Елена Попова
После развода. Я до сих пор тебя не забыл

Глава 1

Юлия

На кухне ресторана кипит работа. Сегодня у нас банкет на сто с лишним человек.

– Юлия Сергеевна, попробуйте соус, – повар подносит ложку к моему рту.

– Добавь немного сахара, чтобы он раскрыл вкус томатов, – велю я, затем проверяю, как идут дела у остальных моих подчиненных, убеждаюсь, что все справляются с поставленной задачей, отправляю в духовку стейки форели, и иду к мужу.

Он владелец этого и еще семи ресторанов в Москве, а я работаю у него шеф-поваром, так сказать, возглавляю кухню и дома, и здесь.

– Алло! – отвечаю на звонок от дочери. Вот неугомонное создание! Знает, что я очень занята сейчас, но все равно трезвонит каждую минуту.

– Мам, ну ты спросила у папы? Можно мне с девочками в аквапарк или нет? Они уже через полчаса выезжают, а я от вас не могу дождаться ответа. Папа трубку не берет, а ты не можешь сказать «да» или «нет».

– Тась, ты прекрасно знаешь, что я не могу тебе ничего сказать без согласия отца. Если он разрешит, то и я дам добро. А если он не берет трубку, значит, очень занят. У нас сегодня банкет, если ты забыла.

– Мам, да я помню. Просто девочки ждут. Извини, что отвлекаю, – виновато произносит она.

Повиси полминутки, я поднимаюсь в его кабинет.

Нашей девочке семнадцать лет, и ее каждый день тянет на какие-то приключения. А нам с Артуром переживай за нее тут. Как они там будут вести себя в аквапарке? Не будут ли баловаться в бассейне? Молодые девчонки в одних купальниках… как бы не привлекли к себе внимание взрослых мужчин.

Ой…

Чем старше становится, тем сильнее мы за нее переживаем.

Самостоятельная она, видите ли. Считает, что с родителями в аквапарк только малявки ходят.

Еще и поедут на другой конец Москвы.

– Артур, ты не занят? – без стука вхожу в кабинет мужа и хмуро смотрю на девушку, сидящую за столом напротив него.

Красивая, зеленоглазая, стройная. На вид чуть больше двадцати лет.

В голову приходит мысль, что эта девушка пришла устраиваться на работу, нам как раз нужен новый администратор. Но почему к Артуру лично, а не через отдел кадров?

– Здравствуйте! – ослепляет меня белоснежными ровными зубами, и грациозным движением откидывает за плечи блестящие волнистые волосы.

– Добрый день! – продолжаю непонимающе смотреть на нее, перевожу взгляд на мужа и замечаю, что он словно сам не свой: черные брови сведены к переносице, губы сжаты, нервно передергивает острыми скулами. – Артур… – медленно подхожу к нему, кладу руку на плечо и заглядываю в лицо. – Что-то случилось?

– Случилось, – глядя в одну точку, хрипло изрекает он.

Меня резко бросает в жар.

Ни разу за двадцать лет брака я не видела его в таком состоянии.

Господи… что произошло?

– Ма-а-м! – напоминает о себе дочь, а я уже и забыла, что она все еще «висит на проводе».

– Тася, – взволнованно отвечаю я, – доченька, я тебе перезвоню через пару минут.

– Мам, ну вы можете просто сказать, – возмущается она, но я, недослушав, скидываю звонок.

По очереди смотрю на Артура и эффектную незнакомку, которая сидит, опустив взгляд в пол.

– Юль, – широкая грудь Артура, обтянутая белой рубашкой, медленно поднимается, он шумно выдыхает, и наконец-то устремляет на меня взгляд. Его темные как уголь глаза смотрят на меня не моргая. Такое чувство, что он сейчас убьет меня какой-то страшной новостью. – Милая, – прочищает горло и кивает на девушку, – это моя дочь.

Что он сейчас сказал?

Подождите, п-подождите… мне послышалось?

Он сказал «дочь»?

Словно в замедленной съемке перевожу взгляд на девушку, оглядываю его, и резко поворачиваюсь к мужу.

– Кто? – в шоке выдыхаю. – Дочь?

– Юль, я сам это только что узнал. Я обязательно сделаю тест ДНК, но, думаю, он покажет, что я действительно являюсь ее отцом.

Артур встает с кресла и прижимает меня к себе.

– Любимая, я понимаю, что ты сейчас в шоке. Поверь, буквально полчаса назад я чувствовал то же самое, – гладит меня по спине. – Сначала не поверил, решив, что меня разыгрывают, но девушка привела кучу фактов.

– Каких? – отталкиваю его от себя и жалю взглядом. – Каких фактов, Артур? Откуда у тебя взялась такая взрослая дочь?

Меня всю трясет.

Потому что я внимательно смотрю на нее и теперь понимаю, откуда она взялась, и кто ее мать.

– Она дочь Аллы, – вонзаются в сердце слова Артура, которые подтверждают мои догадки.

Эта девица точная копия первой любви моего мужа.

Моя свекровь, которая всю жизнь очень меня «любит», боготворила эту Аллу, и даже показывала мне ее фотографии в старом фотоальбоме.

«Вот Аллочка, – ласково сказала она, глядя на фотографию красивой зеленоглазой девушки, и провела ладонью по странице фотоальбома, – это первая любовь Артура. – Ой, до чего же красивая пара была, – вздохнула она. – Весь институт им завидовал».

Это было очень давно, в самом начале наших отношений с Артуром, но лицо той кудрявой Аллочки навсегда осталось в моей памяти, как и их совместные фотографии с Артуром, которые мне словно нарочно показывала свекровь.

А сейчас напротив меня сидит ее точная копия…

Я знаю, что они познакомились в институте, что у них была любовь, и что они расстались почти сразу после окончания учебы. Артур остался в Москве помогать отцу с ресторанным бизнесом, а Алла уехала строить карьеру в Сочи. И, получается, уехала с ребенком под сердцем?..

Им обоим тогда было по двадцать три года.

Через три года после их расставания я пришла работать в ресторан, который на тот момент принадлежал отцу Артура, а он сам работал там управляющим. У нас завязались отношения, мы два года повстречались, и Артур сделал мне предложение. На тот момент ему было двадцать восемь лет, а мне – двадцать три.

Через три года у нас родилась Тася.

Получается, что на тот момент этой девушке, которая выдает себя за дочь Артура, было уже семь лет, она жила с Аллой в Сочи, и Артур ничего о ней не знал…

– Юль, Алла скрыла от меня беременность и двадцать четыре года не рассказывала о том, что родила от меня дочь.

– Она бы и не рассказала, – вздыхает девушка. – Была очень сильно на вас обижена, – обращается к нему на «вы». – Я сама изъявила желание разыскать вас. Мама это не одобрила, но сказала, что я уже взрослая и сама могу принять решение.

Девушка встает с кожаного кресла и выпрямляется передо мной.

– Юлия, я понимаю, что свалилась как снег на ваши головы, но вы тоже меня поймите, пожалуйста. Я много лет жила с отчимом, которого считала своим родным отцом. Только в двадцать лет узнала о том, что мой настоящий отец живет в Москве, и что он понятия не имеет о моем существовании. Я четыре года настраивалась на эту встречу, и пыталась понять: нужна ли она мне? Нужна ли она ему? Боялась, что он плохо отреагирует, что не примет меня, и тем самым сделает мне больно. Но в то же время я понимала, что он обязан знать, что у него есть дочь. Он не виноват в том, что мама всю жизнь это скрывала от него.

Ясные глаза девушки наполняются слезами, подбородок дрожит.

– Через неделю я выхожу замуж… – всхлипывает отчаянно. – И что-то внутри меня подтолкнуло поехать к родному отцу именно сейчас. Я… – вытирает мокрое лицо, – я очень хочу, чтобы папа был рядом со мной в такой знаменательный день. Мы же родные друг другу люди, а значит, должны поддерживать связь. Вас, Юля, я тоже приглашаю. И свою сестренку, – улыбается сквозь слезы. – Тася, верно?

Слово «сестренка» полоснуло по сердцу острым лезвием.

Я не могу поверить в то, что у моей дочери есть сестра.

Что у моего мужа есть дочь от женщины, которую он так сильно любил в прошлом.

Все это как во сне…

– Очень прошу вас принять мое приглашение и прилететь в Сочи на мою свадьбу. – Девушка поджимает губы и с надеждой смотрит на Артура. – Вы же мой папа… – Подходит ближе и берет его за руку. – Будьте рядом в этот важный для меня день. Возможно, мы станем одной большой семьей, – сквозь слезы смеется она, – вы еще и внуков будете нянчить.

Внуков…

Общих с Аллой…

Такое чувство, что прямо сейчас рушится весь мой мир. Мир, в котором нас было трое: я, муж, и наша дочь Тася. Единственная дочь, которую мы в будущем должны выдать замуж, которая подарит нам внуков, и сделает нас счастливыми бабушкой и дедушкой.

Но сейчас Артура пытаются увести в другую семью, где находится его первая любовь и взрослая дочь…

Я не смогу это принять. Мой муж не будет жить на две семьи. Это исключено.

Да, он не знал о том, что у него есть дочь. Девушка не так давно узнала, что ее родной отец живет в Москве и разыскала его. Они оба не виноваты в том, что их разлучили.

Хорошо… если он действительно является родным отцом этой девушки, и захочет поддерживать с ней отношения, то пусть это происходит в Москве, а не в Сочи. Мне и это будет очень сложно принять, и я не знаю, как на это отреагирует Тася, которая всю жизнь была для папы любимой и единственной принцессой.

Но ни о каких поездках в Сочи даже речи быть не может.

– Хорошо, – внезапно произносит Артур. – Мы приедем на твою свадьбу.

Глава 2

– Да, Тася, – отвечаю на звонок от дочери.

– Папуль, мама тебе говорила, что я хочу поехать с девочками в аквапарк?

– Да… То есть нет, – в голове густая каша. Не могу ни о чем думать кроме того, что у меня есть двадцатичетырехлетняя дочь. – Какой аквапарк? – уточню у Таси.

– Да блин! – злится она. – Я же маме уже сто раз все объяснила!

Дальше говорит о том, что ее подруги зовут в аквапарк, что они будут вести себя хорошо, и что вернется домой к десяти вечера.

– Хорошо, – тяжело вздыхаю. – Позвони, как доберетесь.

– Спасибо, папуль! – чмокает в трубку. – Все, я побежала собираться.

Скидываю звонок и несколько секунд смотрю в одну точку.

«Я ваша дочь, Богдана», – прокручиваю в голове слова девушки, которая только что вышла из моего кабинета, и чувствую, как снова каменеют все мышцы.

До сих пор не могу в это поверить.

«Мама была на вас очень сильно обижена все эти годы», – впиваются в виски ее слова.

– Обижена она была, – усмехаюсь я. – Интересно, чем это я ее так сильно обидел? Тем, что не поехал вместе с ней в Сочи? Или тем, что не смог уговорить ее остаться со мной в Москве?

Тогда каждый из нас сделал свой выбор: Алла напрочь отказалась оставаться в столице, потому что ее родители купили в Сочи дом и открыли там два отеля.

«Я хочу быть со своей семьей, – сказала она тогда. – Хочу работать в отеле своих родителей. У нас семейный бизнес, как ты это не понимаешь? Там море, там тепло, там у папы яхта, там у нас огромный дом. А здесь мне что делать? Сидеть в четырех стенах и ждать, когда ты придешь домой с работы? Я всегда хотела жить на юге, и ты это прекрасно знаешь».

У ее семьи там был семейный бизнес, а у моего отца – в Москве, ресторанный. Отец сразу сказал, что, как только я окончу институт, он сделает меня управляющим в ресторане.

«Ты мой единственный наследник, Артур, и эти рестораны однажды достанутся тебе, – говорил он. – Я всему тебя обучу, расскажу обо всех тонкостях ресторанного бизнеса, и познакомлю тебя с полезными людьми. Уверен, однажды у тебя будет целая сеть ресторанов, которые будут пользоваться большим спросом, и приносить тебе отличную прибыль».

В тот момент я был готов полностью погрузиться в бизнес, поэтому о переезде в Сочи не было и речи.

Алла уехала вместе со своей семьей, и мы больше никогда не виделись.

Неужели у нее была такая сильная обида на меня, что аж целых двадцать четыре года скрывала от меня дочь?

У нее явно проблемы с головой.

Ладно бы я изменил ей, предал. Но как можно было уезжать с ребенком под сердцем, не сказав мне об этом ни слова?

Мы бы нашли решение. Мы бы остались вместе, расписались бы, и создали семью.

Но Алла все решила за нас двоих.

Нет, не за двоих, а за троих! Она дочку лишила родного отца.

В итоге какой-то другой человек всю жизнь ее воспитывал.

Она не имела права так поступать со мной!

Шумно выдыхаю, и медленно провожу рукой по волосам.

Я, конечно, сделаю тест ДНК, но даже без этого теста уверен в том, что действительно являюсь ее отцом.

Сроки полностью совпадают.

Если судить по дате рождения Богданы, то, получается, она родилась через восемь месяцев после того, как я расстался с Аллой.

Я очень зол на Аллу.

Сегодня же позвоню ей и потребую объяснений.

– Артур Андреевич, – заглядывает в кабинет секретарь, – вы просили подготовить документы.

– Неси сюда, – велю я, отрываю спину от кожаного кресла, быстро ставлю подписи на бумагах, и возвращаю их секретарю.

Вместе с ней выхожу из кабинета и спускаюсь на первый этаж.

Нужно сходить на кухню и поддержать жену.

Я представляю, что она сейчас чувствует. Для нее эта новость стала настоящим шоком, впрочем, как и для меня.

Юля вышла из моего кабинета сразу после того, как я пообещал Богдане приехать к ней на свадьбу. Жене не понравилось мое решение. И я ее прекрасно понимаю.

Не знаю, как бы я повел себя на ее месте.

По пути на кухню, представляю такую картину:

У нас счастливая дружная семья, большой загородный дом, бизнес процветает, у нас куча планов на будущее, и тут вдруг в нашу жизнь врывается взрослый ребенок Юли, рожденный от мужчины, которого она когда-то очень сильно любила.

Мне бы однозначно не понравилась эта новость, поэтому я прекрасно понимаю чувства жены.

Но и Богдана не виновата в том, что она все эти годы не знала, что я ее отец. Девушка только четыре года назад узнала об этом, и все это время настраивалась на встречу со мной. Я видел, как она переживала, как у нее дрожали губы, как текли слезы по щекам. Боялась, что я ее отвергну.

Ее чувства тоже нужно учитывать.

«Неужели она и правда моя дочь? – не перестаю удивляться. – Эта взрослая девушка с зелеными глазами и кудрявыми волосами – моя дочь… И имя у нее очень красивое – Дана. Богдана».

Ну ведь точно копия Аллы. Той Аллы, которую я знал, когда учился в институте.

Она приехала, чтобы позвать меня на свою свадьбу. Она хочет, чтобы ее родной отец был рядом с ней в такой знаменательный день, и я видел, как для нее это важно.

Я не смог сказать «нет».

Не смог, глядя в ясные и печальные глаза, наполненные слезами.

Это для меня Богдана свалилась как снег на голову, а сама она столько лет готовилась к встрече со мной, переживала, гадала, как я отреагирую. Я это прекрасно понимаю, поэтому не смог отказать ей, тем самым сделав больно.

Если она и правда моя дочь, то я буду поддерживать с ней связь. Но с Аллой я точно никогда не буду общаться. Ее поступку нет никаких оправданий. Я никогда не прощу ее за то, что она сделала.

С другой стороны, если б Алла тогда рассказала о том, что ждет от меня ребенка, то я бы остался с ней, не встретил бы Юлю, у нас не родилась бы Тася.

Видимо, судьбе было угодно, чтобы Алла молчала все эти годы, и чтобы каждый из нас построил свою семью. Не знаю, как у Аллы складывались отношения с мужчиной, с которым она воспитывала нашу дочь, но за себя скажу: у меня все прекрасно. Я люблю свою семью, горжусь женой и дочкой, и я двадцать лет счастлив в браке.

Юля и Тася – вся моя жизнь. И я никогда ни на кого их не променяю.

Вхожу на кухню, иду к жене, которая украшает клубникой пирожные, и обнимаю ее за талию.

– Солнце, – целую в щеку, – как твое настроение?

– Рабочее, – пожимает плечами. – Девушка уехала?

– Да, она поехала в отель. Завтра утром мы с ней поедем в клинику и сделаем тест ДНК.

– Хорошо, – вздыхает Юля.

Я вижу, что она расстроена, но как всегда держит все в себе.

– Мы с тобой дома все обсудим, хорошо? – сгребаю ее в свои объятия. – Солнце, мы договорились? – заглядываю в очень сосредоточенное лицо – как будто кроме пирожных для нее ничего не существует на данный момент.

– Да, конечно, – натянуто улыбается она. – Дома обо всем поговорим. А сейчас мне нужно готовиться к банкету, – убирает со своей талии мои руки, склоняется над пирожными, и словно ювелир продолжает украшать их ягодами.

Жене абсолютно не из-за чего переживать, потому что никто не способен разрушить наш крепкий брак. Даже женщина из прошлого, которую я когда-то безумно любил, и, как выяснилось, которая родила мне дочь, никак не сможет повлиять на мои отношения с Юлей.

Кто бы знал, как сильно я сейчас заблуждаюсь…

Глава 3

Неделю спустя

Юля

– Юль, идем, – Артур встает и берет меня за руку.

– Уже объявили посадку на рейс? – удивленно моргаю я.

– Да, только что, – смеется муж. – Ты сегодня словно сама не своя. В облаках витаешь?

Я молча иду на посадку.

Он еще и удивляется, почему я сегодня сама не своя.

А ничего, что мы прямо сейчас полетим в Сочи на свадьбу его дочери?

Да-да, именно дочери. Родной. Как недавно выяснилось благодаря тесту ДНК.

Девяносто девять и девять процентов… А я все никак не могу принять этот факт – что у Артура есть еще одна дочь.

Всю неделю на душе кошки скребли.

Нашу дальнейшую семейную жизнь я представляла совсем иначе, и никакие дети от предыдущих отношений в мои планы точно не входили.

Возможно, я слишком остро на все реагирую, но пока что не могу иначе. Я просто очень сильно люблю своего мужа. Он мой самый родной, самый близкий человек на всей планете. Только с ним я чувствую себя полностью защищенной и уверенной в завтрашнем дне.

Он всегда окружит заботой, сто раз на дню заглянет на кухню ресторана, обнимет, поцелует, скажет, как сильно любит меня.

Я не готова его ни с кем делить.

Эта Дана родилась от первой любви Артура. Вдруг он увидит ее мать и у него вспыхнуть чувства к ней?

Сегодня на свадьбе они точно не встретятся. По крайней мере я очень сильно на это надеюсь. Дана сказала, что ее мать не будет присутствовать на торжестве.

– Юлия, я знаю, что вы не хотите лететь ко мне на свадьбу, – сказала она мне, когда вместе с Артуром приехала в ресторан сразу после получения результатов ДНК. – Но если вы не полетите, то и Артур Андреевич – тоже.

К тому моменту я была решительно настроена не лететь на ее свадьбу. Артур сказал, что раз я не хочу, то и он останется дома.

Но девушке удалось уговорить меня.

– Поймите, – жалобно посмотрела мне в глаза, – на моей свадьбе не будет мамы. Она не одобряет мой выбор. Ей не нравится мой жених, и она категорически против нашего бракосочетания. Мамы не будет… – вздохнув, опустила взгляд, – папы не будет… Вообще близких людей не будет рядом со мной в такой важный день…

Я понимаю, как Артур разрывается между нами: с одной стороны, мы с Тасей, с другой стороны – дочь, о которой он только что узнал, и ему не хочется причинять ей боль.

Это мне она абсолютно чужой человек, а для него – родной.

Мне нелегко далось это решение, но все же я пересилила себя и согласилась поддержать мужа.

Знаю, что он остался бы в Москве ради меня, но переживал бы из-за того, что оставил дочку в такой важный день без близких людей.

Да и вообще в конце-то концов, я – уверенная в себе женщина. Почему я должна бояться какой-то Аллы из прошлого?

Артур любит меня. Любит нашу дочь. Дорожит нашей семьей. Разве он уйдет от нас? Разве он нас бросит?

Да нет, конечно.

Мне абсолютно нечего бояться.

Тем более столько лет прошло – целая вечность!

Еще неизвестно, какой сейчас стала эта Алла. Может, Артур даже не посмотрит в ее сторону. Да ее и на свадьбе не будет. Поэтому, возможно, они вообще никогда не встретятся, а Артур будет просто поддерживать отношения с Даной.

Знаю, что Алла не стала разговаривать с ним о том, почему так долго скрывала ребенка. Она не отвечает на его звонки и сообщения.

Он честно сказал мне, что пытался до нее дозвониться для того чтобы выяснить, какого черта она столько лет молчала. И я знаю, что он на нее безумно зол.

Перед посадкой в самолет звоню Тасе.

– Доченька, вы добрались до лагеря?

– Да, уже чемодан распаковываю. А вы в самолете?

– Почти. Тась, в прошлом году вы с девочками самовольно ушли на озеро. Помнишь, какой выговор получили от воспитателя? Я очень надеюсь, что в этом году обойдется без происшествий. Ты же понимаешь, что ходить купаться без взрослых строго запрещено? Можно только со своим отрядом, это ясно?

– Мам, ну мы уже сто раз это обсудили. Я же сказала, что такого больше не повторится. Тем более нам ясно дали понять, что если мы еще раз куда-нибудь уйдем без разрешения, то за нами сразу пришлют родителей и отправят домой. Мне семнадцать лет, ма, – со вздохом протягивает она. – Не переживай за меня. Все будет хорошо.

После нервотрепки, которую нам в прошлом году устроила дочь, пока находилась в лагере, я вообще боюсь ее туда отпускать.

Она почти год уговаривала меня купить ей эту путевку.

«Мамуль, умоляю, ну можно я поеду? Пожалуйста, пожалуйста, – стонала она. – Я ж пять лет подряд езжу туда вместе с девочками. Ты же понимаешь, что это будет мое последнее лето в лагере. С восемнадцати лет уже нельзя. Клянусь, что буду хорошо себя вести».

А мне только стоило вспомнить, как однажды вечером позвонил воспитатель из ее отряда и сообщил, что Тасю и еще нескольких девочек нигде не могут найти.

Я тогда чуть в обморок не упала от страха.

Мы с Артуром прыгнули в машину, пулей полетели в лагерь, который, на минуточку, находится за двести километров от Москвы, но не успели мы выехать из города, как из лагеря позвонили и сообщили, что девочек нашли на озере.

Мы с мужем хотели забрать ее, и наказать за этот поступок, но она каким-то чудом уговорила нас оставить ее в лагере.

Ну и потом весь год умоляла нас отпустить ее на еще одну смену, так как потом уже возраст не позволит ездить по лагерям.

– Мам, у тебя как вообще настрой на эту свадьбу? – спрашивает Тася.

– Нормальный, – вздыхаю я, проходя следом за Артуром в самолет.

– Ну ты держи меня в курсе, ок? Я чёт за тебя переживаю.

– Конечно, малыш, – натянуто улыбаюсь и сажусь в кресло. – Всё, мы с папой в самолете. Я включаю «режима полета». Напишу тебе, как приземлимся.

– Окей. Мягкой посадки, – чмокает в трубку дочь и скидывает звонок.

Артур, после того как убедился в том, что Дана его дочь, сразу поговорил об этом с Тасей.

У Таси от этой новости чуть глаза не вылезли из орбит.

– В смысле, пап? – таращилась на него с раскрытым ртом. – Как это у тебя есть еще одна дочь? Сколько-сколько ей? Двадцать четыре года? Офиге-е-еть…

Артур умеет вести беседы с Тасей. Очень мягко и деликатно рассказал ей о том, что давным-давно встречался с девушкой, которая не сказала ему о своей беременности, улетела жить в Сочи, и он буквально только что узнал о существовании Даны. Затем обнял ее и сказал, что она всегда будет для него его любимой принцессой, что Дана не виновата в том, что она так долго не знала, кто ее настоящий отец, и что он хочет поддержать ее, поехав к ней на свадьбу. Вместе с мамой, разумеется.

– Если ты захочешь, Тась, подчеркиваю, только если ты сама этого захочешь, – выставил он указательный палец, – то я вас познакомлю.

Тася ему ничего не ответила. Дочь больше переживала за мое состояние, и постоянно спрашивала у меня, как я отношусь к этой ситуации.

Я сказала ей, что поддержу папу, и вместе с ним отправлюсь на эту свадьбу. Обняла ее и добавила:

– Нам не о чем переживать, зайка. В жизни, как видишь, всякое случается. Но если у нас дружная и крепкая семья, то ее ничто не сможет разрушить.

Через пару часов мы выходим из самолета, и оказываемся в жарком знойном Сочи.

Берем такси и едем в отель собираться на мероприятие.

– Милый, по дороге сюда я заприметила цветочный магазин. Он рядом с отелем. Можем там и купить букет, – выкрикиваю я, стоя у зеркала и надевая серьги.

– Давай, конечн… – муж, выйдя из ванной комнаты, замолкает на полуслове.

Через зеркало вижу, как на его лице расплывается улыбка. Восхищенным взглядом чертит невидимую линию по моим бедрам, обтянутым темно-синим платьем, по струящимся локонам, по туфлям на высоком каблуке – таким же темно-синим, как платье.

Артур как будто бы мысленно раздевает меня.

– Превосходно выглядишь! – Одной рукой обнимает за талию, второй – убирает за плечо мои волосы, и нежно-нежно целует в шею. – Нужно надеть солнечные очки, чтобы не ослепнуть от такой красоты.

Мой муж очень щедр на комплименты, и всегда говорит, что я восхитительно выгляжу. Далеко не все мужья способны заметить, что у жены новые туфельки или серьги, но это не про моего Артура. Он очень внимателен ко всему – даже к мельчайшим деталям моего образа.

– У тебя новый браслетик? – Он берет меня за руку и изучает его.

– Да, – кокетливо улыбаюсь я. – Тебе нравится?

Артур поднимает мою руку и целует кисть.

– Мне все в тебе нравится, – подмигивает он. – И ты это прекрасно знаешь.

Через полчаса мы выходим из цветочного магазина с огр-о-о-омным букетом белых роз, садимся в такси и едем в ресторан.

– Слушаю! – отвечает на звонок Артур. – Да, мы уже подъехали. Выходим из такси.

Видимо, ему звонит Дана.

Я смотрю на часы и понимаю, что до начала выездной церемонии бракосочетания осталось всего десять минут. Дана, наверное, уже успела забеспокоиться.

Выходим из машины и видим на крыльце ресторана невесту в красивом белом платье-рыбка.

Она машет нам.

– Привет! – Артур целует ее в щеку.

– Здравствуй! – киваю с улыбкой.

– Проходите-проходите, – радостно смотрит на нас. – Сейчас начнется церемония.

Входим в ресторан, в котором за круглыми столами сидят гости. Дана указывает нам на столик, за которым стоят два свободных стула.

– Ваши места там, – подмигивает нам.

Беру под руку мужа, приветливо глядя на людей, иду вместе с ним к нашему столику, и чувствую на себе пристальный взгляд с правой стороны.

Меня как будто сканируют с головы до ног, ей-богу!

Поворачиваю голову к плечу, и вниз живота падает булыжник.

Это она.

Девушка с фотографий из старого фотоальбома, которая… почти не изменилась.

Как будто все эти годы находилась в морозильной камере, честное слово. Не знаю, каким процедурам подвергалось ее лицо, но на свои сорок восемь лет она точно не выглядит.

На ней красное шелковое платье с открытыми плечами, и оно словно точно такое же, как на фотографии, сделанной на их с Артуром выпускном из института.

На том снимке она стоит с Артуром в обнимку, и на ней платье очень похожее на то, что я вижу на ней сейчас.

Сидит за столом, положив ногу на ногу, и в упор смотрит на меня.

Растягивает губы в улыбке, салютует мне бокалом, делая вид, что рада меня видеть, но по ее глазам вижу, что это вовсе не так.

Ее не должно быть на этой свадьбе!

Дана же сказала, что она точно здесь не появится.

У меня такое чувство, что нас сюда просто заманили.

Дальше все происходит как в замедленной съемке: Артур подводит меня к столику, отодвигает для меня стул, обводит взглядом людей, замечает Аллу и… меняется в лице.

Смотрит на ее платье, теперь снова устремляет пристальный взгляд на ее лицо.

Мне хочется уйти отсюда.

Это точно какая-то подстава.

Потому что прямо сейчас к Алле подходит дочь со своим избранником, она встает и крепко обнимает будущего зятя.

Нам сказали, что Аллы не будет на свадьбе, так как она не одобряет выбор Даны, и что она категорически против ее жениха.

Но… по ее объятиям сложно сказать, что она его ненавидит.

Скорее наоборот – так матери обнимают своих сыновей. Так матери их наставляют на путь истинный.

Ненавистью, о которой нам говорила Дана, тут даже и не пахнет.

Глава 4

Артур

Сказать, что я в шоке – ничего не сказать.

За соседним столом сидит Алла, и выглядит она точно так же, как на нашем выпускном.

Ее волосы-пружинки такие же длинные, как и раньше, красивая фигура, впрочем, она точно такая, какой была двадцать с лишним лет назад. Такое чувство, что она не вылезает из спортзала: спортивная, подтянутая. Совершенно не выглядит на свои сорок восемь.

Невольно перевожу взгляд на ее красные туфли, и совсем не удивляюсь тому, почему мне так захотелось взглянуть на ее ноги.

Мне всегда нравились ее миниатюрные ножки тридцать пятого размера. Раньше мы по всей столице искали туфли, которые смогли бы подойти на ее маленькую ногу. Обходили обувные магазины и везде слышали один и тот же ответ: «Обувь тридцать пятого размера есть только детская», и показывали нам разноцветные лаковые туфли для маленьких девочек.

Туфли такого размера, и чтоб на высоком каблуке, днем с огнем было не найти. А Алла как раз-таки очень любила щеголять на высоких каблуках.

Смотрю на ее платье и пытаюсь понять: она в нем была на выпускном?

Это платье было моим любимым. Красное, шелковое, подчеркивающее все ее достоинства.

Помню, как увидел ее в нем. Обалдел от красоты. Утратил дар речи. А когда дар речи вернулся, осыпал ее комплиментами.

Платье – цвета страсти словно кричало: «Сними меня немедленно!»

Что я и сделал в принципе.

В итоге мы только через час отправились в кафе, где проходил наш выпускной.

«Нет, вроде не это платье», – замечаю, что верх немного другой. Но оно очень похоже на «платье из прошлого».

Она что, специально так вырядилась?

И вообще, что она здесь делает?

Дана ясно дала понять, что мать не одобряет ее выбор, и по этой причине ее не будет на свадьбе.

Но тем не менее Алла здесь…

«Что сидишь и улыбаешься? – в упор смотрю на нее. Выпрямляюсь и передергиваю скулами. – Сегодня тебе придется ответить на все мои вопросы. И даже не надейся избежать этого разговора».

Поворачиваю голову к жене и встречаюсь с ее вопросительным взглядом.

– Всё, насмотрелся на свою первую любовь? – Юля, подняв голову, выгибает дугой бровь. – А теперь, может, и за женой поухаживаешь?

– Конечно, милая, – киваю на салаты и закуски. – Что тебе положить?

Юля делает вид, что все в порядке. Сидит с гордой осанкой, улыбается людям, сидящим за нашим столом, смеется над шутками мужчины в клетчатом костюме, который здесь всех веселит, но я прекрасно знаю, что вся эта обстановка дико напрягает ее.

Улыбка неестественная, скорее даже дежурная, смех – тоже. Как будто она вообще не слышит, о чем говорят люди за столом, и все шутки этого весельчака пропускает мимо ушей. Смеется, когда все смеются, но сама в этот момент думает о чем-то другом, вижу это по ее отрешенному взгляду. Она находится глубоко в своих мыслях.

Конечно же никто этого не замечает, кроме меня. Я свою жену отлично знаю. И со мной ее дежурная улыбочка не прокатит.

Юля никогда не устраивает скандалы и не проявляет ревность. Она выше этого. Всегда держится достойно. Моя жена знает себе цену и сохраняет самообладание в любой, даже самой неприятной ситуации.

Беру ее за руку и наклоняюсь к уху.

– Юль, все хорошо? – под столом сжимаю ее напряженную ладонь.

– Конечно, – бегло смотрит на меня.

– Ты же понимаешь, что я не знал, что Алла будет на свадьбе? Дана при тебе говорила, что…

– Я все прекрасно понимаю, – строго произносит она. – И даже больше, чем ты, Артур. Несложно догадаться, что она все подстроила, – кивает на Дану, которая вместе с женихом направляется к зоне для регистрации, украшенной живыми цветами и большими золотыми буквами «Л и Б» – Лев и Богдана.

– Подстроила? – хмуро смотрю на Юлю. – Каким образом?

– Ты до сих пор не понял, что нас попросту заманили на эту свадьбу? – усмехается она, и изящным движением руки откидывает за плечо волосы. – Дана смекнула, что я не прилечу сюда, если здесь будет ее мать, что ты в таком случае тоже останешься со мной в Москве, и придумала грустную историю о том, что на ее свадьбе не будет близких людей. Как она там сказала? – прищуривается жена. – «Маме не нравится мой жених. Она против нашего бракосочетания, и поэтому не пойдет на свадьбу», верно?

– Примерно так, – киваю я.

– Так вот буквально пару минут назад я наблюдала за тем, как Алла, которая так ''сильно ненавидит жениха'', – Юля показывает кавычки и снова усмехается, – обнимала его словно мать родная. И никакой личной неприязни она к нему точно не испытывала.

– Юль, если это так, то я понятия не имею, зачем им понадобилось наше с тобой присутствие. Я с тобой всегда честен, ты это прекрасно знаешь, – обнимаю ее свободной рукой и прижимаюсь губами к ее виску. – Солнце, мы прилетели сюда только потому что хотели поддержать Дану. И сейчас оба видим, что в нашей поддержке она не нуждается, – киваю на стол, за которым сидит Алла в окружении родни. Узнаю среди них и отца Аллы, и мать, и сестру. Да здесь куча их родственников! Но Дана уверяла, что никого из близких не будет. – Поэтому я предлагаю поприсутствовать на регистрации, раз она уже началась, и ехать в отель.

На лице Юли появляется благодарная улыбка. Жена, с любовью глядя в глаза, сжимает мою ладонь и шепчет:

– Спасибо, родной, – облегченно выдыхает. – Именно такого ответа я от тебя и ждала.

Поворачиваемся к зоне регистрации, я чувствую на себе пристальный взгляд Аллы, но игнорирую ее. Если Юле неприятно здесь находиться, и она хочет поскорее уехать в отель, то разговор с Аллой я готов отложить на потом.

И этот разговор будет телефонным, потому что я навряд ли захочу вернуться в Сочи для того чтобы встретиться с ней.

Регистратор говорит торжественную речь, Дана и Лев обмениваются кольцами, целуются, а я все это время наблюдаю за происходящим с полным равнодушием.

Вот если б сейчас выходила замуж наша Тася, то я испытывал бы совершенно другие эмоции.

Тася – моя девочка, моя принцесса, которую я всю жизнь носил на руках, и до сих пор считаю ее маленькой дочкой.

К выбору ее жениха буду относиться очень строго. Прежде чем он женится на ней, должен будет заслужить мое доверие. Я свою дочь за первого встречного точно не отдам.

А здесь я просто сижу в качестве гостя, и без всяких эмоций наблюдаю за тем, как вступают в брак двое молодых людей.

Которых я практически не знаю.

Дана моя дочь, это факт. Но я не видел, как она росла, как делала первые шаги, как пошла в школу. Я познакомился УЖЕ со взрослой дочерью. И мне будет очень сложно пробудить в себе отцовские чувства по отношению к ней.

Возможно, она испытывает ко мне что-то другое, раз разыскала меня, раз так хотела, чтобы я был на ее свадьбе, и даже, скорее всего, ради этого соврала, что здесь не будет Аллы. Она желает поддерживать со мной связь, и я не против этого. Не хочу ранить ее, обидеть. Но гарантировать ей отношения как у отца с дочкой тоже не могу.

На это, должно быть, уйдет целая вечность.

– Оглянитесь вокруг, – подойдя к молодоженам, говорит ведущая, – посмотрите, сколько друзей и родственников пришло сегодня поздравить вас с этим знаменательным событием. Им не терпится обнять вас, сказать вам ласковые слова, но давайте для начала позволим сделать это вашим самым близким людям – родителям.

Я чувствую, как кровь приливает к лицу.

– Родители жениха, родители невесты, – улыбается ведущая, – прошу вас подойти к вашим детям и дать напутственные слова.

– Папа! – машет мне Дана. – Пап, иди сюда.

Медленно разжимаю руку Юли, которая сидит с каменным лицом, встаю со стула и иду к жениху с невестой. С другой стороны зала к ним идет Алла.

Врагу не пожелаю оказаться в такой ситуации. Моя жена осталась одна за столом, а я иду к дочери, которую практически не знаю, чтобы сказать ей напутственные слова. Да еще и должен сделать это вместе с Аллой.

«Зачем мы вообще сюда приехали?»

Но и не выйти к невесте, которая стоит и ждет, я тоже не могу.

Что мне оставалось делать? Сидеть за столом и отрицательно мотать головой, демонстрируя свое нежелание участвовать во всём этом?

– Обнимите своих детей, – диктует что нам нужно делать ведущая.

Подхожу к Дане, обнимаю ее, и вижу, как за нами наблюдает Алла.

Глаза на мокром месте? Серьезно?

Из-за чего так растрогалась?

Увидела, как твоя дочь обрела отца, о котором ты молчала столько лет?

Она играла нашими судьбами, а теперь стоит и слезы льет?

Меня просто поражает ее поведение. И я не понимаю, чего она теперь ждет от меня.

– Извини, что не успела предупредить тебя о том, что мама в последний момент все-таки надумала пойти на свадьбу, – виновато смотрит на меня Дана.

– Лев, – выпрямляется передо мной ее муж, и протягивает руку. А в этот момент к Дане подходит Алла и со слезами обнимает ее.

– Давайте сделаем совместное фото, – говорит ведущая, которую я уже воспринимаю как назойливую муху. – Мамочки, папочки, вставайте рядом со своими детьми.

Встаем на общее фото.

Класс.

Семья, черт побери.

Юля там, наверное, уже кипит от «радости», наблюдая за этой картиной.

Фотограф делает свое дело, и ведущая наконец-то зовет остальных гостей, чтобы те тоже поздравили молодоженов.

Отхожу от Даны, собираюсь пойти к жене, но слышу за спиной голос Аллы:

– Артур, нам нужно поговорить.

Глава 5

Артур

Подхожу к Юле и наклоняюсь к ней.

– Солнце. Я отлучусь на некоторое время? ― касаюсь ее плеча и сжимаю его. ― Алла наконец-то созрела на разговор.

– Хорошо, ― жена равнодушно пожимает плечами, как всегда делая вид, что все нормально, но я знаю, что вся эта обстановка ей очень не нравится.

– Юль, ― шепчу ей на ухо, ― милая, ты же понимаешь, что этот разговор должен состояться. Я закрою этот гештальт, и мы сразу поедем в отель, договорились?

Жена накрывает мою руку холодной ладонью и поднимает взгляд.

– Главное, Артур, чтобы у тебя новые гештальты не открылись.

– Это исключено, ― смеюсь я, целуя ее в щеку. ― Тебе абсолютно не из-за чего переживать, поверь мне.

– Иди, я тебя буду ждать здесь. Надеюсь, после вашего разговора с Аллой мы сразу поедем в отель, ― натянуто улыбается она.

Алла ждет меня у выхода из зала. Она замечает, что я отхожу от жены, разворачивается, и первой выходит на улицу.

– Почему ты не отвечала на мои звонки и сообщения? ― выйдя на крыльцо, спрашиваю в лоб.

– Артур, ты правда считаешь, что это телефонный разговор?

– Хотя бы по телефону могла дать объяснение своему поступку? Ты больше двадцати лет скрывала от меня дочь! ― в упор смотрю на нее, передергивая скулами от злости. ― Ее воспитывал чужой человек. Ты уехала из Москвы беременная! И ни слова мне об этом не сказала.

– Да, я очень сильно виновата перед тобой, я это не отрицаю. Просто… ― опускает взгляд и заправляет за ухо кудрявый локон. ― Просто в тот момент так сложились обстоятельства. Я понимала, что у нас разные пути. Тебе в Москве светила карьера, мне ― здесь, в Сочи. Я знала, что ты ни за что не поедешь сюда со мной и моей семьей, и сама бы я тоже не осталась в столице. Мы это не раз с тобой обсуждали. Постоянно ругались из-за этого. Думаю, ты и сам это прекрасно помнишь.

– Это не повод не рассказывать мне о беременности.

– Знаю, ― поднимает на меня виноватый взгляд. ― Но тогда мне больше всего на свете не хотелось ломать твою судьбу. Я заглянула в наше будущее и поняла, что у нас с тобой ничего не получится. Каждый хотел жить своей жизнью. Да, возможно, ты ради меня и дочери переехал бы в Сочи, но ты не был бы счастлив здесь. Ведь ты напрочь отказывался перебираться сюда. Ты грезил работать в ресторане, и я это прекрасно понимала. И еще я понимала, что ты бы все равно не уговорил меня остаться в Москве.

– Все решила за нас двоих, ― усмехаюсь я.

– Артур, ― шепчет Алла, глядя на меня мокрыми глазами, ― поверь, я думала о тебе и твоем будущем. Я не должна была становиться препятствием на твоем пути к успеху, и не хотела ломать тебе судьбу. Хочешь верь, хочешь не верь, но я говорю тебе чистую правду. Я не обманываю тебя. Да, потом я поняла, что не имела права так поступать с тобой, и что я была обязана рассказать тебе о ребенке. Возможно, мы бы вместе нашли верное решение, ― судорожно вздыхает она. ― Но я слишком поздно это осознала…

– Спустя двадцать с лишним лет? ― смотрю на нее во все глаза. ― Только сейчас до тебя дошло, что мне все же следует знать о дочери?

– Нет, конечно, ― прикладывает руку к груди, ― я гораздо раньше поняла, что допустила огромную ошибку. Когда я все же набралась смелости и решилась рассказать тебе о Дане, ей на тот момент было почти восемь лет, она уже заканчивала первый класс. Но я не могла просто так взять и обрушить на тебя эту новость. Понимала, что прошло слишком много времени, что за эти годы ты вполне мог обзавестись семьей, поэтому разыскала одного нашего общего знакомого, поинтересовалась у него, как сложилась твоя жизнь, и… ― вздыхает Алла, ― и он сказал, что ты женат, и что у тебя есть маленькая дочка.

Ее глаза снова наполняются слезами, подбородок дрожит.

– Артур, я не хотела лезть в твою семью, ― всхлипывает она. ― Я и так была очень сильно виновата перед тобой. А если б еще и явилась к тебе с восьмилетней дочкой… Я просто поставила себя на место твоей супруги, твоей малышки, и поняла, что для них это может стать настоящим ударом. Впрочем, как и для тебя… Я рассказала обо всем Дане четыре года назад. Больше не могла скрывать от нее правду. Она долго не могла решиться на встречу с тобой, и… сделала это только сейчас.

– Она сказала, что ты была против нашей встречи.

– Не то чтобы против, ― уверяет Алла. ― Я опять же думала о твоей семье: как на это отреагирует твоя жена, твоя дочка. Меня долго терзали сомнения. Затем решила, что пусть Дана поступает так, как ей подсказывает сердце. Не стала препятствовать. Тем более у вас уже большая девочка, думаю, она все поймет, и, возможно, даже подружится с нашей Даной. Будет здорово, если сестренки обретут друг друга, правда? ― улыбается сквозь слезы. ― В скором времени Даночка вместе с мужем переедут в Москву, она тебе не говорила об этом?

– Нет.

– Дана и Лев вместе работают в торговой организации, и недавно им предложили возглавить новый филиал в столице. Буквально через пару недель уедут. Не знаю, как ее отпустить от себя, ― горько усмехается. ― Чувствую, не выдержу и следом за ней отправлюсь в Москву. Хотя, может, это и к лучшему, правда? ― вопросительно смотрит на меня. ― Даночка будет жить рядом с родным отцом и сестрой. Думаю, вы так быстрее сблизитесь.

Оборачиваюсь и вижу на крыльце жену. Видимо, наш разговор с Аллой слишком затянулся, и Юля отправилась за мной.

– Юлия, идите к нам, ― доброжелательно улыбается Алла. ― Наконец-то я могу познакомиться с женой Артура, ― протягивает ей тонкую кисть. ― Я Алла.

– Юлия, ― в ответ улыбается жена. ― Очень приятно.

– Это взаимно, ― Алла ослепляет ее идеально ровными и белыми зубами. ― Ну что, идемте в зал?

– Мы сейчас уедем, ― заявляю я, тем самым вызвав недоумение на лице Аллы.

– Как это? ― удивленно смотрит на нас с Юлей. ― Но свадьбе же только началась.

– Мы приехали поздравить Дану. Поздравили, ― выпрямляюсь я, и одергиваю пиджак, ― а теперь хотим вернуться в отель.

Беру за руку жену, веду ее в ресторан, чтобы попрощаться с Даной, но стоит только войти в зал, как ведущая берет меня под руку и объявляет в микрофон:

– А теперь настало время для медленного и очень трогательного танца нашей красавицы невесты с папой!

Глава 6

Юля

Я понимаю.

Я все, черт возьми, понимаю.

Артур не знал о том, что на этой свадьбе будет его первая любовь, не знал, что здесь его всем представят как отца невесты, попросят сказать речь, встать на общее-семейное фото, и станцевать с дочкой, раз уж таковы традиции.

Я видела, что он был дико недоволен этим, но мой муж тактичный мужчина, и никогда не позволит девушке, тем более собственной дочери, оказаться в неловкой ситуации.

Конечно же он вышел на этот танец. Ведь его уже объявила ведущая.

Но танец закончился десять минут назад, а он все еще стоит в окружении родственников Даны.

А я как дура сижу за столом.

Люди странно поглядывают на меня, перешептываются.

Чувствую себя не в своей тарелке. Как будто я здесь лишняя.

– Юль, а вы кем приходитесь молодоженам? ― спрашивает женщина, сидящая напротив. ― Вы ведь со стороны невесты, верно?

– Я жена отца невесты. Мы прилетели сюда из Москвы, ― натянуто улыбаюсь.

– Всегда восхищалась женщинами, которые поддерживают отношения с детьми мужа от другого брака.

«Да я как бы ни с кем не поддерживаю», ― отвечаю мысленно.

– Артур и Алла не были расписаны, ― подчеркиваю я.

– Получается, Дана их внебрачная дочь?

– Получается так, ― киваю я, взглядом показывая, что ее вопросы мне не особо нравятся.

– Алла была замужем за другим мужчиной, ― подсказывает ей весельчак в клетчатом костюме. ― И он воспитывал Дану.

– Какая интересная ситуация, ― удивляется женщина. ― У Даны два папы, и две мамы, с ума сойти!

О боже, как она противно смеется. Ее специально посадили за этот стол, чтобы она подливала масло в огонь?

– Мама у нее одна, ― отрезаю я. ― А у меня есть своя дочь. У нас с Артуром, если быть точнее.

– Как здорово, что у вас такая огромная семья, ― кивает на родню Даны, в окружении которой все еще стоит мой муж, ― вы все общаетесь, дружите. Это большая редкость.

Я никак это не комментирую. Ну кому я собираюсь что-то объяснять?

Мне бы поскорее уехать отсюда. Это все, чего я сейчас больше всего хочу.

Встаю со стула и иду к мужу.

– А вот и жена Артура! ― манит меня рукой Алла. ― Юлия, идите к нам, идите, ― широко улыбается.

– Всем добрый вечер! ― стараюсь быть приветливой.

– Юлия, это бабушка и дедушка Даны, ― изящным движением руки указывает на пожилую пару, ― а это ее тетя, ― кивает на ухоженную брюнетку лет сорока пяти.

– Юлия. Приятно познакомиться.

Пока их родственники обводят меня оценивающим взглядом, я наклоняюсь к мужу.

– Артур, мы едем или нет?

– Юль, ― шепчет он, ― пока мы с Даной танцевали, она чуть ли не со слезами просила меня остаться. Нас! Нас, конечно же, ― быстро поправляет себя. ― Давай побудем еще какое-то время. Не хочется портить настроение Дане в такой день.

Я поднимаю голову и в упор смотрю на него.

– Оставайся. А я поеду в отель.

Накидываю на плечо цепочку от сумочки, делаю шаг в сторону выхода, но он берет меня за руку.

– Без тебя я точно не останусь. Прошу тебя, войди в мое положения. Я…

– А может ты наконец-то войдешь в мое положение? ― прищуриваюсь я. ― Семейное фото, танец папы с дочкой, это я еще могу понять. Ты не управлял ситуацией. Но потом тебя окружили родственники Даны, ты завис с ними, а я сидела за столом и отвечала на глупые вопросы людей, о том, кто я вообще такая. Что бы ты сделал на моем месте? Остался бы или уехал отсюда?

С языка чуть не сорвался еще один пункт: что, на минуточку, все это время он находился рядом со своей бывшей. Хотелось спросить: каково было бы ему наблюдать за тем, как я стою и мило беседую с мужчиной, которого когда-то безумно любила?

Но я не стала этого делать.

Зачем показывать ему свою ревность?

Я выше этого.

– Солнце, ― Артур отводит меня в сторону, кладет руки на мою талию, и наклоняется к лицу, ― прости, что я втянул тебя во все это. Я правда не хотел, чтобы ты неловко чувствовала себя, и, если честно, когда летел на свадьбу, то представлял совершенно другую картину. Я благодарен тебе за поддержку, за то, что ты вместе со мной прилетела сюда, и очень прошу: давай останемся всего на час. Дана сказала, что будет какой-то сюрприз для всех гостей, она очень долго готовилась к нему, и мечтает, чтобы я… точнее, чтобы мы с тобой это тоже увидели.

Наклоняется к моей щеке, прижимается к ней губами, и крепко обнимает меня.

– Конечно же я не отпущу тебя одну, ― глубоко вздыхает. ― Если ты поедешь в отель, то я поеду вместе с тобой. Это даже не обсуждается.

Я как будто нахожусь между двух огней: с одной стороны ― мои чувства, мое дикое желание уехать отсюда, а с другой ― чувства мужа, который просит у меня поддержки в сложившейся ситуации.

«И в горе и в радости, и богатстве и в бедности», ― говорили мы с ним, стоя у алтаря, и обещали, что всегда и во всем будем друг друга поддерживать. Мы очень многое пережили вместе. Выпутывались из разных передряг. Наш брак не раз пытались разрушить девицы, которые крутились рядом с мужем ― успешным ресторатором, но благодаря доверию друг к другу, и трезвой оценке ситуаций мы до сих пор вместе. Всем назло.

Конечно же я могу прямо сейчас уехать с этой свадьбы, тем самым показав Алле, что я приревновала мужа, что мне неприятно находиться в ее компании, и она, думаю, будет от этого ликовать.

Но я достойно выйду из положения.

Я же прекрасно понимаю, чего добивается эта Алла. Она мечтает, чтобы я отсюда уехала, а Артур остался.

Но мы поступим иначе: раз она заманила нас на эту свадьбу, то пусть наблюдает за тем, как мы счастливы.

– Час, говоришь? ― с улыбкой смотрю на мужа.

– Да, ― кивает он. ― Всего один час.

– Хорошо, любимый, ― целую его в губы, вижу, что Алла смотрит на нас в упор. ― Тогда пойдем потанцуем?

Артур берет меня за руку, ведет к танцполу, и мы начинаем кружиться в медленном танце.

– Спасибо, родная, ― наклоняется к моему уху.

«Ну что ты так на нас смотришь? ― замечаю, с каким недовольным лицом стоит Алла. ― Не понравилось, что я все же решила остаться вместе с мужем?»

После танца я иду в туалет, чтобы припудрить носик, и заодно позвонить дочери.

– Тась, привет! Как у вас дела?

– Все хорошо, мамуль. Мы собираемся на дискотеку, ― весело произносит она.

Переключается в режим видеосвязи, показывает подружек, которые машут мне с радостными лицами, затем выходит в коридор и тихо спрашивает:

– Мам, как там обстановка?

Не вдаваясь в подробности, говорю, что у нас тоже все хорошо, и что мы скоро поедем в отель.

– А завтра на море пойдете? Или будет второй день свадьбы?

«Я и один-то день не смогу вынести, а она про второй».

– Да, завтра мы с папой погуляем, обязательно сходим на море, а послезавтра полетим домой.

– Ма, ну ты хоть отдохнешь, развеешься. Давай ты будешь считать, что у вас с папой мини отпуск! ― приказным тоном произносит дочь. ― Вот именно так и относись к этой поездке, ок? А не то глаза у тебя что-то совсем грустные.

– Договорились, роднуль, ― чмокаю экран. ― Ладно, беги на свою дискотеку. Перед сном созвонимся.

– Пока-пока! ― подмигивает она.

Вернувшись в зал, замечаю, что ни Артура, ни Аллы, ни Даны здесь нет.

Иду к выходу и через приоткрытую стеклянную дверь вижу, что они втроем стоят на крыльце.

– …Да-да, мама рассказывала, как ты поздно ночью залез к ней в окно, ― смеется Дана.

Видимо, я стала свидетелем их душевного разговора о прошлом.

– Ой, да ладно в окно, ― хохочет Алла. ― Это еще цветочки. Он тогда на всю столовую в институте прокричал, что любит меня. При этом еще и на стул забрался. Ты помнишь это? ― спрашивает у Артура, на что он молча кивает.

– Ах… ― вздыхает Дана, ― у вас такая красивая пара была, если судить по маминым рассказам. Как жаль, что вы расстались…

Артур, по всей видимости, никуда не торопится. Кажется, ему даже нравится ностальгировать по прошлому вместе с бывшей любимой и их общей дочерью.

Алла, не замечая моего присутствия, продолжает вспоминать о том, как красиво Артур за ней ухаживал, а он смеется над некоторыми моментами, и подтверждает каждое ее слово.

Не могу объяснить, что сейчас происходит внутри меня.

Это… это какое-то дурное предчувствие, что ли…

Перед глазами внезапно появляется странная картина: наш дом, в котором много лет царила любовь, стоит на краю пропасти, а над ним ― черные грозовые тучи. В виски ударяют раскаты грома, молния бьет в крышу дома, и он… падает в эту пропасть.

Поднимаю глаза к темному небу, вижу, как с него одновременно срываются несколько звезд, и устремляю взгляд на спину мужа.

«Чувствую, наш брак тоже скоро полетит в пропасть…»

Глава 7

Юля

Спустя два дня

– Юлия Сергеевна-а-а, – слышу словно отдаленно.

– Что, прости? – выйдя из размышлений, поворачиваюсь к официанту.

– Я говорю: два блюда от шефа.

– А… да… Хорошо.

Мысленно я сейчас нахожусь далеко не на кухне. А в Сочи… Все еще в Сочи – в городе, из которого я улетела совершенно другой Юлей.

Берусь за заказ, а сама ежесекундно прокручиваю в голове события, которые произошли на свадьбе. Меня до сих пор не покидает ощущение, что у Артура проснулись чувства к Алле.

Я отлично знаю своего мужа, и понимаю, что он думает о ней, хоть и пытается делать вид, что она его совсем не интересует.

Мы уехали со свадьбы сразу после того, как Дана продемонстрировала всем свой музыкальный талант. Она спела песню для жениха. Это и был тот самый сюрприз, ради которого она попросила нас остаться.

В памяти всплывают слова Аллы, которые она сказала, провожая нас до машины-такси.

«Артур, твоя дочь сегодня выходит замуж, а ты уезжаешь в самый разгар свадьбы, – смотрела только на него, полностью игнорируя мое присутствие. – Задержись хотя бы на пару часов. Разве не понимаешь, что это очень важно для Даны. Не оставляй ее в такой день».

«Задержись».

«Не оставляй».

Обо мне, разумеется, не было и речи.

Она хотела, чтобы он остался там один, ну а я благополучно уехала в отель. А лучше вообще сразу в Москву, чтобы не мешала ей окучивать Артура.

Муж взял меня за руку и ответил:

– Мы поздравили Дану, а теперь хотим вернуться в отель.

– Ну что ж, – грустно улыбнулась Алла, – дело ваше. Надеюсь, ты будешь поддерживать с ней связь. Она очень этого хочет.

В отеле Артур себя вел очень странно: он без конца меня целовал, обнимал, перебирал мои пальцы, когда мы лежали в кровати, а сам мысленно был где-то далеко-далеко от меня – его выдавал взгляд.

Я проснулась около шести утра, открыла глаза и увидела, как он лежит и улыбается – мечтательно, блаженно.

С такой улыбкой люди обычно думают о моментах, которые доставили им большое удовольствие, которые будоражили. Он до самого утра не сомкнул глаз. Лежал и сверкал как начищенный самовар, скорее всего, полностью погрузившись в студенческие годы, о которых ему так старательно напоминала на свадьбе Алла.

– О чем думаешь? – шепотом спросила я, и заметила, что он даже немного опешил – был уверен, что я сплю.

– Да что-то не спится, – сделал серьезное лицо.

– Алла не дает покоя?

– При чем тут Алла? – рассмеялся Артур, повернулся ко мне, и прижал к горячему телу. – Я вообще о ней не думаю, – поцеловал меня в макушку. – Если тебе так интересно, то я лежу и мысленно расставляю мебель в нашем новом ресторане. Завтра, точнее уже сегодня, набросаю то, что придумал, и покажу тебе.

Не думала, что столы и стулья, которые будут стоять в новом ресторане, способны вызвать у него такую счастливую улыбку. Ну, если только они его нежно целовали и обнимали в его фантазиях.

Понятное дело, что он никогда не признается в том, что всю ночь думал о своей первой любви, но я же не дура и все понимаю.

Вчера ему позвонила Дана и пригласила нас на второй день свадьбы, который проходил в загородном доме. Артур не раздумывая отказался, и повез меня на море. Мы провели на пляже почти весь день, а вечером отправились в аэропорт.

Надо сказать, что весь вчерашний день он вел себя вполне обычно. Возможно, понял, что я стала слишком подозрительной, и старается ничем себя не выдавать. Но это не говорит о том, что он не думает о ней… Просто теперь это тщательно скрывает. Я так чувствую.

Никаких мер предпринимать не буду. Не буду объяснять ему то, что они хитростью заманили его на свадьбу, что Дана и Алла очень ушлые, что они не просто так появились в его жизни, и что, скорее всего, им сейчас нужна поддержка богатого ресторатора.

Я не слепая и все это прекрасно понимаю, а вот у него, видимо, пелена на глазах. Но он взрослый мужчина, и у него есть своя голова на плечах, поэтому пусть сам выбирает, как с ними поступить. А я понаблюдаю за его поведением. Интересно, как будет дальше вести себя мой супруг. Мы со многим в жизни сталкивались, но такая ситуация с нами случилась впервые. Посмотрим, способен ли он выйти из нее достойно. Если да, то это еще раз подтвердит мое убеждение в том, что наш брак ничто и никто не сможет разрушить.

Ну а если же он провалит очередную проверку наших отношений на прочность, то… моего прощения он никогда не добьется.

Отдаю заказ, снимаю фартук и иду в ВИП-зал, куда сейчас должен спуститься муж. Работа работой, а обед, как говорится, по расписанию. Мы всегда обедаем вместе.

Вхожу в зал, прошу официантку принести мне «Цезарь с креветками», после заказа проходит минут десять, а стул напротив все еще пустует.

«Артур опять заработался и забыл про обед?» – предполагаю я.

Пока жду его, звоню Тасе, узнаю, как там дела в лагере, затем мне приносят заказ.

– Артур Андреевич подойдет? – уточняет официантка, глядя на приборы, которые заблаговременно принесла для него. – Или можно убирать?

– Оставь пока, – встаю со стула. – Сейчас я за ним схожу.

Поднимаюсь на второй этаж, подхожу к его кабинету и слышу голос своей свекрови.

– …Нет, Артур, мне эта квартира не нравится. Посмотри, как там темно. Давай еще раз посмотрим предыдущую.

– Эту? – спрашивает он.

– Да-да. Вот она, думаю, вполне подойдет.

«Ничего не понимаю… Кому они подыскивают квартиру?» – удивленно моргаю.

– Смотри, еще такая есть, – говорит Артур.

– Сразу нет! – фыркает Инесса Вениаминовна. – Ты для кого квартиру ищешь, Артур? Для дочери или для постороннего человека? Не нужно торопиться и брать первый попавшийся вариант. Давай посмотрим все.

«Они ищут квартиру для Таси?» – еще больше удивляюсь я.

Неужели Артур подыскивает ей квартиру? Здорово, конечно, но почему советуется с матерью, а не со мной? Ведь мы с ним вместе решили, что подарим Тасе квартиру на ее совершеннолетие, рассматривали разные варианты, приценивались, поэтому я совершенно не понимаю, почему сейчас он решает этот вопрос с матерью, а не сом ной.

– Вот еще одна! – восклицает Артур. – Вроде приличная. И район хороший.

– А ну-ка дай посмотрю. Угу… Ага… Тут и душевая кабина, и джакузи, и вид из окон просто роскошный. Шикарная квартира, сынок! Великолепная! Объявление только сегодня выложили. Пиши им скорее, пока не сдали.

«В смысле ''не сдали''? Они ищут квартиру для съема? Ну тогда я вообще ничего не понимаю».

– Добрый день! – прочищает горло муж. – Подскажите, пожалуйста, когда можно приехать посмотреть квартиру? Нет, не для себя. Для дочери. Для молодой семейной пары, если быть точнее. Без детей. Животных тоже нет. В семь часов? Да, мне удобно. Договорились. Тогда до вечера.

«Так он для Даны квартиру ищет?..» – отрешенно смотрю на приоткрытую дверь его кабинета, и слышу довольный голос свекрови.

– Ой, слава богу, что эту квартиру еще никто не занял. И как здорово, что мы все ж таки остановились на двухкомнатной, да? Аллочка будет приезжать в гости и останавливаться у них. Я считаю, что это очень удобно.

«Аллочка», – полоснуло лезвием по сердцу.

С какой любовью она произнесла ее имя. А ко мне ни разу за все эти годы не обратилась ласково.

Она вообще с головой дружит или нет?

Аллочка будет приезжать в гости? Давай снимем им двухкомнатную квартиру? Серьезно?

У нас семья, дочь растет – твоя любимая внучка, между прочим, а ты думаешь о комфорте Аллочки?

Да другая бы на ее месте вправила сыну мозги и напомнила о том, что у него есть жена и дочь, а эта… Эта словно на седьмом небе от счастья, потому что Аллочка снова появилась в жизни Артура.

Глава 8

Артур

– …Останавливаемся на этом варианте. Хорошая квартира, – говорит мать, и встает с кресла. – Сынок, – ослепляет винирами, – я так рада за тебя! Нет, я, конечно понимаю, что упущено слишком много времени, но все можно наверстать. Будешь узнавать Даночку, будешь чаще проводить с ней время, и, глядишь, начнешь относиться к ней как к доченьке. Даночка у нас такая красавица! Просто модель, честное слово, – восклицает она. – Какую прелестную девочку вырастила Аллочка. И мне кажется Даночка на тебя очень похожа.

«Да нет, вообще не похожа, – думаю я. – Дана точная копия Аллы. Одно лицо».

– Внученька моя, – с улыбкой качает головой мать, затем набирает полную грудь воздуха и на выдохе произносит: – Как жаль, что Алла столько лет скрывала ее от нас… А ведь все могло сложиться совсем по-другому.

Берет со стола сумку и напоследок целует меня в щеку.

– Все, я убежала в салон красоты.

Мать выходит из кабинета, а я откидываюсь на спинку кресла, ослабляю галстук, прикрываю глаза, и меня снова накрывают воспоминания о свадебном вечере.

Перед глазами появляется образ Аллы. Вспоминаю, как мы с ней стояли на крыльце, как у нее колыхались волосы-пружинки от ветра, как на плечо спала лямочка от платья. Снова растягиваю губы в улыбке.

«Мозоль, кажется, натерла», – поморщилась она, сняла туфельку, я устремил взгляд на ее миниатюрную ножку, затем провел невидимую линию по ее щиколоткам, тонкой талии, обтянутой красивым платьем, по упругой груди.

Я погрузился в студенческие годы. Снова окунулся в те счастливые моменты, вспомнил, как нам было хорошо вместе, как мы сходили с ума от любви, как не могли и дня провести друг без друга. Как встречали рассвет, целуясь на набережной, как не могли друг от друга оторваться.

Всегда ходили за руку, любили слушать одну и ту же музыку, засыпали и просыпались вместе каждый день, и я был самым счастливым человеком тогда. Я не мог надышаться ею.

А еще она каждый вечер перед сном делала мне расслабляющий массаж, от которого я мысленно улетал в космос.

Стоя на крыльце, она в какой-то момент коснулась моего плеча, сжала его, и я вспомнил о том, как ее тонкие пальчики массировали мои плечи, шею, спину.

Меня накрыло мощной волной воспоминаний о прошлом.

Я понимал, что нужно гнать от себя эти мысли, но они атаковали меня снова и снова. В ту ночь я практически не сомкнул глаз. Лежал в темном номере отеля, смотрел в потолок, а перед глазами стояло ее лицо.

Как она вообще могла появиться в моей жизни спустя столько лет? Я до сих пор не могу поверить в это. Как будто это затянувшийся сон, честное слово.

Я уже давно забыл о ней. Да, признаться честно, мне это далось с большим трудом, но, когда в моей жизни появилась Юля, все чувства к Алле растворились в воздухе.

Я люблю свою жену. Она у меня заботливая, мудрая, умная. Всегда чувствует мое настроение, понимает, когда меня лучше не трогать, когда нужно поддержать, дать совет. А какая она хозяйка! Какую красоту навела и в доме, и на территории дома. И ведь все своими руками. Каждый цветок посадила с любовью.

К нам приходят гости и восхищаются тем, как у нас уютно. Ну, о том, что она обалденно готовит даже говорить не нужно. На столе каждый день фирменные блюда от шефа – и на завтрак, и на обед, и на ужин. А на праздниках так вообще столы ломятся от еды.

Юля идеальна во всем. Я всю жизнь считал, что лучше жены никогда не найти, и был счастлив, что она досталась именно мне. Она воспитала замечательную дочь, которая учится на одни пятерки, и я знаю, что это тоже заслуга Юли. Жена с первого класса сидела и разжевывала ей каждую задачу, каждый пример, по сто раз объясняла, прорабатывала с ней ошибки, а я удивлялся тому, как у нее хватает терпения.

Юля всегда все успевает. Рестораны благодаря ей стали славиться фирменными блюдами, которые она разработала и ввела в меню, выпечкой, эксклюзивной подачей, которую не увидишь больше нигде. Все это ее рук дело. Она открывала каждый наш ресторан, сама лично обучила всех поваров, и теперь наша сеть одна из лучших в столице.

У нас бывали тайные посетители, без предупреждения приезжали с телевидения, чтобы проверить качество услуг, и все были в полном восторге. Как недавно сказала одна телеведущая: «Я редко встречаю рестораны с таким уровнем обслуживания. Однозначно рекомендую!», – и наклеила на дверь табличку с названием ТВ-программы и надписью: «Проверка прошла успешно!»

У моей жены всегда полный порядок на кухне, так что нас могут проверять сколько угодно, но придраться все равно будет не к чему.

Юлю не раз переманивали в другие заведения, но понятное дело, что это исключено – она полностью погружена в наш семейный бизнес.

– Кстати, а не пора ли обедать? – Отодвигаю рукав рубашки и смотрю на часы. – Что-то я засиделся. – Встаю с кресла, надеваю пиджак, поправляю галстук, выхожу их кабинета и спускаюсь на первый этаж.

– Юль, – оглядываю кухню, но не вижу здесь жену.

– Она уехала, Артур Андреевич, – нарезая овощи, бегло смотрит на меня повар.

– Уехала? – вскидываю брови. – Не сказала куда?

– Нет. Дала поручения и уехала.

Выйдя с кухни, звоню ей, но она не берет трубку.

Не понимаю, что произошло.

Почему она мне ничего не сказала? И куда она могла поехать в разгар рабочего дня?

Глава 9

Юля

– Алло? – выходя из банка, отвечаю на звонок от мужа.

– Юль, ты где? Звоню, звоню, ты не отвечаешь.

– Еду домой, – говорю ему, садясь в машину.

– Домой? То есть ты не вернешься на работу?

– Нет.

– Юль, что случилось? Можешь нормально объяснить? Ты уехала с работы, ничего мне не сказав. Я спустился на кухню, чтобы позвать тебя на обед, а…

– А я тоже поднималась в твой кабинет, чтобы позвать тебя на обед, – перебиваю я, отъезжая от банка, – и услышала ваш разговор с Инессой Вениаминовной. Я так понимаю, ты собираешься снять квартиру для Даны и Аллы?

Молчит.

– Не для Даны и Аллы, а для Даны и ее мужа, – отвечает через несколько секунд. – Да, они попросили меня помочь, так как сами не могут поездить по адресам и выбрать нормальный вариант. Прости, я просто не успел тебе об этом сказать.

– На каком варианте остановился? – уточняю я. – На однокомнатной, или на двухкомнатной, чтобы Алле тоже было комфортно, когда будет приезжать к ним в гости?

– При чем здесь Алла? – сердится муж. – Я же сказал, что помогаю Дане.

– Дуру из меня не делай. Я слышала весь ваш разговор с матерью. Можешь ничего не объяснять. Я тебе только одно скажу: деньги на съем квартиры ищи где хочешь, а из семейного бюджета брать не смей. Я не для этого пашу на кухне ресторана с утра до ночи. В первую очередь я думаю о комфорте нашей дочери, в отличие от тебя, и все, что было нами заработано, пойдет на улучшение ее жизни, а не Даны, которая выплыла не пойми откуда и начинает вертеть тобой как ей вздумается.

– Люди живут далеко от Москвы! – повышает он голос. – И им сложно на расстоянии найти здесь нормальное жилье, неужели это так сложно понять? Зачем делать из мухи слона? Если бы тебе понадобилась квартира в Сочи, то неужели бы ты не обратилась за помощью к родственникам? Абсолютно ничего не произошло. Не накручивай себя, пожалуйста. Давай не будем ругаться из-за всякой ерунды. Ты прекрасно знаешь, что я тоже думаю о будущем нашей дочери, и конечно же она всегда была и будет у меня на первом месте. Просто сейчас нужно помочь Дане.

– Артур, ты тоже знаешь, что я тебя всегда и во всем поддерживала. Я с пониманием отнеслась к появлению Даны, и поехала с тобой на ее свадьбу, но смотреть, как она вместе со своей матерью пытаются воспользоваться твоим статусом и нашими общими деньгами я не намерена. Они больше двадцати лет справлялись без тебя, а сейчас что? Деньги закончились? Или остались без мужчины, который их все эти годы содержал, и вдруг вспомнили о тебе?

Я удивленно смеюсь.

– Ну как ты сам не понимаешь, что тобой хотят воспользоваться? Ты же умный мужчина, всегда просчитываешь все ходы наперед, ты стратег по жизни, а сейчас ведёшься на дешевые провокации.

– Юль…

– Артур! – снова перебиваю его. – Я больше не намерена ничего слушать. Все вижу, все понимаю. И изменения в твоем поведении мне тоже вполне понятны – ты словно сам не свой после встречи с Аллой. Ты прекрасно знаешь, что я не стану закатывать тебе сцены ревности и устраивать скандалы. Ты не маленький мальчик, способен сам принять правильное решение. Спать в одной постели с мужем, который лежит и всю ночь мечтает о своей бывшей, это не про меня. Поэтому я прошу тебя разъехаться на какое-то время. Считаю, что нам обоим нужно взять паузу.

– Какая пауза?! Прекрати нести ерунду. Я сейчас приеду домой, и мы спокойно обо всем поговорим.

Скидываю звонок, останавливаюсь на светофоре, откидываюсь на спинку сиденья, прикрываю глаза, и медленно массирую виски.

– О чем ты собрался со мной разговаривать? – протягиваю на выдохе. – Здесь все и без слов ясно.

Когда его мать настаивала на том, что нужно снять двухкомнатную квартиру, чтобы там могла остановиться Аллочка, Артур не сказал ей, что ему плевать на ее комфорт, и что он просто помогает Дане. Если бы прозвучала такая фраза, то я бы еще смогла войти в положение.

Да, допустим, взрослая девушка и ее такой же взрослый муж совсем беспомощны и не могут найти квартиру в Москве без участия Артура. Он, понимая, что новоиспеченная дочь тянется к нему и хочет поддерживать общение, не смог ей отказать, чтобы не огорчить ее, не сделать ей больно, и поэтому решил помочь молодой семье.

Но!

Я же все чувствую.

Только слепая жена не заметит, что ее муж постоянно думает о другой, что он мысленно находится с ней, и что он хочет, чтобы она приехала в Москву. Если б не хотел, то и разговор с матерью у него был бы совершенно другой.

Въезжаю в открывшиеся ворота, останавливаю машину у дома, иду к крыльцу и читаю сообщение от Артура.

«Ты сняла со счета все деньги?»

– Да, сняла, – усмехаюсь я, открывая дверь. – Сейчас еще и из сейфа все заберу. Не хватало еще, чтобы они ушли на твою новую семью.

Проигнорировав сообщение, кидаю телефон на банкетку в прихожей, иду в душ, через пятнадцать минут выхожу из ванной и вздрагиваю, видя перед собой сердитое лицо мужа.

– Юль, где деньги? – сдержанно произносит он.

«Под Тасиным матрасом», – мысленно отвечаю я.

– В надежном месте, – скрещиваю на груди руки.

– Я тебя не узнаю… – замечаю разочарование в его взгляде. – Что ты творишь? Ты серьезно думаешь, что я спущу весь семейный бюджет на Дану? Так ты мне доверяешь? Я не думал, что ты обо мне такого мнения, что даже решила спрятать от меня все деньги.

– Эти деньги, Артур, – пристально глядя на него, выставляю перед ним руки, – заработаны вот этими вот руками, и вот этой головой, – прижимаю палец к своему виску. – Я запускала все рестораны, ночами разрабатывала меню, продумывая каждую деталь, валилась с ног от усталости, но продолжала вкалывать для того чтобы заведения всегда держались на плаву. Чтобы нас никто не смог переплюнуть, чтобы ни одна проверка не смогла к чему-либо придраться. Я полностью отдавалась своему делу, и ты это прекрасно знаешь. И все это ради чего? – прищуриваюсь я. – Ради того, чтобы в один прекрасный день твоя взрослая дочь пришла на все готовое? Еще раз повторяю: на ее содержание ищи средства где хочешь. Деньги, которые я заработала кровью и потом ты не получишь.

– Это не только твои деньги, – усмехается он. – Если тебя послушать, то можно сделать вывод, что ты одна их заработала.

– Мы оба знаем, что я приложила гораздо больше усилий. Вспомни, в каком плачевном состоянии были рестораны, когда у твоего отца начались финансовые проблемы. Если выходило в ноль, то это уже хорошо, главное, чтобы не в минус. А теперь вспомни, как они заработали, когда я возглавила кухню. Ты со мной не согласен?

– Я согласен, что ты помогла мне вытащить рестораны, но то, что ты приложила больше усилий, это громко сказано.

– Ах вот как ты заговорил? – смеюсь я. – А как же твои слова, что без меня бы уже давно все загнулось? Что без меня бы ты точно не справился. И загнулось бы, Артур! Мы оба это прекрасно понимаем. Только я одного не могу сейчас понять: почему ты так резко обесцениваешь мои старания? Всю жизнь хвалил, гордился мной, говорил, что деньги, которые мы заработали, это моя заслуга, а сейчас вдруг заговорил по-другому? Ах да, ты же стратег, – усмехаюсь я. – И уже просчитываешь наперед, как лучше сохранить свои финансы, если вдруг придется уйти из семьи.

– Какой бред ты несешь! – в шоке округляет глаза. – С чего ты взяла, что я собираюсь от тебя уйти? Ты серьезно думаешь, что я оставлю вас с Тасей?

– Я не знаю, чем для нас с Тасей обернется появление в твоей жизни Даны и Аллы, поэтому предпочитаю подстраховаться.

– Да ничем не обернется, Юль! – гремит он, и достает из кармана мобильник. Я вижу, что звонят с номера, который у него не записан. – Да, слушаю! – Исподлобья смотрит на меня, отходит в сторону. – Мне не совсем удобно сейчас разговаривать, – разворачивается ко мне спиной.

Я подхожу к нему ближе и слышу в трубке радостный женский голос.

– Я всего лишь хотела обрадовать тебя новостью. Даночка сегодня узнала о том, что беременна. Мы с тобой скоро станем бабушкой и дедушкой, представляешь?

Глава 10

Две недели спустя

Артур

– Проходите! ― открываю дверь в квартиру, которую снял для Даны и ее мужа, и помогаю им занести вещи.

– Вааааууу! ― радостно восклицает Дана, оглядывая светлую и просторную квартиру. ― Пап, это что за хоромы?

«Она назвала меня папой?» ― хмуро смотрю на нее.

– В общем, располагайтесь. Не буду вам мешать. ― Я даже немного растерялся от того, как она ко мне обратилась. Непривычно слышать «папа» от кого-то кроме Таисии.

– Да ты нам не мешаешь. ― Дана берет меня под руку и ведет на кухню. ― Давай чаю попьем? Так сказать, отметим новоселье. Я сейчас и за тортиком сбегаю. А кстати чайник тут есть? ― оглядывает кухню. ― О! ― смеется заливисто. ― И чайник, и микроволновка, и даже кофемашина есть. Лёвушка, солнце, ― смотрит на мужа веселыми глазами, ― буду тебе кофе варить по утрам.

В квартире действительно есть все необходимое. И это неудивительно, ведь она стоит больших денег.

Вот только Юля не знает о том, что я все же снял для Даны и ее мужа жилье.

После нашего скандала я решил пойти немного другим путем: утешил жену, сказал ей, что она права, что Дана и Лев взрослые люди, и что действительно могут справиться без моей помощи. Пообещал, что не буду поддерживать их финансово.

Мне очень сложно объяснить жене, что я нахожусь между двух огней. С одной стороны Юля недовольна, с другой ― Дана, которой сейчас необходима моя поддержка. К тому же она еще и беременна. Я не собираюсь спонсировать ее до конца жизни, помогу только в самом начале. Пусть они спокойно встанут на ноги, обоснуются в Москве, выйдут на работу, и, думаю, там уже справятся без меня.

Я никогда не врал жене, но сейчас пришлось. Я ведь уже дал Дане слово, что помогу с поиском жилья, и что я должен был сделать после того, как Юля начала мне за это предъявлять? Отказаться от своих слов и сказать Дане, которая рассчитывает на меня, что я отхожу в сторону, и пусть они с мужем вертятся как хотят?

Я же понимаю ее чувства. Девчонка так долго решалась приехать ко мне, чтобы сказать, кто она, несколько лет не могла сделать этот шаг, потому что не знала, как я на нее отреагирую, наконец-то она нашла в себе силы, прилетела ко мне, хочет общаться, поддерживать отношения, и я не могу отвергнуть ее. В конце концов она не виновата в том, что ее мать так долго скрывала, что я ее настоящий отец.

Считаю, что поступаю вполне справедливо. И этим никого не обижу. Деньги на жилье взял со своего личного счета, а не из семейного бюджета, в котором объединены мои и Юлины доходы, поэтому жене не из-за чего переживать.

В первую очередь я сделал это только ради нее. Решил: пусть она успокоится и больше не думает о Дане и Алле. Иначе скандалы так бы и не прекратились по сей день.

После того, как мне позвонила Алла и сообщила о том, что Дана ждет ребенка, Юля стояла передо мной с каменным лицом. Я честное слово в тот момент не узнавал собственную жену.

«Как я еще должна реагировать на то, что твоя бывшая вместе с вашей взрослой дочерью объявились в твоей жизни, что вы скоро станете бабушкой и дедушкой, и что ты собираешься снять им квартиру? Может, мне вместе с тобой поездить по адресам, чтобы выбрать для них самый лучший вариант? А еще к их приезду чайничек заварить, перину взбить. Я сказала, ― строго посмотрела на меня, ― либо ты включаешь голову и говоришь им, чтобы обходились без твоей помощи, либо собирай вещи и уезжай. Третьего варианта нет. Хочешь общаться с Даной? Общайся. Я тебе не запрещаю. Но все остальное я предпочитаю решить на берегу. Прямо здесь и сейчас. Смотреть на то, как мой муж вместе со своей бывшей нянчатся с их общим внуком я не намерена. Я это не потерплю. Говорю об этом сразу. А дальше сам решай, как поступить».

Как я еще мог поступить в этой ситуации?

Да, от себя я не скрываю: у меня действительно что-то ёкнуло в груди, когда я увидел Аллу спустя много лет. Но это было временным помешательством. Я ее не вижу, не слышу, знаю, что у нас ничего не может быть, потому что я не собираюсь бросать жену и дочь, и стараюсь вообще не думать о ней.

У каждого мужчины такое бывает: встретил бывшую, которую когда-то любил, резко накрыли воспоминания о прошлом, побыл в этом состоянии день-другой, а потом вернулся к привычной жизни. В этом нет ничего криминального. Я же живой человек, черт возьми. Не поверю, если мне кто-то скажет: «Я всю жизнь люблю только одну жену, смотрю только на нее одну, круглыми сутками думаю только о ней, и вообще не замечаю других женщин. И уж тем более не интересуюсь тем, как живет бывшая, на которой когда-то мечтал жениться».

Все, я выбросил из головы Аллу. И не хочу из-за нее ссориться с женой.

Я же прекрасно знаю, что одна интрижка, или один неверный шаг может разрушить мою семью. Потому что Юля это не тот человек, который простит измену. И я не собираюсь рисковать нашими отношениями.

Хотя признаюсь честно, после встречи с Аллой накрывало меня конкретно. Особенно первые дни после свадьбы. Было такое чувство, что Алла поселилась в моей голове.

Это были новые… точнее, хорошо забытые старые ощущения. Но я быстро взял себя в руки, вернулся в реальность, и не допустил ошибку. Я ей не звонил, не писал, не искал с ней встречи.

Выдохнул, стер из памяти свадебный вечер, и продолжил жить дальше.

Еще рез говорю: сто процентов у каждого мужчины такое бывает. Хоть раз в жизни точно. Только кто-то поддается соблазну, а кто-то, например я, быстро возвращает на место крышу, которую на короткое время сорвало с петель, и осознает, что семья была и будет на первом месте.

– Артур Андреевич, ― жмет мне руку Лев, ― еще раз спасибо вам за такую квартиру. Мы рассчитывали на однокомнатную, а вы сняли целую двушку.

– Да, чтобы вам было комфортно жить с маленьким ребенком, ― киваю я. ― Квартира оплачена на три месяца вперед.

– А дальше мы сами справимся, можешь не переживать, ― гладит меня по плечу Дана. ― Мама тоже прилетит через два дня. Ей не терпится посмотреть, как мы тут обустроились, ну и по Москве хочет погулять. Присоединишься к нам?

– У нас с Юлей планы. Тася завтра приедет из лагеря, и мы хотим все вместе поехать к Юлиным родителям в Томск.

– Жаль… ― с досадой произносит Дана и глубоко вздыхает. ― Ну тогда хорошей вам поездки. Надеюсь, ты познакомишь меня с моей младшей сестренкой. Мне очень хочется с ней подружиться.

– Постараюсь организовать вам встречу, когда вернемся из Томска, ― бегло улыбаюсь я, прощаюсь с ребятами, выхожу из квартиры, и, пока спускаюсь в лифте, понимаю, что от одной новости о том, что скоро сюда приедет Алла, внутри снова все переворачивается.

– Я же обещал себе не думать о ней, ― шепотом произношу. ― Пусть они живут своей жизнью, а мы с Юлей и Тасей ― своей.

Со мной такое впервые происходит. Я буквально заставляю себя не думать о человеке…

Глава 11

Томск

Спустя четыре дня

Юля

– Мам, картошку возьми, ― подаю ей блюдо с отваренной картошкой. ― Тась, а ты возьми салат.

– Ма, ну хватит бабулю гонять уже, а! ― сердито смотрит на меня дочь. ― Она сегодня именинница ваще-та! Ба, ― берет у нее блюдо с картошкой, ― иди, милая, иди уже садись на диванчик, а мы с мамой сами все накроем.

– Я ей это с самого утра говорю, ваще-та, ― смеюсь я, отвечая тоном дочери. ― Но она ― неугомонная все прыгает по кухне.

Оглядываю кухню.

– Так, ну что, вроде мы все унесли в гостиную. Осталось только взять фужерчики.

Наконец-то садимся за стол.

Как я люблю собираться всей семьей за большим круглым столом. Мама, папа, моя сестра, брат и Таисия. Почти все в сборе. Только не хватает моего мужа…

Артуру перед вылетом в Томск стало плохо. Съел что-то не то. С вечера начало подташнивать, а наутро мы оба поняли, что в таком состоянии он не сможет никуда лететь.

Если бы было не так далеко, то он конечно же отправился с нами, но расстояние слишком большое, поэтому мы не стали рисковать его здоровьем.

Артур очень расстроился, что не смог полететь с нами. У нас же мини отпуск, можно сказать. Хотели всю неделю провести здесь, вместе с моей родней в их чудесном загородом доме у озера. Артур уже договорился с моим отцом и братом пойти на рыбалку. Столько планов было, а тут на тебе!

Я уж было собралась перенести поездку, но он меня отговорил.

– Юль, ты так хотела повидаться с родными, там брат твой прилетел, сестра, у матери юбилей. Я понимаю, что испортил нам все планы, все же мы собирались наконец-то вырваться туда всей семьей, но я не хочу тебе портить этот отпуск. Тася ждет не дождется, когда полетит к бабушке, ты несколько месяцев ждала этой поездки. Давай сделаем так: если мне станет лучше, то я прилечу к вам первым же рейсом. Ну, подумаешь, не неделю там побуду, а дня два-три.

На этом и остановились.

Сейчас понимаю: хорошо, что он остался дома. Все эти дни пролежал с температурой и тошнило бедолагу. Только сегодня вышел на работу.

Сидим, болтаем, смеемся, вспоминаем моменты из нашего счастливого детства, и тут внезапно сестра шепчет на ухо:

– Юль, у вас с Артуром точно все в порядке?

– Да, конечно, ― с улыбкой пожимаю плечами.

– Просто мне показалось, что ты какая-то задумчивая все эти дни. Не поругались? Или, может, из-за чего-то переживаешь?

– Я ж говорю, что он заболел. Если б не болезнь, то он тоже сидел бы сейчас вместе с нами.