Ardabayev Saken
Вышел за хлебушком

Глава 1.

«Ночь. Улица. Фонарь.

Бессмысленный и тусклый свет…»

– Александр Блок

Он умер в тишине. Без пафоса, без слов, без свидетелей.

Просто ночь, пустая комната и сердце, которое вдруг решило остановиться.

В голове всплыло одно-единственное:

Ночь. Улица. Фонарь.

Кольнуло в груди, стало тяжело дышать. В воздухе стоял запах жареной рыбы и перегара.

– Как жить дальше… – шепнул он, не надеясь, что кто-то услышит.

Жена ушла.

Вспомнились счастливые годы в Сирии – странно, но именно армейская служба вызывала у него положительные эмоции.

Там всё было просто: есть приказы, есть товарищи, есть враг.

И смерть была честной.

Он никогда не жалел себя. Когда жена ушла, даже испытал мимолётную радость: свобода.

Но свобода обернулась пустотой.

Пил – и никто не мешал.

Теперь лежал один.

Сердце кольнуло, в груди вспыхнул жар.

Это всё, – подумал он.

…А потом открыл глаза.

Яркое солнце било в лицо. Холодный песок обжигал спину.

Пустыня? – удивился он, сразу вспомнив, как просыпался пьяным на пляжах Египта. Только там хотя бы был бар неподалёку.

Он поднялся, огляделся. Пейзаж – как в документалке о выживании.

Никакой паники. Он был к этому привычен: спецназовец, разведчик, вышивальщик.

Заблудиться в горах, остаться без воды, говорить на пальцах с бедуинами – бывало.

Он посмотрел на руку.

Рука – молодая. Сухожилия чёткие, кожа гладкая, ни морщины.

Он вскочил.

Тело тоже чужое. Молодое. Сильное.

– Ох… – выдохнул он. – Я стал молодым.

И тут дошло.

Попаданец.

Мысль о том, что он в аду, он сразу отбросил. Значит, шанс был дан.

– Где плюшки? – произнёс он, глядя в небо. – Где безразмерный рюкзак? Где интерфейс, уровень, способности?

Молчание.

Ни Бога, ни интерфейса.

Кто вообще закидывает людей в другие миры? И по какому принципу?

Может, он просто под наркозом после очередной операции?

Он вспомнил, как лежал сутки под кайфом – было даже весело.

Как бы там ни было – он майор спецназа, прошедший Сирию, полтинник и коронавирус.

Не пропадёт.

Главное, чтоб без гномов, – усмехнулся он и пошёл вперёд.

Глава 2.

Песок хрустел под ногами, будто он шёл по хрупкому стеклу.

Солнце уже стояло высоко, палило безжалостно, а вокруг – ни души, ни даже тени верблюда.

Он шёл и пытался понять: где я?

Никаких ориентиров, никакого ветра, только жар и бесконечность.

– Ну и местечко, – пробормотал он. – Хоть бы карту дали. Или компас. Или хотя бы бутылку пива.

Голос звучал странно – молодой, звонкий. Своего он не узнавал.

Это чувство было пугающе приятным.

Он остановился и снова посмотрел на руки.

Сухие мышцы, ровная кожа, ни единого шрама. Даже старый след от ожога, который он получил в Сирии, исчез.

Он ощупал грудь, лицо, шею – всё новое.

Перезагрузка, – понял он.

– Ладно, спецназ, – сказал он себе. – Паника – роскошь. Действовать по обстановке.

Он осмотрел горизонт. На западе, далеко, едва различимая дымка.

Мираж? Или город?

Выбор был невелик.

Песок под ногами жёг, приходилось идти босиком, но боль почему-то не ощущалась.

Он шёл долго. Солнце двигалось медленно, а мысли крутились вокруг одного: зачем? кто?

Если это игра – где интерфейс? Если сон – почему всё так реально?

Если смерть – то почему так жарко?

И вдруг…

Шорох.

Он резко повернулся.

За его спиной, на расстоянии метров двадцати, из воздуха начала проступать тень.

Как будто горячий воздух сложился сам в себя, и внутри этого марева возник силуэт.

– Так… этого я не заказывал, – пробормотал он, инстинктивно опускаясь на одно колено.

Тень стала плотнее.

Перед ним стояла девушка. Высокая, темноволосая, с кожей цвета бронзы.

На ней – нечто вроде лёгкого плаща и странные украшения, похожие на металлические полосы.

Она смотрела на него спокойно, без страха, словно точно знала, кто он.

– Ты пришёл, – сказала она. Голос её был глубоким, чуть хрипловатым, словно издалека.

– Ну… вроде того, – ответил он, пытаясь не выглядеть идиотом. – А ты кто, если не секрет?

Она склонила голову.

– Я хранительница Перехода. Ты не должен был проснуться здесь.

– Прекрасно, – он усмехнулся. – Даже тут бюрократия. А если я уже проснулся, что теперь?

Девушка не ответила. Вместо этого она медленно подошла ближе, её глаза светились янтарным светом.

– Значит, его выбор пал на тебя, – произнесла она тихо. – Тогда всё началось.

– Чьё его? – спросил он, но она исчезла, будто растворилась в жарком воздухе.

Он остался стоять один, с колотящимся сердцем и странным чувством, что теперь всё только начинается.

На песке, где она стояла, остался отпечаток – ровный, чёткий круг, внутри которого лежал маленький металлический предмет.

Он поднял его.

Пластина. На ней – символ, похожий на глаз, вписанный в круг.

– Отлично, – сказал он, – квест принят.

И пошёл вперёд.– Ох, – снова выругался он. А он – это Егор Стрельцов. 55 лет от роду, но теперь пора забыть: ему лет двадцать, совсем юнец и обладатель артефакта с глазом. Вот попал, так попал.

Однако это его не удивляло – квест так квест. Он раньше любил компьютерные игры, хотя квесты его утомляли – больше нравилось играть в стратегии. Там есть время подумать, нет мельтешения экрана, и рука от мыши не устает. 'Так, значит, я гол как сокол?' – хмыкнул он. Вспомнился преподаватель политэкономии, который любил повторять: 'Гол как сокол – не потому что голый, а потому что это инструмент кузнеца!' Никого, правда, этим не удивлял, но самооценку поднимал.

Бежать он не хотел. Опыт прожитых лет подсказывал – в пустыне спешить некуда. Надо распределить силы. Главное – найти воду. Если это квест, должен быть источник жидкости. Мелькнула тень в песке. И не зря он прожил жизнь – рука сама отбила бросок змеи металлической пластиной. Подскочил к оглушённой змее, схватил за горло.

– Так, сказочная добыча. Вода, еда, одежда – что-то одно. – Змея трепыхалась, скручиваясь вокруг запястья. – Вот, навыки сохранились! В двадцать лет не отбил бы атаку, – подумал он. Сжал руку, змея затихла. – Не думаю, что за живую дадут больше бонусов.

Он ждал бонусов – змеиной кожи, яда, хоть кубика опыта. В ответ – тишина. Потёр пластиной по змее. – Работай, чёрт тебя дери! Где награда?! – Ноль реакции. – Ну ладно, змея – значит, еда и одежда. Сколько змей нужно, чтобы сшить трусы? Штук сто… – Он фыркнул. – Не, это явно неправильный квест.

Егор вздохнул, скрутил змею в калачик и пошёл к горизонту. Песок, солнце, жара. Он любил путешествовать, но укрытие не помешало бы. Тем более бонусов ждать неоткуда – квест как приближенный к реальной жизни. Он перевернул монету обратной стороной и потёр её. Бац – и снова пустыня.

– Да что ж такое, – выругался он. – Слетал, помахался, заработал халат. Теперь опять песок. Вот блин, узбек настоящий – халат без пуговиц, без пояса и даже без узорной ткани. Ну, хотя бы не голый.

Он оглядел себя – всё цело. Боевой опыт получил, халат подарили, монету говорящую дали. И, кажется, перемещается он по нажатию – то есть по потиранию. Интересно: если потереть монету, то снова арена и второй раунд с бойцом покрепче? Что-то тут не то. – Не люблю я махаться с орками, не люблю, – пробормотал он.

Неожиданно металлическая пластина выпала из рук и начала светиться по контуру. Он прищурился. – Ага, звезда Давида! Евреи и тут отметились. Определив, что стоит в одной из ячеек звезды, понял – значит, в других могут быть другие локации. Металлическая пластина, выходит, идентификатор портала.

Он отошёл метров на десять, положил пластину на песок – вокруг вспыхнуло тусклое свечение, указывающее направление к знаку. – Уже хорошо, навигатор работает! – ухмыльнулся он. Вокруг – ни камушка, ни кустика. Пустота. Попробуй потом найди это место.

– Ну, попытка – не пытка. Надо идти, – вздохнул он. – Змею есть не хочется, а где-то в одной из ячеек точно есть город. Только туда нельзя – там, скорее всего, посвящённые. Значит, пойдём как положено – против часовой стрелки. – И шагнул в следующий треугольник.Он моргнул и понял, что лежит не на песке, а в густой траве. Трава была влажная, прохладная – и пахла жизнью. После бесконечного зноя пустыни это ощущение казалось подарком. Он облизнул губы – и почувствовал вкус… воды. Поднявшись, он увидел неподалёку ручей. Настоящий ручей, не мираж, не иллюзия. Подошёл, зачерпнул ладонями – холодная, чистая. Пил долго, пока не наелся воды, словно супом. Потом сел, глядя, как солнце мягко играет на поверхности. – Ну вот и рай, – пробормотал он. – Без змей, без песка и без интерфейса.

Рядом валялся кусок чего-то похожего на корень. Он отломил, попробовал – сладковато, сочно, немного как морковь. Съел. Потом ещё кусочек. Живой, значит, мир не отравлен.

Егор устроился поудобнее, положил под голову халат, вздохнул и закрыл глаза. Тело отдыхало, мозг пытался хоть немного осознать, что происходит. Пустыня, монета, бой, портал, трава… Всё как в игре, но с запахом, вкусом и потом. Если это сон – пусть не кончается.

Перед сном он вспомнил фразу старшины: «Отдыхай, пока дают. Потом не дадут». И впервые за долгое время послушался. Заснул мгновенно – с улыбкой.Проснувшись, он встал, размял бока. – Да… это тебе не «пять звёзд» и не «миллиард на счёте». Он потянулся, глядя в небо. – Вот блин… одна звезда! Квест!

Хорошо хоть не съели за ночь – значит, можно не спешить. Оставалось три варианта перехода, но что-то Егор сомневался, что следующая локация окажется лучше этой. – Не везёт два раза подряд, – пробурчал он, посчитав само попадание удачей. – Где там твои райские кущи?