Алина Янтарная
Влюбиться в Калининграде

Серия «География любви»

© Алина Унгурьянова, текст

В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com

© В. Муханова, иллюстрация на обложку

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения с реально существующими людьми случайны

Плейлист

Женя Трофимов – Поезда

Djo – End of Beginning

Моя Мишель – Зима в сердце

Thousand Foot Krutch – Courtesy call

Мария Кон – Твоё имя

Bob Dylan – Knockin' on Heaven's Door

Árstíðir – Ljóð í sand

Árstíðir – Silfurskin

Lana Del Ray – Born to die

Brainstorm – Maybe

Vance Joy – Mess Is Mine

Our Last Time – Better than you

Женя Трофимов – Самолёты

Глава 1

Бытует мнение, что мы живем в симуляции. На эту тему особенно любят размышлять физики, которые создают теории и находят научные доказательства. Аня Мартынова тоже верила в одну из таких теорий. Она облегчала ее жизнь и помогала предугадывать события. Впервые Аня задумалась о симуляции в десять лет. И ее сподвиг вовсе не фильм «Матрица», а скачанная из интернета игра The Sims. «Если мы живем в симуляции, то чьи мысли у меня в голове?» – задавалась она вопросом все лето. А потом просто решила установить свой закон симуляции: просчитывать каждый шаг, каждое решение. И никакой спонтанности.

Жизнь текла размеренно, и вроде бы все получалось.

В неделе всегда семь дней. В сутках всегда двадцать четыре часа. Учебный год всегда делится на четверти. Мама всегда причитала о том, что учительница иностранного возила группы учеников по заграницам, а ее зарплаты на поездки никогда не хватало. Старшая сестра всегда будет гордостью семьи, а младший брат – маминым бриллиантом.

А еще: люди рождаются и умирают. Но раньше Ане казалось, что так и должно происходить. Если и не по плану, то по установленным симуляцией законам. Родители не переживают детей, так быть не может. А что, если…

В симуляции вдруг произойдет сбой? В любой программе есть место ошибкам, и Аня это прекрасно знала. Она старалась их избегать, думала, что планирование поможет свести их вероятность к нулю.

А Соня, наоборот, любила действовать наобум. Лучшая подруга Ани с первого класса была благодарна ей за то, что Аня выстраивала планы за них обеих. Соне не хватало дисциплины и усидчивости, но Аня была для нее якорем. Они всегда дополняли друг друга, это заметили еще первого сентября, когда девочек посадили рядом. Одна – сосредоточенная и слишком серьезная для ребенка, светленькая и очень худенькая. Вторая – живая и активная, смотрящая на мир влюбленными глазами, была темненькой и слегка круглолицей. Аня находила место колкостям там, где, казалось, их быть не могло. Соня же, напротив, могла сгладить любую конфликтную ситуацию.

Математика давалась девочкам легко. Они умирали со скуки на уроках русского и литературы, но оживлялись, как только речь заходила про уравнения. Анину маму, учительницу математики, это радовало до тех пор, пока Аня не записалась в кружок юного программиста. Она была готова отдать дочь на танцы и вязание, лишь бы не на «ерунду, популярность которой пройдет через десять лет». Сторонница классической математики Инесса Васильевна с болью приняла решение дочери, ведь у нее тогда появилась задачка посложнее и поважнее. Она осталась матерью-одиночкой с тремя детьми, один из которых только родился, и на какое-то время отпустила контроль.

Тогда Аня и Соня исполнили свою новую мечту и научились тому, что могло помочь им перейти на новый уровень. Бесконечные онлайн-курсы, многие из которых оплачивали более состоятельные родители Сони, бессонные ночи, проведенные за кодированием…

В то время, как их одноклассницы устраивали ночевки с просмотром романтических комедий и обсуждением парней, девочки учились создавать сайты и приложения. Конечно, в перерывах не обходилось без онлайн-игр, но пословица «Делу время, потехе – час» была для них одним из основных кредо.

Анина мама тщетно пыталась заставить дочь участвовать в олимпиадах и конкурсах. Девочки понимали, что тогда им пришлось бы выступать друг против друга, поэтому еще в начальной школе договорились никогда не принимать участия в таких мероприятиях. Из-за этого печалился весь учительский состав, но уговорить закадычных подруг так никто и не смог. А Инесса Васильевна не смогла заставить дочку носить защитные очки для работы за компьютером. Аня любила стоять на своем, хотя с мамой часто не получалось приходить к компромиссам.

Ей даже не удалось уговорить маму завести кошку, как бы Аня ни просила, как бы ни умоляла. Она пыталась на протяжении нескольких лет, думала, что получится «взломать» строгую родительницу. Все было тщетно. Поэтому Соня попросила подарить ей кошку у своих родителей, хотя не горела таким желанием. В итоге кошку, которую так хотела получить Аня, подарили Соне, и больше всего рада этому была именно Аня. А Соня была рада, что рада подруга. Потом подросла Сонина сестренка, у нее началась аллергия – кошку пришлось увезти к бабушке в деревню. Но Аня знала: если они с Соней вместе, им нечего бояться. Программа под названием «мир» исполнит все их желания.

Никто не мог разлучить девчонок. Сонины родители планировали устроить дочку в Москву, в школу с углубленным изучением информационных технологий и программирования. Но Соня не согласилась: она не могла оставить Аню одну. У них была общая мечта, общая цель, к которой они шли долгие годы.

– Опять смотришь фотки кампуса вместо того, чтобы дебажить вчерашний кусок? – Аня заварила крепкий черный чай и протянула чашку подруге.

– Ага. Я всего на пять минут! Как думаешь, тетя Инесса в итоге сжалится? – Соня закрыла крышку ноутбука и отложила его на кровать.

– Ну если твои предки привяжут ее к стулу и включат десятичасовой курс по математическому анализу… то хотя бы добраться туда мы точно сможем.

Девочки обычно отшучивались, если дело заходило о настойчивости Инессы Васильевны. Та была убеждена, что Аня поступит в Бауманку, и если не станет ученой или преподавательницей в вузе, то пойдет по стопам матери.

Поэтому девочки не сказали о своих планах даже родителям. Сонины родители дочке доверяли и даже сами пользовались ее приложением для заметок. Их семья была полной противоположностью Аниной. Аня бы даже могла завидовать подруге, но Сонины родители и к ней относились с большим теплом и заботой. Девочка никогда не чувствовала себя чужой в их доме. Подруги всегда получали одинаковые подарки: Инесса Васильевна просто давала деньги родителям Сони, а те организовывали все в лучшем виде. Единственным, что было трудно позволить семье Ани, был мощный ноутбук. Мама до последнего упиралась, что Ане он не нужен. Но после уговоров Веры и Дениса, Сониных родителей, она решилась на невозможное и позвонила бывшему мужу.

Анин игровой ноутбук – единственный подарок отца за последние семь лет. По знакомству он специально оформил трудоустройство на низкооплачиваемую работу, чтобы платить меньше алиментов. Сам же работал неофициально и жил вполне себе счастливо. Аню это мало заботило. Ей хотелось добиться всего самой, не за счет родителей. Какими бы они ни были.

Подготовка к ЕГЭ шла полным ходом, и, когда до экзаменов оставалось чуть меньше месяца, Анина программа самоликвидировалась.

Соня ушла из жизни.

Глава 2

Это не сравнится даже с ушатом холодной воды, вылитым на тебя из окна в морозный день. С ударом тока от вещи из полиэстера. С пресловутым громом среди ясного неба. Никакие сравнения не могли описать то, что чувствовала Аня в тот момент, в тот день, в ту неделю…

Казалось, что жизнь разделилась на до и после. Хотя было ли это жизнью? Может быть, все это Ане приснилось? И будет ли жизнь идти дальше? Или великий процессор поставит и ее жизнь на паузу?

Еще за день до произошедшего, вечером, они обменивались голосовыми сообщениями. Соня спросила, что Аня возьмет с собой на обед, а Аня ответила, что поест в столовой. Потом Аня отправила Соне какой-то дурацкий мем с котиками-программистами. Соня спросила, поедет ли Кирилл, младший брат Ани, вместе с семьей Сони на дачу на майских праздниках. Кирилл ворвался в комнату вихрем, будто подслушивал за дверью, записал Соне пару забавных голосовых, а потом девочки пожелали друг другу спокойной ночи.

Утром Соня отправляла подруге видеосообщения, те самые кружочки. На последнем она выходила из квартиры. Младшая сестра Сони заболела, и ее забрали бабушка с дедушкой. У родителей сломалась машина, поэтому до школы Соне нужно было добираться на маршрутке.

Но она жуть как не любила маршрутки.

Потом в новостях скажут, что водитель не справился с управлением и сбил старшеклассницу на нерегулируемом пешеходном переходе. Родители Сони узнают, что за рулем была женщина, приехавшая в Зарайск к родственникам. Весь город узнает о том, что она была выпившей. Вся страна узнает о том, что женщина отделалась травмами.

И только Аня узнает, каково это – кричать, когда ты не можешь проронить ни слова.

Первые двадцать минут биологии Аня думала, что Соня просто опаздывала, она же шла пешком. Но Соня всегда отвечала на сообщения. Даже когда шла по улице. Даже когда мыла посуду. Даже когда дома все спали, она записывала кружочки в полной темноте.

Аня не понимала, почему у нее скрутило живот. Неужели испортившееся молоко в утреннем кофе решило отравить весь день? Соня не отвечала на сообщения, и Аня уверяла себя в том, что биология ей интересна больше, нежели опоздание подруги. На перемене она стала названивать Сониным родителям, потому что Соня не отвечала и на звонки.

Но ее родители тоже не отвечали.

– Не волнуйся ты так, Ань. Может, помогала какой-нибудь бабуле с тяжелым пакетом или еще кому. Ты же знаешь, какая Соня сер… серо… ай, короче, безотказная, – успокаивала Аню одноклассница Ксюша.

– Не безотказная, а сердобольная, Ксюш. Блин, не перепутай эти слова на экзамене… – поправила ее Лена.

Аня задумалась: ей казалось, что она оставалась совершенно спокойной и никак не показывала своих переживаний. Соня часто смеялась из-за ее покерфейса. Но стоило Ане заговорить и осыпать подругу колкостями, как ее лицо приобретало краски и украшалось улыбкой.

Аня искусала все губы в кровь.

Во время урока русского в кабинет вошла классная руководительница и попросила Аню выйти. Тогда переживать стали уже все ученики 11 «В».

«Что учудила Аня?» – думали ребята и, как это обычно бывало, начали перешептываться громче, чем говорила учительница.

– Одиннадцатый «В», вы не хотите вернуться к уроку? Может быть, выйдете вместе с Аней и постоите в коридоре?

Все, что было после, Аня уже не вспомнит. Голые факты, манекены вместо людей, пустые листы вместо лиц. Виталина Петровна сказала, что расскажет все в кабинете директора, и, пока они шли, Аня могла слышать лишь учащенное биение своего сердца.

В кабинете директора, в котором не было ремонта уже лет пятнадцать, Аня обратила внимание не на потертую поверхность стола, как сделала бы раньше, а на несколько фантиков от шоколадных конфет. Сразу за ними вошла Инесса Васильевна. Аня не видела маму такой напуганной с тех пор, как ушел отец.

После были неловкие молчания, причитания и много междометий.

«Как же так? Какой кошмар», – слышалось чаще всего.

Но Аня отказывалась верить в происходящее. Не верила даже на похоронах, куда пришел, кажется, весь город. Муляжи. Иллюзии. Баг. Баг, который срочно нужно исправить.

Глава 3

Сони не было уже почти месяц. Прошел последний звонок: концерт, на котором Аня чувствовала себя зрителем, купившим билет. Когда мама Ани смотрела фотографии с праздника, ей удалось найти дочь только на одной, общей. Все понимали ее, как и Сониных родителей, бившихся за вынесение строгого приговора. Но никто не мог понять, почему это произошло, почему именно сейчас, почему именно с Соней?

Оставалось два дня до профильного экзамена по математике, и Аня была уверена, что сдаст его успешно. Весь месяц она чувствовала себя роботом и не давала себе слабину: мало говорила, почти ничего не ела, много времени проводила за созданием совершенно бесполезных сайтов. Аня искренне не понимала, почему все вокруг так отчаянно плачут, печалятся и жалеют ее. Ей казалось, что коронный покерфейс спасет ее от этого, но она не могла знать, как выглядела со стороны – бледной, осунувшейся, с потрескавшейся кожей губ и десятками заусенцев.

Утром перед экзаменом мама встала намного раньше обычного, приготовила сырники и села завтракать вместе с Аней. Кирилла она оставила в гостиной и даже включила ему мультики, которые за едой смотреть строго воспрещалось.

Аня посмотрела на маму и испустила короткий смешок. Инесса Васильевна от неожиданности улыбнулась.

– Ты чего?

– Да так. Подумала, что ты сегодня глючишь, – ответила Аня. Мама отложила вилку и налила Ане в тарелку еще сгущенки.

– Интересно, что я такого сделала? Ешь давай, тебе нужно много сил. Добавки не даю, доешь хотя бы это.

– Приготовила вкусный завтрак с утра пораньше, врубила Кире мультики. Если это из-за экзамена, то жаль, что они не каждый день. – В ответ на эти слова мама ухмыльнулась, положила локти на стол и сложила пальцы в замок.

– Я хотела с тобой поговорить. Знаю, что ты решаешь задания быстрее и лучше всех, но… – Инесса Васильевна взяла паузу, выдохнула и продолжила говорить. Смотрела она не на Аню, а то на тарелку, то на дверь, будто не могла себя пересилить. – Если у тебя не получится, перенервничаешь или еще чего, не переживай. Один предмет можно будет пересдать в следующем году. Возьмешь перерыв, подумаешь…

– Мам. Я все сдам. Хорошо сдам. Может, не на сотку, но около того. Все пробники писала на девяносто шесть или девяносто восемь. Ты забыла?

– Я помню. Но во время пробников… – Инесса Васильевна снова осеклась. – В общем, ничего страшного, это не конец света. Я понимаю, что тебе нужно время. Поработаешь у тети Оли в кафе, например, или запишешься на какие-нибудь курсы. Это всего лишь год. Так что…

– Мам, а можно еще сырник? – На кухню зашел Кирилл, неся в руках пустую тарелку.

– Сейчас положу, – ответила Инесса Васильевна, а Аня, воспользовавшись моментом, ушла собираться.

Что она могла ответить матери? Аня и сама не знала, что теперь будет делать. Ее симуляция больше не поддавалась планированию, в этом не было никакого смысла. Ее новой целью стало не иметь никаких целей. Экзамены сдать было нужно, чтобы покончить со школой и больше никогда о ней не думать.

А что потом? Уж точно не поступление в Бауманку. Устроиться в кафе было бы неплохо, можно заработать денег.

У нее в голове вертелись совершенно тривиальные мысли. «Жаль, что нельзя вернуть деньги, которые мы сдали на выпускной. Надо было надеть брюки, а не юбку с капронками, все ноги вспотели. Обещала сводить Кирилла в кино. Надо ответить сестре».

Прошли экзамены по математике и русскому, завершающим был экзамен по информатике. Все это время Аня писала Соне сообщения, отправляла голосовые. Ей снилось, что Соня отвечала, но наутро Аня уже не могла вспомнить, что именно. Такие сны выводили ее из равновесия. Она становилась раздражительной и даже срывалась на младшем брате, но унаследованное от мамы умение концентрироваться на важном помогало ей быстро прийти в себя. В ожидании результатов экзаменов Аня проводила за компьютером еще больше времени. Хотя казалось бы, куда еще больше? Постоянное обновление страницы помогало сместить фокус внимания. Но в один из таких дней в районе отключили свет – рабочие чинили дорогу и повредили кабель. Когда закончился заряд аккумулятора, Аня вспомнила, что один пауэрбанк она отдала сестре, а второй и вовсе не был заряжен.

Недолго думая, Аня отправилась к Зарайскому кремлю. Касса уже была закрыта, поэтому она просто наматывала круги. Погладила бродячую кошку, которую уже накормила довольно бодрая пожилая женщина. Люди гуляли, наслаждались теплым июньским вечером, обсуждали планы на будущее.

«Пусть они катятся к черту, эти планы», – подумала Аня и пнула носком кеда лежащий на земле камешек.

– Да, на неделю. Знаешь, какие сейчас цены! Особенно в сезон. Ага. Забронировали в Зеленоградске, но будем ездить на экскурсии в Калининград. Конечно, не вопрос. Погоди, я перенаберу, мама звонит. Ага.

Это был тот самый разговор, который ты не собирался подслушивать, но не мог не слышать. Аня пыталась не думать об этом городе, старалась выкинуть из головы все всплывающие картинки. В браузере на Сонином ноутбуке, который родители отдали Ане для переноса важных файлов, до сих пор были открыты десятки вкладок с сайтами о Калининградской области. Ведь именно в Калининград они мечтали уехать на учебу.

Аня посмотрела на остановившуюся девушку таким диким взглядом, что той оставалось только натянуто улыбнуться и кивнуть. Она подумала, что Аня была какой-то старой знакомой или дочкой маминой подруги, поэтому сделала так из вежливости. Вскоре и Ане позвонила мама, чтобы сказать, что электричество восстановили. Аня отправилась домой и попыталась абстрагироваться от услышанного ранее у кремля, но не смогла.

Глава 4

Утром и на протяжении всего следующего дня мысли Ани были поглощены этим далеким городом. Ей было противно от самой себя даже за мысли, ведь Сони не было рядом. Какое Аня имела право? Чтобы не загоняться, она согласилась сходить за продуктами по просьбе мамы, но по привычке пошла в дальний магазин, который был ближе к Сониному дому. У стеллажа с овощами она встретила дядю Дениса. Он стоял с пустой корзиной и смотрел на несколько коробок с огурцами.

– Здравствуйте, – поздоровалась Аня, и дядя Денис вздрогнул, как будто услышал звук клаксона.

– Привет, Анют. Как твои дела? Как экзамены?

– Все… хорошо. Спасибо. – На самом деле Аня не знала, как у нее дела. Чувствовала она себя скверно, но, подумав, что дяде Денису наверняка еще хуже, не стала об этом говорить. – Жду результаты. Зачем жду, конечно, не понимаю, но…

Сонин папа отвел Аню в сторону, чтобы дать пройти женщине с тележкой.

– Как это зачем? Ты что, не поступаешь в тот вуз, который вы с Соней выбрали? Не знаю, где он, но тебе не стоит отказываться от своих планов.

Аня почувствовала, как по спине пробежал холодок. Его выбрали они с Соней. Вместе. Что ей делать там одной? Это не имело никакого смысла.

– Мы планировали поступать в Калининград.

Дядя Денис улыбнулся, но уголки его губ дрогнули.

– Но я не хочу туда ехать одна. Потому что изначально это была Сонина идея. Я просто с ней согласилась.

– Ну Соня, ну дает! Помнишь, в четвертом классе в школе собирали деньги на поездку в Калининград? У нас тогда с деньгами было не очень, у твоих родителей тоже. Соня расстроилась, а я пообещал ей, что мы обязательно там побываем все вместе. Я потом ей несколько раз предлагал, но она отказывалась, говорила, что полетит уже сама. Теперь я понимаю, почему она так говорила…

Сонин отец едва сдерживал слезы, и Аня хотела как-нибудь глупо пошутить, но не успела.

– Ань, Соня бы хотела, чтобы ты поехала. Я уверен, что она злилась бы на тебя не из-за того, что ты поедешь без нее. А из-за того, что ты не исполнишь вашу с ней мечту. Подумай, ладно? Эта идея не могла быть только Сониной, потому что ваши идеи сходились в девяносто девяти процентах! И если нужны будут деньги, пожалуйста, не стесняйся. Кстати, Инесса знает?

Аня поперхнулась воздухом. Одна мысль о том, что маме придется рассказать о Калининграде, приводила ее в ступор.

– Понятно, можешь не отвечать. Ну, мы ей ничего не скажем, если ты не захочешь. И, пожалуйста, Ань, будь осторожней на дорогах, ладно?

На прощание Аня и дядя Денис обнялись: он фактически заменил ей отца в последние годы. Для него эта случайная встреча тоже стала успокаивающей, ему казалось, что в Ане была частичка Сони, как бы странно это ни звучало.

Неся домой пакет с хлебом, пекинской капустой, яблоками и йогуртами, Аня думала о том, как сложно, должно быть, приходилось Сониной семье. Они вынуждены продолжать жить дальше, ходить в магазин за продуктами, оплачивать счета, водить младшую дочь на гимнастику…

Аня остановилась в метре от пешеходного перехода. Ведь она тоже продолжала жить дальше. Почему ей потеря давалась не так тяжело, как другим?

Внезапно Анин телефон стал разрываться от сообщений: в общем чате класса написали о том, что опубликовали результаты ЕГЭ по математике.

«Вот блин. Вот блин! Соня. Что бы ты сделала на моем месте? Что бы ты сделала?» – размышляла Аня, всматриваясь в пешеходов на той стороне дороги.

«Я бы, конечно, зашла в чат GPT и задала ему вопрос, на который не могу найти ответ. Или не могу решиться. Это лучшее изобретение нерешительного человечества! Могу сэкономить тебе трафик и сказать, что бы ответил чат GPT. Если сдашь на сто баллов – лети в Калининград! Если провалишь, ну… забей. Правда, забей. Оно того не стоит. И нервов твоих не стоит. И я обещаю, что не буду являться тебе в кошмарных снах».

Аня начала смеяться сквозь слезы. Сонин голос в ее голове звучал настолько четко, как будто она стояла рядом. А самым смешным было то, что она точно так бы и сказала. Аня знала Соню даже лучше, чем знала себя.

Она не стала ждать, пока дойдет до дома: люди, переходившие дорогу к маленькому торговому центру, уже наверняка поняли, что у девочки не все в порядке с нервами. Аня наспех ввела свои данные на сервисе ознакомления с результатами ЕГЭ.

В первой графе таблицы значилось: «Математика профильная – девяносто девять баллов».

Глава 5

Мама дома уже, конечно, все знала: ей позвонили коллеги из школы. Она была готова устроить вечеринку с тортом и шариками, настолько она гордилась дочерью. Инесса Васильевна не забыла упомянуть и один несчастный балл, которого не хватило до сотни, но в общем и целом, такой счастливой Аня ее не видела, кажется… никогда.

Была ли счастлива и довольна собой Аня? Скорее нет, чем да. Она ожидала от себя результата не ниже девяноста баллов, она была в себе уверена. Значило ли это, что подсознательно она хотела полететь в Калининград?..

Когда поздравления утихли и Аня осталась наедине со своими мыслями, она поняла, что теперь просто обязана воплотить их общую с Соней мечту в жизнь. Ради себя, ради Сони, ради того приложения, которое Соня мечтала «допилить». Это было бесплатное приложение психологической поддержки, в котором человек общался с ботом-помощником. Но это должен был быть не обычный бот, а бот, который бы использовал советы реальных людей. Девочки даже запустили в интернет формы сбора обратной связи для советов и были удивлены, как много пользователей откликнулось. У них уже было около пятисот советов, триста из которых действительно можно было использовать в приложении.

Аня долго не могла уснуть и думала о том, что делать дальше. Она снова написала Соне, но это сообщение сильно отличалось от предыдущих.

«Я подумала о том, что бы ты мне сказала… поэтому я полечу в Калининград. Устроюсь официанткой на лето, накоплю денег на билет и на первое время. Надену покерфейс, чтобы мама ничего не заподозрила. Она сказала слово «Бауманка» сегодня примерно раз тридцать. Видела в магазине твоего папу. Он все так же крут, можешь не переживать. Я не верю в знаки, я не верю в магию, да и в существование души я тоже никогда не верила. Но теперь мне хочется в это верить. Иначе куда ты делась? Если ты за мной следишь, то, пожалуйста, сильно не угорай и не кринжуй, ок? Только… помоги запустить апку. Я буду стараться. Обещаю».

Инесса Васильевна была рада, что дочь стала активнее, а на ее лице «появился цвет жизни». И все потому, что с утра Аня попросила ее поговорить с тетей Олей о работе в кафе. Старшеклассники работали там каждое лето, поэтому никаких проблем не возникло. На всякий случай Инесса Васильевна сделала нотариально заверенное разрешительное письмо.

Аня собрала всю волю в кулак. Она работала в кафе по десять часов пять дней в неделю, а по выходным старалась проводить время с Кириллом и Кристиной, Сониной сестрой. Кристине очень не хватало Сони, поэтому Аня уделяла ей внимание даже чаще, чем родному брату. Кроме того, младшие так сильно друг друга не любили, что Кристина забывала о Соне, стоило Кириллу начать ее доставать. Поэтому совместное времяпрепровождение было полезным для всех них.

Единственным, что не давало Ане всецело решиться на отъезд, был Кирилл. Она ощущала на себе ответственность за него и не знала, как он отнесется к тому, что ему придется остаться дома с мамой. Тем более ему ничего нельзя было говорить – вместо языка у мальчика был самый настоящий пропеллер. Он обидится, когда Аня уедет, и точно расскажет все маме, если она поделится новостью с братом.

Когда Аня узнала, что в сумме набрала двести девяносто четыре проходных балла, в Москву ее пригласила старшая сестра. Информатика принесла Ане сто баллов, чему она, впрочем, не удивилась. Ей больше не хотелось думать об экзаменах.

Таня жила в столице уже семь лет, с тех пор как поступила учиться на менеджмент. Теперь она работала в крупной организации, снимала квартиру в спальном районе вместе с парнем и копила на ипотеку. Таня спровадила Антона к родителям и решила провести выходные с Аней. Они сходили на ВДНХ, погуляли по Авиапарку, посидели в кафе. На правах старшей сестры Таня купила Ане пару футболок и новый рюкзак, вместо потрепанного школьного. Эти магазины были не из тех, в которых Аню обычно одевала мама, а на ступеньку, а то и две, выше. Но Таня была счастлива побаловать младшую. Она бы хотела сделать для нее больше, но, к сожалению, пока не могла. В ответ Аня угостила сестру кофе на заработанные в кафе деньги. Таня чуть не расплакалась, ведь для нее Аня оставалась десятилетним ребенком.

Вечер воскресенья они провели дома за просмотром «Теории большого взрыва», поеданием роллов, чипсов и погружением в воспоминания. Но Таня не могла не заметить, что сестра что-то не договаривала.

– Колись.

Аня посмотрела на Таню с недоумением.

– Я же вижу, что ты вроде бы здесь, а вроде бы и нет. Как будто что-то вычисляешь. Это связано с Бауманкой?

Тане удалось прочитать все, что было написано у Ани на лице. Миссия «Покерфейс» была провалена.

– Погоди! Ты поступаешь не в Бауманку? – Таня отложила деревянные палочки.

– Только маме не говори! Иначе она меня не пустит. – Аня положила в рот ролл побольше, чтобы как можно дольше не отвечать на расспросы сестры.

– Конечно не пустит. А куда? Реально не скажешь? Ну не в другую же страну? Аня, блин!

– Я не скажу, потому что ты можешь проболтаться. Не специально, но ведь можешь. И тогда мне капец! Я уже подала документы в вуз, который мы выбрали вместе с Соней. Коплю деньги на билет, жду результатов приемной комиссии.

Когда речь зашла про Соню, ролл с лососем показался Ане резиновым, и она тоже отложила палочки.

– А если тебе не дадут общагу, что ты будешь делать? Где будешь жить? Это же другой город! – Таня запаниковала, будто Аня уезжала уже завтра.

– Да не парься ты раньше времени. Буду решать проблемы по мере поступления. Все окей.

– Ну-у-у… выглядишь ты и правда на удивление спокойно. Я бы даже сказала самоуверенно. А когда ты сможешь сказать, куда едешь?

– Когда получу диплом, – ответила Аня без ноты сарказма в голосе.

– Не шути так, ясно? Мать успокоится через пару месяцев. Наверное… но тебе придется сказать, куда ты поехала. А то ее еще удар хватит. Божечки, моя сестренка будет одна в чужом городе! Жесть какая. Ладно… ты никогда не лезла в неприятности, так что… все будет хорошо. Звони мне почаще и, если нужны будут деньги, сразу говори! На еду всегда скину, голодной не ходи. Я все это знаю, сама проходила. Ела бичпакеты, травила тараканов в общаге… А потом мы с подругой не выдержали и сняли однушку-студию. Она была нереально маленькая, но в чистом доме и со своей душевой. Мы продолжали жрать макароны и пухнуть от них, зато накупили всяких штуковин для уюта и радовались жизни. Эх, было же время! – Глядя на то, с каким теплом сестра вспоминала свои студенческие годы, Аня задумалась. Неужели ей тоже будет тяжело? Неужели она тоже будет вспоминать об этом времени через несколько лет с теплом, несмотря на все?

Раньше Аня не рассуждала о том, какой будет студенческая жизнь. Какая разница, если рядом подруга. Так далеко она не заглядывала, хотя и была главной по планированию. Но теперь Соня не могла сказать, что все будет офигенно. Теперь Аня боялась неизвестности.

Глава 6

В конце июля Аня работала на износ: приходила в кафе к открытию, а уходила после закрытия. Часто к ней захаживали мама с Кириллом. Мама – поговорить с подругой, Кирилл – поесть картошку фри. И это, конечно, отвлекало Аню от работы. Ей казалось, что мама будет следить за каждым ее шагом, начнет критиковать, а то и вовсе прочитает мысли и узнает, что Аня уже купила билет на самолет. Кроме того, Инесса Васильевна чуть не заставила Аню ехать в Москву и подавать документы лично. Но Аня сослалась на работу и убедила маму в том, что осенью и так понадобятся деньги, поэтому документы лучше будет подать дистанционно. Уже в конце месяца Аня увидела свою фамилию в списках поступивших на программу «Информатика и программирование». Аня была первой в списке по баллам, и это немного ее испугало. Что о ней подумают сокурсники? Неужели она от чего-то бежит? Почему бы не поступить в Москву с такими-то баллами?

«Да какая разница, кто что подумает? Пф! YOLO, Аня, YOLO! You only live once! [1]» – вновь послышался где-то рядом Сонин голос.

Ане даже позвонили из приемной комиссии, спросили, нужно ли ей общежитие, когда она планирует приехать. А еще обрадовали тем, что с ее баллами Аня будет получать двадцать пять тысяч рублей стипендии целый семестр! О таком подарке судьбы раньше Аня не думала, хотя мама и говорила, что в Бауманке можно получать чуть ли не пятьдесят тысяч в месяц. Но Бауманка для Ани была как танец тореадора для быка, поэтому она старалась удалять из памяти информацию обо всем с ней связанном.

Чуть позже Ане на почту прислали данные, ссылку на форму для выделения места в общежитии. Улица Александра Невского, четырнадцать дробь один. Пока это были только буквы и цифры, ничего не значащие. Неужели они смогут стать для Ани домом хотя бы на какое-то время?

Аня никак не могла насмотреться на Кирилла и винила себя в том, что пропустит его первый день в школе. Она надеялась что-нибудь придумать и как-нибудь выкрутиться. Но ей нужно было вылетать из Москвы уже в пятницу, чтобы переночевать в хостеле, получить медицинский допуск в субботу и тогда же заселиться. А это значило, что надо просить Таню соврать маме и написать разрешение от маминого лица. Уговорить сестру было не так просто…

– Ты прикалываешься? Она же все поймет! А еще и мамину подпись подделывать! Она нас обеих посадит! Не в тюрьму, так на кол! – не унималась по телефону старшая сестра.

– Та-а-а-аня! Успокойся! Если поймет, то не сразу. У нее сейчас знаешь сколько дел? Всю неделю носилась по городу, покупала тетрадки, туфли мелкому искала. Она так во мне уверена, что важнее первого сентября для Кири для нее ничего нет.

– А тебе совсем ее не жалко? Она может и заболеть. В этом году ей стукнул полтинник… ты же, блин, поступила в Бауманку! Я, конечно, не знаю, может мама просила своего школьного друга подсобить, но ты реально поступила! Представляешь, какие возможности бы перед тобой открылись? – Ане было приятно услышать восторженный отклик сестры. Таня правда ей гордилась.

– Мама подавала документы на «прикладную математику». Они там программирование тоже изучают, но это не то.

– Ты ведь можешь перевестись после первого семестра. Да и вообще это тебе поскольку-постольку. Ты и так гений-программист.

В ответ Аня прыснула.

– Да прям! Ты знаешь, что постоянно появляются новые языки программирования? И новые фичи для реализации. Наше приложение пока на стадии вареника, который только что достали из пачки! Просто потому, что мы не были уверены, что не накосячим.

На том конце провода Таня тяжело вздохнула.

– Фичи-шмичи. В любом случае ты думаешь, в другом вузе тебя этому научат?

– Может быть, и нет. Но мы как-то говорили, что хотели сломать стереотип о том, что Москва – это город возможностей.

– Значит, это и не Питер? Казань? Екатеринбург?

И пока сестра засыпала Аню десятками догадок, та оставалась непреклонной, но все же смогла заручиться Таниной поддержкой.

Теперь Аня желала поскорее уехать, чтобы просто ото всех спрятаться. Возможно, и Соне этого хотелось? А может быть, она, как это сейчас модно говорить, хотела закрыть гештальт.

Подруги мечтали выложить своё детище в магазин приложений еще до того, как окончат школу. Конечно, тестовую версию. Но этого не произошло, потому что вечно возникали какие-то непредвиденные ошибки. Сейчас Аня подумала, что, вероятно, эта ситуация готовила ее к самому большому сбою на текущий момент. Но она быстро выставила эту мысль за дверь, потому что не верила в знаки и предупреждения.

Сборы были чем-то непривычным для Ани, и это непривычное, что не входило в ее рутину, в ее личный код, заставило нервничать. Чтобы мама не поняла, что Аня ехала не просто к Тане в Москву на выходные, ей пришлось сложить все самое необходимое в туристический рюкзак. С этим рюкзаком Аня с Сониной семьей ездила в походы.

«Одежду всегда можно купить в секонде. Возьму все самое необходимое, пару полотенец. А кастрюлю со всякой кухонной фигней оставлю у Тани. А вот без своей кружки и фото-доски, которую дарила Соня, не поеду. Саму доску взять не выйдет, а вот фотки…».

– Возьми с собой! Это как будто я. Буду за тобой следить. Чтобы делов не наворотила!

В Анину комнатку забежал Кирилл и протянул ей желтого лего-человечка. Жаль, что последняя фраза была целиком и полностью мамина, но Аня поняла, что имел в виду младший брат.

– Для него… то есть для тебя! Место точно найдется.

Киря тоже грустил, что Аня не пойдет на его первый День знаний. Но почему-то был гораздо более понимающим, чем мама.

Последнее, что осталось собрать – это ноутбук. И Аня поняла, что так и не смогла перенести файлы с ноутбука Сони, который передали ее родители. Даже дотронуться до ноутбука подруги было тяжело, как будто Аниными руками стал управлять кто-то другой. Пересилив себя, Аня вернула управление и открыла крышку компьютера: он был почти разряжен. На рабочем столе у Сони стояли обои с персонажами мультфильма «Гравити Фоллз», который они обожали смотреть в детстве. Стоило Ане ввести пароль, как ноутбук начал синхронизироваться с Сониным телефоном и обновил все доступные фотографии.

Это был первый вечер после смерти подруги, когда Аня так горького плакала. Она намочила все рукава толстовки, пытаясь остановить нескончаемый поток. Аня и забыла, что Соня почти каждый день записывала видеоотчеты о проделанной работе, да и вообще снимала видео по пустякам. На них Аня постоянно говорила Соне перестать дурачиться и заняться работой. «Не снимай меня, я в трусах!», «не снимай меня, голова грязная», «хорош бездельничать, бесишь».

Аня бы отдала сейчас все, чтобы вернуться в один из этих моментов и повести себя иначе. Но она уже не могла.

Кирилл хотел зайти в комнату и попытаться утешить сестру, но мама ему запретила.

– Пусть поплачет. Пойдем посмотрим, какие тетрадки купили.

Глава 7

Аня еще долго не могла осознать: ей стало легче или тяжелее? Но зато на этот внезапный нервный срыв можно было списать всю ложь, которую ей предстояло наговорить матери. И почти все три часа, что она добиралась до Москвы, Аня подрагивала. До автовокзала ее довез дядя Денис, пришла и Кристина. Тетя Вера приехать не смогла, но записала Ане голосовое. В нем она извинилась и сказала, что пока не может видеться с Аней. Пытается отвлечься, ходит на работу, но боится, что не перенесёт такую встречу. И Аня могла ее понять, хотя опечалилась, что им не удалось попрощаться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Живём только раз! (англ)

Вернуться