# Ирритант

Лина Ласс

Надя привыкла к тишине и спокойствию, но всему рано или поздно приходит конец. В её доме селится "замечательный сосед". А точнее, работник, который делает ремонт. Днём он грохочет молотком, а по ночам из-за стены доносятся звуки, от которых краснеют уши.

Как же это бесит!

И не только потому, что строитель не даёт спать и шумит, но ещё и оттого, что вызывает в Наде противоречивые чувства.

## Глава 1

«Утро добрым не бывает…»

За стеной раздался зубодробительный звук перфоратора. Я приоткрыла глаза и взглянула на висящие на стене часы.

08:10

Прекрасно. Спустя года кто-то умудрился купить эту развалюху по соседству, а я ведь уже привыкла, что на лестничной площадке поживаю в одиночестве.

Когда я только въехала, соседняя квартира уже пустовала. Туда ещё водили потенциальных покупателей, но мороки с ремонтом было слишком много, и понемногу дело риелторов заглохло к моему большому счастью. Никто не шумит за стенкой, не ругается, музыку не включает, а после тяжелого дня на работе, после бесконечных проводок и ведомостей, желание остаться в тишине и покое было невероятно огромным. Что говорить про по-настоящему добрые утра в тех же условиях.

И вот здрасте. Второй день я слушаю эту "инструментальную" какофонию.

Я постаралась укутаться с головой в одеяло, но настойчивый перфоратор знал своё дело и пробивался через все преграды.

– Да твою ж…

Я откинула одеяло, уставившись в потолок. О сне можно было только мечатать. И это в единственный выходной перед отчётным периодом, когда об отдыхе можно забыть. Я протопала на кухню и включила кофемашину. Когда заваривался кофе, звук перфоратора сменился ударами молотка.

Чудесно, если эта дискотека будет продолжаться целый день, отдохнуть не получится от слова совсем.

Стук продолжался полчаса, а затем уступил место очередным жужжанием ещё какой-то ремонтной приблуды. Все мои планы рушились. Не то, чтобы они были грандиозные – еда, сериал и поза тюленя на диване. Но какой релакс в таких условиях? Что ж, делать нечего, нужно бежать с корабля.

Быстро приняв душ и высушив волосы, я наскоро оделась и выскочила из квартиры. На площадке перед открытой соседской дверью топтался грузный мужик в дутой куртке.

– Ну чё, Паш. Справишься сам? – крикнул он кому-то. – Я тогда поехал. А, здрасте. Это вы соседка?

Готовая смыться я застыла на последней ступеньке пролёта и нехотя обернулась, прилепив на лицо дежурную улыбку.

– Угу, доброе утро.

– Вы это, не серчайте, что шума много. Это ненадолго, месяц-другой.

Месяц???

Я мысленно расстреляла нового жильца. Два раза.

– Пашка парень толковый, делает всё быстро. И закон о шуме соблюдает. Так что проблем не будет.

«Проблем не будет? Да у меня уже проблемы! Вы!» – мысленно прокричала я, но вслух, как добропорядочная соседка сказала:

– Надеюсь, – и, чуть подумав, добавила. – А можно телефончик на случай этих самых проблем?

– Конечно-конечно, – мужчина продиктовал номер, который я тут же забила в телефонную книгу под именем «Человек-сосед». Вообще дядька не производил впечатление злодея, но в моих глазах был пострашнее Патрика Бейтмена, Джокера и Ганнибала Лектера вместе взятых. А его подручный работник мог стать моим личным кошмаром на ближайшие два месяца. Ну ничего, если будет нарушать, я не только хозяину позвоню, но и в полицию не побоюсь нажаловаться. Моё спокойствие мне дороже всего.

День я провела относительно неплохо: позавтракав сырниками в кофейне, прошвырнулась по торговому центру и прикупила парочку радующих взгляд туфель – покупка необязательная, но греющая душу. Затем убила ещё пару часов в кинотеатре на скучной мелодраме, а закончила в ресторанчике на Марата. Декабрьский мороз бодрил, остывшее солнце изо всех сил пыталось согреть город, и ближе к вечеру настроение пришло в полное равновесие. Не исключаю, что пару бокалов красного сухого сыграли свою роль. Но мысль о том, что придётся возвращаться, тут же вернула его в состояние крайней раздражительности. Я еле тащилась домой, находя тысячу и одну причину задержаться, попутно заходя в магазинчики, просто таращась в витрины и слушая уличных музыкантов.

Гружённая пакетами с обновками до своей парадной я добралась уже, когда солнце скрылось за горизонтом, и с подозрением взглянула на свой этаж. Свет у соседа не горел. Зайдя внутрь, я прислушалась. Тихо, только у кого-то из квартиры доносился звук телевизора. Не веря своему счастью, я прошла до своего четвертого этажа и приложила ухо к соседской двери.

Ни звука.

В ликовании я вскинула руку вверх. Вечер был спасён. Переодевшись в домашнюю одежду и вооружившись уютным пледом, ароматным чаем и чипсами я легла в постель перед ноутбуком. Включила сериал и погрузилась в жаркие отношения между молодой художницей и дерзким мачо, который добивается её сердца вот уже второй сезон подряд.

Нехватку личной жизни я компенсировала такими вот мыльными операми, где она – творческая и одухотворённая натура, а он – воплощение всех грязных фантазий. И пока мне этого хватало. Последний мой ухажёр оказался тем ещё проходимцем, поэтому я зареклась ходить на свидания как минимум до пенсии. А счета, знаете ли, сами себя не оплатят, и приходилось прикладывать усилия, помимо основной работы подрабатывая халтуркой. Так что в своё оправдание могу сказать, что на личную жизнь у меня просто не хватало времени.

Через три серии, когда пути жаркого мачо и художницы снова разошлись, глаза начали слипаться. Я отложила в сторону пустую кружку и ноутбук и поудобнее укуталась в плед. Впереди ждала тихая ночь и сладкие сны…

… и часа два так и было.

Тук.

Тук.

Тук.

Я распахнула глаза, думая, что проснулась от кошмара. Сердце тяжело бухало в такт мерному стуку. Часы на стене показывали 01:17.

Это ещё что?

Тук. Тук. Тук.

Я перевернулась на живот и уставилась на стену у спинки кровати – именно оттуда раздавался этот стук. Раздражающий, бесящий и противозаконный шум! Вот тебе и новый сосед. Как он сказал? Работник у него толковый? Проблем не будет? А этот болван решил продолжить работы глубокой ночью, когда работать не то, чтобы запрещено, но и никто в здравом уме не осмелится.

Я включила ночник, выбралась из постели и надела халат. Сейчас этот придурок у меня получит. Сейчас разберусь сама, а утром позвоню соседу. Пусть разбирается со своим… как его там… Пашей?

Но как только я надела на ноги тапочки, за стенкой проявились новые звуки. И они были совсем не похожи на ремонтные работы.

– Ах! АХ!

И голос работяги-мужчины он тоже не напоминал. Это был вполне женский «ах», да не просто «ах», а «АХ!» от которого так и несло сексом и скорым оргазмом!

Он привел какую-то бабу!

Я замерла, вслушиваясь в повторяющиеся вздохи под тот же мерный стук, пока они не перешли в выкрики наслаждения. Какие же тонкие тут стены! Раньше я даже не догадывалась, и вот теперь соседский работничек решил мне это показать… или как правильно? Дать послушать?

А слушать было что, через минуту к женским ахам присоединился мужской рык, от которого задрожали коленки. Боже! Там что? Животное? И этот концерт продолжился еще несколько минут, пока не окончились синхронным громким оргазмом.

Всё стихло.

И только тут я поняла, что сама прилепилась к стене ухом. Лицо горело, а внутри клубком ворочалось странное и тягучее чувство волнения. Возмущение от того, что меня разбудили посреди ночи, поутихло и сменилось стыдом. Не знаю, что там за Паша такой, но очень уж бурно на него реагировала эта барышня. Поди ещё всю парадную перебудили.

Какое-то время я сидела на кровати в ожидании ещё каких-то звуков, но парочка за стеной, видимо, выдохлась. Однако сон не шёл, я заварила чай и снова открыла ноутбук на том же сериале. Но теперь игра актеров, старательно изображающих любовные страдания, показалась мне чересчур фальшивой. Возникло острое желание посмотреть что-то откровенное и страстное… или…

Да блин! Захотелось секса!

Чёртов строитель!

Ещё час я как лунатик бродила по квартире, подходила к входной двери, смотрела в глазок как старая бабка, которая наблюдает за жильцами от скучной жизни, пока не решила лечь в постель. Три часа ночи, а мне вставать в шесть. Но очень быстро поняла, что как бы удобно я не ложилась, сколько бы овец не насчитала, уснуть быстро не получится.

Дело в том, что… я завидовала. Это-то и раздражает!

## Глава 2

– Надя? Что с тобой?

Я заморгала, приходя в себя. Надо мной коршуном нависла начальница. Кажется, она задала какой-то важный вопрос… Не знаю, сколько я просидела, отключенная от реальности, но, судя по недовольному взгляду Микаэлы Львовны, довольно продолжительное время.

– Ты спишь что ли? Я попросила скинуть мне отчеты за ноябрь ещё час назад.

– А… да… сейчас…

Копошась, я открыла нужные файлы. Движения были заторможенными, потому что жутко хотелось спать. Неудивительно, ведь уснуть мне удалось за час до будильника. Или за полчаса. В любом случае, прошёл миллион лет, прежде чем я провалилась в тревожный сон, а сигнал, как мне показалось, сработал, стоило на секунду закрыть глаза.

Чёртов соседский работничек! И бабу его туда же.

На работу я плелась еле-еле и даже прохладный душ и двойной эспрессо не помогли хоть чуточку взбодриться, поэтому на планёрке я играла роль мебели, пропуская сказанное мимо ушей. Начальница недобро на меня посматривала, ну а я ничего не могла сказать в своё оправдание.

«Ой, Микаэла Львовна, я сегодня такая рассеянная, потому что строитель мне спать не давал своим сексом… то есть… я хочу сказать, что он так страстно занимался сексом, что я уснуть не могла… э-э-э… но я там не присутствовала. Он сам. То есть не сам, а с другой женщиной. Но меня там не было. Я только слушала…»

Так что ли? Поэтому стратегия ответа просто «плохо спала» была наилучшим вариантом.

– Надя, давай-ка отойдём, – начальница поймала меня в коридоре и затянула в курилку. – Ты заболела? Выглядишь неважно.

– Ну что вы, Львова Микаэловна, я просто не выспалась. Жарко очень, не находите?

Я расстегнула верхнюю пуговку на блузке.

– Жарко? У тебя температура? – начальница потрогала мой лоб и, явно недовольная, нахмурилась. – Давай-ка домой, отлежись.

– У меня ещё баланс не готов.

– Дома доделаешь.

– Но…

– Никаких но! Мне тут больные не нужны. Перезаражаешь всех перед праздниками.

Мысль о том, чтобы прийти домой в разгар рабочего дня, где за стенкой будет трещать перфоратор и колотить молоток, не прельщала. Но, с другой стороны, образ мягкой подушки и одеяла стоял перед глазами. В конце концов, люди придумали такую классную штуку как беруши. Может, так мне удастся хоть немного вздремнуть?

Под сочувствующие взгляды коллег я отправилась домой. В ближайшей аптеке запаслась берушами, а в автобусе даже успела прикорнуть на плече какого-то дедка, который при моём пробуждении многозначительно поигрывал бровями. Нет уж, не настолько я отчаялась, спасибо.

Уже в парадной я старательно подавляла зевоту, тащась вверх по лестнице, а на своём этаже обречённо вздохнула, услышав жужжание пилы. Все мои надежды рушились. Я вспомнила, что хотела позвонить новому соседу с жалобой на ночной концерт его работника, но сил хватило только на то, чтобы снять ботинки и, заткнув уши, зарыться в одеяло. Ладно, дам этому Паше шанс на исправление. Может, этой ночью была разовая акция.

***

Очнулась я в полной темноте. Сквозь занавески светила полная луна, а тишина была оглушающей. Ой, ну конечно! Беруши! Я вытащила их из ушей и прислушалась.

Ничего.

Да к тому же я чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей и полной сил. Почувствовав голод, я отправилась на кухню и на скорую руку сварганила себе омлет, заварила ароматный чай и, сидя у окна, наслаждалась ночным видом. Тихо падал снег, поблёскивая в свете фонарей. Редкие окна горели тёплым светом.

Надо же, как мало человеку нужно для счастья – вкусная еда и спокойствие. Можно и поработать в тишине. Я открыла нужный файл на ноутбуке и принялась за редактирование, но как только я сосредоточилась на работе, уже знакомые звуки раздались за стеной.

– Ох! О-о-ох!

Им вторили уже знакомый ритмичный стук.

Справедливости ради, звучали они на пару тонов потише, но я тут же ощетинилась и захлопнула крышку ноута. Бодрость сменилась раздражением, а когда какофония охов достигла своего апогея, не выдержала. Сунув ноги в тапочки, я вышла на лестничную площадку и позвонила в соседскую дверь. К сожалению (или же к счастью?) она была достаточно массивной и не шла ни в какое сравнение с тонкими стенами хрущевки, поэтому за ней невозможно было расслышать ни какой-либо суеты, ни шагов, ни даже голосов. Спустя минуту я нетерпеливо стукнула кулаком в дверь, которая через мгновение распахнулась.

– Ой, – я отшатнулась и в первую секунду зажмурилась. Но взгляд успел выхватить всю необходимую информацию и продолжал посылать сигналы в мозг даже при закрытых глазах. На порог вышел голый по пояс мужчина, прикрытый лишь тонкой простынею, из-под которой выпирало нечто довольно грозное.

– Да?

Я приоткрыла один глаз, а за ним второй. Передо мной стоял ни много ни мало сын Геркулеса и Аполлона вместе взятых. Высокий, широкоплечий и мускулистый бородач. Тёмные волосы растрёпаны, голубые глаза лихорадочно сверкают, смуглая кожа блестит от пота, а покрытая волосами грудь тяжело вздымается, словно он только что пробежал марафон…

Стало даже не по себе, будто этот лесоруб сейчас набросится и на меня, затащит к себе в пещеру и…

– Вы что хотели? – мужчина поднял одну бровь. Кажется, я пялилась на него слишком долго.