Журчащий логос
Сиреновый катрен
Александр Сменович

Дизайнер обложки Мария Ведищева

Менеджер Полина Смириненко

© Александр Сменович, 2025

© Мария Ведищева, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0067-9585-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие первое

Это уже третья книга стихотворений после «Строк вуду» и «Оэльфийского света». Открывается она минипоэмой «Времена года». Незатейливой и написанной давно. Но в ней я впервые попытался немного отойти от стихов, их так скажем поэтики. И поискать существенные ответы на существенные вопросы, воспользовавшись краткостью поэтической формы и в какой-то степени наитием.

В свое время попалось и я сразу принял сентенцию Достоевского о Поэзии и ее смысле. Приведу ее полностью. «В поэзии нужна страсть, нужна ваша идея, и непременно указующий перст, страстно поднятый. Безразличие же и реальное воспроизведение действительности ровно ничего не стоит, а главное – ничего и не значит. Такая художественность нелепа: простой, но чуть-чуть наблюдательный взгляд гораздо более заметит в действительности». Триединая формула Федора Михайловича: страсть – чувства, идея – разум, рацио, перст – путь. Последнее я называю – формулки, которые разбросаны у меня повсюду. Своего рода, вершинки-сентенции. Некие яркие «запоминалки», появляющиеся неожиданно, но обладающие одновременно и поэтическим откровением и, надеюсь, философской составляющей. Прием не нов, но по моему опыту, это всё же «поддиктовка сверху», «запридумать» такое сложно.

И «Времена года», открывающая этот сборник, одна из попыток поэтически понять один из многих-многих вопросов этой жизни – почему, казалось бы, так «глупа» Природа. Каждый год одни и те же сезоны, однообразны и цикличны, повторяемы вечно и вечно описываемы поэтиками. В том числе и мной. А «глупа» ли она? В чем этот, несомненно, Великий смысл происходящего и почему это устроено именно так. К слову, это один из многих и не самых сложных вопросов, которыми я задался. Просто с этого и подобных тем начал. Первая и вторая книги, которые я издал первыми, более сложные и заковыристые. Здесь же….

Каждое «Время года» открывается детским стихотворением, как с детства всё и начинается, дальше юность, зрелость…

Каждое время года начинается со стихотворения-отражения, знакомства с этим миром, потом, понятное дело, чувства, ум-осмысление и принятие, соприкасающееся с религиозным чувством.

Каждое время года… А ведь они еще последовательны, как линейное время (которого нет), соприкасаются-дружат. Да проникают друг в друга. Всё, мой читатель, пора к чтиву. А я займусь вторым предисловием.

Времена года
(Непедагогическая поэма)
«Душа чиста и невесома…»

Зима

День рождения

В этот день приходит радость и чуть-чуть печаль, печаль,
Медленно снежинки кружат и немного жаль, ведь жаль,
Что этот добрый праздник любви и красоты,
Все ж кончится когда-то, но рядом будешь ты, будешь ты.

Сказочный наденут феи зимний свой наряд, наряд,
Гномы, принцы, бармалеи чинно станут в ряд, в ряд,
И музыка оркестров начнет волшебный бал,
Торжественно маэстро войдет с цветами в зал, с цветами в зал.

Замерев от счастья, околдована на миг, на миг,
Ты пройдешь принцессой и осветится твой лик, твой лик,
Волненьем, ожиданьем, надеждой и судьбой,
Мир детства на прощанье всплакнет, всплакнет с тобой,
Всплакнет с тобой.

Божество чудесных слов окутает тебя, тебя,
Фейерверками огней звезду твою храня, храня,
В январском танце грусти закружит хоровод,
И тихо слезы пряча вздохнет ушедший год, ушедший год.

В этот день приходит радость и чуть-чуть печаль, печаль,
Медленно снежинки кружат и немного жаль, ведь жаль,
Что этот добрый праздник любви и красоты,
Все ж кончится когда-то, но рядом будешь ты, будешь ты.

Снег

Снег пушистый за окном,
Светлым, чистым, легким сном.

Словно в сказке кружит, вьет,
Словно в пляске танец шьет.

Мягкий, нежный и лучистый,
И волшебный, и искристый.

Тает, тает на губах,
Чудный поднебесный прах.

За снежинками снежинка,
За пушинками пушинка.

Она падает  и спит.
Снежной белизной горит.

Снега сказочный покой,
Ощути, коснись рукой…

Сон

Сон… безмятежный и благой,
Рука откинута невольно,
Часов сменяемый покой,
И сладость пробужденья… но!

Привычный и понятный мир,
Приход дежурных настроений,
Растаявших небесных лир
Ушло звучанье, песнопений,

Не повстречает днем душа,
Воспоминаньем не проснется,
И к грёзам тихо, не спеша,
Днем суетливым не вернется.

Но чудный, чистый, чуткий миг
Картин прекрасных и далеких,
Придет, едва усталый лик
Покинет будней бег нелегкий.

Придет волшебный, тихий  сон,
И в нем ни зла, ни расставаний,
И боль, и грусть растопит он,
Без слов, без слез, без обещаний.

Белый самолет

Сегодня утром в небе синем,
Я видел белый самолет.
Растаял вмиг как легкий иней
В дали безмолвия полет.

Всходило солнце, месяц слабый
Еще висел как дым ночной,
Но видимо совсем усталый
Исчез за тучною стеной.

Лучами редкое светило
Накрыло снеговой восход,
И!… Заискрило! Засветило!
И закрутился жизни ход!

Родился день, надежды, радость,
И солнышко растопит лед!
А сердце пусть лишь чуть, лишь малость
Взгрустнет про белый самолет.

Зимняя грусть

Уходящей зимы долговечная грусть,
Уползающей в пережитое… и пусть.
Крошки света и битое крошево чувств,
Непознанных смыслов и ложных искусств.
То же сердце, истрепетное, те же уста,
Та же дорога как вечность чиста.
Ярок и призрачен таинства путь,
Где познаешь эфемерного суть.
Видишь безмерное, слышишь судьбой,
На перепутье ты платишь собой.
Молча кричишь в безответную глушь,
Глохнешь внимая удобную чушь.
От одиночества в честных словах
Словно потерянный в людных местах.
Снова стучишься и время зовешь,
И суетливо случайного ждешь.
Все понимаешь и все объяснил,
Боль как надежду в себе относил.
Теперь по другому, не броско, не так,
Никто не поможет, ни друг и не маг.
Никто… и не надо, не надо… и пусть,
Уходит зимы долговечная грусть.

Откровенность

Что такое откровенность?
Это очень глубоко.
Что такое сокровенность?
Это в детстве молоко.

Что такое невозможность?
Это битая  душа.
Что такое осторожность?
Это с болью, не спеша.

Восприимчивые звуки, неоткрытые слова,
Неозвученные муки, бессловесные права.

Ночь! Найди ответов трудных
Мириады голосов,
День! Сердечных бурь подспудных
Сторонись как страшных снов.

Медленная гильотина
Скоротечных дней и лет,
Разукрашенная тина
Преходящих будней цвет.

Жизнь… ты страшное  мгновенье
Невозможной чистоты,
Смерть… ты вечное движенье
Замеревшей красоты.

Синий легкий горизонт прожитого миража,
И парение и взлет до крутого виража.

Что такое спящих чувств
Неиспытанный мотив?
Что такое без искусств
Дико пережитый миф?

Что такое человечность?
Справедливость, слезы, стон?
Что живет? Сердец увечность
Или то, что видел ОН?

Сон разумный, разум сна,
Гладь без берега без дна,
Испытанья и покой,
Буквы… над пустой строкой.

Призрачный свет

Зимних сумерек  давящийcлед,
Это тяжесть измученных  век,
Это тающий призрачный свет,
Оставляющий душу навек.

Что глядеть, что искать, что просить,
Камень точит пустая вода,
Невозможная тянется нить,
Прошивая судьбу навсегда.

Голубой, темно-синий, лазурь,
Открывая глаза видишь боль,
Говоришь, а ты нем! скрежет бурь,
Заметающих черную смоль.

Не оставь, не пройди, успокой,
Лучик теплый пробейся сквозь тьму,
Осветись над остывшей строкой,
Я тебя как любовь обойму.

Последний день зимы

Последний день зимы,
А разве это грустно?
Порою красим мы
Ненужное искусно.

Извечное «себя»
И любим и жалеем,
Удачу теребя
Иллюзиями греем.

А жизнь течет вокруг,
Неспешно и красиво,
Вращая вечный круг
Событий  горделиво.

Открыто говоря, —
Смотри! И ты увидишь,
Страдания незря,
Печального не минешь.

Но неизбежен свет
Из неизбежной тьмы,
Не призрачный рассвет
В последний день зимы.

Весна

Веселые лягушки

Весело лягушки
Прыгали в пруду,
Кваки и квакушки
В стареньком саду.

Лягу-, лугушата
Лапками трясли,
Чушь  чушушушата
Милую несли.

Пели, веселились,
По уши в воде,
Квакали, носились
В тряской красоте.

Вдруг упала …капля,
Градинка! Потоп!
Хуже только цапля!
В спинку! В ножку! Хлоп!!!

Струсили лягушки,
Разом затряслись!
С неба прямо пушки,
Громы раздались!

Квааааа….неслось по пруду,
Паааа-маааа-гиии-те нам,
Схватим мы простуду,
Сляжем по листкам!

Не увидим мошек,
Бабочек, жуков,
И своих любимых
Вкуууусных пауков.

Солнышка и тины,
Тряской и густой,
Пау-паутины,
Тлюшечки простой.

Квааакнули лягушки
Как же страааашно жить!
Задрожали тушки,
Тут не квакать, выыыть.

Хором заревели,
Прям хоть застрелись,
И…А…ква-ква-рели
Цвета полились.

Тучки разбежались,
Высохла трава,
От беды остались
Слаааабое ква-ква.

Снова прудик взвился
Бандой лягушат,
А с небес им лился
Лучиков ушат!

Утро весны

Утро весны… греет солнышко, почки,
В небе лазурном ни тучки, ни точки…
Словно душа после зимнего холода
Птичкой вспорхнуть хочет с электропровода.

Весенний рецептик

Сердце мое, не болей,
Брысь, напасть, брысь, напасть, кыш,
Солнышко, ты налей,
Мартовских лучиков с крыш.

Воздух весны, согрей,
И обойми душой,
Март февраля добрей,
Теплый, живой, большой.

Выдохнет – расцветет!
Взглянет – и осветит!
И ручейки нальет,
И в небеса взлетит.

Звонкий как колокола,
Гулкий как эха миг,
Месячного стола
И юнец и старик.

Зимнего сна рассвет, —
Кыш холод, дрожь-бармалей!
Март-айболита совет —
Сердце мое, не болей!

Green and blue

Быть может будет солнышко,
Появится тепло,
Земли согреет донышко,
Там будет так светло.

Погреют пчелки пузико,
Цветочки расцветут,
Благоуханья музыка
Дохнёт и там и тут.

Звон ручейков и капельки —
Мелодии весны,
Лучей игривых сабельки
Развеют стужи сны.

Протрет природа глазки,
Всё будет green and blue,
Как в детской, доброй сказке,
И скажет: «Я люблю».

Любви колечко

Здравствуй, утренний цветок!
Ты не ветер… ветерок!
Дуновенье и душа,
До чего же  хороша!

Нежность капелек росы,
Свежесть буйной полосы
Разнотравья  и цветов,
Многоцветья и лугов.

Мир как ягоды в лукошке,
Солнца луч непонарошку,
Греет, любит, обнимает,
И целует, обещает.

На щеке твоей играет,
И реснички поднимает.
Просыпайся! Радость, свет,
Ты прекрасна! Спору нет!

Удивительна и чудна
И будить тебя не трудно,
Открывай свое сердечко,
Солнце как любви колечко.

Животворный колос

О боже, солнышко, неужели?
Звук весенней капели,
Бессветной зимы надоели
Холодные вьюжные трели.

Солнышко, распахни,
Запахи и просторы
Солнышко, обними,
И подари свои взоры.

Ласковое тепло,
Чистый, небесный образ,
Мир, где всему светло,
Мир – животворный колос.

Вечное и всегда,
Правое и простое,
Словно живая вода,
Заповедь и устои.

Ты пребываешь во свет,
Ты лучезарен и светел,
Миг это много лет
Выстраданных соцветий.

Многоточие

Любил всегда я троеточие…
Ведь жизнь не точка. Многоточие…

Ангел-хранитель

Ты знаешь, иногда летаешь,
Ты не существуешь,
Дышишь и живешь!

Ты знаешь, иногда прощаешь,
Ты не обещаешь,
Веришь и ведешь.

Ты знаешь, иногда решаешь,
Ты не понимаешь,
Чувствуешь и ждешь.

Собираешь долечки уходящих лет,
Говоришь, вот столечко их сошло на нет.

Разве? не поверю… Больно? Соглашусь…
Все равно я к солнышку ликом повернусь.

Я раскину руки, обниму весь МИР!
Все в нем расчудесно, просто стиль ампир!

Классика, Барокко! Линии, цвета,
Ну-ка тут, подвиньтесь! Где мои места!

Закружусь волною, заверчусь весной!
Ангел мой хранитель! Будь всегда со мной!

Москва весенняя

Москва. Февраль. Дороги. День.
Москва. Март. Солнце. Ярче тень.
Москва. Апрель. Капель. Весна-а —а ….
Москва. Май. Красками красна!
Красавица… и бьет и любит,
Как золушка… и шьет и рубит.
Как ученица – вся в трудах,
Как грешница – в лихих грехах.
Грязна, таинственно-опасна,
Но соблазнительно-прекрасна.

Из «Mother goose english

nurseryrhymes»

Лимерики

1.

Девочка, милашечка,
А на лбу кудряшечка,
Хороша! – Принцесса! Прима!
Вредина! – Невыносима.

2.

Крошечка, девочка,
Где же ты была?
Навещала бабушку
В зелени села.
Что же получила?
Крынку молока,
Что в ответ сказала?
Thank you и пока.

Бесконечная песенка

Почему, почему, почему,
Ты такая красивая?
Потому… потому…
Что… любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты как кобыла сивая?
Потому …потому…
Что… не любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты такая прекрасная?
Потому… потому…
Что… любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты словно свекла красная,
Потому… потому…
Что …не любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты такая заветная?
Потому …потому…
Что …любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты как бумажка туалетная,
Потому… потому…
Что …не любишь ты меня.

Любишь, не любишь, ты меня, мой свет,
Любишь, не любишь, а ответа нет.

Почему, почему, почему,
Ты как звездочка ясная?
Потому… потому…
Что… любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты как погода ненастная?
Потому …потому…
Что… не любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты такая деловая?
Потому… потому…
Что… любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты как тряпка половая,
Потому …потому…
Что… не любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты такая сексуальная?
Потому… потому…
Что …любишь ты меня.

Почему, почему, почему,
Ты как мартышка натуральная,
Потому …потому…
Что не любишь ты меня.

Любишь, не любишь, ты меня, мой свет,
Любишь, не любишь, а ответа нет.

Вот не трогайте

Сегодня я такой,
Сегодня я такая,
Не трогайте рукой,
Тем более икая.

Я вам совсем не то,
И даже вот не это!
И что, что вы в манто!
И что, что я с портрета!

Душа ваша насквозь
Веками провоняла,
И лоск, и мозг небось
Всё ради одеяла.

Идите вы…! Пока…
Там есть меня получше,
Бугатттиии……. не Ока?
Я думала вы круче.

Мини-макси

У меня мини-макси,
Время – стоп!
На листке и кляксы,
И флэш-моб.

Сказки-сказочки

Милой можно сказки говорить,
Автором быть песен славных,
Руны бесконечные творить
И с поэтами идти на равных.
Не заменит слов ручей целебный
Ей короткий час любви волшебный.

Это кажется сном

Это кажется сном, это кажется сном,
Пусть качает цветы на ветру,
Я открою в прекрасное утро окно,
Я застывшие краски сотру.

Лето

Уточки

Восемь уточек – утят,
Выстроились в длинный ряд,
Мама-утка впереди,
Хором ей кричат: веди!

Хором песенку поют,
Ути, ути, ути – ют.

Мы утята – храбрецы,
Плаваем во все концы,
Не боимся шума- гама,
Но! чтоб рядом была мама!

Лапки в воду, в теплый пруд,
Ути, ути, ути – ют.

Неразлучные друзья,
Мы не семь-, а восемь-я!
Только вместе тута—тама
Но! чтоб рядом была мама!

Птички песенки поют,
Ути, ути, ути – ют.

Вперевалочку идем,
Кто свалился, подождем.
Срочно! Ути-телеКРЯма!
Но! чтоб рядом была мама!

Она домик и уют,
Ути, ути, ути – ют.

Маму любим кря-душой,
Только с нею в мир большой,
Гром! Лиса! Для нас не драма,
Но! чтоб  рядом  была мама!

Восемь маленьких утят,
Мамин лапчатый отряд.

Детство

Маленький мальчишка,
Светлые глаза,
Белые штанишки,
Летняя гроза.

Сорванец – девчонка,
Длинная коса,
Детство – не продленка,
Детство – чудеса…

Уходящей в небо
Радуги-дуги,
Радостного бега,
Луж взрывных круги.

Разноцветных шляпок
На грибных полях,
Ягодок, малины
Цветом на губах.

Васильки, ромашки,
Волны спелой ржи,
Облаков рубашки,
Жирные межи.

Босиком и медом,
В речку и в лесок,
Как щемяще тонок
Детства колосок.

Детская песенка

Жил был веселый мельник
С собакой и птенцом,
И каждый понедельник
Глядел он огурцом.
Во вторник был он грустен,
Но в среду и четверг
Уписывал капусту,
Морковку он отверг.
По пятницам он мылся,
В субботу отдыхал,
А в день седьмой воскресный
Тихонько напевал…
Жил был веселый мельник…

Теплое лето

Теплое лето, приятный июль,
В доме колышется легкая тюль,
Звуки двора, листьев ласковый шорох,
Мыслей неспешных стесняется ворох,
Думы об этом, о дальних, себе,
Пересекаются в умной гульбе,
То усыпляют, то спать не дают,
То возбуждают, то дарят уют,
Словно веселые, малые дети,
С ними непросто… и просто на свете,
Зеркальца дум, настроений и опыта,
Шума не любят и всякого топота,
Верные спутники горя и радости,
Ну и в дороге… минутные шалости.

Облака

Облака как не снежные хлопья
В чистоте поднебесной тиши,
Проплывают в воздушной выши-
Не спеша, величавые копья

Не разящих, божественных глыб,
Кораблей форм великих и чудных,
Словно добрых созданий улыб-
Ка, и тучный полет мест безлюдных.

Совершенные, мер естество,
Океан из безвесельных лодок,
Пилигримы неведомых сводок,
Островов белоснежных родство.

Земляничные поля

Я явь и сон, я  О! …ля – ля,
Я земляничные поля,
Я цвет у ягод на ветру,
Я шорох листьев поутру,
Я воздух, радость, я рассвет,
Я пробужденья яркий свет,
Я шепот трав, я ширь лугов,
Я лучшая из всех миров!
Я вечный, неизбывный путь,
Я дар природы, ее суть!

Посмотри на небо

Посмотри на небо!
Разве ты не видишь?
Все твое! Ты следуй,
И рассветы примешь!

Погляди на чудо
Махонькой травинки,
Утреннее блюдо
Крохотной  росинки.

Ты почувствуй сказку
Летнего дождя,
Ветреную ласку
Чутко переждя.

Ощути прохладу
Медленной волны,
Верную усладу
Вечной тишины.

Разбегутся тучи,
Отшумит гроза,
В истинном – не случай,
Ты открой глаза….

Не предаст снежинка,
Не обманет боль,
Слезы как дождинка,
Миллионы доль…

Трудных, человечьих…
И твоя …одна,
Судьбы словно свечи
Догорят до дна.

Посмотри на небо,
Мир ведь для тебя,
Только тот здесь не был,
Кто не жил любя.

Назови

Назови меня любимой,
Просто  назови,
Ты любовь мою послушай,
Я полна любви.

Ветер локоны колышет,
Во поле цветы,
Ты люби меня любимый,
Счастье это ты.

Руки женские

Руки женские, теплые на лице…
Хорошо… как белку с желтком в яйце.

Пиратская песня

Я так тебя любила,
Я ночи не спала,
Я в памяти неверной,
Все встречи берегла.

Я так тебя любила,
Я так тебя ждала,
Надеялась, молила,
Тобой одним жила.

Слезами умывалась,
С разлукою спала,
Печалью накрывалась,
Полуживой была.

Ты был такой любимый,
Единственный, родной,
Мой сказочно-красивый,
Безумно-дорогой.

Казалось мир волшебный
Существовал для нас,
Был сладок ежедневный
Наш предрассветный час.

Где ласковые руки,
Где страстный поцелуй,
Томительные муки
Под звуки чистых струй.

Касания и трепет,
Прекрасная любовь,
Как волн прибрежных лепет
Дрожь набегает вновь.

Оставил… ты меня оставил,
С красоткою уплыл,
Твой бриг во тьме растаял,
Твой след в песке остыл.

Я берегом закатным
Брожу совсем  одна,
И думам неприятным
Покорна и верна.

Любовь, любовь …ты счастье,
Ты горе и беда,
Надежда и несчастье,
Желаний череда.

Я без тебя остыла,
Ненужная мечта,
А было ли все, было?
Признания, места,

Где мы с тобой любили,
Молчали… и клялись,
Где лишь друг другом жили,
И счастью отдались.

Ты не найдешься …знаю,
Ты не придешь уже,
Я чувствами растаю
В вечернем мираже.

Я растворюсь волною,
Я в небо окунусь,
Не дорожил ты мною,
Прощай, я не вернусь.

Яблоки и груши

Сколько дней истрачено,
Сколько лет потеряно,
Думала мужчина он,
Оказалось, дерево.
Дерево красивое,
Дерево ветвистое,
Только вот начиночка
Больно неказистая.
Падали с той яблони
Яблоки и груши,
Звук такой гнилой-гнилой,
Надоело слушать.

Там, где я родился
(с турецкого)
Джахит Кюлеби

Там, где я родился,
Рощи  не цвели,
Не журчал, не лился
Ручеек вдали.

Там, где я родился,
Не шумела рожь,
Ночью ветер злился,
Вор готовил  нож.

Там где я родился,
Были сушь и зной,
Одинокий вился
Жалкий лист весной.

Твои губы розы,
Руки молоко,
Знала ли ты слезы
Где то далеко?

Ласки, поцелуи,
Теплые слова….
Освежите струи,
Успокой трава.

Разверни пеленку….
Тихо и светло…
Протяни ребенку
Рук своих тепло.

Сонет

По бритве времени скользя
Шлифую бешено терпенье,
Не видеть мне тебя нельзя,
Но и с тобою быть мученье.

От ревности спасенья нет,
Разорвана душа на части,
От сердца чад, его уж нет,
Застыло в судорожной страсти.

Я душу умереть прошу
Истерзанной одним виденьем,
Я чувства холодно крушу
Моля хоть их мне дать спасенье.

Не нужно каторжнее муки,
Достаточно с тобой разлуки.

Старуха-вечность

Разлука как вечность, а вечность – старуха.
Скрипучая дрема умершего  слуха.
Мучитель живого, и рана и боль.
Бессветная мука. Тоска её роль.

Оставит – на время. Не любит души.
А та – упорхнет   из мертвящей глуши,
В туман сладкозвучных, волшебных тонов,
В мир призрачных грез, чувств и сказочных снов.

Уже деревья отцвели
(с немецкого)
(Wilhelm Busch)

Уже деревья отцвели,
Счастье, радость, любовь моя уходит,
Горьких, как много горьких слов,
Как одинок теперь мой будет кров.

Хранит тебя пусть ангел твой,
В буре, в горе незримо я с тобой,
Беды тебя оставят пусть,
Моя ж судьба навечно грусть.

Пока живу люблю тебя,
Если …смерть вдруг вспомнит про меня,
В страхе я глаз не отведу,
Со мной моя любовь, я с ней уйду.

Когда я буду стар и слаб
(с немецкого)
(Wilhelm Busch)

Когда я буду стар и слаб,
То в тихий, теплый, летний вечер,
Пойду туда, где бук и граб,
Где в липах ветерок щебечет.
Там на песке рукой дрожащей,
Твое я имя начерчу,
Там чувство было настоящим,
Им одиночеству плачу.

Не надо скучать и грустить

Не надо скучать и грустить
По песням отцветших полей,
Душевных страстей не испить
Как сок, тут не скажешь, налей.

Неси иль добавь, размешай,
Притворство не терпит любви,
Умом тут решай не решай,
На помощь лишь сердце зови.

Как в звонком стакане вино
Играет, сверкает, манит,
Так редкое чувство одно
Быть может лишь раз опъянит.

Быть может лишь раз этот сон,
И терпок и сладостен он.

Обычные слова

Обычные слова. Их много – мусор, мало – волшебство.
Но кто их слышит? Дъявол или Божество?
Они расстрачены, бессмысленны, убиты?
Или навечно ниткой золотою крепко сшиты?
Слова, слова… сиюминутный, мертвый крик,
Или прекрасный и неповторимый миг?
Вы рядом, так доступны, так предательски милы,
Но бъете адски, режете потом страшней пилы.
Какая вам цена? Вы жизнь или вы сцена?
Вы твердь, боль исцеляющая… Или всегда измена.

У его вершин

Горизонт,
Бери  зонт,
Не сезон,
Ветер зол.

Кажется…
Со слов все начинается,
Искреннему миру
Сердце  улыбается.

Верится…
В меткие  приметы,
Совпаденья, звуки,
Запахи, рассветы.

Он такой прекрасный, сказочный, живой
Мир вокруг …опасный, тёртый, деловой.

Монотонной  мельницей сдавит, перетрет,
Ветряными крыльями встретит, обоймет.

Поцелует – свалит, примет – разобьет,
И в слезах рожденное  медленно убьет.

Не простит – утешит, бросит – защитит,
Бег не остановит, дух не удивит.

Погрузится  время в дикую печаль,
Усыпят мгновенья призрачную даль.

Переменных истин сменит  торжество,
Прежнего кумира свергнет  божество.

Не задаст вопросы, не вручит ответ,
В дебри человечьи  выльет мягкий свет,

Объяснит закатом, убедит волной,
Успокоит ветром, буйною весной.

Прежнего не будет, прошлого  не жди,
Все проходит словно летние дожди.

Тихое  мерцанье ангельских долин…
Судьбы  преходящих у Его вершин.

Смутные  движенья не смотрящих ввысь,
Кажется, решенья,
Кажется, что жизнь.

Сны и откровенья,
Вечное и пыль,
Слово и прозренья,
Ложное и быль.

Осень

Веселые гномы

Восемь гномов жили в тесте,
Хорошо им было вместе,
Вкусный, сладкий, тёплый дом,
Сыт и весел каждый гном.

Но однажды тесто скисло,
Сразу стало грустно, кисло,
Погрустнел гном, гном, гном, гном,
Гном, гном, гном, гном….Кислый дом.

Гномы глянули в окошки,
Сыты все – собаки, кошки,
Куры, гуси, воробьи,
Распевают соловьи.

И решили гномы – вместе!
Только не в прокисшем тесте.
Покидаем кислый дом!
Снова весел каждый гном.

«Mother goose english  nursery   rhymes»

Лимерики

Король-француз

Король – француз наверх горы,
С огромным войском шел,
Король – француз упал с горы,
И больше не пошел.
……………………………………
Жил – был король и с ним три  дочки,
И жили все в огромной бочке.
Бочонок – бух!
Рассказ мой – ух!
Вот если б бочка была больше,
То и рассказ мой длился б дольше!

Семь стихотворений моего отца

Дали

(отрывок)

Мимолетный взор, как дуновенье,
За бегущей мыслью между строк,
То ли птица промелькнула тенью,
То ли вспыхнул желтый огонёк.
Выходя из плена напряженья,
Будто слыша чьи-то голоса,
Я вдруг вспомнил зыбкое виденье,
И опять взглянул на небеса.
Я увидел вдруг в одно мгновенье,
Как всегда взглянув на небосвод,
И луны далекие владенья,
И летящий в небе самолет….
Вновь душа в надежде сжалась страстной,
Засветилась давняя мечта,
И такой представилась мне ясной,
Недоступной цели простота.
Я объял возможность сочетанья,
Абсолютно-чистый в небе путь,
И подумал в пламени желанья,
Почему бы мне не повернуть.
Ведь ничто как будто не мешает,
Только в небе светится луна,
И вокруг раскинувшись сияет
Золотая, новая страна.
Вот она, как будто на ладони,
Эта явь свершения мечты,
И луна, сидящая на троне,
И доступность ложной высоты.
Обнимая лунную долину,
И безбрежность вольного пути,
Только поверни чуть-чуть машину,
Наведи на дали и лети.
Снова мысли вспыхнули как зори,
Снова чувства вспомнились во мне,
И душа сверкнула на просторе,
И зажглась, как плазма в вышине.

Если бы не сдержанность расчета,
Я поднялся в небо высоко,
И направил тело самолета,
К нежности сусальной далеко.
Если бы не жало метеоров,
Не удушье тайное равнин,
Я б озвучил золото просторов,
И ушел бы в вечное один.
………………………………
Не напрасно, знаю, сердце любит,
Видеть больше хочется уму,
И меня мой космос не погубит,
Потому что верю я ему.
И незащищенный и открытый,
Уязвимый им со всех сторон,
Я бы шел, поправ на миг забытый,
Здравый смысл, опыт и закон.
Покрывая бездны расстоянья,
Я б стремился дальше вновь и вновь,
И меня на радости познанья,
Лишь вела бы вера и любовь…
И читая звёзды и туманы,
Пролетая новые миры,
Я б достигнул сказочные страны,
Где предметы вечны и добры.
Я бы вел крылатую машину,
Где она ни разу не была,
Постигая душу как вершину,
И следя, чтоб тяга не сдала.

Как земляника по траве

…Как земляника по траве,
Мелькают звезды в океане,
Готов я ползать в синеве,
До самой дальней в стороне,
Рука тянутся не устанет.

Как жадно жизнь из-за спины
Скользит глазами по поляне,
Где нет ни листьев, ни травы…
Я снова бездной синевы
Шагну медведицей в тумане.

Вон там под куполом небес
Созвездья вспыхнули  местами,
Хоть прячет их бесствольный лес,
Я самых дальних вижу блеск
Пространство меряя ногами.

Пригнувшись низко я берусь
За их сверкающие грани,
Сдвигаю пальцы и боюсь,
А сам к другой уже тянусь,
Как ковш, изламываясь в стане.

Мне хорошо на небесах,
Ничто не мучит на свободе,
И только будто тайный страх,
Гнетет за вакуум, за мрак,
За пустоту на небосводе.

И меркнет где-то  далеко
Покой гигантских расстояний,
Звенит гранёное стекло,
И звезды падая на дно
Горят как ягоды в стакане.

Зачем тебе имя

Зачем тебе имя?
По курточке сальной
Узнаю… в режиме
Работы детальной.

Я мастер. Я зритель,
Я свой, я отсюда,
Не временный житель
Бог невесть откуда.

Угрюмо смотрю я
На сжатые лица,
Всё в душу мою
Словно в двери стучится.

Сквозь капельки  пота,
Сквозь мир этот плотный,
Мне шепчет работа
Твой взгляд мимолетный.

По взмаху руки,
Занесенной в ударе,
Приди, нареки
Меня в дыме и гари.

Нас в бутсах вблизи,
Оскорбленных нарядом,
Приди, отрази
Испытующим взглядом.

Расплачься по-бабски,
Воспой как наложниц,
За труд этот рабский
У дисковых ножниц.

Зачем тебе имя?
Как вспомнишься в муке,
И станут твоими
И буквы и звуки.

Это небо

Это небо – дом родной,
Звезды – матери глаза,
Как живая надо мной
Материнская слеза,
Это небо дом родной.

В необъятной вышине
То ли движется луна,
То ли гордая ко мне,
Прячет голову она
В необъятной вышине.

Словно сцена – океан,
Встала царственная ты,
Тучи вяжущие стан,
Это платье с высоты,
Словно сцена океан.

Я хочу рукой поймать
Этот бархата кусок,
Оглянись на время, мать,
Освети меня у ног,
Так хочу рукой поймать
Этот бархата кусок.

Но относится луной
Отделившись голова,
Тучи тянут за собой
Образ, ими же сперва
Слитый в памятник немой…
Это небо – дом родной.

Словно карта за временем…

Словно карта, за временем местность поселка,
Залегли на квадратах участков дома,
И по пыльной дороге, как будто из шелка,
Ты идешь как святая икона сама.

Несмотря на июль, на жару как в пустыне,
На тебе и жакетка и теплый платок,
Словно гири, побыв не в одном магазине,
Эти с грузом холщевые сумки вдоль ног.

Я гляжу на тебя через время и годы,
На тебя, пожелавшую к нам снизойти,
И свои магазинные делать походы,
По родному залитому солнцем пути.

Никогда не носила ты модного платья,
Никогда не ходила в театр и кино,
И здоровое, данное Богом понятье
Обратила для всех в услуженье одно.

Отдала ты нам жизнь и рабочие руки,
Посетила как гостья родные края,
И ушла, обменяв свои годы на муки,
Вечно милая, добрая мама моя.

Я смотрю и смотрю в эти нежные губы,
В этот лунный исчерченный временем лик,
И невольно как в клятве сжимаются зубы,
И заходится в спазме душа и язык.

Я гляжу на лицо твое полное скорби,
Я ловлю твои думы житейских забот,
И скольжу по тяжелым по сумкам, по торбе,
Что несешь ты, наш хрупкий семейный оплот.

Я снимаю рукой этот лак на картине,
Я внимательно глажу морщины лица,
Чтобы ты улыбнулась свободная ныне,
От забот, никогда не имевших конца.

И тебе, появившейся вдруг на дороге,
Продолжающей сумки для дома нести,
Я шепчу в твои милые, в туфельках ноги,
Дорогая, любимая мама, – прости.

Последний свет в окошке

Где избы последний свет в окошке,
На забор ложится одиноко,
Там земли кончаются дорожки,
И уходит мир во тьму глубоко.
Где домов шестнадцатиэтажных,
Ряд последний к краю жмется тесно,
Виснет там земля у рвов овражных,
И встает вселенная отвесно……

Это я разлился в этой шири,
Никогда я жить не перестану,
Медленно истаяв в этом мире,
Бесконечным воздухом я стану.
Все равно я никуда не денусь,
Я из этих далей не исчезну,
Я в другую форму лишь оденусь,
И уйду в синеющую бездну.
Хорошо, что есть такое чудо,
Этот темный мир в покое вечном,
Потому  что если я не буду,
Я сольюсь с пространством бесконечным…..

Я смотрю на мир потусторонний,
Этот темный мир мне душу греет,
Жадно глаз в его глубинах тонет,
Где-то в толще их звезда белеет.
Я стою у дома наблюдая,
Как висит небес над нами чаша,
И вблизи луна лишь золотая,
Одиноко светит будто наша.

Путь

…Путь не близкий – пусть,
Только добрым будь.

Первый снег как сон
Сбереги навек.

Мирный лай собак,
Это тоже край.

Вот дома стоят,
Подошла Зима.

Годы это вдруг
Вверх поднять ресницы.

Это сказкой снег,
Что идет ложится.

Сколько лет прошло…
Все гляжу… и нет.

Как  легко идти,
Пусть – что далеко.

(1938 – 2007)

В последний раз

Казалось дней немерено,
И лет запас,
А оглянешься… что не временно?
В последний раз.

Ангел судьбы

Мягкой лапкой ступала судьба по опавшей листве,
Ощущая разрозненных радостей тишь многолетнюю,
Наполняя лукошко в прекрасном своем естестве
Прожитым ….и в суровую зимнюю пору и летнюю.

Жизнь двоих как счастливый, единственный миг,
Показался им звездочкой быстро мелькнувшей и вечностью,
Словно камушек ангел смеясь бросил в тихие воды… Божественный лик
Задрожал и исчез в поднебесной и призрачной млечности.

В потоке снов

В потоке снов и яви мир течет,
Неведомый возница тянет лямку,
То прикорнёт, то вскачь несет
Жизнь-тройку лихо спозаранку.

Мелькают дни, недели и года,
Накопленного груза счастий  и несчастий,
Несуетных мгновений череда
Средь равнодушия и ветреных участий.

Безостановочный массовочный театр,
Где зритель и актер и постановщик,
И музыкант, и аккомпаниатор,
Уборщик, продавец и гардеробщик.

Невидимые струны, темный путь,
Лишь время тащит в роковые дебри,
И иногда сжимает больно грудь,
Когда секут лицо густые стебли.

Все просто

Ценность близких отношений,
Относительность движений,
Обесцененная близость,
Относительная низость.

Бедность близких отношений,
Абсолютность заблуждений,
Переоцененность слов,
Относительность основ.

Близость призрачных движений,
Бессловесность отношений.
Неподвижность суеты,
Обесцененность мечты.

Мы всегда были

Мы всегда были, есть и будем,
Вместе…
Это сине-дрожащее небо…
Мы разлуки и боль позабудем
Вместе…
Где бы ты не была, я не был.

Душа

Душа чиста и невесома,
Бессмертна и обретена,
Живет с тобой…. уйдет из дома
Когда наступят времена.

Когда безгрешно-молчаливо
Оставит многотрудный путь,
Когда божественно-красиво
Покинет стиснутую грудь.

Простится с светом и тобою,
Прейдет в иное бытие,
Непостижимою тропою
В внечувственное житие.

Возьмет с собою мир бездонный
Твоих надежд, любви и слез,
Другим неведомо-огромный,
Из выстраданного и из грез.

Она безумно одинока,
Она явилась и ушла,
Она нема, глуха, безока,
Она металась и жила.

Не станет бьющегося  сердца
В чужом и призрачном миру,
Где никуда было не деться
Ни в дни печали, ни в пиру.

Душа всплакнет и оглянется,
Душа потрогает тебя,
Душа слезинками прольется,
Надеясь, веря и любя.

Жизнь как откровение

Бог стал человеком, человек стал богом,
Год станет мгновеньем, а мгновенье годом.
Жизнь как откровение, как исход из плена,
Смерть как возвращение из живого тлена.
Путь как просветление, тьма как искушение,
Воля и желание – тела разрешение.
Духа обращение – вера в бесконечность,
Умноженье сердца как ладошкой в вечность.
Мира отчужденность форма наказанья,
Неопределенность скудного сознанья.
Сопереживание как лекарство страсти,
Встречи-расставания – целое и части.
Неосуществимое, вечное, живое,
Еле ощутимое и не наносное.
Как прикосновение маминой руки,
Века дуновенье у Его реки.
Слово как речение, речь как божество,
Истины течение в мыслеестество.
Тихое созданье храма на крови,
Человек собранье, Человек любви.
Человек стал верой …Верою в Любовь…
Неземного мерой… хоть с землею вновь.

Чистые души

Пусть во сне просто тихо плывут облака….
Будто чистые души, бегущие словно река.

Ты очень на весну похожа

Ты очень на Весну похожа,
Когда слегка пробуждена,
Вдруг оживаешь с нею тоже,
Вся солнышком освещена!

Конечно, Лето ты, ты – Лето!
Чудесно-чудная пора,
В грибные дождики одета,
И нипочём тебе жара.

И Осень ты, притихшим садом
Пройдешь сквозь падшую листву,
Улыбкой облачной  и взглядом
Прощая прелесть волшебству.

Зимой морозной и трескучей
Снежинкой легкой закружишь,
В полях, лесах, на горных кручах
Всё примешь и заворожишь.

Конечно, ты Весна и Лето!
Ты Осень, Зимушка – зима!
Они живые, – точно это,
Душа не может быть нема.

Для сердца мир безмерно-юный,
Секундочки как дар любви,
Дух вечного простой, не шумный,
Он есть, ты только позови.

Природы вечное рожденье,
Заметно-медленный уход,
Закат и снова воскресенье,
Дней непрерывный тихоход.

Ее небесных, чистых красок,
Разделит и твоя краса,
Без фальши и без полумасок,
Где естество не чудеса.

Налей в бокал вина

Предисловие второе

Как легко было писать эти стихи. Темы появлялись легко, и «совсем не из сора», вдохновение было воздушным, а муза была верной подружкой. Это стихи как таковые. Собственно их и почитывал всю жизнь у классиков, наслаждался ими и восхищался. «Подгружать» их было незачем, и так были хороши. Я бы назвал это «предметной поэзией». Но именно с этих стихов слова стали «рассыпаться», разлагаться на части, из которых когда-то и были сложены. И одновременно стал рассыпаться глубинный смысл каждого слова, сохраняя его сердцевину и открывая невероятные переходы-горизонты межсловья. Почти импрессионизм в мазках-кирпичиках стал распадаться на более тонкие смысловые и визуальные образы-материи и «высокая словесность» стала на моих глазах превращаться еще и в глубокую. Причем это происходило без каких-либо усилий и пара-тройка подобных словоломных опусов появились здесь. В «Строках Вуду» (первая книга) первая глава вводная. Она про это. Как бы демонстрация эволюции Поэзии (без эспериментаторства, это не моё, «карикатурить мысль») и ее развитие. Именно поэтому там «Черный квадрат» как итог эволюции живописи. От рисунков в пещерах до абстракции, которая «читаема». «Черный квадрат» Малевича это Смысл, переданный живописью. К слову, мои опусы на эту тему невероятно расширили поэтическую поляну, и даже в первых двух книгах позволили коснуться религиозно-поэтического чувства. Ну, а что касается этой главы, то сейчас мне так забавно почитывать мою прошлую «простую» поэзию, которая была необходима и без которой я не написал бы ни «Просто так», ни «Стих отворяющие», ни «Человечинку».

Иа

Я ослик Иа, я смеюсь
Невыплаканными глазами,
Я пожеланий не боюсь, —
Будь счастлив Иа, ты же с нами!

Я застоявшийся плясун, —
Какое надо настроенье?
Послушайте ослиных струн
Душещипательное рвенье.

Я радость, Винни! Пух-молчок,
Безпесенного позитива,
Не нужно шарик, Пятачок,
И хвост не нужен, некрасиво.

Налей в бокал вина

Налей в бокал вина,
В нем истина и цвет,
Давай допьем до дна,
Пока мерцает свет.

Обида иль вина,
Все суета сует,
Налей в бокал вина,
В нем терпкость наших лет.

Питер град

На холодной на Неве ве-
Тер. Над соборами парит ан-
Гел. Влажный сумрак площадей све-
Тел. Город Санкт дворцов и ран,
Тел.

На проспектах лица бы-
Лых. Лабиринт колодцев без-
Дна. Табуны мостами ды-
Бы. Ночи парков белых без
Сна.

Питер град велик и ле-
Пен. Львы и сфинксы у подно-
Жий. Без гордыни, не осле-
Плен. Дивный свет узревший Бо-
Жий.

Природа 2

Равнодушная природа,
Внебесчувственная мать,
В той семье без не урода,
Неприкаянная…

Человеческих бастардов
Невзлюбляемая  масть,
Потребимых миллиардов
Пожираемая часть.

Деформальная красотка
Псевдовычурных цветов,
Сердцепаточна и кротка
Для искусственных умов.

Милосердна не по доли,
Хороша не по душе,
Всеотринутые доли —
Клетки, боли и клише.

Не родная и чужая,
Всеоплаканная мать,
Поражая и рожая
Не жалеемую рать.

Иногда

Иногда мне кажется
Не было вчера,
И часами вяжется,
Странная игра.

Иногда забвенье
Ярче суеты,
А уединенье
Мудрые листы.

Иногда дорога
Это не когда,
И когда не много,
И не вон туда.

Иногда беседа
Это тишина,
И когда победа
Завтра не вина.

Иногда мгновенья
Драгоценней лет,
Хрупкие творенья
Строк, которых нет.

Она

Я искала, верила,
Ты не мой,
Сердцем годы меряла,
Крик немой.

Был так близко, рядом,
Как слепой,
Провожала взглядом,
Волком вой.

Полоскала мысли
Под рассвет,
Хоронила быстро
Божий свет.

Голос муки только
Мне одной,
Боли горькой долька
Звук родной.

Не увидишь, милый,
Ты судьбы,
Боже, дай мне силы
Для мольбы.

Винни Пух

Хорошо живет на свете
Пухлый, славный медвежонок,
С песенкой о теплом лете
Ходит в гости он с пеленок.

И хоть в голове опилки,
Это, правда, не беда,
Его главные копилки
Быть полезным иногда.

Он немножко тугодум,
И покушать любит очень,
Но его шурум-бурум
То, что надо днем и ночью.

Только пчелы, и то сдуру
Недооценили Пуха,
Его вкусную фигуру
Встретили довольно сухо.

Не в обиде Винни-тучка,
Гран-мыслителю риспект,
Хоть премудрости и кучка
Винни правильный субъект.

Нет объяснения любви

Нет объяснения любви,
Необъяснимые болезни,
Хотя бывают не твои
Те звезды, что звучат как песни.

И не твоя река течет,
И небо вдруг упало навзничь,
И теплый дождь уже не льет,
Амур – кругляшка бедный панич.

Нет ни движенья, ни души,
Что все  земное так любило,
Судьба! Ты время заверши…
Перечеркнула и забыла.

Насмешка призрачного дня,
Который царь и бог на свете,
Все прожитое прочь гоня,
Он едет в роковой карете.

Король без чувств и сожаленья,
Безжалостный, коварный враг,
Свой приговор в одно мгновенье
Он объявляет просто так.

Немилосердная рутина
Всечеловеческой беды,
Пожизненная паутина
Жнет бесконечные плоды.

Смогу ли не ронять слова

Смогу ли  не ронять слова,
Их нежностью не беспокоить,
Быть как безмолвная трава,
Не смыслом чувства не неволить.

Предощущать дождей капель
Безликое многоголосье,
Предчувствовать зимой апрель,
Весной рождение колосьев.

Под шепот говорливых нив
Внимать и впитывать дыханье
Речных наяд, русалок, нимф
Божественное колыханье.

Мелодию бегущих дней
Не прерывать не откровеньем,
И всуе не судить о ней
Дежурным не стихотвореньем.

Отражения 2

Ты  лишь внимаешь отраженьям
Не веря детским чудесам,
Небезыскусственным движеньям
Всегда деепричастен сам.

Не длинный слово-поводок
Твоя всебудничная привязь,
Самолюбивый talk-урок
В чужих волнах пустая примесь.

Иные струны теребя
Звучишь смешно и неуместно,
Волну волнений разлюбя
Гоняешь рябь умно и пресно.

Зеркальных подвигов души
Самозавидная слащавость,
Спокойной ночи, малыши
Перерастают в величавость.

Нерастревоженная гладь
Задумчивого океана,
В нем каплей отраженья стать
Из поднебесного тумана.

Отражения 3

Недоговор, недослова и недосмыслы,
Недогоняют необъятный неконтакт,
Недопровод недоума и недомысли
Недобирают недобычный недотакт.

Недолюбовь, недодуша и недотрепет,
Не допускают недоступный недопуть,
Недовина, недопрости и недолепет
Недостают недокрутую недосуть.

Недоминутка-недосуг недосвиданья
Недовершит  недосовпавший недомиг,
Недоостывший недогонь недопрощанья
Недоуслышит недостихший  недокрик.

Отражения 4

Отраженье… солнце в лужах,
Непосредственность двуличья,
Исповеданному нужно
Зазеркалье неприличья.

Лист дрожащий за окном…
Идиллическая повесть,
Каноническая совесть
Благоверных под сукном.

Отраженная душа…
Неиспытанная мера,
Суетливая манера
Для сердечных антраша.

Погруженье в отраженье…
Реактивная стезя,
Стайный гомон выраженья,
Можно, но, нельзя. Нельзя.

Предначертанность пути…
Крестный и неповторимый,
Из под воль под час творимый,
Пре рожденье пре взойти.

Отражения времен,
Облетевший красный клен,
Мокрый, огненный, кричащий…
И пречист и опален.

Снежинка

Снег. Белоснежный оберег.
Закрываешь все собою,
Живописной пеленою
Вышиваешь русла рек.

Удивительным круженьем
Кружевного снегопада
Невесомая громада
Оседает недвиженьем.

Снеговыми холодцами
Утепляешь черный лес,
Нежных искорок не вес
Разлетается  венцами.

Снег. Из кристальности и нег.
Первородность чистоты
Молчаливо даришь ты.
Этот ангельский не бег.

Охлаждение природы
Упокоенной храненье,
Светлое захороненье
Под заснеженные своды.

Снег. Тающей слезой у век.
Твое первое признанье
Уже холод расставанья,
У снежинки краткий век.

Луна

«Ты крик тоски, застывший глыбой льда….»

В небе полная луна,
Льет холодный свет она,
Молчаливая подруга
Полуночного досуга,
Белоликая богиня,
Поднебесья инокиня.
Я люблю твой разговор,
В нем не слышен шум и спор,
В нем неведомая сила
В свет молчанье превратила.
Он тревожит и манит,
И мерцает и томит.
Беспрерывное движенье
Колдовского отраженья.
Откровенье высоты
Средь кромешной темноты.
Ты свидетельница мира,
И времен немая лира,
Ты потусторонний глаз,
И любовница и сглаз.
Поэтическое жало,
Лунная царица бала.
Неизбежный судия,
И исход и алия.
Под тобою стынет кровь,
Ты умершая любовь…

Это кажется, что ночь
Завтра.
Это верится, что день
Был.
Пьеса неживого те-
Атра.
Повесть мечущихся без
Сил…

Ты прекрасна в облаках,
Черных лодок мореход,
Ты отчаянья и плах
Еженощный верховод.
Ты последняя молитва,
Осияненная битва,
Ты ревнивица и нож,
Что вонзает старый дож.
Эфемерная вдова,
Ты и лжива и права…

Этот ниткой серебра
Свет.
Этот струн тугих немой
Звук.
Прожитая бездна лун,
Лет.
Вековечный роковой
Круг.

Время

Время недвижимо и текуче,
Непотусторонняя длина,
Врезкой слов, беспамятно-певуче,
Ирреальная завеса и стена.

Неосуществимо-дорогое,
Из дешевых, бросовых вещей,
Всех. Ничье. Дурное и благое
Взял на откуп физик и кощей.

Незаметная, таинственная малость,
Чудо-чудное не видное на свет,
Его много …или не осталось,
Было, есть  и будет. Или нет.

Жизнь-монетка

Что жизнь! Театр, и мы в нем актеры,
Повесы-амура  коты-полотеры,
Адама-слепца продолжатели рода,
И Евы, с которой любезна природа.

Прописана пьеса, без импровизаций,
Дежурная смена живых декораций,
Отца-режиссера великого тень,
И вечная ночь с перерывом на день.

Всемирная разовая постановка,
Псевдоролей бесконечная ковка,
Гений и бездарь, святой и злодей,
Потный святоша и прелюбодей.

Все развернулось на массовой  сцене,
Выход один и он будет оценен,
Жизнью твоей как разменной монетой,
Вдавленной в грязь бутафорской каретой,

Или лежащей на потной ладошке,
Или забытой в растресканной плошке,
Или заждавшейся грязной игры,
Или не видной у дальней дыры,
Или взаймы, или просто щелчком
Будешь крутиться на сцене волчком,
Или ненужной в дырявом кармане,
Или понадобившейся в обмане,
Или игрушкою, битой железной,
Неоцененной и бесполезной,
Редко используемой по существу,
Брошенной чаще в гнилую листву,
Ту, что с монетой сгребают со сцены,
После размененной временем смены,
Неподражаемая кутерьма,
Подиум блеска и откутюрьма.

Избранных круг на разыгранном бале,
Не потянувшие …в сумрачном зале,
Жизнь по билету на жалкий  часок,
Чтобы услышать чужой голосок,

Видеть в бинокль чужие движенья,
Прежних желаний игру отраженья,
Чувства присвоенного выраженье,
Мыслей топорщаеся напряженье,
Жизни другой и другого круженье,
И обездвиженное положенье,
Сонной души рядовое броженье,
И почитание без умноженья,
Роль, переброшенная игроку,
Чтоб записать исполненье в строку,
До- или непережитый момент,
И настоящему аплодисмент.

Вечный театр, и мы в нем актеры,
И гардеробщики и режиссеры,
И сценаристы и сторож-смотритель,
Ну и, конечно, упитанный зритель,
Бросивший рампу с досужею ролью,
Чтобы исчезнуть с никчемной гастролью,
Длинный спектакль, где то шут, то король,
Где и твоя то ли жизнь, то ли роль.

Сон

Иногда живешь только во сне,
Компенсация рутины и желаний,
Бравый капитан на черном дне,
Принц или принцесса из сказаний.

Подвиги, полеты наяву,
Удивительные города и страны,
То отважную тебе секут главу,
То не замечаешь боевые раны.

Там признанья, света волшебство,
Фантастические, дивные созданья,
Сверхреалистичность, колдовство,
И неповторимые свиданья.

Будто и не сон, а жизнь твоя,
Полная невиданных страданий,
Наполняет чашу бытия
Зрелищами странных испытаний.

Будто все взаправду, не во сне,
Это искренность, а недоговоренность,
Это не мечта о той весне,
Где щемяща сердца опаленность.

Это ведь и есть тот самый мир,
Где свободны чувства и желанья,
Где звучат аккорды дивных лир,
И сбываются любые пожеланья.

В мире сонном получеловек
Словно вольный ветер на просторе,
И  казалось бы, проспавший полувек,
Пребывает в правильном миноре.

Но и утренний полудурной кошмар,
И ночное страшное виденье,
Все твоей кипящей жизни жар,
И за зеркалом твое же отраженье.

Это ты же и герой и трус,
Это ты и гений и предатель,
Взрослый? Нет, мальчишка-карапуз,
Детка? Нет, пират-кладоискатель.

Вся вселенная неявленных чудес,
Жизнь вторая чудных сновидений,
Где шумит как в сказке черный лес,
И мираж исчезнувших творений.

Утро декабря

Что-то ты невесело,
Утром шла к машине,
То ли нос повесила,
То ли не с вершины.

То ли все достало,
Муж, любовник, отчим,
То ли ты устала
От декабрьской ночи.

Глупые подружки
Тоже надоели,
Опустели кружки,
Бутерброды съели.

Докурили громко,
Смяли сигарету,
Дотлевает кромка,
Видно счастья нету.

Дома ли, на кухне,
В ванной ли, постели,
Мы его заметить
Вроде бы успели.

Но на месте чашки,
Ложки и тарелки,
Только дни неряшки,
Только мысли белки.

В колесе минуток
Тереблю вчера,
Из несчастных суток
Мои вечера.

Из дежурных мыслей
Жизни суета,
На часах повисли
Зимы и лета.

Неужели это
Бес-пер-спек-тив-няк,
Годы без просвета,
Мой погас маяк.

Или это просто
Утро декабря,
И слезинки вдосталь
Появились зря.

Заклинание

Бывает и солнце луной
в недвижных, седых облаках,
нависших тяжелой стеной
в декабрьских, остылых руках.

Ты жар или жало,
Немеющий лик,
Нет, ты не устало,
Постылый старик.

Под жутким присмотром
замерзшего дня,
холодным досмотром
пугаешь меня.

Небес хирургия
скальпирует звук,
дымов летаргия
сканирует круг.

Он видит живое живым не горя,
Сжигает короткие дня декабря,
Холодным теплом леденит ожиданья,
И мутным белком теребит заклинанья.

ТЫ мелок, ничтожен, пылинка веков,
Бессмысленный зритель моих облаков,
Уйди! Это мир ледяного огня,
Великий поток вечной ночи и дня.
Громадная бездна бескрайних глубин,
Движения сущего, времени, длин.
Ты жалкий не звук, не волна, и не срок,
Ты не постижимый не слышишь урок,
Ты самозабвенье плодимого стада,
И недотворец рокового уклада,
Ты бледное «я» предрешенного лика,
Ты был и исчез, тень размытого блика,
Ты мним и безверен, запутан и слеп,
Твой жизненный путь человеческий склеп,
Заложник желаний, страдалец судьбы,
Уйди! Этот свет не для слов и мольбы!
……………………………………………
Я нитями связан, моя пуповина,
Плодящейся массы исток, сердцевина,
Я вызван из мрака, уйду в никуда,
Жизнь миг, исповеданный на года,
Один появился, уйду одинок,
Родился безвременно, кану не в срок,
Привязан к земному невидимым роком,
И им же исчезну бессмертным потоком,
Мои откровенья изжитых со-бытий
Придонный осадок ненужных открытий,
Умершая масса отживших эпох,
Исчезнувший взор, незаконченный вздох.

Проснувшийся встал, оглядев неземное,
Я был тут, я был, я творенье земное,
Всесведущий круг, абсолютная мера,
И боль несносимая, свет и химера.

Прописные истины

Прописные истины…
«Не проси, дадут»,
Необременительно,
Выгодный статут.

«Потерпи немного…»
Среди шумных стай,
И твоя дорога
Не минует рай.

Слово-обещанье,
Слово-доброхот,
От чревовещанья
Говорящий рот.

Вот бы хоть разочек
Смысла и ума,
Сердца голосочек,
Сам или сама.

Сапфо

Лишь тебе, Сапфо, посвящаю песню,
И твоей строфой приношу даренье,
У тебя одной вдохновлюсь твореньем,
Вечной любовью.

Слышу шаг, идешь ты на берег моря,
Синих волн прибой навевает ритмы,
В небеса смеясь ты бросаешь взоры,
Строки слагаешь.

Говоришь слова и тревожишь чувством,
Дышишь грудью в такт, поверяя голос,
Плектром звонких струн, собирая звуки,
Душу терзаешь.

Научи, Сапфо, отражать мерцанье
Дальних звезд, волны, переливы сердца,
Божество твоих островных напевов,
Лира  поэтов.

All inclusive

Ты юн и хочешь завтра,
Торопишь времена,
Проглатываешь завтрак
Не отойдя от сна.

Ты повзрослел и хочешь
Все здесь и все сейчас,
Обедом заморочишь
Кормителей не раз.

Ты постарел и понял,
Что завтра просто нет,
И ужин твой, засоня,
Еда из прошлых лет.

Бегемот

Человек… существо толстокожее,
В этом и минус и плюс,
На бегемота похожее,
Но это внутренний флюс.

Плюс – забываются раны,
Минус – не чувствует боль,
Плюс – не тревожат изъяны,
Минус – он голый король.

Плюс – капитан пофигизма,
Минус – души пассажир,
Плюс – ходовая харизма,
Минус – бесчувственный мир.

Важно плывет толстокожий,
Грубость надежный причал,
И убедителен рожей,
Голосом, если рычал.

Не ветерок ему песня,
Не причитанье волна,
Синь облаков не чудесней
Твердого, мощного дна.

Складки на годы защита,
Эхом не шит тучный миг,
Лишнее для дольче вита
Нечеловеческий крик.

Не воин

Бессилие …а как это назвать,
Ты  NEMO! Жалкая душа,
Ни рвать ты не способен, ни метать,
Парша.

Ты знаешь свое место. Ты не раб?
Плывущий лист, пустая шелуха,
Ходячий корм, ты без болезней слаб,
Труха.

Зачем ты нужен, горя образец,
Страдалец неисполненной мечты,
Бредущий по теченью не пловец
В кусты.

Ты сам-то понял или все равно
Бессмысленную ненависть свою,
Нащупываешь хиленькое  дно,
YOU!

Долечки, долечке, долечка

Иная степень отраженья,
Придуманного не движенья,
Продуманное положенье
Надуманного выраженья.

Со-знание, со… на разрыв,
Два плюс один. Чет. Нечет. Взрыв.

Не против лени (е) со промата,
Вочеловечевизм примата.

Ох, сладострунец духоспектра,
Даритель истин, веры вект (о) ра.

Где, кто (нить) …нарушь… на повороте,
Понищенствуй в медовой соте,

Из искры… Боже, Берлиоз!
Волшебник из страны ноль три! Блин, Оз!

Иста-ю медлен-ною стрелкой ле-
которой -тящей, вящей, тещей, нощей,
и проще рельса длится надо…..
шок – О! ведь вредно, чув-, ство-ла-да,
и стадо, рада, чада, ада,
да-нет, лет лет, in-out?, лет,
не ново, кот люб-ова, крова, плова, лова слова….

Собрался в куч-…боярин ты жа,
Князю вот пофиг твоя грыжа,

Матери- ал- А я? Впервые?
Крутите зенки, персты, выи,

Авто скрипение -леса
Ко операция -деса
Чу! Невозможный,
(Можно) свет,
Его струящаяся дымка,
Миг, накопившийся из лет,
Прозрачен, чист, не очертаем,
Безгрешен и непостигаем,
Невиновата- я, слеза…
из детства… мир …во все глаза!

Я поднимусь под-, пот, рутина,
картина, тина, вина, вира,
клавира зву-, киму, кому,
дому в своем, вдвоем, в два ем,
до (-ем), ре, ми, фа, соль, ля, си,
гаммообразненько, мерси.

ЖИВАЯ… сложненькаясложенасложеньем,
Вы-чи-тан-ная (че вы!) вы-чи-тань-ем.
Умноженькаямноженько умно НО! Умноженьем,
На два! И раз-де-лен-ная ДЫХАНЬЕМ.

Долечки, долечке, долечка,
Счастья, а надо мне?
Горя чуть-чуть, вот столечко…
Можно на самом дне.

Современная проповедь

Надо обнажиться, чтобы не грешить,
Истине молиться, чтобы не спешить,
Надо отрешиться, чтобы не блуждать,
Низко наклониться, чтобы прямо встать,
Надо оглянуться, чтобы не упасть,
К свету потянуться, чтобы не пропасть,
Надо исповедать душу до конца,
Чтобы не увидеть в зеркале лица,
Надо научиться, чтобы позабыть,
Надо измениться, чтобы просто быть,
Надо положиться на Его пути,
Чтоб остановиться, где другим идти.

Тихий пророк

Ты теснишь слова,
Значит, ищещь путь,
Все слова трава,
Если в них не суть.

Из небытия
Зиждешь колыбель,
С неожития
Стряхиваешь прель.

Попранных веков
Ведаешь исход,
С брошенных венков
Иссекаешь год.

К цели не спешишь,
Ее просто нет,
Бодрствуя не спишь,
Не считая лет.

Твой неодинок
Опалимый свет,
Истины пророк,
Сеящий  завет.

Грош

Подавали нищему
Звонкую монетку,
Отправляли лишнее
В нищенскую клетку.

Бедному не жалко,
Что с него возьмешь,
Совестливым галка,
Что ценою в грош.

Ушедший

Ты вышел из боли, покинул печаль,
наружу из ложных страстей,
отправился в путь в неизвестную даль,
оставив привычных гостей.

Ты сон, Одиссей, вековая греза,
ты жизнь без любви и надежд,
тебя не затронет мужская слеза
прощаньем словесных одежд.

Ты брошенный мир разорвавшихся струн,
звучавших над синей волной,
ты жадный искатель покоя и рун,
ушедший из дома домой.

Все пролетит

Все пролетит… и время, которого нет,
Пылью все станет, к ней верно стремится листва,
Только живое увидит божественный свет,
Только душа, что покинет предел естества.

Буйствует спящее, тленом цепляясь за мир,
Трогая слепо пирующий, видимый цвет,
Не умещаются бренные кости и жир
В вечность коробочки с малым количеством лет.

Материал так не вечен, так жалок продукт,
Тот, что подобием часто слывет божества,
Да, и к тому же, бывает гнилым этот фрукт,
Жаждущий смерть запретить по причине родства.

Мнимая ценность… прощай, яркий сон наяву,
Здравствуй, нетленных даров удивительный путь,
Звонкое блюдо на миг испоганит главу,
Взором умершим не давший живому уснуть.

Золотой песок

Безжалостный и Добрый
Столкнулись на пути,
От ядовитой кобры
Ни скрыться ни уйти.

Что движет, когда гложет
Немилосердный  взор,
И устремился к  коже
Карающий топор.

Что плачет, погибает,
А что еще живёт,
Кто ангельски рыдает,
А кто навзрыд поёт.

Смертельная расправа
Над жертвенным куском,
Веков кровавых лава
Над золотым песком.

Строка

По сути… обо одном и том же,
Ну те же яйца, только в профиль,
Ты слов и мыслей эконом же
Или безумный Мефистофель?

Оттенки человечной призмы
Поймал в примерочной души,
Или фигляристой харизмы
Все выпуклости хороши?

Идешь к другим себе навстречу
Или уставился в стекло?
Не говори, что никнут плечи,
Когда строкою припекло.

Я был там

Я был там, где ложь и границы
Творят фантастический сон,
Где странные мертвые лица
Глядят из под жутких корон.

Я видел земные пределы
Не выросших карликов  душ,
Гигантообразные стелы
Желаний изгаженных луж.

Я слышал сердец скрежетанье,
Шипенье нежнейших зверей,
Нелепейшее собранье
Хвостов у роскошных дверей.

Я чувствовал масок кровавых
Невыдуманный карнавал,
И липкость уродцев картавых,
Где дух лишь  мгновенье не спал.

Воскресенье

Одно умирает, одно воскресает,
Две силы земного Креста,
Рождение, Смерть, Воскресенье рождают
Небесную юдоль Христа.

Две линии жизни, две линии смерти,
На многие лета волна,
В бесстрастной и страстной святой круговерти
Коснется  Голгофы она.

Томление духа, телес испытанье,
Он  умер. Вознесся. Воскрес.
Земного и вечно живого прощанье
Под вечною синью небес.

Глас

Ты ждешь солнышко, когда
Его нету,
Золотое не всегда
За монету.

Дорогое с дорогим
Остается,
А блаженным и благим
Воздается,

Пресвятая, настоящая
Слава,
Без неписанного, вящего
Права.

Ведь земные  испытанья
Простые,
Отведише воздаянья
Пустые.

Сохрани и охрани,
Что даруешь,
Не во мраке как они,
Да пребудешь.

Гордая любовь

Жизнь коротка и не вечна,
Вечна святая душа,
Но если ехать по встречной,
То и душе ни шиша.

Как это… тише …и дальше,
Сильным не станет слабак,
Мудрый, исчезнувший раньше,
Чем празднословный дурак.

Жертвы…
Цена восхожденья,
Муки….
Ошкуренный счет,
Вневременного движенья
Душ ослепленных полет.

Гогот и плач, униженья,
Шабаш и ропот, беда,
Дъяволиада цветенья,
И… ничего, никуда.

Боль одному, поклоненье,
Разум иных гордецов,
Тлена не исчезновенье,
Плен королей-мудрецов.

Может она и дороже
Храма излитой крови,
И человечнее тоже
Гордой, безумной любви.

Пушкин

«…Мороз и солнце!»

Таинственные спутницы поэта,
Внимавшие его стихам без света,
Предмет безумной страсти, вдохновенья,
И чистого, живого откровенья.

Бесценный дар мятущейся души,
Творившей  и  в столицах и в глуши,
Болевшей музами, трудами государства,
И покорившей поэтические царства.

Запечатлевший тонкости классических страданий,
Признаний жар и разочарований,
Во всем  глубокий ум и соразмерность,
И рифмы легкой удивительная верность.

Как много их… Друг, памятник, создатель,
Историк, критик, дуэлянт, писатель,
Любовник, муж, отец, поэт, издатель,
Мыслитель, переводчик, брат, читатель.

Игравший на божественной волне,
В мерцающей и сонной тишине:
Единственные, пушкинские строчки,
Где вдохновенно-поэтичны даже точки.

Дивившийся частичкам бытия,
Отказывавший в счастье не шутя,
Он раб и гений, нищий и должник,
Низина темная и недоступный пик.

Поэт! Живой творец судьбы и увлеченья,
И духа, полного со-чувства  и сомненья,
Властитель дум, апостол и мессия,
Печаль и нежность как сама Россия.

Мисс

Почему душе одной
Не живется,
Тот ей, этот не родной,
Все неймется.

Ну, никак не угодишь,
Губы дует,
По душам с ней говоришь,
Так не любит.

Удержать ее почти
Невозможно,
Не сидится взаперти,
И безбожна!

То, клянется, – я твоя!
Ну ей-богу,
А сама уж не тая
В путь —дорогу.

И томится  и спешит,
Вот, невинность,
И загадочно молчит,
Мисс немилость.

Правда ложь

Говорят, не знаешь,
Вроде лучше спишь,
Может не летаешь,
Но и не плохиш.

Вот не ждешь, а треснет,
Грохнет тронный зал,
Басня или песня,
Но один финал.

Выучишь дословно
Ломаный язык,
Лучше полюбовно,
Все равно ярлык.

Ангельских немного
В хоре голосов,
Медленно и строго
Душу на засов.

Грешные уроки
Хлесткого стиха,
Каянные сроки,
Кто ж не без греха.

Без вины виновны,
Казни не без сна,
Хоть не уголовны
У людского дна.

Горе на расправу,
Ты и был  один,
Ведомому праву
Случай господин.

Может и окрепнешь,
Может и поймешь,
Если не ослепнешь
Там, где правда ложь.

Иголочка

Ясный месяц в небесах,
Чуть правее  звездочка,
Вот не в Муромских лесах
Листик да иголочка.

Хороша была весна,
Теплый ветерочек,
Ах, иголочка со сна,
Трепетный листочек.

Шелестели  обо всем,
Молодо да зелено,
Мы с тобою пронесем
Все, что нам отмерено!

Лето, осень… холода,
Стало время колко,
Раньше горе не беда,
Нынче зла иголка.

Сжался и согнулся лист,
Почернел от стужи,
Некрасив как трубочист,
Ну кому он нужен.

Сказка 2
В. Буш

Wilhelm Busch

(« Kritik des Herzens»)

Проснулся юноша, вздохнул,
Как счастлив был во сне я,
Сквозь лес я шел и чащи гул,
Высокий замок, караул,
Туда вошел немея.
В чертогах каменных была
Прекрасная принцесса,
Мне руку белую дала,
Смеясь, по замку повела,
Как в сказочную пьесу.
«Смотри! Богатства моего
Тут хватит на полмира,
Люблю тебя лишь одного,
Ты будешь мой и царь всего!»
И зазвучала лира.
Упал я ниц к ее ногам,
Фанфар раздался грохот,
Все понеслось в тар-тара-рам,
Дворец, принцесса и я сам
Исчез под трубный хохот.

Der Knab erwacht und seufzte: «Oh,
Wie war ich doch im Traum so froh!
Ich ging in einen Wald hinaus,
Da kam ich vor ein hohes Haus,
Das war ein Schlo; von Marmelstein.
Ich ging in dieses Schlo; hinein.
Im Schlo; sah ich ein M; dchen stehn,
Das war Prinzessin Wundersch; n.
Sie l; chelt freundlich und bekannt,
Sie reicht mir ihre wei; e Hand,
Sie spricht: «Schau her, ich habe Geld,
Und mir geh; rt die halbe Welt;
Ich liebe dich nur ganz allein,
Du sollst mein Herr und K; nig sein.»
Und wie ich fall in ihren Scho;,
Ratuh! kommt ein Trompetensto;.
Und weg ist Liebchen, Schlo; und alles
Infolge des Trompetenschalles.

Колечко
Joseph von Eichendorff

В одном сыром ущелье
Крутилось колесо,
Моя любовь, веселье
Исчезли. Было все.

Колечко мне дарила,
И в верности клялась,
Но верность позабыла,
Кольцо упало в грязь.

На мельнице как прежде
Я слышу колесо,
Живу в одной надежде,
Умру, умолкнет все.

In einem k; hlen Grunde
Da geht ein M; hlenrad
Mein’ Liebste ist verschwunden,
Die dort gewohnet hat.

Sie hat mir Treu versprochen,
Gab mir ein’n Ring dabei,
Sie hat die Treu’ gebrochen,
Mein Ringlein sprang entzwei.

H;r’ ich das M; hlrad gehen:
Ich wei; nicht, was ich will —
Ich m; cht’ am liebsten sterben,
Da w;r’s auf einmal still.

Это просто…

Почему тебе не хватает тебя,
Это просто вопрос,
Почему не живешь не любя.

Почему отдаешь словно радуги льешь,
Это просто цвета,
Почему их себе не берешь.

Почему подарив невозвратное ждешь,
Это просто тогда,
Почему и простив не поймешь.

Почему не идешь, если хочешь идти,
Это просто слова,
Почему их опять не найти.

Почему говоришь про себя не молчишь,
Это просто ответ,
Почему будто временем спишь.

Почему не поверишь пока не беда,
Это просто с тобой,
Почему полосой череда.

Почему одиночество будней не сон,
Это просто порог,
Почему тут так много корон.

Сумерки

Мне кажется… или минуты стали тише
Текущих плавно невозвратных вод,
Взлетающей неспешно тени с крыши
Под гаснущий вечерний небосвод.

Мне кажется… или беззвучное теченье
Часов… прозрачней прежних голосов,
Сложней, но и весомей увлеченье
Не столь уж увлекательных басов

Сокрытий …редких, строгих и немых,
Дарованных не ценностью желаний,
Не сутью истин, трудных и простых,
И не количеством поверенных страданий.

Поистине

Сытый голодному… ну как известно,
Сильный кого-то ням-ням,
Зрелому мудрость, понятно, уместна,
Юный  на зависть коням.

Все в свою пору и все объяснимо,
Мокрой бывает вода,
И что душа как монашка ранима,
Но если цел  не беда.

Ищешь награды и успокоенья
В мире не мер и весов?
От умирания и до рожденья
Много убитых часов.

Много безмолвных таинственных бдений,
Много… и все одному,
Духоподъемов и грехопадений
В мыслежужжащем дому.

Не повторенья уроки златые
Впрок и на зависть годам,
Телодвиженья (на память) литые
В автоматический спам.

Перерожденье обидчивой воли
В необъяснимую «пусть»,
Дольки (надежды) на верное доли
Вытеснит светлая грусть.

Выдаст по истине горькой приправы
К блюду той самой любви,
Где не клянущие левы и правы
На недосданной крови.

Лазурь

Белый снег… рассыпает февраль конфетти
Круговертью стального  дождя,
Пар нежней и милей не найти
На балу у немого  вождя.

Хороводит, сверкает, кружит
Запоздалой белесой рукой,
Кружевной белизною слепит
Поражая  холодной  клюкой.

Зимний  ветер узорочье вьет
Предпоследних не ласковых бурь,
Как наотмашь снежинками бъет
Сквозь еще ледяную лазурь.

Февраль

Февраль не враль довесками зимы
вбивает гвозди дней в отзимовавший год,
взрывая блеск и сверк израненных снегов
коронным пиршеством последних блюд
из порванной сумы.

Торопится, ведь сочтены часы отмеренных страданий
осознаваемого, горького ухода,
уже почти умершая природа
кичится поминальной красотой
безжизненных свиданий.

Родная речь

Скажи… и я пойму,
Словарь не нужен,
Не звуком смыслы обойму,
Иным разбужен.

Пытаешься… не объяснишь,
Не нужно слова,
И говоря  молчишь,
Не ново.

Был… не забыл,
Не прожил,
Язык постыл,
Похоже.

Иди… ты спишь,
Как прежде,
В ушедшее глядишь,
Надежде.

Живи… и будь,
Не кайся,
Ты есть и суть,
Не майся.

Простая речь,
Ты слышишь,
Ты можешь лечь,
Ты дышишь.

Круги на воде

Ты к ним идешь, они уходят,
Ты ищещь, а берет другой,
Так на воде круги уводят
Первоначальное дугой.

Так расстаются обладая,
Так говорят, когда молчат,
Так еще верят, полагая,
Что настоящий прошлым свят,

Что не меняет правда лица
У покривившихся зеркал,
И время не стрелою мчится
Мимо харибдо-сцильных скал.

Это просто слова

Что такое стихи,
Это просто слова,
Это просто слова на бумаге,
Чьи-то радости, слезы, признанья, грехи,
Жизнь, лишенная света и влаги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.