Алёна Васильева
Коттабыч и нашествие бесов

Пролог

Уже второй день семнадцатилетний парнишка пробирался по незнакомому лесу. Кроссовки истрепались, на новеньких джинсах появилась длинная раздражающая прореха. Да и о былом цвете их оставалось разве что горестно вздыхать.

А еще – было абсолютно неясно, как из центрального парка тихого уютного прибалтийского городка можно было забрести в такие дебри. Смартфон, упорно пытавшийся найти отголоски сети, давно разрядился.

Прошлую ночь неудачливый скиталец провёл в грязном овраге, дрожа от страха и промозглой сырости. Сейчас он упорно карабкался в гору, надеясь осмотреться с возвышенности увидеть, наконец, город или хотя бы дорогу.

Выбравшись из-под сени деревьев, юноша уткнулся в неприступную с виду гранитную стену и почти сразу заметил узкий лаз с выбитыми в камне ступеньками, уводящими наверх, в полумрак. Приободрившись, он двинулся вперёд.

Очень скоро путник потерял счёт времени. Несколько раз он останавливался перевести дух. Снаружи этот проклятый склон выглядел совершенно не впечатляющим, но ступеньки всё не кончались. Паренёк переставлял ноги на одном лишь упрямстве и уже почти жалел, что прошлой ночью его не сожрал какой-нибудь не особо привередливый медведь.

В какой-то момент стены раздались в стороны, и он, не веря собственному счастью, услышал человеческие голоса. Прянул было всем телом вперёд, но так и присел за валуном, оторопело озираясь.

Каменная лестница вывела его в огромный грот, освещённый льдисто-голубыми сферами, висящими прямо в воздухе. У самой большой из них стояли двое: старик в длинной серебристой хламиде и высокий черноволосый мужчина в тёмно-синем плаще. От всего происходящего веяло то ли компьютерной игрой с крутой графикой, то ли голливудским блокбастером про чародеев. В любом случае, вылезать из-за камня и спрашивать дорогу совершенно не хотелось.

– Вчера предыдущие хранители Светоча завершили срок своей службы, – проскрипел старик, и эхо его голоса пробежалось под сводами. – Ты знаешь, что это значит для всего нашего народа.

– Знаю, – склонил голову молодой. – Я ощутил на себе последствия в полной мере. Полагаю, новыми хранителями лучше всего сделать драконов?

– Ну, если найдёшь… хе-хе… и поймаешь…

– Найду. Но, Отар, почему бы тебе не снарядить мне в помощь кого-то из наших?

– Игра с Лимбом должна идти по правилам. Законы мироздания незыблемы даже для нас. Ищи себе помощников среди смертных, тебе это хорошо удаётся, благодаря твоей… м-м… особенности.

– Найди кого-то ещё! Пусть хотя бы не я один буду заниматься возвращением душ!

– Ты же знаешь, большинство из нас готовы смириться, пустить всё на самотёк. Многим нравится их нынешнее состояние…

Возможно, этот прелюбопытнейший разговор продолжался бы и дальше, но в животе у притаившегося за камнем парня громко заурчало. Еще бы, два дня без жратвы! Три жевательные конфеты, найденные в заднем кармане, не в счёт.

Черноволосый мужчина развернулся, выхватил самый что ни на есть всамделишный меч и в несколько шагов оказался у камня. Выволок «шпиона» за шкирку и явил пред очи Отара.

– Погляди! – сказал он, – Светоч напоследок затянул кого-то прямо к нам. Одной душой больше.

– Стой, – поднял руки старик. – Не убивай его. Если мироздание решило подкинуть в колоду этой игры случайную карту, так тому и быть.

– О-о, – досадливо протянул обладатель меча. – Только не говори, что хочешь его просто отпустить.

При ближайшем рассмотрении выяснилось, что кожа у незнакомца очень светлая, а глаза – пронзительно синие. Только абсолютно неживые. Глядя в них, пойманный с поличным юноша не рискнул даже пискнуть что-нибудь в своё оправдание. Сразу ясно – бесполезно.

– Не просто, – старик приблизился, поднёс к лицу парня длинную палку с непонятными символами. Те начали светиться, полностью притягивая внимание. Взгляд всё время пытался зацепиться хоть за что-то знакомое. Вот, кажется, «икс»… или просто «х». Вот «и». Кажется, ещё «н» мелькнула. Символы затрепетали, перемешиваясь, сливаясь в светящийся водоворот.

«Хин», – повторил парень про себя, будто это что-то значило. – «Хин, хин, хин…»

ГЛАВА 1

Сегодня в Университете имени Герцена должна была проходить открытая лекция по психологии, и я, выскочив из дома в последний момент, торопилась на автобус.

Уже сейчас пора было всерьёз определяться с поступлением, чтобы в следующем учебном году начать подготовку к профильным экзаменам. Я всерьёз подумывала связать жизнь с помощью людям. Тем более – умение слушать и вникать в чужие проблемы, кажется, дано было мне чуть ли не с рождения.

Но неожиданная встреча, даже скорее находка, изменила не просто планы на день, а категорически всё.

На тротуаре у ограды небольшого сквера на Витебской улице лежал кот. Его ухоженная рыжая шерстка мягко золотилась в лучах июньского солнца, будто испускала собственный внутренний свет. Можно было предположить, что зверь попросту нагло дрыхнет, мешая пешеходам, но что-то было не так – то ли в безвольно вытянутых лапах, то ли в общем ощущении беспомощности и страдания, исходящем от зверя.

Иногда мне казалось, что я каким-то загадочным образом улавливаю эмоции других людей, но с животными такого контакта раньше не случалось.

Я остановилась, присела возле животного, осторожно тронула его рукой. Тёплый.

– Котик! Котик, ты живой?

Я очень надеялась, что тот проснётся, поднимется и вальяжно отправится по своим делам, но зверь лишь слабо пошевелился и сдавленно мяукнул.

– Котик! Только не умирай, слышишь?

Почему-то проблемы этого маленького постороннего существа вмиг обрели для меня вселенский масштаб. Конечно, не было и речи о том, чтобы отправиться дальше по своим делам, оставив кота без помощи.

Похолодевшими, вмиг вспотевшими от волнения руками я открыла на смартфоне карту и стала искать ближайшую ветклинику. Хорошо, что на карточке были кое-какие сбережения, любовно отложенные на летние каникулы.

К счастью, наш район не мог пожаловаться на плохую инфраструктуру и до клиники оказалось идти совсем недалеко. Минут десять быстрым шагом, не больше.

Бросив куртку прямо на асфальт, я постаралась максимально бережно перетащить на нее кота. Мало ли, какие у него там повреждения? Крови, вроде нет, но всё же… На руках его нести было бы неосмотрительно, а так получится что-то вроде носилок.

Так я и ввалилась в ветеринарку, с курткой в вытянутых руках, за неимением лучшего решения распахнув дверь ногой.

Несмотря на будний день, очередь всё же была. Наше появление вызвало жгучий интерес у здоровенного лабрадора с распухшей мордой. С соседнего кресла из переноски на нас хмуро, как грозовое облако, взирал массивный желтоглазый британский котище.

Подавив первый автоматический порыв вежливо присесть в углу, дожидаясь своей очереди, я кинулась к стойке регистрации.

– Пожалуйста, помогите! Я нашла котика, он почти не шевелится! Я боюсь, что он умирает!

Не задавая лишних вопросов, девушка-администратор метнулась в подсобку, громко выкликая какого-то Андрея Васильевича. «Экстренный случай», – донесся ее голос, а потом из дверного проема показался здоровенный бородатый мужик с татуировками на обеих руках и потянул руки к моему протеже:

– Давайте.

Я, честно, струхнула. Такому дядьке полагалось бы скорее гонять на мотоцикле с толпой приятелей аналогичной наружности, а не лечить мелкую живность. Но делать было нечего, я протянула ему куртку с котом и направилась к рядку стульев у стены. Только сейчас на глаза навернулись слезы. Прилив адреналина быстро отступал, оставляя после себя мерзкую щемящую слабость и чувство полной беспомощности.

Я старалась смотреть в пол, стыдясь поднимать глаза на людей, перед которыми так нагло влезла без очереди. Они ведь сюда тоже не просто так пришли. Только смаргивала набегающие слезинки.

– Ну, не плачь! – женщина с британцем вдруг тронула меня за локоть. – Андрей Васильевич – очень хороший доктор! Он наверняка сделает всё, что возможно!

Я шмыгнула носом и наконец подняла глаза.

– Извините, что я перед вами влезла.

– Ой, да ладно! – отмахнулась собеседница. – Нам только шов снять. Это подождёт.

– Вот-вот, – подал голос владелец собаки. – Когда мой балбес в первый раз морду в муравейник сунул, я тоже примчался в клинику как ненормальный, всех растолкал, мол – спасайте пса! Вот надо мной врачи-то смеялись потом. Но распух он тогда основательно. У меня по дороге все спрашивали, что за порода такая.

Я невольно улыбнулась.

– А сейчас что, снова муравейник?

– Не-е, это он с пчелой попытался подружиться. Дурень молодой, что с него возьмешь?

Мы еще немного поговорили, потом появился врач.

– Ну что, – сказал он. – Никаких переломов нет, внутренних повреждений тоже. Кот просто обессилен. Я бы предположил лёгкий тепловой удар и обезвоживание. Мы поставили капельницу, оставим его на ночь. Думаю, завтра будет уже как новенький. Забрать можно будет после двенадцати. Подойдите, пожалуйста, к Марии на кассу, оформите карточку пациента.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Ну вот, я же говорила, что всё будет хорошо, – подала голос моя соседка, скрываясь в кабинете. На прощание ее кот издал недовольное бурчание и одарил меня еще одним презрительным взглядом.

– Имя питомца? – спросила администратор.

– М-м, Рыжик? – предположила я, размышляя о том, хватит ли сбережений на оплату услуг врача.

– Возраст?

– Не знаю, я ведь его только что нашла.

Мария задумчиво побарабанила пальцами по столу. Заглянула в кабинет.

– Андрей Васильевич, сколько Рыжику лет навскидку?

– Ну, года три-четыре. Молодой кот, крепкий.

Когда карточка, наконец, была заполнена, а услуги – оплачены, я вздохнула с облегчением. Оказалось не так уж и дорого. Теперь предстояло еще одно испытание – рассказать родителям о том, что уже завтра у нас дома появится кот. Причем в максимально непререкаемой форме.

В конце концов, я ведь окончила учебный год почти на все пятёрки, почему бы и не выбрать себе подарок?

***

Назавтра я примчалась в ветклинику точно к полудню. Почему-то мысли о рыжем коте всю ночь вертелись в голове, не давая уснуть. Я как я умудрилась настолько к нему привязаться за столь короткий срок?

Нет, я, понятное дело, сочувствую бездомным животным и даже очень. Но не настолько, чтобы тащить их всех домой. Хотя иногда хочется, конечно.

Но с Рыжиком у меня сходу установилась какая-то особенная связь. Как будто удавалось даже уловить обрывки его ощущений… Очень странно.

Серьёзный разговор по поводу нового питомца, между прочим, так и не состоялся. Пятничный юбилей отцовского близкого друга плавно перетёк в посиделки с шашлыками на даче, и родители остались ночевать в гостях.

Ну не по телефону же такое обсуждать! Будет им сюрприз. Ой-ой…

С собой я прихватила старую истрёпанную переноску для животных: когда-то с нами доживала свои последние годы кошка дальней родственницы. Впрочем, их обеих я почти не помнила. А вот сумка осталась.

Администратор приветливо заулыбалась, стоило только переступить порог клиники.

– У вас совершенно замечательный котик! – с подозрительным энтузиазмом заявила она. – Просто солнышко! Сейчас я его принесу. Он чувствует себя уже гораздо лучше. Андрей Васильевич написал тут рекомендации по корму и витаминкам. Давайте переноску.

Я с сомнением сунула ей сумку. В луче солнца, проникающем через распахнутое окно, заискрились посыпавшиеся пылинки.

– А может новенькую возьмёте, пластиковую? Они гораздо надёжнее. У нас для клиентов клиники скидка десять процентов.

– Да нет, – пожадничала я. – Надеюсь, что мне его нечасто к вам таскать придётся.

– И то верно, – девушка скрылась.

Прошло три минуты.

Пять…

Наконец она вернулась, держа в вытянутых руках переноску. Та дёргалась, утробно урчала и растопыривалась во все стороны разом.

– Рыжик, – неуверенно позвала я. – Как ни странно, копошение тут же прекратилось.

Затворник неприязненно зыркнул и выдал несколько мявов явно нецензурной направленности. Впрочем, в моей голове пронеслось что-то похожее на вздох облегчения.

Нет, определенно, нужно больше спать!

Мы вышли на улицу. Судя по всему, путешествовать в переноске кот не любил: он изо всех сил прижал морду к сетчатому окошку, словно пытался просочиться наружу прямо сквозь мелкие ячейки. Да и с чего бы ему, уличному, быть привычным к такому способу передвижения?

Впрочем, золотистая шерстка выглядела ухоженной и сияла сегодня особенно ярко.

– Да ты и правда самое настоящее Солнышко, – пробормотала я, завороженно глядя на искристые переливы. Очень хотелось вытащить кота наружу и рассмотреть его целиком. Но вдруг начнет вырываться, убежит, попадёт под машину? Даже от мысли об этом болезненно сжалось сердце.

– Потерпи немножко, ладно? Нам до дома совсем недалеко идти. Я тебе уже вкусняшки всякие купила.

Зверь заинтересованно мурлыкнул.

Жаркий майский денёк и цветущие яблони располагали к долгой бесцельной прогулке, но нового питомца стоило отнести домой поскорее. Вдруг ему душно? Или страшно? И наверняка его толком не покормили.

Меж тем, на улице творились странные вещи. Впереди, за перекрестком, там, где должен был зеленеть небольшой светлый сквер со скамейками и детской площадкой, стеной стоял самый настоящий лес.

Что за ерунда?

Я глянула на табличку с названием улицы.

Союза Печатников, всё правильно. Прошла до самого перекрестка. Чтобы попасть домой, требовалось наискосок пересечь сквер и выйти чуть правее, на параллельную улицу. Но за пешеходным переходом влево и вправо, насколько хватало глаз, зеленел радостный летний лес. То там, то сям в него уходили утоптанные тропинки, по которым, как ни в чем не бывало, брели мамаши с колясками и другая праздношатающаяся публика.

Так! Похоже, доктору следовало показать меня, а не кота. Хотя бы ветеринару.

– Мяв-мяв, – ехидно подтвердили из переноски.

За спиной всё ещё серел город, но именно «серел». Было в нём что-то неприятное, нечёткое, даже пугающее.

Я посмотрела на руки, пошевелила пальцами. Не двоятся. Потрогала волосы. Вроде не перегрелась. Ущипнула себя за руку. Лес не исчез.

Всё любопытственнее и любопытственнее…

Тьфу, никогда не любила «Алису в стране чудес».

Из серого городского марева позади потянуло холодом. Слабый порыв ветра взъерошил волосы, неприятно дотронулся до голой кожи затхлым смрадом. Захотелось поскорее убраться. Куда угодно!

Да вон и мамы с детьми гуляют! Может быть, лес мне только мерещится? Если так, то с этим нужно будет разобраться позже. Дома-то всяко безопаснее! Или вообще уже голограммы научились делать, и тут проходит какой-нибудь футуристический праздник. Или глобальный пранк над горожанами. Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера!

Мысль про голограммы натолкнула меня на идею сфотографировать спонтанно возникшую лесополосу. Я поставила переноску с котом на асфальт и полезла в рюкзак за смартфоном. Никак не привыкну носить его в кармане, всё время кажется, что выпадет.

Ёжась от скользящих по спине прикосновений серого ветра (такое определение само пришло откуда-то извне), я уставилась на экран, выбирая идеальный ракурс. Ноги коснулось что-то мягкое.

Как этот рыжий гад сумел расстегнуть молнию изнутри – даже не представляю. Но из переноски он всё-таки вылез. Вальяжно потянулся. Нахально посмотрел мне в лицо.

– Котик. Рыжик. Солнышко… Кис-кис-кис?

Вот ещё! Злодей изо всех котьих сил, будто и не прикидывался вчера полумёртвым, рванул к загадочному лесному миражу.

Вот тут бы мне вздохнуть печально, вернуться домой по соседней улице (ведь где-то этот лес да кончается?) и спрятать опустевшую переноску обратно в кладовку. А потом, может быть, взять да завести маленького покладистого котёнка без тяги к приключениям. Но логика и разумные решения – удел взрослых, разве нет?

– Солнышко, кис-кис-кис! Стой, блин! Ну пожалуйста, стой! – я подхватила сумку и бросилась следом.

Кот задумчиво приостановился у границы деревьев, оглянулся.

«Не ходи. Серый ветер тебя не тронет».

Бр-р! Это что сейчас было?

Высоко задранный рыжий хвост замелькал в высокой траве, быстро удаляясь.

Не так уж и плохо ему вчера было, пожалуй. Симулянт рыжий! Догоню и выскажу ему всё, что думаю! Да и интересно ведь, чего уж кривить душой. Пройдусь хотя бы по опушке.

Не переставая звать кота, я ступила под кроны деревьев.

***

Лес оказался светлым и ярким. Воздух был наполнен ароматом незнакомых цветов. Создавалось ощущение молодой березовой рощи, хотя листья и стволы выглядели незнакомыми. Впрочем, я никогда всерьез не увлекалась краеведением, так что с уверенностью определить принадлежность окружающей флоры не взялась бы.

Окончательно убеждаясь в том, что меня окружает не голограмма, я дотронулась до нависающих над тропой ветвей. С гладкой коры вспорхнул здоровенный зеленый жук и вполне материально прожужжал мимо самого уха, вынудив шарахнуться в сторону.

Распушенный от волнения рыжий ёршик хвоста периодически мелькал в траве чуть поодаль. Кот явно заметил, что я иду следом, но в руки даваться не планировал. Как и удирать окончательно.

Когда я попыталась догнать зверя, он припустил от меня эффектным галопом, но разорвав дистанцию остановился, и стало ясно, что остается лишь идти следом, пока тому не надоест незапланированная прогулка. Всё-таки вряд ли после вчерашних капельниц он сможет протопать десяток километров без отдыха. Эх, надо было взять с собой какое-нибудь лакомство. А то накупила и оставила дома.

Пока что в меня вселяло надежду то, как много обычного городского народу заходит в лес. Значит мы не потеряемся. Если что, просто покричу, выйду к людям, а там уже сориентируюсь. Может быть, мне заодно подскажут, что за ерунда тут творится.

Но в первую очередь нужно поймать кота.

Переноска начала ощутимо оттягивать руку. Вроде и не тяжёлая, а нести неудобно.

Припекало солнце. Мелкая мошкара настойчиво липла ко вспотевшему лицу. Вроде бы не кусалась, но всё равно приятного мало.

Сильно хотелось пить.

Через час или около того меня настигла и другая проблема. Вполне естественная, собственно, потребность. Но способная доставить закоренелому городскому жителю кучу неудобств вдали от цивилизации.

Еще некоторое время я топала по тропе, надеясь неизвестно на что, потом сдалась и остановилась.

– Только попробуй потеряться окончательно! – прикрикнула я на кошака.

– Мр-рау, – отозвался тот и улёгся на поваленном стволе дерева метрах в десяти от меня. Нагло и недосягаемо. Я только вздохнула.

В рюкзаке вполне ожидаемо не оказалось ничего полезного для выживания в лесу. Туалетной бумаги, конечно, тоже. Ключи от дома да кошелек, вот и всё богатство.

В отчаянии я оглядела светлый прозрачный подлесок. На мое счастье поодаль обнаружились разлапистые заросли какого-то сорняка. Вроде бы, не борщевик. Оставалось надеяться, что и не его аналог.

Решив насущные проблемы, я направилась было обратно к тропе, где сиротливо валялись переноска и рюкзак.

– Тебе жить надоело, что ли? – остановил меня высокий девичий голос. Негромкий, но очень недовольный.

– Не-ет, – протянула я, оборачиваясь. Постановка вопроса не внушала доверия.

Стоило соврать хотя бы самой себе, что я не сразу увидела говорившую. Просто ради уверенности, будто мой мозг готов воспринимать только адекватную информацию. Но нет. Проигнорировать факт оказалось сложно: над лопухами висела маленькая, сантиметров сорок, зеленая фигурка с крыльями.

Фея?!

ГЛАВА 2

Незадолго до…

Сегодня погода выдалась еще гаже, чем в предыдущие несколько дней. Ветер уныло свистел среди серых каменных глыб, сколотых и острых, словно лезвия. Небо затянула равномерная серая хмарь.

Золотой дракон, неделю не видевший солнечного света, заметно приуныл. Чешуя потускнела, а от былого шкодливого задора не осталось и следа. Его Ледяной собрат тоже помрачнел. Одно дело – сверкающие снегом пики, до которых ещё топать и топать, и совсем другое – непрестанная морось, превращающая нехоженые глиняные склоны в скользкую грязевую ловушку.

Отряд, сопровождавший драконят к священной пещере, уже много дней пробирался по бездорожью. Путники с тупым упорством переставляли ноги, почти не переговариваясь и лишь изредка останавливаясь для привала. Несмотря на все их усилия, продвижение к цели неуклонно замедлялось.

Сумерки здесь спускались рано, но стылые ночёвки на жёсткой земле почти не приносили облегчения. Костры жечь было не из чего: низкий колючий кустарник и редкая жёсткая трава, покрывавшая склоны, почти не поддавались огню, даже когда за дело брался чародей.

Первое время он еще пытался поддерживать пламя, подпитывая его собственной силой, но вездесущий ветер всё равно уносил тепло прочь. Так что теперь специальный королевский отряд, направленный как водится, спасать мир, лишь наскоро ужинал сухарями и расползался спать под вкривь и вкось натянутыми между камнями навесами.

Агни поглядел на приметную горную вершину с тремя зубцами и горестно вздохнул. Если верить карте, до заветной пещеры осталось четыре-пять дней пути. Зябко надвинув капюшон поглубже, волшебник стряхнул дождевые капли с отросшей челки. Золотисто-рыжие пряди, всегда придававшие молодому человеку озорной и совершенно несерьёзный вид, сейчас повисли тусклыми плетями, серыми, как и всё остальное.

Он перевел глаза на улегшихся за большим валуном драконов. Чародея всегда забавляло, что те спят свернувшись клубками, словно домашние лисы. Золотой с Ледяным никогда по-настоящему не ладили, но сейчас дремали рядом, нарочито повернувшись друг к другу спинами.

Тоска пробежалась по сердцу Агни холодными жесткими пальцами. Как хочется поскорее завершить важную миссию и пуститься в обратный путь! Добраться – хотя бы через дни и недели, но добраться! – до тёплого сухого жилья, вдоволь выспаться под крышей и поесть, наконец, чего-нибудь горячего. Но драконы…

Молодой человек успел уже привязаться к этим своенравным и, чего уж греха таить, вредным созданиям. Хотя те были еще совсем молодыми, их телепатическая речь уже обретала смысл, а импульсивные и зачастую дурацкие поступки давали представление о формирующихся характерах.

Но драконятам предстоит «держать мир». Уже очень скоро они займут свои места в двух столпах света, пронизывающих священное место, и застынут, словно мошки в янтаре, на века и тысячелетия, не нуждаясь ни в пище, ни в сне. А когда срок их жизни, многократно продлённый волшебным сиянием, иссякнет, уже кому-то другому придется искать пару существ с достаточным запасом магической прочности им на замену.

Хотя может статься, в те времена погода здесь будет куда как получше.

Мимо волшебника, кутаясь в плащ, пробралась к своему навесу Нэйилинн. Вот уж кому наверняка приходится тяжелее всех!

Дочь богатого землевладельца, даже барона, увязавшаяся по глупости и молодости за загадочным горцем Исетом, наверняка мечтала совсем не о таких приключениях. Конечно, за одиннадцать месяцев путешествия та позабыла о красивых нарядах, научилась неплохо владеть лёгким одноручным мечом и освоила другие походные премудрости, но вряд ли дорога давалась ей легко.

Агни искренне не понимал, отчего Нэй не отстала от них в одном из городов. Неужели всё дело в неразделённой любви к главе отряда? Да не хватило бы ни у одной девицы терпения тащиться через весь континент за тем, кто и взаимности-то толком не проявляет! Изящную обходительность и заботу – да, но ничего больше.

Молодой человек попробовал представить себя в такой же ситуации и не смог. Ну не стал бы он сбивать ноги по следам какой-нибудь великой воительницы или чародейки, которая глядит на него, как на дитя неразумное. Или, может, еще не встретил ту самую? Тьфу!

Дождь застучал по натянутой над головой вощёной ткани с новой силой.

Да если б он знал, отправляясь в дорогу, что по пути к великому подвигу придется так изводиться, постарался бы отвертеться любой ценой. Мир спасать – это конечно важно и нужно, но мало ли для того других достойных?

Представив старших чародеев Совета, бредущих по промозглым предгорьям, Агни ухмыльнулся и заподозрил, что вовсе не великий талант подвиг их снарядить его в путь. Мудрые мира сего наверняка отлично знали, что прогулка получится не из приятных.

А драконов всё-таки жаль…

С этой мыслью он наконец задремал.

***

С утра дождь поутих, но тучи стали только мрачнее. Наскоро размявшись, чтобы согреться, и позавтракав, королевские посланцы продолжили путь.

Вскоре их взглядам открылось узкое, круто уходящее вверх ущелье. Отвесные скалы вздымались справа и слева. Постоянно приходилось концентрироваться, чтобы не сбить дыхание из-за непрерывного подъёма, но идти стало гораздо удобнее. Скользкая глиняная почва сменилась плотно слежавшимся каменным крошевом, а склоны частично прикрыли людей от ветра. Если раньше он налетал ледяными порывами со всех сторон, то теперь упруго толкал в спину, будто подгоняя, а к середине дня и вовсе стих.

Воины взбодрились и начали перешучиваться. Даже Нэйилинн стала с интересом осматриваться по сторонам. Только Исет хмурился и поторапливал. Ему резкая перемена погоды явно пришлась не по душе.

Когда вдали, над оставшейся позади болотистой равниной, глухо громыхнуло, Агни понял причину беспокойства горца и мысленно выругался. Он, как чародей, должен был бы первым учуять надвигающуюся грозу, но силы стихий всегда оставались его слабым местом. Если с огнём он подружился довольно быстро, – «из-за цвета волос он тебя за своего принимает», – посмеивались коллеги, – то с водой, ветром и, тем более, землёй, контакт давался тяжело.

Основной специализацией чародея была защита, и тут он действительно добился небывалых высот. В мгновение ока молодой человек мог воздвигнуть невидимый купол, который даже преподаватели академии сходу пробить не могли. Да и главной чародейке королевского двора, из интереса решившей испытать юное дарование, пришлось попотеть, пока она не нашла в заклинании брешь.

По праву гордился Агни и своим пологом невидимости. Именно его волшебство укрыло семь сотен отборных воинов, отправленных «в гости» к зарвавшемуся наместнику, уличенному в провокации смутных настроений на юге страны. Тот, увидев под своими окнами вооружённых ратников, быстро усовестился, покаянно отправился во дворец с заверениями в искренней преданности и с тех пор вёл себя тише воды, ниже травы. Этот случай даже вошел в курс лекций магической академии.

Молодой чародей тогда изрядно возгордился и решил, что в его жизни будет еще много столь же изящных и запоминающихся подвигов, а потому чуть не прыгал от радости, когда ему поручили нынешнее дело.

Но вот теперь по пятам шла гроза, и Агни ничего не мог с этим поделать. Лишь топал и топал вверх, сжав зубы и надеясь, что выход из ущелья покажется прежде, чем хлынет дождь.

Его надежды не оправдались. Небеса раскололи сверкающие бичи молний. Они полыхали так часто, что зрение даже не успевало восстановиться после очередной ослепительной вспышки. Хотя до темноты было еще далеко, путники двигались почти наугад. Драконы шипели и хлопали крыльями от особо громких раскатов грома.

Наконец стеной ударил дождь.

По ущелью сразу побежали ручьи, быстро превратившиеся в широкий поток, доходящий до щиколоток.

Стиснув зубы, Агни упрямо шел вперёд, уповая на то, что такая сильная гроза не может быть долгой.

В очередной раз громыхнуло. Раскатистый гул прокатился по небу и увяз где-то в горных пиках, порождая долгое эхо.

Позади раздалась громкая ругань. Оказалось, что Ледяной дракон шарахнулся от шума к правой скальной стене и забился меж огромных валунов. Двое воинов пытались выманить его оттуда, но ни уговоры, ни пинки на благородное животное не действовали.

Чародей, успевший уйти с остальным отрядом чуть вперёд, рванулся было помочь – контакт с драконятами у него был отличный – но его словно за шиворот кто остановил. Леденея от чудовищного предчувствия, он осознал, что слышит очередной громовой раскат уже несколько секунд, а тот и не думает утихать.

Что-то крикнул предводитель отряда, но глаза Агни уже сами выцепили катящуюся на них грязную волну, в которой и не разобрать было – то ли это вода, то ли сами горы стронулись с места, чтобы смести жалких букашек, потревоживших их покой.

Руки сами вскинулись в защитном заклинании. Невидимый купол охватил ближайшее пространство и, повинуясь инстинкту волшебника, вдавил людей и Золотого дракона в левую стену ущелья, защищая от несущейся сверху смерти.

«Второй купол», – сверкнула короткая мысль и тут же пропала. Было поздно. Поток, стронувший не только мелкое крошево, но и здоровенные валуны, уже нёсся мимо. За доли секунды он преодолел расстояние куда большее, чем то, что разделяло отряд с отставшим белым драконом и двумя королевскими гвардейцами. Кажется, это были Эйн и Верши.

Если бы они не были в момент заклинания так далеко…

Если бы стояли хотя бы с той же стороны ущелья, что и остальные…

Агни прижимался спиной к холодному камню, мимо него с ревом несся каменный поток. Волшебник даже не успел толком испугаться, но теперь, застыв в эпицентре стихии, понимал: «всё, это конец. Один дракон не починит мир. Для Светоча нужны двое. И это – только моя вина».

Он не знал, сколько прошло времени, но сель постепенно схлынул, а над головой словно в насмешку засияло ослепительно голубое небо.

Грязная вода ещё бежала по склону, но сбить с ног уже не могла.

Вяло махнув рукой, чародей рассеял защиту и сполз по стене, усевшись прямо в ледяную воду. Его дорожная сумка валялась тут же. Размотавшийся походный навес трепыхался в мутном потоке.

Будто сквозь пелену, маг слышал голоса спутников, но смысла шевелиться или как-то реагировать не видел. Спонтанно брошенное заклинание отняло немало сил, а навалившаяся безысходность и боль от гибели друзей мигом выжрали остальное.

Многие вечера проходили под весёлые похабные песенки Эйна. Тот, казалось, никогда не унывал и строил большие планы на дальнейшую военную службу. Верши, напротив, был рассудителен и спокоен. Дома его ждала жена и двое малышей. Теперь не дождутся.

Кто-то тронул Агни за плечо. Тот вздрогнул и медленно повернул голову. Исет глядел на него сверху вниз и был непростительно спокоен. Чародею жгуче захотелось вскочить и хорошенько садануть кулаком по этой безэмоциональной маске, но он лишь вяло дёрнулся и снова уставился на воду.

– Вставай, – сказал глава отряда. – Все уже готовы идти дальше.

– Зачем?

– Доведём начатое до конца.

– Второго дракона нет. Это конец. – Агни снова посмотрел на горца. – Ты хоть понимаешь, что все пропало? Мир скоро рассыплется! – срываясь, выкрикнул он.

– Может быть, – Исет и бровью не повёл.

– Да ты… – задохнулся чародей, рывком вскакивая. – Ты – жаба бесчувственная! Бесы тебя дери! Там, – он махнул рукой вниз, – где-то там – наши друзья. Нужно их найти, похоронить…

«Можно и себя заодно.»

– Поверь, каменный оползень уже отлично сделал это за тебя. Идём. До Светоча совсем недалеко.

– И что мы будем там делать? У нас только один дракон!

– Может, боги подскажут, – твёрдо ответил предводитель отряда. Агни показалось, что по его лицу на миг скользнула горькая усмешка, но возможно то была просто игра теней.

Впрочем, на следующем привале, уже в окружении необъятных снежников и под неумолчную песню ветра, Исет просто исчез, ни с кем не попрощавшись. Куда он ушел, оставалось загадкой. Кажется, последней его видела Нэйилинн, но она была совершенно не расположена говорить об этом.

***

Пещера Светоча Мира оказалась довольно тесной. Своды её нависали над головами путников, давили незримо и казалось – вот-вот рухнут.

У дальней стены серебрились два световых столба, будто солнце пробивалось лучами сквозь толщу горы, но никаких отверстий в потолке не было. Путники невольно сбились плотнее, раздались шепотки.

После недавней катастрофы они брели почти безмолвно, не в силах поверить в гибель товарищей почти на пороге заветной цели. Даже Золотой дракон, внезапно оставшийся в одиночестве, вёл себя непривычно тихо. Но сейчас, прикоснувшись к истокам мироздания, люди словно проснулись.

Рыжий Агни приблизился к одной из колонн света, потянулся к ней магией. Та откликнулась, тронула чародея ласковым теплом. Всё вокруг вдруг стало кристально ясным, а душа впервые за долгое время обрела покой и уверенность.

– Подведите, пожалуйста, дракона, – негромко попросил молодой человек, но слова громом отдались в гулком помещении.

– Что-то придумал? – вскинулась Нэйилинн. – Их ведь должно быть двое…

– Придумал, – маг коротко усмехнулся. – Боги подсказали.

Сейчас он не жалел ни о драконьей судьбе, ни о свалившихся на отряд злоключениях. Они все шли на важную миссию, осознавая опасности и риски. То, что должно – сделано. Мир не рассыплется. По крайней мере – ещё некоторое время.

Золотой дракон сам потянулся к свету, шагнул в него и замер, вытянув изящную морду вверх, чуть распахнув крылья, будто готовясь взлететь.

Маг Агни глубоко вздохнул и без всяких прощаний, чтобы не дать воли сомнениям и страху, вошёл во второй луч.

Срок жизни человека, даже волшебника, несоизмерим с драконьим, но магический потенциал поможет отсрочить неизбежное. Может быть, еще на сотню лет, а то и на две. Успеют вернуться домой и вырастить детей отважные воины, успеет осушить слёзы упрямая баронская дочь и, может быть, позабудет наконец своего бесчувственного горца. Много чего хорошего и плохого успеет произойти в мире, но пусть хорошего всё же будет больше.

***

Агни открыл глаза и совсем близко перед собой увидел землю. Да и не землю вовсе, а какую-то серую, гладкую, спёкшуюся массу, ровную и шершавую. В нос ударили резкие незнакомые запахи, а уши мигом заложило от непривычного шума. Какие-то скрипы, шелесты, гудки… Будто попал в гномью шахту. Только светло.

Всё тело ломило. Чародей попробовал опереться на руки и подняться, но увидел перед собой лишь короткие лапы, покрытые густым рыжим мехом. Лисьи? Да нет, маловаты…

– Котик! Котик, ты живой? – раздался сверху звонкий девичий голос. Чья-то рука мягко дотронулась до головы.

Попытка обернуться снова отдалась болью во всём теле, и Агни жалобно застонал.

– Котик! Только не умирай, слышишь?

Перед бывшим чародеем прямо в пыль шлёпнулась куртка с яркими полосами. Синюю и белую он видел отчётливо, третья была, кажется, красной, но цветовосприятие странно плыло, смещая всё в серый спектр.

– Тут совсем близко до ветеринарки, – бормотала совсем молоденькая русоволосая девушка, аккуратно перетаскивая зверя на плотную ткань. – Потерпи, пожалуйста, там тебе обязательно помогут!

«Всё-таки добра в мире больше», – подумал Агни. – «Это хорошо. А в этой вете… тьфу, как её… Там наверняка есть другие чародеи. Разберёмся», – и покорно закрыл глаза.

ГЛАВА 3

Итак, фея.

Сказать, что я обалдела, значило бы сильно преуменьшить. Но почти сразу же пришла твердая уверенность, что всё это – просто затянувшийся сон. Ни в каком я не в волшебном лесу! Скоро прозвенит будильник, и я, босиком прошлёпав на кухню, с упоением стану варить себе дорогой родительский кофе, чтобы потом варварски разбавить его сгущенкой.

А потом пойду в ветеринарку за котом.

Или его тоже не было?

– А если не надоело, то зачем ты трогала прамарант? Да еще с такой… кхм… целью?

– Кого трогала? А-а, вон те лопухи? А они всё-таки ядовитые? – ну, сон так сон. Поиграем по вашим правилам.

– Ты что, новенькая? – с сомнением спросила фея и подлетела ближе. Красивое личико из сердитого стало заинтересованным. Я обратила внимание, что крылья почти совсем не трепыхаются, лишь в воздухе вокруг вспыхивают мелкие искорки.

– Ну, смотря в каком смысле, – несмотря на нереальность происходящего я почему-то не хотела однозначно соглашаться или отпираться, пока не пойму, о чём идет речь. – Я вообще-то тут ненадолго. Просто за котом в лес забежала. Поймаю и сразу обратно.

– За котом…  – протянуло волшебное создание. – Ведьма, что ли?

– Нет.

– Ладно. Давай пойдём длинным путём. Вижу, одежда на тебе не деревенская. Ты из какого города?

– Из Питера.

Волшебное создание нахмурилось.

– Хорошо. А в каком мире твой Питер?

– В реальном! – вспылила я. – Чего вы меня допрашиваете вообще? Я кота заберу – и обратно! И вообще всё это – дурацкий сон.

– Ага, всё-таки новенькая, – невозмутимо заключила фея.

– Ну и что это означает? – спросила я. Очень хотелось поскорее оборвать беседу и проснуться, но любопытство пересилило.

– Тебе знакома концепция Лимба? – серьезно спросила летунья.

– Что-о? Вы намекаете, что я умерла? – меня пробрал холодный пот. Из уроков литературы это слово запомнилось даже слишком хорошо.

– Да нет! – она махнула рукой. – Просто Лимб – такое место в вашей мифологии, которое собирает в себя кого попало, без всякой определенной цели. Ну, или что-то вроде того. Твой мир ведь – Земля, правильно?

– Правильно, – я прислонилась к дереву, чтобы обрести дополнительную точку опоры. – Только не кого попало, а тех, кому в Рай нельзя, а в Ад – не за что.

– Не цепляйся к формулировкам. Важно другое. Это место собрало кучу иномирян. Никто не знает, по какому принципу вас сюда затягивает. Обычно гости стараются найти соотечественников и держаться вместе. Впрочем, людей это касается в меньшей степени. Ну, пробудешь подольше – разберешься.

– Я не хочу подольше, я домой хочу! – уныло сказала я, начиная подозревать, что проснуться не получится. – Родители вернутся, будут меня искать! Да и как же я – одна, без них, чёрт знает где? – на глаза навернулись слёзы.

– Ну тут уж, извини, ничем помочь не могу. Мир сам выбирает, кого затянуть, а кого выбросить.

– И совсем никак не попасть обратно?

– Возможно, повторюсь – только возможно, у тебя есть здесь какая-то задача, выполнив которую ты сможешь вернуться обратно. Но обещать не могу, прости. Многие вновь прибывшие живут здесь до конца своих дней. Но если тебя это утешит, бывают даже вполне счастливы. Семьи заводят, хозяйство…

«Так. Ладно. Это уже похоже на какой-то компьютерный квест. Пройду и вернусь… Наверно.»

Я вытерла слёзы и глубоко вздохнула пару раз, чтобы успокоиться.

– А где мне найти… ну… своих? С Земли.

– Поищи кого-нибудь в городе. Людей очень много. Больше, чем всех остальных. Хотя вы не настолько придерживаетесь своих групп, так что не гарантирую лёгких поисков. Я тебя сейчас выведу на тропу, а там топай прямо, не ошибешься.

– А тут не опасно? Расскажите хоть немного, что меня ждёт?

– Да не опаснее, чем в любом другом мире. Бандиты есть, конечно. Звери дикие. Гоблинов лучше не злить. В незнакомых зарослях не спать… И не делать в них того, что ты делала. А так в целом всё как везде.

– А магия? – осторожно спросила я.

– Ты сама как думаешь? – фыркнула фея, крутнувшись в воздухе.

Тут я почувствовала мягкое прикосновение к ноге. Вздрогнула, но оказалось, что это рыжий подлец наконец нагулялся. Пришел полюбопытствовать, куда-таки завел свою новую хозяйку. Сволочь.

Я взяла кота на руки и уткнулась лицом в тёплый пушистый бок. Стало полегче.

– Точно не ведьма? – уточнила фея, с опаской отстраняясь от кота. – Уж очень на фамильяра похож.

– Не выявлено, – процитировала я универсальный ответ для докторов.

– Ладно, пойдем, – вздохнула моя собеседница.

Я секунду постояла у переноски и решила ее бросить. Если это всё-таки сон, нет смысла напрягаться, а если нет, то не в интересах кота теряться. И его безопасность – наименьшая из моих нынешних проблем.

***

Фея не соврала. С малозаметной лесной тропы она вывела меня на довольно широкую и утоптанную дорогу, попутно рассказывая о том, как устроен Лимб.

Пока всё выглядело похожим на среднестатистический фэнтези-романчик а-ля средневековье. Есть города: центры торговли, полезных знакомств и всяческого мошенничества. Есть поселения, живущие огородничеством, скотоводством и охотой. Из непривычного – множество разных народов: демоны на севере в предгорьях, карлики, предпочитающие путешествовать по одному-двое, эко-люди…

– Эко-люди – это эльфы, что ли? – уточнила я.

– Не-а, эльфы сами по себе. Они почти ни с кем не общаются, – махнула рукой спутница. – Эко-люди – они такие, как бы сказать, странные. Встретишь – не спутаешь. Большинство из них, кстати, с Земли в разных её вариациях.

На фоне эльфов и демонов загадочные экоактивисты не показались мне чем-то выдающимся и тем более «странным», но спорить я не стала.

– А гоблины, демоны, кто там ещё, олицетворяют силы зла? И нападают на мирные поселения?

Фея поморщилась:

– Ты вот отучись, пожалуйста, сразу делить всё на черное и белое! Насколько я понимаю, в твоём мире есть книги об этих существах. И все они ведут себя совершенно определенным образом. Например, эльфы – хорошие, орки – плохие, фейри – коварные и всё в таком духе. Правильно?

– Ну, вроде того.

– А вот теперь представь, пожалуйста, что сюда, к нам, попадает не армия орков разом, а один единственный их представитель. И вместо того, чтобы с порога начинать творить злое зло, он должен как-то привыкать, приспосабливаться, выстраивать свою жизнь в совершенно новом мире. Вполне вероятно, что он станет воином, потому что умеет это лучше всего (и то – не факт). Но против кого он станет применять своё оружие – это уже очень большой вопрос. Потому что на первый план выходят индивидуальные черты.

– Ну ладно. Но он же не один сюда попадает, так? Со временем найдёт своих и…

– Что «и». Кто-то из них здесь уже десять лет сеет хлеб. Кто-то обучает деревенских детишек основам боя. Кто-то вообще за книги засел. Нету плохих и хороших народов. Есть только поступки и решения каждого конкретного существа. Или ты считаешь, что все люди изначально хорошие?

– Не считаю, – я смутилась. – Но, если уж мы взялись обсуждать орков, неспроста же их всегда описывают злыми и опасными? Да и вообще, я была уверена, что их выдумал писатель из нашего мира. А теперь что же получается – он здесь был и сам их видел?

– Может быть. Хотя я предполагаю другое. Не он их видел, а любая озвученная многократно мысль, и тем более – книга, создаёт миры. Чем больше людей о них знает, тем они обширнее и надёжнее. У нас всё время появляются новые создания, о которых никто никогда раньше не слышал. Но тех же орков и эльфов – сравнительно много. Фейри, драконов, чародеев – тоже. А вот, не знаю, вендиго, змеев Горынычей или лис кицунэ – куда меньше. Возможно, о них думает или пишет гораздо меньше народу.

Мне стало немного обидно. Вроде, живу в большой стране с богатой историей и мифологией, а Горынычи у них, видите ли, непопулярны. Впрочем, ничего не попишешь, европейский фольклор распространился по всему миру. Как и почему, – вопрос десятый. Но даже у нас молодые писатели скорее опишут какого-нибудь Джона, скачущего по фьордам, чтобы спасти прекрасную даму от дракона, чем Ивана, добывающего меч-кладенец для битвы с Кощеем. Где-то мы свернули не туда…

Всё это тут же натолкнуло меня на другую мысль:

– Выходит, мой мир первичен?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, раз здесь появляются существа, описанные в нашем мире, значит это именно мы их придумали?

– Ну, может быть. Если только однажды кто-нибудь восьмиглазый и четырёххвостый в порыве вдохновения не придумал забавных существ под названием «люди».

– Вот ещё! – какая возмутительная идея. – И вообще, чего нас выдумывать? Нету в нас ничего «забавного».

– О-о, ты серьёзно? – фея расхохоталась.

– Ладно. Я поняла. А с языками что? Я смогу вообще объясняться с окружающими?

– Об этом не беспокойся: все понимают всех. Это одно из свойств Лимба. Могут, конечно, проскакивать особо заковыристые выражения, но это больше у древнейших рас. И там по интонации скорее всего будет ясно, что имеет в виду собеседник. Переспросишь, если что.

Да уж, интересное место. И куда же мне пристроить себя в таком мире? Как заработать на жизнь? Ни пахать, ни прясть, ни даже воровать я не умею. Боевым искусствам не обучена. Даже костер при помощи подручных средств, наверно, разожгу далеко не с первой попытки.

Надо найти других людей с Земли. Только станут ли они помогать просто так, за здорово живешь? Если русских встречу – может и приютят. А американцы какие-нибудь? Или немцы?

Хотя нет, стоп! Возможно и правда стоит отвыкать судить людей… тьфу, любых живых существ судить… по месту рождения и внешнему виду. В конце концов, тут все в одной лодке. Не имеет значения, кто кем был раньше.

– Пожалуйста, посоветуйте мне что-нибудь, – попросила я.

– Легко! Не сиди на холодном – застудишься, – съехидничала фея и снова засмеялась, глядя на мое обиженное лицо. – Ну хорошо. Тебе надо подумать, что ты умеешь. И попробовать этим заработать. Если не выйдет, припомнить что-нибудь другое. На милостыню долго не протянешь, да и не любят в городах новеньких попрошаек. Там уже всё поделено между местными.

– Но в том-то и дело, что ничего я особо не умею! Даже не решила, куда после школы буду поступать. Какое уж тут ремесло?

– В таком случае могу тебе наколдовать одежду… м-м, как бы так выразиться… барышни сомнительных моральных устоев. Они всегда нужны. А ты молоденькая, симпатичная. Глядишь, зацепишься за какого-нибудь богатея, да и неплохо устроишься.

Я внимательно посмотрела на летунью. Нет, не издевается.

Прямо скажем, никакая из нее поучилась фея-крёстная. Хотя, с другой стороны, Золушка ведь почти так и поступила. Чёрт! Никогда не рассматривала сказку с этой стороны.

А мироустройство – совсем как у нас. Некоторые одноклассницы себе как-то так грядущую жизнь и представляют. Найти папика и кататься по курортам за его счет.

– Мне эта идея что-то не очень нравится. Может есть ещё варианты?

– Ну вот была бы ты ведьмой, было бы проще, но отпираешься же!

– Да что вы заладили? Нету у нас в мире магии, и все ведьмы – шарлатанки, которые просто тянут из людей деньги. Стойте! А здесь такое тоже сработает?

– Почему бы и нет? Люди-то одинаковые, – беззаботно пожала плечами волшебная провожатая.

– Так, уже лучше. А как тут у вас, не жгут за ведьмовство?

– Фу, какое варварство! – возмутилась спутница. – А у вас жгут?

– Ну, сейчас уже нет, а так – были времена.

– Жечь не будут. Ну, поколотить могут, если на обмане поймают. Или из города выгнать. Или камнями забить, если совсем не повезёт. Тут, как и с любым обманом – по грани ходишь.

– Похоже это мне тоже не очень подходит, – перспектива избиения камнями не вдохновляла.

– Погоди пугаться, может тебе и врать-то не придется. У тебя же такой кот!

– А что – кот?

– Кот – по определению – существо необычное. Их знаешь сколько на весь наш мир? Может, едва десяток наберется. А твой – так и вовсе какой-то особенный. Никак не пойму, в чём тут дело. Понимаешь теперь, почему я так настойчиво тебя спрашивала о ведьмовстве? Ну-ка, погладь его!

Рыжик к этому времени уже давным-давно удобно устроился у меня на плечах, свесил лапы и вполглаза дрых. Я послушно потянулась рукой наверх и почесала его по большой круглой башке.

– Теперь щелкни пальцами.

Я щелкнула. Посыпались маленькие едва заметные искорки, как те, что кружились вокруг феи.

– Ой! Что это? – ничего умнее мне в голову не пришло.

– Видимое проявление магии. Любые предметы с волшебной аурой, живые существа и заклинания при взаимодействии с чем-то проявляют себя таким образом.

– Так что же это, я теперь умею колдовать? – настроение резко пошло вверх.

– Ну нет! – рассмеялась спутница. – До «колдовать» тебе еще ой как далеко. Если вообще освоишь когда-нибудь это искусство, с твоим-то неверием! Но на спецэффекты пока хватит. А с них ведь всё и начинается, верно?

– Вы много слов из моего мира знаете, – заметила я. – «Спецэффекты» вот, да и другое…

– Так я сколько ж на свете живу? – тяжко вздохнула собеседница, – Навидалась вас, разных.

– А сколько? – заинтересовалась я, отбросив приличия.

– Как сказать… наша жизнь отличается от человеческой. Весной, с нарождающейся травой и тёплыми солнечными лучами мы открываем глаза, расправляем крылья и кружимся в потоках воздуха до поздней осени. Потом приходят холода, а с ними – долгий и тёмный сон без сновидений. И снова весна. Мне кажется, что каждый раз я – новая, только что рожденная. Но память и знания сохраняются. Так что лет мне, вероятно, столько же, сколько и этому миру. Если не больше. Вот так.

Я не нашла, что ответить. Наверно непросто веками в одиночестве скитаться по лесам и полям, периодически наставляя на путь истинный свалившихся на голову идиотов, вроде нас с котом. Хотя, если представить её просто как компьютерный бот, созданный для первичного инструктажа персонажей, то уже не так всё и грустно.

Всё, что когда-либо было выдумано, обретает где-то жизнь. Вот и фея-инструктор подгружается по мере необходимости.

Да нет, ну невозможно ведь воспринимать такое всерьез!

Я честно попыталась вспомнить, не соглашалась ли на участие в тестировании какой-нибудь новой супер-реалистичной компьютерной игры перед тем, как мне привиделся загадочный лес. Безрезультатно.

– Ну всё, – заявила спутница. – Теперь шагай по прямой до города, все перекрестки и развилки игнорируй. Нужная дорога – самая широкая. Ближе к цели и народу побольше будет. Если засомневаешься – не стесняйся, спрашивай.

– А долго идти?

– Часов за пять-шесть доберешься.

– О-о, – протянула я. Ноги и так уже гудели, хотелось есть и пить. Шея под котом вспотела и чесалась.

– И давай так. Я тебе сейчас кое-что дам с собой, несмотря на то что ты испоганила мои кусты. Но будешь мне должна. Ясно?

– Ясно, – обреченно согласилась я.

– Во-первых, одежда. Ходят у нас тут в разном, женщиной в штанах никого не удивишь, но раз уж ты ведьма, потребуется что-то более приличное. Например, вот.

Вокруг меня закрутилось искристое марево, кот молниеносно спрыгнул и забился под ближайший куст, а джинсы с майкой превратились в бесформенное одеяние по щиколотку, расшитое таинственными символами. На поясе забренчали птичьи черепа и какие-то подозрительные мешочки.

– А что означают эти надписи? – спросила я, зачарованно разглядывая красивущие рукава.

– Да бесы их знают, – отмахнулась фея. – Но ты придумай что-нибудь соответствующее.

– Ещё вот карты возьми. Гаданием проще всего людей привлечь, – мне в руки легла толстая колода больших и бывалых с виду карт, оформленных в том же стиле, что и одежда.

– Спасибо.

– С деньгами сложнее. Их я наколдовать не могу. Только превратить твои собственные – в здешние. Есть у тебя с собой монеты?

– Нет… Только вот это, – я вытащила из кармана рюкзака банковскую карточку.

– М-да. Ладно, давай посмотрим.

Маленькая чародейка окутала пластиковый прямоугольник целым снопом сверкающих искр. Тот закрутился в воздухе, затрещал, запульсировал, и в дорожную пыль один за другим упали несколько металлических кругляшков.

– Надо же, получилось, – удовлетворенно пробормотала фея. – Но как придёшь в город – потрать всё подчистую, на завтра не оставляй. Они, конечно, обратно уже не превратятся, но и надолго у тебя не задержатся.

– А одежда и карты тоже исчезнут? – с опаской уточнила я.

– Нет, это статичный эффект. Только с деньгами у нас проблемы. У всех, кто имеет дело с магией, – уточнила новая знакомая на мой вопросительный взгляд. – Между прочим, специалисты твоей профессии предпочитают натуральный обмен – оплату едой, тканями, услугами. Не держатся деньги рядом с волшебством. Мне вот и в руки-то их не взять, а от чародеев они просто уплывают при первой возможности.

– Понятно, – сказала я. – Спасибо огромное! Меня, кстати, Кристиной зовут. А вас?

– А вот с этим ты поосторожнее. Не нужно каждому встречному имя называть. И моё тебе ни к чему. Лучше прозвище придумай, чтобы никто из тебя марионетку не сделал или ещё чего похуже.

– А что, и такое возможно?

– А ты можешь себе такое вообразить? – ответила вопросом на вопрос волшебница.

– Могу.

– Ну, значит, это есть. Подходи к нашему миру с такой позиции, и будешь примерно понимать, чего ожидать.

После этого она просто исчезла. Как и не было. Только искорки осыпались, бесшумно растворяясь в траве.

Всё-таки типичная фея-крёстная, – подумалось мне. – Вот тебе одежда, вот деньги, только потрать всё до полуночи. И даже волшебный кошак в помощь. Ладно, попробуем с этим как-то прожить.

Непрошенное «попробуем прожить» снова всколыхнуло волну отчаяния. Я представила, как родители, вернувшись домой, тщетно обзванивают общих знакомых. Как мама, рыдая, даёт показания хмурому полицейскому, а папа молча держит ее за плечо. И как я совсем одна скитаюсь по дорогам чужого мира с тощим котом в поисках чёрствой корки хлеба.

С полчаса я сидела в пыли прямо посреди дороги, размазывая слёзы и изо всех сил пытаясь проснуться. Кот влез на колени, усердно мурча. Я яростно наглаживала его, рассыпая снопы магических икорок, но никто так и не пришёл, чтобы спасти нас обоих и за шкирку вышвырнуть в привычную реальность.

Наконец я продышалась и тяжело поднялась. Если уж вариантов нет, остаётся действовать. Постепенно, шаг за шагом, не отвлекаясь на бессмысленные метания. Если это какой-то странный квест, я пройду его и вернусь. И чем скорее начну – тем лучше. В конце концов – исходные условия могли быть куда хуже.

Еще мелькнула мстительная мысль, что Наташа, заводила из класса, матерящаяся, разгульная и курящая уже года три, точно выбрала бы наряд путаны. Но дальше все мысли вытеснило монотонное перебирание ногами. Кот иногда бежал рядом, иногда просился на руки, но в целом не пытался потеряться и вообще вёл себя как приличный магический фамильяр.

ГЛАВА 4

Далеко-далеко на юге прогремел гром. С огромного камня упала в траву слезинка, другая… Гранит задрожал и пошёл трещинами. Порыв ветра пригнул кроны деревьев, а гром зазвучал заметно ближе. Наконец камень рассыпался, и из крошева осколков вылетела большая птица. Освещенная вспышками молний, она переливалась всеми оттенками неба: светло-серый – утро, прозрачно-голубой – солнечный полдень, тёмно-синий – вечерние сумерки и иссиня-черный – бархатная, напоенная пением цикад, ночь…

Безжалостный ветер прошелся по деревьям ледяной плетью, подхватил синюю птицу и понёс её прочь, на север, вместе с ужасной бурей, какой давно не помнили здешние места.

Ближе к рассвету ветру надоела блестящая, но безвольная в его руках игрушка. Перед покосившимся частоколом маленького селения он бросил промокшую и обессилевшую птицу в грязь. Всё, что она успела сделать, падая, – выставить перед собой крылья… руки… А потом наступила темнота.

Никто не слышал и не видел её падения. Люди прятались от непогоды в домах, пожарче натапливали печи и вспоминали заговоры от злых сил. Тихонько хныкали напуганные невиданной грозой дети. Старики беспокойно качали головами и гадали, не пришёл ли обещанный буквально каждой религией конец света. Молились шепотом своим богам, стискивали амулеты.

В Горбунках, впрочем, как и везде в Лимбе, спокойно уживались представители самых разных конфессий и взглядов. За долгие годы пребывания в этом насильственно-гостеприимном мире, где пришлые иноземцы встречались чуть ли не на каждом шагу, люди научились сквозь пальцы смотреть на чужие странности. Что, впрочем, не мешало им, как сельским жителям, с подозрением относиться ко всему новому, опасаться сглаза, порчи и нечисти.

Тем более, что нечисть нет-нет, да и выползала из леса постращать одиноких путников.

ГЛАВА 5

К тому времени как впереди замаячил город, мне уже хотелось лечь и умереть от голода, жары и усталости. Ноги жутко болели, несмотря на удобные кроссовки. Обувь фея, к счастью, не сильно изменила, только придала ей более естественный в местных реалиях вид. Но всё равно я привыкла перемещаться на большие расстояния исключительно на транспорте. Турпоходы и пробежки меня никогда не прельщали. Сейчас пришлось об этом пожалеть.

Было так паршиво, что начала ныть голова, но по дороге мне не попалось ни ягод, ни фруктов, которыми можно было бы утолить хотя бы жажду. Здесь, похоже, тоже заканчивалась весна, и до урожайного сезона было ещё далеко. Да и скверная это идея – есть что попало в незнакомом мире: наверняка и ядовитой дряни здесь хватает.

Кое-как я доползла до ворот, предвкушая неприятный разговор с привратниками. Судя по читаному мной в больших количествах фэнтези, они должны были оказаться очень неприятными людьми.

Но никакой охраной тут и не пахло. Редкие прохожие свободно заходили и выходили. В основном, пешком. Мое воображение поразила небольшая тележка, которую тащила птица. Здоровенная, похожая на страуса, с шикарными черными перьями. Кот, напротив, не оценил эффектное животное, перепугался и вцепился всеми когтями мне в плечи.

Рядом с телегой шел круглолицый мужичок в широких серых штанах и просторной вышитой рубахе. Он увидел мой интерес, дружелюбно улыбнулся и кивнул. Я решилась подойти.

– Здравствуйте. Красивая у вас птица!

– Да-а, это точно! Красавица! И не поверите, случайно урвал. Таким она заморышем была, самая мелкая из всего выводка. Сначала и не посмотрел на неё, а потом такая жалость взяла! Да и продавец полцены скинул. Сейчас бы, наверное, локти грыз, – собеседник рассмеялся.

– Повезло, – улыбнулась я, – было приятно, что мужчина обратился уважительно, на «вы». Наверняка всё дело в моём модном прикиде.

– А вы ведь колдунья, я правильно понял? Сглаз там можете отвести, порчу?

– Ну, я вот как раз закончила обучение и иду в город, чтобы там устроиться, – чуть покривила душой я, только сейчас окончательно осознав, что кроме вытрясания искорок из кошачьей шерсти ничего не умею. Ох и сложно же будет пудрить людям мозги! Хоть бы какой-нибудь простенький фокус разучила под присмотром феи…

– А-а, обучение – это хорошо, хорошо! – мужчина разулыбался ещё сильнее, ответ ему явно понравился, – Вы не сочтите за труд, как устроитесь, пошлите мальчишку ко мне, скажите, как вас найти. Я в зерновых рядах буду, пусть Маркана спросит. А то тут такое дело – есть у нас в посёлке ведунья, тут недалеко, километра три на юго-восток. Но она, простите уж за такие слова, старая карга прибабахнутая. Мало того что цену заламывает, как не всякая городская, так ещё и соображает всё хуже и хуже. А у меня жена и три дочки на выданье. Вы ж понимаете, им то одно, то другое, без волшебства никак. Может, мы с вами лучше сработаемся, а?

– Сработаемся, – согласилась я. Ну не отказываться ведь, верно? Вот, ещё в город не вошла, а у меня уже первый клиент. – Только чуть-чуть обживусь, и сразу вам сообщу.

– Чудесно! – обрадовался селянин. – А как мне вас называть?

– Кри… Крис. Просто Крис, – я почти вовремя вспомнила, что называть своё имя нельзя. Интересно, а сокращение – тоже опасно? Жаль, не спросила. Ну ладно, буду Крис. Вроде, оружие такое есть. По крайней мере в компьютерных игрушках.

– Договорились, Крис! – за разговором мы вошли в город. Я остановилась чтобы оглядеться, а Маркан весело помахал рукой и пошел дальше. Приятный мужик. Вроде бы, мое пребывание здесь начинается совсем неплохо. На волне новых эмоций я даже забыла про голод и усталость. Минут на пять.

Городская стена, неровно облепленная растрескавшейся глиной, совершенно не впечатляла. По ней густо полз какой-то местный плющ с мелкими розовыми цветами. Куда там многометровым конструкциям, которые безуспешно штурмуют в кино всякие орки и другие враги! Кстати, интересно, есть здесь хоть какие-то условные «силы зла»? Да хоть захватчики-кочевники.

Если есть, то город не продержался бы против них и часа. Высота стены – полтора человеческих роста максимум. Да и толщина так себе. Даже никакой жутко эпической крепости не наблюдается. Так, проглядывает над крышами круглая башенка этажа на три.

Нет, похоже, тут не воюют. И это хорошо.

Домики ближе к окраине были поналеплены плотно, и строили их кто во что горазд. Некоторые покосились и оказались подперты обтесанными толстыми бревнами. Красивых бревенчатых срубов и каменных особняков здесь не водилось. Хотя, вдали, ближе к башне, вроде бы просвечивали симпатичные яркие крыши. Я решила непременно наведаться туда. Но в первую очередь – где-нибудь поесть и напиться воды!

Ветер доносил непривычные и разнообразные запахи. Я опасалась, что тут царит глухое средневековье с его пресловутыми помоями на улицах, но всё выглядело не настолько ужасно. Откуда-то тянуло ароматом хлеба, почти отовсюду – чистым древесным дымом, как на даче, когда растапливают баню. Периодически откуда-то приносило кислую вонь испортившихся фруктов, из тёмных проулков между домами тоже тянуло очень неприятно, но с таким и в Питере можно столкнуться.

Кота я взяла на руки, чтобы он не потерялся и не попал кому-нибудь под ноги. Люди смотрели на меня с интересом, но без опаски. Некоторые улыбались и кивали. Хорошо, что у меня такой красивый костюм! Похоже, ведьмы пользуются здесь уважением.

Людей было не слишком много, так что толкаться не приходилось. Чтобы не бродить бесцельно, нагружая и без того уже еле передвигающиеся ноги, я подошла к опрятным бабушкам, сидевшим, как водится, на лавочке, и внимательно обозревавшим улицу.

– Здравствуйте. Не подскажете, как мне найти рынок?

– Да вот, если прямо идти, а потом по Литейной улице налево, то сразу в него и упрётесь, – махнула рукой одна.

– Вы не спутаете. Там еще такой некрасивый дом – синий с красной крышей. Вот возле него-то и надо налево поворачивать, – добавила другая.

– Спасибо, – поблагодарила я и собиралась быстренько пуститься за вожделенной едой, но меня остановили.

– Деточка, а вы же, наверно, магичница, да? – спросила первая бабушка.

– Н-ну, да. Учусь вот ещё, – милым старушкам врать не хотелось, заранее портить себе репутацию – тоже.

– У меня тут спину сегодня с утра прихватило, да так и не отпускает. Еле сижу. Вам же с такими хворями – раз плюнуть справиться, а? Уделите бабуле минутку, я в долгу не останусь.

Я слегка запаниковала. Ведь ничего же не умею! Что делать? Отказаться, сказать, что спешу? Так они же отлично видели, как я бреду нога за ногу, озираясь с разинутым ртом.

Ладно, надо попытаться, у меня ведь в конце концов с собой магический кот! А если не выйдет, скажу, что случай сложный, и отправлю её к нормальному специалисту. Наверняка у них тут есть кто-то. Терапевты всегда так поступают, вполне рабочая практика.

– Давайте посмотрим, – я чуть взъерошила шерсть коту и пощелкала пальцами. Посыпались искры.

– О-о, – хором протянули бабульки. Может, окажется достаточно хорошего шоу и самовнушения?

– Вы только котика держите и гладьте, ладно? – я вручила болящей бабульке урчащего Рыжика.

– А не кусит? – спросила та, с опаской принимая его.

– Не-е, он у меня воспитанный! – кошак и правда казался мне исключительно добродушным. Случай с запихиванием в переноску – не в счёт. Тем более, я не видела, что происходило в подсобке ветклиники на самом деле.

Я потянула за рыжую шерстку. По такой жаре пух отходил легко, так что кот даже не заметил. Приложила руку с искрящимися волосками к пояснице бабки и стала водить по кругу.

Надо бы еще бормотать что-то невнятно-завораживающее и, желательно в стихах. Так. Ну, давай, думай!

– За шерстинками долой, уходи плохая хворь, потеряйся за горой, не ходи на этот двор.

Так себе поэзия, конечно. Но на большее меня просто не хватило.

К моему удивлению, лечимое место заискрилось, рука ощутимо нагрелась.

– Ой! – пискнула моя пациентка и выпрямилась. Повернулась вправо-влево – И всё, что ли? Ничего себе! Этот, прости господи, чмырь с соседней улицы ходил-ходил вокруг, веником каким-то тряс, и толку – тьфу! А тут р-раз, и всё прошло! А далеко вы устроились, госпожа колдунья? Мы теперь только к вам ходить будем!

Я обалдело отступила на шаг. Неужели и правда помогло? Да не может быть! Я и минуты не потратила. Может это такое самовнушение у неё? Нет, всё-таки что-то со спиной под моими руками происходило. Значит и учиться вовсе не обязательно? Да таким образом тут состояние сколотить можно! Главное не ощипать кота совсем до лысого состояния.

– Сейчас я за денежкой сбегаю, – засуетилась бабка. – У меня немного, конечно, припрятано, но уж сколько есть, столько и отдам. Хорошо вы меня вылечили! Давно себя, как молодая, не чувствовала!

– Да не надо денежки, – я вспомнила совет феи. – Мне бы водички.

«А то так есть хочется, что даже переночевать негде.»

Просить еды за минутную тестовую работу было стыдно, брать деньги – тем более. К тому же, раз рекомендован натуральный обмен, зачем пренебрегать правилами?

– Только водички? – недоверчиво спросила бабуля. – Может, молочка тогда, хлебушка, мёда?

В животе предательски заурчало.

– Да стесняется она, не видишь? – поднялась со скамьи вторая женщина. – Давай, веди в дом!

Меня провели в маленький домик, который изнутри оказался куда уютнее, чем выглядел снаружи. На столе сразу появились глубокие деревянные миски с мёдом, сметаной и еще чем-то неопознанным, розовым, похожим на желе. Передо мной положили большой кусок серого, но ароматного хлеба. От молока я всё-таки отказалась, не будучи уверенной, что желудок среагирует на него адекватно. О пастеризации здесь явно не слышали, а бегать по городу в поисках местных «удобств» (они ведь тут есть, правда?) совсем не хотелось. Как и бегать куда-либо вообще. Ноги, кажется, превратились в гудящие ватные палки.

– Так где же вы остановились, на какой улице? Вы же недавно у нас, правильно? Раз не знаете где рынок, – допытывалась вылеченная бабуля, пока я жевала хлеб с медом, осторожно запивая всё это ледяной колодезной водой. Кот молоком не пренебрег и громко лакал его тут же, под лавкой.

– Да нигде ещё, – вздохнула я. Только пришла в город.

– А-а, так вы к кому-то из городских магичников, да? Ста-жи-ро-ваться? – женщина по слогам выговорила сложное, явно неродное слово, заметно гордясь собой. – Как по мне, так вы большинство из них с закрытыми глазами переплюнете.

– Спасибо, – было правда очень приятно, хоть и совершенно незаслуженно, – Нет, не стажироваться. Я сама по себе. Не знаете, где мне комнату стоит поискать? Так, чтобы не очень дорого?

Я невовремя вспомнила, что все мои деньги действительны максимум до завтрашнего дня. И как в таких условиях платить за жилье?

– Отчего ж не знаю? Знаю! У Акимовны вон племянница одна живет, в пристройке. И комната у неё есть свободная. Маленькая, но светлая. А живите бесплатно, сколько надо. Верно говорю, Акимовна? Только мы к вам тогда без очереди будем ходить, если что, договорились?

– Ой, ну это неудобно, за бесплатно напрашиваться, – смутилась я.

– Да глупости, – отмахнулась та, которую назвали Акимовной. – Марысе-то компания не повредит. В девках она засиделась, понимаете? Совсем мозги не в ту сторону, всё надеется того, «прекрасного» встретить. Вот и перестали к ней нормальные парни ходить. А так – к вам клиенты потянутся, может, и приглядит кого. И вообще, может, на ней этот… венец безбрачия. Вы-то сразу увидите! – она хитро покосилась на меня, и я поняла, что житье получится отнюдь не бесплатным. Впрочем, при нынешнем раскладе это, пожалуй, всё равно оставалось неплохим вариантом.

– А она против не будет? – уточнила я.

– Тю, – только махнула рукой Акимовна.

После еды окончательно пропали силы. Потянуло в сон. Больше всего хотелось растянуться тут же, на лавке, и надолго отключиться. А потом каким-то чудом проснуться дома.

Кот явно поддерживал меня в этой мысли. Он улегся на солнечной полосе, падавшей от раскрытой двери, и подло дрых, периодически недовольно подёргивая ухом.

Акимовна ушла к племяннице где-то на полчаса, и к тому моменту, как она вернулась, я начала задрёмывать прямо за столом.

– Сейчас Марыся там всё подготовит, можно идти, – бодро заявила бабка, и я, покачиваясь как пьяная, побрела следом.

С первого взгляда стало ясно, что девушка не особо рада внезапной постоялице. Не знаю как насчёт «засиделась не замужем», но на вид ей было лет восемнадцать-девятнадцать, не больше. Она хмуро открыла дверь комнаты, не выпуская из рук внушительной метлы. Видимо тётка заставила ее экстренно прибираться.

Я не стала внимательно рассматривать обстановку. Главное, что меня интересовало – кровать. Сбросила с плеча рюкзак (кстати, тоже приобретший вполне местный «эко»-вид) и обернулась к новой знакомой.

– Марыся, здравствуйте. Спасибо огромное, что приютили меня! Я постараюсь не доставлять вам никаких неудобств. Меня зовут Крис.

– Очень приятно, – буркнула та, поглядывая исподлобья.

– Я сейчас немного посплю с дороги. Сможете меня часа через два разбудить? – я прикинула, что до заката время ещё есть. Конечно, хотелось бы проспать сколько влезет, но нужно было срочно потратить фейские деньги. Будет жаль, если они просто потеряются или исчезнут. Интересно, сколько там на местный пересчет?

– Угу, – понуро кивнула хозяйка дома и отвернулась. Акимовна уже куда-то умчалась, и я со стоном облегчения растянулась на кровати. Пахло нагретым деревом и полынью. Можно было ненадолго представить, что я – в деревенском доме папиных друзей.

Да, пусть так. Я в гостях. В безопасности. Скоро проснусь, и всё будет хорошо.

ГЛАВА 6

Меня разбудил настойчивый стук в дверь. И стучали уже явно не в первый раз.

За окном было сумрачно, хотя и не совсем темно. К сожалению, проснулась я не дома, а там же где и заснула. Вставать мучительно не хотелось, но стоило поторапливаться. И без того я поддалась слабости вместо того, чтобы заняться закупкой барахла, полезного в здешнем странном мире.

Пришлось со стоном отдирать себя от кровати и топать к двери:

– Спасибо огромное, я проснулась, – надеюсь, у меня получилась достаточно приветливая улыбка.

Похоже я каким-то загадочным образом стала бесить Марысю ещё больше за те пару часов, что проспала. В ответ на мое вымученное дружелюбие та молча кивнула и пошла заниматься своими делами, но с таким видом, что окажись рядом молоко – мигом бы скисло.

Я прикрыла дверь, оставив кота в комнате и надеясь, что возмущённый «фамильяр» не изгадит хотя бы кровать. Надо бы ему какое-то подобие лотка раздобыть. Наверняка он привык к уличной жизни, но отпускать от себя единственный шанс на нормальное существование – полное безумие. Потеряется, попадётся в зубы дикому зверю… да мало ли, что ещё?

Если он куда-то денется, мне в этом мире только в дворники подаваться, если они тут есть. Или в попрошайки. Конвертируемой девицей точно становиться не собираюсь.

До рынка по полутемным улочкам я добралась почти бегом. Меня постигло разочарование: большинство лоточников уже разъехались или заканчивали сворачивать товары. Что же мне нужно? Банки, травы? В идеале – книги по ведьмовству. Но купить книгу, изучить ингредиенты и сбегать за нужными товарами я точно сегодня уже не успею.

Блин, как жаль, что я не спросила у бабулек или своей негостеприимной арендодательницы, что можно купить на одну монету. Как бы не опростоволоситься!

– Извините, – я подошла к ближайшему лоточнику, собиравшему в объемную сумку уздечки, ремни и другие кожаные изделия. – Вы не подскажете, есть здесь поблизости какой-нибудь магазин для колдунов? Ну, книги, зелья?

Мужчина несколько секунд молчал, разглядывая меня, потом ухмыльнулся.

– Чтоб книги продавали, такого я не слышал. А за зельями к мастеру Велеку сходите, его дом отсюда через две улицы. Синий такой, с красной крышей. Только его в такой час, наверно, дома уже нет. На приемах он бывать любит.

Так, к потенциальному конкуренту я точно не пойду. Видимо, специализированных лавок для начинающих фокусников-оболтусов здесь не водится. Всё надо добывать самостоятельно. Ну ладно.

– А травы где-нибудь продают? Ну, такие, для зелий? – на всякий случай уточнила я.

– Да там же, у мастера Велека можно купить. И те, что на все случаи, и индивидуальные сборы он делает. А вам что, сильно срочно нужно?

– Да нет, не срочно, спасибо, – я уже почти собралась уходить.

Склянки не имеет смысл покупать, пока нет трав. Травы, по правде, нет смысла искать, пока я не пойму, какие для чего нужны. Одно дело – прикладывать к бабушкам кошачью шерсть, и совсем другое – травануть кого-нибудь по незнанию.

– А вот вы говорите, что книги не продают. Но где-то они есть? Где-то можно их почитать? – обернулась я.

– В башне, говорят, много книг хранится, но туда так просто без разрешения не попадешь. А разрешение надо у мэра получить. Ну или у кого-нибудь из его приближенных. Иначе никак.

«Мэр» у них тут, значит. Село-селом. Нет, чтобы «голова, староста»… Эх, европейщина. Вот вернусь домой и напишу книгу! Чтобы всё в ней наше, родное.

Хотя, может, тут просто изначально прижились какие-нибудь немцы? Надо будет аккуратно выпытать у Акимовны название города.

– Понятно. А может тут где-то товары для животных продают? – Меня накрыло ощущение тупого диалога из компьютерной игры. Осталось только пойти искать доску объявлений возле трактира.

Но выглядеть дурой, так уж до конца.

– Это какие? – опешил продавец. – Сено, что ли?

– Да нет! Ну, вроде ваших. Ошейники, может, поводки…

– А-а, ну так это для людей, а не для животных. Животным-то они за каким бесом? – расхохотался мужик. – На кого вам ошейник-то нужен? Большая собака?

– Маленькая, – я не стала вдаваться в подробности. – Вот такая примерно, – и показала руками.

– Так вы на вырост берите! Эти зверюги быстро вымахивают, – добродушно сказал продавец, роясь в сумке. – Во! Он достал широкий кожаный ошейник с устрашающего вида металлическими заклепками. В такой можно было бы упаковать не самого худого ротвейлера.

– Не вымахает, – пробормотала я, с ужасом представив знакомство с местными «собачками». – Порода такая. Мне совсем маленький нужен.

– Ну тут уж, извините, ничем помочь не смогу, – сразу поскучнел мужчина. – Вы тогда это своё не пойми что лучше ленточкой украсьте. Зачем такому серьезный ошейник? В конце ряда лотки с тканями, они всегда до самой темноты стоят, жадные шибко.

– О-о, а это мысль! Спасибо!!! Удачи вам в торговле! – пожелала я, даже прищелкнув пальцами в честь удачной идеи. В сгущающихся сумерках заметно сыпануло искрами. Наверно оттого, что я гладила кота перед выходом.

– Спаси-ибо, – вытаращившись протянул собеседник, и я поспешила по своим делам.

***

Несмотря на обещанную продавцом уздечек жадность коллег, прилавок с тканями уже тоже был почти пуст. Две высокие девицы с вытянутыми некрасивыми лицами, но в шикарных, даже в сумерках притягивающих взгляд платьях, помогали широкоплечему хмурому детине заносить большие лоскуты ткани и резные ящики с лентами в соседний дом. Строение смотрелось заметно богаче встреченных мною на окраине халуп, хотя пять звёзд я бы ему не поставила.

Выбеленные стены притягивали взгляд, крыльцо украшал алый козырек на резных столбиках, а над ним, поскрипывая, медленно кружилась кованая фигурка танцующей женщины, воздушная и легкая.

Я так загляделась на неё, что чуть не забыла зачем пришла.

Спохватившись, обратилась к одной из девушек:

– Простите, можно мне купить ленту?

На лице продавщицы отразилась широкая гамма эмоций – от недовольства из-за припозднившейся клиентки до надежды лёгкой наживы и опаски перед моим нарядом колдуньи.

– Мы уже почти всё поубирали, – развела она руками, прикрывая почти искренним сожалением толику злорадства. – Может быть, захотите посмотреть завтра, при свете?

– Нет-нет, мне очень нужно сегодня! – магические деньги, которые я сжимала в кармане, буквально жгли ладонь. А вдруг они вообще как-то самоуничтожаются, пока чувствуют рядом волшебство?

– Хорошо, давайте посмотрим, – вздохнула она. – Какая лента нужна? На отделку платья или в волосы? У нас даже эльфийские товары есть! Такие мало где можно добыть.

Это, кстати, позже оказалось правдой, но в тот момент я еще не могла оценить наличие эльфийских лент по достоинству.

– Крепкая, – твёрдо заявила я. – И не обязательно очень красивая. И неширокая, примерно вот такая, – показала я на пальцах привычную ширину кошачьего поводка-шлейки.

Лицо девицы поскучнело и стало ещё более неприятным.

– Мне для магических нужд! – настойчиво добавила я, уставившись на неё с уверенностью, которой не чувствовала.

Моя собеседница отошла на минутку к дому, а потом вернулась с длиннющей, метра четыре, стропой, сильно напоминающей брезентовую.

– Самая крепкая, – на лице продавщицы я внезапно заметила интерес. – А вы, наверно, будете какого-нибудь беса ею усмирять?

Не удержавшись, я фыркнула. Да уж, беса. Рыжего и возмущенного.

– Вроде того. Только ма-а-ленького. Хотите, я его к вам познакомиться приведу, после усмирения?

– Не… не надо, – та аж отступила на пару шагов.

– Сколько с меня? – я полезла за деньгами.

– Да берите даром! – собеседница сунула мне в руки покупку и начала пятиться ко входу в дом.

– Нет-нет, так нельзя! Ни в коем случае! – Я настойчиво пошла следом, протягивая ладонь с пригоршней монет. – Возьмите отсюда сколько нужно!

Скорее всего, продавщица успешно ретировалась бы, захлопнув дверь у меня перед носом, но выбрала неверный курс и впечаталась задом в опору козырька, а поворачиваться к опасной клиентке спиной не рискнула.

– Нет, правда, – залепетала она, бледнея так, что это было заметно даже в быстро густеющих сумерках, – мы такими ремнями ткани связываем, они совсем ничего не стоят!

– Всё в мире чего-нибудь да стоит, – наставительно заявила я. – И вообще, я ведь вас побеспокоила после окончания работы.

Девушка чуть ли не со слезами на глазах взяла с моей ладони самую невзрачную монетку, кивнула и наконец скрылась за дверью. Похоже у бедолаги сложилось впечатление, что её крепко прокляли. Ну и ладно, следует делать лицо попроще при разговоре с клиентом. Плохо только, что принятая ею насильно плата никак не сориентировала меня в плане ценности имеющихся сбережений.

На что же еще потратить своё сомнительное богатство? Закупить продуктов впрок? Добыть какой-нибудь подарок неприветливой Марысе?

Я задумчиво сделала несколько шагов в сторону центра города, где виднелась башня, а дома казались более симпатичными.

От стены отделилась тёмная худощавая фигура. Я вздрогнула. Если бы не движение в мою сторону, то и не подумала бы, что во мраке неприметной ниши кто-то есть.

Впрочем, первый испуг моментально прошел. Ко мне приблизился симпатичный парень примерно моих лет и ослепительно улыбнулся.

– Привет! – сказал он. – Это правда, что ты будешь ловить беса? А можно посмотреть?

– Не буду, – я невольно хихикнула, заражаясь его позитивом. – По крайней мере, не сегодня.

– А сегодня что будешь делать? – не унимался он.

Незнакомец был чертовски хорош собой. Правильные черты лица, густые, я бы даже сказала – героические брови, шикарные черные волосы почти до плеч. И яркая, наивная, какая-то диснеевская улыбка, заставлявшая улыбаться в ответ.

Мне так хотелось поскорее завести здесь друзей, и вот он – шанс! Уж получше мымры-Марыси!

– Да, ничего, в общем. Хочу побродить по городу, осмотреться. Я только приехала, совсем никаких достопримечательностей тут не знаю.

– Будешь гулять ночью? – ужаснулся парень. – Ну, тогда тебе точно нужна компания!

– Я не против, – на фоне внутреннего ликования небрежное пожатие плечами далось нелегко.

– Меня зовут Хин. А тебя?

– Крис. Приятно познакомиться.

– Мне тоже. Что ты хотела бы увидеть в первую очередь?

– Пожалуй, какое-нибудь заведение, где едят. Приличное, – я поняла, что потратиться на что-нибудь путное уже не успею, а значит – не грех и кутнуть. Может быть заодно удастся разменять крупные монеты и хоть примерно сориентироваться в местной валюте.

– Приличное… – мой новый знакомый заметно замялся.

– Я угощаю! – смело заявила я, верно истолковав его замешательство.

– Ну, если так, – он заметно повеселел. – Ты только не подумай, пожалуйста, что я какой-нибудь голодранец. У меня просто при себе нет денег… Понимаешь, – он понизил голос, – я на самом деле… Нет, это большой секрет. Я не должен говорить.

– Говори, раз уж начал. Я обещаю, что никому не скажу.

– Обещания мало, ты должна поклясться!

– Ладно, клянусь, – я нетерпеливо дёрнула плечами. – Так что за тайна?

– Ну, в общем… я на самом деле переодетый принц. Только тс-с-с!!!

Вот те на! Фэнтезийный мир на поверку оказался сказочным. Сплошные феи и переодетые принцы. Наверняка мне это просто мерещится! Затяжная галлюцинация из-за болезни, например.

Доктор, дайте мне что-нибудь, просветляющее ум!

Хотя вернуться в реальность прямо сейчас было бы даже немного жаль.

А что, разве не здорово вот так – в первый же день – встретить красивого принца, взаимно влюбиться и жить с ним долго и счастливо в его дворце? Я буду бесплатно лечить людей, а он – раздавать им деньги и продукты. И наше мирное мудрое правление восславят в балладах.

«Ага, восславят на всех больничных койках ближайшего дурдома», – попыталась включиться рациональная часть моего сознания. Но она оказалась совсем маленькой и слабой. А мне просто очень хотелось верить, что я чем-то заслужила именно такую волшебную историю. И обязательно с хорошим финалом!

– Вот поэтому я и не беру с собой денег, – тем временем подробно втолковывал мне Хин. – Вокруг столько хитрых людей, а я совершенно не готов ко встрече с ними! Ты ведь не из таких? – вдруг подозрительно спросил он и уставился на меня большими доверчивыми глазами.

– Не-ет, точно нет! – я засмеялась. Глядя на этого открытого, искреннего парня, легко было поверить, что он не раз и не два попадался на удочку самых разнообразных мошенников.

– Это хорошо, – он облегченно вздохнул. – Я почему-то верю тебе. Надеюсь, мне не придется об этом пожалеть.

– Не придется, – заверила его я, и мы направились к ближайшей таверне… харчевне… в общем, едальне.

Пахло в «приличном месте» не особо приятно. Видимо о вентиляции помещения никто не позаботился. Или её вообще ещё не изобрели. Было душновато, тянуло потом от посетителей и горелым салом – от оплывающих свечей. Из кухни доносился аромат, напоминающий о питерских шашлычных. Но длинные крепкие столы были даже почти чистыми, а зал неплохо освещался. Как я успела понять, хорошая иллюминация считалась здесь признаком достатка.

Мы заказали мяса и каких-то невнятных корнеплодов. Собственно, всем распоряжался Хин. Помимо заказанной еды, нам принесли хлеб, уже остывший, но явно свежий, и кувшин, пахнущий квасом. После второй кружки я осознала, что квас, если это был он, явно содержал алкоголь. Но, в конце-то концов! Я в чужом мире. Совершенно непонятно, какие у меня перспективы. Стоит ли соблюдать правила?

За едой мы почти не разговаривали. Принц уплетал угощение за обе щеки. Видимо, устал от дворцовых изысков и хотел простой грубой пищи. Даже добавку заказал. Я совсем забыла, что хотела разменять крупные монеты и расплатилась у стойки половиной своих денег, широким жестом сообщив, что сдачи не нужно.

В общем-то, к хозяйке заведения я подошла не ради щедрых чаевых, а чтобы уточнить, где находятся местные удобства. Та здорово удивилась, как будто ей нечасто задавали подобные вопросы.

Пробираясь между домами к маленькому сарайчику за трактиром, я поняла – почему. Похоже мало кто утруждался поиском специально отведенного места.

Голова ощутимо кружилась, и в целом мне было как-то муторно. Уже возвращаясь, в какой-то момент я совсем ослабела и уцепилась за стену, пытаясь отдышаться. Пожалуй, пробовать местный алкоголь было паршивой идеей. Ну чего уж теперь.

Я постояла, внимательно изучая трещины стены перед носом, медленно двинулась дальше и почти сразу натолкнулась на обеспокоенного Хина.

– О, вот ты где! Я уже подумал, что решила убежать, – он настороженно оглядел меня.

– Да нет, просто чувствую себя не очень хорошо. Давай посидим где-нибудь на воздухе, – меня била дрожь, но мысль о возвращении в духоту зала вызывала жгучее отвращение.

– Конечно, пойдём! – он взял меня за локоть и повел по улице, потом по выщербленным каменным ступенькам. Я почти не смотрела по сторонам, сосредоточившись на том, чтобы идти прямо и не спотыкаться.

Вскоре мы оказались на огороженной каменной площадке, возвышавшейся над большинством мелких домиков. Крыши, крыши, крыши. Звёзды над головой. Большие и чужие. Никакого намёка на луну.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.