Anastasia Viks
Скульптор

Пролог

Вечернее солнце щедро золотило бескрайнее пшеничное поле, превращая колышущиеся колосья в море живого огня. Тишину нарушал лишь мерный стук лап по сухой земле и веселое пофыркивание лабрадора, который, как всегда, спешил исследовать каждый шорох на знакомой территории.

Пес вдруг остановился, настороженно принюхиваясь к земле. Его шерсть на загривке встала дыбом, и он тихо заскулил. Хозяин окликнул его, но пес не двигался, уставившись вглубь поля. Следуя его взгляду, мужчина увидел нечто, что заставило его сердце пропустить удар.

Среди золотой пшеницы, словно забытая кукла, лежала она. Девушка. Ее тело было неестественно неподвижно, а кожа, высохшая и бледная, казалась покрытой тонким слоем воска. Она была одета в элегантное платье, напоминающее музейный экспонат из галереи мадам Тюссо – безупречное, словно она только что вышла из витрины. Ни единого следа крови, ни признаков борьбы. Только зловещая, жуткая сохранность, которая повергала в холодный ужас.

Мир вокруг мужчины и его четвероногого компаньона остановился. Золотое поле превратилось в сцену кошмара. Прохожий медленно, боясь спугнуть нереальность происходящего, достал телефон. Пальцы дрожали, когда он набирал знакомый номер.

– 911, что у вас случилось? – в трубке раздался спокойный голос диспетчера.

– Я… я нашел тело, – прохрипел парень, слова вылетали с трудом. – В пшеничном поле, недалеко от дороги. Девушка… она… она как восковая фигура.

Тишина на том конце линии показалась бесконечной. Затем он услышал: «Оставайтесь на линии, сэр. Опишите ваше точное местоположение».

Глава 1. Приманка

Не каждый хищник выходит на охоту.

Иногда жертва сама подставляет горло.

Длинный стол конференц-зала ФБР отражал хмурые лица собравшихся. В последнее время здесь обсуждали рутинные дела, но сегодня в воздухе висело напряжение, ощутимое почти физически. Свет сверху был слишком белым – такой включают в больницах и моргах. Я когда-то читала, что под ним люди кажутся уставшими и незащищенными. Сегодня это был не просто эффект – это было состояние.

Я чувствовала это по тому, каким неуютным ощущалось офисное кресло. Каждую секунду его пластик словно покалывал кожу изнутри. Главный агент Райан Холмс, человек-скала с пронзительным взглядом, откашлялся, прерывая тягостную тишину. Кто-то справа перестал стучать ручкой. Кто-то слева перестал дышать.

– Господа и дамы, последние шесть месяцев мы наблюдаем эскалацию, которая бросает вызов нашим самым базовым принципам, – его голос, обычно теплый и дружелюбный, сейчас звучал как ледяной ветер. – Серия убийств. Шесть штатов. Идентичный почерк. Жертвы – молодые женщины, найденные в сельской местности, мумифицированные, словно восковые фигуры.

На большом экране вспыхнула фотография. Безжизненное тело, неестественно бледное, лежащее в поле. Слишком бледная кожа, слишком идеальная поза, как будто художник пытался копировать классику, только вместо мрамора использовал плоть. В животе у меня похолодело. Я видела такие снимки и раньше, во время обучения, но реальность всегда била больнее.

– Мы окрестили его «Скульптор», – продолжил Холмс. – Он не просто убивает. Он превращает своих жертв в жуткие произведения искусства. Он тщательно выбирает места, одежду, даже положение тела, чтобы создать максимально эффектную картину. И, что самое тревожное, мы точно знаем, кто за этим стоит, но не можем найти ни единой прямой улики, связывающей его с жертвами.

Он переключил слайд. На экране появилось нечеткое изображение, предположительно Скульптора, снятое камерой наблюдения на заправке. Высокий мужчина в клтечатой фланелевой рубашке и бейсболке, скрывающей большую часть лица. Тусклое освещение уличного фонаря лишь отбрасывало тень на его квадратную линию челюсти. Спокойная походка человека, который не скрывается, потому что уверен, что его никто не найдет.

Холмс обвел взглядом собравшихся.

– Паркер Колсон – он переключил на следующий слайд. – Ранее судимый за нападение на молодую женщину. Та же возрастная группа, тот же психологический профиль. Она выжила. Мы уверены, что тот случай десять лет назад был его первой попыткой. Тогда он ушел. Теперь слишком много совпадений, чтобы это было случайностью.

С экрана на меня смотрели пронзительные серо-голубые глаза. Парень на фото улыбался и, кажется, выглядел счастливым. Фото выгляделo будто обманчиво добрым – мягкая улыбка, солнечная рубашка, деревья на фоне. Именно с таким мужчиной любой отец не боится отпускать свою дочь на выпускной. Иронично.

У меня слегка защипало в висках. Чуть-чуть. Раньше это происходило только перед экзаменами.

– Нам нужно остановить его. Как можно скорее. И для этого потребуется нестандартный подход. Мы должны внедрить человека в окружение Колсона, – он сделал паузу, и мой желудок предательски сжался. – Ленди, ты отправляешься под прикрытие.

Я замерла. Я? Под прикрытие? Сомнения волной захлестнули меня. Я, Морган Ленди, новичок в отделе поведенческого анализа, с опытом работы всего два года, должна вжиться в роль приманки для маньяка? Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Холмс заметил мое замешательство, а десяток лиц моих коллег как одно обернулись в мою сторону.

– Я знаю, ты новичок, Ленди. Но ты подходишь. По профилю, по внешности, по психологической подготовке. Он замечает таких женщин. Ты – именно тот тип, который он выбирает.

Клянусь, бледности моего лица позавидовала бы семейка Аддамс. Комок в горле увеличился до таких размеров, что затруднил дыхание. Я видела его жертв раньше, прекрасно знала об их внешнем сходстве, но не могла и предположить того, что я прекрасно вписывалась на пустующее место в седьмом штате.

Я попыталась собраться с мыслями. Да, я мечтала о работе в поле, о возможности использовать свои знания для поимки преступников. Но это… это было слишком. Слишком рано. Слишком страшно.

– Я… я польщена, сэр, – пробормотала я. – Но я не уверена, что у меня достаточно опыта…

– У тебя будет полный контроль, – добавил он. – Команда слежения. Дистанционное наблюдение. Защитный протокол.

Я вскинула брови.

– Что, вы запихнете меня в ящик с GPS-маяком?

– Если ты попросишь, – сухо ответил он.

Пара агентов тихо хмыкнула. Я тоже едва не улыбнулась. Страх легче переносится с иронией – это давно доказанный факт.

Его слова, полные уверенности, слегка поколебали мои сомнения. Может быть, он прав. Может быть, это мой шанс доказать, на что я способна. И, честно говоря, перспектива сидеть в офисе и анализировать чужие отчеты, когда в мире творится такое зло, казалась мне теперь невыносимой.

– Хорошо, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. – Я сделаю все, что в моих силах.

Холмс одобрительно кивнул.

– Отлично. Подробности о деле обсудим у меня в кабинете.

После собрания мир казался слишком обычным – как будто никто кроме нас не видел пропасть, разверзшуюся прямо в центре конференц-зала.

Коридоры ФБР были такими же: строгие стены, стеклянные перегородки, кофе из автомата с постоянным привкусом горечи. Люди шли в сторону переговорок, держали в руках папки, смеялись над чем-то своим. Нормальные агенты. Нормальные дела. Нормальная жизнь.

Я шла в кабинет Холмса за инструктажем, чувствуя себя как фигура, которую только что поставили на шахматную доску.

Холмс сидел за столом, листая данные на планшете. Он не делал вид, что все под контролем. Он просто выглядел так, будто другого варианта у него нет. Он много лет работал с хищниками. Научился стоять ровно, даже если под ногами колышется пол.

– Закрой дверь, – сказал он, даже не подняв взгляд.

Я выполнила.

– Итак, – он переложил планшет и сплел пальцы. – С этого момента ты – Селена Риверс. Писательница, взявшая паузу в городе. Хочешь «тишины и вдохновения». Это прикрытие создано под твой реальный интерес к литературе, так что тебе не придется играть из-под палки.

Он посмотрел прямо в меня:

– Тебе придется быть честной. Почти везде. Лгать только в главном.

Это звучало как приговор и благословение одновременно.

– Поняла, – ответила я, хотя внутри отозвалось что-то вроде: «возможно, но не уверена».

Он ткнул пальцем в карту.

– Хармони-Крик. Население – около четырех тысяч. Маленький городок, где новости – валюта, а чужаков не забывают никогда. Придется быть… вкусной.

Я моргнула.

– Простите?

Угол его губ дернулся.

– Значимой. Интригующей. Такой, чтобы тебя хотели обсуждать – но при этом не отталкивали. Тебе придется понравиться людям. Нет ничего страшнее для хищника, чем тот, кого любят.

Это было тоньше, чем я ожидала. И сложнее. Умение становиться частью чужих микромиров —это не тренировочное стрельбище.

– Ты будешь жить по соседству с Колсоном, – он положил передо мной фото двух домов, они были зеркальные, только у одного старый пикап у крыльца. – Дом арендован под тебя. Кураторы будут в трех минутах пути. Но прямого контакта – никакого. Он не должен почувствовать наблюдение.

Я кивнула. Голова была ясной, но руки холодными.

– И последнее, – он немного смягчился, что было почти пугающим. – Не ищи героизма. Ты не на войне. Ты на охоте. Охотник, Морган… часто умирает первым, если думает, что волк тупее, чем есть.

Мурашки прошли по спине.

Я взяла досье, паспорт прикрытия, конверт с новой банковской картой. Документы пахли свежей бумагой и чьими-то решениями, которые изменят судьбу.

У двери он сказал:

– Морган?

Я обернулась.

– Не забывай, кто ты. Даже если начнешь забывать зачем ты там.

***

Сердце колотилось, как птица в клетке, когда я вошла в свою маленькую, уютную квартирку. Она встретила меня домашним хаосом: плед криво накинут на диван, бокал с остатками вина со вчерашнего вечера, полупустая пачка хлопьев на кухне. Я всегда держала ее в таком состоянии, как будто беспорядок подтверждал, что я живая.

Случайно взглянув на себя в зеркало у входа, мой взгляд зацепился за россыпь ярких веснушек на вздернутом носу, на локоны светлых пшеничных волос и насыщенные карие глаза, слегка раскосые. На секунду я забыла как дышать, вспомнив об одной из причин, почему для этой операции выбрали именно меня.

Джейк, мой парень, сидел на диване, увлеченно играя в видеоигру. Он поднял голову, увидев меня, и улыбнулся, привлекая к себе внимание:

– Эй! Я думал, ты задержишься.

Его светлые волосы были небрежно взлохмачены, а на растянутой футболке с логотипом группы «Bad Omens» виднелись остатки кетчупа. Мы были вместе три года, половину последнего жили вместе. Джейк был простым парнем, консультантом в магазине техники. Не знаю почему я выбрала его, восхищаясь яркими парнями с серой моралью из многочисленных книг, прочитанных на досуге. Наверное, так было проще. Уютнее. Мне было с ним спокойно.

– Ты как? – он неохотно отложил геймпад и подошел ближе. Наклонился, чтобы поцеловать меня. Легко, привычно. – Устала, да?

Я кивнула и услышала свой голос чуть со стороны:

– Да. День был… насыщенный.

Слишком мягкое слово для того, чтобы тебе сообщили: «Добро пожаловать в охоту на маньяка, надеемся, тебя не убьют на первой неделе».

Джейк вернулся к дивану, но не сел – стоял, глядя на меня чуть внимательнее, чем обычно.

– Опять «все секретно»? – попытался улыбнуться, и это вышло почти весело. – Или ты просто не хочешь признаваться, что весь день сидела в кабинете и переписывала отчет, потому что забыла нажать сохранить? Может, пора купить блокнот?

Я усмехнулась, снимая куртку.

– Нет. На этот раз все по-крупному.

Он театрально поднял руки.

– Террористы? Инопланетяне? Корпоративный заговор производителей печенья?

– Командировка, – сказала я.

Слово повисло в комнате. Он не удивился – не тот настрой. Его мир был слишком добрым, чтобы сразу предполагать опасность. Он просто присвистнул, как будто я сообщила, что мне дали отпуск, а не билет в неизвестность.

– Куда?

– Гавайи, – выдохнула я.

Абсурдность легенды ударила сильнее, чем ожидалось. Еще час назад я подписывала бумаги о готовности умереть. Сейчас – придумывала пляжи и кокосы. Но я не могла разглашать подробности. Не могла рассказать о месте, Скульпторе, cвоей новой личности.

– Вот это удар по моему самолюбию, – Джейк покачал головой. – Даже на фейковую разведывательную миссию ты не можешь взять меня с собой. Жестоко.

Он говорил легко. Он всегда говорил легко. Так легко, что иногда казалось,что жизнь не может ударить по нему по-настоящему. Или он просто не признает, что может.

– Сколько? – спросил он, уже открывая холодильник за йогуртом. – Неделя?

– Может, две. Может, месяц.

– Ну… ты же вернешься?

– Конечно, – сказала я. И это звучало правильно. И ложью одновременно.

Джейк подошел ближе, накрыл ладонями мои плечи, мягко, как будто я могла разбиться.

– Ты сильная. Я знаю. Ты справишься со всем, что у них там за бред. Но, пожалуйста… – он улыбнулся, наклонив голову, – не влюбляйся в какого-нибудь загорелого серфера. Я потом не выдержу конкуренции.

Я улыбнулась по-настоящему, но на автоматизме:

– Обещаю, – сказала я. – Я принадлежу только одному мужчине.

Он самодовольно кивнул и ушел за пледом. В тот момент я еще верила, что такое обещание можно выполнить.

Весь оставшийся вечер прошел как в тумане. Я собирала вещи, стараясь выглядеть как можно более естественно, рассказывая Джейку о гавайских пляжах и пальмах, а сама думала только об одном: о Скульпторе. О его жертвах. О том, что завтрашний день может стать последним в моей жизни. Для агента я была излишне сентиментальна, и рано или поздно Холмсу будет суждено это понять.

Когда я садилась в такси ранним утром, Джейк поцеловал меня на прощание.

– Береги себя, – сказал он, – И не забудь купить крем от солнца.

Я улыбнулась ему, заставив себя подмигнуть.

– А ты не забудь купить презервативы, когда будешь водить девчонок в наше убежище.

На долю секунды в его глазах мелькнуло что-то незнакомое, но испарилось также скоро, из-за чего я не смогла за это зацепиться.

– Обязательно. Я пришлю тебе несколько вариантов на выбор, – пошутил он в ответ.

Такси тронулось, унося меня прочь от дома. Впереди ждала новая глава карьеры. И я должна была войти в нее, вооружившись лишь своим умом и отвагой. Потому что я была единственной надеждой остановить Скульптора. Или стать его следующей восковой фигурой.

Глава 2. Добро пожаловать в Хармони-Крик

Опасность редко выглядит уродливой.

Иногда она улыбается первой.

Аэропорт Хармони-Крик напоминал декорацию из старого техасского фильма – одно здание, пара громоздких кондиционеров на крыше, выцветший флаг, лениво хлопающий на ветру. Простой деревянный указатель с надписью Arrivals выглядел так, будто его рисовали вручную. Самолет улетел, оставив за собой запах топлива и ощущение, будто шум большого мира растворился в этом степном осеннем воздухе. Идеальное место для маньяка, который прячется от посторонних глаз.

Я вышла на свежий воздух, поправила ремень сумки с документами и оружием, проверила новый паспорт. Палец привычно коснулся еще одного документа – служебного пропуска ФБР. Его я не должна была показывать никому, но на стойке регистрации в Вашингтоне именно он позволил пройти контроль с оружием без лишних вопросов. Привилегия, от которой пахло как безопасностью, так и холодной ответственностью: если что-то пойдет не так, мне не простят ни ошибку, ни смерть.

Таксист ждал у старого Краун Вика цвета пыли. Он выглядел, будто знал каждую выбоину на этой дороге и половину секретов жителей городка. Я села на заднее сиденье, чувствуя, как холодный заменитель кожи на сиденье хрустит подо мной.

– Добро пожаловать в Хармони-Крик, мисс, – ухмыльнулся пожилой таксист, глядя на меня в зеркало заднего вида. . – Самое тихое место на земле. Здесь спокойно. Даже слишком.

– Прекрасно, – ответила я. – Я как раз за этим и приехала.

Он кивнул. Одобрительно или настороженно, понять было сложно, и машина мягко двинулась вперед.

За окнами проплывали поля, будто выгоревшие на солнце, и фермы, где время, казалось, остановилось примерно в 1995-м. Центральная улица, она же, по сути, единственная, представляла собой вереницу потрепанных зданий из красного кирпича и потемневшего дерева. Вот старый бар «У Джимми», где дверь, судя по всему, никогда не закрывалась, и откуда доносилась приглушенная кантри-музыка и характерный запах виски. Вот выцветшая вывеска универсального магазина «Все для дома», его витрины были заставлены пыльными товарами, словно артефактами давно ушедшей эпохи. Чуть дальше виднелась церковь с белым шпилем, казавшаяся слишком большой для такого маленького поселения. И, конечно же, вездесущие заправочные станции с ржавыми бензоколонками, напоминающими скелеты динозавров. Казалось, каждый дом, каждая вывеска, каждый куст травы хранил в себе сотни историй, сотни жизней, проходящих мимо, не оставляя и следа. Ветер качал высокую траву у дороги, где-то мигнули силуэты коров, потом снова только простор и шорох шин.

– Не часто к нам молодые девушки переезжают, – заметил он. – Обычно наоборот уезжают.

– Значит, я буду исключением.

– Или хотите спрятаться? – он хмыкнул. – Такое тоже случается.

– Иногда люди просто хотят нового начала, – ответила я спокойно.

Он взглянул на меня в зеркало чуть дольше нормы, будто пытался прочитать, какое именно начало мне нужно.

Мой новый дом оказался маленьким и одноэтажным, выкрашенным в бледно-голубой цвет. Белая веранда. Он выглядел ухоженным, но заметно потрепанным временем. Радовало лишь то, что он находился на самой окраине города, в тихом месте, окруженном полями. И, совершенно «случайно» его расположение было идеальным для наблюдения за главным подозреваемым.

Дом Паркера Колсона располагался совсем рядом, до его придомовой территории было всего шагов пять. Между нашими крыльцами можно было перекинуть яблоко,взгляд, или пулю. Идентичный внешний вид и планировка лишь облегчали мне задачу.

И он оказался моим единственнымсоседом. Остальные дома в округе были пустующими, заброшенными среди полей пшеницы и окраины леса.

«Почему же ты живешь как отшельник на отшибе и без того малозаселенного города?» – на этот вопрос пока не было ответа. Но мне только предстояло выяснить всю правду.

Вынув из багажника такси коробку с вещами, присущими новой временной личности, я поблагодарила таксиста и двинулась к входной двери. Соседская подъездная дорожка пустовала недолго. Когда слегка заржавевший от времени ключ едва успел войти в замочную скважину моей двери, краем зрения я заметила старенький пикап Chevrolet Colorado, который остановился аккурат у дома Колсона. Это был тот самый кирпичный оттенок металла, который встречаешь на ранчо или возле старых амбаров.

Я замерла. Ключ выпал из скважины, с лязгом металла встретившись с деревянными досками веранды. Казалось, я совсем не была готова к этой встречи. У меня должно было быть время подготовиться. Черт возьми.

Из пикапа вышел мужчина, и засуха в моем горле заполнила собой легкие. Высокий, широкоплечий, с копной темных волос, слегка растрепанных ветром. Он был одет в простую клетчатую рубашку и поношенные джинсы. Типичный фермерский парень. И мой главный подозреваемый.

Колсон. Паркер Колсон. Тридцать два года. Работает на местной конюшне. Ранее судим за подозрительно схожий случай нападения. Интеллект выше среднего. Обаятельный. Одиночка. Идеальный профиль для убийцы, если верить теории.

Я невольно задержала дыхание. Он действительно был привлекательным. Слишком привлекательным. Даже с расстояния я могла заметить ямочки на его щеках, которые прекрасно соседстовали с волевым подбородком и точеными скулами. И это заставило меня вздрогнуть. Именно в этом и заключалась опасность. Нельзя позволять себе судить о людях по внешности. Тед Банди, Ричард Рамирес… они тоже не выглядели как монстры.

Мысль о том, что я стою и оцениваю потенциального серийного убийцу, как экспонат на выставке, заставила меня фыркнуть. Я должна была сосредоточиться, а не строить теории о его привлекательности.

Мой «фырк» не остался незамеченным. Паркер, как будто почувствовав мой взгляд, повернулся в мою сторону. Его глаза, светлые и проницательные, встретились с моими. Он словно изучал меня, как лягушку перед вскрытием на столе в кабинете биологии.

– Привет! – крикнул он, слегка приподнимая руку в приветствии. Его голос был чересчур земной для легенды о монстре, которую я читала в отчетах. – Переезжаете?

Я замерла. Вот и началось.

– Да, – ответила я, стараясь, чтобы я звучала как можно более непринужденно. – Только сегодня приехала.

– Добро пожаловать в Хармони-Крик, – сказал он, приближаясь к границе между нашими участками. – Я Паркер. По всей видимости, ваш сосед.

Я неосознанно сделала шаг назад. Его столь дружелюбный и радушный тон резко контрастировал с тем, как он с подозрением хищника смотрел на меня в начале. Его взгляд был изучающим, словно я была музейным экспонатом… который ему вряд ли нравился.

– Селена, – представилась я. – Селена Риверс.

– Приятно познакомиться, Селена. Чем занимаетесь? – его тон все еще был слишком дружелюбным, но от внимания не ускользнула моя настороженная реакция. Это было видно по тому, как напрягся взгляд серо-голубых глаз.

– Работаю из дома, – ответила уклончиво. – Пишу любовные романы.

Нужно было создать видимость, что я не слишком заинтересована в общении. Пусть думает, что я – замкнутая, необщительная девушка, приехавшая в глушь, чтобы отдохнуть от суеты большого города. Идеальная жертва.

– Интересно, – он слегка улыбнулся. В его взгляде зажегся маленький огонек любопытства. – Ну, если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь обращаться. Я всегда рад помочь новому соседу. Только сразу предупреждаю, любовные романы я писать не умею.

Его глаза вновь стали слишком добрыми, его улыбка – слишком искренней. И это заставляло меня насторожиться еще больше.

– Спасибо, Паркер, – ответила я, хохотнув от его шутки. – Я буду иметь в виду.

Он кивнул и повернулся, чтобы вернуться к своему дому.

– Всего доброго…

Он ушел к себе, легко, будто не задумываясь, оставляя после себя запах древесины и утреннего воздуха. Я смотрела ему вслед и чувствовала, как эмоции накатывают, складываясь в странный коктейль из беспокойства и… чего-то другого. Совсем не уместного.

Когда его дверь закрылась, я зашла внутрь, прислонилась к стене и задержала дыхание. Теперь все началось. Моя роль, игра, опасность. И то, что я должна контролировать любой ценой. Включая себя.

Паркер Колсон выглядит нормальным.

Практически идеальным.

Но именно это и делают монстры, которых трудно поймать: они учатся выглядеть так, будто пугаться нужно кого угодно, только не их. Но под маской скрывается чудовище. И пока я держала руку на молнии сумки, за которой лежало оружие, я повторяла: «Ты не здесь, чтобы верить. Ты здесь, чтобы выжить. И поймать его первой».

Глава 3. Неудача на рассвете

Хищник всегда чувствует наблюдение.

Вопрос только – станет ли он убивать сразу или позволит тебе приблизиться, чтобы интереснее было рвать.

Солнце только начинало лениво выкатываться из-за горизонта, окрашивая пшеничные поля ковбойского городка в золотистые тона. Но я не наслаждалась рассветом. Мои глаза были прикованы к соседнему дому, а уши напряженно ловили каждый звук. Сегодня предстояла первая вылазка.

Мне пришлось ждать почти два часа, прячась за занавеской и потягивая остывший кофе из старой капельной кофеварки, которая входила в убранство дома. Горький вкус женого зерна сводил язык, а запах многолетней пыли в воздухе нервно щекотал нос. Наконец, послышался знакомый рокот. Красный пикап Колсона выехал из подъездной дорожки, свернул на проселочную дорогу и исчез вдали, поднимая за собой легкий шлейф дорожной пыли. Идеально.

Теперь я знала, что ровно в 7:00 Паркер отправляется на работу в конюшню. Какой пунктуальный сукин сын.

Подождав еще пару минут, чтобы убедиться, что он не вернется за забытой вещью, или еще какой-нибудь ерундой, я тихонько выскользнула из дома, сунув ноги в тапочки для бассейна. Это была единственная обувь, которую я временно решила поднять со дна сумки. Воздух был свежим и прохладным, пахло сырой землей и чем-то неуловимо сладким от полевых цветов. Не хватало только крика петуха. Мой желудок предательски урчал, но сейчас было не до завтрака.

Пересечь небольшой газон, разделяющий наши участки, оказалось делом секунды. Трава была покрыта легким налетом росы после ночного дождя. Казалось, они в Техасе должны были быть редкостью, но пока этот штат не отличался ничем от родного Вашингтона. Каждый шаг казался оглушительно громким. Я чувствовала себя грабителем, хотя мои цели были совсем иными. Мне нужно было найти что-то – хоть что-то, что подтвердит или опровергнет мои подозрения.

Двор Паркера был образцом порядка. Аккуратно подстриженная трава, небольшой сарай для инструментов, пара клумб с неприхотливыми цветами. Никаких следов недавних раскопок, никаких подозрительных пятен на земле. Дверь сарая была приоткрыта, как бы намекая, что скрывать было нечего. Я обошла дом, заглядывая в окна, где это было возможно. Кухня, гостиная – все выглядело обыденно, даже скучно.

Мои глаза остановились на окне спальни, расположенной на первом этаже у заднего двора. Шторы были плотно задернуты, но, может быть, удастся что-то разглядеть сквозь щель? Спальни всегда хранят в себе самые сокровенные тайны. Я на цыпочках подошла ближе, встала на носки, пытаясь заглянуть за ткань. Голые пальцы на ногах слегка заледенели от утренней прохлады. Нужно было все-таки обуть кеды. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица, но инстинкты гнали меня вперед.

Прижавшись к стеклу, покрытому конденсатом, я слегка протрела ребром ладони мешающую обзору влагу. За окном была видна идеально заправленная кровать, словно  в отельном номере, простенький деревянный комод, на котором находилась стопка чего-то похожего на виниловые пластинки.

– Потеряли что-то, сосед?

Голос. Мужской. Глубокий, спокойный. Прямо за моей спиной.

Я вскрикнула, отшатнулась от окна и развернулась так резко, что чуть не потеряла равновесие. Моя щека предательски дернулась, а в глазах, я уверена, отразился неподдельный ужас. Паркер Колсон стоял меньше чем в шаге от меня, скрестив мощные предплечья на своей широкой груди. Сейчас на нем была замшевая ковбойская шляпа, которая отбрасывала тень на глаза, мешая прочесть в них эмоции. В его руках позвякивала связка ключей. Он выглядел… невозмутимо. И, что самое страшное, его появления я не услышала. Вообще. Ни шороха, ни скрипа гравия. Он просто появился, словно призрак.

Поймана. С поличным. Мое лицо, должно быть, пылало огнем. Я чувствовала себя глупой школьницей, пойманной за воровством печенья, а не агентом ФБР под прикрытием.

– Ох… Паркер! Вы… вы меня напугали!  –  выдавила я, пытаясь отдышаться. – Я… я думала, вы уехали.

Он усмехнулся, и в его глазах блеснули искры, которые можно было разглядеть даже из под полей шляпы. Подозреваю, ему нравилось мое смущение.

– Верно. Уехал. А потом вспомнил, что забыл ключи от конюшни, – он слегка приподнял связку. – Повезло, что вернулся, прежде чем вы успели что-то интересное найти.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Неужели он догадался?

– Мне показалось, я услышала жалобный лай собаки, который исходил из вашего дома, – мозг лихорадочно искал оправдание. И сейчас у него это прекрасно получалось. – Я решила проверить, в порядке ли она. Быть может, вы могли случайно запереть ее в комнате.

Я кивнула в сторону окна. Ложь, сорвавшаяся с моего языка звучала на удивление убедительно и уверенно. «Вы быстро входите во вкус, агент Ленди» – подумала я, и чуть не хмыкнула.

– У меня нет собаки.

Он сделал шаг в мою сторону, и я инстинктивно напряглась.

– Значит мне показалось. Извините, что вторглась на вашу частную собственность. Я создаю о себе не очень хорошее первое впечатление.

– Согласен.

Он открыто издевается надо мной? Вот же гад. Я вскинула бровь, смерив его ироничным взглядом.

– А вы безжалостно прямолинейны.

– Не люблю притворство и лицемерие, – кивнул он. Но затем его взгляд немного смягчился.

Паркер приподнял полы шляпы так, что утреннее солнце хорошо осветило его лицо. Я впервые оказалась от него на столь незначительном расстоянии, что дало мне возможность получше разглядеть его черты. Легкая небритость и пара легких, едва заметных шрамов на щеках. Видимо, ничего серьезного. Но даже они могли нести за собой какую-то историю.

– Ну что ж, раз уж вы так интересуетесь благополучием фантомных собак, – продолжил он, и его тон приобрел легкую насмешку, – могу предложить вам написать об этом книгу. Сомневаюсь, что в ней будет место для любовного романа, но нужно же что-то менять, верно?

Я облегченно выдохнула. Он списал все на чудаковатость новой соседки. Это было хорошо. Плохо было то, что он поймал меня на горячем и открыто издевался над глупостью новой знакомой. Поймать его с поличным будет адским удовольствием.

– Неплохая идея. Но раз уж она ваша, то мне просто необходима помощь, – с энтузиазмом ответила я, пытаясь обернуть ситуацию в свою пользу. – Может, тогда сегодня вечером? Заодно и познакомимся поближе.

Он убрал руки в карманы джинсов, его ухмылка исчезла. Взгляд стал пронзительнее.

– Не сегодня, Селена, – вежливо, но твердо произнес он. – У меня много работы. И вообще, я не очень люблю посиделки. Спасибо за предложение.

Он кивнул, затем повернулся и обошел свой дом. Послышался звук открывшейся двери автомобиля.

Я стояла посреди его двора, чувствуя себя полной дурой. Неудача. Полнейшая. Мало того, что меня поймали на шпионаже, так еще и отшили, когда я попыталась наладить контакт.

Я медленно поплелась обратно к своему дому. Паркер Колсон. Он был настороженным. Он был не так прост, как казался. И он, кажется, прекрасно видел меня насквозь. Мой первый шаг оказался шагом назад.

***

Тем же вечером я сидела, уставившись в остывший кофе, и перебирала в голове обрывки сегодняшнего утра. В моем новом доме буквально не было ничего кроме дерьмового кофе. Насколько же глупо я выглядела, краснея и придумывая нелепые оправдания на глазах у самого Паркера Колсона. Воздух в моем по-деревенски уютном, но таком чужом домике казался спертым. Солнечные лучи, проникшие сквозь неплотно задернутые шторы, лишь подчеркивали ощущение моей неудачи.

Он явно почувствовал мою фальшь. Его взгляд, когда он говорил про «новую книгу», был слишком острым, слишком проницательным. Он не поверил ни единому моему слову, но решил не давить, списав все на мою «недалекость» и «любовь к животным». Это был его ход. И он сыграл его безупречно.

Если он не хочет идти на контакт сам, то мне придется идти на него. Играть роль замкнутой соседки – это потеря драгоценного времени. Каждый день, проведенный в пассивном ожидании, давал ему возможность спланировать новое преступление. Мне нужна была новая тактика. Более дерзкая. Более рискованная.

Я начала перебирать в голове возможные предлоги для встречи. Что может привести меня на его территорию, чтобы не выглядеть подозрительно? Ферма… лошади. Он работал на конюшне. Это было то, что я знала из его краткой биографии.

Верховая езда. Неплохо. Я никогда не сидела на лошади, но что мешает прикинуться новичком, желающим научиться? Если он решит, что я просто наивная городская девушка, ищущая новых впечатлений, возможно, он расслабится.

Я достала телефон, чтобы проверить в интернете график работы местной конюшни. Несмотря на уже наступивший вечер, за окном все еще светило солнце, а до закрытия конюшни оставалось порядка двух часов. Идеально.

В этот момент телефон зазвонил. На экране высветилось имя моего парня. Сердце екнуло.

– Привет, милая! Как там твои Гавайи? – его голос звучал непривычно бодро, почти наигранно.

– Привет, дорогой, – ответила я, стараясь говорить ровно. – Отлично. Очень… солнечно.

– Солнечно, это хорошо! – он хохотнул. – Ну, как там бумажная работа? Не завалила тебя?

Его тон казался слишком счастливым. Джейк всегда был простым и непринужденным, но сейчас он звучал так, словно надышался веселящего газа.

– Нет, пока справляюсь, – я попыталась улыбнуться. – Но работы много. Очень много.

– Ну, хорошо. Главное, чтобы ты была в безопасности. Мне бы очень хотелось, чтобы ты вернулась ко мне в целости и невредимости.

Эта последняя фраза прозвучала особенно странно. «В целости и невредимости». Он специально сделал особый акцент на этих словах, подчеркивая их важность, из-за чего по спине пробежал холодок.

– Я постараюсь, – сказала я, – А ты как? Все в порядке?

– У меня? Все отлично, – его голос снова стал прежним. – Ничего нового. Просто скучаю. Скоро увидимся, дорогая.

– Скоро, – повторила я, глядя в окно, где уже виднелось закатное розовое солнце.

Он закончил разговор, оставив меня в еще большем смятении. Его слова, его интонации – все это казалось слишком… наигранным. Как будто он старался что-то скрыть. Или, наоборот, создать иллюзию нормальности, пока он занимается чем-то совсем другим.

«В целости и невредимости». Эта фраза преследовала меня. Было ли это искреннее пожелание, или намек на то, что ему была известна истинная цель моего отъезда?

Я тряхнула головой, пытаясь отогнать эти мысли. Сейчас не время для паранойи. Мне нужно было действовать.

Паркер не хочет встречаться? Отлично. Я найду способ.

Я снова открыла браузер. Нашла в интернете местную конюшню, которая предлагала уроки верховой езды.

Я знала, что это рискованно. Я могла бы спугнуть его еще сильней. Но альтернатива – сидеть и ждать, пока убийца совершит новое преступление без единого доказательства – была куда более пугающей. Я должна была рискнуть. И, возможно, даже если он откажется учить меня верховой езде, я смогу найти другой способ приблизиться к нему. Проникнуть в его жизнь.

План был не идеален, но это было лучше, чем ничего. И, как бы странно это ни звучало, я чувствовала, что делаю верный шаг. Шаг навстречу опасности, шаг к разгадке. Но на этот раз я была готова.

Глава 4. Танец с дьяволом

Хищник редко бросается сразу. Он ждет, пока жертва сама подойдет ближе.

Самое искусное убийство – то, где она думает, что решила сама.

У меня не было собственной машины, поэтому добираться до конюшни пришлось на такси, с чем в этом захолустье большие проблемы. Боб, так звали пожилого мужчину, который отвозил меня с аэропорта до новоиспеченного места жительства, был единственным водителем такси в окрестностях.

– Как же вы зарабатываете на жизнь? От клиентов, наверное, отбоя нет?

Он засмеялся.

– Я строитель. Латаю изношенные временем домишки. Такси – просто подработка, которая здорово помогает разгрузить мозг. А заодно и пообщаться.

Из нашего дальнейшего разговора я узнала, что Боб был совсем одинок. Его жена Мелинда покинула этот мир десять лет назад и, с тех пор, старик остался совсем один. Я могла понять его стремление выбираться из дома при любом удобном случае. И подработка в такси была наилучшем решением.

– Вы знакомы с Паркером Колсоном? Он мой сосед, но, кажется, парень не особо общителен.

На секунду взгляд Боба потяжелел, когда встретился с моим через зеркало заднего вида.

– Паркер хороший парень. Но судьба у него тяжелая. Не удивительно, что он не рвется к общению с новыми знакомыми.

– А что у него случилось? – я надеялась, что мое любопытство не вызывало подозрений.

– Не мне рассказывать о чужих судьбах, милая. Если Паркер захочет, ты об этом узнаешь.

После, он расспросил меня о цели моего приезда, о моей работе. Рассказывая ему «сказки» о своей вымышленной личности, я испытывала глубокое чувство вины перед своим новым знакомым. Боб заслуживал искреннего и честного диалога по душам, а не три короба лжи от агента под прикрытием.

Из машины я выходила с легким шлейфом тихой грусти, сегодня случился первый приятный разговор с момента моего приезда, но даже он был омрачен истинной целью пребывания здесь.

Закатный вечер в местной конюшне встретил меня терпким запахом сена, кожи и чего-то животного, дикого. После внесения платы за первый вводный урок, в широких дверях, ведущих к тренировочному полю, меня встретила пожилая женщина с загорелым лицом и прокуренным голосом. На ее шее была длинная серебряная цепочка, на которой болтался портсигар. Женщина протянула мне черный шлем.

– Меня зовут Мэгги, я буду твоим инструктуром.

Клянусь, мое выражение лица отражало истинное разочарование.

Не то, чтобы я была против этой бойкой курильщицы, но мой изначальный план был совсем другим.

– Паркер не проводит уроки? – вопрос прозвучал слишком в лоб.

Женщина фыркнула и, развернувшись, последовала к лошадиным стойлам. В ее шагах прослеживалась легкая хромота, что намекало на яркое прошлое в конном спорте и полученную травму.

– У Паркера здесь есть дела поважнее.

Я нервно поправляла новый, пахнущий резиной шлем, чувствуя себя неуклюжей и неуместной. Мой «подкоп» к Паркеру должен был начаться с урока верховой езды, но все пошло не по плану. Зато я была на его территории, и это уже что-то.

Я выбрала самую смирную на вид лошадь, вороную кобылу по кличке Черника. Ей было лет пятнадцать, и ее глаза, казалось, видели в жизни абсолютно все. Она равнодушно пожевывала сено, лишь изредка поглядывая на меня с видом усталой мудрости. Инструктор быстро и деловито объясняла основы. Я делала вид, что внимательно слушаю, но периферийным зрением искала Паркера. Он был здесь, я чувствовала это. Но в поле моего зрения находился лишь пустой полигон и равнинные просторы за ним.

– Так, милочка, главное – это равновесие и доверие, – хрипло сказала Мэгги, указывая на Чернику. – Она тебя чувствует. Если ты нервничаешь, она тоже нервничает. Держи спину прямо, колени плотно к седлу, но не сжимай слишком сильно. Руки мягкие, поводья – как ниточки, а не канаты.

Я пыталась запомнить каждое слово, делая вид, что впитываю информацию, как губка, но мозг был занят другим. Мои глаза постоянно сканировали территорию: сараи, загоны, подъездную дорожку. Мне казалось, что воздух вокруг меня звенит от напряжения, которое было порождено не ожиданием появления маньяка, а моим собственным незнанием.

Мэгги, кажется, не замечала моей рассеянности. Она помогла мне забраться в седло. Это оказалось сложнее, чем я думала. Ноги еле доставали до стремян, а высота казалась устрашающей. Я изо всех сил старалась расслабить плечи, как советовала инструктор, но они были напряжены до предела.

– Спина прямо, Селена. Взгляд вперед, – командовала Мэгги, ведя Чернику под уздцы по небольшому манежу, окруженному деревянным забором. – Чувствуй её ритм. Это как танец, только партнер у тебя четырехногий и намного сильнее.

Я сосредоточилась на ощущениях. Раскачивание в седле было непривычным, но понемногу я начала улавливать ритм шага Черники. Голова слегка кружилась от свежего воздуха и необычных движений. Я ощущала мощь под собой, тепло животного. Это было… странно приятно, несмотря на нервозность.

Мэгги выпустила Чернику. Кобыла лениво шагала по кругу. Я пыталась «править» ею, как объясняла Мэгги, слегка натягивая поводья и мягко касаясь боков пятками. Это было как управлять огромным, неповоротливым кораблем, но я чувствовала, что начинаю понимать. Моя внутренняя городская девушка немного расслабилась, уступая место ощущениям от нового опыта.

И вот, когда я наконец-то более-менее освоилась, а Черника, казалось, смирилась с моим присутствием, я увидела его.

Паркер вышел из небольшого сарая, держа в руках уздечку, и направился к загону. Мое присутствие недолго оставалось незамеченным, вскоре наши взгляды встретились. Высокий, подтянутый, в той же клетчатой рубашке, что и c утра, он казался частью этого пейзажа. Своим. И это было опасно. Даже с такого расстояния я могла разглядеть в его глазах напряженное недоумение.

Я попыталась выглядеть максимально естественно, слегка пришпорив Чернику. Но лошади, как оказалось, тоже могут быть непредсказуемыми, даже самые старые и мудрые. Из-под стога сена, что лежал у края манежа, вдруг выскользнула маленькая серая мышь. Она пронеслась прямо под копытами Черники.

Кобыла, которая, казалось, видела в своей жизни все, неожиданно фыркнула – не просто фыркнула, а издала звук, полный паники. Она резко дернулась, встала на дыбы, ее огромная, мощная шея выгнулась, а передние копыта взмыли в воздух.

Я не успела ничего понять. Мое тело оторвалось от седла. В голове мелькнула мысль: «Вот так глупо и погибнешь, Ленди. От мыши.».

Я полетела вниз. Где-то рядом послышался хриплый возглас Мэгги, которая пыталась добраться до Черники, чтобы усмерить ее волненение. Земля встретила меня жестко. Вышибло воздух из легких, и я ощутила острую боль в боку. Секунду я лежала, пытаясь осознать, что произошло. А потом услышала знакомый глубокий голос.

– Опять вы? Вы точно за мной следите.

В точку.

Я подняла голову. Паркер стоял надо мной, скрестив руки на груди. В его глазах играли веселые искорки и что-то похожее на беспокойство. Чёрт, он и правда думает, что я преследую его.

– Очень смешно, – прохрипела я, пытаясь подняться. – Я просто… решила попробовать верховую езду.

Он подошел ближе, протянул мне руку. Его прикосновение было крепким и уверенным, а ладонь ощущалась теплой и мозолистой.

– Ну что ж, попытка засчитана, – он помог мне встать. – Но, кажется, вы не слишком подружились с Черникой.

– Да уж, – я отряхнулась, чувствуя, как болит локоть. – А Черника не слишком подружилась с мышью. Кажется, у меня талант притягивать неприятности.

Он внимательно осмотрел меня. Его взгляд был похож на хирурга, который изучает тело прежде, чем сделать первый и самый важный надрез. Вдоль моей спины прошел ворох холодных мурашек.

– Выглядите целой. Что-то болит?

– Ушиб, наверное, – я потерла локоть и ощутила неприятное давление в боку. – Ничего серьезного.

В разговор вмешалась Мэгги, выражая беспокойство по поводу моего состояния в своей ворчливой манере. Ей удалось усмерить кобылу, и теперь все ее внимание было обращено ко мне.

– Нужно посетить местную больницу. Нам не нужны суды с приезжими туристами.

Ой. Она определенно была недовольна моим нахождением здесь.

– Не волнуйтесь. Я не собираюсь подавать иск. Это была просто мышь.

– В следующий раз будьте осторожнее, – она достала из портсигара сигарету и покрутила ее между пальцами. – На сегодня закончим наш урок.

Когда Мэгги стала отдаляться, я заметила, что моя главная цель сорвалась с крючка. Я подавила в себе стон разочарования. Нужно было срочно привлечь внимание Паркера.

– Кстати о новом опыте, – я сделала вид, что невзначай бросаю фразу ему вслед. – Никогда не бывала в настоящих провинциальных барах. Знаете, в таких, где играет кантри, и все друг друга знают. Но одной идти туда как-то… некомфортно.

Паркер остановился. Повернувшись ко мне, он мгновение задумался. Его взгляд стал немного отстраненным. Я ждала, затаив дыхание.

– Бары – не моя стихия, Селена. Предпочитаю тишину и покой, – ответил он, и я почувствовала разочарование.

Конечно, бальзамировать трупы следует в полном тишине и покое.

– Ну же, Паркер! – я изобразила легкое недовольство. – Один раз! Это же для расширения кругозора! Вы покажете мне местный колорит, а я… я угощу вас пивом!

Он вздохнул, кажется, сдаваясь под напором. Либо у него просто не было желания и сил спорить с сумасшедшей писательницей любовных романов по соседству.

– Ладно, уговорили, – в его глазах снова появились те самые темные искорки. – Но только на час. И только одно пиво. И никаких танцев.

– По рукам, – я внутренне ликовала.

***

Местный бар, «У Джимми», оказался именно таким, каким я его представляла: тусклый свет, деревянные столы, запах табака и старого пива. Из музыкального автомата играло что-то похожее на традиционное кантри. У барной стойки сидело несколько мужчин, потягивающих пиво и вяло переговаривающихся. Их ботинки и рубашки были заметно потрепанными, а на некоторых участках прослеживались следы грязи. Работяги, которые по вечерам отводят душу в местном баре.

Мы нашли свободный столик в углу. Паркер заказал светлое пиво, я – тоже.

– Я думала, будет шумнее, – сказала я, оглядываясь.

– Понедельник, – пояснил он. – В пятницу здесь не протолкнуться.

Разговор не клеился даже за пинтой пива. Казалось, разговорить Паркера было одним из недосягаемых чудес света.

– Так значит, конюшня… так сильно любишь лошадей? – я предприняла еще одну попытку.

– Люблю. А с чего ты решила попробовать себя в седле?

– Мне всегда казалось, что лошади – благородные животные. Сильные и красивые. Как и те, кто их приручает. Но сила… она может быть опасной, правда?

– Опасность можно увидеть во всем, если захотеть ее найти.

Наш разговор был похож на игру двух людей, каждый из которых знал чуть больше другого.

К нам подсел коренастый мужчина с бородой и его подруга, смешливая женщина с копной рыжих волос. Они представились Гейбом и Сьюзи. Я разочарованно поджала губы. Кажется, мне не удастся поговорить с Колсоном наедине.

Они были обычными, приветливыми местными жителями, и хорошо знали Паркера. Я непринужденно болтала с ними, попутно наблюдая за Паркером. Он общался спокойно, без напряжения. Казался своим. Слишком своим. Создавалось впечатление, что их компании он был рад заметно больше моей.

Разговор шел о рыбалке, погоде, урожае. Я отпивала пиво, пытаясь найти в его поведении хоть что-то подозрительное. Но он был образцом нормальности. Смеялся в нужных местах, задавал вопросы, отвечал по существу. Я была здесь третьей лишней.

– Эй, Паркер! – вдруг крикнул Гейб, когда заиграла более ритмичная мелодия кантри. – Давай, покажи этой красотке, как мы здесь танцуем. Ты же у нас мастер!

Я приподняла одну бровь, удивленно посмотрев на Паркера.

– Нет, Джим, я пас. Сегодня не в настроении, – Паркер слегка напрягся.

– Да ладно тебе! – настаивала Сьюзи. – Ты же такие вечера тут устраивал! Всю округу зажигал!

– Это было давно, – отрезал он, и в его голосе прозвучала нотка, которую я не могла игнорировать. Что-то вроде тени.

Я тут же сообразила. Танец. Это мой шанс сблизиться с ним. Если он покажет себя на танцполе, если я смогу вызвать в нем эмоции, которые он так тщательно скрывает…

– Паркер, – сказала я, прикоснувшись к его руке, и мою ладонь тут же прошибло током. – Если ты не хочешь танцевать один, то я согласна! Научи меня. Мне всегда хотелось потанцевать не под Дуа Липу.

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то неуловимое. Неуверенность? Борьба?

– Я не танцую, – повторил он.

Я не собиралась сдаваться.

– Ну же! – я поднялась. – Пойдем! Я не буду танцевать одна.

Музыка снова заиграла. Это была мощная, ритмичная, с характерными кантри-инструментами и слегка хрипловатым мужским вокалом песня «Lasso» Джейка Бэнфилда. Она рикошетила от деревянных стен «У Джимми», заглушая вялые разговоры. Это была та самая приманка, созданная для того, чтобы вывести хищника из его логова. Я стояла посреди небольшой танцплощадки, покачивая  бедрами в такт, и смотрела на Паркера. Он все еще сидел за столом, но его глаза уже не отрывались от меня. В них читалось любопытство, и что-то еще – едва уловимое, но недостаточно сильное, чтобы заставить его подняться.

Я сделала несколько энергичных шагов к нему, протянула руку.

– Идем! – мой голос звучал как вызов.

Гейб и Сьюзи подбадривали меня, призывая Колсона принять мой вызов. Некоторые посетители бара обратили на нас внимание, с другого конца зала послышался призывный клич.

– Давай же, Паркер. Не отшивай девчонку!

Он встал. Медленно. С достоинством, которое могло бы принадлежать мужчине из старых вестернов. Подойдя ко мне, он протянул руку. Его ладонь опустилась на мою талию, мгновенно притягивая ближе, чем того требовал обычный танец. В воздухе повисло нечто осязаемое, электрическое.

– Только не говори, что ты не умеешь танцевать, – прошептала я, склонив голову, чтобы наши взгляды встретились. В его глазах вспыхнул огонёк.

– Умею, – ответил он, и его голос был низким, почти мурлыкающий— Но давно не практиковался.

Он быстро поймал ритм. Мы закружились, ноги двигались в унисон, почти сливаясь в единое целое. Движения были энергичным и Паркер вел меня с удивительной легкостью. Его хватка на моей талии то ослабевала, то усиливалась, будто он играл со мной, проверяя мои границы. Я смеялась, искренне, вдыхая его запах – смесь мыла, хвойного одеколона и чего-то еще, дикого и земного. Мои волосы цвета пшеницы развевались, прилипая к потной коже шеи, но мне было все равно.

Его взгляд, прямой и пронзительный, не отпускал меня ни на секунду. Мы кружились, отступали и притягивались, создавая собственную вселенную посреди этого пыльного бара. Наши тела двигались так близко, что я чувствовала тепло его крепких мышц под тонкой тканью белой футболки, напряжение в его предплечьях, когда он вращал меня вокруг себя. Каждый поворот, каждое прикосновение было пропитано вызовом и какой-то своей, неизведанной игрой.

Я позволяла себе быть дерзкой. То отстранялась, бросая взгляд через плечо, полный озорства, то вновь прижималась своей спиной к его торсу, позволяя его руке скользнуть чуть ниже по пояснице, задерживаясь там на секунду дольше, чем позволяли приличия. Он отвечал тем же. Его пальцы, сильные и жилистые, легко вели меня, почти не касаясь, но направляя каждое мое движение. Это был танец власти и подчинения, где каждый из нас пытался быть ведущим.

Песня про «лассо» и «взять в плен» обволакивала нас, слова звучали как личная шутка, которую каждый понимал по своему. Я чувствовала, как во мне нарастает азарт, как под маской агента просыпается что-то более примитивное, женское. Я флиртовала, соблазняла, и он отвечал мне тем же. Его широкая грудь поднималась и опускалась в такт тяжелому дыханию. Я видела, как в его глазах разгорается огонь, и это было именно то, что мне нужно.

Музыка набирала обороты, становясь все жарче и настойчивее. Мы были единым целым, крутящимся вихрем в центре этого маленького, пыльного бара. Он подхватил меня в один из вихревых поворотов, и я оказалась прижатой к нему всем телом. Внизу живота возникло знакомое напряжение. Мои ладони легли ему на шею, его руки сжимали мою талию, и наши лица были так близко, что я чувствовала его горячее дыхание с ароматом хмеля.

Последние аккорды угасли, заглушаемые аплодисментами и свистом местных горожан. Мы замерли, прижавшись друг к другу. Его глаза были прикованы к моим, и едва заметная улыбка тронула его губы.

И тогда я увидела его. Тот самый взгляд, которого я боялась. Тот, который должен был быть спрятан глубоко. Улыбка на его лице оставалась, но глаза… они были другими. Хищные. Темные. В них не было ни намека на доброту или веселье, лишь холодный, расчетливый огонь. Огонь, который не обещал страсти, а обещал полное, абсолютное обладание. Как взгляд волка на пойманного зайца.

Меня будто ударило током. Вся сексуальная энергия, все заигрывание мигом схлынули, оставив после себя лишь липкий, пробирающий до костей страх. Я вдруг осознала, что я не приманка. Я – добыча. Словно восковая фигура, которая застыла в ожидании своей участи.

– Извини, – прошептала я, почти не слыша свой голос. Горло пересохло. – Мне… мне нужно идти.

Я отшатнулась, почти споткнувшись о стул позади. Не дожидаясь ни слова, ни его реакции, я развернулась и бросилась к выходу, игнорируя недоуменные взгляды Гейба и Сьюзи. Я слышала, как за спиной смеются люди, но их смех казался мне отдаленным, как отголосок ада.

Воздух снаружи был холодным и свежим, обжигая легкие. Я бежала, не разбирая дороги, пока не оказалась на своей подъездной дорожке. Я захлопнула дверь, заперла ее на все замки и прислонилась к ней спиной, пытаясь отдышаться. Меня трясло.

Я видела его. Его глаза. В них был тот самый хищный огонь, который Холмс описывал как почерк Скульптора. Он не был просто фермером. Он был им. И я только что танцевала с монстром. Танец, который едва не стал моим последним.

Глава 5. Незван

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.