Андрей Глазнев
Дарующий покой: золотой рот

Привет, меня зовут Век.

Я веду прямой репортаж из мира, где мёртвые не умирают, а живые – не отдыхают.

Мира, где слово «смерть» звучит так часто, что на него все забили.

Вот и сейчас, парочка зомби пытается откусить мне задницу.

А всё потому, что по долгу службы я рыскаю среди оживших мертвецов, как собака-ищейка без хозяина, и ищу тех, кому надо подарить покой.

В принципе, им всем нужен покой, но я не благотворительный фонд «Упокой меня на халяву».

Я тоже человек – ем, пью и, между прочим, воспитываю малолетнюю одноглазую девочку по прозвищу Шило.

Она хоть и мелкая, но жрёт будь здоров – если слона поймает, съест. И глазом не моргнёт. Ещё бобра на добавку попросит.

Я, конечно, ем мало… но пью много, а закусывать чем-то надо. Поэтому убиваю только тех зомби, за которых заплатили.

Хотя этих двоих назойливых мертвяков убью бесплатно.

Вот прямо сейчас, эффектно, в прыжке, разворачиваюсь и…

Бах! – минус одна башка!

Ладно, не в прыжке, и не эффектно – больше похоже, будто я запутался в собственных ногах.

Но мачете успел достать, и голова того, кто был быстрее, уже катится к моим ногам, оставляя за собой кривавый след и надежду на то, что я увижу закат.

Безголовая туша сделала ещё пару шагов и врезалась прямо в меня.

Идеально. Упал. В грязь, словно жук на спину.

Второй зомби навалился сверху, целясь мне в горло.

Я выронил мачете и начал шарить по земле – ищу хоть что-нибудь: камень, палку, чудо.

Рука нащупала голову его товарища – подхватил и зарядил ею прямо в висок подлетевшего мертвеца.

Он скатился с меня. Пока он приходил в себя, я успел достать из сапога нож и загнал его ему прямо в ухо.

Труп перестаёт дёргаться, теперь он официально покоится с миром.

Спросите, кто будет мне платить за убийство зомби. Охотно отвечу. Родственники и друзья людей превратившихся в зомби. Всё те, кто не может спать, при мысли о том, что дорогой им человек. Неупокоенные скитаеться по земле, кусая других.

В этом благородном деле, мне помогает Шило. Она экстрасенс и может отыскать "клиента", если у вас есть его вещь или фото.

Я скатился в сторону, тяжело дыша, лёг на спину и закурил.

Пепел падал на землю, а я глядел в безоблачное небо и думал, что жизнь – дерьмо, но с хорошим табаком, пойдёт.

– Век, ты в порядке? – Шило появилась, как чёрт из коробки.

Я поднял большой палец вверх. Всё, мол, норм, миссия выполнена, задница цела.

– Я уже думала, тебе конец, – хмыкнула она, ложась рядом. – И мне придётся искать нового папочку. Кстати, не думала, что ты умеешь так быстро бегать.

– Я вообще коробка с сюрпризами, – ответил я.

– Точнее, ящик Пандоры, – фыркнула она. – От тебя покоя нет ни людям, ни зомби.

– Всё сказала, мерзкая девчонка? – выдохнул я, бросив окурок.

– Думаю, на сегодня хватит критики, – она вскочила и протянула мне руку. – У тебя и так глаза на мокром месте, как у кота, которого обманула мышь.

Я ухватился за руку, поднялся, крякнув как старик.

– Кстати, где ты пряталась, когда меня пытались съесть?

– Не скажу, – показала язык. – Если ты когда-нибудь станешь зомби, а ты им обязательно станешь, если будешь так бегать, ты не будешь знать, где меня искать.

– Я никогда не стану зомби, – обнял её и похлопал по спине. – Кто-то ведь должен следить за тобой.

Два дня назад ко мне в баре подсел парень с лицом печального поэта.

Как он смог выжить в нашем съехавшем с катушек мире, для меня загадка.Такие как он, в мире до зомби апоколипсиса, вызывали у меня, желание дать им хорошего пинка или повесить на спину табличку, " ударь меня".

Всегда было интересно, как такие нежные натуры выживают и размножаться в нашем суровом зомби мире.

Ответ: никак. Практически всё, они умерли в первый день апоколипсиса.

Но этот, зараза, выжил. И это выглядело как чудо или издёвка судьбы.

У него была проблема, у меня в день нашей встречи тоже.

В день, когда рухнул привычный нам мир, у печального поэта была свадьба.

Прямо во время тоста за любовь, мёртвые пришли без приглашенья.

Через пять минут романтическое торжество превратилось в банкет мертвецов.

Жених сбежал, забыв о невесте и гостях.

Ну а теперь его терзала совесть, как собаку – блохи.

Он хотел, чтобы я нашёл её и подарил покой.

Денег у поэта было кот наплакал. Но в тот вечер, мой кот вообще не плакал и в карманах у меня было пусто.

Владелец бара «Храмое совершенство» – дядя Вася, огромная гора мяса с лицом добряка-палача, – как раз собирался взыскать с меня долг.

Дядя Вася имел дурную привычку, бить должников головой в огромный гонг в центре зала на потеху посетителей.

До этого дня, этот варварский обычай мне даже нравился. Но как только, моя голова оказалась вблизи гонга, я понял какая же это, безвкусица.

Поэт оплатил мой долг и даже купил мне выпить. В благодарность за это, я весь вечер, слушал его дурацкие стихи.

Сделка, конечно, невыгодная. Но моё слово – закон.

Поднявшись, осмотрел тела, убитых зомби, в надежде, что они сами оплатят мои услуги..

Шило стояла рядом, на стрёме. На случай, если появится, ещё зомби.

Осмотрел, карманы мертвецов, пусто. Заглянул, в приоткрытый рот мертвеца.

И, бинго!

– Шило, хочешь поиграть в дантиста?

Девчонка заглянула в рот мертвеца и присвистнула:

– Да я столько золота в жизни не видела!

– Определённо, при жизни он не доверял банкам, – заметил я.

Она хищно улыбнулась, схватила плоскогубцы и уже замахнулась…

Но, конечно же, вселенная решила подгадить – из-за поворота вылезла толпа голодных мертвяков.

Интересный факт: мертвецы постоянно жрут – траву, собак, людей, кору с деревьев – но всё равно вечно голодны.

И теперь эта голодная толпа, завидев нас, сорвалась с места, устремилась к нам.

Мы с Шило – деликатес, ужин для тех кто первый.

А кто не успеет – тот без ужина.

Не легко расставаться с горой золота, особенно когда оно сверкает прямо в гнилой пасти трупа.

Но, как говорится, жизнь одна, а мертвецов с полным ртом золота – на мой век хватит.

Поэтому, забыв о богатстве, которое буквально лежало у моих ног и ухмылялось золотыми пломбами, я схватил Шило за шкирку и пустился наутёк.

Бегать наперегонки с зомби – это, знаете ли, целая наука.

Первое правило: как бы ты быстро ни бегал – ты устанешь.

А зомби – нет. Они, сволочи, не потеют.

Второе правило: нельзя обогнать смерть.

Но её можно обмануть.

А обманывать смерть – мой любимый фокус

Шило умела играть в эту игры не хуже меня.

В рюкзаке у неё целый арсенал гаджетов, которые сделал бы честь самому МакГайверу.

Вытянул пару «шариков Гудини» – бросил под ноги.

Пшшш!

Облако густого тумана накрыло улицу, и мы с Шило растворились в нём, как два заправских ниндзя.

Свернули в переулок, перескочили через горы мусора, обогнули ржавые автомобили.

Мельком глянул в боковое зеркало одной из машин – и, как и ожидалось, зомби разделились на две категории:

1. Идиоты, которые побежали в другую сторону.

2. Умничкм, которые всё ещё бежали за нами.

Толпа уменьшилась, но не настолько, чтобы расслабиться.

Пора было доставать фокус номер два.

– Готова? – спросил я, оборачиваясь к Шило.

Девчонка кивнула, озорно подмигнула.

Я достал из рюкзака банку машинного масла и швырнул её позади нас.

Банка разбилась, жирное пятно растеклось по асфальту, и десяток зомби синхронно заскользили, как фигуристы, только без музыки.

Толпа грохнулась всем составом.

Эффектно, с хрустом и визгом.

– Я называю это “танец пингвиновна льду”, – сообщил я, отдышавшись.

Мы рванули дальше, петляя по улицам, как два бешеных кролика.

Игра в догонялки закончилась, когда мы врезались в тупик.

Настоящий, бетонный, без “вдруг дверь”.

Шило уставилась на стену, потом на меня:

– Ну и как бы на твоём месте поступил Иисус?

– Не знаю насчёт Иисуса, – ответил я, – но мистер Кольт уравнял бы шансы.

Шило хмыкнула и достала три глока. Два для меня, один себе.

Главное правило при встрече с зомби – меньше шума.

Шум – как бесплатная пицца для мертвецов. Услышат – сбегутся.

Поэтому у нас всегда глушители.

Двадцать зомби мчались на нас, толкаясь, пихаясь, как клиенты в чёрную пятницу.

Я прищурился и понял – это не я стою на пороге смерти.

Это двадцать покойников бегут навстречу вечному покою.

Мы открыли стрельбу.

Я стрелял с двух рук – как ковбой из рекламы сигарет.

Шило стояла рядом, широко расставив ноги, прищурив свой единственный глаз.

Она выглядела как мини-Дэдпул, только без красного костюма и с характером в два раза хуже.

Через минуту поле боя опустело.

Из двадцати зомби осталось трое.

А трое – это не враги, это разминка.

Я метнул два томагавка.

Свист. Хрясь.

И трио превратилось в соло.

– Отдохни, папочка, – сказала Шило, подхватив булаву. – Этот мой. За хорошее поведение.

– Когда это ты стала хорошей? – фыркнул я и достал духовую трубку с металлической иглой.

Плюнул.

Попал. Прямо в глаз.

Зомби рухнул.

Шило замерла с поднятой булавой.

– Ну, пап, я бы сделала его как два пальца об асфальт!

– Может быть, – пожал я плечами. – Только жаль, что мы этого никогда не узнаем.

– Пошёл ты, Век! – огрызнулась девчонка.

Крикнула она. размахивая перед моим лицом, маленьким кулачком.

У девочки на руке, не было среднего пальца

Но я чувствовал, что она мне его показала. Просто… без пальца.

– Давай не будем ссориться, – сказал я, пытаясь сменить тему. – Нам нужно вернуться к золотому рту и сделать его просто ртом.

– Золото… – прошипела Шило, хищно щёлкая плоскогубцами.

Возвращались мы дольше, чем бежали.

Шли тихо, как коты, которых уже один раз поймали на краже молока и хорошо отобрали за уши.

Я размышлял, как потрачу гору золота, что ждёт нас во рту у мертвеца.

Самогон, еда, одежда, женщины…

Или, построю город, райский оазис для выживших… Место где слабые смогут почувствовать себя в безопасности. Бездомные обрести дом.

Но кому нужны все эти заморочки. Лучше всё спушу на выпивку и шлюх. И пусть гулящие девки, назовут в мою честь улицу, ведущую к публичному дому.

Когда мы добрались до того места, где я упокоил двоих зомби – солнце уже садилось.

И знаете что?

Золотого рта не было.

Головы тоже.

Кто-то обчистил нас, пока мы играли в догонялки с мертвецами.

– Самогон и шлюхи… – выдохнул я.

Хотел закричать, но в городе, где зомби реагируют на звук, это плохая идея.

– Зелёный единорог и принц, ждущий моего совершеннолетия… – пробормотала Шило.

– Что?! – хором выдохнули мы.

– Ты хотел спустить всё моё золото на шлюх и выпивку! – Шило упёрла руки в бока.

– А ты какого чёрта собралась сбегать с принцем?! – возмутился я.

Вот вырастишь ребёнка, думаешь – выжили, держимся…

А она мечтает о принце и единороге!

– Век, нас обокрали! – заныла Шило. – Прощай, принц! Прощай, единорог!

– Успокойся, девочка. Папа что-нибудь придумает.

– Придумай мне гору золота! – прошептала она, и из её единственного глаза покатились слёзы.

– Шило, темнеет. Надо искать укрытие.

– Я не хочу просыпаться нищей! Пусть меня съедят!

– Глупая девчонка, всё будет хорошо, – сказал я и потянул её к мусорному контейнеру.

Да, мусорный бак.

Идеальное укрытие в мире, где все вокруг – мусор.

Зомби, кстати, туда не заглядывают.

Может, гордость не позволяет.

Мы забрались внутрь, закрыли крышку.

Тьма накрыла город.

И если вы думаете, что ночью зомби – худшее, что может случиться…

Вы просто не ночевали в покинутом городе.

Говорят, по ночам души без тел выходят на охоту – ищут новые тела.

Живых.

И, слава Богу, в мусор они не лезут.

Пахло, конечно, не розами.

Но я бывало пах и хуже. Особенно когда страшно.

– Век, у тебя есть план? – спросила Шило, хлюпая носом.

– Конечно. У папы всегда есть план.

– И как мы вернём золото?

– Попросим одну знакомую девочку-экстрасенса, которая умеет находить зомби, людей и вещи.

– Это же я, Век, – улыбнулась Шило.

– Вот и отлично. Утром начнём поиски. А сейчас – спать.

Мы задремали под утро.

Меня разбудил смех.

Открыл глаза – крышка контейнера открыта.

Надо мной стоят четверо амбалов.

– Доброе утро, друзья, – сказал я, выдавив улыбку, достойную Диснеевского персонажа.

– Друзья, – повторил бородатый с лицом книжного злодея.

И все заржали, как будто я расказал весёлый анекдот или удачную шутку.

– Доброе утро, солнышко, – прошептал коротыш.

– Доброе утро, сладкий, – добавил лысый.

Мои ягодицы напряглись.

Очень.

Инстинкт, знаете ли.

– Привет, обед, – сказал тощий с голодным взглядом.

Я снова напрягся, но уже всем телом.

Судя по глазам этих ребят, я – буду главным блюдом в их меню.

Повернулся – Шило нет.

Слава всем святым, она успела сбежать.

Меня обыскали, забрали всё оружие, обчистили корманы и выволокли наружу.

Пинками погнали на восток.

Пока я шёл, утешал себя мыслью: Шило жива. Значит, шанс есть.

Когда мы вышли из города, и углубились в лес, людоеды достали из кустов велосипеды.

Да, велосипеды.

Прикрутили меня к жерди, повесили между двух байков и поехали.

– Эй, парни, – сказал я, болтая под жердью. – Может, я поеду на багажнике? Или хотя бы на раме, чтоб ветер в лицо?

– Слышишь, Медведь, – хрюкнул коротыш. – Он хочет ехать на раме.

Все заржали.

– Когда охотники возвращаются с удачной охоты, они несут добычу на жерди, – сказал Медведь. – Мы уважаем традиции.

– Вы что, правда собираетесь меня съесть? – спросил я.

Они переглянулись, улыбнулись и хором ответили:

– А ты думал, зачем мы так тебя берегли, обедушка?

И вот тут я понял, что, возможно, впервые в жизни хочу стать зомби.

Они хотя бы не едят друг друга.

– Уж можешь не сомневаться, сладкий, – лысый здоровяк по кличке Кучерявый посмотрел на меня как на стейк средней прожарки. – Съедим тебя. Даже косточек не оставим.

– Может, договоримся? – спросил я с надеждой утопающего, который уже понял, что спасательный круг, ему не светит. – Сколько я должен заплатить, чтобы вы меня не ели?

Компания ржёт. Мне не смешно – я в шутке сыграл роль шутки.

– Мы забрали у тебя всё ценное, – Медведь скользнул по мне насмешливым взглядом. – Что ты можешь нам предложить?

– А что вы хотите? – деловито уточнил я, лихорадочно соображая, чем расплатиться за собственную жизнь.

– Тебя! – хихикнул тощий с голодным взглядом, которого все называли Танькин муж.

– В яблочной подливе, – мечтательно добавил он.

– Не перебивай, – одёрнул его крепкий коротыш (его мне так и не представили). – Мне интересно, чем этот голодранец собирается платить.

– Листьями с деревьев? – предположил Кучерявый.

– Да нет, желудями! – подхватил Танькин муж.

Ржач второй волной.

– У меня есть средства! – обиженно выкрикнул я, чем вызвал третий приступ веселья. – Но с таким поведением вы ничего не получите. Можете съесть меня хоть пять раз!

– Одного раза хватит, – рассудительно заметил Медведь.

Мы петляли по лесу на велосипедах (да-да, людоеды-велосипедисты – мой новый любимый страх) какими-то тайными тропами. Прячутся они не только от зомби, но и от Объединённого спецназа Нового Шёлкового Пути. По дороге ребята обсуждали меню из меня любимого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.