Кристина Штерн
Безмолвный свидетель

Какая-то доля секунды – и твоя жизнь переворачивается на 180 градусов.

Для меня этой долей стал щелчок открывающейся потайной ниши. Но чтобы до неё дойти, мне пришлось пройти через ад, который я носил в своей голове.

Всё началось с кошмара.

Паркет в кабинете отца был ледяным. Я стоял, не помня, как оказался здесь. Воздух был густым, пах виски, пóтом, старыми книгами и… страхом. Тиканье настольных часов отца отмеряло секунды до чего-то неминуемого.

Она сидела за его столом, переставляя фигуры на шахматной доске. Чёрный король в её руках казался тяжелее свинца.

«Ты проигрываешь, не начав играть», – её голос был шелковистым и безразличным. Голосом моих самых тёмных мыслей.

Я молчал. Завтра – суд. Отец попал под расследование, якобы попался на финансовых махинациях; за ним давно ведут пристальное наблюдение, как будто только и ждали, когда он сделает шаг в бездну, ходя по краю. И мне надо готовиться к его защите, а не играть в какие-то дурацкие игры.

«Давай-ка сыграем в другую игру, – она поставила короля в центр доски. – В «Собери эхо». Первое… сколько лет было твоей кошке, когда она умерла?»

Вопрос застал врасплох. «Пятнадцать… она дожила до пятнадцати».

«Верно. Второе… сколько ступенек на пожарной лестнице позади старой школы, где ты прятался от хулиганов?»

«Восемь. Я их все помню».

«Сколько раз ты звонил в пустоту, на старый номер матери, пока не услышал «абонент недоступен»?»

Горло сжалось. «Три… только три. Больше не смог».

15… 8… 3. Цифры повисли в воздухе.

«Продолжим, – она провела пальцем по пыльной столешнице. – Сколько всего было комнат в вашем старом доме, включая чердак и подвал?»

Я на секунду задумался. «Восемь. Да, ровно восемь».

«Сколько дней прошло с того дня, как они уехали, до твоего первого побега?»

«Пятнадцать. Меньше чем за месяц я сломался».

«Сколько шариков мороженого с клубникой ты съел в тот день, о котором он не должен был знать?»

«Три… – выдохнул я, почувствовав во рту привкус детства. – Я съел три».

Вопросы сыпались, и я видел закономерность. Пятнадцать. Восемь. Три. Они возвращались снова и снова,как навязчивый мотив.

Она молча указала на дверь за её спиной, ранее я не замечал другие двери в этом кабинете. Когда я туда подошёл, дверь бесшумно отъехала, впуская меня в бесконечный коридор с сотнями других одинаковых дверей. Номера на них были бессмысленны: 7411, 0296, 6661. Лабиринт.