Екатерина Богданова
Бездарная

Пролог

Восемь часов вечера. Большие настенные часы добросовестно звякнули восемь раз и замолкли. Отголосок последнего удара ещё какое-то время метался в сводах высокого потолка, но и он был поглощён извечным шумом вокзала. Восемь, а в девять, как гласит надпись над входом, вокзал закрывается на ночь и остаться можно будет только ожидающим отправления путникам. Я приехала ещё на рассвете, и больше мне ехать было некуда, как, впрочем, и идти. Оставшихся денег едва ли хватит оплатить койку в захудалой пригородной ночлежке. Да и что потом? На завтрак после сомнительной ночёвке уже средств точно не останется. Решено – посижу ещё часок и пойду в парк, виднеющийся из окон. Сейчас лето, не замёрзну. Переночую как-нибудь, а уже утром буду думать, что делать дальше. Ещё вчера идея с побегом казалась мне оптимальным решением, сегодня же, оставшись без небольших, но позволивших бы продержаться на плаву первое время, пока не найду работу, сбережений, я уже не была так уверена в правильности своего решения. Деньги украли ночью, в дилижансе. Тот юркий, хитроглазый парнишка мне сразу не понравился, но я не думала, что он окажется одарённым и выудит тщательно запрятанный среди немногочисленных пожитков мешочек с монетами, даже не прикоснувшись к сумке. Когда я обнаружила пропажу, мальчишка уже затерялся в толпе встречающих, приезжающих, отбывающих и провожающих, среди которых сновало ещё десятка два таких же юрких и даровитых малых, обчищающих карманы добропорядочных господ. И ведь никого же больше не обворовал, в чём я убедилась, воскликнув «обокрали», и побудив этим возгласом своих попутчиков кинуться проверять имеющиеся ценности. Ни у кого ничего не пропало, кроме меня. Бездарная – что тут ещё скажешь. Поднимать шумиху и обращаться к вокзальной страже я не стала, потому что, во-первых, не видела в этом смысла, всё равно не найдут, а во-вторых, не хотела привлекать внимание властей к своей скромной персоне. Оно ведь как, пока ты молчишь и никому жить не мешаешь, никому до тебя и дела нет, а стоит неосторожно привлечь к себе внимание и начинаются неудобные вопросы. Вопросы мне были совершенно не нужны, потому как ответов в наличии не имелось. А врать бесполезно, я же бездарная и любой опытный страж раскусит сразу (ну нет у меня актёрского таланта). И вот тогда начнутся уже не вопросы, а требования.

Поправила сумку на коленях и положила на неё голову, в надежде вздремнуть хотя бы полчасика. Но и тут удача помахала мне хвостиком, недвусмысленно намекая, что я у неё не в фаворе. Сначала послышался грохот в другом конце зала, потом кто-то завизжал, визг подхватили нестройным хором все присутствующие, и началась полная неразбериха. Люди орали, беспорядочно носились между скамьями, врезались друг в друга и в мебель, падали и продолжали движение ползком, в процессе отмахиваясь руками и отбрыкиваясь ногами от невидимых преследователей. Я бы, может тоже покричала, за компанию со всеми, но не видела того, что ввергло толпу в панику, потому и помалкивала, вжавшись в спинку скамьи и поджав под себя ноги, чтобы не оттоптали ненароком. Какую-то старушку шагах в пяти от меня сбили с ног и едва не затоптали, я, было, попыталась встать, чтобы помочь бабушке, но куда там! Проносящийся мимо здоровенный мужик в сером пиджаке с эмблемой целителя на плече, умудрился сходу определить во мне бездарную и, грубо толкнув в грудь своей лапищей, рявкнул «Сидеть! Жди ловца!». Бабушке он, к слову, помог, за что и поплатился. Когда старушка уже со всех ног улепётывала, даже не поблагодарив за помощь, мужчина вдруг замер, посерел и мелко задрожал. А в следующее мгновение рухнул на пол, из его глаз, рта, ушей и носа хлынула неестественно светлая, почти розовая кровь.

– Выпили-и-и! – заголосила какая-то тётка, увидев испускающего последний вздох целителя.

И паника окончательно захлестнула обезумевшую от страха толпу. Упавших нещадно топтали и никто уже не пытался им помочь. Но сильнее всех буйствовали и рвались к выходу мужчины, большая часть из которых были именно маги, о чём свидетельствовали разнообразные эмблемы на рукавах их одежды. Когда над ревущей и беснующейся толпой разнёсся усталый, хрипловатый женский голос, я уже знала, что будет сказано. А прозвучало следующее «Фантомная волна четвёртого уровня. Экстренная эвакуация. Сохраняйте спокойствие, не толкайтесь, не создавайте заторы в дверях. Проследуйте к выходам и отойдите от здания на сто шагов. Ловец прибудет с минуты на минуту». Бессмысленные увещевания продолжались ещё с минуту, а люди покидали здание вокзала, продвигаясь порой по головам менее ловких и удачливых. Когда всё стихло на полу остались ничком лежать человек десять, все маги, и да, все были выпиты, о чём свидетельствовали расплывающиеся под их головами лужицы неестественно светлой, жидкой как вода, крови. Странно, мне казалось, что пострадавших будет больше, но во всей этой шумихе и суете я, видимо, даже и не заметила, как по мере продвижения к дверям пострадавших поднимали и уводили, либо уносили, оцепившие и теснящие беснующуюся толпу к выходам, вокзальные стражники. Стоит ли говорить, что я осталась сидеть на месте. И пусть, как бездарная, я не имела возможности увидеть мечущихся по помещению фантомов, да и вреда они мне причинить не могли, но как же жутко осознавать, что вокруг тебя носится толпа потусторонних сущностей, жадных до магии и человеческих душ. И ещё страшнее было от понимания, что их стало больше ровно на столько, сколько осталось лежать на полу трупов.

Фантомная волна – явление довольно редкое, в одном конкретном месте бывает не больше одного раза. На большой город приходится не больше двух-трёх волн в год. Но самое паршивое тут то, что как маги не бились, так и не смогли найти способ отслеживать и прогнозировать появление этих волн. Так же как и не ясна была причина их появления. Известно было только, что это неконтролируемая волна потусторонней энергии, приносящая безумных фантомов, поглощающих на своём пути почти любую магию и забирающих души выпитых магов. Ходили слухи, что и обычными людьми они не гнушаются, но, насколько я знала, жертв среди не обладающих даром пока зафиксировано не было.

Когда шум беснующейся толпы отдалился на те самые предписанные сто шагов я запоздало вспомнила слова из громкоговорителя про «четвёртый уровень». Четвёртый! Волны до третьего уровня, включительно, подавляют совместными усилиями нескольких ловцов душ. С четвёртого же и до шестого зачищают выжиганием! Волна седьмого уровня была зафиксирована только однажды, в небольшом городке Нижнего королевства нашего союза креста, и там просто жители покинули город. А фантомы спустя пару дней сами ушли. Но сейчас речь не об этом. Сейчас речь о том, что в любую минуту вокзал затопит абсолютное пламя, способное уничтожить даже потустороннюю энергию, что говорить об одной маленькой мне. Я сейчас сгорю! Подскочила, подхватила сумку и ринулась к двери. Но не успела преодолеть и половину отделяющего меня от спасительного выхода расстояния, как створки с противным скрипом распахнулись, в проёме показался высокий мужчина в свободных штанах и куртке песочного цвета – ловец. Всего один! И даже без ассистента. Да он сумасшедший! Это же четвёртый уровень, сейчас вся эта невидимая моему бездарному глазу потусторонняя масса допьёт остаточный магический фон и ринется в город, походя закусив безголовым ловцом. Но это уже не мои проблемы, и потому продолжаю активно нестись в направлении самоубийцы, надеясь, что он додумается посторониться, потому что я на такой скорости не то, что остановиться, я даже обежать его не смогу.

И тут на всё помещение разносится низкий требовательный окрик:

– Стоять!

Какой там стоять, я уже половину зала пробежала, и останавливаться была не намерена. А мужик морщится, напрягся весь, видимо сдерживает напирающих фантомов, и продолжает требовательно на меня смотреть. Ну я и замедлилась, немного. И правда, чего это я? Раз пришёл, дверь открыл, значит, пока сжигать меня не будет. «Фу-у-ух» – выдохнула облегчённо, останавливаясь и опираясь руками в колени. Сумку так и бросила под ноги.

И тут этот нехороший ловец крикнул мне «лови», и собственно запустил в меня храном-нейтрализатором. А это такая плоская коробочка в две ладони длинной и ладонь шириной… каменная. Поймать-то я её поймала, но не руками, а… грудью. Хорошо хоть выпрямиться успела, а то головой бы поймала. А этот всё никак угомониться не может и опять с криком «лови» кидает в меня вторым храном. Потом последовали третий и четвёртый. Последний я даже смогла поймать без увечий. Дальше был приказ «По углам расставить. Живо!», но я и так уже бежала к ближайшему углу, слава великой магии зал был квадратный, а не шестиугольный, как в нашем Тарасске. Быстренько расставила коробочки по углам, под конец уже хрипя и свистя на все лады, но темпа не сбавляя, потому что ловец всё это время продолжал удерживать волну, и давалось ему это явно нелегко. Силён, ничего не скажешь. Вот только ошибочка у них с определением уровня вышла, потому как четвёртый уровень только архимагам под силу, а архимагов-ловцов в нашем союзе наперечёт, всего-то одиннадцать, и я их всех знаю. Не лично, конечно, но в гимназии их портреты на стене почёта в холле висят, и этой рожи среди них точно нет.

Не успела я поставить последнюю коробочку, как в ней что-то щёлкнуло, на казалось бы монолитной глянцево-чёрной поверхности появилась трещина, увеличивающаяся по мере раздвижения пластин и я повалилась на пол, успев отбежать шагов на семь. Прикрыла голову руками и зажмурилась, когда придавило к полу взрывной волной. Взрыва, как такового я не услышала и не почувствовала, но воздушная волна от схлопывания энергетического пространства поднялась не шуточная. Уши заложило, всё тело болело как от сильного удара о твёрдую поверхности, и рёбра этот гад мне, кажется, сломал, когда первым храном запустил. Полежала с полминуты и со стоном перевернулась на спину. Перед глазами всё плыло, так в плывущий вид потолка и вплыло взбешённое лицо мага.

– Номер лицензии и отдел, – потребовал ловец.

А вот и вопросы, те самые, на которые у меня ответов нет.

– Не помню, – прохрипела я, – ничего не помню.

И ведь даже не соврала, почти. И правда же не помню… потому что помнить нечего. Нет у меня лицензии, потому как без прохождения практики её не дают. А я, вместо того, чтобы практику проходить, ударилась в бега от кредиторов не ко времени почившего дядюшки, оставившего мне в наследство внушительное состояние, в виде долгов на сумму, которую мне и за десять лет не заработать. А раз нет лицензии, нет и работы, так что и номер отдела я тоже… не помню. И вообще, у меня тут травма моральная – я, едва закончившая гимназию, совершенно не имеющая полевой практики, и к тому же получившая диплом по специальности «контроль и учёт в финансово-бытовой сфере», только что выполнила работу профессионального ассистента ловца! Да мне медаль надо дать, а не орать тут, как оглашенный. К тому же, помимо моральной травмы, имеются ещё и множественные физические. Бедная, я, несчастная. Так жалко себя стало, даже всхлипнула. И ведь лечить меня никто магией не будет, опять же потому, что бездарная, а на таких как я магия не действует, вообще, никакая. Так что заживать всё будет долго и мучительно. Невольно опять всхлипнула – нищая, больная вся, бездомная… и бездарная.

Ловец, отошедший, видимо, чтобы храны собрать, вернулся, присел над стонущей и всхлипывающей мной и вроде как даже с сочувствием спросил:

– Встать сможешь?

– Не смогу-у-у, – взвыла я.

Он вообще нормальный? На меня сейчас считай каменная стена упала, толщиной в два шага, а он встать предлагает.

– Кабинетная? – продолжил расспросы ловец.

Какой деликатный, «крыса» забыл добавить! Что нас – специализирующихся на гражданских направлениях, выбравшие военно-охранительные профессии называют кабинетными крысами я узнала в первый же год обучения, когда во второй декаде профиль выбрала. Сначала было очень обидно, а потом как-то привыкла. Зато мы живём дольше!

– Тоже не помнишь? – по-своему понял моё обиженное молчание маг. – И что мне с тобой делать?

А вот тут у меня была парочка мыслей. Я бы сейчас от помощи лекаря не отказалась, не мага, обычного лекаря для обычных людей. Ещё можно было бы поесть и поспать. А потом и заплатить за помощь мог бы, я же всё-таки профессиональные обязанности ассистента выполнила.

– Ладно, заберу пока к себе, там видно будет, – решил ловец и попытался поднять меня.

Я взвыла от боли в спине и том, что пониже.

– Терпи, – приказал маг и таки поднял меня с пола.

– Сумка, – прохрипела, морщась и постанывая.

Ловец величественно кивнул, мол, будет тебе сумка, и понёс меня к выходу. Когда мы покидали здание, там уже вовсю убирали последствия фантомной волны, заворачивали тела погибших в чёрную ткань и выжигали кровавые лужи. Отключилась я где-то в районе пятидесяти шагов от вокзала, как раз посередине зоны оцепления.

Глава 1

Возвращение в реальность было ознаменовано неприятными, и даже возмутительными ощущениями – меня раздевали! Так, и кто же посмел проявить такую вопиющую наглость? Вроде никому повода не давала. Точно! Я же сбежала из родного Правого королевства. И сейчас меня пытаются… ограбить? Мысль об ограблении всколыхнула другие, ещё более неприятные воспоминания – вокзал, фантомы, ловец… Приоткрыла глаза, одновременно хватаясь руками за полы практически расшнурованного корсета, и уже открыла рот, чтобы как минимум высказать раздевателю всё, что я о нём думаю. И потрясённо промолчала. Просто неудобно как-то кричать на такого старого человека. А раздевал меня настолько дряхлый и сморщенный старик, что заподозрить в его действиях неприличный подтекст было бы как минимум неуместно.

– Очнулась, красавица, – заметив мой взгляд, улыбнулся дедуля. – Сама раздеться сможешь?

– А-а-а, зачем? – растерянно спросила я, продолжая удерживать корсет. Хоть под ним и была блуза, а под блузой и нижняя сорочка имелась, всё равно как-то неудобно.

– Мне нужно осмотреть твою спину, господин Парис сказал, что основной удар на неё пришёлся.

– А-а-а, – опять протянула я, сообразив, что передо мной лекарь. – Сейчас.

Попыталась встать и застонала от боли.

– Где больнее всего? – тут же спросил дедушка.

– В пояснице, – простонала я. Про грудь говорить не стала, потому что показывать даже такому дряхлому старцу неудобно. Пусть и убелённый сединами, а всё равно мужчина.

– Давай ка поможем тебе, – улыбнулся старичок и ловко перевернул меня на живот. После чего бесцеремонно стянул корсет и задрал блузу с сорочкой почти до шеи.

– Что там? – испуганно спросила я, повернув голову в его сторону и заметив встревоженный взгляд лекаря.

– Не переживай, милая. Насколько я могу судить, только сильный ушиб. Но приложило тебя сильно. Господин Парис сказал, что ты угодила под волну от блокиратора энергии. И я склонен поверить в это, но как-то не вяжется информация об ассистентах с твоими травмами. Неужто забыла, как группироваться нужно? Вас же этому до автоматизма обучают.

Тут мне ответить было нечего, это военников такому учат, меня же учили разбираться в финансовой документации, не верить словам и распознавать ложь по мимике. И много чему ещё, но только не тому, как избежать травм при использовании хранов. Да, я отлично знала, как эти самые храны работают, но в теории! Практических занятий у нас – «кабинетных крыс» не было.

– Ладно, сейчас сделаем холодный компресс и гематомы рассосутся за пару дней, – добродушно похлопав меня по руке заверил старик.

Мне очень хотелось прокомментировать его заявление по поводу лечения ушибов холодом, но лекарю виднее. Я даже постаралась не проявлять недовольства, когда кожи коснулось нечто прохладное, липкое и начавшее немного пощипывать.

– Какая замечательная пациентка мне попалась, – похвалил лекарь, закончив с размазыванием по моей спине сомнительного снадобья с выраженным, резким травяным запахом. – Сейчас прикроем твои синяки пергаментом и можно будет шевелиться.

Когда сорочку и блузу поправили, осторожно натянув их поверх мази и прилепленного на неё пергамента, мне стало намного легче. Боль, конечно, не ушла сразу же, но легче стало. Защищённее что ли. И пусть обнажалась я перед глубоким старцем, да и лекарем к тому же, но всё равно было как-то неудобно. Дедушка учил меня смущению и добродетели. И именно сейчас я вспомнила о его поучениях. Лучше поздно, чем никогда…

– Не напрягать спину, никаких резких движений. И вообще, полежала бы ты, моя хорошая, в постели, дня два. Но, зная энергичность молодёжи, с моей стороны было бы глупостью надеяться на это, – проговорил лекарь, тщательно омывая руки в тазе с чуть голубоватой водой.

Такой оттенок воде давал сок из цветков краян-травы – самого мощного природного антисептика из известных алхимии. Да, дедушка-лекарь подходил к своей работе более чем ответственно.

Я благодарно улыбнулась и заверила старика, что постараюсь следовать его предписаниям.

– Ой, молодо-зелено, верится с трудом, – покачал головой лекарь, продолжая улыбаться.

Я же попробовала пошевелиться и поняла, что острой, заставляющей стонать боли больше нет! Нет, ушибы не зажили сразу же, это же не магия, но лекарь знал своё дело отлично! Всё тело слегка ныло, как от перенапряжения, но теперь я могла шевелиться без стонов и чувствовала себя почти не калекой.

– Завтра приду, – заверил меня так и не представившийся дедушка. После чего с гулким звоном захлопнул свой саквояж и, взяв его в левую руку, медленно пошёл к двери.

И только теперь я поняла, что нахожусь в спальне.

– Спасибо, – крикнула удаляющемуся лекарю, продолжая осматривать помещение.

Это была небольшая комната в бежевых тонах. Светло-коричневый лакированный пол, обитые почти кремовой тканью стены, серо-коричневый потолок, и мебель в тех же бежевых тонах. Вроде и подобранная мебель, но оттенки двух кресел, постельного белья, ковра и штор разнились. Складывалось впечатление, что комнату обустраивали без особого рвения, придерживаясь цветовой гаммы только из соображений схожести, но не эстетического комфорта. В общем, абы как была комнатка обставлена. И, тем не менее, это была спальня. Не моя спальня. А я здесь разлёживаюсь, размышляя на пространные темы. Пора бы уже и честь знать. Я, конечно же, превзошла все свои ожидания, и проявила себя по полной программе, но оставаться в доме незнакомого мужчины не собиралась. А это точно был дом того самого ловца, потому что было бы странно, если бы он меня в чей-то другой дом принёс. Сейчас соберусь с силами, возьму себя в руки и вежливо намекну магу, что мне как бы уже и пора, но от благодарности за проделанную работу я не отказалась бы. Ну не идиот же он, должен догадаться, что за выполнение обязанностей его ассистентки я имею полное право ожидать соответствующей оплаты. А там, глядишь, и работу найду, хоть какую-нибудь. Главное решить проблему с жильём.

С этими мыслями я и поднялась с кровати, стараясь не замечать ноющей боли в спине и ломоты во всех мышцах. Зашнуровала корсет, не туго, чтобы на травмированную спину не давил, нашла свои ботиночки лежащими у двери. Вид у них был плачевный. Обула домашние туфли, достав их из обнаружившейся у кровати сумки, пригладила кое-как растрёпанные волосы и пошла искать финансовой справедливости. Было, конечно, опасение, что ловец доложит куда следует о нелицензированной бездарной, но он и сам закон нарушил, явившись разбираться с фантомной волной без ассистента. Так что я имела все шансы смыться от ловца не только без последствий, но ещё и с выгодой.

Вышла из комнаты, держась за стену, чтобы не перетруждать позвоночник, как велел лекарь, очутилась в сумрачном, сером коридоре обычного, на первый взгляд, дома, и пошла вперёд, в надежде встретить хоть кого-то из обитателей. Так и прошла по шершавому тёмно-коричневому ковру в другой конец коридора, никого не встретив. А там, остановившись перед дверью, окованной красным железом, блокирующим большинство видов магии, я услышала-таки человеческую речь. Да, красное железо было гарантом сохранности информации, но не для таких, как я. Я бы, может, даже устыдилась подслушивать, если бы не то, что услышала!

– Никто не понял, – это было первым, что я расслышала, взявшись за дверную ручку, но так и не открыв дверь.

Решила не спешить афишировать своё присутствие и послушать.

Несколько секунд молчания и очередная фраза:

– Я принял решение. И мои предположения оказались верны.

Опять тишина, и я не удержалась – медленно, едва ли на миллиметр в пять секунд приоткрыла дверь, слава великой магии не скрипучую. Меня не заметили!

– Да, он подставился, чтобы прикрыть меня, – проговорил ловец.

А это был именно он, маг сидел за столом, держа перед собой светящееся нечто. Он сжимал в руках округлый предмет, из которого лился слепящий, желтоватый свет.

– Нет, я разберусь сам. Подвернулась подходящая кандидатура, – проговорил ловец, глядя на светящееся блюдце. – Сам проверю. Но, по-моему, идеальный вариант, без опыта, глупая и безответственная. И в случае проверки вскроется мелкое несоответствие, за которым никто не станет искать большего. Я слишком близко подобрался к главенствующему, уходить не вижу смысла.

Маг помолчал с минуту, потом кивнул и заявил:

– В крайнем случае, сделаю её своей любовницей, судя по документам девочка идеально подходит. Я достаточно влился в местное сообщество, никто не заподозрит.

Опять тишина, освещаемая свечением округлого предмета, и слова:

– Я уже почти достиг желаемого, ещё немного и король откроет доступ к центральному хранилищу.

Светящийся предмет угас, и я поняла, что это всего лишь стеклянная обоюдовыпуклая линза, долженствующая служить увеличителем. Ловец положил округлый стеклянный предмет на стол, вздохнул и откинулся на спинку стула.

Отступила, едва сдерживая судорожный вздох, потому что вывод из услышанного мной был очевиден. Бегом, игнорируя боль в спине и груди, вернулась в комнату, где меня лечил старичок. Легла и замерла. Мысль о том, чтобы стребовать с ловца плату за услуги ассистента уже не казалась такой замечательной. Я бы с него вообще ничего требовать не стала, только бы отпустил! И забыл вообще обо мне, потому что, даже не обладая всеми сведениями, я уже точно знала – ловец, в чьей юрисдикции я нахожусь, является шпионом! И, если этот шпион потребует, чтобы меня приписали к нему, у меня нет полномочий отказаться. То есть, я буду вынуждена служить ловцу, и только провидение позволит мне собрать все доказательства, чтобы сдать его королевской страже.

На том и порешила: буду бдеть, следя за каждым его шагом. А когда маг оступится, я буду рядом, чтобы запечатлеть сей факт, и, подкрепив, его доказательствами, доложить обо всём королевским стражникам, а лучше службе королевского надзора, там свои, быстрее поверят.

Лежала я довольно долго, минут тридцать точно. Когда же дверь в комнату приоткрылась, я не то, что дыхание задержала, вообще дышать перестала. Но только на мгновение, в следующую секунду уже благопристойно изображала спящую деву. Скорее почувствовала, чем услышала, как кто-то подошёл к кровати. Постель прогнулась под весом присевшего человека, и я просто физически не смогла больше игнорировать вторжения в моё личное пространство. Одно дело, когда ты точно знаешь, что рядом с тобой лекарь, для которого ты только пострадавшее тело, и совсем другое, когда ты не знаешь чего ожидать!

– Забавно, – заявил маг, присевший на край моей постели. – Я ожидал чего угодно, но только не смущения.

Вот значит как! Да я вообще и не собиралась тут благожелательность расточать. Но, с другой стороны, если я сейчас скажу кому-то о гнилой сущности ловца, и кто мне поверит? Да никто! Его слово против моего, а я же даже ещё не специалист по контролю, потому что практику не прошла. И мне остаётся только улыбаться, делать вид, что я ничего не понимаю, и всеми возможными способами добиваться расположения проходимца. Потому что, как только я соберу достаточную доказательную базу, у него не останется ни шанса! Да, я стану его слабым местом, а потом, добьюсь небывалых высот! Это уже было что-то похожее на план, и отказываться я не собиралась. Посмотрим, каким будет следующий шаг ловца. Главное не упустить момент, когда он в следующий раз будет беседовать с той светящейся стекляшкой… светящейся! Светящаяся линза!!! Во имя великой магии, как это вообще понимать? Я что, больше не бездарная? Да быть такого не может. Все знают, что бездарность это врождённое и на всю жизнь. Но как же тогда понимать то, что я увидела свет магии связи? А это была именно она – магия! Не со стекляшкой же ловец так мило беседовал. Стало не просто страшно, жутко до одури.

Маг встал и, выставив руки перед собой, отошёл на пару шагов от кровати.

– Вы чего? – во все глаза глядя на него спросила я шёпотом.

– Ты побледнела и дрожишь, – пояснил ловец. – Не думал, что мой вид нагоняет такой страх на девушек, – попытался он сгладить ситуацию шуткой.

Внешность, кстати, у мага была довольно привлекательная – чёрные, слишком коротко по меркам современной моды, остриженные волосы. На смуглый лоб и чёрные же брови падали несколько смоляных локонов в палец длинной, слегка прикрывая серые глаза. Прямой, с хищно приподнятыми ноздрями, островатый нос и тонкие, слегка обветренные губы, кривящиеся в невесёлой ухмылке придавали лицу эдакий налёт задумчивого высокомерия. Да, привлекательный мужчина, и телосложение соответствует профессии, вот только приятную внешность затмевала прогнившая сущность.

– Ты так меня разглядываешь, будто впервые увидела, – заметил мой изучающий взгляд ловец.

– Можно подумать при первой встрече мне до вас было, – задумчиво ответила я. Поняла, что сболтнула лишнего и поспешила исправить ситуацию: – Я испугалась очень, смутно помню, что там и как было.

– Я могу подойти? Больше не боишься? – поинтересовался маг, внимательно следя за моей реакцией.

Как это не боюсь? Боюсь, и ещё как! Но показывать свои чувства не стоит. Потому извиняющееся улыбаемся и смущённо отодвигаем ножки, освобождая место для гостеприимного хозяина.

Ловец подошёл, занял освобождённое пространство и, задумчиво разглядывая стену над кроватью, буднично поинтересовался:

– Как самочувствие?

– Неплохо, – в тон ему ответила я.

А задуматься было над чем, физическое самочувствие у меня может и было вполне сносным, учитывая пережитое, а вот психологическое… Это ж куда я вляпалась? Лучше бы осталась дома. Кредиторы, конечно, тоже не питали ко мне нежных чувств, но за последних две недели я уже как-то привыкла к ним, и угрозы стали казаться не такими уж страшными.

– Обсудим твоё положение, или сначала отлежишься? – как-то уж больно резво перешёл к делу маг.

– А какое у меня положение? – решила уточнить. Да, я и без подсказок знала, что положеньице у меня, прямо скажем, не из лучших. Но вдруг ловец что-то новое поведает.

– А сама не догадываешься? – усмехнулся шпион, маскирующийся под ловца.

– Нет, – прикинулась полной дурочкой.

Маг усмехнулся и пошёл ва-банк:

– Пока ты тут изображала убиенную, я навёл кое-какие справки. И информация меня, если быть откровенным, не порадовала, – заявил он.

Я молчу, настороженно глядя на разоткровенничавшегося ловца, и он продолжил:

– Судя по имеющейся в общесоюзной базе данных информации вы, госпожа Нитана Ракаст, мало того, что уклоняетесь от долговых обязательств, так ещё и самовольно покинули город, за которым были закреплены по окончании обучения.

Вот же! И когда только эти хапуги успели подать заявку на возмещение ущерба? А главное как? Ведь я отказалась подписывать документы на наследование дядюшкиного имущества, а без наследников все его скудные пожитки, дважды заложенный дом, и долги, кстати, тоже, должны были перейти государству!

– Зачем документы подписала? Там же ничего ценного не было, – словно прочитав мои мысли вопросил маг.

– Что? – округлив глаза возмутилась я. – Да ничего я не подписывала! Я сразу отказалась!

– При свидетелях? – тут же спросил ловец.

Я похлопала глазами, вспомнила тот достопамятный день и прошептала:

– Нет. Они пришли уже сразу с долговыми расписками и бумагой на наследование. Я отказалась подписывать. Угрожали, обещали под суд отдать, но всё равно не подписала!

– Свидетелей нужно было пригласить, и оформить официальный отказ от притязаний на собственность усопшего, – усмехнулся маг. – А теперь доказать что-то будет очень сложно. Ты бездарная, подпись твоя магического отпечатка не имеет, и подделать её проще простого.

– Пусть сначала найти попробуют, – пробурчала я.

Да, всё оказалось намного хуже, чем можно было ожидать. Теперь я не только не лицензированный специалист, что само по себе нарушение трудового законодательства, но ещё и скрывающийся от долговых обязательств, подпадающий под союзный розыск субъект. Преступница, в общем.

– И тут мы переходим к самому главному, – доброжелательно улыбнулся ловец, похлопав меня по щиколотке.

Ногу тут же отдёрнула, и вообще поджала обе, забравшись повыше, на подушку.

– Ты, конечно, ещё молода и недостаточно хорошо разбираешься в законодательстве Правого королевства, вот и попала в такую ситуацию, – начал развивать мысль маг. – И я бы посоветовал нанять хорошего адвоката, но… – многозначительная пауза, – за уклонение от практики тебя ждёт наказание в любом случае, даже если удастся разрешить вопрос с долгами с твою пользу.

Вот тут он был в корне неправ, законодательство Правого королевства, как и всего союза креста, я знала преотлично. Это был один из профильных предметов на моём направлении. И даже побег можно было оправдать угрозой жизни, но всё упиралось в того самого хорошего адвоката, услуги которого оплатить мне было нечем. Да, сглупила! Даже мысли не допустила о подлоге, иначе сразу продала бы дедушкин дом. Вырученных денег как раз хватило бы оплатить услуги адвокатской конторы. А теперь дом уже наверняка подвергся отчуждению в счёт уплаты долгов. Не зря дедушка частенько говаривал, что я слишком хорошо думаю о людях в целом, и о магах в частности, ой не зря.

– И что мне теперь делать? – спросила немного грубее, чем хотелось бы. Просто злилась на себя, и на всю ситуацию в целом. Да и вопрос был задан только с одной целью – подстегнуть ловца. Я и так уже знала, что сейчас последует предложение, отказаться от которого я не смогу при всём желании. Ситуация не та.

– Так уж сложилось, что я остался без ассистента, а ты проявила себя как перспективный работник, – начал он издалека.

– И? – поторопила интригана, решившего, что обработал меня по полной программе, и теперь я буду прыгать от радости, стоит ему только предложить своё покровительство. И ведь действительно же предложит наилучший вариант!

– И… просто хочу помочь, – «искренне» признался ловец. – У меня достаточно полномочий, чтобы оформить тебя в качестве своей практикантки. А долговые обязательства будут переведены в долгосрочные. Таким образом, мы легализируем твоё нахождение в Срединном королевстве. Долг же будет погашен из казны, а впоследствии по частям вычтен из твоих заработков.

– А вас не смущает тот факт, что у меня другая специализация? – поинтересовалась я, выждав минуту, в течение которой маг терпеливо ждал моего безоговорочного согласия.

– Подтяну по основным пунктам, общий теоретический курс ты прошла, – пожал плечами ловец.

Подтянешь, как же! Тут только физической подготовки, чтобы выработать нужные рефлексы, на полгода занятий, как минимум. И это до минимального уровня, на большее мне с моими данными надеяться глупо. А о психологической подготовке и говорить нечего, там работы лет на пять. Я до сих пор трястись начинаю, как вспомню все эти мёртвые тела и крики обезумевшей толпы. Но выбора-то действительно нет! Ведь сдаст же властям родного Правого королевства, если не соглашусь.

– Я согласна, – произнесла как можно более уверенно. Получилось не без пафоса, но зато вполне искренне.

– Вот и отлично. Запрос я уже отправил, – улыбнулся маг.

То есть отрицательного ответа мы вообще не предполагали?

– А если бы я отказалась? – спросила, воинственно сложив руки на груди.

– Даже не расстроился бы, – усмехнулся ловец. – Зачем мне идиотка в ассистентках.

И то правда, только полная дура отказалась бы от подобного подарка судьбы. И всё бы было прекрасно, не стань я свидетельницей того разговора через примечательное устройство связи, магическую основу которого я видела, вопреки всем мыслимым законам мироздания.

– Отдыхай. Вечером мэтр Сакс проверит, как проходит восстановление, а завтра начнём обучение, – добродушно произнёс маг и удалился, пожелав мне доброго утра.

А за окном действительно светило приветливое утреннее солнышко, и я поспешила раздвинуть шторы, как только осталась одна. Взору моему предстала широкая, вымощенная брусчаткой улица. Напротив, за широкой, выложенной брусчаткой дорогой, возвышались двух и трёхэтажные дома, что свидетельствовало о респектабельности района. А неплохо шпион устроился. Ловцы душ вообще довольно узкая специализация, на каждый город приходится максимум двое. Учитывая, что мы сейчас находимся в столице Срединного королевства – главенствующего среди пяти королевств союза креста, то можно предположить, что здесь ловцов больше. Но мой явно не последний среди них. И когда вокзал накрыло волной четвёртого уровня вызвали именно его, из чего можно сделать вывод – наш ловец один из лучших, если не главный. Чего мне очень не хотелось бы! Потому что, если данный конкретный маг является верховным в лиге ловцов душ, то это уже совершенно другой уровень. Тут я не то, что раскрыть его как шпиона не смогу, никто обо мне даже и не вспомнит, если он меня попросту прибьёт и прикопает на заднем дворе. Но это уже что-то из области невероятного, потому что верховный ловец вряд ли будет сам разъезжать по вызовам, и тем более привечать беглых ассистенток, не по статусу ему это.

***

Обо мне вспомнили гораздо раньше вечера. Промаявшись несколько часов в скучной, унылой комнате, я уже было собралась выйти, когда в дверь постучали.

– Войдите, – ответила слегка взволнованно.

Дверь открылась и моему взору предстала миловидная, полноватая женщина лет сорока в строгом сером платье, длинном переднике в тон, и с неожиданно замысловатой причёской. Даже шпильки, являющиеся пережитком прошлого, угадывались в возвышающемся на её голове творении. Сама не знаю – почему мне вдруг стало неуютно под её осуждающим взглядом. Ну да, я была одета не в пример свободнее: белая рубашка, чёрный корсет со шнуровкой, в меру узкие брюки и низкие ботиночки на небольшом каблучке – стандартная одежда большинства незамужних жительниц союза. Даже можно сказать обыденная. Многие и дома так одеваются. И только выходя в свет обременяют себя украшениями и юбками. С причёской у меня всё было ещё более прозаично – чёрные прямые волосы собраны в хвост чуть выше затылка, и чёлка, позволяющая скрыть глаза, если чрезмерно любопытные маги попытаются считать мысли. Понятно, что у них ничего не получится, но уж лучше прятаться за мнимым смущением, чем терпеть настороженные взгляды, когда окружающие понимают, кем ты являешься. Нас – служащих контроля маги всегда недолюбливали.

– Вы должно быть проголодались. Подать обед сюда, или накрыть в столовой? – спросила женщина, продолжая неодобрительно разглядывать меня.

Какая-то невоспитанная у ловца прислуга. Может он им мало платит? И чего тогда мне ожидать? Вообще ограничится содержанием? Вот и узнаем, когда с прислугой подружимся! Но работать за кров и стол я не согласна!

– А можно я просто на кухне поем? – заискивающе улыбаясь спросила у служанки.

Женщина сначала удивилась, но потом, видимо сделав какие-то выводы, улыбнулась и гораздо теплее проговорила:

– Как вам будет угодно.

– Я Тани, – представилась так, как обычно называли меня дедушка и подруги.

И этим самым представлением сразу давая понять, что не отношусь к господам, перед которыми стоит расшаркиваться и держать лицо. Что прислуга может оказаться хорошим союзником я узнала ещё в детстве, в двенадцать лет, когда, после смерти родителей, именно наша старая служанка настояла на том, чтобы найти моего ближайшего родственника, а не отдавать осиротевшую девочку в приют, за неимением посмертных распоряжений родителей. Так я и познакомилась с дедом, долгое время не общавшимся с матерью из-за какого-то конфликта. Подозреваю – он не одобрял её брак с отцом, но меня дедушка принял очень тепло. И долгих семь лет заботился обо мне. Пока не умер, но к тому времени я уже была девятнадцатилетней ученицей гимназии управления магическими отправлениями и являлась хозяйкой самой себе. Как оказалось, никчёмной хозяйкой.

– Джирана, – в свою очередь представилась женщина. – Я домработница господина Париса.

– Очень приятно познакомиться, – искренне ответила я, раздумывая о том, чем является это «Парис». Если его так и лекарь и домработница называют, значит это, скорее всего, фамилия. А имя какое? Вот и узнаю, от прислуги! Про меня-то он уже знает более чем достаточно, видно документы в сумке нашёл. А узнав имя и всё остальное выведал.

И я смело шагнула к Джиране, чтобы проследовать за ней на маленькую, но вполне уютную кухоньку. От меня не укрылось, что помещение было плохо обжитым, и сухопарая пожилая женщина в тёмно-сером платье и белом фартуке, снующая по нему в стремлении приготовить обед, порой терялась, не сразу находя требуемое.

– А вот и наша гостья, – проговорила Джирана, привлекая внимание кухарки. – Пожелала на кухне отобедать.

– Дасмия, – походя представилась кухарка, спешно нарезая хлеб на мелкие кубики, а потом бросающая его в сковороду.

– Это что она делает? – удивлённо прошептала я, обернувшись к домработнице.

– У господина необычные вкусовые пристрастия, – вместо неё ответила кухарка, сноровисто помешивая хлебные кубики на сковороде, одновременно посыпая их солью и душистыми специями.

Я предпочла промолчать, памятуя о том, что этот самый господин вообще неизвестно откуда взялся. В том, что он точно не работает на одно из королевств креста, я была абсолютно уверена. Не те межгосударственные отношения в нашем союзе, чтобы шпионить друг за другом. У нас всё прозрачно, иначе не выжили бы после белого взрыва. Только объединившись мы смогли обуздать магический фон и построить стабильный социум. А значит ловец пришлый, неизвестно откуда.

– Я Тани, – представилась суетливой кухарке. – Накормите меня? Я не прихотливая.

Суровый взгляд на мою скромную персону, лёгкий кивок и рассредоточенное:

– Найди себе чего-нибудь.

Это победа! Когда все срочные дела будут выполнены я смогу не просто поболтать со служащими этого дома, но и ненавязчиво выведать у них всё, что они знают. И пусть знают они немного, наверняка только мелкие бытовые детали, но это уже хоть что-то.

В поисках снеди помогла Джирана, она тоже была не против перекусить. В результате мы с домработницей устроились за маленьким столиком в укромном уголке, чтобы не попадаться под руку Дасмии, и предались вкушению мясного бульона с незнакомыми мне, но весьма приятными специями, отварного мяса, оставшегося после приготовления паштета и овощного салата, тоже являющегося остатками от готовящейся для господина нарезки. А неплохо кухонные работники живут! Им, пожалуй, достаётся всё самое вкусное. А господа довольствуются своими деликатесами, лишёнными главного – душевного тепла повара…и самых вкусных ингредиентов. Знала бы, что от приготовления мясного паштета остаётся такой вкусный бульон, жила бы на дедушкиной кухне! Жаль, после его смерти пришлось распустить всех слуг, так и не успев с ними близко познакомиться. Дед придерживался пуританских правил и не одобрял панибратства с прислугой, а после его смерти у меня не было средств на содержание обслуги. Дедушка позаботился о единственной внучке – переписал дом на моё имя, и даже свой небольшой счёт в королевском банке оставил мне, но основной его доход являлся ежегодным государственным содержанием, заработанным десятилетиями службы иллюзионистом при дворе Правого королевства. А с его смертью и содержание иссякло. Родители же уничтожили всё своё имущество вместе с собой, напутав что-то в алхимической лаборатории, которую содержали в подвале нашего дома, вопреки королевскому запрету. Я чудом осталась жива – из окна выбросило при взрыве. Напоминанием об этом событии остался уродливый шрам на бедре и незаживающая душевная рана.

– Что-то ты приуныла, – посетовала Джирана, подталкивая ко мне тарелочку с сахарным рулетом, явно являющимся частью господского меню. – Ешь, – добавила она, – всё равно это для тебя готовили. Господин десерты не ест.

Отказаться я не смогла, неудобно было. Но и вопрос озвучила.

– А что, ваш господин новое меню ввёл?

Кухарка и домработница синхронно засмеялись. Дасмия даже от приготовления очередного блюда отвлеклась.

– Мы приходящие, – поведала кухарка. – По вызову к господину Парису приходим, когда он гостей ожидает. Бывает это раза два – три в год. А сегодня нас на постоянную работу позвали, стало быть, ради тебя.

Я залилась краской, сразу поняв намёк служанок. И поспешила оправдаться:

– Да я тоже наёмный работник! Он меня ассистенткой взял.

– Многим ли ассистенткам покои выделяют, – хмыкнула кухарка и продолжила сновать по кухне.

– Да я даже имени его не знаю! – возмущённо воскликнула я.

Почему-то оправдаться перед прислугой стало такой важной деталью, что я была готова уже даже свою историю поведать, только бы поверили, что у меня нет постыдных отношений с ловцом.

– Успокойся, – похлопала меня по сжатой в кулак руке домработница. – Мы понимаем, что ты не по своей воле тут оказалась. Бывали здесь девушки, да все недолго, господин их быстро спроваживал. И все сами приходили, а про тебя мы слышали, что принесли тебя едва живую, даже лекаря королевского вызывали. И ничего такого не думаем, но господин явно дал понять, что ты здесь задержишься.

– Так он меня ассистенткой принял! Я такой же наёмный работник, как и вы! – воскликнула я.

– Такой же, да не такой, – глубокомысленно заявила кухарка, и покинула кухню, отправившись куда-то с подносом.

Потом она ещё два раза приходила, заново сервировала поднос и уходила.

– Ты не злись на Дасмию, она что думает, то и говорит, – посоветовала мне Джирана. – Ну взял тебя под опеку господин, так чего ж с того, может и правда пожалел.

– Да выгодно ему это было, – не подумав ответила я. И тут же пояснила: – Он без ассистента остался, а я под руку подвернулась. Если бы стало общеизвестно, что он использовал в качестве ассистентки постороннюю бездарную, это ударило бы по его репутации, вот и взял меня, чтобы разговоров не было.

– Ты не торопись горевать, господин – он хороший, всегда платит справно, и премию даёт, – попыталась утешить меня домработница.

Да, вот уж замечательный начальник! Я ещё даже работать на него не начала, а уже оправдываться приходится. А что дальше будет? А дальше я потребую своё жильё, хоть какое-нибудь, но только отдельное, чтобы разговоров не было! В конце концов, меблированные комнаты на окраине недорого стоят.

О чём и решила уведомить новое начальство, испросив у домработницы, где его можно найти.

Джирана сразу как-то насторожилась, взглянула на меня осуждающе и посоветовала:

– Ты бы не нарывалась, деточка.

– Значит, как начальник – он замечательный, а как поговорить с ним, так «ты бы не нарывалась». Вы уж определитесь, – язвительно ответила я.

Ну да, не сдержалась. А сколько можно держать меня в неведении, и уповать на мою покладистость?

Буркнула «извините», и пошла искать правды в этом доме.

Ловца нашла довольно быстро, шла на запах еды. Так и ввалилась в столовую, где маг изволил трапезничать.

– Доброго дня, – пожелала слегка оторопевшему работодателю. – А я решила составить вам компанию.

– Присаживайся, – быстро справился с удивлением хозяин дома.

– Благодарю, – кивнула и устроилась напротив него за столом на шесть персон, накрытом для одной.

– Чего желаете? – с ухмылкой вопросил маг.

– Ответов! – с готовностью поведала я.

– Хм, вряд ли в меню есть что-то подобное. Но, разу уж пришла… не соблаговолите ли вы, госпожа Ракаст, сначала озвучить вопросы? – поинтересовался всё так же невозмутимый ловец.

А действительно, что мне у него спрашивать? Самое главное я и так уже знаю! Но он-то не знает, что я знаю, так что можно и разгуляться.

– Ну, во-первых, моё имя вы уже знаете, а сами так и не представились. Хотелось бы знать, на кого мне вообще предстоит работать, – уворовав с господского стола румяный, поблёскивающий карамельной помадкой кекс начала я с самого главного. А ещё говорили, что ловец сладкого не ест.

– Советую положить черрини на место. Вряд ли оценишь, – вместо ответа поспешно проговорил маг.

Вот же жмот! Наверняка жалованье мизерное назначит. Усмехнулась и с наслаждением откусила верхушку кекса, где помадки было побольше.

– А я предупреждал, – меланхолично произнёс ловец, наливая из графина в бокал воду и протягивая мне.

К тому моменту, как я получила вожделенный напиток, глаза уже не просто слезились, я рыдала, хватая ртом воздух и с ужасом думая «отравили!». Во рту и горле пекло, будто я горящих углей наелась. Выпила всю воду, не помогло. Ловец, сдержанно посмеиваясь, встал и потянулся графином к опустевшему бокалу. Выхватила графин из начальственной руки и начала жадно пить прохладную воду прямо из него.

В результате сижу, часто дышу ртом, утираю слёзы и враждебно гляжу на мерзко ухмыляющегося мага. А он ещё и поучает, ехидно щурясь:

– Не стоит игнорировать советы старших. Я же говорил, что ты не оценишь столь необычное для местной кухни блюдо.

– А зачем такую отраву на стол ставить, да ещё и под десерт маскировать? – прохрипела я. Да, легко точно не будет. Тут выжить бы, не то что карьеру построить.

Маг окинул взглядом блюдо с убийственными кексами, пожал плечами, взял один из них и принялся есть, даже не морщась! Какой-то он совсем неправильный. И еда у него тоже неправильная. А может ну её, эту идею с разоблачением? Выкручусь как-нибудь и без помощи этого странного типа.

– Так что ты хотела узнать? – поинтересовался маг, доев худшую из когда-либо видевших свет выпечку.

– Имя, – попытавшись улыбнуться напомнила я. – Как вас зовут?

– Натан Парис, – слегка склонив голову представился мужчина. – Ловец душ первого ранга двора его королевского величества, Арнидана Хасно, заместитель верховного ловчего Союза Креста.

– Нитана, – ошалело представилась в ответ.

– Я в курсе, – тихо посмеиваясь напомнил ловец. – Забавно, у нас имена созвучные.

– З-забавно, – с запинкой согласилась я.

Да что тут может быть забавного?! Мало того, что мой шпион оказался заместителем верховного ловца, так он ещё и придворный! То есть, обладает практически абсолютным доверием короля. Это получается, что в союзе он второй по рангу среди ловцов, а в Срединном королевстве вообще первый! И вот любопытно, почему его изображение не украшает стены нашей гимназии? Да ладно это! Гораздо интереснее, как чужак смог достичь таких высот? Или он не чужак и я всё неправильно поняла? Действительно, напридумывала невесть чего, а господин Парис может действительно пожалел и помочь хочет. Облегчённо выдохнула и улыбнулась ловцу. Так с застывшей на губах улыбкой и замерла, вспомнив примечательный разговор через странную призму, свечение которой было доступно моему бездарному зрению. Нет, что-то тут точно нечисто. Но и разбираться уже как-то не хочется. Не того полёта птица, не по зубам мне. А с другой стороны – кто знает, поработаю, осмотрюсь, глядишь и найду бескровный выход из ситуации.

– Так, с этим разобрались, – постаралась выглядеть уверенной, или хотя бы не испуганной. – А что с проживанием? Не буду же я жить здесь… с вами!

Господин ловец первого ранга кивнул, опять чуть заметно улыбнулся, сделал глоток из своего бокала без ножки, на четверть наполненного каким-то коричневатым прозрачным напитком, и огорошил меня ответом:

– Жить будешь именно здесь.

– Ну, знаете ли! Вы меня за кого принимаете? – возмущённо вскочила я, едва не уронив стул.

– Ты моя ассистентка, следовательно, должна находиться рядом в случае срочного вызова. К тому же, я в этом доме почти не живу.

– Так я должна быть всегда рядом, или вы здесь не живёте? – язвительно поинтересовалась я.

– Отсюда пять минут ходьбы до городского управления, а верхом и того меньше, – спокойно пояснил маг.

– А предыдущие ваши ассистенты тоже здесь жили? Ну были же у вас ассистенты до меня? – уже не столь воинственно спросила я.

– Мой предыдущий ассистент жил при городском управлении, в казарменном доме. Ещё вопросы? – вмиг растеряв любезность сухо проговорил ловец.

– Нет. Спасибо за обед, – пискнула я.

И уже было собралась сбежать в свою комнату, как господин Парис вновь улыбнулся и протянул:

– А мне кажется, у вас, госпожа Ракаст, остался ещё как минимум один животрепещущий вопрос.

Остановилась. И на что он намекает? Нет, про жалованье я сейчас спрашивать точно не буду. Страшно.

– Ну же, смелее, – подбодрил меня ловец.

– Да это не срочно. Потом… – попыталась отвязаться от настойчивого работодателя.

– Как пожелаешь, – безразлично пожал плечами маг. – Отдыхай, завтра у нас насыщенный день.

– Спасибо, – поблагодарила, сама не знаю за что, и покинула столовую.

Уже за дверью, скрывшись от внимательного взгляда ловца, выдохнула, сгорбилась и поплелась выполнять указания лекаря. Как-то резко опять навалились усталость и ноющая боль во всём теле. И во что я ввязываюсь? Зачем мне всё это? Ловец, конечно, решит все мои проблемы, с его-то связями, но сколько новых добавит, даже представить страшно.

Я медленно брела по дому, рассматривая серые стены, красивую, но как-то небрежно подобранную мебель, жёсткие тёмные ковры. Вроде и всё практически новое, в одной цветовой гамме, но без души, уныло. В доме дедушки всегда было светло и радостно. По коридорам витал запах свежей выпечки, из распахнутых окон доносилось пение птиц, часто приходили гости. У меня было замечательное детство, пусть и омрачённое потерей родителей, с которой я так и не смогла до конца смириться. И будущее мне прочили блестящее. Моя наставница по учебной части обещала по окончании практики дать протекцию от гимназии для поступления в университет, на более узкую специальность. Дедушка уже договорился со своим старым другом, занимающим довольно высокий пост при дворе Правого королевства, чтобы он взял меня на службу в качестве своей протеже. Да я могла стать придворной! И вот где я теперь.

У дверей в комнату ожидала Джирана.

– Ну что? – с сочувствием спросила она.

– Всё хорошо, – заверила я её. – Устала просто.

– Ну отдыхай тогда, – кивнула женщина, явно не поверив.

Глава 2

До вечера я промаялась от безделья в своей комнате. Избавилась от подсохшего и неприятно покалывающего кожу пергамента, прилепленного лекарем к моей несчастной спине. Приняла холодную ванну, потому что сама не могла активировать магическую нагревательную пластину, расположенную под ней, а беспокоить ловца из-за такой мелочи было бы неосмотрительно. Переоделась в свободную синюю рубашку и свободные же домашние брюки. И часа два просидела на подоконнике, разглядывая прохожих, и проезжающих, суетливо спешащих по делам, или степенно прогуливающихся в предзакатной прохладе.

Пробуждение было резким и весьма болезненным. И кого там принесло?! От стука в дверь вздрогнула и свалилась с подоконника, наделав немало шума. Дверь тут же распахнулась, на пороге появился ловец собственной персоной. Я же, барахтаясь в покрывале, в которое закуталась, чтобы не продуло возле окна, отчаянно ругалась и пыталась встать.

– Вы как нельзя кстати, мэтр Сакс, – проговорил маг, широкими шагами пересекая комнату, чтобы помочь мне подняться с пола. – Заодно осмотрите нашу пострадавшую на предмет новых травм.

И явно же издевается! Но в комнату уже входил пожилой лекарь, он-то за меня и заступился.

– Ну что вы, господин Парис. Сами напугали девушку, а теперь ещё и подтруниваете, – погрозив узловатым пальце ловцу проговорил он.

– Опять напугал, – сокрушённо покачал головой маг. – Неужели я настолько страшен?

И смотрит на меня с вызовом, будто ждёт, что сейчас какую-нибудь глупость опять скажу. А вот не дождёшься!

– Я просто задремала, вот и упала, когда резко проснулась от стука в дверь, – пояснила лекарю, даже не глядя на ловца. Насмотрюсь ещё… глаза б мои его не видели!

– Не буду мешать, – коротко бросил Парис и покинул комнату, плотно прикрыв за собой дверь.

– Ну и как поживает моя неугомонная пациентка? – с ласковой улыбкой поинтересовался лекарь, указывая мне на кровать.

Послушно легла на живот, приподняв рубашку, и пробормотала:

– Уже намного лучше.

– Вижу-вижу, что лучше. Ты на удивление быстро восстанавливаешься, девочка. Не знал бы, что ты бездарная, подумал бы, что тут маг поработал, – рассуждал мэтр Сакс, ощупывая поясницу. – Тут больно? – спрашивал старик, надавливая то тут, то там, но боли не было!

О чём я и сообщила лекарю, сама удивляясь тому, что уже совсем ничего не болит. И чувствовала я себя свершено здоровой, хотя ещё пару часов назад, устраиваясь на подоконнике, кряхтела и постанывала от ломоты во всём теле и ноющей боли в груди и пояснице.

– Молодость, – протянул мэтр Сакс, поправив рубашку и похлопав меня по спине поверх неё. – С большой радостью могу сообщить вам, моя дорогая, что вы абсолютно здоровы. Удивительно, но факт – гематомы рассосались в рекордные сроки, никаких повреждений я не вижу.

– Вот и замечательно! – вскочила и потянулась, разминая затёкшие на неудобном подоконнике мышцы. – Вы просто волшебник, мэтр Сакс.

– Да уж, волшебник, – задумчиво пробурчал лекарь, закрывая саквояж, содержимое которого осталось невостребованным. – Всего вам доброго, моя дорогая. Надеюсь, если и встретимся, то только по приятному поводу, – попрощался он и покинул меня в глубокой задумчивости.

Я же грустить не видела повода, вылечилась и замечательно! Было замечательно, пока в дверях не появился ловец и не уведомил меня, что у нас срочный вызов.

– А-а-а… – протянула растерянно.

– Документы уже оформлены. Приступайте к своим прямым служебным обязанностям, госпожа ассистентка. На сборы две минуты, – отчеканил мой теперь уже официальный начальник и оставил меня одну.

И когда только успел всё оформить? Но на раздумья особо времени не было, пришлось спешно переодеваться. Я выбрала серую плотную рубаху, кожаный жёсткий корсет, который хоть немного смягчит удар при падении, и удобные, не стесняющие движения брюки. Волосы просто собрала в пучок на затылке, закрепив шнурком, а вот с обувью возникли небольшие сложности. У меня имелись только одни удобные ботинки почти без каблука и сейчас они были испачканы в крови, пережив вместе со мной нападение фантомов. И помыть я их не успела, если честно – просто не подумала. А теперь на это времени уже не было, что подтвердил ловец, без стука ворвавшись в мою комнату, окинув придирчивым взглядом и констатировав:

– Удручающее зрелище. Завтра займёмся экипировкой. За мной.

Обувалась я на ходу, стараясь поспеть за стремительно удаляющимся магом. Но это было только начало! Оказывается, к месту вызова нам предстояло ехать верхом. К тому моменту, как я выбежала на крыльцо, ловец уже был в седле.

Поторопись, – велел он, указав мне на вторую лошадь.

Пришлось поторопиться. Моё неловкое взгромождение на фыркающую кобылу господин Парис комментировать не стал, за что я ему была даже благодарна, совсем чуть-чуть. Я не то, чтобы совсем уж плохо умела держаться в седле, но в гимназии нам верховую езду преподавали без особого рвения, понимая, что «кабинетным крысам» это особо и не нужно. Всё равно по городу будем передвигаться либо на общественных экипажах, либо пешком. И сейчас я тряслась в седле, стараясь поспеть за раздражённо оглядывающимся начальством. А он явно очень спешил, так быстро ездить в седле мне ещё не приходилось. Даже ветер в ушах свистел, а прохожие пугливо шарахались в сторону, завидев несущихся во весь опор всадников.

Когда ловец остановил своего чёрного жеребца, я только показалась из-за поворота, отстав от него шагов на двести.

– Живо, – прошипел уже спешившийся маг, когда я с трудом остановила лошадь, норовящую затоптать даже не шелохнувшегося господина Париса.

Буквально свалилась с всхрапывающей кобылы, но на ногах устояла, слава великой магии.

– Сумку возьми, – скомандовал ловец, стремительно поднимаясь по ступеням респектабельного трёхэтажного дома, владельцами которого явно были не обыватели среднего класса.

Ну да, было бы глупо думать, что ловец первого ранга будет разъезжать по вызовам простого населения. Схватив притороченную к седлу довольно увесистую чёрную кожаную сумку, я поспешила за начальством, и, не успев затормозить, врезалась в его спину. Ловец без стука распахнул основательную двустворчатую дверь, но в дом не вошёл, замерев на пороге.

– У нас восставший дух, уровень агрессии зашкаливает. Плазма уже начала скапливаться на потолке и стенах. Что делать знаешь? – не оборачиваясь напряжённо проговорил Натан Парис.

– Знаю, в теории, – неуверенно ответила я.

– Правый нижний карман, достаёшь контейнер для плазмы и устанавливаешь прямо перед лестницей. Быстро, – последнее слово маг почти прорычал, до побелевших костяшек сжимая руками приоткрытые створки двери.

Трясущимися руками полезла искать этот самый кармана на куртке ловца.

– В сумке! – рявкнул маг.

Покраснела и, оставив в покое одежду мага, полезла в сумку. Да, с таким ассистентом ему никакие фантомные волны не нужны, сама угроблю…

Контейнер нашла быстро, а вот с установкой уже было сложнее. Дело в том, что мне доводилось видеть иллюстрации восставших духов с выделением плазмы, и зрелище это было, прямо скажем, ужасающее. И теперь мне предстояло войти в помещение, почерневшее от потёков вязкой, склизкой субстанции на стенах. Эта же гадость капала с потолка и покрывала пол. И в дополнение ко всему там носился обезумевший дух, готовый вселиться в первое попавшееся живое тело. И пусть я всего этого ужаса не могла увидеть – моему незамутнённому магическим видением взору предстал обычный холл богатого дома, с позолоченными перилами и балками, задрапированными красной с золотистым узором тканью стенами, огромной сверкающей под высоким потолком люстрой и начищенным до блеска паркетом. Но я же знала, что там всё это есть!

А ловец чуть посторонился, продолжая удерживать дверные створки, и ждал, когда я проскользну у него под рукой.

– Я не всесильный, могу и не удержать, будут жертвы, – будто и не ко мне обращаясь произнёс Парис.

И я зажмурившись шагнула вперёд. Поднырнув под его руку вошла в сверкающее богатым убранством, совершенно не страшное, на мой взгляд, помещение.

– Перед лестницей, – напомнил, куда нужно поставить контейнер ловец.

Подбежала к лестнице, установила круглую, похожую на декоративную шкатулку, серую, прохладную на ощупь кварцевую коробочку, сдвинула на треть отдвижную крышку и вопросительно посмотрела на начальника. Он был бледен, суров и смотрел не на меня… а надо мной. Запрокинула голову, тоже посмотрела вверх – ничего.

– Вон отсюда, – тихо приказал ловец.

Дважды меня просить не требовалось. Но уйти я не успела! Ловец пошатнулся, словно в него что-то врезалось, и с глухим рыком подался вперёд, удерживая рвущегося наружу духа. Дверь захлопнулась, отрезая опасную потустороннюю сущность от уже образовавшейся на другой стороне улицы толпы любопытствующих (странно, у нас все наоборот разбежались бы подальше, вдруг вырвется). А мы с магом оказались заперты с этой самой сущностью! И всё было бы не так страшно, но ассистенты не просто так к ловцам приставлены. Соприкосновение с плазмой гарантированно даёт духу возможность захватить тело любого, даже самого сильного мага. А ловец контейнер для нейтрализации плазмы ещё не активировал. И сейчас он, либо успеет это сделать, либо, если уже вляпался в плазму, дух завладеет его телом и убьёт сначала меня, а потом ещё неизвестно сколько народа, прежде чем его обезвредят. В ситуации непосредственной опасности для жителей города никто не станет рисковать, пытаясь изгнать дух. Просто уничтожат сразу и его и захваченное тело. Но сначала он меня уничтожит…

А я ещё так молода! И вообще, у меня столько планов на будущее. Кто же, если не я, шпиона разоблачит, головокружительную карьеру при дворе на этом построит и ещё много чего судьбоносного совершит! Так что мне умирать никак нельзя!

Подвывая от ужаса начала пятиться к лестнице, пристально следя за каждым движением ловца. Да что там за движением, я даже за взглядом его следила, пока, слава великой магии, не остекленевшим, как у безвольной куклы. Значит, в плазму ещё не вляпался… или вляпался и дух уже забрался в его тело? Тут как – попадёт эта гадость потусторонняя на кожу и человек – будь то обыватель, не обладающий магическим потенциалом, или сильнейший маг, неважно – впадает в ступор. Его сознание будто съёживается, уступая место для выделившего плазму духа. А как только дух займёт подчинённое тело, узнать об этом возможно только по его поведению. Но с этим как раз проблем не бывает, плазму выделять способны только древние, обезумевшие и потерявшие контроль над своим безумием души не нашедших упокоения усопших. А таким для счастья много не надо, всего-то убивать, убивать и убивать… пока не остановят.

И вот мне сейчас очень интересно, кто передо мной – шпион, которого я в данный момент возлюбила пуще родного и очень расставаться с его личностью не хотела, или сбрендившее привидение повышенной агрессивности, с чьей личностью общаться никакого желания не было? Ловец на мой манёвр с отступлением к лестнице внимания не обращал, ровно до того момента, как я споткнулась о контейнер для плазмы, едва не опрокинув его.

– Ты что творишь? Вон… под лестницу, – прошипел маг, отвлекшись от созерцания потолка на грохот, который я сотворила, пиная контейнер.

А меня ну очень заинтересовало то, чем он в данный момент был занят, помимо разглядывания чего-то под потолком. Господин Парис, продолжая стоять у самой двери, вытащил из кармана куртки чёрный платок и, не снимая перчаток, принялся брезгливо вытирать щёку. После чего маг отбросил платок, стянул перчатки и тоже швырнул на пол. Наблюдала вышеозначенные действия я, медленно пятясь уже не на лестницу, а под неё. Освещение здесь было преотличным, в окна заглядывали последние лучи заходящего солнышка, под потолком ярко сверкала несколькими десятками не магических, а обычных как сейчас было модно, свечей люстра. И я могла бы поклясться, что ничего на щеке у ловца не было… ничего, что я смогла бы увидеть. Значит, он всё же испачкался в плазме? Да быть такого не может! Никто не в силах побороть паралич, вызываемый потусторонней субстанцией. Никто! Ну, кроме бездарных, то есть таких как я. Но мы-то эту плазму даже не видим и не ощущаем. А ловец бездарным уж точно не был, скорее совсем наоборот – одарённым сверх меры. Почему жизнь так несправедлива – кому-то много, а кому-то ничего?

А маг тем временем совершенно без усилий активировал контейнер и спокойно посоветовал мне:

– Не прижимайся к стене, и так уже вся измазалась.

Пока я нервно отряхивалась и осматривала себя, ловец делал незамысловатые пассы руками и беззвучно шевелил губами. Потом и вовсе руки на груди скрестил и заинтересованно принялся разглядывать люстру, ну или что-то висящее под ней, чего я, по известной причине, видеть не имела возможности. Фу-у-ух, кажется, обошлось. Но момент с обтиранием щеки я в копилочку странностей Натана Париса добавила, к уже имеющимся там светящейся линзе и явно шпионским переговорам через неё же.

– Долго там стоять будешь? – поинтересовался ловец, окинув меня беглым взглядом и вернувшись к наблюдению за потолком.

Я отошла от лестницы, покосилась на уже закрытый контейнер для плазмы и медленно, с опаской приблизилась на пару шагов к господину Парису. Кто его знает, вдруг это уже и не он, а умело притворяющийся дух.

– Контейнер опечатать, дверь открыть и, я тебя очень прошу, не прикасайся ни к чему вне этого помещения, – брезгливо скривившись приказал маг.

Предпочла промолчать и пошла выполнять распоряжения начальства, но следить за ним не перестала. Нет ему доверия, даже если никто в него и не вселялся. Закрепила металлическим зажимом крышку кварцевой шкатулки, и, подхватив её, отправилась открывать дверь.

Знала бы, к чему это приведёт, не открыла бы!

Мало того, что на крыльце стояла целая толпа обряженных в форму чистильщиков бравых магов-военников, так они ещё и шарахнулись от меня, как от чудища какого-то. Синхронно так отпрянули, в процессе отступления совершая круговые движения запястьями и будто что-то бросая в мою сторону. Задумчиво почесала переносицу, ещё раз взглянула на толпу вояк, и уже было собралась закрыть дверь, когда до них что-то начало доходить.

– Бездарная? – сощурившись спросил один из магов, прекратив размахивать руками.

– Ну допустим, – зажав контейнер подмышкой кивнула я.

– Ассистентка? – немного удивлённо поинтересовался второй.

Ответить я не успела. В нашу милую беседу вклинился ловец и разрушил всё очарование момента.

– Приступить к обработке помещения. Есть раненые среди гражданского населения. Кажется, – ловец задумчиво посмотрел куда-то вверх, – нет, точно на третьем этаже.

И маги мгновенно потеряли ко мне интерес. Только с дороги отойти вежливо попросили, и обходили меня по широкой дуге. Это ж как я сейчас выгляжу, что произвела столь сильное впечатление на привычных ко всему служащих отряда магической чистки?

– Контейнер, пожалуйста, поставьте на пол, – обратился ко мне один из магов, стараясь на меня вообще не смотреть.

– Да пожалуйста, – обиженно пробурчала я.

– Как же вас так угораздило? – неожиданно с сочувствием вопросил мужчина.

– Отмоем, – вместо меня ответил ловец.

– Тут без реагента не обойтись, – покачал головой жалостливый чистильщик.

– Не отвлекайтесь от своих прямых обязанностей, – сурово проговорил господин ловец. – Жду отчёта утром.

Маг ещё раз бросил на меня сочувствующий взгляд, помахал руками на контейнер и запихал его в серый тряпичный мешок с символикой службы магической чистки – перечёркнутый белым крестом чёрный череп.

– Ну что, пошли отмывать тебя, ассистентка, – усмехнулся ловец.

– Да не грязная я! – возмущение наконец нашло выход в громком недовольном восклицании.

Отовсюду послышались сдержанные смешки, а ловец душ ещё и подлил масла в огонь, ответив:

– Вот этим себя и успокаивай.

***

Домой мы возвращались пешком, ведя лошадей за собой. Причём Парис мне даже к сумке ассистента прикоснуться не дал, сам приторочил её к седлу. И кобылу мою вёл тоже он. Это как же я должна была извозиться в плазме, что маги на меня так реагируют? Мне даже самой противно стало, скорее бы помыться. И как же замечательно, что уже довольно поздний вечер. Прохожих на хорошо освещённых улицах было немного, но и те переходили на другую сторону, или вовсе разворачивались и спешно удалялись в противоположную сторону от меня.

Шли мы молча. Ловец о чём-то задумался, а я просто очень устала, испугалась, проголодалась и хотела принять ванну. До дома добрались через три четверти часа, маг широко распахнул дверь в зияющую непроглядной темнотой прихожую и проговорил:

– Разувайся, ни к чему не прикасайся и следуй за мной.

Молча разулась, аккуратно поставила ботинки на лестнице сбоку от двери. Вряд ли кто-то позарится на такую замызганную обувку. Пусть переночуют на улице, а уже завтра, отдохнув и немного придя в себя, я их отмою и начищу.

Пока разувалась ловец скрылся в темноте дома, оттуда и позвал:

– Поторопись, у меня мало времени.

– Да я и сама справлюсь, идите, куда нужно, – ответила, заходя в прихожую и слепо озираясь.

– Была у меня где-то масляная лампа, – откуда-то сбоку послышалось ворчание Париса вперемежку с шорохом и звуком хлопающих створок и выдвигаемых ящиков. – Нашёл!

В следующее мгновение помещение озарил слабый, дрожащий свет от разгорающейся лампы, старенькой такой, потрёпанной и с отколотым закопчённым стеклом с одной стороны.

– За мной, – махнул рукой ловец и пошёл в противоположную от моей комнаты сторону. – Напомни мне завтра заняться естественным освещением в доме.

– Хорошо, – кивнула я следуя за тусклым светом чадящей лампы. – А куда мы идём?

– В подвал, у меня там, в лаборатории, рабочая душевая, – ответил маг.

И идти куда-либо в этом доме мне мгновенно расхотелось. Лаборатория… в подвале…

– Я туда не пойду! – срываясь на визг заявила я и развернулась, чтобы уйти из этого дома раз и навсегда.

– Не дури, – устало проговорил мне в спину господин Парис. – Я не храню в доме запрещённые вещества и не провожу опасные эксперименты… как твои родители, – тихо добавил он.

Я ощутимо вздрогнула и резко развернулась.

– Читали моё личное дело? – поинтересовалась враждебно, обняв себя за плечи.

Почему-то стало холодно, как в ту ночь восемь лет назад, когда лежала на стылой земле, истекая кровью, а в нескольких десятках шагов рушился мой дом… и моя жизнь. От родителей после взрыва не осталось ничего, от дома только источающее алхимический смрад пепелище. Сомнений не было ни у кого – родители проводили эксперимент по скрещиванию магии и… моей крови. Эксперимент не удался. Мама и папа никак не могли смириться с тем, что их дочь бездарная. Для них, довольно сильных магов, это было как пощёчина. Вот и доэкспериментировались.

– Конечно читал, – ответил на мой вопрос ловец душ. – Не мог же я принять тебя на работу, да ещё и со своим поручительством, не ознакомившись со всей имеющейся в наличии информацией.

Ну да, для ловца такого ранга и положения засекреченность дела моих родителей не помеха. И теперь он знает обо мне всё. Вообще всё! А я-то наивная, думала Парис удовлетворится моим ученическим личным делом.

– Идём, бояться совершенно нечего.

И ловец поднял лампу повыше, освещая вход в подвал и уводящую вниз лестницу.

Хотела ли я идти за ним? Конечно же нет! Мне нестерпимо хотелось развернуться и убежать, но куда я побегу?

– Идёмте, – кивнула, покорившись судьбе.

Подвал оказался неглубоким, всего пятнадцать ступеней и лестница закончилась прямым коридором с несколькими дверями по бокам. Первые четыре двери мы миновали, остановившись у пятой, ничем не отличающейся от других, кроме того, что она была последней. Маг ловко поддел пальцами неприметный камень, заставляя его откинуться горизонтально вниз, наподобие дверцы, коей он и оказался. Провёл ладонью по острому углу камня, оцарапав её до крови, и засунул руку в открывшееся отверстие. Послышался лёгкий щелчок и дверь приоткрылась. Только сейчас я заметила, что на ней нет ручки.

Как же, ничего запрещённого он в своей лаборатории не хранит. А зачем же тогда так запирает её?

– Проходи, – кивнул маг на распахнутую им же дверь.

– А может я у себя помоюсь? – умоляюще глядя на начальство пропищала я.

– И потом вызовем чистильщиков, которые полночи провозятся в твоей ванной, мешая спать? – с усмешкой поинтересовался Парис.

– Ну надо так надо, – горестно вздохнула я.

Принимать в своей спальне толпу магов в мои планы на ночь точно не входило.

А лаборатория у ловца оказалась совершенно обычная, со столами, склянками и колбами всевозможных размеров и форм, спиртовыми горелками и прочими приспособлениями. Хозяин этого, по законам союза запрещённого в жилых домах, помещения уверенно прошёл вперёд, к поблёскивающей каучуковой пропиткой в неясном свете лампы отдвижной занавеси. Собственно отодвинул её, открывая вид на широкую керамическую платформу с невысокими бортиками, поставил на настенную полку лампу и приглашающе указал мне рукой на сие приспособление.

– Проходи, раздевайся. Скажешь, когда будешь готова, я пока подготовлю воду, – прокомментировал он приглашение.

Я осталась стоять на месте.

– Ну в чём опять дело? – раздражённо спросил маг.

– А-а-а… вы здесь останетесь? – поинтересовалась, невольно отступив на пару шагов, поближе к выходу.

Я ещё в столовой заметила, что его и без того хищное какое-то лицо, когда чем-то недоволен, становится совсем жутким. Вот и сейчас стало как-то не по себе от колючего, хмурого взгляда.

– Нет, схожу в твою комнату за одеждой и полотенцами, – едва заметно улыбнувшись спокойно ответили мне.

Ну хоть злиться перестал. А я так устала и проголодалась, что на дальнейшее смущение сил уже не осталось. Прошла за штору, которую ловец сам задвинул и забралась в подобие ванны.

– Одежду бросай на пол, потом сожгу, – донеслось из-за ширмы.

– Я постираю, – ответила, стягивая корсет и рубашку.

– Нет, она больше не пригодна для использования. Просто поверь мне на слово, ты этого не увидишь, но всем остальным пятна от плазмы будут заметны, – пояснил ловец. – Готова?

– Да, – сжавшись от холода и обнимая себя дрожащими руками, ответила я.

Всё-таки подвал не самое подходящее место для оголения. Но вот сверху хлынул поток тёплой, даже слегка горячеватой воды и озноб отступил. И я бы даже была почти довольна жизнью, если бы не одно но – вода была зелёного цвета! Такой насыщенно зелёный, исходящий паром дождик.

– Это что?! – завопила, отпрянув от потока зелени, и едва не свалилась, поскользнувшись и больно ударив ногу о бортик. В последний момент уцепилась за штору и устояла… я, но не штора.

– Это реагент, – меланхолично пояснил ловец, не без интереса разглядывая голую зелёную ассистентку с занавеской в руках.

– Отвернитесь! – взвизгнула, прикрываясь оборванной шторой.

И не подумав выполнить моё требование маг продолжал глазеть, а потом ещё и советы давать начал.

– Волосы хорошо промой, и поторопись. Вернусь сменю раствор на обычную воду, – заявил он. – И штору отпусти, повешу.

– Сначала отвернитесь, – пробурчала, стуча зубами, но не имея никакого желания отпускать единственную защиту от любопытного взгляда ловца.

– И как же я её вешать буду, если отвернусь? – улыбнулся мужчина.

Как-то по-особенному улыбнулся, я у него такой улыбки ещё не видела. До этого он только ехидно ухмылялся, насмехался, или одаривал снисходительной полуулыбкой. А сейчас выражение его лица было… довольным? Да, пожалуй ловец был чем-то очень доволен. Сощурилась, ещё сильнее прижимая прохладную, неприятную телу пропитанную каучуком ткань к груди, и осталась стоять на месте.

– Ну хорошо, будь по-твоему, – вдруг сжалился Парис.

Прошёл к едва различимому в полумраке шкафу, извлёк из него точно такую же штору и буквально за пару секунд, одним лёгким взмахом руки повесил её на место сорванной. После чего подошёл и, одарив меня совсем уж странным взглядом, расправил занавесь, не прибегая к магии. Потом послышались удаляющиеся шаги, едва слышный скрип двери и всё стихло. Я наконец-то бросила штору, прикрываться которой уже не было нужды, развернулась и с подозрением уставилась на зелёный поток. Протянула руку, набрала немного жидкости в ладонь, понюхала. Вроде ничем не пахнет, по ощущениям тоже как обычная вода. Махнула рукой на предрассудки и приступила к омовению.

Как вернулся ловец, я даже не услышала, поняла это по тому, что вода стала нормальной, бесцветной. Вот тогда я уже взяла примеченный на полочке ещё до начала процедур флакончик и щедро плеснула на себя мыльного раствора с незнакомым, но приятным, освежающим запахом. Немного перестаралась, пришлось долго смывать пену, но начальство не возмущалось, и вообще признаков жизни не подавало. Может, не дождался и ушёл спать? Мне же лучше, только не нагишом же до комнаты идти. Закончив со смыванием пены повернулась к шторе, чтобы выглянуть из-за неё и посмотреть – где же ловец, обнаружила неизвестно когда и как появившийся здесь стул, на спинке которого висел длинный, тёплый халат, а на самом стуле покоилась стопка полотенец. Это он что, пока я тут купанием наслаждалась, пришёл, отодвинул занавесь, поставил стул и сложил на него всё? Наверное, в этот момент я густо покраснела, потому что лицо и шея горели огнём. Нет, я не была рафинированной скромницей, но полностью обнажённой меня в последний раз видели в двенадцать лет, и это были женщины-лекари.

А на полу, рядом с платформой, обнаружились одни из моих туфелек. Замечательно! Он опять в моих вещах копался! Обулась и принялась быстро обтираться одним из полотенец, в другое замотав волосы. Вода течь с потолка перестала… Значит начальство всё это время было здесь. Закончив с вытиранием надела большой, явно мужской халат и потуже затянула пояс. Из-за шторы выходить вообще не хотелось. А ещё очень не хотелось оставлять здесь свои вещи, тем более бельё. Подумав немного решилась и нагнулась, чтобы забрать хотя бы самое интимное.

– Не трогай, – донеслось из-за занавеси.

Вздрогнула и отдёрнула руку. А как он узнал, что я собиралась сделать? Ткань же не прозрачная. Неужели ловец позволил себе такую наглость, как сканирование сквозь предметы? Да он попросту подглядывал! Смущения как не бывало, на его место пришла злость, граничащая с яростью.

– Да как вы смеете?! – возопила я, отдёргивая занавеску и решительно выходя как минимум на поле боя.

Встретили меня совершенно спокойно. Ловец сидел за столом и что-то писал в порядком потрёпанной тетради. И оторвался он этого занятия только когда услышал мой вопль праведного гнева.

– Вы… вы… вы подсматривали! – выпалила я, немного поумерив пыл, но не собираясь спускать подобные вольности начальству. У нас даже дополнительный факультатив для девушек был, по основам построения профессиональных отношений. И вот первым пунктом там значилось «не допускать даже намёка на личный интерес со стороны коллег и тем более начальства, жёстко пресекая любые знаки внимания на корню». Так что ждёт господина Париса лекция о недопустимости подобных выходок в наших с ним профессиональных отношениях. Но сначала пусть хотя бы извинится, или пооправдывается для приличия.

Маг меня опять удивил нелогичностью своего поведения.

– Давай ужинать и спать. Устал сегодня жутко, – проговорил он, закрыл тетрадь, растёр лицо руками, слегка взлохматив волосы, и резко встал из-за стола.

– А-а-а… Дасмия наверное уже спит, – растерянно ответила я.

– Ничего, сами что-нибудь найдём. Совершим варварский набег на кухню, – подмигнул мне ловец.

Да, пыл я весь растеряла. Просто не ожидала. А вообще, есть и спать действительно очень хотелось. Да и господин Парис правда выглядел уставшим. Это я весь день бездельничала, и только вечером угодила в заварушку с духом, а он, наверное, работал. И мною было принято разумное решение отложить разговор о личном пространстве и недопустимом до утра.

Подвал мы покидали в полном молчании. Ловец о чём-то задумался, слегка раскачивая лампу в опущенной руке, от чего по стенам плясали причудливые тени, а я просто уже едва переставляла ноги. Дом встретил нас сонной тишиной и пробивающимся сквозь портьеры серебристым светом взошедшей луны. Уже наверняка было за полночь. На кухне Парис поставил лампу на стол и озадаченно начал озираться. Похоже, это помещение в своём доме он посещал редко, если вообще посещал. Вздохнула и пошла проверять стоящие на плите кастрюли.

Результатом небрежного обыска стали остатки того самого наивкуснейшего бульона, хлеб, мясной рулет и какие-то странные, мелкие сдобные шарики коричневого цвета. Бульон я налила и себе и ловцу, рулет нарезала тонкими ломтиками, а вот шарики пробовать не собиралась, наученная горьким опытом. Но вазочку с ними на стол поставила. Ели мы тоже молча и быстро. Когда маг отставил пустую тарелку и потянулся к вазочке с коричневой сдобой, я даже замерла, следя за его действиями. Мой интерес был замечен и ловец протянул один шарик мне.

– Попробуй, – предложил он. – Обещаю, жечь не будет.

И взгляд такой лукавый, будто нечто недозволенное, но очень вкусное предлагает. И я не удержалась, приняла подношение. Понюхала, рассмотрела со всех сторон, и уже было хотела откусить немного, но тут ловец посоветовал:

– Лучше полностью в рот возьми и только потом раскуси.

С подозрением покосилась на начальство, но совету вняла. По ощущениям это было обычное печенье, но стоило немного сжать его зубами, как хрустящая корочка лопнула и на язык потекла сладкая, немного терпкая начинка. Я зажмурилась от удовольствия и начала медленно жевать чудесное лакомство. Ничего подобного мне пробовать ещё не доводилось.

– Что это? – спросила шёпотом, проглотив вкуснятину и невольно потянувшись за добавкой.

– На моей родине это лакомство называют жемчужинами страсти, – задумчиво разглядывая меня ответил маг.

Руку от вазочки мгновенно убрала.

– Это просто десерт, – тихо засмеялся ловец.

По-доброму засмеялся, без издёвки. По крайней мере, мне так показалось, ведь раньше я его смеха не слышала.

– Ну, мне пора спать, – протянула я, вставая.

Но парочку «жемчужин» всё равно ухватила вороватым жестом. Ещё и руку за спину спрятала, для пущей надёжности.

И вот зря я это сделала. От резкого движения ворот халата пополз с плеча и Парис, к тому времени уже тоже поднявшийся из-за стола, шагнул ко мне, поправил халат. Его ладонь осталась лежать на моём плече. А потом и вторая заняла, соответственно, второе плечо. Я замерла, не зная что делать – бить или бежать. А руки мужчины поползли вниз по предплечьям, утягивая за собой халат. Быстрым движением стянула ворот под самым подбородком и гневно воззрилась на начальство. Неужели любовницей делать собирается… прямо сейчас?

Начальство моему говорящему взгляду не вняло. Он вообще в глаза мне не смотрел, не отрывая взгляда от губ. Нервно облизнула сладкие после десерта губы и судорожно вздохнула, намереваясь высказать магу всё, что я о нём в целом и о его поведении в частности думаю. А ловец медленно начал склоняться к моему лицу. Это он что, целовать меня собрался? Вот же… шпион!

– Что, правда целоваться будем? – широко распахнув глаза выпалила совсем не то, что собиралась.

Заготовленная тирада почему-то вылетела из головы в самый ответственный момент. Но нелепая рождённая экспромтом реплика тоже подействовала, правда не совсем так, как хотелось бы. Ловец на мгновение замер, а потом отпустил меня и начал хохотать.

– Ну, я пойду, – пробурчала, почему-то обижено.

И ушла, прихватив с собой всю вазочку «жемчужин страсти», полученный на работе стресс буду заедать.

Глава 3

Утро. Я, не выспавшаяся, не причёсанная, в отвратительном настроении, помятой одежде (потому что сумку с вещами так и не разобрала) и с больной головой (кто ж знал, что начинка у тех жемчужин с алкоголем?) сижу за столом напротив бодрого до неприличия ловца. Этот бессовестный маг разбудил меня на рассвете, без стука ворвавшись в комнату и отобрав сначала одеяло, а потом, когда я попыталась спрятать голову под подушку, и её. А я полночи уснуть не могла, съела всю вазочку жемчужного десерта, и сейчас единственным моим желанием было кровожадное, жестокое убийство непосредственного начальства. Теперь уже точно начальства, только что документы о назначении подписала.

– Советую поторопиться с завтраком, – проговорил ловец, с усмешкой поглядывая на помятую меня. – У нас не так много времени, чтобы одеть тебя и провести первичную тренировку. Мне к полудню нужно быть во дворце.

Есть совершенно не хотелось, хотелось пить, спать… и убить Париса. А потому, продолжая сверлить мага ненавидящим взглядом, угрюмо потягиваю сок – холодненький и кисленький. Его мне Дасмия принесла, после того как увидела мою скорбную физиономию и неприязненный взгляд на тарелку. Сокрушённо качая головой кухарка отчитала меня за самоуправство на кухне, повозмущалась тем, что я умяла все жемчужины разом, а потом сжалилась и притащила целый графин свежего цитрусового сока. Ловец даже не взглянул на распекающую меня полушёпотом Дасмию. Но стоило ей выйти, маг отложил приборы, скрестил руки на груди и, вперив в меня требовательный взгляд, поинтересовался:

– Почему ты позволяешь прислуге так обращаться с собой? Как моя ассистентка ты выше них по рангу. Я уже не говорю о том, что ты по рождению аристократка.

– Вам прекрасно известно, что сословное неравенство было упразднено девяносто два года назад, после белого взрыва, – повторив его позу недовольно ответила я.

– Не спорю, катастрофа внесла некоторые коррективы в иерархический порядок, но тебе ли не знать, что разграничения остались, – усмехнулся ловец. – Всегда были, есть и будут знать и простолюдины.

И куда только подевался вчерашний уставший мужчина, который вот так просто уплетал бульон, сидя за кухонным столом? Сейчас передо мной снова был высокомерный, уверенный в себе сверх меры ловец первого ранга, заместитель верховного ловчего союза и да, придворный.

– Вы, наверное, хотели сказать «всегда были, есть и будут маги и простые люди», – язвительно проговорила я. – Так я и не маг. Так что к ним я гораздо ближе, чем к вам.

– Ошибаешься, – улыбнулся ловец. – Ты далеко не простой человек. Ты обладаешь силой, способной противостоять любому магу союза. Подумай об этом на досуге.

– Обязательно, – пообещала я, не желая продолжать неприятный разговор.

Подумаю, и о том, как противостоять тебе, тоже подумаю. А вот о том, что мой начальник такой сноб я даже не подозревала. Даже дедушка был гораздо лояльнее. Ну что ж, и с этим тоже придётся мириться.

Но господин Парис, в отличие от меня, ещё не закончил разговор.

– Как непосредственный ассистент человека моего положения ты должна придерживаться определённых норм поведения, – произнёс он, возвращаясь к завтраку. – Разберись с прислугой сама, или это сделаю я.

Преле-е-естно! Он ещё и угрожает! Вот как с таким человеком работать?

Пока я, насупившись, ковыряла вилкой омлет, Парис закончил с завтраком, небрежно бросил салфетку на стол и, поднявшись, приказал:

– Приведи себя в порядок. У тебя десять минут. Жду в гостиной.

Пришлось оставить в покое так и не попробованный завтрак и плестись в комнату, чтобы «привести себя в порядок». Да мне для этого как минимум час понадобится, а как максимум неделя отдыха в каком-нибудь пансионате на берегу моря, подальше от магов, ловцов и их иерархий. Но, у меня не было не то, что недели, даже часа. А посему, причесалась, собрала волосы в тугой хвост на макушке, прикрыла глаза чёлкой, сменила домашние туфельки на ботинки, накинула на плечи лёгкую накидку и, мельком взглянув на себя в зеркало, отправилась к начальству.

Гостиную нашла не сразу, Дасмия подсказала. Она же и посоветовала не злить господина, опять.

– Его сегодня ещё до рассвета во дворец вызывали, вернулся злой как бес, заперся в кабинете и долго разговаривал сам с собой. У него такое бывает, когда злится, – шёпотом рассказывала домработница, ведя меня в гостиную.

Как же, сам с собой он разговаривает. Как бы ни так! Опять со «своими» связывался, какую-то информацию передавал. А я проспала! Впредь надо быть внимательнее и не упускать возможность. Ещё не помешало бы кабинет обыскать, но это позже, когда ловца дома не будет. А пока постараюсь ненавязчиво выяснить, что там такого неординарного во дворце случилось, что он сразу докладывать кинулся.

Оказывается, господин Парис тоже переоделся и теперь красовался в чёрном кожаном, наглухо застёгнутом плаще и высоких ботинках. Волосы он зачесал назад, от чего его хищное лицо приобрело какое-то брезгливое выражение.

– За мной, – велел маг, натягивая чёрные кожаные перчатки.

За ним, так за ним. Кто ж спорит. Только теперь Парис совсем не походил на ловца. Скорее на одного из тех неприметных людей, которые всегда следовали за королём и оставались в тени за троном. По крайней мере, у нашего короля такое сопровождение имелось. Местного я не имела чести увидеть воочию.

Выйдя из дома и не обнаружив лошадей, я тихо возрадовалась. Хотелось прогуляться пешком, посмотреть достопримечательности столицы Срединного королевства и всего Союза Креста. Но моим надеждам не суждено было сбыться. Стоило ловцу лишь поднять руку, как стоящий на другой стороне дороги крытый экипаж, сорвался с места и подкатил к нам. Извозчик снял кепи и склонил голову в приветствии.

– В салон мэтра Арнави, – коротко приказал ловец.

После чего открыл дверцу и протянул мне руку, чтобы помочь забраться в экипаж. Помощь я приняла, но от любопытного взгляда кучера стало как-то не по себе. И явно же что-то нехорошее обо мне подумал. Не успел Парис устроиться напротив меня и закрыть дверцу, как экипаж сорвался с места и понёсся по ещё пустым утренним улицам города.

– Сейчас быстро подберём для тебя экипировку, что не найдётся – закажем, и на тренировку. Потом ты домой, а я по делам, – поведал мне планы на день ловец.

– Что-то случилось? – спросила, изобразив скучающий вид.

– Ничего достойного твоего внимания, – туманно ответил маг.

– Господин Парис, а где мы будем тренироваться? – поинтересовалась спустя минуту, поняв, что ничего важного он мне сейчас точно не расскажет. Не доверяет. Придётся заслужить доверие послушанием и служебным рвением.

– Натан, – вместо ответа произнёс ловец. – Привыкай обращаться ко мне по имени. В экстренной ситуации будет не до церемоний.

– Как скажете, – кивнула я, припомнив очередное правило «никакого панибратства».

Либо у них у всех процветает повальное нарушение субординации, либо мне попался какой-то неправильный ловец. Я всё больше склонялась ко второму варианту.

– Так где мы будем тренироваться? – повторила вопрос, обойдя щекотливую тему обращения. Да не хочу я его по имени называть!

– На тренировочных кортах городского управления, – ответил маг и опять замолчал.

Какой неразговорчивый. А мне нужно больше информации. Ещё вчера я была беглой преступницей, а теперь занимаю такую должность, что большинство коллег от зависти бы удавились. Вот только не на то я училась, и с радостью променяла бы работу с Парисом на уютный кабинет в том же городском управлении.

Экипаж остановился и мы вышли в утреннюю прохладу. Солнце уже добралось до крыш домов и теперь выглядывало из-за них, будто опасаясь показаться на глаза просыпающемуся городу. Странно, всего несколько минут назад мы покинули пустынную, спящую улицу, а сейчас оказались на широком многолюдном проспекте. Вот что значит респектабельный район – там даже день начинается позже, чем во всём остальном городе. Здесь же горожане куда-то спешили, повстречав знакомых, здоровались, перекидывались парой фраз и расходились по своим делам. Открывались двери в многочисленные магазины и салоны, чайные и булочные. И всё это сопровождалось гулом голосов и цокотом копыт по мостовой. Люблю городскую суету. Попадая в неё начинаешь чувствовать себя частью чего-то большего, осмысленного, важного. Но сейчас я радости не испытывала, слишком тревожно было от грядущей неизвестности.

– Сюда, – указал ловец на двустворчатую дверь с вставками из матового стекла, невдалеке от которой мы и остановились.

– А… заплатить? – указав взглядом на извозчика спросила я.

– Это мой личный транспорт, – устало вздохнул Парис, словно объяснял мне нечто настолько простое, что я должна была устыдиться своего невежества.

Да откуда мне знать, что у него есть свой экипаж? Живёт-то он в доме без примыкающих построек и обширного земельного участка, пусть и в респектабельном районе. И конюшни поблизости не наблюдается. Так мы и вошли в салон, укоризненно молчащий ловец и злая я.

А там нас встретили с распростёртыми объятиями, в прямом смысле слова. Пожилой полноватый мужчина с посеребрёнными сединой волосами, но молодецкой выправкой радушно развёл руки в стороны, приветливо улыбаясь и едва не подпрыгивая от радости. Того и гляди действительно обниматься полезет. Не полез, скользнул по мне взглядом и как-то сник, руки опустились. Радостная улыбка медленно трансформировалась в возмущённо-удивлённое выражение лица.

– Вы… шутите? – как-то напряжённо спросил, судя по всему, мэтр Арнави.

– Я похож на шутника? – невозмутимо поинтересовался господин Парис.

– Не похожи. Это-то и пугает, – покачал головой хозяин салона. – Она же ещё совсем девочка. Тоненькая, слабенькая. Неужели никого более… подходящего не нашлось.

– Как поживает ваш кузнец? – казалось бы не к месту поинтересовался ловец.

– Понял, – коротко кивнул мэтр. – Возможно, я ошибся, девушка может оказаться выносливой… возможно, – бурчал он себе под нос, удаляясь в направлении неприметной двери в другом конце большого светлого помещения.

Отвлекшись на бурную, но вполне ожидаемую реакцию мэтра на нового ассистента ловца первого ранга, я только сейчас осмотрелась. Это явно был специализированный салон, что подтверждали представленные здесь товары. Одну из стен зала полностью занимало оружие, как холодное, так и появившееся только после белого взрыва огнестрельное. Стену напротив украшали всевозможные средства личной защиты, как магической, так и обычной. Разглядывая металлический жилет на заклёпках я думала лишь об одном – я в таком если упаду, то уже не поднимусь. Во всяком случае, без посторонней помощи. Гораздо больше мне приглянулся другой жилет – кожаный, на мой взгляд грубоватой выделки, но с удобными кармашками для всякой мелочи, вроде карандаша, блокнота или ключей. Назначения же большинства представленных на прилавках предметов я вообще не знала.

Подойдя к одной из стоек взяла в руки странное приспособление – совмещающий в себе металлические и кожаные детали прибор со стеклянным глазом в центре и двумя рычажками по бокам. Покрутила это нечто в руках и повернулась к Парису.

– А что это такое? – спросила, перехватив штуковину одной рукой.

Палец скользнул по гладкой металлической поверхности и наткнулся на тихо щёлкнувший рычажок. В это же мгновение послышался лёгкий хлопок, приспособление нагрелось и из стеклянного глаза вырвалась вспышка света. По помещению распространилась удушливая болотная вонь с примесью запаха калёного железа, а я замерла, не веря своим глазам. Оружие, жилеты, предметы неведомого мне назначения – всё светилось и переливалось различными оттенками красного, синего, зелёного. Но ярче всего в этом многообразии света был сам ловец. Его словно окружал ореол золотистого сияния. Мгновение, я моргнула и наваждение исчезло.

– Что это было? – спросила хриплым шёпотом.

Маг не ответил. Подошёл и, смерив меня яростным взглядом, вырвал из рук коробочку.

– Тебя не учили, что брать в руки незнакомые предметы нельзя? – злобно прошипел он, водружая приспособление обратно на прилавок.

– Учили, – кивнула я. – И всё же, что это было?

– А, опробовали наше новое изобретение, – входя в зал и принюхиваясь, с улыбкой проговорил мэтр Арнави. – Забавная, скажу я вам, вещица. Назвал её глазом истины.

Арнави явно гордился своим изобретением. Но ловец был всё ещё зол и лишь коротко кивнул, подтверждая, что да – опробовали.

– И как вам? – уже не так воодушевлённо поинтересовался хозяин салона.

– Занимательно, не совершенно бесполезно, – холодно ответил Парис.

– Ну как же? – совсем расстроился Арнави. – Это же новая веха в познании и определении магии! Теперь даже бездарные смогут увидеть то, что раньше не каждому архимагу было доступно.

– Зачем? – небрежно поинтересовался ловец.

– Да как же, – всплеснул руками мэтр. Резко повернулся ко мне и, пристально глядя, буквально потребовал: – Вот вы, юная прелестница, вы-то должны были увидеть и оценить!

Я увидела. И оценила! Я видела магию! И как же она была прекрасна. В этот момент я, как никогда, сожалела, что являюсь бездарной.

– Как вы назвали моего ассистента? – нахмурившись вопросил ловец.

– Прошу прощения, нас не представили, – смутившись пробурчал Арнави.

– Нитана, – улыбнулась я.

Мэтр благодарно улыбнулся в ответ, а потом хмыкнул, покосился на господина Париса и протянул:

– Забавно… Нитана.

– К делу, – поторопил его собственно Натан. Видимо, сходство наших имён и вызвало такую реакцию у хозяина салона.

– Вот, ваш заказ, – став собранным и серьёзным проговорил Арнави, демонстрируя объёмный свёрток. – Но, нужно кое-что подправить. Ваш предыдущий ассистент был крупнее. Это не займёт больше получаса.

– У вас пятнадцать минут. А мы пока подберём кое-что из арсенала, – ответил Парис.

– Мне бы мерки снять, – как-то испуганно попросил мэтр Арнави.

И, получив высочайшее дозволение, обозначенное лёгким кивком ловца, схватил меня за руку.

– Идёмте, госпожа Нитана, – проговорил он, волоча меня за собой к той же двери, из которой вышел несколько минут назад.

Я беспомощно оглянулась на Париса, но он потерял к нам всяческий интерес, уделив всё своё внимание новому изобретению Арнави. Лукавил ловец, демонстрируя безразличие к глазу истины, ох лукавил…

Арнави привёл меня в светлую, заваленную отрезами кожи, металлическими пластинами и много чем ещё комнату. Помимо нас здесь находились двое мужчин, сидящих за столами и увлечённо что-то мастеривших, и миниатюрная девушка не старше меня, работающая с железной пластиной. Несгибаемый, казалось бы, металл гнулся и плавился в её руках, словно кусок воска.

– Элиша, сними мерки с госпожи ассистентки господина Париса, – велел девушке Арнави, а сам развернул грубую бумагу и начал раскладывать на большом столе у окна кожаные наручи, ремни и ещё какие-то вещь. Рассмотреть я не успела, Элиша отвлекла.

Девушка отбросила заготовку то ли шлема, то ли чего-то другого округлой формы и медленно подошла ко мне.

– Ассистентка нашего первого, значит, – протянула она, заложив руки за спину и придирчиво оглядывая меня. – Интере-е-есно…

– Здравствуйте, – проявила я вежливость.

– Дон посолиднее был, земля ему упокоением, – проговорила Элиша. – И чем же ты так выделилась, что Парис тебя выбрал? Ну!

– Пожалел, – растерявшись от такого напора ответила не задумываясь. Дело в том, что миниатюрная, голубоглазая и золотоволосая девушка с миловидным курносым личиком сверлила меня неприязненным, не предвещающим ничего хорошего взглядом.

– Это Натан-то пожалел? Ври больше, – подавшись ко мне едва слышно прошептала она. – Спишь с ним? Ну!

– Да как вы… – возмущённо начала я.

– Ладно, верю, – тряхнула едва доходящими до плеч белокурыми кудряшками девица. – Но смотри мне. Натанчика не обижай.

Я должна была что-то понять? Не поняла.

– Руки в стороны! – скомандовала Элиша, извлекая из кармана мешковатых штанов кожаную портняжную ленту.

Минут пять она измеряла мои талию, грудь, плечи, предплечья, запястья, локти, щиколотки, колени, бёдра и даже голову, записывая результаты измерения в толстую тетрадь, открытую на странице, вверху которой значилась надпись «Парис».

После чего, подмигнув мне, отнесла тетрадь хозяину салона. И мэтр Арнави сам занялся подгонкой экипировки под мои размеры, а девушка, поманив меня за собой, отправилась к своему столу.

– Присаживайся, – кивнула она на заваленный кусками различного металла стул.

Садиться на всё это у меня не было ни малейшего желания.

Элиша схватила стул за спинку, стряхнула всё на пол и повторно указала на него.

– Ты мне вот что расскажи, – проговорила она, устраиваясь за своим столом, – правда работать будешь, или так, для виду?

– В каком смысле? – не поняла я.

– Я Натана знаю, он кого попало на дело не возьмёт, – усмехнулась девушка. – А ты, уж извини, не похожа на надёжного боевого товарища.

Произнося всё это девушка вернулась к издевательству над куском металла, без видимых усилий вылепливая из него что ей хотелось. Она определённо была магом-кузнецом, но мне впервые довелось увидеть такое воочию, и было немного жутковато. Я понимала, что Элиша гнёт металл не силой своих тонких пальчиков, а с помощью магии, но магию-то я не видела!

– Я вопрос задала, – напомнила о себе девушка. – Признавайся, понравилась ты Парису, вот и взял тебя. Ну?

Ну да, понравилось ему, что я неопытная, молодая, да «глупая». Но ведь не скажешь же об этом.

– У нас с господином Парисом только служебные отношения. Я помогла ему справиться с фантомной волной, его мои профессиональные качества удовлетворили, – ответила сдержанно.

– А, фантомная волна, слышала, – протянула Элиша. – Так это ты та безголовая девица, которая осталась в здании, не подчинившись приказу об эвакуации? Ну и наделала же ты шума. Бежать надо было, вместе со всеми. Натан быстренько выжег бы зал и всё. А из-за тебя ему пришлось сдерживать фантомов и тратить силы на нейтрализацию выброса. Говорят, король недоволен жутко был. Энергетический скачок нарушил структуру городского магоснабжения. Бытовикам пришлось полночи ковыряться с восстановлением.

Ответить на это мне было нечего. Я даже представить не могла – насколько сильным должен быть маг, чтобы справиться с волной четвёртой степени в одиночку, а это, похоже, действительно была именно четвёртая степень. Иначе про выжигание речи не шло бы. Планы по раскрытию тайной деятельности начальства вдруг показались сущей нелепицей. И вообще, возвращаться к господину Парису как-то совсем расхотелось. Не то, чтобы я и раньше спешила к нему вернуться, а сейчас появилось желание спросить, где здесь служебный выход. А это не лишённая здравого зерна мысль – сбегу, найду его дом и в полдень, когда он будет занят, заберу свои вещи.

Дверь в мастерскую распахнулась и на пороге появился ловец. Не сбегу…

– Мэтр Арнави, время, – проговорил он, мазнув безразличным взглядом по мне и неожиданно тепло улыбнувшись Элише.

– Привет, – взмахнула рукой девушка, тоже широко улыбнувшись.

– Почему не заходишь? – вместо ответного приветствия вопросил Парис.

– Так ты же сам нагрузил нас работой под завязку. А теперь вот ещё и для новенькой всё подгонять, – продолжая улыбаться ответила девушка, разводя руками, в одной из которых продолжала держать заготовку.

– Всё готово, – вторгся в их милую беседу Арнави. – Нужно примерить.

Ловец ещё раз ласково улыбнулся Элише и вышел. Мэтр Арнави последовал за ним. А я осталась сидеть на месте.

– Тани, – раздражённый окрик начальства.

Пришлось вставать и идти, раздумывая о том, что я ему как Тани не представлялась. Наверное, услышал, как кухарка ко мне обращалась, и запомнил.

Мы пришли в небольшую комнатку с двумя зеркальными стенами. Я бы ещё поняла, если бы мы находились в обычном салоне готовой одежды, или в швейной. Но зачем здесь такая примерочная, было выше моего понимания. Но, выше моего понимания, как оказалось, была не только комната. Мэтр Арнави разложил на скамье у зеркальной стены приготовленные для примерки товары, поводил над ними руками и вышел, даже не взглянув на меня.

Ловец повторил его движения, проведя ладонями над оставленным хозяином салона. Это была обычная процедура, каждый маг-военник оставляет на экипировке своих подчинённых магическую подпись на случай их гибели. Процедура-то в принципе рутинная, но мне стало жутко. Так и представила, как моё изуродованное бездыханное тело по магической подписи опознаю и начальству докладывают. А ловец тем временем закончил с метками, после чего повернулся ко мне и велел:

– Раздевайся.

– Что? – ошеломлённо прошептала я.

– Снимай плащ и корсет, и да разуйся, – невозмутимо ответствовал господин Парис.

– Ну, знаете ли, – возмущённо воскликнула я. – Мне хватило вашего ночного выступления.

– Устал, расслабился, больше не повторится, – отчитался ловец. Подумал и добавил: – Приношу свои извинения за то, что воспринял тебя как женщину.

Это было нечто! Меня раздирали противоречивые эмоции. И вот как это его заявление воспринимать? С одной стороны: вроде всё правильно – повёл себя недостойно и извинился. А с другой… это что получается, он теперь кем меня воспринимать будет, если не женщиной? На мужчину я уж точно не похожа!

– Знаете, мне будет гораздо спокойнее, если вы сейчас выйдете, – подчёркнуто вежливо попросила я.

– Извини, никак, – развёл руками маг. – Я более чем уверен, что ты не ведаешь назначения и половины того, что нам предстоит примерить.

– Наручи и корсеты мне знакомы, – недовольно проворчала я. – А по поводу вашего подглядывания во время душа мы ещё поговорим.

– Подглядывания? – искренне удивился ловец. – С чего ты взяла, что я подглядывал?

Он меня совсем идиоткой считает?

– Вы увидели, что я собралась забрать свою одежду, – уверенно заявила я.

– Ну да, увидел. Штора до пола не достаёт, вот и заметил твою руку, тянущуюся к грязным вещам, – пожал плечами маг.

А как же… вы же… – растерянно бормотала я.

– Ты не сможешь определить степень эффективности экипировки, это моя задача, – пояснил ловец, мгновенно позабыв наш разговор и собственноручно стягивая с моих плеч накидку.

Это было необычно, странно и как-то… волнительно. Натан Парис попеременно надевал на меня наручи, два корсета со вставками из металлических пластин, наколенники, кожаный жилет с металлическими заклёпками, широкие кожаные ножные браслеты с креплениями для ножей. Ощущение нереальности происходящего посетило меня ещё на корсетах. Когда же подошла очередь набедренных ремней и пальцы мужчины скользнули выше колена, я невольно попятилась и едва не разбила зеркальную стену.

– Дальше я сама, правда, – прошептала, с трудом сдерживаясь, чтобы не убежать.

Щёки пылали от смущения, а всё тело будто подверглось нападению тысяч невидимых игл. Кожа горела огнём, особенно лицо и в местах, где прикасались пальцы ловца.

– Да, с Доном было проще, – хрипло проговорил опустившийся передо мной на одно колено маг, сжимая набедренный ремень в руках.

– Я сама? – с надеждой попросила ещё раз.

– Нельзя, – качнул головой ловец и начал застёгивать на моих бёдрах ремни.

На ногах я удержалась только благодаря тому, что привалилась спиной к зеркалу. Было неимоверно стыдно, страшно и да, волнительно.

Мне оказывали знаки внимания гимназисты. Одному я даже ответила взаимностью, и мы проводили вместе довольно много времени. Прогуливались у фонтана на городской площади и в парке, он дарил мне цветы и делал комплименты. И даже, однажды, поцеловал. Дедушка увидел наш поцелуй на крыльце дома и потом несколько дней распекал меня по поводу распущенности и вседозволенности современной молодёжи. Встречи пришлось прекратить. Но я потом часто вспоминала волнующие ощущения от поцелуя. Так вот, сейчас я чувствовала нечто схожее, только намного сильнее, ярче.

Но пугали не сами ощущения, а то, что ловец, кажется, заметил и понял мои чувства. Во всяком случае, его понимающая ухмылка была очевидна. Или это он так радовался тому, что вся экипировка мне подошла?

Во всяком случае, именно эта ехидная ухмылка и помогла взять себя в руки, отогнать неуместные ощущения и мысли. Разозлилась я, в общем. Правда сама не поняла на кого – на себя, или на ловца.

***

Салон мэтра Арнави мы покидали с двумя объёмными свёртками. Помимо примеренного ловец расщедрился на два миниатюрных пистолета, которые «возможно, когда-нибудь пригодятся», кожаный плащ с капюшоном, две наплечные сумки и кастет. Последнее Парис брать не хотел, но Элиша настояла, заявив, что подогнала его под мою руку, и было бы обидно, если бы её труды пропали даром. Она же всучила нам несколько комплектов брюк и рубашек из прочной, немаркой ткани.

В результате я разжилась не только экипировкой ассистента, но и пополнила свой гардероб. И настоящим чудом был едва слышный шёпот мэтра Арнави когда мы уже выходили из салона.

– Я придержу для вас глаз истины, – прошептал он, делая вид, что протирает стекло на двери.

– Спасибо, – шепнула в ответ.

Ловец был сдержан и суров. Мы молча погрузили свёртки в экипаж, и вновь понеслись по городу с неимоверной скоростью.

Говорить о чём бы то ни было я уже совершенно не хотела. Было только одно желание – избавиться от компании Париса. А нам ещё предстояла совместная тренировка и я была готова на что угодно, чтобы хотя бы отложить её на несколько часов.

Но моего мнения никто не спрашивал. Стремительная поездка закончилась слишком быстро и мне услужливо подали руку, чтобы помочь выйти из экипажа. Вышла, куда ж я денусь?

Все покупки остались в экипаже и укатили вместе с ним. А я осталась, и ловец тоже остался. И мы вместе прошли через парадный двор городского управления, обошли трёхэтажное каменное здание и оказались на ещё одном, широком, выложенном каменными плитами и скрытом от посторонних взглядов высокими стенами, дворе. Здесь уже тренировались несколько пар мужчин – кто с мечами, кто с длинными деревянными прутьями, а кто и вовсе без оружия, нанося друг другу резкие удары кулаками.

– Нет, это для тебя пока слишком, – заявил Парис. – За мной.

И мы свернули к зданию, вошли в неприметную дверь, спустились в подвал, прошли по широкому освещённому факелами, чистому коридору и очутились в небольшом зале, свет в который проникал через узкие окна под потолком. А пол был застелен мягким, пружинящим каучуковым покрытием.

– Разувайся и разомнись, – приказал ловец, после чего оставил меня одну.

И как мне разминаться? Да что это вообще значит? Помнится, нам преподаватель по экономике говорил «разомнитесь на простейших вычислениях». Но ловец-то явно от меня чего-то другого ждал. А потому разулась и начала прогуливаться по помещению, потягиваясь и выгибая спину. Именно такая разминка была в чести у нас – кабинетных крыс. Насидишься за столом до такой степени, что всё тело затечёт, вот и гуляешь потом, спину и ноги разрабатывая.

Пока прогуливалась осматривала зал – каменный потолок, каменные стены, слегка пружинящий пол… с какими-то подозрительно напоминающими кровь пятнами. Предстоящая тренировка казалась всё более ужасающей.

На меня напали неожиданно. Кто-то набросился сверху, попытался заломить руки и зафиксировать ноги. С ногами я ничего сделать не успела, руки тоже мгновенно перехватили и завели за спину. Ещё и поперёк шеи перехватить попытались, но я опустила голову. Страх смешался с возмущением (где это видано, чтобы в центре города, да ещё и в здании городского управления, на кого-то нападали!) и я со всей яростью, на которую была способна, впилась зубами в перехватившую в стремлении придушить руку. Во рту мгновенно появился привкус крови, но я всё сжимала и сжимала зубы, одновременно брыкаясь и пытаясь высвободить руки.

– Всё, отпусти, – взмолился нападающий голосом Париса.

Я ещё немного посжимала челюсти и выпустила кровоточащую плоть изо рта.

– Паршивый из тебя подчинённый, – зло проговорил ловец, зажимая укушенную руку.

– Каково начальство, такие и подчинённые. Соответствую, – пробурчала, отплёвываясь и вытирая губы рукавом.

Испуг сменился злостью, и я бы не отказалась ещё его покусать. Но рисковать не стала. А после моей реплики относительно его профессиональных качеств, Парис явно разозлился ещё больше, и вот тут мне стало действительно страшно. Сжав челюсти так, что желваки чётко выделились ловец медленно, словно почуявший добычу хищник, полностью развернулся ко мне и тихо произнёс:

– Что?

Взгляд сузившимися от ярости глазами был пострашнее даже сжатых кулаков. А укусила-то я его довольно сильно – весь рукав кровью пропитался. Виноватой я себя не чувствовала. Сам напросился, нечего было нападать со спины! Но злить начальство непрофессионально, не способствует карьерному росту… и выживанию. Уже набралась смелости, чтобы извиниться, как дверь распахнулась, в зал вошли двое мужчин.

– Парис, – растянул мясистые красные губы в широкой улыбке высокий, невероятно широкоплечий мужчина (он даже в дверь только боком протиснулся). – Слышал, ты привёл свою новую ассистентку. Вот зашёл поглядеть. А девочка-то не промах оказалась. Смотрю, даже кровь тебе уже пустила. А наши в управлении смеялись – совсем первый сбрендил, любовницу на довольствие поставил. Ошибались, видимо.

Большое доброе щекастое лицо с пышными усами сильно контрастировало с могучим телосложением. А когда мужчина начал посмеиваться, от уголков его глаз разбежались морщинки, и вовсе превращая мужественного воина в «добродушного дядюшку». Но вот улыбаться мужчина перестал, посерьёзнел и совсем иным тоном проговорил:

– Разговор к тебе есть, отойдём.

Ловец бросил на меня ещё один злобный взгляд и отошёл с великаном в другой конец помещения. А ко мне подошёл второй – тоже весьма внушительный, но помоложе и не такой представительный.

– Хм, ну и вляпалась ты, малая, – неожиданно высоким, едва ли не женским голосом проговорил он. – Беги от Париса, пока цела.

– Это почему? – поинтересовалась я.

– Так он же рисковый. Всегда в самое пекло лезет. Ладно ещё Дон, он опытный был, осторожный, и то подставился. Да что я рассказываю, и сама знаешь, – ответил он.

– Да вот, не знаю. Расскажешь? – попросила я.

– Заяр, – представился здоровяк. – Ассистент ловца второго ранга, Каприя Нгорна, – добавил, кивнув в сторону начальства.

– Тани, – коротко ответила. Чьим ассистентом я являюсь он и так знал.

– И что, правда не знаешь, как Дон погиб? – недоверчиво спросил Заяр.

– Правда, – сокрушённо призналась я.

– Там мутная история была, – протянул мой коллега.

Вот он соответствовал гордому званию ассистента ловца душ. Одна его ручища была с моё бедро толщиной. И сила в ней явно была соответствующая. Впрочем, силы там не только в руках было много. Я рядом с этим Заяром выглядела сущим ребёнком, или худым и слабым подростком.

Я выжидающе смотрела на него, Заяр задумчиво почёсывал квадратный щетинистый подбородок.

– Ну? – поторопила. Неизвестно, сколько Парис проговорит с этим Нгорном, а узнать подробности гибели моего предшественника было нужно. Не у самого же ловца спрашивать, он вряд ли расскажет. А тут такой шикарный шанс.

– Да всего неделю назад и схоронили Дона… то, что от него осталось, – нагнувшись к моему уху зашептал Заяр. – На пригород группа шептунов напала, штук двадцать. Всех, кто поблизости был, туда направили. Ну и Париса твоего тоже. Он же у нас самый сильный. А шептуны оказались матёрые, незнамо как собрались да в полную силу вошли. Моего сразу отбросили шагов на пятьдесят от дома, в котором засели. Остальных, кто первыми сунулись, тоже. Ловцы и смекнули, что самим не справиться. За главенствующим послали. А твой ждать не захотел. Там, в доме этом, семья с детьми жила. Парис как детячий крик услышал, так и понёсся к бедовому домишке. Ну и Дон соответственно за ним. Двери Парис ещё на подходе выжег, а оттуда шептуны как повалят. Серые все, лысые, и глазища уже заросшие. Тут бы и отступить, а твой на них попёр. Сзади-то мы все стояли, да жители окрестные. И прёт значит на них Парис, а сам руки раскинул, да свет от него пошёл. Это ж какая силища-то! Дон ему что-то орёт, а твой и не слушает. Ну Дон и вылез вперёд, Париса с ног сбил, а сам прямо в гущу шептунов. Пока они его зашёптывали да жрали и главенствующий с отрядом огневиков подоспели. А Парис твой в зачистке даже не участвовал. Стоял столбом, да на останки ассистента своего смотрел. Разбирательство потом было, потому как некоторые из ловцов почувствовали магию непонятную, определить которую не смогли. Но так ничего и не выяснили. Ну вот и схоронили Дона по-тихому.

Заяр так забавно совмещал в своей речи простые словечки с более высоким слогом, что сразу становилось понятно – он выходец из тех, кого раньше, до отмены сословного неравенства, именовали низшим сословием. В общем, деревенский парень. Простой и открытый. Видимо, поэтому и сработался с добродушным господином Нгорном. Вот только поведанная им история забавной не была. Было жутко и печально. А ещё очень жаль Дона, пожертвовавшего своей жизнью, чтобы остановить зарвавшегося Париса.

Но меня другое в этом рассказе заинтересовало.

– Говоришь, свет от Париса пошёл, когда он на шептунов бросился? А какого цвета свечение было? Привираешь? Ты-то этого увидеть не мог! – с усмешкой посмотрела на рассказчика.

Заяр надулся, смерил меня недовольным взглядом и пояснил:

– Так рассказали, все только об этом и твердили. Так и говорили, что золотистым сиянием Натан Парис исходить начал.

– Понятно, – протянула я. – А чего он потом не участвовал в операции?

– Так и без него быстро справились. Он же всех шептунов из дома-то выманил. Их и спалили разом. А Дона жалко, вот такой мужик был!

Заяр продемонстрировал огромный сжатый кулак.

– Странная история, – подвела я итог поведанному коллегой.

– А то! – довольно кивнул он. – Но главенствующий потом объяснил всем, что там перехлёст пошёл. Парис близко к шептунам подобрался, вот на него их аура и подействовала, спровоцировала выброс силы, значит.

Насколько я помнила из курса по новым магически активным видам агрессоров, шептуны являлись промежуточной формой между одержимыми и перерождёнными. Перерождённые это когда захватившая живое тело потусторонняя сущность полностью подстраивает его под себя и становится практически неуязвимой для любой магии. То есть, первая ступень – одержимые. Дух, захвативший тело, жаждет только убивать. Потом он осознаёт себя в живом носителе и начинает его перестраивать. Вот в процессе перестройки они и являются шептунами. А шептуны потому, что издают похожие на многоголосый шёпот звуки, которые завораживают жертву и заставляют идти на верную смерть. Для того, чтобы полностью переродиться шептунам нужна еда. И предпочитают они почему-то живых людей. Но я помнила и ещё кое-что – у шептунов нет своей ауры! Потому что ауру предыдущего хозяина тела они уже подавили, уничтожив личность, а своей ещё не обзавелись. Наверняка об этой маленькой, но важной детали подумала не только я. Но ловцы приняли версию главенствующего ловчего… Предпочли не ломать голову над чем-то необъяснимым, или побоялись перечить главенствующему? Одно было ясно – главный ловчий прикрывает Париса. А это уже совсем другой уровень. Мои грандиозные планы разоблачить шпиона рушились с треском. На простого ловца, пусть и являющегося приближённым к власти, я ещё могла собрать доказательства, чтобы выдвинуть обвинения. Главенствующий ловчий был мне не по зубам совершенно точно. Это на Париса я могла главному ловцу союза нажаловаться, а кому жаловаться на главенствующего? Как же глубоко они запустили щупальца в структуру управления самого Союза Креста. Тут уже речь шла не об отдельном королевстве, они контролировали все пять!

Да, сбегать нужно было ещё из салона мэтра Арнави. Хотя, уверена, что и другие возможности будут. Но смогу ли я спокойно жить, зная, что ничего не сделала, чтобы помешать захватчикам воплотить их коварные планы? Знать бы ещё, что они задумали!

Одно было очевидно – Парис точно не местный. Девяносто два года назад, после белого взрыва, ставшего последствием большого эксперимента пятидесяти объединившихся магов жизни, возомнивших, что они смогут победить смерть, наш континент превратился в одну большую зону отчуждения в форме креста. Верхнюю его часть занимало соответственно Верхнее королевство, нижнюю – Нижнее королевство, правую – Правое королевство, являющееся моей родиной, а левую – Левое королевство. В центре материка располагалось Срединное королевство. После катастрофы, пробудившей души давно умерших, другие материки оборвали все связи с нами, и мы оказались предоставлены сами себе. Поставки многих необходимых ресурсов прекратились, но не это было самым страшным – получившие доступ в мир живых души усопших не желали мириться со своей участью. И королевства объединились, чтобы выжить. Помощи ждать нам было неоткуда, но мы справились. Перед угрозой потусторонних агрессоров наши королевства начали развиваться намного быстрее. Жить захочешь и науки познаешь, и бороться научишься! Да что там, бездарные и появились как природный противовес выпущенным на свободу потусторонним силам. Сначала над нами смеялись, нас считали уродами, но потом… Потом маги поняли насколько мы можем быть полезными!

Поток моих мыслей прервал голос господина Париса.

– Тани, сама до дома доберёшься? – спросил он, подходя к нам с Заяром.

Добраться я, может, и могла, но уходить не хотела. Ловец явно чем-то озадачен. А узнать, чем именно, я смогу только, если останусь с ним. А потому, потупив взор, смущённо произнесла:

– Боюсь заблудиться.

– Ну вы тут разбирайтесь, – усмехнулся господин Нгорн. – А мы пойдём. Зая, не отставай.

Заяр скривился, но последовал за начальством.

– Пока… Зая, – не смогла я удержаться. Ещё и ручкой ему помахала.

Ну забавно же! Такой здоровяк и «Зая»!

– Нет времени с тобой возиться, – недовольно произнёс ловец, когда посторонние покинули тренировочный зал. – Идёшь со мной. Но, молчишь и не привлекаешь внимание. Поняла?

Я активно начала кивать.

– Вообще молчишь, даже если к тебе обратятся, ясно? – не унимался Парис.

– А что делать, если обратятся? – растерянно спросила я.

– Молчать! – прошипел маг.

– Хорошо, всё поняла. Изображать немую и не привлекать внимание, – покладисто согласилась я. Но как он вообще это себе представляет? Если я буду игнорировать обращение к себе, это уже привлечёт внимание. А учитывая слова другого ловца – про меня и так уже судачат, так что без вопросов не обойдётся. Но, раз начальство приказало, надо выполнять.

Парис удовлетворился моим безоговорочным подчинением и пошёл к выходу. Я последовала за ним. Думала сейчас войдём в основные помещения городского управления и будет какое-то собрание, ан нет. Мы вышли на огороженный двор и там и остановились. Собрание имелось, но какое-то разношёрстное. Здесь было человек сто. Вряд ли все они являлись ловцами и ассистентами. Скорее всего, собрали всех работников управления. И стояли мы все перед стеной, серой, неинтересной и безмолствующей. Они что, ждут когда камни говорить начнут? Но стоим. А я есть хочу, последствия поедания десертных жемчужин уже прошли и мой молодой организм требовал пищи. О чём и заявил громким бурчанием в животе. Я слегка покраснела, прижала руку к животу, чтобы усмирить разбушевавшийся желудок и покосилась на начальство. Ловец был невозмутим и спокоен. Продолжаем стоять перед стеной. А мы ещё и поближе подошли, так что я имела возможность рассмотреть каменную кладку во всех деталях. Ничего примечательного не увидела…

А потом началось что-то невообразимое! Все дружно шагнули к стене. Меня Парис тоже схватил за локоть и потянул за собой. Оглядевшись увидела Заяра. Зая был спокоен и суров… пока ни увидел меня. Когда же наши взгляды встретились он широко улыбнулся и подмигнул. А в следующее мгновение шагнул к стене… и исчез в ней! Как? Даже если допустить, что маги создали большой пространственный переход, он не сработал бы на нас – бездарных. И иллюзии мы видеть не способны, следовательно, стена точно материальна. Но окружающие были спокойны и собраны. В этот момент я поняла, что не зря гимназии для бездарных называют лишь первой ступенью посвящения. Есть магия, которой мы подвластны! И сейчас мне предстояло впервые в жизни пройти через пространственное окно. Это я так подумала…

Результат слегка разочаровал. Никакого волшебного проявления не было. Была вроде бы монолитная стена, к которой меня подтолкнул ловец. В ожидании чуда я вытянула руку и погрузила её в каменную кладку. Стыки камней разошлись склизкими каучуковыми полостями и я прошла сквозь мнимую стену. Опять обман! Уже по другую сторону стены я заметила, что люди выходят из четырёх определённых мест. То есть работники управления продирались через каменный монолит в конкретных местах, где стену имитировали каучуковые подобия камней.

А пройдя «сквозь стену» мы очутились в ещё одном дворе. На этот раз маленьком и уютном. И нас ждали! Когда поток пролезающих иссяк наступила полная тишина. И в этой тишине все услышали громкий горестный вздох. Вздыхал глубокий старец, сморщенный и беззубый. Он-то и заговорил.

– Приветствую вас, стоящие на страже жизни, – произнёс старик. – До меня дошли слухи, что вы неспокойны. Так я вам говорю – было хуже. Сейчас в ваших руках власть над усопшими. Много их, знаю. Но вы сильнее. И вы справитесь, я вам говорю. Верьте мне и будете впереди. Верьте мне и победите. Верьте, и вас услышат.

Все дружно зашумели, подтверждая веру и рвение.

– Это главенствующий ловчий? – тихим шёпотом вопросила я у начальства.

Парис гневно взглянул на меня, но ответить не успел. Ответил старец.

– Вижу, среди вас чистая свободная душа, не познавшая бремени знания, – проскрежетал он, вперив в меня взгляд старческих белёсых глаз.

– Виноват, исправлю, – тут же проговорил Парис, прикрыв меня своей широкой спиной.

– Ты опять выходишь за рамки, брат наш Натан, – недовольно произнёс старец. – Но я даю тебе время. Ты заслужил доверие.

Наступила полная тишина, гнетущая и страшащая. Все опять были готовы внимать. Парис вернулся на прежнее место, где-то сзади. И теперь, не имея возможности спрятаться за его широкой спиной, я всей кожей чувствовала цепкий, колючий взгляд блёклых старческих глаз.

Невольно попятилась и натолкнулась на ловца. Он обнял за талию, привлекая к себе. Но сейчас я была совсем не против. Наоборот, почувствовала себя немного спокойнее. Когда же маг, наклонившись к моему уху и, касаясь его губами, едва слышно произнёс: «Чш-ш-ш, молчи», меня начало трясти по-настоящему. Это уже не было страхом – меня захлестнул ужас! Первобытный, пожирающий разум, делающий плоть похожей на безвольное желе, ужас. Если бы не Парис, поддерживающий меня, я бы упала.

Ощущение ужаса отхлынуло так же резко, как и поглотило. И только тогда я смогла взглянуть на старца – он всё это время продолжал смотреть на меня. Но, одно мгновение, тягуче-долгое и мимолётное в тоже время, и старик отвёл взгляд.

– Я чувствую – надвигается беда, с запада. Следите за Левым королевством. Угроза в нём зреет, – устало проговорил старик.

В следующее мгновение стало темно, словно безлунной ночью. Или это у меня в глазах потемнело? Никто больше не соблюдал тишину, все начали переговариваться, разворачиваясь и продвигаясь к стене.

Парис вывел меня через каучуковую стену и подхватил на руки. Я не была против, потому что едва держалась на ногах. Казалось, жизненные силы покинули меня. Не было больше голода, страха, любопытства. Была только усталость. Дикая, выворачивающая суставы усталость.

– Что же ты не проинструктировал свою девочку? – сокрушённо покачал головой господин Нгорн, подойдя к нам.

– Так он её предупредил, – вставил Заяр, тоже оказавшийся рядом. – Не послушала.

Я уткнулась лицом в плечо ловца, с трудом сдерживая стон.

– Терпи, малая, – погладил меня по голове Зая.

– Буду на связи, вызывайте, если что, – сдержанно проговорил Парис и куда-то понёс меня.

А мне было всё равно, куда и зачем. Почему-то не покидала уверенность, что позаботятся и ничего плохого не сделают.

– Глупая. Непослушная и глупая, – это было последним, что я услышала перед тем, как провалиться в небытие.

Ну хоть выговор от начальства выслушивать не придётся.

Глава 4

– Проснись, Тани, просыпайся, – кто-то тряс меня за плечо.

Да ни за что! Это же кто-то из одногруппниц списать хочет. А я сплю, и просыпаться нет никакого желания.

– Тани, – кто-то настойчиво продолжает трясти.

– Уйди, завтра дам, – отмахнулась я.

И наступила желанная тишина.

– Что и кому ты завтра дашь? – вдруг требовательно вопросил кто-то.

– Всё, что хочешь дам. Хоть экономику, хоть нормативные права! Но потом, – сонно промямлила я, прикрывая голову углом подушки. – А сейчас изыди.

– Госпожа Ракаст, подъём! – мгновенно привёл меня в чувства требовательный окрик.

– Проснулась, – констатировал ловец.

Он сидел на краю моей кровати и ожидающе смотрел на меня.

– Что? Что случилось? – взволнованно спросила я, ошалело протирая глаза.

– Сейчас ты одеваешься и идёшь за мной, но никуда не лезешь. Просто стоишь в сторонке, – проинструктировал ловец.

– Почему? – прежде чем поняла, о чём он, спросила я.

– Потому, что я так сказал, – рыкнул Парис. – У тебя две минуты.

И начальство покинуло мою спальню.

Две минуты? Ну да, я успела встать и пригладить волосы. И даже обулась. Интересно, кто меня разувал? Сама я такого не припомню. Состояние было хоть и сонное, но вполне сносное. Дурнота и слабость прошли, а я так и не поняла – из-за чего они появились. И сейчас обдумывать это времени не было. Из коридора донёсся окрик начальства.

Потом был стремительный бег на улицу, и опять лошади. Верховая езда не радовала, но однозначно бодрила. И в этот раз я не отстала.

– Стоишь на подходе и не вмешиваешься, – велел ловец, придержав коня и поравнявшись со мной.

– Может, помогу? – несмело предложила я, вспомнив, что вообще-то являюсь ассистентом.

– Не лезь, – прошипел маг и умчался вперёд.

Я честно пыталась его догнать, но к моменту, когда прибыла к месту действа, конь Париса уже отдышался и спокойно стоял у коновязи. А местом назначения был обычный трактир. И выглядел он совсем не устрашающе. То есть, никто не кричал, люди не разбегались в панике, и вообще не было никаких признаков нападения духов. Стоять в сторонке и ждать, когда начальство напьётся? Может он меня с собой взял для того, чтобы потом до дома дотащила?

Привязала свою лошадь рядом с конём Париса и распахнула двери трактира. Что ошиблась я поняла в первые пару секунд, потом были чистая импровизация и инстинкт самосохранения.

Как упала на колени и заползла под ближайший стол я помнила смутно. А вот взгляды белёсых, без радужки и зрачка трёх пар глаз запомню надолго! Да, их было трое – оболочки без душ. Такое вообще случается очень редко. Обуздать пустые оболочки может только сильный маг. И главным критерием в подчинении пустых тел является абсолютная концентрация. Стоит только отвлечься и оболочки нападут. Уничтожить их, конечно, не составит труда, да вот незадача – оболочки являются телами вполне живых людей, попавших под всплеск потусторонней энергии. То есть, если тела вовремя поймать, то можно вернуть им вышибленные всплеском души. Происходит такое, как правило со спящими людьми, и души на какое-то время остаются на том же месте, где были выбиты из тел.

Мне повезло, я оболочки не заинтересовала. Забившись под стол осмотрелась и увидела Париса, со скучающим видом распивающего какой-то напиток из низкого стакана. Меня он не заметил. А таверну медленно покидали посетители. Они выходили по одному или по двое. Сохраняя «спокойствие» посетители расплачивались с хозяином и уходили. Но напряжение чувствовалось в каждом их движении. Оболочки продолжали сидеть за столом, ни на кого не обращая внимания. Они и не заметили, как остались одни в таверне, не считая сидящего у стойки ловца и спрятавшейся под столом меня.

Когда за последним посетителем закрылась дверь Парис встал и направился к оболочкам. Хозяин таверны тоже сбежал, скрывшись за неприметной дверью сбоку от стойки.

А потом началось что-то совсем выбивающееся из рамок изученного мною! Мало того, что Парис не стал сковывать бездушные оболочки магией, он ещё и присоединился к ним за столом!

Маг подсел к сверкающим бельмами бездушных глаз телам, поздоровался и завёл с ними беседу! О чём они говорили, я не смогла разобрать, потому что речь велась не на союзном языке. Но ловец прекрасно понимал всё, что говорили казалось бы лишённые разума тела. А спустя несколько минут разговора все дружно засмеялись, оболочки попрощались и их поведение мгновенно изменилось. Движения стали дёргаными, неточными, агрессивными. Вот тогда-то Парис и исполнил свой долг – резко встал, распростёр руки над бездушными и они замерли.

Спустя пару минут помещение заполнилось магами-чистильщиками, ловцами и ассистентами. И только тогда я решилась выйти из укрытия.

– О, малая, да ты в гуще событий, – с усмешкой проговорил Заяр, заметив меня. – Как самочувствие?

И тут же повернулся ко мне Парис, всматриваясь, словно что-то начал подозревать.

– Да я только что зашла, – солгала, испуганно оглядываясь.

Начальство тут же потеряло ко мне интерес, а я этому была только рада.

Парис что-то объяснял коллегам, скованные магией оболочки вынесли из таверны. И к работе приступили чистильщики. Для меня их действия выглядели как танец обезумевших дикарей. Бравые ребята в форме расхаживали по залу, бормотали и размахивали чем-то наподобие леек. Но из этих «леек» ничего не лилось. В общем, маги работали, а я наблюдала за ними, с трудом сдерживая смех. Обидятся же. К тому же, это была та самая группа, с которой мне уже доводилось встречаться, в доме, где разбушевался дух. И они меня тоже узнали, что стало очевидным благодаря их заинтересованным взглядам, смешкам и улыбкам.

– Заяр, проводишь Тани до моего городского дома, – послышался голос моего начальства.

А я и не заметила, как Парис подошёл к нам вместе с господином Нгорном.

– А вы? – спросила, взглянув на ловца.

– Дела, нужно здесь закончить, – коротко ответил он.

– Так всё же уже, – растерянно протянула, оглядываясь на собирающих «лейки» чистильщиков.

– Нужно найти хозяев оболочек и вернуть их на полагающееся место, – пояснил господин Нгорн, снисходительно улыбаясь. Хотя, это была скорее улыбка учителя, отвечающего любопытному ученику на очередной, глупый с точки зрения умудрённого знаниями человека, вопрос.

– А разве это входит в обязанности ловцов? – вновь спросила я. – Это же работа хранителей душ.

– Какая у тебя прилежная ассистентка, – рассмеялся господин Нгорн. – А ты говорил, что неопытная совсем.

Я и была неопытной, но к теоретической подготовке это не имело никакого отношения. А по теории прав и обязанностей магических профессий у меня всегда были лучшие отметки. Потому что это был один из профилирующих предметов на моём направлении.

– Домой, – отрезал Парис, не тратя время на объяснения.

– Я с вами хочу, – жалобно протянула, глядя не на непосредственное начальство, а на его друга. – Если постоянно буду дома отсиживаться, никогда опыта и не наберусь.

Почему-то мне казалось, что с добродушным господином Нгорном договориться гораздо проще, чем с жёстким, а порой и грубым Натаном Парисом. Повезло Заяру с начальником.

И я оказалась права.

– Натан, не будь так строг к девочке. Ну сглупила, привлекла внимание вещуна, так не знала же, – встал на мою сторону Нгорн. – Пусть посмотрит, поучится.

Мой ловец на слова коллеги отреагировал весьма странно – шагнул ко мне, схватил за запястье и замер, будто к чему-то прислушиваясь. После ещё и в глаза заглянул, схватив за подбородок и запрокинув лицо.

– От резких движений голова не кружится? – требовательно спросил он.

– А должна? – прошептала испуганно.

– Да в норме она. Я даже удивился, когда здесь увидел, – вставил Зая. – Я после гипноза вещуна часов десять провалялся без сил. А ваша малая бодрячком.

– Если почувствуешь слабость или головокружение, попросишь Заяра отвезти домой, поняла? – проговорил Парис.

– Хорошо, – протянула, не зная – паниковать, или радоваться тому, что не жалуюсь на самочувствие.

Ловец кивнул, бросил Заяру «отвечаешь за неё» и решительно направился к выходу из таверны.

– Ну что, малая, повеселимся? – приобняв меня за плечи огромной ручищей (будто бревном придавило) усмехнулся Зая.

– Попробуем, – неуверенно ответила я.

Список странностей пополнялся с такой скоростью, что я не успевала всё обдумать. Мало того, что Парис ведёт беседы на иноземном языке с безмозглыми оболочками, которые и разговаривать-то в принципе не должны, так ещё и это быстрое исцеление. Сначала после фантомной волны, теперь вот и после старичка того странного. В первый раз я не придала этому значения, ну прошли ушибы быстро и хорошо. Мазь от лекаря могла оказаться чудодейственной. А теперь, припомнив удивление самого мэтра Сакса, и сопоставив с репликой Заяра, я призадумалась. А совпадение ли это? Тем более, что багровый синяк на груди я никакими мазями не мазала, но он тоже исчез, будто и не было. Копилка странностей уже была довольно увесистой, а я так и не сдвинулась с мёртвой точки.

– Что-то ты пригорюнилась, – отвлёк меня Зая, помогая взобраться на флегматично уставившуюся перед собой лошадь. – Не грусти. Они все сначала такие. Присматриваются, оценивают. Мы же не просто работники, тут доверие нужно. Не каждому спину в бою подставишь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.