Александр Измайлов (младший)
Отряд «Ярость»: Виски и две киски. 2 сезон

Эпизод 1. Старый друг.

Часть 1. Лейтенант Джеймс Салливан.

– Я тебя ещё раз спрашиваю, на-фи-га тебе виски?! Да ещё две бутылки? – крепко стукнув Джесс в плечо так, что она чуть не выронила одну из бутылок спросил в меру коренастый худощавый темноволосый мужчина одетый в инженерный костюм. – Давай мы разыграем их на двоих, и развлечемся напоследок, мне кажется это будет самым лучшим применением для этих малышек?

– Никак не могу привыкнуть к нему… монотонному скрежету, я просто начинаю засыпать. – встряхнувшись, прижимая голову одной рукой, а другой стараясь удержать бутылки обиженным тоном пробормотала Джесс искоса посмотрев на мужчину.

– Ну, детка потерпи. Ты ведь здесь на пару дней, а я, за столько лет жизни, уже совсем привык к монорельсу. – похлопывая по спине Джесс, ободряюще, пытался поднять настроение весьма назойливый инженер.

– И кстати, раз ты вышла из транса, повторюсь… Моё предложение ещё в силе…– подмигнув шепотом произнес он, наклонившись к уху Джесс.

– Лейтенант Джеймс Салливан, – приказным тоном обратилась она – настоятельно рекомендую прекратить вне уставное поведение. Прошу заметить я так же, как и вы, здесь на задании.

– Тише! Забыла, что ли!? Где ты находишься? У этих ребят слух в десятки раз чувствительнее чем у людей! – подмигнув правым глазом Джеймс шепотом произнес нервно оглядываясь по сторонам. – Всё… Я, тебя прекрасно понял, что было на гражданке то и осталось на гражданке.

Отвернувшись от Лейтенанта Джесс прислонила голову к стеклу монорельсовой капсулы, стараясь сосредоточиться на том, что ждало её в точке назначения. За окном проносились мегалитические сооружения – громадные конструкции из гладких металлических плит, образующие наклонную плоскость под сорока пятиградусным углом. Лишь на самом верху поверхность выравнивалась, формируя плоское плато.

Монорельс, в котором мчалась Джесс, двигался вдоль стены одного из таких зданий. Если приглядеться, на противоположной стороне, подобно кровяным тельцам в сосудах, сновали десятки таких же капсул. Однако расстояние между конструкциями было колоссальным, сравнимым только с глубочайшим каньоном, разделяющим две грани исполинского ущелья. Его стены сплошь состояли из подобных структур, а между ними зияла пустота – бездонная, бескрайняя, теряющаяся где-то вдали. Казалось, этот коридор тянется через всю планету, не имея ни конца, ни края.

Пытаясь погрузиться в обстановку Джесс собравшись с мыслями резко обернулась, прошипев Лейтенанту на ухо: – Я понимаю, маскировка и все дела, но думаю одежды инженера было бы достаточно… Видишь все пялятся на нас! Явно перебор получился с этими сварочными очками и мазутом.

– Как ты сказала, мы здесь оба на работе… а я лейтенант внешней разведки. – еле слышно процедил сквозь зубы Джеймс. – Здесь я, не просто работаю, а живу уже как три года, и лучше знаю, что делать. Очнись уже, здесь рядом нет ни одного человека кроме меня.

Джесс скользнула взглядом по пассажирам монорельсовой капсулы. На миг её охватило облегчение. Хоть кто-то, кроме неё, казалось, держал ситуацию под контролем. Но тут же её пронзил страх, окативший ничем не хуже холодного душа: все, кто находился в вагоне, пристально смотрели в их сторону. Это были далеко не люди. Двуногие, с чертами, напоминающими одновременно кошек и людей, представители очеловеченой кошачьей расы, называемой Ашкетус. К большому удивлению, Джесс некоторые из попутчиков игриво виляли своими хвостами: – Джеймс, а они все пялятся на нас? – озадаченно переспросила она, осознав всю несуразность момента.

– Если честно… они смотрят не на нас, а только на твой отборный вискарь, – усмехнулся он, отстраняя хвост одного из попутчиков, который уже начал обвиваться вокруг плеча Джесс, в попытке приблизиться к бутылкам в её руке. – Раз ты здесь во второй раз напомню, Ашкетусы, прирожденные авантюристы, ловкие, азартные и помешанные на риске. Алкоголь, особенно такого уровня, тут дороже золота и всех запрещенных штук вместе взятых. Но если соберешься с ними связаться, всегда помни: они тактики, а не стратеги. Хитры, как лисы, а если затаят обиду, даже за пустяк отыграются втройне.

– Мог бы и раньше предупредить! – Джесс бросила беглый взгляд по сторонам начав медленно застёгивать лётный комбез, аккуратно укрывая бутылки во внутренние карманы.

– Я пытался… – Лейтенант развел руками. – Но всё произошло так стремительно, так что, прости… я еле штаны успел натянуть.

– Планета контрастов… – нарочито закатив глаза Джесс усмехнулась, игриво подмигнув. – А я-то думала, ты уже привык к таким сюрпризам судьбы…

– Кстати о контрастах… – Джеймс резко перебил её, взмахнув рукой в сторону окна. – Приготовься, сейчас увидишь настоящий кислотный адреналин!

Часть 2. Нижний уровень.

Капсула стремительно летела вглубь мегаструктуры, сменяя за собой монотонные металлические пейзажи, как в одно мгновение бескрайний футуристичный фон сменился ослепительной вспышкой неонового кошмара. Джесс прильнула к окну, словно мотылёк манимый светом ночного фонаря. Это было нечто большее чем просто улица, а целый город… город в городе, пленяющий завораживая своим необузданным живым хаосом. Море пришельцев, слившихся в единый пульсирующий организм двигались в неведомом унисоне. Каждый был винтиком в этом механизме безумия, охваченный тайным ритмом, ритмом идущем не откуда-то из вне, а прямо из недр самой планетарной плоти.

– И да… – Джеймс смачно причмокнул, доставая из перепачканного кармана заветную зубочистку. – Эта улица не только праздника. Здесь смешиваются грязь и шик, работяги вроде меня, Ашкетусы-аферисты и даже сиятельные дворяне с потемневшими аурами.

– Джеймс… – она медленно повернулась, пальцы испуганно сжимали подлокотник, неоновые всполохи маняще играли на её напряженном лице. – Куда. Ты. Меня. Привёз!?

– М-м-м… – он задумчиво зажал зубочистку зубами, почесывая затылок. Его взгляд скользнул по Джесс с игривой мнительностью. – Кажется, это ТЫ мне дала координаты. Или я опять неправильно понял?

– Значит, это то самое место?!

– О, нет, малышка… – его губы растянулись в хищной ухмылке. – Настоящее шоу… будет впереди. И поверь, оно заставит этот неоновый цирк выглядеть скромной ярмаркой.

– Надеюсь, я ещё могу тебе доверять. – протянула Джесс, пристально всматриваясь в реакцию спутника.

– Эй, ты сама попросила тебя сопроводить, и вот я, уже здесь. – с театральным вздохом он расстегнул пару пуговиц комбеза. Оголившаяся кобура штурмовой винтовки блеснула в неоновом свете. – Надеюсь, этот аргумент немного повысит мой кредит доверия?

Монорельс нырнул в темнеющую пустоту мегаструктуры, и картина за окном резко переменилась. Весёлые огни развлекательных кварталов – кабаре, пабов, галактических амфитеатров и забегаловок с межпланетным фастфудом остались позади. Теперь их окружал хаос неонового карнавала.

Ядовито-яркие голограммы полуобнаженных Ашкетушек маняще извивались, затягивая зевак в свои сети. Агрессивная реклама бушевала с трехмерными сценами, вспыхивая прямо в воздухе. Толпа стала плотнее, опаснее, и здесь уже не было наивных искателей удовольствий. Между странными персонажами сновали и те, кто явно искал не развлечений, а жертв. Их взгляды, острые как клинки, сканировали окружение, готовые в любой момент прейти от оценки к действию. Один неверный взгляд и последствия могли стать необратимыми.

– Чувствуешь контраст? – усмехнулся Джеймс, невольно касаясь рукояти винтовки. – Добро пожаловать в настоящий «нижний уровень». Хоть он и находится выше предыдущего, но поверь на слово, здесь он именно так называется… Это единственное место где между Ашкетусами, людьми и кем бы то ни было стёрты все мыслимые и не мыслимые барьеры.

– Я-то думала ты весь в работе в инженерном секторе. – Джесс почувствовала, как где-то глубоко внутри зашевелилось раздражение, и ей язвительно захотелось уколоть Джеймса.

– Ох, вижу, местный колорит тебя выбил из колеи настолько, и ты начала забываться… – Лейтенант нарочито медленно протянул последние слова, заставив Джесс задержать на нём взгляд. Он прекрасно понимал её укор, но сделал вид, будто она сказала это всерьёз. – Я разведчик, детка. Ты правда думаешь, что добываю информацию и нарабатываю контакты, не отрываясь от гаечного ключа? – он усмехнулся, поправляя запачканный рукав. – Да, я чертовски хороший механик, иначе меня бы здесь и близко не держали. Но Ашкетусы… они ленивы до мозга костей. Самый нищий из них скорее умрёт с голоду, чем возьмётся за работу. Предпочитают нанимать людей, тех, кто согласен пахать за миску похлёбки. – его голос стал жёстче: – В моём секторе всего четыре Ашкетуса на руководящих должностях. Остальные три тысячи рабочих, наши: земляне, марсиане, колонисты… Другие расы здесь редкость. Поэтому лучшая маскировка для пришельца, особенно для человека это пот, грязь и вид вечно уставшего работяги. – он наклонился ближе, и в его глазах мелькнула холодная искра: – Вырядись ты в парадный мундир, и о нашем перемещении узнали бы все, включая тех, кому знать об этом не положено.

– С твоей маскировкой всё уже понятно, но почему люди?! – озадаченно спросила Джесс, неловко переводя взгляд на окружающих пассажиров. – Это как вообще работает?

– У Ашкетусов… своеобразная биология. – Джеймс лениво облокотился на спинку сиденья. – К другим расам у них почти физиологическое отторжение, а вот к людям… это да… странная тяга. Правда, проявляется она… ммм… специфично.

– Рабовладельческий инстинкт, ты хотел сказать? – язвительно вставила Джесс.

– Э-э-э… – Джеймс задержал взгляд на заинтересованной пасажирке-Ашкетуске, игриво подмигнув ей, прежде чем продолжить: – Не всё так однозначно. Есть тут… исключения, – он понизил голос, наклоняясь ближе. – в том секторе, куда мы летим, целые смешанные семьи живут. Свои законы, свои правила. И знаешь, что? Их никто не трогает. – его пальцы прочертили линию по запотевшему стеклу. – А уж в высших кругах… Там эта «слабость» к людям, открытый секрет. И если знать, где искать, можно устроить очень… содержательную беседу. – последнюю фразу он произнес с многозначительной ухмылкой.

– А может и не только поговорить… – Джесс с трудом подавила ревнивое подёргивание в уголке глаза, нарочито небрежно поправляя кобуру. – Хорошо, что наша история закончилась на Земле давным-давно, а то я от ревности уже разрядила бы в тебя всю обойму.

Часть 3. Привет Озри или это не наша остановка.

– Ревность опасная штука, правда Озри? – Джеймс обернулся к Ашкетуске, чьи глаза не отрывались от него всю дорогу.

– Мррр-о-дааа… – девушка-кошка вальяжно поднялась и провела когтистыми пальцами по его засаленным волосам, вставая так близко, что её горячее дыхание касалось его кожи. – Кстати, наша остановка.

– Ты… ты её знаешь?! – Джесс резко выпрямилась, рука вновь непроизвольно дернулась по комбезу скрывающему рукоять пистолета.

– Естественно, – Лейтенант легко обнял Озри за гибкую талию, а та прижалась к нему с мурлыкающим смешком. – Ты же не думала, что я пойду на такое дело без надёжного прикрытия?

Озри вальяжно от льнув из объятий Джеймса с позёрской грацией наклонилась к Джесс, и её вертикальные зрачки из игриво тёмных округлых озёр сразу превратились в острые полоски дикой хищницы: – Чего сидишь? Выходи, подруга… – елейный, мурлыкающий голос звучал как мёд с ядом. – Но учти, я хоть и допускаю компанию, но терпеть конкуренцию не стану. Особенно… человеческую. – её когти мягко щёлкнули по обшивке сиденья в полуметре от Джесс.

– Ну ты, как всегда, в своем репертуаре, Джеймс. – не обращая внимания на ревнивый выпад Озри, Джесс покачала головой поднимаясь с сиденья.

– Ох, милая, ты даже не представляешь, какой у него гарем. – Озри хихикнула, нарочито шепча ей прямо в ухо, одновременно подталкивая к выходу. – Слушай внимательно: как только выйдем ни секунды задержки! Шаг влево, шаг вправо, и ты уже трупик. Поняла? Мы идём, ты идёшь. Мы стоим, ты стоишь!

Резкий скрежет тормозов прорезал воздух, капсула дёрнулась, и двери распахнулись, залив салон кроваво-алым светом.

– Что за…?! Это не наша остановка! – зашипела Озри, шерсть на её загривке встала дыбом.

– До нашей ещё сотня метров! – Джеймс высунулся в проём, оценивая обстановку. – Мы зависли на двухстах метрах над жилым кварталом. Кто бы ни устроил этот «приём», снизу он не полезет…

– Что происходит? – Джесс прищурилась, изучая двух оставшихся пассажиров, сжавшихся в дальнем углу. Её пальцы уже взвели курок табельного оружия.

Лейтенант медленно расстегнул комбинезон, металлическая молния игриво журча, отсчитывала секунды. Его пальцы проскользили по штурмовой винтовке, и холодный приклад блеснул в тусклом свете. – Я тебе уже говорил, что здесь свои законы? – его губы тронула томная усмешка, перейдя в резкий оскал. – Ну так вот… на Земле это назвали коррупцией. И похоже, кто-то ещё, про тебя… и твой ценный груз всё же узнал…

Озри вслед за Джеймсом позволила длинному плащу соскользнуть с плеч, и ткань медленно опала, нехотя расставаясь с её формами. Под ним скрывались облегающие тактические хаки, плотно обтягивающие каждый изгиб, и чёрный топ, подчёркивающий плавные линии торса. Ленты патронов, перекрещенные на груди, лишь подчёркивали её соблазнительные изгибы, а у бёдер тяжелые револьверы висели с небрежной грацией, оставаясь продолжением её идеального тела: – Значит, у кого-то… длинные руки, – её голос струился с лёгкой хрипатцой, отдаленно напоминая кошачье шипение заставляя кожу покрываться мурашками. – Капсулу остановили, не уничтожили. А такое… – лёгким движением рук она взвела оба револьвера в боевой режим, – возможно только с пульта управления. И поверь мне… там случайные Ашкетусы не работают.

Лейтенант задумчиво скользнул пальцами по щетине, пробежав взглядом по грациозному силуэту Озри: – Два варианта… – он слегка наклонил голову пытаясь взвесить каждое слово. – Либо нам вежливо намекают на выход, либо… нас уже пригласили на приватную вечеринку. Без права на отказ!

Джесс сделала шаг к дверному проёму всматриваясь в пустоту, её хрупкий силуэт вырисовывался в полумраке тая в себе стойкую неумолимость ветерана войны: – Ни тот ни другой вариант меня не устраивает. Будем делать свой сценарий… Поднимемся выше, своим ходом!

– Смотри-ка! – игриво промурлыкав Озри плавно провела пальцем вверх вдоль монорельса.

Лейтенант рефлекторно вскинул винтовку. Ствол чётко лёг на линию движения серебристой точки: – Встречная капсула! – его пальцы нервно дёрнули затвор. – Чёрт, это же бойцы Махона!

Джесс в недоумении метнула взгляд между друзьями: – Что ещё за Махон?!

Часть 4. Его Величество Махон.

Озри перекатилась за укрытие, вскинув оба револьвера в сторону незваных гостей: – Это всё объясняет! Так грубо Ашкетусы никогда бы не действовали. Если вступим в перестрелку это будет означать дипломатический кризис… в итоге нас наши и сдадут!

– Нет, Джесс. Наверх мы не идём… – Лейтенант, подойдя к открытой двери высунул винтовку. В миг раздался металлический лязг затвора, и пуля вонзилась в тормозной механизм монорельса выбив добрую копну искр.

Звонкую тишину от выстрела разорвал оглушительный скрежет. Медленно и неумолимо под своим весом капсула поползла назад, туда к нижнему уровню откуда уже можно было расслышать шум толпы и оживлённую улицу.

– У нас и так времени в обрез! А теперь ещё и это! Объясните, наконец, что здесь происходит?! – срывающимся голосом выкрикнула Джесс, крепко сжимая рукоять револьвера.

Озри бросила ленивый взгляд в сторону Джесс, и её губы тронула едва заметная ухмылка: – Наверх своим ходом не пробраться, милая. Между уровнями многослойная лазерная сетка. А, как ты сама знаешь, Ашкетусы ещё те прохвосты. Если бы переходы не охранялись, они бы уже полакомились всем что плохо там лежит. – глубоко вздохнув Озри выдержала неловкую паузу. – Защиту преодолевают только монорельсовые капсулы… и спец-челноки.

– Что за…?! – только и успела выкрикнуть Джесс, как всех резко швырнуло к противоположному концу капсулы попутно сбив двух оставшихся пассажиров со страхом наблюдающих за происходящем.

Скрежет металла сдавил ушные перепонки, и капсула едва начав набирать скорость резко замерла, словно наткнувшись на невидимую стену. Первая пришедшая мысль в голову Джесс была: – Хорошо, что, не взрыв…

Осмотревшись по сторонам, лишь остановив взгляд на самом начале капсулы от оптимизма Джесс не осталось и следа.

Панорамное лобовое стекло было пробито насквозь. Из его дыры виднелся впившийся массивный штурмовой крюк, его стальные когти с такой силой вгрызались в корпус, что металл прогибался наружу, образуя уродливую вмятину.

– Крюк выпущен из встречной капсулы! Она стремительно летит на сближение! – Джеймс взвёл дуло винтовки целясь прямо на точку крепления захвата: – Ублюдки, – щурясь в прицел прошипел Лейтенант, плавно опуская палец на спусковой крючок. – я им покажу, с кем связались. Одна очередь, и этот хлам полетит вниз вместе с…

Озри резко рванулась вперёд, ладонью ударив по стволу, выбив его в сторону: – Нельзя! Мы уже слишком близко к нижнему ярусу! Выстрелы услышат и увидят все, и тогда нам не скрыться!

– Ложись! – резко скомандовал Лейтенант, толкая Джесс с Озри на пол, накрывая их своим телом как щитом, и в этот момент очередной удар потряс капсулу. Лобовое стекло осыпавшись дождём по полу и сиденьям, рассыпалось на осколки.

Вслед за стеклянным треском послышался томный металлический лязг. С каждой секундой, звуча всё ближе, он был ритмичным, ровным, неколебимым, и его уже ни с чем иным нельзя было спутать. Теперь Джеймс точно знал, так могли только скрипеть грузные шаги, облачённые в массивную броню. Собравшись к смертельному рывку он, взял всю волю в кулак… и обернулся.

Перед ним стоял не человек и не боец… это была целая скала из цельного металла переливаясь маслянистыми оттенками под моргающим разбитым освещением капсулы. В два метра в высоту и столько же в ширину, боец Махона заполнял собой весь проход, едва умещаясь в капсуле. В одной руке он держал мотоблок-транспортер, ещё дымящийся от недавнего прыжка, и к удивлению Джеймса, у него не было привычного оружия. Вторая же рука исполина крепко сжимала массивную складную дубинку оставляющую за собой голубоватый след от нервно потрескивающего электричества.

У Джеймса была лишь пол секунды на принятие непростого решения, от которого зависела не только его собственная жизнь… и он ей воспользовался…

Резким движением его рука скользнула по гладко-бархатистому колену Озри, и с грациозной нежностью пробежав до её бедер он, выхватил один из заряженных револьверов дикой кошки, с пол оборота выкинув серию смертоносных зарядов в сторону неприятеля.

Не было ни вспышки, ни искр, а лишь оглушительный хлопок, выбивший остатки стекла из капсулы по обе стороны. Едва вырвавшись из револьвера копна яростных сверчков в миг накинулась на многослойную броню с диким аппетитом вгрызаясь в каждый её миллиметр. Один из зарядов пробив кинетический щит ударился прямо о шлем бойца, рассыпавшись на плазменную пыльцу, он сумел смять его как жестяную банку из-под содовой, сбросив прочь с головы солдата.

Обнажённое, искривлённое болью лицо оказалось ничем иным как огромной барсучьей мордой с узнаваемыми чертами гризли. Маленькие чёрные глазки иступляюще смотрели прямо на Джеймса, неистово пытаясь зажмуриться. Боец Махона замер… и его веки всё же дрогнули. Он без сознания обрушился на двое своих исполинских колен, вслед рухнув лицом в пол, не издав ни звука.

Отбросив револьвер Лейтенант попытался дотянуться до своего оружия и замер. Его пальцы застыли прямо на прикладе, почти касаясь холодного металла винтовки, когда воздух за его спиной наполнился бархатистым баритоном: – А вот этого я, вам, крайне не рекомендую делать, молодой человек.

Часть 5. Господин Посол.

Подле руки Джеймса аккуратно стояла пара отполированных до зеркального блеска мужских туфлей. Поднимая голову выше, его взгляд шел вдоль белых полосатых идеально выглаженных брюк, переходящих в статный жилет с таким же узором, и всю эту эстетику венчала изрядно странная голова хозяина, а вернее совсем необычного существа.

По человеческим меркам оно было среднего роста, а идеально сидящий на нём костюм был изрядно точной копией элегантного костюма-тройки, отдавая шиком времён Алькапоне. Весь образ завершала черно-белая шляпа стэтсон, странного ковбойского фасона, придавая вычурной брутальности Дикого Запада, и всё бы да ничего, только вот было одно… НО! Перед Джеймсом стоял самый настоящий барсук!

– О, господин посол… – Джеймс медленно поднимаясь с колен, чувствовал, как каждое движение давалось ему с трудом. Едва сдерживая почтительность в голосе, он старался всеми силами скрыть в глубине глаз всё ещё тлеющие искры сопротивления. – Вы нас реши почтить своим присутствием?

– О, я вас уверяю… если вы сейчас выстрелите это будет последним действием, которое вы сможете сделать в этой жизни. – также спокойно продолжил посол переведя взгляд на Джесс, держащую револьвер нацеленный в его сторону.

Посол неспешно поправил перчатку, продолжая тем же ровным тоном: – Я так и знал, что вам захочется пошуметь. Поэтому… как видите приказал остановить вас. Как только мне сообщили о вашем решении спускаться на капсуле, я лично решил прилететь к вам на своём челноке. – его взгляд скользнул по каждому, прежде чем остановиться на Джесс: – Надеюсь после всего каламбура, и всего этого спектакля варварской жестокости… ваш ценный груз остался невредим?

Джеймс чувствовал, как сжималась каждая мышца в его теле, он кинул быстрый взгляд в сторону Джесс махнув головой в сторону, в надежде что она всё поймёт привильно.

– Да вы, наверное, издеваетесь?! – Джесс медленно отвела револьвер положив его на пол, озадаченно пробежавшись взглядом по всей компании.

И не заставив долго ждать её пальцы дрогнули, молния с металлическим шелестом, расстегнула комбез, укромно скрывающий две бутылки земного виски. Она слегка приоткрыла карманы, аккуратно показывая спрятанное сокровище: – Неужели весь цирк из-за двух бутылок Земного пойла?!

– О дорогуша! – посол мягко рассмеялся, поправляя перчаткой поля шляпы. – Сразу видно, вы в нашем мире совсем… мягко выражаясь… дилетант. Увы, для нас такие бутылочки, скромно томящиеся под вашей красивой грудью, не просто предмет, а предмет весьма… пикантного спора. Я бы сказал, даже неотъемлемая часть сделки между мной и нашими общими друзьями Ашкетусами.

Легко взмахнув тростью посол выдержал паузу, пристально всматриваясь в их реакции прежде чем продолжить: – Поэтому вот как мы с вами поступим. Я закрою глаза на инцидент с моим подчинённым, а вы тихонечко проследуете в мой челнок. Я доставлю вас туда, куда вы и собирались попасть, только без вашего драгоценного груза. Я думаю это будет весьма справедливо, не правда ли?

Озри одобряюще кивнула головой, помогая Джесс подняться: – Не льсти себе, полосатый! У нас не было выбора… – её пальцы крепко сжимали локоть Джесс, пока другой рукой она прятала револьвер в кобуру.

Увидев единодушное согласие посол Махонов, широко улыбнулся, обнажив ряд острых зубов, с аристократической грацией стукнул своей тростью об металлический дверной проём приглашая жестом на зависший у входа челнок: – Ну что же, тогда милости прошу.

Джесс, пропустив вперёд друзей, вдруг обернулась: – А вы… не с нами?

Барсук загадочно подмигнул, поправляя галстук: – О, мне ещё нужно разобраться с вашими… последствиями. Не беспокойтесь, встретимся наверху. – его трость легонько толкнула Джесс в спину, подталкивая к челноку.

Она сделала шаг ко входу, и перед её глазами возникла странная картина: Джеймс с Озри уже расположились в глубоких кожаных креслах, их позы были расслаблены, а взгляды, брошенные в её сторону, казалось, излучали спокойную уверенность: – Здесь что-то не так. – проскользнуло у неё в голове. Но вместо облегчения Джесс почувствовала, как что-то ударило её прямо в грудь, и сердце тут же забилось в незримой гонке, а в груди заструилось тревожное тепло.

Вдруг воздух вокруг вспыхнул жаром заискрившись сотнями тысяч искорок. Тонкие, почти невидимые всполохи света пронизывали её кожу, вырываясь из-под ногтей осыпались на пол мерцающими каплями. Они падали, превращаясь в крошечных светлячков, тут же вспыхивая и оставляя после себя лишь дымчатый след, втягивающийся обратно в её тело.

Джесс всё же сделала шаг вперёд, и замерла на пороге. Её руки дрожали робко, сжимая расстёгнутую куртку комбеза. Бутылки внезапно показались невыносимо тяжёлыми, и одной рукой она медленно стянула верхнюю часть одежды, обнажив плечи, а другой провела по коже, словно пытаясь ощутить, реально ли всё это. Пальцы дрожа скользили по предплечьям, плечам, ключицам, и везде от прикосновения, оставляли едва заметные мерцающие дорожки.

– Дорогуша, с вами всё в порядке? – голос посла звучал где-то очень близко, но в то же время доносился будто из-под воды. И прежде чем Джесс успела ответить, его лапа легла ей на плечо.

Боль, острая, пронизывающая. Каждый волосок барсука впивался в её кожу тысячами игл. Её нервы взорвались, нет, кричали тревогой, а зрачки расширились, и в горле пересохло. От резкой боли Джесс выронила куртку комбеза вниз прямо в пролёт между монорельсовой капсулой и челноком: – А ведь именно этот пролёт ей нужно будет сейчас перепрыгнуть. – пронеслось в её сознании.

– Не трогайте меня. – тихо прошептала она, бросив ледяной взгляд на услужливого посла, заставив того в миг подняв лапы спешно отойти на пару шагов.

– Хорошо, хорошо, больше не буду. – одобрительно кивнул он, не отводя свои чёрные глазки, продолжая пристально изучать Джесс.

Повернувшись к челноку, застыв в оцепенении, она могла лишь наблюдать, как те самые мерцающие светлячки, вырвавшись из-под её кожи, огромным роем заполняли каюту, пробираясь в нос и под ногти Джеймса с Озри. Джесс зажмурилась что было сил, в надежде развидеть увиденное. Собравшись с силами, она всё же решилась, и выкинула ногу вперед. Между ней, челноком и пропастью было лишь одно мгновение, в миг поглотившее её. Как тут же она сгруппировавшись замысловатым образом, калачиком провалилась в пролёт между капсулой и челноком.

– Вы Земляне совсем психи?! – фыркнул посол подбежав к краю с нечеловеческой прытью, его лапа выбросилась вперёд, но успела только схватить воздух, и только белая шляпа, сорвавшись с его головы кружась в пустоте, как падающий лист последовала за Джесс.

Джеймс с Озри мигом подбежали к открытой двери челнока, но было уже поздно… Прямо на их глазах недвижимое тело превратилась в маленькую точку, ускользающую со стремительной скоростью там, где-то в глубинах жилого сектора. И видно было только раздувшееся облако пыли от удара об крышу одного из зданий.

Силуэт посла сжался в прискорбной агонии, стоя на коленях у края, его лапы по-прежнему сжимали пустоту. Впервые за всю встречу его голос дрогнул: – …Чёрт. Ну что уставились?! Здесь вы оба без неё мне больше не нужны! – нервно задыхаясь переходя на шипение он не отводил взгляда с того самого места куда упала Джесс. – Везти я вас дальше никуда не собираюсь… только вниз…

Эпизод 2. Человечней человечного.

Часть 1. Стрекотание и цокот.

Джесс без устали моргала, но темнота, горячая, липкая, густая была и там, и тут, полностью поглощая всё её существо. Из мрака доносились стрекотание и цокот, цокот и стрекотание сопровождаясь постоянным треском, пробираясь через перепонки прямо в мозг. Она могла лишь чувствовать, как пот стекал по вискам, смешиваясь с пылью, оставляя солёные дорожки на губах, а воздух был настолько густым, что от влажности каждый вдох обжигал лёгкие кипятком. И всё это сопровождалось нескончаемым жужжащим гулом, сквозь который пробивались столь знакомые слова из прошлой жизни: «Арнитонус… Амазонка, Арнитонус… Амазонка»

– Арнитонус… Амазонка – Джесс повторила их в слух, и сквозь царивший мрак образы из памяти начинали лениво оживать, напоминая о специальной операции на Арнитонусе, далекой тропической планете с бунтующими нравами, и спец подготовку в тропиках Амазонки Земли. Память услужливо подкидывала яркие всплески зелени, чувства удушающей жары тренировочного лагеря, и неистовый смех инструкторов, над курсантами в полной десантной разгрузке, застрявшими в тягучих болотах.

– Но здесь нет инструкторов! – выкрикнула Джесс в моменте обрывая игры разума. – Здесь только влажный воздух! И ничего кроме… этих звуков!

Сквозь череду неудавшихся попыток расшевелиться, она поняла… её руки были связаны, а глаза сдавливала тугая повязка, не пропуская даже намёк на лучик света. Стоило ей осознать своё положение, как всё мельтешение прекратилось, оставив в далеке едва уловимый шум… шум роя диких пчёл.

Из глубин странного шума пробивался не менее настораживающий диалог. Он звучал на вполне понятном для неё языке, за исключением только одной детали… Все голоса звенели на высоких тонах… они были искажены, ностальгически подражая мультяшным персонажам. Интонации звучали почти по-детски, и в то же время пугающе искусственно.

– Видишь, видишь, она проснулась… цок, цок.

– Она должна была дольше спать… ей нужно восстановиться… клац, клац.

– Тише! Она вас слышит… Нельзя… У неё уже совсем… мало времени… шушек, шушек.

– Давай же… развяжи её. Развяжи! Цок… цок.

– Сейчас… шушек, шушек.

Джесс почувствовала, лёгкое едва холодное прикосновение. Что-то коснулось её запястий, и путы неожиданно ослабли, мягко соскользнув на пол. Следом упавшая повязка впустила мягкий приглушенный свет, освещая размытый пейзаж, словно сквозь толщу мутной воды. Пока она отчаянно пыталась проморгаться… в голове созрел дерзкий план: – Резкий рывок, удар с разворота, как тренировали в Академии....

Но стоило Джесс сделать движение, как вместо стремительного удара тело неуклюже перекатилось, свалившись на что-то твёрдое всем весом припечатав лицом о тёмную поверхность без единого шанса и сил пошевелить даже мизинцем: – М-да, а план то был хорош. – промелькнула лёгкая самоирония, растворившись в онемении мышц и жутком зуде.

– Ну давай же… переверни её, переверни… цок, цок, цок.

– Ты меня слышишь? Постарайся не испугаться… шушек, я буду медленно тебя переворачивать… шушек.

Джесс ощутила, как что-то холодное обхватило её плечо, медленно переворачивая на спину. Она зажмурилась, с трепетом и опаской приоткрывая веки. Мир неумолимо плыл вокруг, то раздваивался, а порой и вовсе троился, превращаясь в дикий калейдоскоп кривого зеркала.

– Это какой-то сюр! – выкрикнула она изо всех сил, но её голос прозвучал странно громко в собственных ушах, а слова растягивались, пытаясь пройти сквозь густой кисель, заполняющий её перепонки.

Из темноты, прямо где-то позади неё раздалось ответное: – Сюр… сюр… сюр… Что такое сюр? Цок… цок. – такой звук нельзя было спутать ни с чем, он потрескивал как крылья диких сверчков, но на удивление Джесс складывался в привычные слова.

– Да блииин! – снова простонала она, утопая в какофонии мельтешащих образов. – Я не могу сфокусироваться! – она отчаянно пыталась поймать взглядом светильник, нервно болтающийся под потолком, но тот упрямо ускользал, оставляя за собой пару таких же непосед… следом три, а потом и вовсе шесть мерцающих кругов, заигрывающе застывших в танце перед её взором.

Часть 2. Не жуки!

Не успев прийти в себя Джесс погрузилась в пронзительное ощущение холода, идущее от поверхности, из-под её спины. К несчастью, оно было лишь робким отголоском по сравнению с тем, что она увидела сквозь дымку нескончаемой игры калейдоскопа.

Вначале проявилась огромная треугольная голова, потом за ней возник другой силуэт. Он был массивным, грузным с очень маленькой неказистой головой, утопленной в увесистой тушке. Образы весьма необычных существ не походили ни на один из известных гуманоидных видов, а движения вовсе были резки и неуклюжи.

Сумев собрать взгляд в кучу, как первым за что он зацепился были тонкие трубчатые усики, склонившиеся над её лицом. Они игриво вздрагивали при каждом вздохе, назойливо шевелясь словно сканируя её. Едва присмотревшись, она смогла разглядеть их владельца. Это был самый настоящий богомол гигант, его огромные фасеточные глаза пристально всматриваясь в Джесс переливались изумрудными оттенками.

А, по соседству с ним находилось другое, ещё большее в размерах существо, всем видом напоминая огромную сороконожку. Его хитиновые скорлупки блестели, отражая тусклый свет помещения, а сотни лапок плавно в такт перебирали воздух, гипнотизируя внимание Джесс.

Но больше всего её удивил третий силуэт, скромно таящийся между первыми двумя. То создание было другим, хоть его образ вызывал не меньше ассоциаций, но больше всего походил на огромного майского жука. Массивный округлый панцирь переливался тёмно-синими бликами, а маленькую голову, укрывали за собой огромные очки с толстыми линзами, неприлично увеличивая чёрные, почти бездонные пупырчатые глаза.

– Ну зашибись! Только жуков мне здесь не хватало! – неестественно громко пробурчала Джесс.

Жукоподобное существо поправив очки одной из передних лапок, в миг возмущенно отозвалось: – Извините, извините. Мы не жуки… клац… клац. – его слова звучали чётко. К большому удивление даже очень понятно, хоть и с механическим акцентом. Чего уж точно не могла не заметить Джесс, так-то, как каждое предложение заканчивалось странными щелчками.

– Да… да… мы Инсектоды… цок… цок. – кивая ответила сороконожка.

– Тогда я подозреваю ты хочешь спросить почему ты здесь? – наклонившись к Джесс прощебетал большой жук.

– Как… как я вас вообще могу слышать?! – еле выдавила из себя Джесс почти не ощущая мышц языка.

– Х, ха-ха… цок… цок! Ох уж этот человеческий юмор!

Часть 3. Трансцендентность.

– Ну прежде всего мы хотели говорить… клац, клац. – продолжил большой жук. – И пока мы не начали ты должна увидеть это в первую очередь.

– Увидеть, что?!

– Ответ на твой вопрос… вот, вот… это. – подхватил богомол, медленно протягивая короткой лапкой небольшое зеркальце к лицу Джесс.

– Что там… – нервно переспросила она.

– Там ты… моя дорогуша. Клац-клац!

– Ктоооо? – испуганно прошипела она, и замерла.

Её дыхание задрожало, голову сковала назойливая пульсация, а связки в миг окаменели не в силах выдавить ни единого звука.

Из маленького зеркальца смотрело нечто невозможное! Оно неумолимо преследовало Джесс следуя каждому её движению. Она моргнула и… четыре пары огромных, сферических фасеточных глаз синхронно закрылись тонкими полупрозрачными веками с мелкими ресничками по краям!

Джесс бессознательно подняла руку… но увы, нет…

Это была уже не рука, а сегментированная конечность с хитиновыми сочленениями вытянутая в попытке дотронутся до её лица.

– Ааааа. – Джесс изо всех сил пыталась закричать, но её видоизменённая голосовая щель, лишь издавала странный, вибрирующий писк, уже явно идущий не из человеческих связок.

Большой жук степенно ближе наклонился к ней: – Ну что ж. – его голос теперь звучал в её сознании с кристальной ясностью. – С вашего позволения, я продолжу… То, что вы сейчас видите в зеркале, у нас называется трансцендентностью.

– Очкастый, что ты сделал с моим телом?! – панически защебетала Джесс.

– Вот и я об этом… смотрите… Там на соседней лежанке находится ваше тело. И хочу заметить цело, невредимо и… комфортно себя чувствует, я бы сказал даже видит десятый сон.

Повернув голову Джесс замерла, это было необъяснимое чувство… она ощущала странную двойственность… Её взгляд метался между двумя медицинскими столами, до последнего, не веря в происходящее… Ведь там, действительно лежала она, а вернее лишь недвижимое, спящее крепким сном тело, подле которого стояли те самые злополучные бутылки.

– Если я и там, и здесь одновременно?! Как? Кааак?.. – прошептала она растерянным голосом, не отрывая взгляда от своего спящего тела.

Жук-учёный неторопливо протерев очки продолжил, и его хитиновые надкрылья мягко вздрогнули: – Как я и говорил… Это называется трансцендентность. Вы, а именно ваше тело спокойно спит, а сознание находится в нашей дорогой подруге… медиуме. Она отдала не только своё тело, но и часть сознания в жертву. И всё ради того, чтобы вы смогли с нами говорить.

– Но почему именно я!? Зачем… – голос Джесс уже звучал неузнаваемо, походя на сочетание ультразвуковых щелчков и вибраций.

И в воздухе повисла пауза.

Часть 4. Пари.

Томно вздохнув, жук кивнул головой к потолку, окидывая взглядом всё помещение: – Увы здесь лишь некоторые Ашкетусы могут улавливать нашу речь, и то эти немногие очень редки и живут как изгои далеко за пределами полисов… Кхм…

– Сейчас не об этом… Хватииит… лекций… ближе к делу цок… цок… – возмущенно прошипела сороконожка.

– О вашем визите на планету… и грузе… – прострекотал жук, недовольно махнув лапой в сторону прервавшего рассказ собрата. – Видите ли, мы совершенно случайно узнали… как и то, что те, с кем вы хотите встретится разыграли своего рода пари. Игру, если так, можно сказать. Каждый сделал свои ставки, по той мере которую он может предложить, и той мере которой нет у кого бы то ни было ещё.

– Это всё увлекательно… но подождите?! Что?! Мои друзья… знали? И они… сделали ставки на меня? – перебила Джесс.

Жук томно вздохнул, сделав шаг назад: – Не совсем так. Они сделали ставки на исход вашей миссии в целом. Ваш путь к цели стал… предметом своеобразного соревнования между влиятельными сторонами, а вы подопытной мышкой, бегущей в лабиринте. Кстати сейчас те, кого вы называете друзьями даже не шевелились чтобы вас найти. Наверное, вы думаете, что с орбиты планеты будут отслеживать ваш маячок. Сразу сообщу, здесь его сигнал не работает.

– А где же мы?! Мы точно на Ашкоре?! – испуганно спросила Джесс.

– Конечно! И даже более того мы не покидали этой холодной структуры где так любят жить эти ленивые кошки. Мы в месте называемым межуровневым пространством. Здесь всё покрыто нашей хитиновой слизью, она и глушит радио частоты…

– Джеймс… Озри… Неужели они… предали меня? – в голосе Джесс снова и снова звучало недоумение.

– У них на кону стоит небольшой скоростной корабль для межгалактических перелётов. Твой друг, хоть и твердит, что служит разведке, на самом деле мечтает одним рывком сорваться с этого мира, и раствориться среди звёзд чтобы его больше никто не нашёл. Но дело не в нём. Дело только в тебе моя дорогуша, и конечно в нас.

– Тогда чего вы хотите? – пробормотала Джесс.

– Вопрос не совсем корректный. То, что нужно нам, тебе недоступно. Зато мы знаем, чего хочешь ты, и готовы это дать. Взамен тебе лишь потребуется отправиться с нами на одну встречу.

– Я же здесь наверняка не для того чтобы разгадывать шарады?! – Джесс всматривалась в собеседника, пытаясь разгадать подвох, но всё это было слишком странно, походя больше на сон за гранью реальности.

– Сейчас вы пытаетесь осмыслить то, что вам не под силу. Здесь нет логики, по крайней мере, человеческой… Те, кто вас ждёт, они же и затеяли эту игру. Они Ашкетусы, мыслят иначе. Их мотивы чужды людям, а играют они с вами, как коты с мышью перед тем, как съесть. Суть пари проста: тот, кто доставит вас к ним первым, получит всё, что поставили на кон остальные. Или же победитель сможет забрать у проигравших то, чего у него нет.

– Кажется, я начинаю понимать…

– Вам нужно яйцо-личинка… детёныш Октопендруса. Гигантское насекомоподобное, обитает только в дикой природе этой планеты. По размерам как ваши земные киты, только живёт под землёй, и напоминает червя-сороконожку. Мы можем дать вам не одно такое яйцо, а все сорок. Всё, что от вас требуется, позволить нам вас сопроводить. Вы ведь ничего не теряете.

– Звучит разумно… – задумчиво кивнула Джесс. – Но только у меня есть три условия. Первое: вы объясняете, что со мной произошло. Второе: яйца должны быть помещены в бутылку с определённым составом, что сделает их хитиновую оболочку невидимой. И третье, вы немедленно возвращаете меня в моё тело!

– Справедливо. – прострекотал жук, его хитиновый панцирь мерцал в такт покачивающимся движениям головы. – Но история началась гораздо раньше вашего прибытия: Как только мы узнали о пари, всё изменилось. Наш медиум, да, та самая, в чьём сознании вы сейчас пребываете уловила мысленные сигнатуры, витающие в пространстве. Они были… тревожными. Тогда мы поняли, игра уже запущена, а ставкой в ней были – вы моя дорогая.

Жук на мгновение затих, вдумчиво всматриваясь в недвижимое тело Джесс на соседнем столе, словно вспоминая что-то очень важное:

– Махоны… Они планировали остановить ваш монорельс. Прямо перед обрывом. Мы не могли вмешаться открыто, пришлось действовать тоньше. Наш медиум на долю секунды прорвался в сознание оператора, заставив его ударить по тормозам чуть раньше, чем они рассчитывали:

Но это было только начало.

Нужно было, чтобы вы спрыгнули в нужном месте. Однако ваш друг, ох уж и отчаянный тип, всё же решился сдвинуть её вниз повредив капсулу. К сожалению, мы этого не предполагали. Вы бы разбились… если бы не два фактора.

Во-первых, ваше тело ещё адаптировалось к атмосфере. Вы буквально спали на ходу, ваше сознание было податливым. Во-вторых… – мандибулы жука дрогнули в подобии улыбки. – наш медиум уже начала синхронизацию.

Те «искры» и «светлячки», что вы видели… Это была она. Постепенно подчиняя ваше восприятие, она отключила вам сознание в критический момент успешно перехватив управление телом.

А дальше… полёт.

Вы падали со скоростью метеора. Нам пришлось буквально ловить вас в воздухе, маневрируя так, чтобы вы рухнули прямо на крышу-голограмму – вход в межуровневый туннель. Всё благодаря нашим крылатым союзникам, сумевшим вас подхватить …

Но самое сложное было впереди. Трансценденция. Перенос сознания в чужое тело, даже на несколько часов, это не прогулка по саду.

– Надо быстрее возвращать её… ш-ш-шушек… – забеспокоился вновь подошедший богомол, нервно потира передние лапки. – Такой глубины контакт сознаний может разорвать её личность.

– Что?! – Джесс резко дёрнулась, заметив краем глаза, как несколько жучков ростом по колено осторожно уносили одну из её бутылок. – Мы же договорились! Что они делают?!

– Клац-клац… – стрекочуще рассмеялся жук, слегка разворачиваясь. – Спокойно, спокойно. Наши малыши уже знают условия. Они аккуратно упакуют яйца, не пролив ни капли твоего «драгоценного нектара».

– Не волнуйся… шушек, шушек. – подхватил богомол, брезгливо морщась. – Ваш напиток, для нас просто горькая вода. А вот если бы у тебя было что-нибудь сладенькое… ммм…

– Сладости? – внезапно прошипел новый голос.

С потолка словно тень, сползла гигантская сороконожка. Её сегментированное тело волнообразно изгибалось, заполняя пространство комнаты, а множество ножек цок-цокали по поверхности, прощупывая воздух на запах сахара: – Кто упомянул… сладкое? – её фасеточные глаза сверкнули, выискивая источник соблазна.

– Ш-шушек! Нет, нет, просто… разговор! – засуетился богомол, нервно отступая к Джесс. – А сейчас нам нужно снова… э-э-э… ограничить твой обзор. Для процедуры возврата…

– Но я… – Джесс даже не успела закончить фразу, как богомол вспыхнул резким движением, и все четыре лапы синхронно накинулись на неё. Мгновение, и светонепроницаемая повязка плотно обтянула голову медиума, погружая Джесс во мрак.

Часть 5. Сделка.

Стоило темноте поглотить её взор, как внезапно Джесс увидела яркую вспышку. Пелена света быстро сжалась в узкий туннель, втягивая в себя всю её целиком и без остатка. Великая пустота окутала её, погрузив в нескончаемый океан тишины.

Ни звука, ни ощущений. В одно мгновение всё испарилось. Сознание зависло в космическом вакууме, и тогда Джесс охватила паника.

Она была дикой, совсем первобытной, но единственной из всех ощущений… Инстинкт с надрывом где-то в груди кричал: – БЕГИ!

Но бежать было некуда…

Покорившись шторму, она ощутила, как неистовое чувство в миг испарилось, оставив после себя вполне осязаемую боль пронзившую лобную часть. Она была настолько внезапной, что от тяжести век не осталось и следа. А, открывшиеся глаза в моменте перенесли её на тот самый медицинский стол в тусклом свете нервно болтающейся лампы.

– Д-джу… то есть, дорогая, вы в порядке? Клац-клац… – над её лицом склонился большой жук, мандибулы нервно подрагивали.

– Что, что со мной только что произошло… – схватившись обеими руками за голову спросила Джесс пристально всматриваясь в двух жуков, стоящих перед ней.

– О, это просто… небольшой скачок давления! Клац! О милая, вы резко подскочили и бам! Лампа! Клац-клац.

Джесс судорожно прижимала ладонь к груди, ощущая бешеную дробь сердца, казалось, оно вот-вот разорвёт рёбра и выбежит прочь: – Это не просто страх… – пронеслось в голове Джесс.

Она резко запрокинула голову и застыла, видя, как пляшущие янтарные блики от бутылки виски игриво скакали по сотням крылатых жуков, облепивших весь, потолок, словно живая мозаика. Потолок неистово шевелился, в унисон передавая по цепочке её сокровище.

– Клац-клац! – очкастый жук поднял мандибулу в успокаивающем жесте. – Не переживай! Формула соблюдена: сорок яиц, плюс ноль процентов потерь жидкости.

Сороконожка тут же волной обтекла стол, склонившись к уху Джесс: – И я лично отнесу тебя к тем, с кем ты хотела встретиться… цок, цок. – дополнила она.

Джесс медленно провела ладонью по лицу, пытаясь насладиться ощущением, проверяя своё ли оно: – Подождите… Если я уже не в теле медиума, как я вас понимаю?!

Богомол постучал серповидными лапами по полу: – М-ш-ш-шек… Это остаточный резонанс сознания. Как эхо в пещере есть, но уже затухает. Оно сохраняется какое-то время между медиумом и контактёром, но совсем короткое время… шушек.

Сороконожка стремительно взметнулась вверх, её сотня лапок синхронно зажурчала: – Цок-цок, связь рвётся… Нам нужно спешить!

Раздался сильный толчок, потом ещё и ещё. Металлическая обшивка стен завопила неистовым скрежетом гневно выплёвывая заклепки одну за другой. Немыслимая дрожь, обрушила с потолка снопы пыли и кучи мелких жучков, безнадежно цепляясь друг за друга они продолжали осыпаться дождем.

Большой жук едва успел ловко поймать падающую бутылку попутно вложив её в дрожащие руки Джесс: – Клац-клац… Дорогая, у тебя есть ещё одна важная роль в этой игре. Пока связь не прервалась… ты поможешь нам… ты всё переведёшь что мы скажем. Ты мост между нами и теми, кто тебя ждёт.

– Ш-ш-шук-шук! – богомол в панике застучал лапами по металлическому столу, его глаза бешено бегали из стороны в сторону. – Это Махоны! Они уже здесь! Они пробили голограмму на крыше! Они ищут тебя! Они уже нашли нашу уловку! Они ищут проход! Шушек! Время неуууумолимо сгорает с каждой секундой! Быстрее! Быстрее! Шушек!

Потолок снова содрогнулся, и струйки пыли ручейками потекли вниз из лопнувших швов обшивки. Вслед за мощным толчком, уже где-то совсем близко послышался глухой звук, спутать который нельзя было ни с чем… это был звук взрыва.

– Погоди… клац, клац. – подняв большую лапу очкастый жук медленно отодвинул богомола. – Не пугай девочку, разве не видишь, она и так не совсем в себе… клац.

– Прижми бутылки как можно плотнее… цок, цок. – сороконожка перебила жука. – То, о чём сказала, это тебе не, надо думать. Я же сказала, что доставлю тебя ку-да… на-до…цок, цок.

Раздался очередной взрыв, прокатившись оглушительным, разрывающим тишину хлопком вдоль всего коридора, он словно лёд разбил стены из хитиновой слюды, сложив их как карточный домик. Кроваво-алые световые шашки рухнули на пол. Их пульсирующий свет осветил рой перепуганных жуков, взметнувшихся в воздух словно чёрный живой пепел.

– Клац… дорогуша. – необычно резко повернулся большой жук, по его панцирю бежало алое зарево. – Похоже, мой друг прав… Времени не осталось…

В следующее мгновение сороконожка со скоростью молнии накинулась на Джесс обвивая её своим телом с головы до ног. Хитиновые кольца сжались с неожиданной нежностью, но непреодолимой силой: – Закрой глаза… цок, цок. – прострекотала она.

Джесс обернулась в пол оборота, провожая взглядом жука в очках и его верного друга богомола, суетливо перебирающего лапками над другим медицинским столом где, лежало его уменьшенное подобие, та самая медиум, с плотной повязкой, закрывающей фасеточные глаза. Его хитиновое брюшко едва заметно вздымалось в такт неровному дыханию. В то время как прямо за их спинами по десантным тросам, как пауки, спускались массивные тени. Их силуэты искажались в дрожащем свете, но она ясно видела это были не просто солдаты, а настоящие убийцы.

Холодный ужас сковал всё её тело… но ненадолго.

Мир медленно начал терять очертания. Нечто мягкое и упругое, словно живая ткань, неожиданно нежно укрыло её голову, погружая в тёплую негу, и она инстинктивно прищурилась, но перед глазами оставалась лишь непроглядная чернота, густая и бархатистая. Сначала до неё донеслись отрывистые звуки бластерных выстрелов, всевозможных разговоров и от механического скрежета до разно-колоритного гула толпы, но и они со временем стихли…

Осталась лишь тишина, и глубокая ритмичная пульсация множества крошечных сердец, бившихся где-то в глубине хитинового покрова, обвившего всё тело Джесс. Их ритм был утробным, убаюкивающим, ровным и монотонным. Темнота, окружающая её лишь снаружи, теперь медленно заполняла сознание изнутри, унося с собой последние проблески осознания.

Эпизод 3. Расплата.

Часть 1. Виски и две киски.

Ощущение невесомости прервалось резким, глухим ударом отзываясь звенящей болью в каждой косточки Джесс. Гравитация играла с ней в злую шутку, моментом обрушив весь вес на её хрупкое тело. Ладони рук, дрожа пытались удержать её от падения, упираясь о нечто неподатливо-твёрдое, а сознание без устали старалось пробудить нескончаемой чередой ярких всполохов, неистово заставляя открыть глаза.

Пространство лениво плыло хаотичным калейдоскопом ослепительных вспышек белого, пронзительно-синего, ядовито-розового и другой целой симфонии неоновых оттенков. Скользя ладонями по шероховатой, холодной поверхности Джесс не сразу поняла, где она оказалась: – Так и есть, это не иллюзия. – промелькнуло, и она на мгновение выдохнула.

Наконец поставив себя на ноги, её мир пошатнулся в такт пульсирующей боли в висках. Рядом, слышалось тихое механическое шипение. К большому удивлению звук исходил от копошения того самого жука-сороконожки: – Значит, всё это было… не соном… – подумала она, сразу же зажмурившись от нескончаемого гула и криков неистовой толпы.

Обернувшись она с ужасом увидела десятки пар горящих кошачьих глаз в полумраке неонового хаоса. Они пристально вгрызались в неё и необычного спутника, с пожирающим любопытством изучая каждое их движение. Одни из них скрывали лица под капюшонами, другие нелепо глазели, а третьи были частью шумного пейзажа, его вечной дымной жизнью. Вся мельтешащая вакханалия, смыкаясь в тесное кольцо, всецело и полностью окружая Джесс.

Она скользила взглядом по пёстрым мордам зевак, невольно заострив взгляд на весьма странном сооружении. Это была огромная гора из всякого хлама, всем видом напоминая пирамиду из награбленных трофеев, увенчанной вершиной в виде огромного импровизированного трона, с двумя массивными креслами, а само место больше напоминало обширную площадь. На удивление, наверху никого не было, в отличие от тех мягких диванов, позёрно окружающих конструкцию у основания… там окутанные мягким бархатом шика и роскоши вальяжно развалившись, восседали существа неземной, неприступной, опасной красоты – кошки Ашкетусы редкой расы. Их гибкие тела были облачены в откровенные наряды, расшитые золотом, а глаза с холодным кошачьим любопытством играючи следили за незваными гостями.

Но во всём шуме эмоций оказалось и то, что затмило удивление тревогой. Там на самой вершине импровизированного трона по левую, и правую сторону висело нечто, что Джесс наверняка смогла опознать… Это были крылья… нет… увы… их дизайн был далеко не бутафорским, а являлся частью выверенной инженерной мысли, и принадлежали они весьма внушительных размеров боевому кораблю. Поодаль от них расположились стальные цилиндрические штуки огромного размера, в пару этажей: – М-да, это уж точно не похоже на прожекторы. – подумала про себя Джесс. – Разве что… обломки корабля, а те штуки, и вовсе напоминают турбины… но откуда это здесь?!

– Неужели! – насмешливо вырвалось из толпы зевак. – Значит, вы тоже узнали о нашем скромном, маленьком пари!

Сорвавшись взглядом Джесс, из раза в раз, пробежалась по хаотичной толпе в надежде найти собеседника… Но голос так же резко замолк, как и появился.

Яркие софиты выбеливали металлические корпуса строений, обрамляющих по обе стороны некое подобие площади отбрасывая робкие, чёрные тени мельтешащих существ. Со всех сторон площадь теснили приземистые здания, а над ними тянулись фавеллы с запутанной чередой длинных балкончиков, словно лианы перетекая от одного строения к другому. По жилым галереям, точно муравьи сновали юркие котята, а выше свесив ленивые лапы через перила, расположились взрослые забулдыги. Они потягивали что-то мутное из непрозрачных бутылок и с одинаковым, томным любопытством взирали вниз, на центр площади, где назревало главное действо. Воздух звенел от зноя, и повисшего напряжения, замершего в ожидании развязки.

Жук резко дернулся, издав сквозь панцырь тихое цоканье: – Я сейчас буду говорить… цок, цок. Тебе нужно будет всё передать. Слово в слово.

Джесс пристально посмотрела на него, затем вновь бросив взгляд в гущу зевак, выкрикнув: – Пари?! А как же, наш договор? Я, его выполнила! И это, как минимум невежливо общаться с собеседником, скрывая лицо!

Она безнадежно кричала прямо в никуда. Всё в округе было окутано хаосом и мельтешением. Как вдруг толпа умолкла, расступившись в стороны. Даже самые непоседливые детеныши-хвостики робко уместились прямо на холодном полу навострив свои большие уши прямо в сторону Джесс.

Неожиданную тишину пронзил новый возглас. Он звучал спокойно, размеренно, даже с нотками аристократии, каждое слово было столь звонко и так близко, шепча прямо у уха: – О, Джесс! Дорогая Джесс… Не обращай внимания… Лазаура, у нас с характером…

Звонкий голос, и непреодолимое чувство любопытства заставили её обернуться. Едва сделав пол оборота, Джесс отпрыгнула на пару шагов.

С бесшумной грацией нарушая все законы личного пространства, за её спиной стояла стройная, достаточно высокая кошка, несомненно Ашкетус, только совсем иного вида. Она была грациозна, с изящными человеческими чертами нежели другие собратья по крови. Наряд вызывал не меньшее любопытство и восторг своим экстравагантным видом, напоминая конкурс пляжных купальников, на который случайно зашел Синбад-мореход: пёстрые персидские шаровары, парча, верх украшал изящный топ от бикини, а вместо берета на голове была лихо завязана яркая бандана по бокам удерживая шкодливо торчащие кошачьи ушки.

– Ну раз Шаена у нас сама вежливость, то я позволяю ей быть вокалистом в нашем дуэте! – снова донесся из толпы язвительный голосок, полный сарказма. – Можешь продолжать, моя дорогуша!

Не обращая внимание на давление толпы, насмешки и яростный напор кошки, Джесс переведя взгляд на своего попутчика продолжила: – Так, ладно… – она, тихо повторила его цоканье. – Жук говорит, что они выполнили условие пари. В условиях, не было разрешено участвовать только ограниченной группе. А значит те, кто мог знать об условиях, имеют полное право на участие. Они всё сделали согласно правилам.

Её слова застыли в воздухе, пока тишину вновь не пронзил дерзкий выкрик из сердца толпы: – А это что у нас тут?! Жуки обзавелись сурдопереводчиком?! – язвительный голос снова сорвал аплодисменты и хохот зевак.

Шаена с грацией дикой кошки, плавно обошла Джесс по кругу внимательно осмотрев её. Встав к ней лицом к лицу, она наклонилась так близко, что та почувствовала запах дорогих духов и пыльной шерсти.

– Не обращай внимание. – заботливо, почти по-дружески прошептала она, но в её глазах светился холодный, оценивающий интерес. – Видишь ли, дело в том… что мы не знаем, действительно ли ты понимаешь их… Или просто пытаешься нас обмануть, приведя сюда ручного жука из цирка. Для нас, его звуки, всего лишь невнятное щёлканье, цоканье и треск.

– И… как мне доказать?! – отшатнувшись от столь яркой напористости Шаены, выдохнула Джесс.

– Нууу… – кошка приняла театрально-рассудительную позу, закатив глаза к небу, и многозначительно причмокнув. – Тогда скажи ему… пусть отойдёт от тебя. Скажем… метра на три. Если они и впрямь такие разумные, то… я думаю, это не составит труда.

– Хорошо… я скажу. – кивнула Джесс, переводя взгляд с кошки на жука. – Но, и вы должны выполнить то, что обещали…

– Дерзай! – снова прорезал воздух язвительный крик Лазауры.

Лапки жука мерно цокали по металлическому полу, поняв Джесс, существо, не колеблясь ни секунды начало отползать. На балконах воцарилась мёртвая тишина. Напряжение повисло в воздухе. И все замерли в ожидании наблюдая за диковинным зрелищем, как с виду дикий жук беспрекословно выполнял команды, пока в хрупкую тишину не закрался восторженный визг, в очередной раз притянув на себя внимание: – Ты смотри! Она действительно с ними разговаривает! – прокричала Лазаура, уже успевшая взобраться на одно из верхних кресел, напоминающее подобие трона. – Ну разве это не праздник?! По крайней мере, остальные шесть участников проиграли. Они внесут свой вклад, и нам организаторам тоже!

Она игриво соскочила с трона, играючи с акробатической грациозностью позёрствуя перед толпой, словно арлекин в цирковом представлении. Лазаура щедро раздавала поклоны, собирая немую дань изумления и страха с лиц зевак.

К удивлению, Джесс, та кошка была весьма похожа на Шаену. Облик её был весьма привлекателен даже по человеческим меркам, а на первый взгляд можно было даже подумать, что они сёстры, но это было не так. Вот только наряд, по сравнению с другой кошкой был в большей степени безвкусен, пестря вычурностью и пошлостью декоративного шика, ни капли, не уступая в экстравагантной откровенности.

Если Шаена напоминала отважную спутницу Синдбада, то та подруга смотрелась так, будто только пришла с пляжной вечеринки пиратов Карибского моря. Её фигура, стройная и соблазнительная, была вызывающе подана в низких штанах-бананах из парчи с позументом, едва державшись на выразительных бёдрах, манящих взгляды к открытому гладкому животу. И тут же пиратская потрёпанная треуголка с пером розового фламинго возвышаясь над торсом соседствуя с топом бикини из чёрной кожи расшитым золотыми нитями, лишь подчёркивая её формы. Золотые тонкие цепи с египетскими амулетами, вперемешку с драгоценными камнями, и редкими монетами густо покрывали её от шеи до талии, громко позванивая от каждого шага. А венчали весь образ нелепые, но впечатляющие платформы на шпильке, какие только осмелились бы носить танцовщицы канкана – настолько высокие и неустойчивые, что окрашивали грациозную кошачью походку нотками шатающейся палубы при шторме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.