы приобрести много чего отсюда. Я уже боялся, что когда меня не станет, это все уйдет с молотка. Теперь моя душа спокойна. Уверен, ты никогда и ни за какие деньги не продашь ни одну из этих книг.

– Конечно, как можно? Это же целый книжный мир! Даже библиотеки многих стран позавидовали бы этому чуду.

– Я думаю составить завещание, в котором ты будешь единственной наследницей этой библиотеки и единственной, кто будет ей распоряжаться.

Я на миг даже забыла, как дышать.

– Завещание? И это все мне? Я думаю вам еще очень рано об этом думать, и как же Лика? Может быть и ей это не безразлично?

– Я тебя умоляю! Ты еще наивная девочка и не умеешь видеть насквозь людей. У тебя все просто : белое – белое, а красное – красное. Поверь, Лике это не нужно все. В лучшем случае она отдаст это все в благотворительный фонд, в худшем – сожжет все до тла.

– Нет, Лика, это не сделает, хотя бы в память о вас.

Дедушка ничего не ответил, только отвернулся к окну.

– Я тоже виноват перед Ангеликой. Ей никто не занимался, кроме Леши, а я все ждал, когда же в Дарьи откроется материнский инстинкт, но чуда так и не произошло.

Даже если я перемещу комнату Ангелики сюда и скажу жить ей здесь, от этого у нее не проснется любовь к книгам.

Да, она много читает, много чего знает, но будь ее воля, она бы не притронулась ни к чему здесь. Поэтому вход сюда только нам.

В центре комнаты стояло пианино. Давно хотелось спросить, чье оно.

– Ты умеешь играть? На сколько я знаю, ты не ходила в музыкальную школу? – сказал мужчина, как будто, прочитав мои мысли.

– Нет, не ходила. Но у нас в лицее был музыкальный кружок раз в неделю по два часа. Я ходила два года, поэтому несложные композиции смогу сыграть.

– Хорошо. Я думаю, если ты захочешь, нанять тебе преподавателя на дом, и он тебя прекрасно обучит.

– Конечно. Спасибо большое. Ноты мне легко давались, а наш учитель говорил, что я быстро на слух могу повторить.

– Вот и отлично, после бала сразу этим и займусь. И еще в целях безопасности у тебя позже возьмут образцы ДНК и отпечатки пальцев. Данные будут у нашей службы безопасности, а также направлены в секретный отдел МВД.

Не пугайся, это все для твоей безопасности. Мы также все сдавали свои образцы. Такой метод практикуется и в других известных семьях.

Конечно, случаи похищения ради выкупа бывают крайне редко, но тем не менее есть. Даже были случаи отправки за границу. У нас очень сильная охрана, и тебе не о чем беспокоиться. Все проверены от и до и работают у нас не один год. Но лучше все равно перестраховаться, чем черт не шутит.

В любом случае, где бы ты не нашлась : в полиции или в больнице , даже если рядом не будет никого из нас или охраны, и с тобой не окажется документов, эти данные будут очень полезны и незаменимы.

Мы быстро узнаем о случившемся. Но еще раз повторю, повода для беспокойства нет, расслабься. Пока я жив и даже после моей смерти внучек Мальтовых никто и никогда не тронет.

Мне бы такую уверенность, так как после этих слов стало очень неуютно, даже по спине прошел холодок.

Дедушка действительно пытался предугадать все с любой стороны и обезопасить своих родных.

Я четко поняла , за всеми этими богатствами, роскошью есть и другая сторона. Теперь я даже не сомневаюсь, что охрана будет рядом круглосуточно. Даже если по близости их нет, все всегда будет под контролем.

Мы с Ликой богатые наследницы и этим становимся автоматически приманкой для бандитов. Да еще и этого в моей жизни не хватало!

Мой взгляд уже неоднократно приковывают фотографии на маленьком круглом столике. Видимо мой взгляд улавливает и дедушка.

– У тебя, наверное, есть еще вопросы?

– Да, если честно. Но мне не ловко спрашивать, возможно это не мое дело.

– Ангелина, ты моя внучка, привыкай. Если у тебя есть вопросы, не стесняйся, бери и смело задавай, или хочешь спросить есть ли у старика дама сердца?

Я аж подавилась, а мужчина искренне засмеялся.

– Нет, это ваша личная жизнь, я никогда бы не посмела в нее лезть.

– Знаю, ты хорошо воспитанна, но все равно отвечу. Новой госпожи Мальтовой в этом доме никогда не будет. Мы однолюбы и этого никому не изменить. А теперь спрашивай, что тебя действительно интересует.

## глава 9

– Здесь на фотографии молодая красивая девушка, кто она?

– Начнем по порядку. На этом старом фото, – мужчина указывает на черно-белую фотографию в красивой рамке, – я и моя жена , твоя бабушка Марья Петровна, в девичестве Дегтярева. Здесь мне двадцать четыре, а ей двадцать два. Дальше здесь есть и фото твоего папы, Дарьи и Ангелики.

Но на твой главный вопрос отвечу. В центре фотография Кристины, моей младшей дочери. На фото ей примерно, как тебе сейчас. И это в последний раз, когда я видел ее также близко, как тебя.

Я внимательно слушала, не перебивая. Видно воспоминания о дочери давались ему очень тяжело. Даже страшно предположить, что с ней могло случиться. Неужели ее нет в живых? Поэтому дедушке так тяжело о ней говорить? К тому же действительно нет фотографий, где она старше.

– Не переживай, она жива и здорова, – дедушка правда умеет отлично читать чужие мысли, или у меня на лице все написано?

Уже неоднократно ловлю себя на мысли, что этот мужчина очень легко меня считывает. Создается впечатление, что он знает меня лучше меня самой.

– У тебя просто на лице все написано, когда тебе страшно, у тебя глаза перестают моргать, а нижняя губа начинает трястись, – с улыбкой ответил дедушка.

– С Кристиной действительно все хорошо. Она живет в Праге со своей семьей. У тебя есть двое двоюродных братьев : Антон,ему двенадцать, Герман недавно исполнилось десять.

Но Кристина всегда хотела дочь и два месяца назад у них родилась маленькая Эрика.

– Как замечательно! Я очень рада этой новости! Мне бы хотелось со всеми ними познакомиться поближе.

Улыбка вмиг исчезла с лица мужчины.

– Извините, я сказала, наверное что – то не то? Не хотела лезть не в свое дело.

– Тебе не за что извиняться. Все, что касается семьи, касается всех нас. С твоим отцом у них разница пять лет.

Говорят мужчины мечтают о сыновьях. Чем их больше, тем влиятельнее твой род. Но тебе не передать, что я чувствовал, когда родилась моя девочка. Я тогда впервые за свою жизнь плакал.

Алексей мой первенец, продолжатель рода, глава семьи после меня, а дочь… Никогда не испытывал ничего подобного! Наши дети росли очень дружными, всегда защищали и покрывали друг друга, если кто-то нашкодничал. Мы очень гордились ими.

В четыре мы отдали Кристину на балет. Это было скорее, чтобы закалить характер и научиться дисциплине. Мы и не думали, что это может стать смыслом ее жизни, и она захочет сделать карьеру балерины.

Но у нее все получалось. Она была лучшей в своей группе и не только. С каждым годом ее способности становились только лучше. Кристину хотели получить себе мировые школы балета. Она была жемчужина, так ее все называли. У нас в роду никого не было с такими способностями. Казалось, она родилась, стать примой в мире мирового балета.

Ангелин, извини, не подашь, пожалуйста, стакан воды.

– Да, конечно, – я быстро поднялась с кресла и налила в стакан воду.

– Извини, воспоминания даются не очень легко.

– Если хотите, можете не продолжать.

– Нет, нет, мне давно надо было выговориться.

Когда Кристине исполнилось пятнадцать, судя по всему этот возраст знаковый для нашей семьи, – усмехнулся дедушка, – ей предстоял дебют. Она была готова на все сто.

Но не задолго до выступления мне предстояла деловая поездка. В то время я часто разъезжал по миру. Контракты заключались со скоростью света, а деньги текли рекой.

Когда дети повзрослели, я всегда брал с собой Машу, не мог без нее и все. Она была мне нужна рядом, моя роза, мой бутон жизни.

– Мы поехали в Румынию. Пока я был на совещаниях, Машу приглашали посетить выставки или музеи. Но были случаи, когда ее часто просили провести благотворительный вечер или посетить детский дом.

У нас было немного времени и организовывать еще и вечер никак не получалось. Маша решила скупить все детские магазины и объехать по возможности все детские больницы.

Если бы я знал, что будет после, обязательно бы отговорил. Нет, я не против помощи детям, но поручил бы это помощникам. Но Маша решила, что справится сама. Как раз в то время ходил какой-то вирус.

Когда мы уже возвращались домой, ей резко стало плохо. Поднялась сильно температура, она вся просто горела. Дома уже собрали лучших врачей. Они поставили диагноз ОРВИ. Начали лечение, но за несколько дней улучшений не было. Ей становилось только хуже, она таяла на глазах. Это было самое страшное время для нас. Детей к ней не пускали.

Я заходил к ней ненадолго и то только в специальном костюме. В больницу ложиться мы отказались. Создали здесь у себя дома современную для того времени палату. Лучшие медсестры и врачи дежурили круглосуточно.

Брали всевозможные анализы, но лучше не становилось. Потом нам предложили какой-то экспериментальный препарат. Я был согласен на все, хоть и были и риски. Сидеть и ничего не делать, тоже не выход.

Действительно, лекарство подействовало. Маша пошла на поправку, начала есть, разговаривать, по – тихоньку вставать. Ей разрешили не долго видеться с детьми. Но она все равно была еще очень слаба. Казалось, жизнь налаживается.

Но тут на одном из наших заводов в Болгарии случилось ЧП. Мне лично нужно было лететь и присутствовать.

Как раз это все совпало с дебютным выступлением Кристины. Думал, это не займет много времени, и я успею вернуться. На сердце уже было не спокойно, как будто что-то должно случиться.

Леша и Кристина отговаривали лететь меня, как могли. Но у меня же есть долг перед людьми, ответственность. Знал, что так все получится, послал бы всех и все. Кто знал, что мою Машу живой я никогда больше не увижу.

Голос дедушки дрожал. Я и сама во всю уже плакала.

– Быстро порешать вопросы не удалось, так как пострадало несколько человек. Все обошлось без жертв, нашей вины ни в чем не было. Это сейчас я понимаю, что можно все было решить и без моего присутствия.

Имея такой штат сотрудников, кучу юристов, как сейчас модно говорить менеджеров, директоров. Они и нужны для решения разных вопросов, в том числе и таких.

В гостинице, как и офисе, меня почти не было и дозвониться ко мне никто не мог. Оказывается, когда я уехал, Маше стало резко хуже.

– Но она была упрямой до конца. Врача сразу не вызвали, она не позволила. Хотела попасть к Кристине на выступление. В театре был самый настоящий аншлаг.

Леша тоже пытался отговорить мать, но все бесполезно. Как я понял, она списала плохое самочувствие на побочные от новых лекарств.

Кристина выступила очень успешно, ей аплодировали стоя. Публика никак не могла успокоиться, вся сцена была уложена цветами.

Прям в конце уже выступления Маша уже не могла держаться. Ее увезли прям оттуда в больницу. Дети были все время рядом…в отличие от меня. Она уже начала бредить, ничего не понимала,но все время звала меня.

Дедушка замолчал и закрыл глаза, в уголках которых появились первые слезинки. Не открывая глаз, он продолжил :

– Оказывается, у нее отказали почки, пошла интоксикация всего организма. Последние часы она держалась только за счет здорового сердца. Врачи ее не спасли…

Я прилетел всего через пару часов, после ее… Понимаешь, Ангелин? Пару часов мне не хватило, чтобы проститься со своей Машей, услышать ее последние слова.

Если с Лешей мы поддерживали друг друга, то Кристина держалась все время отстраненно. Все списывали это на стресс сначала. Она не выходила из комнаты, почти ничего не ела и ни с кем не общалась. А через пару недель после похорон, сказала, что считает меня полностью виновным в смерти матери.

Если бы я не возил везде ее с собой, она бы никогда не заболела так сильно. А будь я дома, может быть бы удалось ее спасти.

Но больше всего еще потрясло то, что балетом она решила больше никогда не заниматься. Так как выходя на сцену, всегда будет вспоминать лицо матери в последние минуты ее жизни.

Я был зол на нее за все это. Вместо того, чтобы поддерживать друг друга и быть как никогда сплоченными, она возненавидела меня. Все свои награждения, грамоты и медали она сложила в ящик и хотела сжечь. Чудом нам с Лешей удалось все спасти.

Время шло, но на контакт со мной она никак не шла. Леша пробовал с ней общаться, разговаривать, но своего мнения обо мне она так и не поменяла.

А в один день она и вовсе сказала, что уходит из дома. Я взбесился тогда, решил, что так она пытается сделать мне больно, хотя, куда сильнее? В тот день мы многого наговорили друг другу плохого.

В порыве злости я сказал, что, если хочет уйти, пусть уходит, я не буду держать. Но уходит без ничего. Если не хочет носить мою фамилию и жить в одном доме, значит пусть живет без моих денег, фамильных драгоценностей, и Леше запретил всячески помогать сестре.

На ней были только лишь серьги, которые передавались в нашей семье по женской линии и маленький рюкзак с вещами. Все! Наследница Мальтовых, как какая-нибудь нищенка пошла скитаться.

Она к тому же и школу до конца не закончила, только неполное среднее образование. Я бы мог запереть ее в доме, приставить охрану к ней. Но в тот момент думал, что ей нужна именно свобода. Ее глоток и реальная жизнь вне дома отрезвит Кристину, приведет в чувства. Это, как психотерапия.

Она ведь и жизни другой никогда не видела. Не знает, что существует бедность, преступность, безысходность. Она жила ведь, как принцесса, но капризной и высокомерной никогда не была.

Думал пару дней, от силы неделя может, и она прибежит обратно, станет просить прощения. Но нет. Ни через одну, ни через две недели, даже через месяц она так и не вернулась назад домой.

Я тайком приглядывал за ней, даже через Лешу пытался давать ей деньги. Но она очень гордая, моя девочка.

Кристина устроилась посудомойкой на работу. Представляешь, моя принцесса, которая всю жизнь спала на шелковых простынях и тяжелее ложки ничего не держала, стала горбатиться и обслуживать других!

Я мог бы вернуть ее силой, но брату она сказала, что будет постоянно сбегать из дома. А, если ей это не удастся, то покончит с собой.. Жизнь стала адом для меня. На могиле моей Маши я клялся, что позабочусь о наших детях, но в итоге сделал только хуже.

С сыном мы тоже стали отдаляться. Кристина больше года скиталась, сильно похудела, стала подрабатывать еще и санитаркой. Работала за кусок хлеба.

У нее не было даже нормальной обуви и одежды. Никто бы не признал в ней наследницу влиятельной семьи. Потом не знаю точно при каких обстоятельствах, она ушибла ногу. Если бы я узнал сразу, то пригласил бы лучшего врача.

Но моя охрана не заметила этого вовремя, только, когда она сильно стала хромать.

## глава 10

– Как оказалось потом это был не ушиб ,а перелом. И, если бы сразу положили гипс, все бы обошлось. Но кость не правильно срослась.

Алексей уговорил ее все – таки обратиться к врачу, но время ушло. Ногу подлечили, но Кристина так и продолжила хромать, и до сих пор ее нога дает о себе знать.

Да, Ангелин, я издалека наблюдаю за своей дочерью, хоть и живет она в другой стране. О балете, как понимаешь, можно было точно забыть.

Я, как и любой отец, все ждал, что она вернется, что все будет, как раньше. Но чем дальше, тем больше понимал, мою девочку я потерял навсегда. Годы летели быстро. У Алексея уже и вы родились, а Кристина так и не поговорила со мной ни разу, как бы я ни пытался.

Могущественный Глеб Александрович Мальтов, добивающийся всего и всегда, не смог сберечь вокруг себя своих любимых девочек.

Позже дочь познакомилась со своим будущим мужем. И самое удивительно, это произошло на улице. Он учился после школы в художественном техникуме. Надо сказать очень способный мальчишка оказался и совсем из простой семьи.

Он увидел ее и предложил бесплатно нарисовать ее портрет. Наверное, это называется любовь с первого взгляда, как было и у твоих родителей и у меня. Но с того дня они так и не расставались и до сих пор вместе.

Сначала он приходил к ней, где она снимала квартиру. Ходили вместе на прогулки. Все свободное время проводили вместе. Я бы все это прекратил, но по фотографиям, что мне предоставляла охрана, видел, что впервые после смерти матери, она стала по настоящему улыбаться, смеяться, снова радоваться жизни.

Единственно, что омрачало – это ее нога. Знаешь, ведь в честь нее тоже был бал, до того, как все случилось.

Ей уже был уготован жених. Его семья не годовала, как такое могло произойти. Никто не хотел терять выгодную партию. Еще бы несколько лет назад я бы и сам не подпустил к единственной дочери какого – то голодранца.

Но, если бы она пришла, вернулась домой, я бы принял ее с этим мальчиком. Все бы им дал, всем помог. Но она так и не возвращалась.

Они быстро стали жить вместе, снимать даже не квартиру, а комнату. Тут я уже не выдержал. Моя девочка живет с мужчиной и не в браке! Где это видано?

Я явился с поклоном к ним домой. Платон, так зовут моего зятя, был рад нашему знакомству, но Кристина опять встала в штыки.

Тогда и я уже не выдержал, сказал, как есть, что, если хотят всю жизнь, пусть остаются в вонючей комнате и живут, как вздумается. Больше в ее жизни я никакого участия принимать не буду, точка!

Сказал, что будущего у них нормального не будет, так и будут горбатиться за тарелку каши. С того дня я ее вблизи больше не видел.

Знаю, что они много оба работали, и их старания не прошли зря. Работы Платона заметили. Его приглашали на разные выставки, на которых все его работы были раскуплены.

И отвечая на твой следующий вопрос, это был не я. Его работы действительно очень достойны и их быстро разбирали. Они смогли даже снять хорошую квартиру. Потом его популярность росла, и им выпала возможность уехать за границу в Прагу. Там они и живут до сих пор.

Там же и родились мои внуки, которых я, кроме, как на фотографиях больше никак не видел. Платон востребованный художник, входит в их международную ассоциацию, с его мнением считаются в их среде.

А Кристина работает его менеджером. У него в очереди годами стоят, чтобы он нарисовал портрет.

Дочь только раз в год прилетает в Россию в день годовщины смерти матери. Только в этом году из-за рождения младшей не приехала.

Алексей летает к ней пару раз в год, на этом все. Со мной же никаких звонков, встреч ничего!

Дедушка закончил свой рассказ. Оказывается он пережил тоже очень много боли в своей жизни. Принесли ему счастья его титулы и богатства?

Я смотрела на него и только сейчас впервые со дня приезда в этот дом, увидела в нем родного человека, своего дедушку, любимого дедушку.

Я буквально бросилась к нему в объятия и крепко, крепко обняла. От неожиданности мужчина сначала немного напрягся, но потом также обнял меня в ответ, не менее крепко, чем я.

Он также, как и я плакал.

– Дедушка, я так тебя люблю, очень, очень сильно и никогда тебя не брошу!!!!

– Ангел, ты мой Ангел на старости лет. Я так долго тебя ждал! Думал не дождусь уже! Я тебя тоже очень люблю, всегда любил с самого твоего рождения!

Это был очень важный душевный разговор, в котором мы наконец-то обрели друг друга.

Уже ночью лежа в своей кровати прокручивала все события, думала о бале, который будет уже почти завтра.

Но, если еще вчера мне было очень страшно, то теперь бояться не стоило, ведь за моей спиной были они, моя семья!

Следующий день уже с самого утра начался с суеты. Последний день приготовлений перед балом, последняя примерка. Персонал, казалось, даже не отдыхал.

Но не только я нервничала, нервничали все. Ведь представить новую наследницу влиятельной семьи и не просто дочь, рожденную в законном браке, а дочь от другой женщины.

Естественно, в лицо вряд ли кто-то осмелится что-то сказать, но за спиной уверенна на много месяцев вперед появится тема для обсуждения.

Но меня волновало не только это. Дарья! Ведь по сути представляют дочь от любовницы ее мужа, такого же возраста, что и ее. Этим она тоже попадает под раздачу.

Уверена ее нынешнее состояние плюс я – это отличный повод перемолоть ей кости для всех собравшихся сплетниц. И никто не отменял и желтую прессу, для них это вообще сенсация.

Может быть она меня и ненавидит, но я чувствую, что мне надо выговориться, поговорить с ней. Уже подойдя к ее комнате, вся моя решительность стала исчезать.

Я почти засобиралась обратно, как услышала из ее комнаты музыку. Это была очень спокойная, но не менее завораживающая мелодия. Мелодия скрипки.

Я легонько постучала несколько раз, но дверь так никто и не открыл. Честно, можно было и уйти, но следом тут же возникла мысль, а вдруг что – то случилось.

Дарья целыми днями не выходила из комнаты. Иногда я видела ее на балконе и всегда с бокалом. Видимо угрозы дедушки о клинике ее совсем не пугают.

Дверь оказалась не запертой изнутри, и я решила войти. Даже если меня выгонят с криками, мне нужно все равно поговорить с ней перед этим балом.

Зайдя внутрь, я увидела, что Дарья сидела в кресле спиной к выходу. Музыка играла из колонки, а в руках у нее, как всегда был бокал со спиртным, хотя еще раннее утро только.

– Доброе утро! Вы позволите войти? – начала я не очень уверенно.

– Ну, во – первых, ты уже вошла, а, во – вторых, тебя разве не учили, если дверь не открывают, значит никого не хотят видеть?

Женщина взяла пульт и выключила музыку. Проигнорировав ее слова, я продолжила :

– Красивая мелодия! Вам нравится скрипка?

– Тебе и, правда, интересно, или это способ поддержать никому не нужный разговор?

– Нет, мне действительно очень интересно!

Дарья усмехнулась и продолжила :

– А тебе разве не надо готовиться к балу, завтра же твой главный выход?

Об упоминании о бале мое сердце забилось сильнее.

– Вижу и тебе, он особой радости не приносит? Волнуешься? – серьезно спросила женщина.

Я посмотрела внимательно на нее и поняла, ей действительно интересно, даже взгляд у нее поменялся.

В нем не было и доли того прежнего высокомерия и надменности.

– Если честно, очень. Не понимаю, зачем нужно все это устраивать на публику? Я не знаю всех этих людей.

– Знаешь, я хоть и родилась и живу всю жизнь в этом обществе, но на своем балу тоже очень нервничала. Хотя уже тогда все знали, что мы с Лешей пара, а с Тиной лучшие подруги.

Трое богатых детей, но так отличающихся от всех остальных сверстников вокруг. Да, было время, есть хотя бы что вспомнить. Ты, наверное, знаешь уже про Тину?

Дарья снова взволнованно взяла бокал и немного выпила из него.

– Да, мне вчера дедушка все рассказал про свою жену и дочь.

– Значит, уже дедушка? Быстрее, чем я думала. Но так даже лучше!

Я не виделась с Тиной восемнадцать лет. Она только с братом поддерживает связь, хотя тоже не очень часто. Веришь, я очень скучаю по ней, очень…

Женщина отвернулась к окну и погрустнела.

– Почему вы все время пьете?

Знаю, не самый скромный вопрос, который можно задать взрослой женщине, но слова назад не вернешь.

Если честно, думала, что после такого вопроса, меня точно выставят за дверь, но неожиданно Дарья продолжила :

– Так не больно, вернее болит, но не так сильно, намного терпимее.

– У вас что – то болит? Вы болеете? Может надо вызвать врача? – я просто засыпала вопросами удивленную Дарью.

– Господи, да у тебя больше переживаний за меня, чем у моей родной дочери!

В голосе Дарьи была серьезность, а глазах боль, жгучая, обжигающая боль.

– Нет физически у меня ничего не болит, а вот сердце и душа… Сердце очень болит…

Она снова отвернулась к окну. Не думаю, что Дарья говорила это мне потому что хотела. Скорее всего этой женщине просто хотелось поговорить по душам с кем – то.

– Почему вы все время здесь? Неужели у вас нет подруг, друзей? Какого – нибудь занятия для души?

– Единственной моей настоящей подругой была Тина, а лучший друг стал мужем. А моя дочь давно забыла сюда дорогу.

Остальным так называемым подругам плевать. Все, что они умеют лучше всего это злорадствовать и завидовать чужому счастью и радоваться, когда ты несчастна.

А на счет занятия для души… Если и души давно нет, то нет и занятия!

– Скрипка? Я права? Вы когда – то играли? Тина занималась балетом, а вы играли на скрипке, ведь так?

– Да, ты и правда, умная девочка. Да, играла когда – то и очень не плохо. Никогда не собиралась строить карьеру скрипачки, но, как ты говоришь, это было занятие для души.

На всех вечерах, которые устраивали родители, я обязательно всегда играла. Но сейчас уже давно этим не занимаюсь. Только иногда позволяю себе окунуться в воспоминания и просто послушать музыку, вспомнить звуки.

– А хотели бы?

– Что именно?

– Хотели бы этим снова заниматься? Только не самой себе играть, а публике, которая это оценит?

– Нет, сильно много времени прошло, и еще очень страшно!

## глава 11

– Но ведь не узнаешь, пока не попробуешь. Почему бы не начать, вы же ничего не теряете?

– Как я сказала, всему свое время!

– Нет, так дело не пойдет – решительно сказала я.

Не знаю, что на меня нашло, но пока совсем не передумала, я выхватила из рук Дарьи бокал. И пока она совсем не опомнилась, взяла открытую бутылку с комода и бросилась в ванную. Расположение комнат было одинаково, поэтому не составила труда быстро найти ее.

Опешившая Дарья тут же бросилась за мной. Пока я выливала все в раковину, она стояла, распахнув рот, и только, когда опомнилась, зло прокричала :

– Что ты творишь? С ума совсем сошла? Кто тебе позволял? Это же глупо! Или ты думаешь, что, если все выльешь, я не возьму другую бутылку? Ангелина!

– А знаете, – не выдержала я, – Что я вижу?

Женщина вопросительно подняла свои красивые брови, явно ожидая ответ.

– Я вижу красивую женщину. Нет даже не так. Очень красивую, но очень одинокую женщину, которая раньше времени заживо себя хоронит в четырех стенах, постоянно выпивая.

Вы сами выбрали этот путь, можно изменить все, если захотеть.

– Нет, Лин, нельзя! Уже поздно!

– Можно, – уверенно сказала я, – Изменить можно все, кроме смерти, вернуть можно любого, если он жив!

На последних словах я уже просто кричала.

– Вы страдаете из – за мужа, но поверьте, вы красивая женщина, выглядите моложе своих лет. На Алексее не сошелся белый свет, вы можете еще найти свое женское счастье!

– Ты сейчас говоришь вообще – то о своем отце!

– Да, но это не отменяет того факта, что он в первую очередь мужчина. Вы заживо себя похоронили, поставили крест на себе, сидите целыми днями и жалеете себя. У вас есть дочь, и вы ей нужны. Когда вы разговаривали с ней в последний раз?

– Лике это не нужно!

– Как не нужно? Это вы сами сделали такие выводы или вам так просто удобно думать? Любому ребенку в любом возрасте нужна мать!

– Если эта мать когда – либо была! Ею с рождения занимался только Леша. Я же была поглощена своими страданиями. Знаешь, вся моя жизнь была заранее известна. Выйти замуж после института за лучшего друга и нарожать кучу детей.

А на деле я поздно поняла, что с мужем мы лучшие друзья, но никак ни любящие друг друга, как мужчина и женщина. И в итоге ни мужа, ни лучшего друга. Я никогда не хотела удержать его Ликой, но и отпустить уже не могла.

Казалось, если он уйдет, весь мой прежний мир рухнет. Даже Ликой не занималась. Сказать по правде, я по началу даже ревновала его к собственной дочери. С ней он был настоящим и в какой – то мере счастливым. Со временем мы и вовсе отдалились друг от друга. Думаю, ты заметила, что и живем мы в разных комнатах, на разных этажах?

А, когда я наконец поняла, что я мать, то и дочери я была уже не нужна. Сейчас мне очень не хватает дружеских разговоров с Лешей, его шуток и советов.

Я встречалась однажды с твоей мамой. Хотела понять, почему она. Они были вместе совсем недолго, но для обоих это была целая жизнь.

Я же всегда была с ним рядом. Мне с детства внушали, что Леша моя пара, моя судьба. Да, что говорить, меня как будто и растили специально для него.

Когда я спросила у твоей мамы :

– А какая любимая книга у него, сколько наград у него в комнате, в какой стране он больше всего любит отдыхать? Знаешь, что она мне ответила? Ничего! Она не знала ответов ни на один из вопросов.

Я тогда поняла, что они оба знали, что все быстро закончится, и у них нет этого времени изучать друг друга. Они были заняты другим приятным времяпровождением, раз ты у них так быстро получилась.

В результате никто из нас счастья так и не познал. Думаешь, я так хотела жить? О такой жизни мечтала? А теперь уже и сама не знаю, как выйти из этого состояния.

Все это время мы так и стояли в ванной. Пространство резко сузилось вокруг нас. Дарье очень тяжело давались признания.

– Почему вы не разведетесь?

– Разводы не особо приемлемы у нас. Зато каждый может жить своей жизнью, не мешая друг другу. Да и Лика у нас. Хотя ей, уверенна, все равно вместе мы или нет. Я совсем не знаю своего ребенка.

– Дарья, если вы не против, у меня есть к вам предложение, позволите?

– Конечно, говори, не только же слушать меня все время, – она облокотилась об стену.

– Как вы смотрите на то, что после бала мы с вами откроем небольшой учебный центр? Послушайте, пожалуйста, не перебивайте, прошу. Это центр для детей. Мы можем взять только пару тройку учеников два раза в неделю.

– Вы могли бы давать уроки на скрипке, а я преподавать английский. Плату можно брать чисто символическую для покрытия аренды и необходимых расходов. Можно и Лику подключить, она же мастер спорта по шахматам.

– Нет, Лика, точно не согласится. А, что на счет меня…

– Нет, не отвечайте сейчас, не спешите отказываться сразу. Давайте хорошо подумаете, а точный ответ дадите уже после бала. Думаю, дедушка и Алексей не будут против. Может и у вас есть знакомые, которые тоже согласились бы что – то преподавать.

– Я редко с кем тесно общаюсь сейчас. И им тоже такое занятие прийдется не по вкусу.

– Ну и ладно! Тогда вы и я! Знаю, вы должны подумать, но я уверенна, вы примите правильное решение.

– Я не хочу, чтобы вы спустили свою жизнь, как произошло с этим вином. И с Ликой уверенна можно все исправить и наладить отношения.

А еще у меня возникла идея по поводу названия центра!

– Ну ты и шустрая! Ну говори какое!

– Ну вот смотрите, – воодушевилась я, – вас зовут Дарья, первые три буквы имени Дар, меня Ангелина – последние Ина, если их соединить, получится Дарина! Ну как вам?

– Неплохо! – усмехнулась Дарья…

– А я вот вижу, вам очень даже нравится вся эта идея!

– Ты сильно торопишь события, Лин, но идея мне действительно очень нравится.

И еще… У меня тоже есть к тебе просьба.

– Я слушаю вас.

– Называй меня просто Даша и, пожалуйста, на ты!

– Даша? – удивилась я.

– Да, так меня звали родители и Леша с Тиной. От этого имени мне легче и сразу вспоминается детство, сколько всего мы втроем творили. Узнай бы обо всех наших приключениях родители, нам бы долго приходилось есть стоя.

– Хорошо, если вы…ты этого так хочешь, то тогда буду звать Дашей.

– Ну что будем заново знакомиться!?

Мы смотрели друг на друга. Казалось, стена между нами наконец – то сдвинулась. Потихоньку, понемножку, но все – таки сдвинулась.

– Хорошо, мне было приятно с тобой поговорить, но мне уже пора. Завтрашний день еще надо как – то пережить.

Уже почти у двери Даша сказала :

– Спасибо, Лин. Знаешь, я хотела тебя ненавидеть, когда ты родилась. Затем, когда ты приехала сюда, очень хотела, но я не смогла.

Я сглотнула образовавшийся ком в горле.

– Тогда почему вели себя так?

– Я думала, что за маской стервы легче живется, легче скрывать свои раны, но и здесь вышел промах!

Почему все так произошло? Задаю вопросы сама себе. Ведь Даша очень даже не плохая, просто сильно запуталась в свое время.

Не выдержав, я подошла обратно к Даше, и крепко обняла.

Я чувствовала, как она задрожала. От нее пахло нежным запахом, не резким, а очень приятным. Даша также и меня обняла в ответ, не менее крепче, чем я, и уткнулась своим подбородком мне в макушку и начала перебирать мои волосы, как…как мама.

– Я действительно не смогла тебя возненавидеть. Ты такая же Лешина дочь, как и Лика. Когда я увидела тебя здесь впервые, ты была, как испуганный котенок, которого привезли неизвестно куда и неизвестно зачем.

А еще я увидела девочку, маленькую девочку, которая только потеряла маму, но несмотря на это одинокую снаружи и сильную внутри.

Лин, оставайся всегда такой, не дай никому и никогда тебя сломать. И знай в этом доме у тебя есть не только дедушка, отец и сестра. Я тоже буду рядом, буду поддерживать.

А еще буду признательна, если ты будешь хоть иногда приходить ко мне пообщаться. И по поводу центра я обязательно дам тебе ответ.

И на счет бала не волнуйся, с тобой рядом твоя семья. Если ты не будешь против, я могу зайти к тебе по раньше и помочь с прической и макияжем.

– Да, конечно, я только буду рада.

– В юношестве мне это удавалось. На все Тинины выступления я сама ей укладывала волосы.

Уверенна Стелла сошьет исключительное платье, и ты будешь неотразима! Она настоящий талант, хоть и с характером! – усмехнулась Даша, – она мне все детство шила наряды, потом и на выпускной и даже мое свадебное платье. У нее золотые руки.

– Тогда почему вы не согласились у нее заказать и для себя? – я немного отстранилась,чтобы лучше ее видеть.

– Я и перед ней тоже сильно виновата, много чего говорила со зла, но не бери в голову. Это старая история. Я же говорю, мне казалось, стервой легче жить.

Еще немного постояв, я попрощалась и пошла к себе. Уже засыпая, я вспомнила весь наш разговор, и была уверенна, Даша точно согласится на предложение о центре.

А завтра , завтра надо еще пережить. Ведь именно завтра многое в моей жизни очень изменится.

## глава 12

Утро началось ожидаемо с суеты. Никто ни минуты не сидел на месте, а людей в доме все только прибавлялось. Главные комнаты, в которых планировалось торжество, были уже полностью готовы и украшены. Все сияло волшебной красотой и изяществом.

Даже завтрак прошел быстрее, чем обычно.

К Лике уже приехали визажисты и парикмахеры. Она заперлась с ними в комнате у себя и строго сказала, чтобы к ней никто не приходил и не мешал.

Такое чувство, как будто у кого то свадьба, а не бал. Мне же хотелось, чтобы этот день быстрее закончился.

Бал планировался на шесть вечера. Я не представляла сколько еще людей должно приехать. Одного обслуживающего персонала было не меньше сотни. Еще очень бросалось в глаза огромное количество охраны. Крепкие мужчины в строгих темных костюмах с такими же строгими и серьезными лицами.

Их внимательность и сосредоточенность были весьма понятны. Ведь сегодня соберется много влиятельных и известных людей страны.

Чем ближе час икс, тем мне становилось все страшнее. Я уже не могла скрыть тревогу, а в голове стали крутиться мысли, а, что, если я опозорюсь сама или опозорю семью, что-то не так сделаю или не то скажу, что надо.

Пару раз приходила женщина , рассказывала про этикет и давала пару уроков танцев.

Сказав, что я неплохо все знаю и прекрасно справляюсь, пару уроками мы и обошлись.

Ближе к четырем ко мне пришла Даша.

– Можно к тебе?

Даша была уже полностью собрана и выглядела не так как обычно. Посвежевшая, выспавшаяся и что ли более счастливая. Ее наряд и образ в целом были восхитительны, а еще она искренне мне улыбалась. Сейчас с улыбкой на лице ей не дашь и тридцати. Но самое главное в руках никакого спиртного.

– Да, конечно, проходи!

– Лика даже дверь мне не открыла, сказала, чтобы уходила и не мешала, – грустно ответила Даша, – Я же просто хотела помочь своей дочери, но ни моя помощь, ни я сама ей давно не нужны! Особенно, когда рядом целый штат профессионалов.

– А знаешь я по какому вопросу к тебе пришла?

– Если честно, то нет.

– Ну, во-первых, я хочу, если позволишь, помочь тебе с макияжем и прической. А во-вторых, на счет центра. Знаешь, я не буду тебе давать ответ после бала, это ни к чему.

Подожди, вижу, ты уже хочешь мне что-то сказать. Просто ответ у меня уже готов… И я полностью согласна, давай попробуем. Ничего не обещаю, но два, три ученика взять смогу по два часа на занятие также два раза в неделю.

Выберем детей из малообеспеченных или многодетных семей. Пока так.

– Даш, – я подошла и крепко обняла, – Ты не представляешь, как я рада и счастлива очень, очень, спасибо тебе огромное!

– Это тебе огромное спасибо, Лин! И спасибо, что так вовремя протянула руку помощи, наконец – то в моей жизни появился свет в конце тунеля.

Вот видишь, ты и трястись меньше стала! Ну, а на счет взять меня на полставки в качестве твоего личного стилиста или к тебе тоже целая команда придет?

– Если честно, я не знаю. Стелла говорила, что все возьмет на себя. Но я абсолютно не против, если ты все мне сделаешь сама. Думаю, так даже будет лучше, и я еще больше смогу успокоиться.

И еще не успела сказать, ты прекрасно выглядишь!

– Ну скажешь еще! До тебя мне далеко. В этот раз захотелось вспомнить юность и все сделать себе самой.

– Правда? А так и не скажешь, как будто только из салона.

– Ты точно решила вогнать меня сегодня в краску.

– Нет, я просто всегда говорю только правду, так меня учили. А правда в том, что ты очень красивая, Даша!

– Ну, все давай начнем, у нас куча работы, а времени все меньше и меньше. Я взяла немного своей косметики, самое необходимое, так, что поехали!

– И это немного? – я указала рукой на открытые коробки с кучей разных кремов, тюбиков, помад, – Да тут любой салон позавидует.

– Да, я редко всем этим пользуюсь, сидя одной в комнате это ни к чему. У тебя естественная красота, мы только подчеркнем ее, выделим основное.

Лика любит ярко краситься, чтобы выглядеть старше. Мне, конечно, это не нравится, но кто меня спрашивает? Тебе же мы нанесем легкий макияж, подчеркивающий всю твою естественность.

Ну что поехали?

И тут началось настоящее волшебство. Даша доставала то один тюбик, то другой, смешивала разные оттенки, иногда даже немного хмурилась. Но также ей это доставляло настоящее удовольствие.

Во время всего процесса мы с ней о многом болтали. Она мне рассказывала о своих родителях, учебе в школе. И почти везде были Алексей и Кристина, они действительно были не разлей вода. Их многое, что связывает в прошлом, много хорошего.

С Дашей было очень легко и спокойно, тревога почти ушла, а дурных мыслей и вовсе не было.

Как только с макияжем было покончено, Даша занялась волосами. Благо у меня они были послушными и особо проблем вряд ли доставят. На все у нас было потрачено чуть больше часа.

– Ну все, смотри, только обещай не суди строго. Но скажу сразу, на мой взгляд даже без платья ты выглядишь просто сногсшибательно.

Я подошла к большому зеркалу и замерла. Не могла поверить, что отражение в нем это и есть я. Я раньше никогда не красилась, мой максимум это был прозрачный блеск для губ и все.

Даша действительно подчеркнула только глаза и контур губ, сделала ярче брови, выделила скулы. Ничего яркого, бросающего в глаза, но тем не менее очень красиво. Волосы были накручены волнами и сзади собраны заколкой, оставаясь распущенными.

Я не могла не удивляться талантам этой женщины. Думаю еще ни один у нее припрятан про запас.

А я все также молча рассматривала себя в зеркале, в котором на меня смотрела красивая девушка, и эта девушка была я.

– Ну как? Тебе нравится? Почему молчишь?

Мое молчание она поняла по своему.

– Конечно, очень нравится. Просто нахожусь еще в шоке, не совсем отошла до конца.

Я даже тут подумала, может кроме уроков на скрипке тебе еще и собственный салон красоты открыть? – предложила я.

– Так не бывает, неужели это я? Мне правда нравится, даже не думала, что могу быть такой.

– Я рада, что тебе все нравится. Я лишь слегка подчеркнула твою красоту и больше ничего. С такой внешностью и прилагать особо усилий не нужно.

Тут в дверь постучали. Это уже была Стелла, как всегда, со своими помощниками и в строгом элегантном костюме.

– Здравствуй, дорогая, я смотрю ты уже… – и тут Стелла увидела рядом со мной Дашу. Видно, что от удивления бедная Стелла застыла, как статуя.

– Дарья? Здравствуй! Не ожидала тебя увидеть до бала, а особенно здесь. Могу предположить , что ты ошиблась дверью, но думаю старческим маразмом ты вряд ли страдаешь. А судя по всем этим открытым коробкам и заставленному зеркалу, могу предположить,что ты здесь уже давно.

И нашу красавицу подготовила именно ты? Можешь не отвечать, мне и так все понятно. Ответь, только ты, Лин, дорогая, я сплю и что – то пропустила за несколько дней? Магнитные бури, нет, не было, землетрясения тоже не замечала.

– Стелла Эдуардовна! Даша, мне очень помогла, поддержала, сделала сама макияж и прическу. Я уже, если честно с ума сходила от страха и волнения.

– Даша!? – Стелла округлила глаза и посмотрела внимательно на взволнованную Дашу, – не ожидала, правда. Я помню, как много лет назад ты прекрасно без всякой помощи собирала Кристину и себя и выглядела, как минимум английская королева.

Ты и сейчас все сделала на отлично. Наверное, даже моя Марьяна вряд ли бы сделала лучше! Спасибо тебе! И я уже несколько лет не слышала, как тебя зовут Дашей, даже не сразу поняла про кого.

– Здравствуй, Стелла! Да, я сама очень хотела помочь Лине. Лучше, чем ожидать в комнате одной. Ну я пойду к себе, вам еще платье нужно одеть.

Лин, мы все будем внизу. Не волнуйся, мы все с тобой!

Дарья стала быстро собирать свои вещи. Стелла подошла ближе к ней и сказала:

– Даш, – от того, что ее имя произнесла женщина, Даша остановилась и прекратила сборы, – ты отлично выглядишь, как тогда, когда все были вместе, а многие еще живы.

Даша только кивнула в благодарность и быстро покинула комнату.

Стелла повернулась ко мне и улыбнулась.

– Не знаю, как, но тебе удалось за пару дней то, что не удавалось лучшим психологам и психиатрам страны годами и не только.

– Вы про Дашу? – спросила я.

– Конечно, мы хоть и перестали общаться, но эта девочка выросла на моих глазах. А потом… Алкоголь, таблетки, одиночество, с одной крайности в другую. А тут вот прихожу и, как в прошлое возвращаюсь, только Маши нет и Кристины, – Стелла отвела взгляд в сторону.

Теперь я была точно уверена, что эта семья была для нее очень родная, а ее члены – близкие ей люди.

– Ладно, моя дорогая! Я теперь не уверенна, что это первое и последнее потрясение за этот вечер. Хотя он толком еще и не успел начаться.

Вот смотри, что тебе подарил твой дедушка.

Стелла смотрит с огоньком в глазах и протягивает бархатную коробку. Не трудно догадаться, что в ней находится.

Дрожащими пальцами я открываю ее и замираю, возможно я выгляжу нелепо и глупо,

но не могу скрыть восторг от увиденного.

Я не эксперт по драгоценностям, не знаю о них ничего, но комплект украшений передо мной выше всех похвал.

– Да, ты у нас, девочка, не привыкла к подобным презентам. Если бы ты всю жизнь с пеленок росла здесь, возможно удивить тебя было бы не так легко.

Такие подарки дарятся несколько раз в год, а то и чаще, особенно в этой семье.

– Почему? Есть какая-то традиция?

– Ангелин!? Ты хоть знаешь, чем занимается твоя семья?

– Нет, наверное, какой – нибудь бизнес. Я так поняла, у них много филиалов по всему миру.

– Это да. У них много чего есть. Не удивлюсь, если и сами Мальтовы давно не помнят сколько у них направлений и сфер деятельности.

## глава 13

– Так вот, у них свой собственный ювелирный бренд, один из лучших в стране, а также известный во всем мире. Твоей семье принадлежат старательские артели в Якутии и еще где – то. Занимаются они добычей алмазов.

Да, дорогая, не удивляйся. Глеб хотел лично прийти и отдать тебе подарок, но я запретила. Сказала, что нашу красавицу увидят все в одно время на балу и никто не будет исключением.

Конечно, твой дедушка мог меня и послать куда подальше, но в нашем возрасте мы уже понимаем друг друга и без слов. Он, конечно, повозмущался для приличия, побухтел, но возражать своей старой подруге не стал.

Этот комплект изготавливался специально для тебя, и он идеально подойдет к твоему платью. Но имей ввиду, это твой первый, но далеко не последний такой подарок, впереди тебя ждет только самое лучшее!

Ну а так тебе он нравится? Если нет, только скажи, Глеб доставит тут же еще десятки таких комплектов.

– Нет, – сказала громче, чем надо, – не надо ничего другого, мне этот очень нравится. Ювелиры, которые изготавливали его настоящие волшебники. Камни так и светятся, что кажется от их блеска можно и ослепнуть.

– Нет, моя дорогая, ослепнуть можно только от твоей красоты. А это, это только камни. Красивые, но не более того. Если я их одену или какая – нибудь дама с кучей пластических операций, ты думаешь от них мы станем краше или моложе?

Всегда смотрят в первую очередь на твою внешность, а, если к этому еще и душа чистая, то и украшения будут сиять еще ярче.

Давай сначала все – таки наденем платье, а потом уже и эту красоту.

К нам тут же подошла Марьяна с уже готовым платьем. Да, что же это за день такой!?

Платье, великолепная прическа и макияж, красивые украшения и я. Все как будто из другого мира. Сейчас я точно ощущаю себя героиней из сказки Золушка.

Обе женщины помогли мне надеть платье, не позволяя при этом смотреть на себя в зеркало. Делали мы все быстро, но максимально аккуратно, не задевая волосы. Еще минута и на мне застегиваются серьги, потом браслет и последнее идет ожерелье. Все теперь все готово!

Я смотрю на женщин, а они на меня. Никто и не пытается первым начать говорить. Но, наверное, все-таки по старшинству Стелла первая отмирает и говорит :

– Знаешь, я думала, Лин, меня ничем в этой жизни уже не удивишь, но я ошиблась. Когда я буду умирать, то хочу увидеть ангела с твоим лицом!

Нет, девочка, нельзя быть такой…такой чистой и невинной! Ты даже не представляешь, как сможешь в будущем пользоваться своей красотой! Тебе только пятнадцать, через лет пять ты станешь еще женственнее.

Марьян, достань мои капли и накапай мне, только дозу увеличь в полтара, нет в два раза!

– Вам плохо? – не на шутку я испугалась. Все таки Стелла далеко не девочка, может быть у нее и правда проблемы с сердцем, еще и переволновалась и переработала за последние дни.

– Нет, дорогая, мне хорошо, очень даже хорошо! Подожди, Марьян, к черту эти капли, достань мой загашник, сейчас как раз отличный повод! Выпью немного своего коньяка, сегодня можно, сегодня наконец – то этот дом оживет! Да, не надо, Марьян, в бокал, давай так.

Стелла взяла малюсенькую бутылку и жадно сделала глоток. Не знаю, как она, но я точно уже и не считаю, сколько раз за последний час я успела удивиться.

– Значит так, а теперь мой Ангел, подойди к зеркалу и скажи, как тебе, кого ты видишь?

Я не спеша повернулась и поняла, что, наверное сердечные капли нужны и мне. Никогда я не представляла, что так бывает.

В этот момент так хотелось, чтобы моя мамочка была рядом, чтоб радовалась за меня и увидела такой… Я боюсь заплакать, хоть Даша и говорила, что вся косметика отличного качества и беспокоиться из – за этого не стоит.

Я даже дотрагиваюсь к зеркалу, хочу действительно понять, что это не сон. Стелла умница и настоящая молодец. Ее работы заслуживают высших похвал, а с таким талантом только и одевать настоящих принцесс.

– Я просто не верю, что это я. Так не бывает. Спасибо вам за все!

– Тебе спасибо, дорогая, что подарила старухе столько эмоций. Ну все нам пора, пойду позову Алексея.

Тут в дверь постучали, и на пороге стояла Настя с подносом в руках.

– Можно войти? Извините, я не хотела отвлекать, просто подумала, что Ангелина захочет попить воды или сока перед балом и принесла напитки.

Настя при этом говорила как – то запинаясь, несмотря на меня и не улыбаясь. Я вообще ее сегодня не видела, хотя мы каждый день хоть на чуть – чуть, но пересекались с ней. Еще и выглядела она очень бледной. Может быть устала из – за приготовлений? Надо обязательно выпросить для нее несколько выходных.

– Да, спасибо большое, пить и правда очень хочется. Ты как всегда вовремя и читаешь мои мысли.

Настя не уверенно подошла ко мне и еще очень странно, что ничего не сказала, как я выгляжу. Конечно, я не жду, что мной должны все восхищаться, но она как будто пыталась всячески избегать со мной любого взгляда.

И тут сначала я почувствовала что – то холодное, а потом мокрое в области груди. Я посмотрела на Настю, она стояла и вся дрожала, на глазах слезы, а все содержимое подноса теперь растекалось вниз по всему платью.

Я сама не знала на кого мне смотреть на бледную Настю или красную Стеллу. Все как будто не могли поверить, что за пять минут до бала это происходит на самом деле.

Настя упала передо мной на колени и стала громко рыдать :

– Простите меня, пожалуйста, я не хотела. Я не знаю, как так получилось. Я просто подвернула ногу.

– На ровном месте подвернула? – это уже грубый рык Стеллы.

Настя и так была не в себе, а от такого голоса можно точно богу душу отдать.

– Но ты и тупица, корова без рук, – это уже крик Лики.

Только сейчас я заметила, что дверь была открыта. Лика даже не пыталась говорить тише, ее крики, наверное, все гости уже услышали. Лика пулей забежала в комнату и продолжила кричать :

– Ты хоть понимаешь, что ты сделала? Внизу куча журналистов, сотни известных людей, а ты бестолочь безмозглая сорвала вечер! Завтра о нас будет говорить вся страна. Это настоящий позор. Ты сорвала все торжество!

– Что тут происходит? В дверях уже стояла Даша. Увидя развернувшуюся картину, она прикрыла рот рукой. Наверное, я действительно выглядела очень жалко с огромными липкими жидкими пятнами по всему платью.

– Что, что? А ты не видишь? – продолжила кричать Лика, – эта безрукая уже поднос в руках удержать не может. Или может быть решила выпить и стащить пару бокалов из зала пока никто не видит, да только дозу малость не рассчитала.

Настя даже с пола не поднялась, так и стояла все время на коленях. Мне, конечно,было очень обидно за платье, но в конце концов это не конец света. По сути ничего страшного не случилось. С кем не бывает. Я и сама от волнения могла вылить на себя нечаянно стакан воды. Прическа и макияж не испорчены, а платье… И тут я подумала.

– Лик, перестань, пожалуйста. Ты пугаешь Настю.

– Что? Лин, ты её ещё и защищаешь? Другая на твоём месте ее бы уже за волосы оттаскала. А ты её жалеешь!

– У меня есть платье. Я в нём участвовала в конкурсе в лицее "Мисс весна". Оно очень нарядное, я его могу одеть и нет никаких проблем.

– Лин, ты сейчас серьезно?! Это не какой – то утренник в детском саду, это мероприятие, сравнимое с событием года. А ты предлагаешь выйти в каком – то дурацком сарафанчике?

– Это не сарафанчик и вовсе не дурацкий. Мы вместе с мамой его покупали! – кажется у меня начинается истерика.

– Молчать всем!!! – Стелла громко крикнула.

– Что за крики? Если бы ни музыка и пустая болтовня, вас было бы слышно за несколько кварталов, – уже и Алексей был здесь. Да, что же это такое?!

– Вот, – Лика просто показала пальцем на меня, вернее на ту часть меня, где я была вся мокрая.

Но мужчина смотрел не туда, а прямо в мои глаза и улыбался.

– Какая ты красивая, моя девочка!

– Пап, ты успел уже перебрать со своими друзьями? – усмехнулась зло Лика.

– Лика, как ты разговариваешь с отцом? – вступилась Даша.

– А что, если он не видит, что Лина не может выйти в этом…

– Я повторяю, всем молчать!!! – громче сказала Стелла, – от вашего базара у меня уже мигрень началась. Значит так, все вон отсюда. Останутся только я и Лина с Марьяной. Дайте нам полчаса, и мы будем готовы.

Ты, деточка, – она указывает пальцем на Лику, – спустишься вниз и будешь вести себя, как ни в чем не бывало. Ты же любишь позировать журналистам и быть в центре внимания. Вот твой час.

Ты, Даш, отвлечешь своих сплетниц подружек, заболтай чем – нибудь этих куриц.

Алексей, обсуди с мужчинами курсы на бирже валют или ещё что – нибудь, в общем придумай сам. Глеб пусть займётся пенсионерами. А мы все сделаем остальное уже здесь.

И, да, как там тебя, Настя? Ты там вообще живая хоть? Иди ступай на кухню, думаю сегодня твоя рабочая смена окончена.

– Стелла Эдуардовна! Вы вроде бы не фея крестная с волшебной палочкой. Вряд ли полчаса что – то решат. Или вы можете новое платье за полчаса сшить? Если это так, то…

– Хватит, Лика, – строго сказала Даша, – Стелла дело говорит. Спасибо тебе огромное за помощь, мы все сделаем, как ты скажешь. Если ещё что – то от нас понадобится, дай знать. Все, Лик, Лёш, пойдёмте. Анастасия, поднимайся и иди к Клавдии.

Настя на ватных ногах еле поднялась, так и продолжая игнорировать меня . Никак не могла понять, что с ней могло случиться? Всегда такая собранная и внимательная, улыбчивая, а сейчас ее как будто подменили. Может быть это что – то личное? Обязательно с ней поговорю после бала уже.

– Ну наконец – то мы уже одни. Я, конечно, не фея крестная и палочки у меня нет, но кое – что сделать я могу!

## глава 14

– Знаешь, когда я увидела тебя впервые, ты, как бы лучше выразиться, произвела на меня незабываемое впечатление. У каждого художника, поэта, мастера есть своя муза, которая помогает творить. В молодости у меня было полно вдохновения, всяких разных идей. Но с годами все приедалось, становилось безвкусно.

Я просто, как робот, жила, брала заказы, хоть и редко, и на этом все! Лишь бы не было так сильно одиноко, одиночество – страшная штука! Мужа я давно похоронила, а сын с невесткой живут в Америке, преподают в колледже. Они у меня люди науки.

Там же и мои внуки, чуть младше тебя. Они давно предлагают мне переехать. Только, что я там забыла?

Не хочу! Да и Степка мой здесь, а я хочу рядом с ним лежать на одной земле. Без дела я все равно не могу сидеть. Как только чуть отхожу от работы, так куча болячек сразу.

Поэтому до последних дней пока у меня есть силы буду творить.

Так вот, после встречи с тобой, прийдя к себе в мастерскую, у меня впервые за много лет открылось второе дыхание, захотелось творить и днями и ночами. Мысли и идеи не покидали меня.

Я даже спать боялась. Думала, проснусь и забуду все! Марьяна не на шутку уже испугалась за меня.

Думала, я умом тронулась уже на старости лет.

Так вот я под тебя решила создать коллекцию и хочу устроить большой показ через пару месяцев. А также, если ты не против, хочу чтобы ты была моей жемчужиной коллкеции и завершала показ.

Только никому ничего не говори и не спеши отказываться. Некоторые модели у меня уже готовы, другие – в разработке. Работы еще очень много. Это событие будет прорывом в мире моды и не только в нашей стране.

У меня много знакомых и за границей. Приедет очень много дизайнеров известных домов.

Ты заслуживаешь, чтобы тебя увидели. Но повторю, это будет не раньше, чем через пару месяцев. А теперь к нынешнему.

Ехав сюда, я была на распутье, оставить этот первый вариант платья, который на тебе, или все таки второй.

Да, дорогая, ты его не видела, но я не знаю сама по каким причинам привезла его с собой. Марьян, неси его, у нас план Б. Только выйди и зайди через черный вход и смотри, чтобы никто тебя не видел.

– Я не знаю, даже, что сказать. Так много всего сразу! – призналась я.

– Ничего и не говори, снимай это платье. У меня своя химчистка. Мои девочки сделают все в лучшем виде, не останется и следа, а ты сможешь его все таки одеть на свой показ у меня.

– Я не знаю, как вас и благодарить, вы буквально спасли этот вечер!

– Вот согласишься быть и дальше моей музой, считай мы в расчете. – засмеялась Стелла.

Как хорошо, что рядом есть люди, которые тебя поддерживают и успокаивают, чтобы я делала без них?

Даже Стеллу, зная всего ничего, я уже воспринимаю, как родную. Мне кажется прошло всего пару минут, и уже появилась Марьяна с платьем.

Мы одели его очень быстро и аккуратно, не задевая уложенные волосы. И как всегда нет слов, одни эмоции. У этой женщины не просто талант, а целый дар!

Это платье отличается от первого, но не менее красивое! Стелла права, оно прекрасно мне идет: и цвет, и фасон – все идеально. Я могу на всех языках, которые знаю, ею восхищаться, но и этого будет мало, очень мало.

– Ну все, вот мы наконец-то и готовы! Дай – ка я еще раз на тебя взгляну и можно звать твоего отца.

Она покрутила меня, еще что – то поправила и осталась полностью довольна.

– Знаешь, дорогая, я, пожалуй, останусь на сегодняшнем представлении. Не хочу и не могу пропустить это событие. Ни одна фотография не передаст всего, и ни один журналист ни опишет все детально.

Да, а я уже думала, что скоро останусь без дела и вместо светских мероприятий буду посещать кабинеты врачей, начиная от кардиолога, заканчивая проктологом. А моими деликатесами станут слабительные средства.

Теперь я тоже хочу жить.

К тому же я не могу пропустить, как эти богатые и надменные курицы, перекаченные уколами красоты, будут от зависти давиться собственной желчью.

Ты будешь в центре внимания у всех сегодня, начиная от юношей и мужчин, заканчивая всем женским полом здесь. Все, абсолютно все, будут смотреть весь вечер только на тебя, говорить только о тебе. Кто – то с неприкрытой завистью, кто – то с восхищением.

Веди себя естественно, будь самой собой и не доверяй каждому. Держись ближе к своим, сильно далеко старайся не отходить. Я тоже буду поблизости. Я знаю практически каждого здесь, как говорится изнутри весь этот серпентарий.

Так что, давай, Ангел, расправляй свои крылья и взлетай высоко, высоко. И знай, всех, кто здесь находится вместе взятых, ты лучше и чище намного.

Ну, все дай тебя обниму и передам твоему отцу. Да, сегодня многих ждет инсульт – усмехнулась Стелла.

– Надо было Глебу сказать, чтобы кроме кучи охраны еще приказал привести машины скорой помощи. Они понадобятся многим после этого вечера!

– Марьяна! Беги, позови Алексея, скажи мы готовы!

Кирилл Лебедев 20 лет.

Еще один, так похожий на другие, скучный бал. Если бы не семейство Мальтовых, обязательно бы нашел предлог, чтобы соскочить. Терпеть не могу этот пафос, лицемерие и все эти надменные лица. Хотя все это и часть моей жизни.

Миланье десять, через четыре года родители ей тоже устроят нечто подобное. И еще одна причина, по которой нет желания здесь находится, это Лика. Красивая, даже очень умная девочка. Нас уже все минимум раз сто поженили.

Идеальная жена, везде вписывается, где только можно. Красивая картинка, но не более. Таких я повидал тысячи, если не больше. Брак с ней выгоден для обеих наших семей, но я заранее знаю, что он будет скучным.

Надеюсь, можно его будет откладывать, как можно дольше. Может быть, когда она станет совершеннолетней, наши отношения разбавит интим, и в постели с ней будет не скучно. Но пока наше общение сводится редкими звонками, поздравлениями с праздниками и подарками от моего имени, которые я ни разу ей сам не выбирал.

Спасибо моей матери, если бы не она, я бы и не помнил, когда у нее день рождения. Да, хреновый из меня жених. Но я и, правда, не готов к серьезным отношениям, а особенно к браку. Что сейчас, что потом, верность хранить не обещаю.

Надеюсь, и помолвку проведут никак обычно, когда ей будет восемнадцать, а гораздо позже.

– Привет, друг, скучаешь? – ко мне подошел Стас Громов и Вениамин Астахов. Мои лучшие друзья. Мы с детства вместе, вместе учились в школе в одном классе и теперь также вместе учимся в Англии уже на третьем курсе, только направление все выбрали разное.

Мое это геополитика, кроме, как в ней, себя нигде больше не вижу. Стас тоже рядом пошел на международные отношения, а Веня у нас занимается археологией. Раскопки, путешествия – его все. С детства авантюрист и искатель приключений, полностью отличается от нас, но от этого так и остается преданным и надежным другом.

Он знает все про любой антиквариат, все выставки, новинки в музеях. Про это он может болтать часами. А еще он влюблен безнадежно в Лику.

Но даже если бы не я, она точно с ним бы никогда не была, несмотря на то, что его семья также очень богата. Она бы его просто растоптала, и он всю жизнь был бы у нее под каблуком.

– Да, скучно! – признался я, – но нам, правда, обещали сенсацию. Все собрались, чтобы увидеть еще одну наследницу Мальтовых, да еще и внебрачную дочь. Мать всю неделю только об этом и говорила. У них это новость номер один.

– У меня тоже мама с подругами и у нас дома и по телефону только об этом и говорила, как будто ничего больше интересного в мире не происходит, – усмехнулся Стас.

– Просто для всех это нонсенс, сам понимаешь. Когда это было, чтобы внебрачных детей так представляли на всю публику и устраивали по этому поводу такой бал ? – сказал Веня. – К тому же неизвестно, как Лика на это все отреагировала!

– Вень, да что с Ликой будет? Она законная наследница – это раз, во-вторых, старше, хоть я так понял совсем на немного, но все таки. Плюс еще фамилия и активы ее матери. Эта сестра ей уже проигрывает по всем фронтам, – уверенно высказался я.

– А никто ее вообще нигде не видел, не слышал, как хоть зовут? Здесь тайна, покрытая мраком, о ней вообще ничего неизвестно, даже журналисты ничего не знают, – стал интересоваться Стас.

– Нет, ничего, – ответил я, – Все тщательно скрывают. Даже мать и ее подруги, которые узнают обо всем намного раньше, чем это происходит, не в курсе. Ничего не известно ни как выглядит, ни как зовут.

От этого у всех еще больше интерес здесь находиться и увидеть все своими глазами. Посмотрите вокруг сколько народу, и это еще не все. Нам скоро здесь и места всем не хватит.

– Слушайте, а может быть она страшная, как крокодил? – заржал Стас.

– Успокойся, не привлекай к нам лишнего внимания, а то мы так и не дождемся сегодняшней сенсации, нас втроем вышвырнут отсюда, – усмехнулся я.

– Не, ну правда, – продолжил Стас, – тут девчонки болтали, я слышал, что несколько раз видели Лику в бутиках или в салонах, и она всегда была одна. Теперь вот уверен, что это , чтобы никто раньше времени ее нигде не увидел. Уверен, что она жирная, стремная, короче отстой! И блядь, может и на всю рожу прыщавая.

Тебе, вот Кир, повезло, лакомый кусок отхватил. Лика хоть и холодная стерва, но зато красивая стерва, а через пару лет вообще глаз не оторвать!

Вень не в обиду сказано, для тебя, конечно, она ангел и все такое, и ты все полы слюнями по ней закапал, но девочка очень непростая. Но она уже занята.

А вот у нас с тобой, дорогой друг, пары до сих пор нет. Мне уже родители все уши прожужжали, мол покажи себя перед внебрачной дочкой на балу, она же все равно Мальтова, а это отличная партия! Многие мечтают породниться с ними. Только я как представлю, что сейчас выйдет чудовище, пусть и в брендовом платье и с размалеванным лицом, так ничуть не легче, и такое чувство, кажется здесь не только у меня.

## глава 15

Тут Веня продолжил:

– А что с ее матерью? Странно, что именно сейчас, ее захотели всем представить, а до этого тщательно скрывали. Может быть, что-то случилось? А еще возможно ее образование хромает и семье стыдно за нее, хотят побыстрее ее кому-то вручить.

– Нет, – уверенно сказал я, – Алексей нормальный мужик. Если он знал о ребенке, а я думаю, что точно знал, никогда бы не бросил их на самотек. Он точно помогал им и на счет образования вряд ли стоит такой вопрос.

Скорее всего девчонка более или менее воспитанная, может быть, конечно, и не училась в престижном месте, но с учебой думаю проблем как раз и нет.

Тут музыка и все разговоры резко прекращаются. Мы все оборачиваемся в сторону лестницы. Сначала я смотрю вниз, потом взглядом выше и выше и … замираю. Стрелки на часах, время всего мира, люди вокруг, все перестает существовать, а я перестаю дышать.

Даже не слышу, говорят ли рядом друзья что-то. Я смотрю только на девушку на лестнице, вернее это не девушка, это ангел, только крыльев не хватает.

Девушка медленно, осторожно спускается вниз по ступенькам, придерживаясь за локоть своего отца. Алексей ведет ее очень бережно, аккуратно, даже невооруженным взглядом видно, как эта девочка ему дорога.

Я на миг прихожу в себя и смотрю по сторонам. Кажется шок сегодня не только у меня. Даже Стас рядом прихерел. Да и у Вени взгляд поменялся. При других обстоятельствах я бы радовался, если бы друг переключился на другую девчонку, но не в этом случае.

Смотрю дальше и вижу, что почти все мужчины смотрят только на девочку. Кто-то с удивлением, кто-то с восхищением, но никто не остался равнодушным.

Мой взгляд скользит по братьям Бессоновым, они уже, как коршуны, пытаются пробиться поближе. Решетников тоже тут как тут. Мы с ним и так соперничаем всю жизнь во всем в чем только можно. И понятно, что и он смотрит очень заинтересованным взглядом.

Твою мать, я, конечно, люблю охоту и очень, это смесь азарта и адреналина,особенно моя страсть – соколиная охота и не только. Всегда возвращался с трофеем и не одним, но тут похлеще и жарче, чем в самой Африке в разгар сезона.

А девочка не просто трофей, это целое сокровище! Здесь, чтобы только подойти поближе и познакомиться успеть нужно отстоять не малую очередь. А чтобы пригласить на первый танец, нужно уже по головам идти.

Хорошо, что у моей семьи есть привилегии, и я буду первым и единственным, кто украдет первый танец малышки. Сам не пойму, почему так повело на ней. Да, девочка милая, нежная, красивая.

Но сколько таких я видел? И не только видел, трогал, ласкал. А здесь не пойму ничего, может быть поближе подойду к ней и будет другая реакция, хотя очень сильно сомневаюсь.

– Всем, пожалуйста, внимание! – а вот и глава семейства. Статный и уважаемый всеми Глеб Александрович, – Вас, дорогие гости, наша семья позвала на этот бал по важному и особому случаю. Мы хотим вам представить еще одного члена нашей семьи. Ангелина Алексеевна Мальтова, моя младшая и любимая внучка!

Весь зал тут же зааплодировал. Глеб особо выделил любимая внучка, уверен, не только я это заметил.

Этим самым Ангелина делается не только завидной невестой, но и сразу становится мишенью для Лики. Она никогда не любила соперниц. Уверен, Лика будет скрывать свои истинные эмоции, но когда я всем озвучу свои планы на Ангелину, не думаю, что она сможет с ними совладать.

Но мне плевать на Лику абсолютно. Пусть, что угодно говорят родители, мне похер, Ангелина достанется мне и только мне!

Если понадобится все для этого сделаю, уничтожу любого соперника, кем бы он ни был, но Лина станет моей!

Вот с ней уже хочется побыстрее, кольцо на палец, помолвка, чтобы все знали чья она!

– Я бля сдох что-ли? – вот и Громов подал голос, – Все брат, на хрен беру все свои слова обратно. Что там предки говорили, показать себя, я готов, как никогда! Вот это красотка, охренеть! Что за генофонд в этой семье!? Малышка и правда супер! Надо быстрее очаровать, а то тут по ходу, кроме меня желающих совсем не мало!

– Стоять! – рявкнул я, – Еще раз, Громов, ты хоть что – то о ней скажешь или просто посмотришь в ее сторону, я начищу твою морду и не посмотрю, что мы с тобой сто лет дружим!

– Охренеть Лебедев! Что за претензии!? У тебя же ее сестрица в кармане, чего тогда быкуешь? Еще и лучшему другу морду хочешь начистить?

Или тебе самому понравилась малышка? Только напомню тебе, ты вроде бы как с Ликой, а ваши предки уже давно мысленно делят и нянчат внуков.

– Можешь переключить сам все свое внимание на Лику, с ней никогда ничего не будет, точка! А эта девочка моя! Ты же только что сам думал, что выйдет чудовище. М… так было?

– Хватит! Оба прекратите немедленно! Устроили здесь базар! – вмешался самый спокойный из нас Веня, – Вы сейчас оба, как в магазине, сегодня хочу одну, а завтра увижу другую, и эта уже не нужна!

Вы оба дебилы! Здесь многое решают старшие. Кир, ты правда думаешь, что столько лет тебя сводили с Ликой, а теперь тебе захотелось Ангелину, и все скажут:

– На, пожалуйста, бери! Ты думаешь, будет все так легко? Я кроме вас двоих уже вижу толпу желающих, которая с радостью вас растопчет на хрен!

– Мне похер! – я сказал, – Лика прошедший вариант, который меня на хер никогда не устраивал. Это ты по ней слюни всю жизнь пускаешь. А с родителями со своими и с ее семьей я сам разберусь. Да и толпа желающих меня не пугает.

– Успокойся, пока нас троих не выгнали с позором, – тихо проговорил Веня, – Делай, что хочешь. Только скажу сразу, ты сам уверен, что ты ей будешь нужен? Знаешь, земля круглая , не все в мире вертится вокруг тебя, Кир! Возможно, как тебе было похер на Лику, так и этой девочке будет похер на тебя!

Поверь, не каждая далеко готова кричать от счастья, что сам Кирилл Лебедев обратил на нее свое внимание. А на счет Лики, не только я, как ты говоришь, пускаю по ней сопли и слюни, таких здесь тоже не мало!

– А я повторю еще раз, мне плевать! Хватит уже о Лике!

– Да, ты прав,– вмешался в разговор Стас, – смотри сейчас началась торжественная часть – знакомство с Ангелиной. Сначала все идут по старшинству, скоро и до нас очередь дойдет.

Я глянул на девочку, она держалась стойко, всем мило улыбалась, что-то тихо отвечала и очень смущалась. Видно, что этот праздник жизни ей не особо нравится. Мне же очень хотелось всех выгнать и спрятать ее, чтобы она только мне так искренне и мило улыбалась.

Ангелина уже устала, и то ли от усталости, толи от волнения уже еле держится на ногах. Вдруг она поднимает голову, и мы с ней встречаемся взглядом. Да, привыкай, девочка, я теперь с тебя глаз не спущу и не только сегодня.

– Здравствуйте, мальчики! – а это уже Марта Лебедева, моя мать собственной персоной. Полгода ее не видел, а она, как всегда, перестаралась с очередной подтяжкой лица. И как отец ей это все разрешает? Хотя не дать согласие этой женщине на что-нибудь, выйдет себе дороже.

Наверное, мой отец уже давно это принял и понял. А перед глазами образ малышки, уверен, она не захочет никогда себя так истязать. Но даже если вдруг в ее голове что-то такое мелькнет, от меня согласия она точно никогда не получит. Нельзя портить такую красоту!

– Здравствуйте, вы, как всегда, восхитительны! – начал расстилаться Стас, – я бы на месте Евгения Константиновича не отпускал бы вас далеко, а то кто знает, что может случиться?

– Ну, Стас, ты, как скажешь вечно! Кстати, скоро и до нас очередь дойдет поприветствовать новую госпожу Мальтову, и вас обоих уже ищут ваши родители. Из-за того, что людей собралось сегодня очень много, знакомиться будем подходить целыми семьями, а не по возрасту, как обычно.

– Да, спасибо, вам огромное! Пойдем, Стас, поищем наших.

– Еще встретимся, Кир, вечер еще не закончился, – усмехнулся Стас.

Я провел взглядом обоих друзей, и очень хотел остаться один, но видимо у моей матери, как всегда, совсем другие планы.

– Вижу, девочка произвела на тебя огромное впечатление? Можешь ничего не отвечать. Я твоя мать и могу по взгляду определить, что хочет получить мой любимый ребенок. Скажу честно, я и сама в шоке. И не только я.

Никто не ожидал увидеть сегодня милого ангела. Уверена из нее будет не трудно слепить отличную для тебя жену.

Я удивленно приподнял брови.

– То есть ты совсем не против, а как же Лика?

– А что Лика? Вы оба с Ликой лидеры, два хищника, вам тяжело было бы вместе. Да, я хотела породниться с Мальтовыми, чего скрывать, но теперь, когда есть альтернатива, еще и такая! Конечно, я не против! Скажу даже больше, мне плевать, что она незаконнорожденная и младшая внучка.

Для Глеба она любимица. Это очень видно. Даже Дарья преобразилась и ее не узнать. Совсем от нее не отходит и смотрит с обожанием. Я ожидала увидеть ее спившейся, в какой-то безвкусной вещице, но она, кажется взялась за ум.

Алексея, конечно, ей, как мужчину, не вернуть, но, если захочет, любовника найти ей сейчас не составит никакого труда!

## глава 16

– Мам, хватит! Вы, как бы с ней подруги!

– Вот именно как бы подруги, и то только потому что ее фамилия Мальтова, а иначе с ней давно бы никто не общался и никуда не звал. С самого детства они всегда втроем были, и никто им был не нужен!

– Втроем? А кто еще, кто третий?

– Да так, кто-то из прошлого, далекого прошлого, но тот кто очень нравился твоему отцу.

– Даже так! А я думал, ты любовь всей его жизни.

–Да, здесь ему ничего не светило! Но сестра Алексея тоже многим нравилась. И вот твой отец смотрел на нее в те годы, как ты сейчас смотришь на Ангелину, я знаю прекрасно этот взгляд.

Я помогу тебе, девочка будет твоей, но прийдется сильно постараться. Ведь в глазах Мальтовых ты будешь выглядеть легкомысленным парнем, который с одной сестры переключается на другую.

Кстати, надо быстро сделать так, чтобы первый танец она танцевала именно с тобой. Очень часто бывает, что первое впечатление самое важное. Попробуй, очаруй малышку. Видно, что девочка не искушенная и не избалованная.

Но не перестарайся, не спугни ее. Ей только пятнадцать, она младше Лики. Мама с тобой всегда, сынок! Я в тебя верю. Мои подруги уже готовят сети для нее, хотят пристроить своих сыновей.

Так что нужно быстро заявить свои права и культурно решить проблему с именем Лика.

– И как ты собираешься это сделать?

– Пока точно не знаю. Но знаю одно, если ты понравишься этой девочке, у нас есть все шансы. Отец и дед препятствовать не будут. А Лике быстро подберут другую замену.

Смотри, как все смотрят на Ангелину, даже Дарья смотрит с обожанием, а Стелла, которая мне уже несколько лет ничего не шьет, просто надышаться ей не может.

Я сейчас переговорю с музыкантами, и как раз, когда наша очередь будет поприветствовать новую госпожу Мальтову, начнется время танцев. Не упусти этот шанс, мой дорогой сын.

После танца продолжатся знакомства и дальше. Я намекну, что девочка скорее всего устала, и ей не мешало бы и отдохнуть. И никто больше не успеет пригласить ее на следующие танцы.

Думаю, она и сама будет не против. Ну а дальше дело за тобой!

Через минут десять мы уже стояли около всего семейства. Сначала, как обычно, поприветствовали всех мужчин, потом Дарью с Ликой. И вот, наконец-то и мой звездный час.

– Ангелина, – откашлялся Глеб,– познакомься, это близкие друзья нашей семьи. Евгений и Марта Лебедевы и их старший сын Кирилл.

Я смотрел неотрывно на девочку, какая же она! Вблизи даже еще лучше! Хотя, казалось, куда еще? Даже слов нет таких, чтобы описать. В ней все скромность, наивность, невинность, женственность, а ей всего то пятнадцать.

Она скромно подняла взгляд, слегка улыбнулась и заговорила:

– Добрый вечер, очень рада знакомству!

Бля даже голос, как у Ангела, так вообще бывает? На ней минимум косметики, чего не скажешь о Лике, но она в тысячу раз красивее ее и остальных девушек в этом зале.

Надо быстро успокоиться, так как все эмоции мои лезут наружу.

Боюсь с таким взглядом меня упекут за решетку из-за педофилии. Но оторваться все равно невозможно.

– О кажется настало время танцев? – вдруг услышал голос матери. Даже не заметил, что музыка сменилась. Да, Кир, сдаешь свои позиции, надо срочно брать себя в руки.

– Да, не заметно уже пролетело время, – ответил Глеб.

– Позвольте, Ангелина, пригласить тебя на танец? – не стал тянуть время. Здесь надо действовать быстро. Мне в спину уже дышат и другие претенденты.

Воцарилась тишина. А я смотрел только на Ангелину. Для меня был важен лишь ее ответ и ничей больше.

Вряд ли Лика додумается устраивать скандал, вокруг куча камер, журналистов, а опозориться для нее это сравнимо с концом света.

Ангелина округлила свои нереально красивые глаза, явно не ожидая такого поворота событий. Да, что говорить, я и сам от себя не ожидал ничего подобного. Скажи мне еще час назад, что я буду вот так стоять и ждать заветное да, в жизни бы не поверил.

Лина сама смотрит, не веря, что я именно ее пригласил. Наверное, ждать пришлось бы еще долго, но я решил взять инициативу на себя и просто протянул свою ладонь.

Нет, отказа я сегодня не принимаю. Девочка смотрит на свою родню, особенно на сестру. Мельком взглянул на Лику, она держится минимум, как английская королева, никак не выдает своих эмоций. Хрен и, правда, поймешь, что у нее творится в голове.

Спустя несколько секунд Лина хоть и неуверенно, но кладет свою маленькую ладошку в мою. Вот и все! И меня, как током простреливает, как будто молния в меня попала, пульс зашкаливает, а сердце, кажется выскочит из груди.

Крепче сжимаю ее ладонь и благодарно киваю в знак согласия, увожу в центр зала. Мельком успеваю увидеть довольный взгляд матери и удивленный Дарьи.

Глеб выглядел сдержанно, но не сказать, что довольный. Больше желания кого-то разглядывать у меня не было. Все внимание и так приковано к одной милой малышке.

Краем глаза все-таки успеваю увидеть и Стаса с довольной ухмылкой и серьезного Веню, но мне похрен на всех!

Начинаются первые звуки мелодии, и мы вместе начинаем двигаться. Чувствую, как Лина напряжена. Вроде и двигается легко, но все тело, как натянутая струна. Нет, так не пойдет. Не хочу, чтобы она меня боялась или чувствовала напряг рядом со мной.

Касаться ее талии, держать за руку, никогда раньше не думал, что от этих простых действий будет так хорошо на душе и так спокойно. Как будто рядом нет ни ее, ни моей родни и кучи других посторонних людей, которые уверен, с нас глаз не сводят.

– Ты отлично танцуешь! Занималась раньше танцами профессионально? – решил прервать я затянувшееся молчание.

– Нет, никогда. Но в лицее, где я раньше училась, у нас часто были разные выступления и поэтому каждый ученик должен был уметь хорошо танцевать разные стили танцев. У нас был отличный преподаватель.

– А так и не скажешь. Кажется, ты этим давно занимаешься. Меня в детстве насильно отдали на бальные танцы. Для меня это было как наказание. Я почти пять лет отходил от звонка до звонка, что говорится.

– Мать говорила, что это может пригодиться, вот теперь вижу, что она была сто процентов права. Поэтому могу с легкостью определить, когда девушка более опытна, и когда недавно только стала обучаться. Так вот, Ангелин, у тебя прекрасно все получается. А, кстати, где ты раньше училась?

Решил не прерывать разговор, и сразу стало заметно, как Лина понемногу перестает сжиматься, тело расслабляется, а на лице чаще стала проскальзывать искренняя улыбка. После вопроса про учебу так сразу оживилась.

Девочка вкратце стала рассказывать, где раньше училась. Я много раз слышал про этот лицей, и не смотря на то, что он находился в обычном провинциальном городе, считался одним из лучших в стране. Многие даже столичные престижные школы далеко не дотягивали по рейтингу к этому лицею.

Вот теперь точно уверен, Лина получила прекрасное образование. Осталось узнать, что она любит и чем увлекается. А времени у нас осталось совсем немного, можно сказать, что считанные секунды.

Надеюсь, мать учла это и договорилась с музыкантами заранее, чтобы они хоть на пару минут продлили этот танец. В ходе разговора понял, что из увлечений у девушки языки и книги. Я тоже знаю несколько языков, уже есть общее , это несомненно очень хорошо.

А вот книги – это точно наследственность Мальтовых. Про библиотеку Глеба давно наслышан. Мы сами несколько раз дарили ему редкие книги, по цене, сравнимые с лучшими моими породистыми жеребцами.

Но, если, девочка любит книги, ради Бога. В нашем будущем доме, не побоюсь строить уже такие далеко идущие планы, будет ей целая библиотека, хоть пусть в несколько этажей. Принцессе самое лучшее!

Под конец танца Лина уже была полностью расслабленной, надеюсь танцевать со мной ей было больше по душе, чем знакомство со всеми этими аристократами!? Несколько раз она даже над чем то смеялась, а я и глаз отвести не мог.

Но вот где таких идеальных делают? В ней все, что мне так нравится, нет ни единого недостатка ни внешне, ни в характере.

Мне за какие-то минут десять с ней стало так легко, как говорят отдохнул и душой и телом.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Вот и наш скромный танец подошел к своему концу. Кто бы знал, как мне не хотелось отпускать Лину от себя. Была бы моя воля, я с ней и до утра танцевал.

– Благодарю за танец, Ангелин! И мне было очень приятно с тобой познакомиться!

– Спасибо, Кирилл! Мне тоже было приятно познакомиться.

– Ангелин! Я хотел еще спросить, я могу тебя называть просто Лина?

– Да, конечно, меня так все и называют в основном.

– Ок, тогда и ты ко мне обращайся просто Кир, – я постарался улыбнуться своей самой обворожительной улыбкой. Лина тоже слегка улыбнулась.

Но, если я в каждый свой жест вкладывал все свое обаяние, то Лина улыбалась мне, как и всем. Как любому другому из гостей, и это меня совсем не радовало.

Мне же хотелось,чтобы она, как и я не сводила с меня взгляда, уже смотрела с обожанием, как обычно, другие девушки. Но Лина не такая, как все. Ничего из этого пока с ее стороны я так и не почувствовал.

Только одну симпатию, как к однокласснику или соседу. Да, легко взять эту крепость точно не будет! Но и я просто так не сдамся. Эта девочка мне въелась под самую кожу.

Я аккуратно отвел ее обратно к семье. Даже не смотрел ни на кого из них. Не потому, что переживал или боялся, вовсе нет! Просто хотел лишний раз полюбоваться своим Ангелом.

## глава 17

Для меня она уже моя и по другому никак. Даже запах ее въелся под кожу. Вот это вечер! Меня, как приворожили, но мне, черт возьми, это нравится! Я опьянен ее, просто одурманен.

Если у Вени мозги поплыли давно от Лики, то у меня полностью от Лины. Быстро шагаю в сторону своей семьи, так как еще немного и приросту к месту рядом с принцессой.

Даже спиной ощущаю чужие взгляды и перешептывания. Еще бы. Здесь дураков нет, хотя многие и хотят ими казаться для окружающих. Уверен, все и так поняли мои намерения на счет младшей Мальтовой.

По ходу этот бал действительно будут еще долго обсуждать. Вижу довольную и улыбающуюся мать и рядом с ней серьезного отца. Чую предстоит мне с ним разговор по – мужски.

Но на моей стороне тяжелая артиллерия в виде мамы. Она быстро справится с отцом. Даже если он и начнет мне читать морали.

– Сынок, ты не представляешь, как вы вместе смотрелись! Просто глаз радуется. Вы настоящая пара года, да что года, десятилетия! Я тут, пока вы танцевали, поговорила с фотографами самых модных изданий, и они только и успевали вас снимать с разных ракурсов.

Уже завтра, максимум послезавтра ваши фото будут опубликованы на первых страницах лучших газет и журналов страны. Но повторю, со стороны вы очень гармонично смотритесь! Мои подруги уже весь яд проглотили, – весело говорила мама.

– Марта, перестань! Это был всего лишь танец! – вмешался отец, – к тому же не забывай, что Кирилл считался будущим женихом Лики. По – моему в твоих модных журналах скорее об этом напишут. А зная желтую прессу и их желание сделать из всего сенсацию, они могут девочку выставить разлучницей и вылить на нее все помои.

– Жень, правда, это ты перестань! Если кто-то из них посмеет это сделать, этого журнала больше существовать не будет. Глеб растопчет любого, кто даже про себя плохо подумает о его внучках. Потом никто из них и дворником не устроится на работу. А самоубийц здесь точно нет!

– Мам, это действительно был просто танец, – решил прервать мамин запал.

– Но ты же не поменял своего мнения относительно этой девочки?

– Нет! Даже наоборот, теперь точно более, чем уверен! Лина мне очень понравилась, и я не отступлю!

– Сынок, – вздохнул отец, – я понимаю, дело молодое. Ты мой наследник, я всегда за тебя и с тобой, но попрошу лишь одно. Обещай, если эта девушка будет против дальнейших отношений с тобой, ты не будешь ее преследовать и тем более принуждать.

– Отец, я по твоему похож на маньяка? Или я не могу ей понравится по настоящему?

– Нет, конечно, я не об этом. Она еще очень молода и вряд ли думает о серьезных отношениях, пусть и в будущем.

Здесь для нее все новое: люди вокруг, окружение, все, понимаешь? Она недавно в этой семье. Уверен, она толком и к ним еще особо не привыкла. Девочку никто не видел до этого вечера, скорее всего вряд ли ее держат взаперти. А значит она сама не хотела где-то показываться и появляться, и друзей здесь настоящих у нее явно нет.

Лика, конечно, не в счет.

Попробуй стать ей другом. Узнай ее получше. Ты же сам в жизни никогда ни за кем не ухаживал, ни бегал. Да, что говорить, мать даже Лике подарки выбирала и открытки подписывала от твоего имени.

Для тебя все это тоже будет новое. Иногда дружба ценится гораздо больше, чем что-то другое. Да и с Ликой не хорошо получилось.

– Пап, я понимаю, что кроме дружбы других отношений у нас и быть не может. Я готов ждать, а, когда ей исполнится восемнадцать, объявим всем о помолвке. С Ликой у нас даже просто обычных разговоров нормально никогда не было, и я, если взять честно, никому ничего не обещал.

Это же не средневековье и нас насильно никто не может поженить. К тому же не раз бывали случаи, когда пары, которые были изначально, распадались со временем. Ни мы первые, ни мы последние!

– А, если она не согласится, когда ей исполнится восемнадцать? – предположил отец.

– Я сделаю все, чтобы согласилась!

– Да, но помни, она учится здесь, а ты за границей, приезжаешь всего пару раз в год от силы и то на пару дней. У нее могут появиться новые знакомые, друзья, расстояние тоже играет огромную роль.

– Теперь я пересмотрю свой график, обещаю бывать дома намного чаще. Я готов бороться, отец! И поверь, это вовсе не мой каприз и не блажь. Я не отступлю, даже если все будут против.