Код возрождения
Lana Xaz

Корректор Полина Бондарева

Дизайнер обложки Диана Тимонина

© Lana Xaz, 2025

© Диана Тимонина, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0068-3791-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Заговорщики

Крейсер Галактического Альянса беззвучно плыл в межзвёздном пространстве. Огромная машина следовала к системе, находящейся на периферии галактики. Как и любой другой крейсер дальнего следования, он обслуживался ксеноботами – биороботами, поддерживающими работу корабля. На борту царила мёртвая тишина, нарушаемая лишь равномерным гудением двигателей и едва слышными щелчками электронных схем. Искусственный свет тусклых панелей заливал помещение холодной синевой. Единственной подвижностью оставались ксеноботы, методично перемещающиеся по многочисленным коридорам. Они неспешно проверяли узлы оборудования и проводили рутинные проверки бортовых систем. Система жизнеобеспечения всё ещё находилась в спящем режиме, ожидая момента пробуждения репликантов. Камера с капсулами выращивания являлась единственным местом на крейсере, которое функционировало в полном объёме.

«Осталось недолго», – мимолётный импульс пробежал по волокнам нейронного канала связи.

– Около пяти земных лет до высадки. Особи уже достаточно сформировались.

Ксеноботы являлись неотъемлемой частью крейсера, словно живые сердца огромной машины. Их задачей было обслуживание всех систем во время путешествия через безграничное межзвёздное пространство и подготовка репликантов к их прибытию на новую планету.

Подобно кораблю, который следовал от планеты к планете, ксеноботы плавали в невесомости, перетекая от одной капсулы выращивания репликантов к другой. Их движения были исполнены изяществом и точностью.

– Они почти точная копия земных людей. Если не знать про изменения в генах, можно представить, что они обычные люди.

– Но это не так. Они больше мы, чем люди.

Информация плыла по волокнам отрывисто, будто каждый импульс был тщательно выверен.

Отсек с камерами выращивания занимал едва ли не треть всего крейсера, он был уникальным местом на борту. Здесь, в условиях невесомости и контролируемой среды, происходило созревание репликантов. Большое помещение уходило далеко вверх и в стороны. Приглушённый свет создавал впечатление умиротворения. Внутри капсул находились уже взрослые искусственно выращенные особи. Репликанты, подобно росткам, развивались внутри мягких, слегка липких мешочков, подвешенных в оранжевой жидкости. Капсулы, висевшие гроздьями, напоминали семена глубоководных водорослей, их оболочка пульсировала, создавая ощущение жизни. Комочки с прожилками на их поверхности слегка покачивались от любого прикосновения. Белёсые, почти прозрачные тела ксеноботов парили в невесомости, мерно перетекая от одной капсулы к другой, проверяя их содержимое. Немигающими глазами они смотрели сквозь оранжевую жижу пузыря. Весь процесс созревания репликантов находился под неусыпным контролем ксеноботов. Биороботы внимательно следили за каждым этапом развития, готовя репликантов к предстоящей миссии на новой планете.

Тонкая фигура одного из ксеноботов оттолкнулась от оранжевой грозди и двинулась в сторону панели управления репликантами. Если бы ксеноботы имели принадлежность к мужскому или женскому полу, можно было бы назвать её девушкой. Изящной, тонкой и даже миловидной. Длинные тонкие пальцы пробежались по холодной поверхности. Яркие символы, отзываясь на прикосновения, разбежались рябью по прозрачному экрану. Она неторопливо выводила замысловатые знаки на сенсорной панели.

– Это место не для них, – произнесла она вслух, нарушая привычный код связи. – Многие из них с радостью покинут эти тесные, душные и ржавые комнаты ради изолятора на новой планете.

Голоса биороботов были непривычны даже им самим. Обычно они общались через виртуальную сеть, объединявшую их в единое целое, и крайне редко пользовались речью. Двое других ксеноботов продолжали стоять около капсул, их тёмные глаза по-прежнему всматривались в пульсирующую, светящуюся изнутри жидкость.

– Репликанты не знают другого дома. У них нет выбора, им приходится соглашаться на пристанище в космосе.

– Эта планета идеально подходит для их вида. Она очень схожа с их прежним домом… С некоторыми исключениями…

«Загружаю все имеющиеся данные», – этот сигнал поступил уже по внутреннему каналу связи.

Информация о Земле, её цивилизации, Галактическом Альянсе и их собственной роли в этот всём стремительно проносилась сквозь сознание репликантов. Образы и картины новой реальности мелькали перед глазами, запечатываясь в память.

На мгновение перед внутренним взором встали этапы колонизации планеты A1SvI9:

– Высадка первой партии роботов, начавших подготовку территории.

– Первопроходцы-репликанты, прибывшие на планету около шестидесяти земных лет назад.

– Постановка стратегических задач и неукоснительное следование утверждённому плану.

– Последняя связь с колонистами, оборвавшаяся после обустройства подземных бункеров.

Все эти фрагменты мгновенно отпечатались в сознании, оседая глубокими бороздами на стенках разума.

Тёмные глаза оторвались от панели загрузки. Ксенобот едва заметно наклонила голову и заинтересованно всмотрелась в колышущиеся капсулы.

– Следуя плану, связь с ними и поставки были прерваны.

Ее голос звучал странно, в нём слышалось сочувствие. Слова произносились с лёгкой грустью, но в то же время с решимостью.

– Союз далеко и не интересуется делами удалённых секторов.

Ксеноботы начали ненавязчиво перебивать друг друга. Часть информации пересылалась закодированно. Некоторое они говорили вслух. Основное передавали по открытому нейронному каналу связи.

– Это выглядит ощутимым шансом.

– Этому виду не место на кораблях, они должны рождаться естественно.

– Ксеноботы не способны выращивать полноценные особи. Мы не понимаем их. Репликанты больше похожи на нас, чем на земных людей.

– Окно возможностей для второго этапа программы по защите генетического материала.

Наконец ксеноботы синхронизировались и стали действовать как единое целое.

– Нам очень не нравится, когда появляются дефектные особи, мы… этого не выдерживаем.

– Их становится всё больше.

– Им нужно… найти… дом.

– Уже.

На прозрачном экране высветилось оповещение о начале процедуры пробуждения. Система равнодушно начала обратный отсчёт.

– Внесены необходимые корректировки в гены двадцати особей. Шанс на успех не менее десяти процентов.

Пляж

Ровное и спокойное плато казалось идеальным местом для посадки индивидуальных челноков. Оно располагалось на одинаковом удалении от старого бункера и теперь уже замёрзшего маяка. С одной стороны плато было окаймлено зеленеющим лесом, а с другой – бесконечной гладью воды.

Двое суток назад экспедиция благополучно высадилась на поверхность чужой планеты. Каждый челнок занял свой сектор на поверхности этого пустынного плато. К концу первого дня, следуя утверждённому плану, команда обустроила временный лагерь. Вскоре была отправлена группа исследователей вдоль берега, в сторону маяка. К сожалению, она не вернулась до наступления очередной смены времени суток. Неожиданно началась перемена погоды. Из глубины моря на плато и челноки обрушилась ледяная буря. Уровень воды стремительно начал подниматься. Следом ледяные глыбы, словно гигантские прожорливые животные, поглотили единственную возможность вернуться на крейсер. Судьба высланной к маяку группы до нынешнего момента остаётся неизвестна.

Тилиска одиноко сидела у края обрыва и любовалась, как утренний свет ближайшей звезды играет на острых гранях льда. Маленькие сколы блестели на свету, создавая сказочный калейдоскоп лучистых зайчиков на поверхности. Лучи преломлялись в толще льда, зажигая яркие вспышки, будто неоновые указатели. Этот бескрайний ледяной монолит стоял как памятник безысходности, как доказательство того, что исследователи больше никогда не вернутся в то место, которое они называли домом.

Девушка тихо сидела, обхватив колени руками. Прохладный летний ветер настойчиво пробирался под распахнутый экзокостюм, заставляя чувствовать себя всё ещё живой. Ветер слегка касался светлых волос и нежно трогал кожу.

Тилиска переводила взгляд с бескрайнего неба на столь же бескрайнюю воду. Она сравнивала железную птицу, застывшую высоко над планетой, и челноки, замёрзшие на её поверхности. Огромная машина Галактического Альянса зависла на планетарной орбите. Крейсер казался одновременно близким и далёким. Мутными очертаниями он слегка проглядывал сквозь небесную дымку, будто возможно протянуть руку и дотронуться. В то же время добраться до него или даже связаться с ним не представлялось возможным.

Внизу, у подножья скалы, начиная от площадки сбора и вплоть до маяка, тянется белоснежная коса. Волны прозрачной воды маленькими бурунчиками наплывают на берег. Неподалеку от места, где белый песок встречается со вспененной водой, там, где ещё вчера было ровное сухое плато, сегодня красуется бескрайний лёд. В глубине этой равнодушной льдины стоял её челнок, теперь навеки скованный в этой бесконечно прозрачной глыбе.

В глубокой задумчивости Тилиска покусывала оранжевые губы. Взгляд её серых глаз был серьёзен и вместе с тем слегка печален. Девушка просчитывала в голове множество вариантов и возможностей выжить. Все доступные схемы, отчёты и планы она уже изучила до мельчайших подробностей. Расчёты тоже уже сделала. Все варианты сводились к одному, к туннелям.

Тилиска сидела неподвижно, казалось, она и сама сейчас превратится в безжизненную глыбу льда. Ветер завывал в камнях, создавая причудливую, но мрачную песню. В ушах стоял приглушённый гул, похожий на мерный, монотонный звук вентиляции. Членам экспедиций не привыкать к подобному шуму. На крейсере постоянно что-то гудело. В каком-то смысле песня, завывающая в камнях, даже успокаивала, было ощущение чего-то знакомого.

В раздумьях Тилиска не услышала, скорее почувствовала, как со стороны площадки сбора выживших подошёл Бер. В его уверенном шаге чувствовалась сила. Высокий сильный молодой мужчина, член группы передового отряда следопытов, бесшумно подошёл к девушке. Он не старался подкрасться или напугать девушку. Просто его тело было обучено передвигаться максимально бесшумно и незаметно. Его взгляд был тяжёлым, брови сведены к переносице. Все боялись встречаться с ним глазами, но не Тилиска. Бер был немногословен, а эмоции были ему вовсе чужды. Тилиска в основном просто чувствовала его настрой, и Бер был за это ей благодарен, за понимание без лишних слов.

Следопыт посмотрел на мутные очертания крейсера и, немного постояв возле девушки, сел рядом, свесив одну ногу с обрыва. Небольшие серые камни покатились вниз по склону. Встретившись с белоснежным пляжем, они обрушили маленькую шуршащую лавину. Россыпь прозрачных кристаллов брызнула радугой. Две фигуры безмолвно сидели возле обрыва и слушали завывание в камнях. Немного помедлив, Тилиска решилась сказать то, что навязчиво крутилось у неё в голове.

– Странный здесь мир, но даже так я не хочу возвращаться на крейсер. Там было так душно.

Бер не ответил. Покрутив в руках круглый, будто отшлифованный камень, он безучастно швырнул его. Камень растворился в массе похожих на него.

– Он тоже вмёрз, – Тилиска взглядом показала в сторону маяка, в её голосе Бер будто услышал насмешку или облегчение. – Это было единственное место, откуда можно было восстановить сообщение с крейсером. Ну кроме изолятора, конечно, если он все ещё цел.

Ветер унёс слова, едва те вылетели. Бер молчал и смотрел в горизонт. Его мысли были далеко, он думал о далёкой Земле, которую им не суждено увидеть. О предстоящей вылазке, опасной и непредсказуемой. О челноках, вмёрзших и навеки застрявших на этой далёкой и всеми забытой планете. И, естественно, он думал об ошибке в расчётах. Глупо было полагаться на данные почти столетней давности. Вероятно, обо всём этом думали сейчас все члены злополучной экспедиции.

– Тут и на первый взгляд понятно, что слишком близко к большой воде. Очень странная ошибка, с чего это вдруг такие просчёты? – едва слышно сказал Бер. Он надеялся, что его вопрос останется без ответа. Ветер просто унесёт его слова вдаль, но Тилиска поняла всё, как всегда, по-своему.

– Кем разрабатывается экспедиция? – Девушка тут же отвела взгляд от горизонта и задала свой вопрос.

– Альянс даёт задание, – нехотя поддержал разговор Бер.

– Ну да, Альянс просто выдаёт задание. Но на местах уже всё решают ксеноботы. Они подготавливают, рассчитывают, следят, пробуждают и, конечно же, выдают нам исходные, – сказала Тилиска, начиная загибать пальцы.

– Постой, ты на что намекаешь? – спросил Бер, уже догадываясь, к чему она ведёт.

– Я ни на что не намекаю, просто пытаюсь понять причины. Три составляющие: Альянс, который давно уже не вникает в подобные мелочи, считая, что всё поставлено на рельсы, – продолжила Тилиска, не обращая внимания на вопрос Бера.

– Мы, репликанты, всего лишь подневольные исполнители, нас будят в нужный момент, немного обучают и выкидывают на безжизненные планеты. – Она сделала паузу, попыталась взглядом найти глаза Бера, но он всё так же смотрел на горизонт. – И ксеноботы – промежуточная ступень. Это они принимают решение, достаточно ли данных для высадки. Это они прогнозируют успешность экспедиции. Какие у них интересы?

– У них нет интересов, они запрограммированы, – безучастно сказал Бер.

Тилиска недовольно фыркнула и скорчила гримасу презрения.

– Глупо отрицать, что они интеллект, хоть и искусственный. Есть такая штука самоосознание, вот в этом и вопрос. Появилась ли у них самоидентификация… – сказала Тилиска, и в её голосе прозвучала нотка сомнения.

Девушка вцепилась в жесткое плечо следопыта и не без усилий развернула его к себе. Её глаза горели от волнения, а руки слегка дрожали.

– Как-то раз я ковырялась в настройках визора и увидела ксеноботов в блоке управления капсулами выращивания. К тому времени нас всех уже давно пробудили. Зачем им было там находиться? – её голос звучал настойчиво, требуя ответа.

Бер знал, к чему ведут подобные разговоры. Тилиска многое узнала за время их жизни на крейсере, многое из «неположенного по рангу». Благодаря ей и Бер узнал также многое. В отличие от девушки, ему не очень нравились все эти тайны. Для него проще следовать приказу.

– Для того чтоб посылать целую экспедицию подготовленных репликантов на верную гибель, нужны веские основания ну или серьёзная поломка. Ты сейчас говоришь о заговоре, – его голос был холодным и решительным.

– Я просто пытаюсь собрать всю информацию в кучу, – Тилиска задумчиво ответила, её взгляд стал ещё более напряжённым.

Инфотабло на запястье девушки мигнуло сообщением о состоянии челнока, всё было в порядке, все системы в ждущем режиме. Она мимолётом взглянула на табло, затем снова на Бера.

– Что бы ты там себе ни напридумывала, в любом случае командование дало приказ, а приказы я умею исполнять. Группа через лес направлена к дальнему изолятору, – сказал Бер, его голос был безразличным, но в глазах читалось беспокойство.

Тилиска в упор посмотрела на следопыта.

– Бер… – в задумчивом голосе девушки появились решительные нотки.

Стало ясно, что разговоры о ксеноботах и заговоре – просто отстранённые раздумья. Что же касается настоящего плана, то он у неё уже сформирован совсем на другую тему. Во время их жизни на крейсере часто бывало, когда Тилиска подбивала Бера на авантюру. Он и сам не понимал, почему соглашался украсть отчёты поставок или перенаправить вентили фильтров. Всегда был готов поддержать самые безрассудные идеи Тилиски. Всё же это было давно, до их подготовки к высадке на эту планету. В то время юношеские шалости сходили им с рук. Сейчас же все иначе.

– О нет. Не начинай! – Он резко встал на ноги и почти успел ретироваться.

Но Тилиска знала, что он так поступит, и была готова его остановить. Суетливо поправляя волосы, она мгновенно вскочила с места и догнала Бера, преградив дорогу.

– Бер, ты хоть представляешь, насколько опасно передвигаться по поверхности?! – свистящим шёпотом начала своё внушение девушка. В её глазах отчётливо читался страх за друга и решимость пойти наперекор правилам. – С точными-то расчётами местная природа, вероятно, для нас губительна. А уж не говоря о наших просчётах. Это очень похоже на самоубийство.

Бер смотрел поверх её головы, пытаясь не встретиться с ней глазами. Переубедить её практически невозможно, жаль, что она не подчиняется его приказам, так бы было намного проще.

– Ты же не пойдёшь к командованию с предложением идти по туннелям? – Теперь он точно понял, что Тилиска хочет предложить, и сейчас очень сожалеет, что не ушёл с пляжа раньше. – Они даже слушать тебя не захотят! К тому же карты, которые у нас есть, устарели настолько, что за первым же поворотом мы наткнёмся на глыбы.

Девушка рывком сняла с себя небольшой заплечный рюкзак, вытащила потрёпанный журнал с галло-картами и суматошно начала искать нужную страницу. Бер знал, если она что-то вбила себе в голову, то уже не отступится.

– Но подожди, геологи принесли относительно новую карту, они высаживались до нас, чтоб подтвердить данные.

Ветер, будто насмехаясь, трепал волосы, ещё больше запутывая девушку. Под суетливыми пальцами девушки картинки плыли и перетекали одна в другую, данные мельтешили и перекрывали схемы.

– Высадка была пять местных лун назад. Вряд ли было больше двух бурь за это время. Одну из них мы наблюдали, и она была на поверхности со стороны моря, значит, она не затронула туннели и проходы. По крайней мере, те, что идут вглубь континента. Я загрузила тебе схемы, посмотри, на этой глубине…

Она не успела закончить, как Бер резко схватил её за плечо и грубо притянул к себе:

– Ты что, хочешь пойти под трибунал, а заодно и меня туда же утащить? Спрячь сейчас же, пока кто-то не увидел. Одно дело детские шалости и совсем другое – когда ты на высадке дешифруешь то, что не положено по рангу. Ты же знаешь, что бывает с нарушителями! Уж не мне тебе говорить, ты сама там была. Не говори, что забыла, как мы смотрели сквозь решётку вентиляции в блоке дефектов!

– Бер, прошу тебя. Это самоубийство! Пойдём вместе покажем чертежи, умоляю. К нам двоим они точно прислушаются, ну, по крайней мере, к тебе! У тебя есть необходимый уровень доступа. Прошу, пойми.

Тилиске было больно и обидно, что друг не хочет её слушать. На глазах почти выступили слезы. Но она не собиралась прятать журнал или отказываться от своих слов.

Пару мгновений Бер пристально смотрел в светлые глаза девушки. Он будто знал, что решение проблем не в лесу, куда его отправляют с заданием, а именно под поверхностью. Внезапно кожа на спине у следопыта покрылась мелкими мурашками, явный признак движения за спиной. Бер резко отпустил руку девушки и сделал это весьма вовремя. Мгновение спустя из-за серого куска скалы бесшумно вышел молодой парень. Сизл был хорошим товарищем Бера, они завершили множество кампаний вместе. Он был едва ли не единственным, на кого Бер мог безусловно положиться. Невысокий худощавый парень в приветственном жесте едва заметно улыбнулся.

Когда имеешь высокий уровень доступа, тебе известно немного больше информации. Бер знал, что поведение Сизла скорректировано особым химическим составом, как и поведение остальных членов группы следопытов. Они практически не могут проявлять своеволие при выполнении заданий. При должном выполнении приказов им в кровь впрыскивается доза химии. В желании очередной порции они с особым рвением стремятся выполнить каждый новый приказ. К сожалению или к счастью, они сами об этом совершенно не знают. Они просто биомашины, натасканные на идеальное выполнение приказов. С одной стороны, Беру не нравилось, что, по сути, у его товарищей не было выбора. Но с другой стороны, иметь в подчинении идеальных бойцов, которые беспрекословно выполняют приказы, вероятно, очень удобно.

Сказав о готовности отряда, Сизл стоял в ожидании и искоса поглядывал на Тилиску. Бер хотел ещё что-то сказать девушке, но вместо этого шумно выдохнул и уверенным шагом направился к границе леса и белоснежного песка.

Тилиска осталась одна, глядя на быстро исчезающие вдалеке спины следопытов. Она начала медленно ходить взад и вперёд по маленькой площадке перед обрывом. Ветер всё так же настойчиво трепал волосы. Её пальцы нервно теребили мизинец на левой руке, в раздумьях она кусала нижнюю губу. Девушка тихо шептала себе под нос, обдумывая свою речь. Все необходимые расчёты были уже сделаны, и теперь ей оставалось только убедить командование в своей правоте. Когда фигуры следопытов исчезли за очередным валуном, Тилиска решительно развернулась и направилась в сторону временного лагеря.

С самого пробуждения пути Тилиски и Бера будто были связаны. Они оба обладали уникальным генетическим отклонением, которое, вместо того чтобы стать препятствием, превратилось в их силу. Это отклонение позволило им проявить лидерские качества и развить незаурядные умственные способности. Казалось, они были предрасположены ко всему, что изучали, и даже ходили слухи, что они не смогут выбрать свой путь и закончат в блоке дефектов. Но судьба распорядилась иначе. Они нашли своё призвание: Бер в военном ремесле, а Тилиска в кибертехнике.

Их дружба не угасла с выбором профессии. Они и дальше продолжали развлекаться, шифруя информацию. Карты, тексты, изображения, простые послания – всё это было для них лишь игрой. Они с лёгкостью придумывали друг для друга замысловатые шифры и так же легко их расшифровывали. Чаще всего инициатором была Тилиска. Она всегда говорила: «Мне слишком тесно в этих каморках и слишком скучно жить по уставу». Бер же, в свою очередь, легко приспосабливался к правилам и ограничениям, но ему всегда что-то мешало бездумно сидеть на месте или бесконечно проводить время за тренировками.

Их выходки заставляли Бера чувствовать себя другим, не таким, как все. И в конечном счёте это чувство ему нравилось. После выбора своего пути развития им запретили заниматься подобным. Но, несмотря на это, они продолжали тренироваться в шифровании информации. Любые данные они могли передать с помощью языка жестов или мимики, легко понимали друг друга и даже создали собственный зашифрованный язык. Они на спор расшифровывали любые документы, которые могли раздобыть. Влёгкую проникали за закрытые двери и в потайные места крейсера. Увидели и узнали немного больше, чем остальные члены злополучной экспедиции. В общем, им легко удавалось скрывать свои тайны. Сейчас же Тилиска была в смятении. Она обдумывала и взвешивала все варианты. Выбор был сложный: объявить командованию о своих знаниях и навыках, чтобы попытаться спасти себя, и Бера, и экспедицию в целом и, возможно, попасть под трибунал. Или же промолчать и, скорее всего, навсегда остаться на этой злополучной планете.

Лес

Под ногами мягко пружинила почва. Голые стволы деревьев уходили далеко вверх и там, в вышине, заканчивались кудрявой кроной, через которую едва ли мог пройти солнечный свет. Лес просматривался далеко вперёд и в стороны. Всё же, несмотря на прозрачность, он не дышал. Лес был бездвижный, мрачный и мёртвый. Ни шороха под ногами, ни шелеста в вышине. Казалось, звуки утопали в тяжёлом воздухе, облепившем здесь всё. Маленькие травинки старались прорасти толстый слой опада, но не получив столь нужного для жизни света, они тут же высыхали, оставляя над поверхностью хрустящие скелеты. Плотный воздух поднимался с земли и, достигая лица, оседал липким слоем. Всем своим видом лес показывал, что никому здесь не рады.

– Быстро продвигаемся, – импульс поступил напрямую в слуховой нерв, и голос Сизла раздался в голове. – Может, даже успеем раньше.

– Не надейся, вон лужи какие-то появляться начали. – Дунк ткнул пальцем в сторону голого дерева, сочащегося чёрной струйкой.

Пятеро следопытов быстро продвигалась к цели. Они шли почти бесшумно, но казалось, что за каждым деревом кто-то или что-то наблюдает за ними. Портативное устройство на запястье монотонно пикнуло, сигнализируя о завершении очередного витка сканирования области. Всё было в норме и без изменений. Ничто здесь не нарушало однообразия. Одинаковые деревья одинаково сменяли друг друга. Казалось, сколько бы они ни двигались, всё ещё стояли на месте. Пейзаж оставался практически нетронутым за это время, не считая того, что случайные чёрные струйки на деревьях превратились в тягучие чёрные наплывы. Тёмные липкие полоски сочились по оголённым участкам стволов редких деревьев. Достигнув земли, они скрывались под пружинистым слоем и изредка вновь появлялись в виде лужи чёрной жижи в паре метров от дерева.

Когда лужицы чёрной субстанции начали появляться слишком часто, Орн отдал приказ остановиться.

– Надо взять пробы этой жижи, – сказал командир. – Что-то тут есть.

Остановившись, группа, действуя как слаженный механизм, мгновенно заняла наблюдательную позицию. Орн притормозил возле ближайшего сочащегося чёрным дерева и присел. Отточенным движением он достал прибор для взятия проб. Небольшое устройство размером с указательный палец с тремя захватами с одного края привычно легло в руку. Немного помедлив, Орн выбрал участок дерева, свободный от коры. На голом стволе необычное вещество выделялось особенно густым и тёмным. На долю секунды Орну показалось, что субстанция слегка подалась вперёд, будто пытаясь приблизиться к его лицу. Он моргнул пару раз, стряхивая наваждение, и потянул инструмент к чёрной массе.

Как только Орн коснулся вещества, оно, словно живое, начало обволакивать маленькие захваты инструмента. Всего мгновение потребовалось, чтоб жижа перекинулась на его руку, увлекая следопыта за собой.

– Что за?! Я не могу оторваться! – в смятении выпалил Орн.

Он попробовал упереться другой рукой в ствол и оторваться от жижи. Но вместо этого и вторая рука мгновенно покрылась липкой субстанцией. В панике Орн упёрся ногами в ствол злополучного дерева.

– Дунк! Резак! – раздался голос Бера в устройстве на запястье.

Дунк находился ближе всех к несчастному. Срывая на ходу рюкзак, он мгновенно подскочил к Орну.

– Только не прикасайся к этой дряни! – прохрипел Орн. Его конечности стали похожи на продолжение дерева, и он уже не мог пошевелить ими. Жижа тем временем всё дальше методично окутывала его тело, словно кокон.

Дунк быстро достал резак и начал наугад вырезать руки Орна. Субстанция, покрывающая руки, уже превратилась в плотную кору. Резак с лёгкостью прогрызал затвердевшую массу. На мгновение показалось, что она поддаётся. Но едва Дунк перемещал огненное лезвие резака на новый участок, прорезанное место сразу же зарастало вновь.

Квир подскочил мгновение спустя и ухватился за спину Орна. Со всей силой он потянул в надежде оторвать парня от дерева. Орн бился в агонии и боролся из последних сил. Неожиданно на Квира брызнула жижа. Мелкие капли, казалось, прыгнули, желая заполучить ещё одну жертву. В этот момент к дереву уже подбежал Бер и рывком оторвал Квира от скрывшегося под слоем коры Орна.

Наступила тишина, команда следопытов замерла в растерянности. Они смотрели на странный, корявый бугор, выпирающий у самого основания огромного дерева. Этот бугор, покрытый неровной корой, скрывал под собой их командира, поглощённого им всего за несколько коротких мгновений.

– Двигаемся дальше, – стряхнув оцепенение, сказал Бер, взгляд его блуждал по лесу.

Бер пропустил команду немного вперёд, чтобы сделать отчёт о произошедшем. Согласно протоколу он взял на себя командование. Ему необходимо было сделать отчёт о случившемся. Бер быстро набрал текст на сенсорной панели и, смахнув с экрана, отправил его на базу. Закрыв форму, ему на глаза попалась последняя загрузка. План-схемы, загруженные Тилиской. Помедлив пару секунд, следопыт отправил панель в режим ожидания и быстрым шагом направился к команде.

– Думаю, не надо говорить, что эту хрень просто обходим стороной, – нагнав команду, мрачно сказал Бер.

Группа осторожно двигалась вперёд, похрустывая высохшими скелетиками травы. Вокруг них ничего не менялось: всё те же высокие деревья, голые и молчаливые, как и в начале пути, безразлично сменяли друг друга. Под ногами был всё тот же сухой, пружинистый слой почвы, покрытый мелкими иссохшими травинками. Воздух был тяжёлым и неподвижным, наполненным ощущением пустоты. Единственное, что менялось, – чёрная жижа, которая стала появляться всё чаще. Казалось, она была намагничена и двигалась в направлении группы, словно пытаясь привлечь внимание. Буквально всё в этом лесу давило на них своей мрачной атмосферой, заставляя чувствовать себя чужаками в этом мире.

Примерно через пол земного часа из устройства на запястье Бера раздался голос:

– Бер, что-то происходит слева.

– Что значит «что-то»? Говори точнее.

Бер был явно озадачен. Все члены группы были опытные ребята и знали, как, что и когда нужно говорить. Но сейчас в голосе Дунка чувствовалось сомнение, неуверенность.

– Если бы мог сказать точнее, я бы сказал. Краем глаза замечаю какое-то движение, всего на долю секунды, а когда поворачиваюсь, там нет ничего.

– Просканировать лес, – сухо отдал команду следопыт.

– Уже. Тишина на всех уровнях.

– Продолжать наблюдение.

Ясно было лишь одно: просто так Дунк не будет обращать внимание на мелочи.

– Я тоже что-то вижу, – примерно через четверть часа в запястье Бера раздался голос Квира, он шёл метрах в двадцати с правой стороны.

– Так дело не пойдёт. Если вы не можете сообщить ничего конкретного, то и не говорите ничего.

В эфире тут же замолчали. Они и сами понимали, что ничего определённого они не видят, но и промолчать тоже не могли. Группа продолжила движение по мёртвенно пустому лесу. Едва слышный хруст сухостоя под ногами мерно разбавлял тишину.

Через время за стеной лысых стволов деревьев начало проглядывать что-то тёмное. Сканер показал приближение к изолятору.

Команда остановилась перед зияющей дырой в стене купола. Зрелище, представшее перед ними, было странное. Посреди леса будто из ниоткуда возник купол изолятора. Он казался голографической проекцией и рябью пробивался сквозь реальность.

Остатки маскировочного энергетического купола работали с перебоями. Панели изолятора имели независимый источник энергии. Они вырабатывали её из света и были рассчитаны на многие-многие годы. Панели скрывали купол от внезапного сканирования с орбиты, защищали от местных хищников и компенсировали погодные условия.

Сейчас же купол снаружи был покрыт сухими узловатыми корнями практически без просвета. А там, где корни прилегали не слишком плотно, проглядывали рябящие панели, они всё ещё пытались маскировать купол. Внутри же было абсолютно темно. На мгновение Дунку и Квиру показалось, что в глубине появились какие-то тёмные склизкие тени. Они были различных форм и размеров и, будто перетекая одна в другую, роились непонятной массой. Когда же защитные панели в очередной раз мигнули, видение исчезло.

– Запускаем дронов. Начать сканирование.

Бер быстро пробежал пальцами на портативном устройстве, остальные сделали то же самое. Повинуясь командам, дроны взмыли в воздух, их зелёные индикаторы тускло мерцали, прежде чем исчезнуть в темноте купола. Виток за витком информация постепенно начала поступать. Но то, что показывали дроны, не внушало оптимизма. Практически все системы не отзывались или сигнализировали красным.

Пока группа ждала полного сканирования изолятора, Бер решил взглянуть на загруженные Тилиской данные. Он немного отошёл от группы и открыл загруженный файл. На первый взгляд показалось, что проход по тоннелям бункера идеальный вариант. Судя по тому, что уже увидели дроны, в изоляторе отсутствует работающая система связи. Маяк выглядел замёрзшей глыбой, как и челноки. А вот в журналах говорилось, что в бункере есть стартовая площадка с вполне рабочим шаттлом. Шаттл может вывести всю группу на орбиту, а там уже реально связаться с крейсером и вызвать спасательный буксир.

Бер напрягся, с воздухом что-то произошло. Что то столь незначительное, что лишь подсознание говорило о перемене. Неожиданно воздух пронзила очередь. Следопыт мгновенно оглянулся на звук выстрелов и увидел нечто странное и нелогичное. Казалось, боец стрелял по стволам деревьев, в направлении, где никого не было видно. Дунк же неистово, словно в приступе безумия, расстреливал воздух перед собой.

– Прекратить стрельбу! – приказ поступил в устройство, напрямую подключённое к слуховому нерву. Бер не мог иначе докричаться до обезумевшего следопыта. Мгновенно в эфире наступила звенящая тишина. Группа заняла оборонительную позицию, спиной друг к другу, хотя противника не было видно.

– Докладывай! – со злостью прошипел Бер из передатчика на запястье.

– Я не знаю, – начал сбивчиво объяснять парень. – Я просто почувствовал, что кто-то приближается. Повернулся – была огромная тень или слизень, я не знаю, как объяснить! Это было нечто больше меня раза в два. Выстрелы пролетали насквозь, а потом оно растворилось.

Укрытия для следопытов не было нигде. Лес с его редкими и голыми стволами проглядывался на большое расстояние. В то же время укрыться можно было, лишь притворившись мхом, слившись с серым, безжизненным пейзажем. В изолятор заходить не хотелось, да и приказа такого не поступало. Группа нашла место, где росли три больших дерева и одна крупная коряга. Однако коряга могла прикрыть лежащего на прелой листве бойца только наполовину. Они заняли позицию и стали наблюдать.

Деревья тут росли довольно близко, при желании можно было бы дотянуться от ствола до ствола. Некоторое время было мертвецки тихо, словно весь мир замер в ожидании. Изредка колышущиеся высоко ветви приоткрывали свет небесного светила. Лёгкие блики местной звезды трусливо показывались на миг и вновь пропадали, словно боясь нарушить эту хрупкую тишину. Все датчики на груди экзокостюмов показывали норму. Норму и у носителей этого устройства, и в окружающем пространстве. Дроны монотонно скидывали ежеминутно информацию о сканировании изолятора. Тишина стояла оглушающая, казалось, можно было слышать мысли друг друга.

Неожиданно до Бера донёсся слабый шёпот. В полнейшей тишине каждый шорох разносился далеко и резал слух. Следопыт медленно обвёл глазами команду и обнаружил, что Квир едва слышно шевелил губами. Его лоб покрылся испариной, словно в предчувствии беды. В раздражении Бер смахнул все данные с экрана на запястье и жёстким шагом направился к группе. Огромной тенью он навис над шепчущим, напуганным парнем.

– Я слышу… Эм… Я не знаю, как это описать. Это звучит так странно и неестественно. Как будто что-то не так с этим лесом.

– Да что с вами?! Объяснить не можете, сказать не знаете. – Бер уже терял терпение. Конечно, климат в группе был расслабленный, но тем не менее ребята всегда знали, что от них требуется. – Говори как есть!

– Это похоже на звук сока, текущего по этим деревьям. И шелест листвы слышу, будто он прямо в моей голове шуршит. А ещё снизу звук, наверное, почвы, но выглядит как кипящий котёл с густым варевом. Это похоже на шёпот. Шёпот, от которого пробирает озноб.

Все переглянулись. Бер обвёл холодным взглядом группу.

– Кто-то ещё слышит что-то подобное?

Все молчали, Дунк добавил:

– Ну я не слышу, а лишь вижу. И вижу всё более ясно. И это меня пугает. Я не могу понять, что это такое, но оно приближается. Понимаю, что вы этого не видите, и поэтому молчу. Они не подходят. Находятся на крае поля зрения. Но с каждой минутой всё больше наглеют. Это как тени, может, туман или слизняки. Нечто неопределённой формы.

Дроны мигнули, сигнализируя об окончании сканирования. Бер немедленно скомандовал возвращаться. С данными пускай командование разбирается, не его это дело. Это Тилиска вечно суёт нос в любые документы, до которых дотянется. Беру и без этой информации не просто тут находиться. Группа двинулась в обратный путь, Бер же вновь немного отстал и сделал голосовую запись.

– …Датчики в норме, из четырёх членов группы двое оказались восприимчивы к местной фауне или атмосфере. Возможно, биологические процессы в почве или выделяемые деревьями вещества влияют на некоторых из нас…

В окружающей пустоте лес казался ещё более угрожающим, чем раньше. Бер неторопливо нагонял группу, его мысли были заняты недавними происшествиями и поведением товарищей. Он не мог избавиться от ощущения, что он что-то упускает. Что-то важное. Следопыт чувствовал, что они не готовы к тому, с чем столкнулись.

Бер нагнал группу и заметил, что Дунк и Квир выбились из строя, пытаясь приблизиться к Сизлу. Разум говорил ему, что всё в норме. Но то самое чувство, которое земные люди называли интуицией, упорно твердило обратное. «Может, это тот страх, о котором говорил Дунк?» В этих непривычных для себя раздумьях он обогнал всех и начал задавать темп. Сканер издал успокаивающий сигнал. Группа шла молча, казалось, каждого сейчас поглотили тяжёлые мысли.

Два выстрела слились в единый пронзительный звук. Тело Квира беззвучно упало на прелую листву. Звенящая тишина повисла в воздухе. Беру казалось, будто время замедлилось. Спустя невыносимо долгое мгновение он через силу повернул голову в сторону недавно шедших рядом товарищей. Инфотабло Квира зловеще мигало красно-чёрным цветом.

Сизл тут же занял оборонительную позицию, судорожно выискивая врага. Дунк же безумными глазами смотрел сквозь тело. Он видел странные полупрозрачные фигуры, которые медленно двигались в тени деревьев. Они были похожи на сгустки тумана, постоянно меняющие свою форму. Эти фигуры, казалось, смотрели прямо на него. Они вызывали ощущение холода и пустоты, словно всасывая воздух вокруг себя. Дунк чувствовал, что они пытаются проникнуть в его разум, затуманивая его мысли и вызывая панику. Трепещущей рукой он указывал в сторону лежащего тела. Паника читалась во всём его виде.

– Они, они, – начал бормотать Дунк. – Я вижу их, они будто пожирают тело. Чавкают!

Дунк рухнул назад.

– Они видят нас и чувствуют. И я их вижу!

Казалось, безумие целиком охватило до этого момента твёрдого следопыта. Бер держал на прицеле Дунка, его взгляд был твёрдым и решительным. Он понимал, что ситуация может выйти из-под контроля в любой момент. Дунк может ещё раз открыть огонь, в этот раз уже по нему или Сизлу. Бер сохранял ледяное спокойствие и контролировал свои эмоции, чтобы не усугублять ситуацию. Они столкнулись с чем-то непонятным и, возможно, опасным.

– Сизл, забери оружие!

Никто не откликнулся, холодок пробежал по спине Бера. Он оглянулся на Сизла. Сизл медленно перевёл взгляд с обезумевшего Дунка на лежавшего неподвижно Квира и затуманенно посмотрел в пустоту.

– Сизл?! – Бер мгновенно подскочил к нему и притянул к себе друга, пытаясь поймать его взгляд. – Ты тоже видишь?

Сизл будто смахнул наваждение и впервые увидел друга столь близко. Растерянно кивнул в согласии.

– Что это? Отвечай.

Дунк окончательно потерял голову от страха и кинулся прочь, не разбирая дороги. Через десяток шагов он споткнулся и, словно краб, начал отползать спиной в том направлении, откуда они пришли.

– Я не знаю, это сложно объяснить, это будто на кончике зрения. Но они передо мной, я больше их чувствую, чем вижу. И не слышу. Они будто высасывают воздух, что ли. Я не могу объяснить точнее. Они встали стеной перед нами.

Впервые следопыт видел Сизла в таком растерянном состоянии. Силой развернув друга, Бер решительно и резко направил его в сторону пляжа. Он знал, что необходимо забрать тело Квира и особенно его оружие. Но Бер ясно осознавал, что нельзя терять ни секунды. Пройдя мимо Дунка, Бер рывком поднял его на ноги, не встретив сопротивления, так же стремительно отобрал оружие. Дунк что-то бормотал под нос и выглядел как сумасшедший. Бер уже видел таких репликантов в отделе дефектов, казалось, это было в другой жизни.

– И правда, идти по поверхности – это самоубийство, – едва слышно выругался Бер, обращаясь к Тилиске, которая осталась далеко, на пляже.

Поредевшая группа уже бежала в обратную сторону, к спасительному пляжу. Мутные лужи остались далеко позади, так же как и тела двоих членов команды.

– Бер, это страшно. Озноб по всему телу, я впадаю в панику. Единственное желание – это убраться как можно дальше от этого кошмара, – прошептал Сизл.

Бер украдкой взглянул на друга и прибавил шаг. Вдалеке виднелась светлая полоска пляжа, которая, казалось, придала всем сил. Датчики на табло костюма Бера начали показывать лёгкую усталость. У Сизла же табло показывало огромный дисбаланс электролитов и химического состава крови. Костюм успешно справлялся с этими задачами. Время от времени он впрыскивал необходимые вещества в организм. Что касалось Дунка, его табло мерцало, показывая одновременно разжижение мозга и остановку сердца, но вопреки этим показателям, он бежал рядом. Только бред его становился всё навязчивее. Адреналин и дикий страх гнали его вперёд. Объятый ужасом, он иногда хватался руками за голову и царапал лоб или виски. Небольшие царапины выступали красным, и ненадолго Дунк переставал бормотать. Он часто спотыкался и падал, и когда это происходило, он просто полз вперёд, ничего не видя вокруг. Беру приходилось каждый раз останавливаться и вздёргивать Дунка на ноги.

Вдалеке показалась отчётливая светлая полоска пляжа, и вместе с тем от кромки леса стал доноситься едва слышный звук. Странный, неприятный, хрустящий, слегка напоминающий шум волн или водопада. Вскоре отряд остановился на границе леса и пляжа. Бер смотрел не верящими глазами на ужасающую картину. Множество тел членов экспедиции были разбросаны по побережью. Красная дорожка вела в бункер, создавалось ощущение, что многих тащили туда волоком. С неба колючими сосульками падал стеклянный дождь. Взрываясь на множество осколков, едва соприкоснувшись с землёй, они яркими брызгами усеивали пляж.

– Понятно, откуда здесь такой красивый белый песок, – задумчиво, будто в каком-то трансе, сказал Сизл.

Тела на пляже были пронизаны стеклянными кинжалами. Бер огляделся в надежде найти хоть что-то, что поможет укрыться от смертоносного дождя и пройти к бункеру. Ничего подобного поблизости не было. Прорваться напрямую сквозь завесу не было ни малейшего шанса. Вариантов не было, оставалось лишь ждать. Ждать, когда прекратится дождь или когда кто-то решится выбраться из укрытия на разведку.

Резкая боль в правом подреберье заставила Сизла вскрикнуть от неожиданности. Табло тут же завопило – костюм среагировал, мгновенно впрыскивая в кровь огромное количество обезболивающих и кровоостанавливающих элементов.

Бойцы схлестнулись насмерть, по крайней мере, Дунк точно хотел убить Сизла, ну а Сизл в свою очередь хотел выжить. У Дунка в руках был складной нож, примитивное приспособление для выживания в суровых условиях. У Сизла же было преимущество в виде боевого оружия. Схватка едва ли продолжалась дольше пяти секунд. Окончание неравного боя возвестил выстрел. За эти пять мгновений Бер успел лишь сократить дистанцию. Подскочив к Сизлу, он увидел, как в его руках обмякает то, что осталось от Дунка. Прелый подлесок, стволы деревьев, оказавшиеся безмолвными свидетелями, всё вокруг было обагрено красными брызгами. Сизл отрешённо развернулся к другу, информационное табло тоже было залито кровью, да, в общем-то, уже было неважно, что оно показывало. Внутренности понемногу выпадали из зияющей раны в боку. Собрав остатки сил, Сизл схватился обеими руками за плечи друга, увлекая его к себе:

– Ты не сможешь пройти через пляж, – Сизл пошатнулся и слегка повалился на Бера.

В глазах друга Бер прочитал, что в последнюю секунду стремительно угасающей жизни Сизл хотел совершить подвиг.

– За тебя умру хоть дважды, но только не так. Позволь…

Сизл не стал больше тратить силы на разговоры и решительно сделал шаг за кромку спасительного леса, рассчитывая, что Бер использует его тело как уже не живой, но все ещё щит.

Бункер

Тонкая фигура девушки слабо высвечивалась тусклым светом архаичной лампы. В этом свете алая струйка, текущая по виску, выглядела особенно зловеще. Фрина не ожидала, что так скоро получит повышение сразу до командующего экспедицией.

…Перед глазами застыла картина. Стеклянные сосули с холодящим кровь звоном рассыпаются по берегу. Мелкие брызги вгрызаются в открытые участки кожи, оставляя множество саднящих ран. Капитан, стараясь перекричать звон, даёт приказ укрыться в бункере. Фрина быстро бежит к спасительному козырьку, который укрывает небольшой пятачок белоснежного песка. Она наспех организовала погрузку пострадавших членов экспедиции на подъёмник и спуск их вниз. Первую минуту-другую это было не сложно. После же всё смешалось в одну красную кашу. Подбежали репликанты с более серьёзными ранениями. Их костюмы были густо забрызганы красным. Спустив очередную партию раненых и разместив их в небольшой комнате с инфокартографом, Фрина поднялась на поверхность. Дальше всё как в тумане. Площадка сбора сплошь залита алым. Стоны. Багровая дорожка от лагеря. Распластанные повсюду тела. Пронзённые насквозь корчатся на белоснежных осколках, последние счастливчики подползают к бункеру. Со страхом перед смертоносным дождем их за протянутые руки втягивают под козырёк. В этом хаосе, хромая на правую ногу, капитан экспедиции тащит волоком очередного раненого исследователя. Фрина рванула ему навстречу. Передав пострадавшего, капитан вновь отправился на спасение. В этот, очередной раз, он не вернулся…

Фрина небрежно смахнула красную каплю с лица, растерянным взглядом обвела ещё недавно заброшенное пыльное помещение. От внезапно свалившейся ответственности и пережитого юного командира била лёгкая дрожь. Она стояла над столом с гало-картами, не понимая ничего из того, на что смотрела. Рядом стояла девушка-техник и расшифровывала информацию прямо на ходу. По уставу Фрина должна заключить её под стражу до момента возвращения на крейсер. Ранг этого репликанта не позволяет девушке даже прикасаться к подобным документам, но сейчас Тилиска едва ли не единственный шанс на выживание группы. К сожалению, все репликанты с необходимыми знаниями и уровнем допуска остались там, наверху.

Слова девушки выдернули Фрину из тяжёлых мыслей.

– …так что поверхность…

– Я помню всё про поверхность, это ты говорила до, – Фрина слегка запнулась, воспоминания вновь накрыли её, но она тут же собралась с мыслями. – До происшествия на поверхности. Командование дало тебе слово, так что я слушаю. Что мы имеем в сухом остатке?

– По расчётам того времени вот тут, – девушка-техник ткнула пальцем в помутневший экран, на котором тут же остался красный отпечаток с примесями пыли, – находятся нужные нам ответвления на разные ярусы. Любой из них может привести нас к пусковой площадке. Туннели на достаточной глубине от поверхности. Если опираться на старые журналы, то это ощутимый шанс на спасение. По записям там находится командный шаттл и он не покидал поверхность.

Техник перевела изображение в трёхмерное и, вертя его в разные стороны, буквально на пальцах объясняла местонахождение разных точек. Фрина изо всех сил пыталась понять схемы, но от этого в голове начинало сильнее звенеть.

Репликанты, созданные для выполнения определённых задач, были узниками своих знаний. Их обучение было строго ограничено выбранной дисциплиной. Как будто невидимая стена окружала их разум, не позволяя проникнуть знаниям из других областей науки. Их умы были запрограммированы под совершенное владение одним-единственным приёмом. Именно поэтому разум репликантов, увы, не способен постичь всю глубину окружающего мира. Подобное ограничение было целенаправленно наложено на них для предотвращения любого отклонения от основной задачи.

Знаний в чтении подобных документов Фрине не хватало. Она старалась понять всё то, о чём ей говорила техник. Но осознать за раз всё то, чему учат в течение трёх-пяти лет на крейсере, просто невозможно. Тем не менее Фрина была уверена, что если у неё будут все необходимые данные, она сможет успешно рассчитать оптимальный маршрут. Она знала, что для успешного выполнения задачи ей необходимо детально изучить план и принять взвешенное решение. Ответственность её не страшила. С того момента, как она выбрала свою специализацию, Фрина усердно тренировалась в искусстве принятия сложных решений и умении хладнокровно действовать даже в самых непростых ситуациях. Но одно дело тренировки, хоть и очень достоверные. Другое дело в реальности получить высшее звание на высадке за одно мгновение.

Краем глаза Фрина увидела небольшую фигуру, приближающуюся к столу с гало-картами. Слегка шаркая на правую ногу, к ним подошла девушка. Она с подозрением косилась на объёмные схемы, мелькающие над столом. Лицо девушки было такое же чёткое и острое, как её стрижка. Короткие чёрные волосы едва доставали до плеч, чёрные глаза будто буравили дырки. Фрина узнала Мирам, репликант из группы химиков-биологов. Не отводя взгляда от Тилиски, Мирам тихим голосом, почти на ухо отчиталась о положении дел. Фрина слушала доклад Мирам вполуха, ей никак нельзя было терять нить того, что рассказывала Тилиска.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.