# Неправильный герой для сломанного мира. Книга первая: Свет и Тень

Тамерлан Королев

Он умер от рака в забытой богом квартире, но получил второй шанс. Цена – душа и вечная служба загадочному Режиссёру. Теперь "темный герой" застрял в жестоком фэнтезийном мире, живущем по законам RPG.

Его ждут уровни, монстры и смертельные квесты. Единственный союзник – святая Динэя, чья вера в добро бесконечно далека от его циничного прагматизма.

Сможет ли отчаявшийся человек переиграть того, кто держит все нити его судьбы?

КНИГА ПЕРВАЯ: Свет и Тень


Пролог: Сделка

Ракун умирал. Не в метафорическом смысле, а буквально и неотвратимо. Диагноз – неоперабельная глиобластома – висел над ним дамокловым мечом. Тридцать два года, а за плечами лишь серая офисная работа, предательство друзей и пустая квартира, пахнущая лекарствами и отчаянием.


Он сидел на полу, прислонившись к стене, и смотрел на антикварный кортик в своих руках. Единственное, что он собирался оставить после себя. Лезвие холодно поблёскивало в свете единственной лампы.


«Если бы… если бы можно было всё исправить, – прошептал он в тишину, и слова повисли в воздухе, густым от безнадёжности. – Начать с чистого листа. В мире, где нет этой болезни… этой пустоты…»


Воздух в комнате внезапно сгустился и похолодел. Пламя дешёвой электрической свечи, имитировавшее огонь, погасло, хотя она осталась включённой. Тень в углу комнаты зашевелилась, отделилась от стены и приняла форму.


Это был не монстр. Это был мужчина в безупречно тёмном костюме, скроенном из чего-то, что казалось живой ночью. Его черты были утончёнными, почти слишком совершенными, чтобы быть человеческими. Но глаза… глаза были двумя бездонными пропастями, в которых не было ни капли света, лишь вековая, пресыщенная скука.


«Всегда одинаковы, – его голос был мягким, как шёлк, обёрнутый вокруг лезвия. – Вы, смертные. Сначала проживаете свои жалкие жизни, наступая на одни и те же грабли, а в конце готовы на всё, чтобы просто получить шанс не наступать на них снова. Это… предсказуемо.»


Ракун даже не вздрогнул. Отчаяние притупило даже инстинкт самосохранения. «Ты… смерть?»


«Можно и так меня называть. Я предпочитаю «Режиссёр». Я создаю… спектакли. Правда, в последнее время они не впечатляют. Слишком много клише, слишком мало искреннего страдания.» Он оценивающе посмотрел на Ракуна. «Но ты… В тебе есть потенциал. Ты пал не из-за глупости, а из-за веры в тех, кто этого не заслуживал. Интересный мотив. Хочешь вернуться? В тот самый день, когда твой мир начал рушиться? В здоровом теле? Со всеми знаниями, что у тебя есть сейчас?»


«Что взамен?» – голос Ракуна был хриплым от неверия.


«Твоя душа – это разумеется. Но главное – твоё участие в моём новом шоу. Я дам тебе инструменты: интуицию, что будет шептать тебе об опасностях, и волю, что не сломить обычному смертному. А ты будешь играть. Выполнять мои задания. Иногда простые, иногда… нет. Отказ или провал будут караться. Главное не умереть… Снова. Иначе второго акта уже не будет.»


Ракун посмотрел на кортик в своих руках. Эта жизнь была конченой пьесой. А здесь… новый сценарий. Пусть написанный садистом, но это был шанс.


«Я согласен.»


«Прекрасно, – на губах Режиссёра дрогнула ледяная улыбка. – Начинаем.»


Стеклянная витрина с оружием треснула, и тьма поглотила всё.


Глава 1: Пробуждения

Сознание вернулось к Ракуну с оглушительным звоном в ушах и ощущением, что его переехал каток. Он лежал на спине, уставившись в полог крон гигантских деревьев, сквозь которые пробивался призрачный свет. Воздух был густым, влажным и пахло гниющими листьями, цветами с пьянящим ароматом и чем-то ещё… диким. Не городской смог, не запах больничного антисептика. Это был запах жизни. Буйной, неконтролируемой и, как он тут же интуитивно понял, смертельно опасной.


«Так-так… – прошептал он, с трудом поднимаясь на локти. – Похоже, мой новый «курорт» включает в себя все прелести дикой природы. Надеюсь, здесь есть хотя бы мини-бар.»


Перед его глазами, словно выжженные на сетчатке, вспыхнули сияющие кроваво-красные буквы:


«Добро пожаловать в игру "Мастера Теней"».

[Квест 1: Достигни 5-го уровня]

[Награда по достижению: Открытие базовых навыков, включая секретный навык (требует особый предмет)]

[Текущий уровень: 1]


«Пятый уровень? – мысленно фыркнул Ракун. – Что я, на старой MMO засел? Ладно, хотя бы цель ясна.»


Он сосредоточился, пытаясь вызвать интерфейс. Сработало. Перед его мысленным взором возникли вкладки.


ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Сила: 5

Ловкость: 5

Выносливость: 5

Интеллект: 7

Мудрость: 6

Удача: 3 «Справедливо, учитывая мою биографию», – тут же прокомментировал он про себя.

ИНВЕНТАРЬ (10 ячеек):

Легкий меч [Обычный] (Урон: 3-5)

10 золотых крон

Простая еда (5 порций) [Восстанавливает 5 здоровья]

Слабое зелье лечения (1) [Восстанавливает 25 здоровья]


«Вот и мой стартовый набор, – проворчал он, материализуя легкий меч из пустоты. Клинок лежал в его руке непривычно, но… уверенно. – Меч, гроши, сухари и одна аптечка на весь лес. Настрой на выживание, я понимаю.»


Он осмотрелся. Лес был густым и негостеприимным. Гигантские папоротники, деревья с фиолетовой корой, странные грибы, излучающие мягкое свечение.


«Эстетично, не спорю. Но пахнет так будто меня нае… обманули.»


Его новая интуиция, дар Режиссёра, уже тревожно гудела, предупреждая об опасности. Он двинулся наощупь, стараясь идти как можно тише.


Первый час прошёл относительно спокойно. Он видел стайку маленьких, похожих на лис с крыльями созданий, которые с любопытством посмотрели на него и умчались прочь. «Летающие лисята. Мило. Надеюсь, они не переносят бешенство в этом мире.»


Потом он чуть не наступил на существо, идеально маскировавшееся под камень. «Камуфляж на пятёрку. Привет, брат-невидимка.»


Но настоящая опасность подстерегала его у небольшого ручья. Он хотел было попить, как из-за ствола старого дуба выползло… нечто. Оно было размером с крупную собаку, с телом, покрытым хитиновым панцирем цвета запёкшейся крови, шестью лапами с острыми как бритва когтями и парой жвал, щёлкающих с угрожающим звуком. Название всплыло само собой: «Лесной скорпено-тарантул, Ур. 2».


«ОПАСНОСТЬ!» – завопила интуиция.


Ракун почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод. «О, великолепно. Помнится, я не очень любил пауков и в старой жизни. А этот… этот словно сошёл с обложки энциклопедии «Насекомые-убийцы».»


Скорпено-тарантул, недолго думая, ринулся в атаку. Ракун отпрыгнул, сердце бешено заколотилось. Он замахнулся мечом, но клинок со скрежетом отскочил от прочного панциря.


«Так, так. Броня крепка. Надо искать слабое место… или просто очень громко кричать и надеяться, что его сразит мой вокальный диапазон!»


Чудовище атаковало снова, пытаясь схватить его жвалами. Ракун едва увернулся, чувствуя, как острый коготь прочертил кровоподтёк на его руке. Боль была острой и реальной. Это не была игра. Это была борьба за жизнь.


Он заметил, что брюшко твари выглядело мягче. «План «Б»: попробовать залезть под него и ткнуть мечом туда, куда не следует. Классика жанра.»


Следующую атаку он встретил не уклоном, а рывком вперёд, пригнувшись. Острая боль в плече сообщила ему, что одна из лап всё же достала его. Но он оказался прямо под чудовищем. Изо всех сил он всадил меч в основание его брюшка.


Раздался противный хруст, и тварь завизжала – высоко и пронзительно. Она отпрянула, из раны сочилась зеленоватая жидкость. Но она была ещё жива и теперь ещё злее.


Бой превратился в изматывающую битву на истощение. Ракун уворачивался, получал новые ссадины, его здоровье падало. Он уже подумывал о том, чтобы достать зелье, когда увидел шанс. Чудовище, разъярённое, поднялось на задние лапы, обнажая уязвимое горло.


«Ну наконец-то! Приём «смерть жуку»!»


Он сделал отчаянный выпад, вгоняя клинок в незащищённую плоть. Скорпено-тарантул затрепетал и рухнул замертво.


[Победа над Лесным скорпено-тарантулом, Ур. 2!]

[Опыт получен: 50 ОО]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 2]

[+5 к очкам характеристик]

[+10 к здоровью]


Ракун тяжело дышал, опираясь на меч. Он был весь в грязи, крови и непонятных внутренностях твари. «Фух… Надеюсь, это не самое милое существо в этом лесу. Иначе мне действительно крышка.»


Он распределил очки, вложившись в Силу и Ловкость. Ощущение было странным – мышцы стали чуть плотнее, движения – увереннее.


Следующие несколько дней стали для него суровой школой выживания. Он сражался со Стаей голодных волков, Ур. 3 («Орда пушистых злодеев! Я всегда предпочитал кошек!»), едва унеся ноги, и отравлялся ягодами, которые показались ему съедобными («Вкусно… и смертельно. Двухзвёздочный отзыв.»). Каждая победа давалась тяжело, каждый уровень дарил чувство горького триумфа.


На второй день он открыл свой первый навык: [Владение клинком, Ур. 1: +5% к урону и скорости атаки мечами.] «Прогресс! Теперь я не просто машу железкой, а машу ей с небольшим бонусом!»


На четвёртый день, убивая гигантского хищного цветка, он нашёл в его «желудке» странный, отполированный до блеска чёрный камень с красной прожилкой. Предмет светился в инвентаре. [Таинственный артефакт: ???] «Загадочный булыжник. Наверное, для коллекции.»


Наконец, на пятый день, после ожесточённой схватки с парой бронированных кабанов, он достиг заветной цели.


[Уровень повышен! Текущий уровень: 5]

[Квест 1 выполнен!]

[Открыты новые навыки!]

Перед ним всплыл список:

[Мастер клинка, Ур. 1: Позволяет выполнять базовые боевые приёмы с мечом. Открывает ветку развития «Фехтовальщик».]

[Выживальщик, Ур. 1: Увеличивает эффективность найденной еды и снижает урон от природных ядов.]

[Секретный навык: «Теневой клинок» – АКТИВИРОВАН (Требование: «Таинственный артефакт»). Позволяет один раз в бой нанести удар из тени, игнорируя часть брони противника. Перезарядка: 1 бой.]


«Вот это да, – прошептал Ракун, смотря на описание «Теневого клинка». – Значит, мой блестящий камушек был не просто безделушкой. Как неожиданно и приятноооо.»


Он уже собирался отдохнуть и изучить новые возможности, как в его сознании вновь вспыхнули кроваво-красные строки. Но на этот раз они были другими.


[Новый основной квест: «Гроза Воров»]

[Описание: Лидер местной гильдии воров, орк по имени Громор, терроризирует окрестные деревни. Убейте его.]

[Цель: Громор, Ур. 15]

[Сложность: Высокая]

[Награда: 1000 ОО, 200 золотых крон, случайная редкая вещь.]


Ракун несколько секунд молча смотрел на цифру «15» рядом с уровнем цели. Потом медленно, очень медленно, провёл рукой по лицу. «Пятнадцатый уровень, – его голос был плоским, без тени привычной иронии. – Пятнадцатый. А я только что пятый получил. Режиссёр… а ты не обременяешь себя такими мелочами, как «баланс» или «адекватность», да?» Он посмотрел на свой меч, потом вглубь леса, откуда доносились странные звуки. Путь к спасению оказался куда короче, чем он надеялся. И бесконечно опаснее.


Глава 2: Песня у Костра

Следующие несколько дней Ракун провёл в лесу, методично охотясь на местную фауну. Квест на убийство орка 15-го уровня висел над ним бременем. «Ну что ж, – рассуждал он, уворачиваясь от когтей очередного медведе-ящера, – чтобы убить босса, нужно прокачаться. Классика жанра. Жаль, нет руководства на YouTube.»


Его новые навыки очень пригодились. «Мастер клинка» делал его атаки более точными и эффективными, а «Теневой клинок» однажды спас ему жизнь, когда он проткнул бронированную спину гигантского жука-убийцы, которого иначе ему было не одолеть. «Секретный навык и правда секретный, – подумал он тогда, вытирая с лица липкую гемолимфу. – Жаль, перезарядка долгая. А то бы я щёлкал ими как семечки.»


Однажды, пробираясь через особенно густую чащу, он услышал отчаянные крики и лязг металла. Интуиция взревела, но на этот раз с примесью любопытства. Ракун крадучись подобрался к опушке и увидел картину: группа из пяти путешественников, окружённая повозками, отбивалась от двух невероятных существ.


Это были змеи-скелеты. Гигантские, длиной в несколько метров, с пустыми глазницами, пылающими зелёным огнём. Их костяные тела извивались с неестественной скоростью, а ядовитые клыки извергали липкую чёрную слизь. [Древний змей-скелет, Ур. 6]


«Потрясающе, – прошептал Ракун. – Нежить. Потому что обычных монстров было недостаточно. И кажется, эти ребята в беде.»


Торговцы – а по их одежде и гружёным повозкам это было понятно – отбивались отчаянно, но проигрывали. Один из них, могучий детина с секирой, уже был ранен и отползал, его доспех плавился от яда.


«Моральный выбор, – мгновенно проанализировал Ракун. – Помочь – рисковать своей шкурой. Не помочь – остаться без потенциальных союзников или информации. И, чёрт возьми, я не могу просто смотреть, как их убивают.»


«ЭЙ, КОСТЯНЫЕ УРОДЫ!» – закричал он, выскакивая из укрытия. – «СТАНОВЬСЬ! РОВНЯЙСЬ! СМИРНО! К ПОДСЧЕТУ КОСТЕЙ И ПОЛУЧЕНИЮ ЛЮЛЕЙ ГОТОВСЬ!»


Один из змеев развернулся к нему. Ракун активировал «Скрытность» и рванулся вперёд. Он знал, что его меч вряд ли сильно повредит костям, но он помнил свой новый навык.


Бой был яростным и опасным. Он отвлекал змеев, уворачиваясь от ядовитых плевков и костяных хвостов, пока торговцы наносили основные удары. В решающий момент, когда один из змеев приготовился укусить раненого детину, Ракун использовал «Теневой клинок». Он будто растворился в тени и появился прямо за спиной чудовища, вонзив меч в основание его черепа. Кости треснули, зелёный огонь в глазницах погас, и скелет рухнул в кучу костей.


Второго змея они добили вместе. Когда последняя кость утихла, наступила тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием.


Глава каравана, седой, но крепкий мужчина по имени Боргар, подошёл к Ракуну, всё ещё стоявшему над грудой костей.


– Незнакомец, – сказал он, хриплым голосом, – мы обязаны тебе жизнью. Без тебя мы бы не справились. Прошу, раздели с нами наш привал. У нас есть еда, питьё и место у костра.


Ракун, всё ещё приходя в себя после адреналинового всплеска, кивнул. «Ну, раз уж вы так настаиваете… К тому же, мои запасы «простой еды» уже напоминают сухари для дрессировки птиц.»


Лагерь торговцев был устроен с умом. Повозки стояли по кругу, в центре горел костёр, над которым уже жарилось мясо какого-то животного. Воздух пах дымом, специями и безопасностью. Ракуна усадили на почетное место, вручили ему деревянную кружку с чем-то крепким и дымным. Напиток обжёг горло, но приятно согрел изнутри.


Торговцы оказались весёлой и шумной компанией. Они пели песни о далёких землях, о потерянных сокровищах и о любви, которая сильнее смерти. Бард, худой парень с лютней, виртуозно перебирал струны. Ракун, который в своей прошлой жизни слушал в основном тяжёлый рок и саундтреки к играм, с удивлением обнаружил, что мелодии ему нравятся. «Не ожидал, что в фэнтези-мире такой приличный фолк-рок.»


Один из торговцев, старик с лицом, испещрённым морщинами, как карта забытых дорог, подлил Ракуну в кружку и начал рассказывать истории.


– А слышал ли ты, друг, легенду о Деревне Слёз и о Духе Гор, Кудру? – спросил он, его глаза блестели в огне костра.


Ракун заинтересовался. «Деревня Слёз?» – В детстве я любил сказки, – сказал он вслух. – И даже повзрослев, не перестал. Расскажите.


– Давным-давно, – начал старик, – у подножия этих самых гор стояла процветающая деревня. Но дух гор, Кудру, древний и могучий, восстал из недр. Он был не злым, нет. Он был стихией, слепой силой природы. И его пробуждение несло гибель всему живому. Деревня оказалась на грани уничтожения.


Ракун слушал, заворожённый. Это было именно то, что он любил – эпичные истории о древних силах и героях. В его прошлой жизни, даже служа в армии, он в перерывах между учениями читал фэнтези-романы и мангу. Это был его способ сбежать от реальности. Теперь же реальность сама стала похожа на одну из таких книг.


– Жители воззвали к Небесам, – продолжал старик. – И Высшие Силы, тронутые их верой и отчаянием, ниспослали им спасение – Каменный Цветок. Его сердцевина, горящая внутренним светом, стала ключом. Она не уничтожила Кудру, ибо нельзя уничтожить гору или ураган. Она усыпила его, обратила его ярость в вечный каменный сон, запечатав глубоко в скалах.


В этот момент его взгляд упал на фигуру, сидевшую чуть поодаль, в тени повозки. Девушка в простом сером балахоне с капюшоном. Она не пела, не шутила, не ела жареного мяса. Она просто сидела, сгорбившись, и изредка делала глоток из простой глиняной кружки с чаем, который ей передавали другие торговцы. Они относились к ней с какой-то особой, бережной добротой.


«Странно, – подумал Ракун. – Что такая делает в компании этих бравых ребят? Смотрительница за припасами? Дочь одного из них?»


И в этот момент порыв тёплого ночного ветра, словно по заказу какого-то режиссёра, донёс до костра аромат ночных цветов и сорвал капюшон с головы девушки.


Ракун замер.


Из-под капюшона вырвалась пышная волна волос цвета расплавленной меди, которые тут же вскружились вокруг её головы и плеч, словно живое пламя. Лунный свет и отсветы костра выхватили из полумрака невероятно прекрасное лицо с тонкими, но сильными чертами. А её глаза… Они были цвета самого чистого изумруда, большие и глубокие, и в них отражались танцующие языки пламени. Она смотрела на огонь с таким отрешённым и печальным выражением, будто видела в нём нечто, недоступное остальным.


Она была похожа на ожившую фреску, на иллюстрацию из самой дорогой и красивой фэнтези-книги, которую он только мог представить.


«Чёрт побери… – мысленно выдохнул Ракун. – А это уже серьёзный сюжетный твист. Что такая фея делает в компании грубых торговцев?»


Девушка почувствовала его взгляд. Она медленно повернула голову, и их глаза встретились всего на секунду. В её взгляде не было ни смущения, ни интереса – лишь та же бездонная, тихая печаль. Затем она так же медленно отвернулась и снова уставилась на огонь, натянув капюшон обратно.


Но впечатление было уже неизгладимым.


Рассказ старика подошёл к концу. Бард снова заиграл свою лютню, затянув медленную, убаюкивающую балладу. Ракун, уставший после боя, согретый едой, выпивкой и теплом костра, чувствовал, как его веки тяжелеют. Он откинулся на своё походное одеяло, глядя на звёзды, проглядывавшие сквозь дым костра.


Его последней осознанной мыслью перед тем, как сон сморил его, был образ изумрудных глаз и огненных волос. И странное, щемящее чувство, что его собственная история только что стала намного сложнее и… намного интереснее.


Он уснул под красивую, грустную песню барда, не зная, что самый важный персонаж его саги сидит всего в нескольких шагах от него, и что их судьбы уже начали переплетаться.


Глава 2 (продолжение): Немая Спасительница

Утро пришло с туманом и пронизывающей влажной прохладой. Ракун проснулся от того, что кто-то осторожно тряс его за плечо. Это был Боргар, глава торговцев.


«Вставай, парень. Пора в путь. До города Тарнхольма день ходьбы, а идти лучше с рассветом, пока всякая нечисть досматривает свои кошмары.»


Ракун кивнул, потягиваясь. Его взгляд автоматически скользнул к повозке, где сидела девушка в сером. Капюшон был снова надет, но теперь он знал, что скрывается под ним.


Караван тронулся в путь. Дорога шла через холмистую местность, поросшую редким лесом. Ракун шел рядом с торговцами, временами обмениваясь с ними шутками. Но часть его внимания была прикована к молчаливой фигуре. Он заметил, что торговцы обращаются с ней с подчёркнутым уважением, почти благоговением, но в то же время с лёгкой грустью.


«Интрига интригой, но не забывай о квесте, – напомнил он себе. – Орк пятнадцатого уровня сам себя не убьёт.»


Примерно в полдень они вышли на открытую поляну, упиравшуюся в крутой обрыв, с которого открывался вид на долину. И тут его интуиция взревела. Не предупреждая, а крича в панике.


«СМЕРТЬ!»


Из-за деревьев на опушке вышло существо. Оно было похоже на гигантского медведя, но шкура его была покрыта каменными наростами, а из пасти сочилась едкая чёрная слюна, проедающая землю. [Каменный Шаггар, Ур. 12. Опасность: Высокая]


«Вот чёрт! – выругался Ракун. – Это уже не честно! Я всего лишь пятый уровень!»


Чудовище, не обращая внимания на повозки, с рёвом бросилось прямо на Ракуна. Видимо, оно почуяло в нём самого сильного бойца. Торговцы в ужасе отступили, схватившись за оружие, но было ясно – они не соперник такому монстру.


Ракун активировал «Мастер клинка» и «Скрытность», пытаясь уворачиваться. Он сделал отчаянный выпад, но его меч лишь высек искры из каменной шкуры. Шаггар взревел и ударил лапой. Удар был страшной силы. Ракун почувствовал, как ломаются рёбра, и отлетел назад, ударившись о колесо повозки. Боль ослепила его. Он видел, как здоровье в интерфейсе стремительно падает, приближаясь к нулю.


[Критическое состояние!]

[Смерть через: 5… 4…]


Шаггар приблизился, готовясь нанести последний удар. Ракун попытался подняться, но не смог. «Вот и всё… Не дотянул даже до орка…»


И в этот момент между ним и чудовищем встала серая фигура. Девушка сбросила капюшон. Её рыжие волосы развевались на ветру, словно пламя. Она не испугалась. Она подняла руки, и от её ладоней хлынул не свет, а сама сущность бытия, чистая, первозданная сила, не знающая зла. Золотисто-белое сияние окутало Шаггара.


Но произошло нечто странное. Чудовище не рассыпалось. Оно застыло, его каменная шкура начала трескаться, но не от разрушения, а будто камень превращался в живую плоть. Шаггар издал странный, почти жалобный рык, отступил на шаг, а затем развернулся и, ломая деревья, умчался прочь, обратно в лес.


Боль от сломанных рёбер была тупой и назойливой, словно в груди у него поселился злой гном с молотком. Ракун, с трудом перевязанный знахарем каравана, сидел, прислонившись к колесу повозки, и старался дышать неглубоко. Каменный Шаггар оставил о себе не просто память, а весьма ощутимое напоминание.


«Так-так, – прошипел он сквозь зубы, – пятого уровня оказалось маловато, чтобы играть в кошки-мышки с ходячей скалой. Надо было просто вежливо попросить его уйти. Наверняка сработало бы.»


Он посмотрел на группу торговцев, которые, отойдя от шока, начинали приводить в порядок свой потрёпанный караван. Его взгляд задержался на фигуре в сером балахоне, сидевшей поодаль на поваленном дереве. Она спасла ему жизнь. Не убила чудовище, а… отвела его. Словно успокоила разбушевавшуюся стихию.


Решив, что сидеть и копить в себе чувство благодарности – не лучшая тактика, Ракун, с трудом поднялся и, ковыляя, направился к ней.


Она сидела, уставившись на долину, открывавшуюся за обрывом. Её капюшон был снова надет, но он уже знал, что скрывается под ним.


«Эм… – начал он, чувствуя себя неловко. – Я… хотел сказать спасибо. Ты спасла мне жизнь. Если бы не ты…» Он не договорил, махнув рукой в сторону леса, откуда они только что выбрались.


Девушка медленно повернула к нему голову. Из-под капюшона на него смотрели те самые изумрудные глаза, полные всё той же тихой печали. Она не ответила. Не кивнула, не сделала никакого жеста. Просто смотрела.


«Я… как тебя зовут?» – спросил Ракун, понимая, что звучит как неуверенный подросток.


Она на мгновение задумалась, затем подняла руку. На её ладони, уже затянувшейся свежими ожогами, собрался свет, исходящий, казалось, из самой её плоти. Частицы пыли в воздухе вспыхнули и сложились в изящные, светящиеся буквы:


Д И Н Э Я


Знак продержался несколько секунд и рассыпался. Ракун заворожённо смотрел на пустоту.


«Динэя, – произнёс он, как бы пробуя имя на вкус. – Красиво. Спасибо… Динэя.»

Она снова отвернулась к долине, давая понять, что разговор окончен.


Караван тронулся в путь. Ракун шёл рядом с Боргаром, старым главой торговцев, время от времени ворча от боли в боку.


«Интересная девушка, – осторожно начал Ракун, кивнув в сторону повозки, где ехала Динэя. – Ни слова не говорит.»


Боргар вздохнул, его бородатое лицо стало серьёзным. «Динэя… она не просто так молчит, парень. Она дала обет. Обет вечного молчания в знак своей преданности Богу.»


«Обет молчания? – удивился Ракун. – На всю жизнь? Но почему?»


«Говорят, это высшая форма служения, – пояснил Боргар. – Отказ от своего голоса, чтобы слышать только голос Божий. Она – одна из Посвящённых Тишины. Их очень мало. Они странствуют по миру, помогая страждущим и защищая святыни. Сейчас она направляется в Тарнхольм. Тамошний храм Святого Света осаждает банда орков-варваров. Они грабят, оскверняют святыни, убивают служителей. Динэя надеется своей верой и убеждением остановить их.»


Ракун чуть не поперхнулся собственной слюной. «Орки? Убеждением? Прости, Боргар, но я слышал про орков. Их обычно убеждает острая сталь и крепкий кулак. А не проповеди.»


«Вера Динэи сильна, – покачал головой старый торговец. – Но да, задача почти невыполнимая. Говорят, предводителя этих орков зовут Громор. Жестокий тип, неумолимый.»


Услышав это имя, Ракун почувствовал, как по спине пробежали мурашки. «Громор… Тот самый орк, которого мне нужно убить. Какое… совпадение.» Он едва удержался от саркастического комментария вслух. Режиссёр явно не был оригинален в своих сюжетных поворотах.

_____________________________________________________________________________


Тарнхольм встретил их не радостным гомоном, а напряжённой тишиной. Город был обнесён стеной, на которой виднелись следы недавних ремонтов. Стражники у ворот бдительно осматривали всех входящих. Воздух был густ от страха. Храм Святого Света, белое здание с золотым куполом, виднелся на центральной площади, но к нему, как и предсказывал Боргар, почти никто не подходил. У его ворот слонялось несколько грубого вида наёмников, явно не прихожан.


Торговцы остановились у постоялого двора «Отдыхающий путник». Пока они разгружали повозки, Ракун подошёл к Динэе.


«Динэя, – начал он, стараясь звучать максимально убедительно. – Я кое-что узнал. Про орков. Про Громра.»


Она насторожилась, её взгляд стал внимательным.


«Видишь ли, – Ракун выбирал слова с осторожностью, скрывая свою истинную мотивацию, – у меня… свои счёты с этим Громором. Он и его банда творят зло, и я не могу этого допустить. Ты хочешь спасти храм убеждением. Я уважаю твою веру. Но… – он сделал паузу, глядя на её обожжённые ладони, – но если твоё убеждение не сработает, тебе понадобится меч. Позволь мне стать этим мечом. Давай объединимся. Твоя вера и моя… решительность. Вместе у нас больше шансов.»


Динэя смотрела на него, и в её глазах шла борьба. Она верила в силу слова, но реальность, суровая и кровавая, диктовала свои условия. Наконец, она медленно кивнула, словно принимая тяжёлое, но необходимое решение.


В тот же миг в голове Ракуна прозвучал голос Режиссёра, полный сладостного любопытства. «О… Союз веры и прагматизма. Свет, принимающий помощь из Тени. Какой восхитительный диссонанс. Это заслуживает поощрения… и нового испытания.»


[Секретный квест обновлён: «Союз Света и Тени»]

[Описание: Объединитесь с Динэей, чтобы победить Громра и спасти храм Святого Света.]

[Награда: Понимание союзников; Открытие навыка «Свет во Тьме». Улучшение отношений с Динэей.]

[Навык «Свет во Тьме»: ??? Активация: ???]


«Опять эти загадки? – мысленно вздохнул Ракун. – Не мог бы ты просто выдать мне понятный список умений, как в нормальной игре?»


«Где же тогда будет веселье, мой мальчик?» – послышался довольный ответ, после которого Режиссёр умолк.


Ракун и Динэя получили ключи от соседних комнат на втором этаже таверны. Прежде чем разойтись, Ракун предложил поужинать вместе, чтобы обсудить план. Динэя после короткого колебания согласилась.


Они устроились в углу общей залы «Отдыхающего путника». Запах жареной баранины, чеснока и тмина смешивался с ароматом пива и дыма от камина. Низкие потолки, тёмное дерево, грубые, но добротные столы – таверна дышала уютом и покоем, который был так необходим после дней в дороге.


Ракун заказал два самых сытных блюда и кувшин фруктового вина. Когда еду принесли, он поднял свою кружку.


«За наш союз. И за то, чтобы мы оба остались живы после встречи с этим Громором.»

Динэя в ответ лишь слегка приподняла свою кружку с водой и кивнула. Она ела медленно, с какой-то почти ритуальной аккуратностью.


«Знаешь, – сказал Ракун, отламывая кусок хлеба, – я до сих пор не совсем понимаю. Ты дала обет молчания, чтобы лучше слышать Бога. Но… разве Бог не может говорить с нами через наши собственные голоса? Через наши поступки?»


Динэя положила ложку и посмотрела на него. В её глазах не было обиды, лишь глубокая, всепонимающая печаль. Она подняла руку и сделала несколько жестов. Сначала указала на ухо, потом на небо, затем прижала палец к губам и покачала головой. Потом она указала на сердце и развела руки, словно заключая в объятия весь мир.


Ракун смотрел, пытаясь расшифровать. «Ты… слушаешь Бога всем своим существом, а не только ушами? И… твоё молчание – это способ почувствовать Его во всём?»


Она кивнула, и на её лице впервые появилось нечто, похожее на лёгкую, почти невесомую улыбку. Её глаза сказали: «Ты понял.»


«А орков… ты действительно надеешься убедить?» – спросил он, не в силах скрыть скепсис.


Она снова кивнула, и в её взгляде загорелся огонь непоколебимой веры. Она прижала руку к груди, где, видимо, был её священный символ, а затем указала на Ракуна, жестом показывая, что теперь у неё есть и его помощь.


Этот жест тронул его больше, чем он ожидал. Впервые за долгое время кто-то смотрел на него не как на проблему или инструмент, а как на опору.


После ужина они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж.


«Спокойной ночи, Динэя, – сказал Ракун у двери в её комнату. – Завтра начнём нашу маленькую историю.»


Она кивнула на прощание и скрылась за дверью.


В своей комнате Ракун, наконец, смог расслабиться. Комната была скромной, но чистой: кровать с толстым одеялом, стол, стул, таз с водой. Он сел на кровать, с наслаждением вытянув больную ногу, и закрыл глаза, вызывая интерфейс.


Уровень: 5

Опыт: 320/800

Здоровье: 68/110 (Легко ранен)

Золото: 85 крон


СВОБОДНЫЕ ОЧКИ ХАРАКТЕРИСТИК: 15


«Пятнадцать очков… Надо думать, как убить орка на который гораздо сильнее меня.» Он изучил свои квесты. Прямой бой был самоубийством. Значит, нужны хитрость, скорость и возможность нанести один сокрушительный удар.


– Увеличим Ловкость до 10, – решил он. – Чтобы уворачиваться и находить слабые места. И добавим Силу до 8, чтобы эти удары были чувствительнее. Остальное в Выносливость, чтобы повысить здоровье и выживаемость.


[Ловкость: 5 -> 10 (потрачено 5 очков)]

[Сила: 5 -> 8 (потрачено 3 очка)]

[Выносливость: 5 -> 7 (потрачено 2 очка)]

[Осталось очков: 5]

ХАРАКТЕРИСТИКИ:

Сила: 8

Ловкость: 10

Выносливость: 7

Интеллект: 7

Мудрость: 6

Удача: 3


Затем он изучил навыки.


[Владение клинком, Ур. 1]

[Мастер клинка, Ур. 1]

[Выживальщик, Ур. 1]

[Скрытность, Ур. 1]

[Теневой клинок, Ур. 1] (Перезарядка: 1/1)

[Свет во Тьме, Ур. 1] (Не активирован. Условия активации: ???)


«Свет во Тьме… – подумал Ракун. – Звучит как что-то, что совершенно не вяжется с моим покровителем. Как его активировать? Проявить героизм? Сделать что-то доброе?» Он едко усмехнулся. «Режиссёр явно обладает извращённым чувством юмора, если даёт мне такой навык.»


Затем он заметил новую опцию – «Оценка». Она была доступна за 50 ОО. У него было 320 ОО. Он приобрёл её.

[Навык «Оценка, Ур. 1» получен! Позволяет видеть базовые характеристики и статусы разумных существ. Уровень навыка влияет на количество информации.]


Любопытство пересилило. Он сосредоточился и направил навык на стену, за которой была комната Динэи.


[Динэя. Уровень: ???]

[Раса: Человек (???)]

[Состояние: «Божественное Бремя»]

[Характеристики: Сила – 4, Ловкость – 6, Выносливость – 5, Интеллект – 8, Мудрость – 15, Вера – 20]

[Навыки: Светоносное Исцеление Ур. 4, Убеждение Верой Ур. 3, Сопротивление Тьме Ур. 7, Безмолвие Ур. Макс.]

[Статус: Добровольный Обет Молчания. Использование сил Света требует огромных духовных затрат.]


Ракун откинулся на подушки, поражённый. Вера – 20. Это было за гранью человеческого. А статус… «Добровольный Обет Молчания». Она сама выбрала этот путь. И её сила стоила ей не физической боли, как он думал раньше, а невероятного духовного напряжения. Теперь он понял её глубокую усталость.


Перед ним была не просто девушка. Это было воплощение веры, сознательно отказавшееся от своего голоса, чтобы стать чистым проводником божественной воли. И он, слуга Зла, должен был идти с ней плечом к плечу.


«Режиссёр, – мысленно прошептал он, глядя в потолок, – эта шутка перестаёт быть смешной. Что ты задумал, сталкивая нас?»


Из темноты ему ответил лишь тихий, довольный смех, после которого воцарилась тишина.


Ракун погасил свечу и лёг, укрывшись одеялом. Завтра их ждала разведка у храма и первая попытка Динэи договориться с орками. Он сомневался в успехе её методов, но впервые за долгое время чувствовал не просто цель выжить, а нечто большее. Он чувствовал ответственность за хрупкий свет, который, против всякой логики, согласился идти рядом с его тьмой. И, возможно, именно в этом странном союзе и скрывался ключ к активации таинственного навыка.


Глава 3: Идиотский План

Утро в «Отдыхающем путнике» началось с густого запаха жареного бекона, свежего хлеба и пива. Ракун, уже сидевший за угловым столом, с наслаждением потягивал кружку тёмного эля. Боль в рёбрах притупилась до терпимого нытья. Всю ночь он обдумывал тактику, и в голове у него созрел черновой план. Всё это мгновенно испарилось, когда он увидел спускающуюся по лестнице Динэю.


Она была всё в том же сером балахоне, но капюшон был снят, и медно-рыжие волосы, освещённые утренним солнцем, пробивавшимся через запылённое окно, горели, как живой костёр. Она подошла к столу и тихо села напротив.

«Доброе утро, спасительница, – начал Ракун, подвигая к ней тарелку со свежим хлебом и кувшин с водой. – Надеюсь, выспалась? Потому что наш сегодняшний день обещает быть… насыщенным.»

Динэя кивнула, её изумрудные глаза внимательно изучали его лицо. Она взяла кусок хлеба, но не стала есть, а жестом спросила: «Каков план?»

Ракун облокотился на стол, понизив голос.

«План, дорогая моя святая, состоит в том, чтобы не лезть на рожон. Сейчас мы спокойно закроем все вопросы. Нужно выяснить: сколько их, как расставлены посты, есть ли слабые места в их дислокации, скрытые ходы в храм или из него. И главное…» Он сделал драматическую паузу. «Главное – выяснить, как убить этого урода Громора. Броня, слабые места, привычки. Война – это не про силу, а про информацию. Мы найдём его ахиллесову пяту, и тогда…»

Он не договорил, но жест, которым он провёл ребром ладони по горлу, был красноречивее любых слов.

Лицо Динэи омрачилось. Она энергично покачала головой. Затем подняла руки и начала жестикулировать, её пальцы двигались с грацией и упрямством.

«НЕТ. Нельзя убивать. В каждом, даже в самом тёмном сердце, есть искра. Я должна донести до неё Слово. Я должна УБЕДИТЬ их. Заставить уйти. Показать, что есть путь без насилия.»


Ракун смотрел на неё, и его саркастичная маска начала давать трещины.


«Их разум затуманен гневом, – жестикулировала она, и в её глазах горел огонь непоколебимой веры. – Но гнев – это тоже крик души. Я смогу до него достучаться. Моя вера… она сильнее его ярости.»


«Твоя вера может стоить тебе жизни! – голос Ракуна стал резче. —Эти орки не слепые силы природы! Они разумные и сознательно жестокие твари!»


«Именно поэтому с ними можно говорить!» – её пальцы вырезали в воздухе последнее слово с такой силой, что казалось, оно должно загореться.


Меж ними повисло тяжёлое, гнетущее молчание. Ракун смотрел на это хрупкое создание, в чьих глазах плескался океан наивной, святой и, чёрт побери, абсолютно идиотской веры в добро. Он видел не просто упрямство. Он видел суть её существа – отказ от насилия был для неё не стратегией, а дыханием.


«Ладно, – сдался он, разводя руками. – Ладно. Ты права. Я отдаю должное твоему… упорству. Но давай хотя бы подготовимся. Сделаем разведку, я подстрахую…»


Но Динэя уже встала. Она посмотрела на него со странной смесью жалости и решимости, словно прощалась с заблудшей овцой. И затем, развернувшись, она быстрым, твёрдым шагом направилась к выходу из таверны.


Ракун пару секунд сидел в ступоре.


«Э… Динэя? Куда ты? Динэя!»


Она даже не обернулась. Она шла с прямой спиной, её рыжие волосы развевались за ней, словно боевое знамя. Она шла прямиком к центральной площади. Прямиком к логову орков.


«Чёрт, чёрт, ЧЁРТ!» – выругался Ракун, вскакивая со скамьи так, что она заскрипела. Он швырнул на стол несколько монет и пулей вылетел вслед за ней. «Идиотка! Святая идиотка! Она сейчас устроит себе мученичество, а мне потом с этим возиться!»


Он выбежал на улицу и увидел, что она уже на полпути к площади. Бежать и силой тащить её назад? На глазах у всей улицы? Идея так себе.


«Прекрасно, – мысленно бубнил он, пробираясь за ней по противоположной стороне улицы, используя толпу и прилавки как укрытие. – Просто великолепно. Мой гениальный план «тихой разведки и точечного удара» превратился в публичное шоу «Святая против Орков». Режиссёр, надеюсь, ты это ценишь!»


Он прильнул к углу здания, выходящего на площадь. Сердце бешено колотилось. Он видел, как Динэя, не снижая темпа, прошла мимо ухмыляющихся наёмников и остановилась в центре площади, прямо перед запертыми воротами храма.

Орки, здоровенные зелёнокожие воины в рваных доспехах, перестали заниматься своими делами и с любопытством уставились на неё. Из храма вышел тот, кто, без сомнения, был их вождём. Он был на голову выше остальных, его плечи были шире дверного косяка, а тело покрывали шрамы и грубые ритуальные татуировки. В его маленьких глазах горел огонь безрассудной жестокости. [Громор, Ур. 15. Опасность: ВЫСОКАЯ. Статус: «Проводник Воли Крушащей Горы»].


И тогда Динэя начала свой ритуал.


Она не кричала, не угрожала. Она просто опустилась на колени, подняла руки к небу и закрыла глаза. Сначала ничего не происходило. Орки переглядывались, кто-то грубо смеялся. Но потом воздух вокруг Динэи начал светлеть. Тот самый золотисто-белый свет, мягкий и тёплый, начал исходить от неё, окутывая её фигуру сияющим ореолом. Он не был ослепительным, но он был… неопровержимым. Он был чистым воплощением надежды и милосердия.


Она начала молиться. Беззвучно. Её губы беззвучно шевелились, а её мысли, её вера, её отчаянная просьба к небесам о пощаде для этого города, передавались через свет. Он пульсировал в такт её безмолвным словам.


«Уйдите, – говорил свет. – Оставьте этот город в покое. В ваших сердцах есть место для мира. Не губите души свои.»


Громор смотрел на неё сначала с глумливым любопытством, потом с нарастающим раздражением. Свет, казалось, не причинял ему физической боли, но он явно действовал ему на нервы, как неприятный звон.


«Ещё одна мушка, что жужжит о мире и добре? – прогремел он, и его голос был как обвал. – Твои боги бессильны здесь, девчонка! Эта земля, этот город, эти люди – всё это теперь собственность Крушащей Горы! Моего бога! Он дал мне силу взять это, и я взял! Мы строим здесь новую колонию, и твои молитвы – лишь дым от нашего первого костра!»


Свет вокруг Динэи вспыхнул ярче. Она вкладывала в него всю себя. Она указывала на храм, жестами умоляя прекратить осквернение, говорила о прощении, о другом пути.


Громор зашёл сбоку и плюнул на опрятные каменные плиты площади.


«Хватит этой светлятьбы! Надоело! Ты думаешь, твой бог сильнее? Он дал тебе эту милую свечку? А моя Крушащая Гора дала мне вот это!» Он с силой ударил себя в грудь, и его доспехи громыхнули. «Она дала мне право сильного! И я им пользуюсь!»


И тут Ракун увидел, как взгляд Громора меняется. Глумление сменилось холодным, прагматичным расчётом.


«Ладно, – рыкнул орк. – Хочешь быть голосом этого города? Будешь им. Но только для моих ушей. Возьмите её! – он бросил приказ своим ветеранам. – Она станет нашей заложницей. Посмотрим, посмеют ли эти крысы бунтовать, когда их святая будет в нашей власти!»


И всё. Вера столкнулась с прагматикой зла. И проиграла.


Ракун почувствовал, как по его спине пробежали ледяные мурашки. Он видел, как двое орков схватили Динэю за руки. Она не сопротивлялась, её свет медленно угасал, а в её широко раскрытых глазах была не боль, а глубокая, вселенская скорбь. Скорбь от того, что её не услышали.


«Нет… – прошептал Ракун, сжимая кулаки. Его ногти впились в ладони. – Нет, нет, нет!»


Он чувствовал себя абсолютно бессильным. Пятьдесят орков, пятнадцатый уровень босса… Броситься сейчас – значит умереть героической и абсолютно бесполезной смертью. Он видел, как её грубо тащат в сторону храма, и волна отчаяния накрыла его с головой.


«Ну вот, – заговорил его внутренний голос, пропитанный привычным сарказмом. – Прекрасное начало дня. Проснуться, позавтракать, посмотреть, как твою единственную союзницу, которая, вопреки всякому смыслу, согласилась на твоё общество, похищают прямо у тебя на глазах. А ты стоишь тут, как идиот, прижавшись к стене, и боишься чихнуть. Поздравляю, Ракун. Ты не изменился. В прошлой жизни ты умер, не успев ничего исправить. В этой – живешь, но всё равно ничего не можешь. Может, это твоя карма? Вечно быть беспомощным свидетелем?»


«Заткнись, – мысленно рявкнул он сам себе. – Нужен план. Любой план.»


«План? – усмехнулся внутренний критик. – Какой план? Твой «план» только что уволокли в храм. Её план был «убедить». Твой план был «вычислять». А их план – «бить и брать». И пока что побеждает их план, он проще и от того надежнее.»


Отчаяние сжимало его горло. Он не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось. Не из-за квеста. Не из-за выгоды. А потому что… потому что в этом жестоком, абсурдном мире её свет был единственной реальной, не фальшивой ценностью, которую он встретил.


И в этот момент, когда тьма внутри него почти поглотила последние проблески надежды, в его сознании вспыхнули знакомые кроваво-красные буквы. Но на этот раз они горели ярче и настойчивее.

[ТРЕВОГА! СЦЕНАРИЙ ПОД УГРОЗОЙ!]

[Ключевой персонаж «Динэя» захвачен. Её уничтожение или осквернение нарушит замысел спектакля.]

[АКТИВИРОВАН ЭКСТРЕННЫЙ ПОДКВЕСТ: «СПАСТИ СВЕТ ДО РАССВЕТА»]

[ЦЕЛЬ: Проникнуть в логово орков (Храм Святого Света) и освободить Динэю до наступления утра следующего дня.]

[НАГРАДА ЗА УСПЕХ: 500 ОО, уникальная информация о «Божественном Бремени», мгновенное повышение навыка «Скрытность» до 2-го уровня.]

[РЕЖИССЁР: Его голос прозвучал в голове Ракуна, не насмешливый, а холодный и деловой. «Мой дорогой актёр, сюжетные линии обрывать нельзя. Особенно такие… многообещающие. Ваша партнёрша совершила глупый, но эффектный поступок. Теперь ваша очередь. Проявите изобретательность. Покажите мне, на что действительно способен человек, загнанный в угол. И помните… не разочаровывайте меня.»]


Красные буквы погасли. Ракун стоял, опираясь лбом о прохладный камень стены. Отчаяние ушло. Его сменила холодная, острая как бритва ярость. Ярость на орков, на Динэю за её глупость, на Режиссёра за его игры, и на самого себя за свою минуту слабости.


Он медленно выпрямился. Его глаза, полные минуту назад паники, теперь были спокойны и пусты. Он посмотрел на запертые ворота храма, где зажигались первые факелы, предвещая долгую и опасную ночь.


«Не парься, святой светлячок, – прошептал он в пустоту. – Сиди смирно и не делай резких движений. Я иду за тобой.»


Он глубоко вздохнул, ощущая, как адреналин наполняет его тело, делая каждый нерв натянутым струной.

«Ну что ж, Режиссер… – его губы растянулись в безрадостной улыбке. – Ты хотел спектакль? Ты его получишь. Жанр сменился. Теперь это хоррор.»


Он отошёл от стены и растворился в сгущающихся сумерках, как тень, направляясь к задним улочкам, чтобы начать свою собственную молитву – молитву стали, хитрости и безжалостности.


«И как говорится в старых добрых сказках… не жили счастливо, и нечего было начинать.»


Глава 4: Выбор

Тьма в переулке за храмом была густой и жирной, пахнущей сырым камнем и отбросами. Ракун прижался спиной к холодной стене, затаив дыхание. Двое орков-часовых лениво переговаривались у заложенной камнями калитки – того самого служебного входа, который он высмотрел днём. Его план был простым, как кирпич, и так же рискованным.


«Так, мой друг, – мысленно обратился он к своему новому, неожиданному союзнику – паре вонючих мусорных баков. – Сыграем в арийскую оперу.»


Он поднял с земли булыжник и швырнул его в противоположный конец переулка. Камень с грохотом ударился о стену, отскочил и покатился по мостовой.


«Что это?» – рыкнул один из часовых.

«Крысы. Или эти жалкие горожане шляются,» – буркнул второй.

«Проверим.»


Идеально. Оба орка, лениво переваливаясь, направились на звук. Ракун, используя свою возросшую Ловкость и навык «Скрытность», метнулся к калитке. Завал из камней был не таким уж прочным, как казалось. Один камень служил распоркой. Он убрал его, протиснулся в образовавшуюся щель и замер в темноте узкого служебного коридора.


[Навык «Скрытность» повысился до уровня 2!]

«Спасибо – мысленно проворчал он. – Хоть какая-то помощь.»


Внутри пахло ладаном, перебитым запахом пота, дешёвого пива и чего-то звериного. Храм был осквернён. Иконы использовались как мишени для метательных топоров, алтарь был завален объедками и бочками, на фресках были нацарапаны похабные надписи.


Сердце Ракуна бешено колотилось, но разум был холоден. Он двигался от колонны к колонне, сливаясь с тенями. Его «Интуиция» работала на пределе, показывая ему путь и предупреждая о патрулях. Он видел, как орки пьянствуют, играют в кости, спят прямо на полу. И он видел, куда поволокли Динэю – в боковой придел, где когда-то хранились священные реликвии, а теперь была устроена «приёмная» Громора.


Дверь в придел охраняли трое. Не простые орки, а трое ветеранов в потрёпанных, но качественных доспехах, с зазубренными топорами на плечах. [Орк-Ветеран, Ур. 8. Опасность: Высокая]. Прямой бой против троих – самоубийство.


«Ладно, господа, – мысленно ухмыльнулся Ракун. – Пора устроить небольшое светопредставление.»


Он отошёл вглубь зала, к одной из опрокинутых бочек с горючей жидкостью, которую орки использовали для факелов. Достал из инвентаря свою «Простую еду» – сухарь. Обмакнул его в вытекающую жидкость. Затем, используя кремень и свой лёгкий меч, высек искру.


Сухарь вспыхнул. Не сильно, но достаточно. Ракун швырнул его в другую бочку, стоявшую в отдалении, ближе к главному залу.


Вспышка пламени и грохот были оглушительными. Бочка взорвалась, разбрызгивая горящую жидкость. Среди орков поднялся рёв и паника. «Пожар!», «Эти человеческие крысы подожгли!»


Трое ветеранов у двери переглянулись. Двое немедленно рванули на шум, чтобы навести порядок и поймать виновного. Один остался. План сработал.


«Один на один… с восьмым уровнем. У меня пятый. Ну, ничего, жизнь – большая MMO, пора гриндить.»


Ракун вышел из тени. Орк, услышав шаги, обернулся.


«Ты?! Человеческая мразь!» – он рыкнул и ринулся в атаку.


Бой был яростным и молниеносным. Ракун не мог позволить ему затянуться. Он использовал свою ловкость, уворачиваясь от тяжёлых ударов топора, который врезался в каменные плиты, высекая снопы искр. Он активировал «Мастер клинка», его удары стали точнее, но доспехи ветерана были крепки.


«Стоять, червяк!» – ревел орк, замахиваясь на горизонтальном развороте.


Ракун присел, почувствовав, как лезвие просвистело над головой, и в этот момент сделал отчаянный выпад, целясь в подмышечную впадину, где доспех сходился. Клинок вошёл на несколько сантиметров. Орк взревел от боли и ярости.


[Критический удар!]


Но этого было недостаточно. Раненый орк стал ещё опаснее. Он бросился на Ракуна, повалив его на пол. Топор занёсся для последнего удара. Смерть была так близка, что Ракун видел своё отражение в полированной стали.


И тут в его сознании вспыхнуло сообщение:

[Опыт за победу над орками-стражниками получен!]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 6!]

[+5 к очкам характеристик!]

[+10 к здоровью!]

[Все способности восстановлены!]


Новый прилив сил, словно удар электрошока, прошёл по его телу. Он не думал, он действовал на инстинктах. Вложил все 5 очков в Силу. Его мышцы взорвались новой энергией.


«Теневой клинок!» – мысленно выкрикнул он.


Он не растворился в тени, он использовал импульс. Раненый орк, уверенный в своей победе, на мгновение ослабил хватку. И этого мгновения хватило. Ракун, с нечеловеческой силой, вырвался, его клинок, окутанный тенью, пронзил горло орка, найдя щель между шлемом и наплечником.


[Победа над Орком-Ветераном, Ур. 8!]


Он тяжело дышал, отталкивая от себя тяжёлое тело. Времени не было. Он распахнул дверь в придел.


Динэя стояла на коленях в центре комнаты. Её руки были связаны за спиной, капюшон сбит, а лицо было бледным, но спокойным. Она молилась. Её безмолвная молитва создавала вокруг неё слабый, но устойчивый светящийся купол, невидимый барьер, который не давал Громору до неё дотронуться.


Громор, сидевший в огромном кресле, сдёрнутом с алтаря, смотрел на неё с дикой смесью злости и любопытства.


«Упрямая мушка! – рычал он. – Сколько можно? Сломаю я твой свет!»


Именно в этот момент ворвался Ракун.


Громор медленно повернул голову. Его маленькие глазки сузились.


«А… Так это твой женишок пришёл, светлячок? Пришёл умирать.»


[Громор, Ур. 15. Состояние: «Под воздействием ярости Крушащей Горы» -> Урон +20%, Защита от магии +30%. Слабость: ???]


«Отпусти её, зеленка ходячая, – выдохнул Ракун, поднимая окровавленный меч. – И я сделаю твою смерть быстрой.»


Громор только рассмеялся, поднимаясь. Он был вдвое шире Ракуна и на голову выше. Он взял свой двуручный топор, который до этого лежал рядом.


«Хорошо. Развлекусь перед тем, как сломаю эту девчонку.»


Поединок был не битвой, а избиением. Ракун отскакивал, уворачивался, использовал обломки мебели как укрытие. Каждый удар топора Громора сотрясал воздух и оставлял в каменном полу глубокие выбоины. Сила орка была чудовищной. Даже с «Мастером клинка» Ракун не мог пробить его доспехи. Его меч лишь высекал искры.


«Беги!» – кричали глаза Динэи, полные ужаса. Её барьер дрожал.


«Ага, щаз! ДЕРЖИСЬ!» – крикнул ей Ракун, откатываясь от очередного удара, который отшвырнул его через всю комнату. Он врезался в стену, и здоровье в интерфейсе опасно приблизилось к красной зоне.

И тут он его увидел. Слабость. На внутренней стороне левого предплечья Громора, не прикрытая доспехом, была свежая, ещё не зажившая рана. Ритуальный шрам, который пульсировал и светился тусклым красным светом. Источник его силы? Или его ахиллесова пята?


«Теневой клинок» был ещё на перезарядке. Прямой удар был невозможен. Громор уже заносил топор для финального удара.


И тогда случилось невозможное.


Динэя видела, как Ракун умирает. Видела его отчаянную, проигрышную борьбу. И её вера, её непоколебимая вера в то, что слово сильнее меча, в то, что свет может победить без насилия, – дала трещину. В её душе произошло землетрясение. Она не могла позволить ему умереть. Ради неё.


Она согрешила.


С безмолвной молитвой, которая не издала звука, но от которого задрожали стены, она РАЗРУШИЛА свой защитный барьер. Но она не просто отпустила его. Она направила всю накопленную священную энергию не в молитве о мире, а в одном-единственном, яростном, сконцентрированном импульсе – в Громора.


Это не было атакой. Это было… ошеломляющим откровением. Волна чистого, нефильтрованного СВЕТА, лишённого милосердия, ударила орка в грудь. Это был не урон, а абсолютная истина, обрушившаяся на его разум. Он на миг застыл, его глаза стали стеклянными, его ярость дрогнула. Он увидел… себя. Всю свою жестокость, всё осквернение, всю пустоту своего пути. Это длилось долю секунды, но этого хватило.


[Громор оглушён! Статус: «Потрясён Истиной». Защита временно снижена!]

Для Ракуна этого было достаточно.


«ТЕНЕВОЙ КЛИНОК!»


Перезарядка окончилась. Он не стал целиться в сердце или голову. Он метнулся вперёд и из теневого рывка вонзил свой клинок прямо в светящийся шрам на руке Громора.

Раздался не крик, а какой-то внутренний хруст, будто ломалась не кость, а сама связь с божеством. Красный свет в шраме погас. Громор рухнул на колени, роняя топор, его тело содрогалось в конвульсиях. Он был не убит, но его сила была сломлена.


Ракун стоял над ним, занося меч для последнего удара. Он смотрел в глаза орку и видел там не просто зло, а боль, страх и опустошение. Он смотрел на Динэю. Она лежала на полу, обессиленная, её глаза были полыми, в них плескались слёзы. Она смотрела на него, и в её взгляде была мольба. «Нет. Не убивай. Любая жизнь священна.»


Перед ним всплыли два сообщения:

[Основной квест: «Убить Громора». Награда: 1000 ОО, 200 золотых крон, случайная редкая вещь.]

[Секретный квест «Союз Света и Тени»: Пощадить Громора, доказав Динэе, что её путь может победить. Награда: Уникальный навык «Искупление», беспрецедентный рост доверия Динэи.]


И тут же, багровым, пронзительным светом:

[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ОТ РЕЖИССЁРА: СЦЕНАРИЙ ТРЕБУЕТ ФИНАЛА. ТРУП ИЛИ ТРОФЕЙ. ЕСЛИ ЦЕЛЬ ОСТАНЕТСЯ В ЖИВЫХ, ВЫ ПОЛУЧИТЕ ПРОКЛЯТИЕ: «МЕТКА ПРЕДАТЕЛЯ ТЕНИ». ВРАГИ БУДУТ ЧУВСТВОВАТЬ ВАС НА 50% ДАЛЬШЕ, УДАЧА СНИЖЕНА НА 5 НАВСЕГДА.]


Выбор. Убить и потерять доверие Динэи, возможно, навсегда, сохранив шанс на относительную лёгкость выживания. Или пощадить, получив её благодарность и уникальную награду, но обречь себя на вечную охоту и несчастье.


Ракун посмотрел на Динэю. На её слёзы. На её сломанную веру.


«Чёрт возьми,» – прошептал он.


Он резко опустил меч. Не убивая, он оглушил Громора рукоятью по голове.


«Прости, Режиссёр, – мысленно бросил он. – Но некоторые сцены стоят того, чтобы их переписать.»


Он подбежал к Динэе, перерезал её верёвки и, почти не чувствуя своей боли, подхватил её на руки. Она была лёгкой, как пушинка, и холодной, как лёд.

[Основной квест провален!]

[Секретный квест «Союз Света и Тени» выполнен!]

[Получено Проклятие: «Метка Предателя Тени».]

[Активирован навык «Свет во Тьме»!]

[Навык «Свет во Тьме», Ур. 1: Пассивный. Когда ваше здоровье падает ниже 30%, вы испускаете вспышку ослепляющего света, оглушающую ближайших врагов. Перезарядка: 1 час.]


Он выбежал из придела, с проклятым знаком, уже начавшим жечь ему плечо незримым огнём, с бесчувственной Динэей на руках и с криками преследующих их орков. Он не убил босса. Он не получил награды. Он получил нечто большее и гораздо, гораздо худшее. Он получил святую на свои руки и вечное проклятие на свою голову. И впервые за долгое время он чувствовал, что поступил абсолютно правильно.

Их побег в предрассветные сумерки был не триумфом, а бегством. Но это было бегство в одну сторону – вперёд, в усложнившуюся, но теперь общую судьбу.


Глава 5: Пробуждение

Сознание вернулось к Ракуну медленно и неохотно, словно выныривая из густой, вязкой смолы. Первым пришло ощущение – тупая, разлитая по всему телу боль, знакомый спутник последних дней. Но сейчас она была приглушённой, далёкой, как шум моря за стеной. Пахло не гнилым лесом и кровью, а воском, травами и чистым бельём.


Он лежал на чём-то мягком. На кровати. Его кровати, в комнате таверны «Отдыхающий путник».


Он осторожно приоткрыл веки. В комнате было полутемно, горела одна-единственная свеча на столе, отбрасывая на стены пляшущие тени. И в этих тенях, в жёлтом свете пламени, он увидел её.


Динэя сидела на стуле у его кровати, склонившись вперед и положив голову на сложенные на одеяле руки. Она спала. Её медно-рыжие волосы, обычно похожие на бушующее пламя, теперь были рассыпаны по постели, как спокойный закат. Лицо, лишённое привычной печальной маски, казалось удивительно юным и беззащитным. В уголках её закрытых глаз он разглядел следы высохших слёз.


Он не стал шевелиться, боясь спугнуть эту хрупкую картину. И пока она спала, его разум, наконец-то свободный от сиюминутной борьбы за выживание, начал работу.


«Итак, подведём итоги, – мысленно начал он, глядя в потрескавшийся потолок. – Спас святую, но не убил орка. Получил по шее, несколько сломанных рёбер и шикарное новое проклятие в придачу. Отличный баланс, ничего не скажешь.»


Его взгляд снова скользнул по спящей Динэе.


«Она… чуть не сломалась. Ради меня. Её вера, её принципы – всё могло пойти прахом, когда она увидела, что я вот-вот стану пятном на полу. Она применила силу не для защиты, а для атаки. Пусть и не летальной. Для неё это хуже, чем убийство. Это предательство самой себя.»


Он почувствовал странное, непривычное чувство – тяжесть ответственности. Не той, что навязана квестом, а настоящей. Он был причиной её падения. И теперь она, сломленная, сидела здесь, у его постели.


«А я… а я что? – продолжил он свой саркастичный внутренний диалог. – Я, великий слуга Тени, выбрал путь света и получил за это сногсшибательный бонус в виде вечной метки «бей-беги». «Метка Предателя Тени». Звучит поэтично. Враги чуют за полкилометра, удача и так была на уровне «поймать молнию в грозу», а теперь вообще ушла в минус. Режиссёр, я знаю, ты где-то там хихикаешь.»


Он мысленно вызвал интерфейс, пролистывая обновления.

Уровень: 6

Проклятие: «Метка Предателя Тени» (Обнаружение +50%, Удача: -2)

Навык: «Свет во Тьме», Ур. 1 (Активирован)

««Свет во Тьме»… – поразмыслил он. – Ослепляющая вспышка, когда я почти труп. Ценность, конечно, сомнительная. Но… она активировалась только после моего выбора. После того, как я поставил её благополучие выше собственной выгоды. Мораль ясна: хочешь светлых навыков – совершай идиотские с точки зрения выживания поступки. Прекрасная бизнес-модель.»


Он перешёл к нераспределённым очкам. 5 очков с шестого уровня висели, как соблазнительный плод.


«Куда бы их? – Ловкость уже 10, для моего уровня вполне. Силу до 10? Звучит заманчиво, но… Выносливость. Надо повышать здоровье. Проклятие означает, что драться придётся чаще, а убегать – дольше. Значит, нужно быть живучим.»

Он мысленно распределил очки: +3 к Выносливости, +2 к Силе.

[Выносливость: 7 -> 10]

[Сила: 8 -> 10]

[Здоровье увеличено! Текущий запас: 135/135]


Приятное тепло разлилось по телу, боль в рёбрах окончательно отступила до лёгкого дискомфорта. Тело стало крепче, выносливее.


«Ну вот, теперь я немного менее хрупкая игрушка в лапах у этого мира. Прогресс.»


Новый квест не появлялся. Режиссёр, казалось, давал им передышку. Или, что более вероятно, выжидал, чтобы посмотреть, как они будут выпутываться из последствий своего выбора.


«Что дальше? – этот вопрос повис в тишине комнаты. – Куда идти? Что делать с этой меткой? Как помочь ей?»


Вопросов было больше, чем ответов. Тупик. Абсолютный и беспросветный.


И тут его внутренний циник, всегда готовый к уколам, не выдержал.


«Знаешь что? – мысленно фыркнул он сам себе. – А пошло оно всё. Будь что будет.»


Он посмотрел на спящую Динэю, на её разметавшиеся волосы, на безмятежное, уставшее лицо.


«Будь что будет, – повторил он, и на этот раз в его внутреннем голосе не было сарказма, а лишь усталое принятие. – Главное, что мы оба живы. А пока… пока можно просто поспать.»


Он закрыл глаза, позволив тёплой волне исцеляющего сна снова накрыть его с головой. В последний момент перед погружением во тьму он почувствовал, как его рука, лежавшая на одеяле, накрылась чьей-то лёгкой, тёплой ладонью.


На этот раз его сон был глубоким и спокойным, без кошмаров. Впервые за очень долгое время.


Глава 6: Три месяца тишины и стальных мускулов

Случилось чудо. Или, как мрачно размышлял Ракун, «произошла очередная случайность, которую все приняли за провидение». Орки, оставшись без своего вожака, в панике отступили из Тарнхольма. Город, недолго думая, приписал эту заслугу некоему таинственному герою, чей меч покарал зло. Никто не связал исчезновение банды с двумя странными путниками, остановившимися в «Отдыхающем путнике». Так что Ракун и Динэя могли остаться в городе, не опасаясь лишнего внимания.


Проблема была в том, что оставаться, по сути, было не для чего. Новый квест от Режиссёра не появлялся. Дни тянулись, однообразные и бесцельные.


«Итак, квестов нет, Громор жив и здоров (надеюсь, ему тоже скучно), а я сижу в этой таверне и медленно превращаюсь в местного призрака, который только ест и спит, – размышлял Ракун, глядя в потолок своей комнаты. – Прекрасная пенсия. Жаль, только уровень пенсии – шестой, а за окном – фэнтези-мир, полный желающих тебя сожрать.»


Его «Метка Предателя Тени» не давала о себе забыть. Однажды он попытался подкрасться к оленю на окраине леса. Не успел он сделать и трёх шагов, как животное фыркнуло и умчалось прочь, словно учуяло саму смерть. Ещё через неделю на него напала стая диких лесных котов. Не каких-то магических тварей, а обычных, пушистых и злых. Они чуяли в нём добычу, ходячее несчастье.


«Великолепно, – констатировал он про себя, отдирая с лица царапины. – Теперь даже местные мурки видят во мне персональную когтеточку для своих фобий. Скрытность мертва. Да здравствует грубая сила.»


И Ракун начал тренироваться. Сначала это были просто отжимания и приседания в своей комнате, вызывавшие насмешливый хохот Режиссёра где-то на задворках его сознания. Потом он нашёл заброшенный сарай на окраине города и перенёс тренировки туда.


Он отрабатывал удары своим легким мечом до тех пор, пока рука не немела от боли. Он пытался повторить движения, которые видел в старых боевиках и аниме, что вызывало у него приступы самоиронии.


«Так, «удар тигра»… Выглядит просто. На практике же я просто машу железкой, как пьяный дровосек. «Понижение центра тяжести»… Ага, сейчас просто упаду и усну, отличная техника.»


Но каково же было его удивление, когда после одной из изматывающих серий, когда его мышцы горели огнём, а разум затуманился от усталости, перед ним всплыло сообщение:

[Упорные тренировки развили ваше тело!]

[Сила +1]

[Выносливость +1]


«О-па! – мысленно воскликнул он, с трудом поднимаясь с пола. – Значит, можно качаться и старыми добрыми методами? Без этих ваших «очков опыта»? Режиссёр, а ты случаем не забыл пропатчить свой мир? Ладно, теперь я официально становлюсь качком. Надеюсь, Динэя оценит мои будущие бицепсы, а не сбежит, приняв за гору мускулов.»


Тем временем Динэя проводила дни в храме Святого Света, который постепенно отстраивали и очищали от следов орков. Но она приходила туда не для того, чтобы помогать. Она приходила молиться. Искренне, отчаянно и безрезультатно.


Ракун видел её лишь изредка, за обедом или ужином. Она стала ещё тише, если это вообще было возможно. Её некогда живой, пронзительный взгляд теперь постоянно был устремлён куда-то внутрь себя, полный самоедства и скорби. Она согрешила, применив силу не для защиты, а для атаки, и её душа, казалось, не находила покоя.


Они не говорили. Между ними висела стена из невысказанного: его благодарность и чувство вины, её стыд и раскаяние. Он пытался как-то завести разговор, но она лишь качала головой, её глаза умоляли оставить её в покое. Это было невыносимо.


«Отлично, – думал Ракун, глядя, как она молча ковыряет еду в тарелке. – У меня теперь есть накачанная тушка и проклятие на всю жизнь, а у неё – экзистенциальный кризис веры. Мы как пара из очень депрессивного ромкома. Только без рома и без кома. Хотя, насчёт кома…»


Так прошло три месяца. Три месяца тишины, тренировок и молчаливых ужинов. Ракун уже начал подумывать, не махнуть ли ему в другой город в одиночку, как вдруг, во время очередного изнурительного подхода с мечом, в его сознании вспыхнули долгожданные кровавые буквы.