# Алиса в Стране чудес. Официальная новеллизация

Юлия Сергеевна Каштанова

Алиса в Стране чудес – современная экранизация популярного детского аудиоспектакля на стихи Владимира Высоцкого по мотивам сказки Льюиса Кэрролла.

Алиса, 15-летняя школьница, у которой все идет наперекосяк. Она проваливает важный экзамен, чем провоцирует очередную ссору родителей, от одноклассников тоже никакой поддержки: друзья ее сторонятся. Внезапно в парке она встречает Белого кролика и следуя за ним попадает в волшебную страну, где как в кривом зеркале отражается ее реальная жизнь: люди, которые ее окружают, проблемы, страхи, заботы – в Стране чудес все вроде знакомое, но в то же время не похоже само на себя. Алиса чувствует себя здесь абсолютно чужой. Чтобы вернуться домой ей предстоит преодолеть множество препятствий и странностей: побывать на вершине гор, оказаться в пустыне, переплыть море собственных слез, заблудиться в волшебном лесу, и, наконец, повзрослеть. Ведь только повзрослев, Алиса сможет спасти Страну чудес от настоящей катастрофы.

# Каштанова, Юлия Сергеевна. Алиса в Стране чудес. Официальная новеллизация

© Каштанова Ю.С., 2025

© ООО МЕДИАСЛОВО, ООО ГПМ Развлекательное телевидение, ООО Студия КИОН

⁂


Откуда приходит сказка? А чудесные сны – откуда? И что происходит с увлекательной историей, когда мы поутру открываем глаза? Она не исчезает, она продолжается. И мы можем туда вернуться. Для этого нужна самая малость – не переставать мечтать. Так считали и Татьяна, и Максим, родители выдумщицы Алисы. Они не забыли, как сами были детьми, и прекрасно понимали, что может случиться, если перестать верить в чудеса. Кто такие взрослые, если не подросшие дети?

Татьяна и Максим, облачившись в причудливые театральные костюмы, делали украшения – готовились к спектаклю. Работа проделывалась основательная: они специально для постановки придумывали наряды, шили кукол для театра, и все для того, чтобы пригласить дочь в сказку. Они все еще верили в чудеса, хотя старались казаться важными и серьезными.

Худощавый Максим устанавливал декорации, и вдруг ему под ногу подвернулась отклеившаяся ракушка.

– А-а-а! – вскрикнул он, схватившись за пятку. – А!

– Тише, тише! – шикнула мама Алисы, бросив на мужа укоризненный взгляд.

Максим доковылял до стойки со шляпами и принялся задумчиво один за другим примерять головные уборы, поглядывая то в зеркало, то на жену.

– Этот? – поинтересовался он, любуясь собой.

– Нет, этот. – Жена покачала головой и ловко вкрутила очередную лампочку в причудливый светильник. – Да, да, да! – закивала она, когда муж сделал наконец правильный, с ее точки зрения, выбор. Их мнения совпадали нечасто, но папа Алисы предпочитал не спорить.

Но вот любительская сцена готова. Родители на цыпочках подкрались к двери Алисиной комнаты и прислушались. Внутри было тихо.

– Готов? – с шутливым укором негромко уточнила Татьяна. Она пыталась выглядеть строгой, но получалось не слишком удачно: настолько уморительно милым был муж в своей рассеянности.

Татьяна остановилась у дверей детской.

– Нет! – поспешно ответил Максим и одарил ее обезоруживающей улыбкой, а затем заключил жену в объятья и поцеловал. – Теперь готов, – уверенно проговорил он.

Дверь комнаты тихонечко приоткрылась, но Алиса, погруженная в свои мысли, как будтоэтого не заметила. Заиграла тихая, убаюкивающая музыка, и в комнату зашли родители в компании большого плюшевого Чеширского Кота. Девочка удивленно посмотрела на них. Что у них на уме? Она знала, что мама и папа – те еще выдумщики…

Родители спрятались за ширмой, а плюшевый кот вдруг начал приплясывать и кланяться, как живой. Алиса с восторгом наблюдала за ним. А потом на импровизированной сцене появились другие игрушки, и перед взором восхищенной девочки начал разворачивался увлекательный сюжет.

– Этот рассказ мы с загадки начнем.
Даже Алиса ответит едва ли,

– раздался мягкий баритон с мурлыкающим говорком.

– Что остается от сказки потом,
После того, как ее рассказали?..

Максим таинственно улыбнулся, жестом заправского фокусника запустил руку в шляпу и вытащил оттуда игрушечного белого кролика. Потом Татьяна принесла сшитую из лоскутков древнюю птицу Додо, и представление продолжилось. Алиса ничего не понимала, но ей было весело, и она увлеченно следила за тем, как перед ее глазами разыгрывается сказка. Музыка зазвучала громче, где-то тихо щелкнула хлопушка – и по комнате разлетелись разноцветные бабочки.

– Где, например, игрушки твои?

– мурлыкал плюшевый зверь. —

Добрая фея куда улетела?
А… так-то, дружок?
В этом-то все и дело.

Игрушки попрятались, зато появились мама с папой. Они подхватили дочь за руки и закружили по комнате в веселом хороводе, смеясь и распевая хором. Комната наполнилась сияющими, как фонарики, мыльными пузырями – самыми обычными, крошечными и огромными.

Они не испаряются, они не растворяются,
рассказанные в сказке, промелькнувшие во сне.
В Страну чудес волшебную
они переселяются.
Мы их, конечно,
встретим в этой сказочной стране.

Песня медленно затихала, будто удаляясь. Наконец осталась только музыка, а вот уже и она осыпалась звенящими нотками, которые закатились, будто шарики, под столы и стулья. Медленно тускнел свет на сцене, вот он почти совсем погас… Наступало время грез.

Алиса держалась из последних сил, но бороться со сном бесполезно – рано или поздно все равно проиграешь. Максим и Татьяна уложили дочь и, накрыв одеялом и ласково поцеловав, на цыпочках вышли из комнаты. Стихли последние аккорды, погас последний светильник. Наступила ночь – время чудесных сновидений…


– Алиса, ты встала? – настойчивый голос отца бесцеремонно ворвался в сон, и тот рассыпался на множество ярких искорок. Опять разбудили на самом интересном месте. Какой чудесный был сон! Девочка нехотя разлепила глаза и сладко потянулась.

– Да… – пробормотала Алиса. Ей совершенно не хотелось ни вставать, ни, тем более, идти в школу. Но разве ее кто-то спрашивает? Все равно придется…

Девочка огляделась в поисках часов: те лежали там же, где она оставила их накануне, на тумбочке возле кровати. На блестящем циферблате плясали солнечные лучики. Стрелки показывали восемь. Это значило, что еще немного – и она опоздает. Первым уроком была математика, нрав у Веры Васильевны крутой, а Алиса уже несколько раз успела проштрафиться. А еще сегодня результаты теста объявят…

Алиса подскочила как ошпаренная. Не то чтобы она боялась, но злить учительницу было чревато. Девочка наспех покидала в сумку учебники и тетради, натянула школьную форму и бегло оглядела себя в зеркале. Не суперопрятно, но ладно, и так сойдет.

– Алиса! – донесся из кухни мамин голос. – Надо позавтракать!


Алиса ворвалась в кухню, как маленький ураган. Мама, как всегда, деловито суетилась то у плиты, то у стола.

– Макс! – Татьяна раздраженно постучала пальцем по циферблату часов, поторапливая мужа. – Время, время, время.

– Танюш… – взмолился тот, отправляя очередной кусочек в рот. Он был совершенно уверен, что спешить с завтраком – как и с любым приемом пищи – нельзя. Это просто неуважительно по отношению к вкусной еде!

В этом Алиса была на него совсем не похожа: никакого почтения, главное, что-нибудь перехватить, а что и как – неважно. Алиса наугад схватила со стола первое, что попалось под руку, и уже готова была выскочить из дома. Однако если скрыться от отца было достаточно просто – он все делал неспешно, – то мама – совсем другое дело!

– Эй, стой! – Она поймала дочь за руку, вынуждая остановиться, и наградила укоризненным взглядом. Опять все бегом, все кое-как… Когда же дочь наконец вырастет?.. – У нас сегодня будет пятерка, да? – с надеждой спросила она, тщательно расправляя воротничок на форме дочери. Ее всерьез беспокоили Алисины успехи, которые в последнее время оставляли желать лучшего.

Девочка со вздохом повернулась к матери и лениво протянула вслед за Татьяной:

– Да, мам, у нас сегодня будет пятерка.

Впрочем, судя по взгляду, полному сомнений, мама ей не слишком-то поверила. Пришлось повторить то же самое более убедительным тоном… Хотя получилось скорее нетерпеливо.

– Да, мам, сегодня будет пятерка.

Мама только покачала головой и вернулась в кухню.

– Пап, я ушла! – крикнула Алиса из коридора и выскочила за дверь, пока ее не остановили еще каким-нибудь каверзным вопросом.


Продрогшие за ночь улицы радовались солнцу, которое щедро заливало город лучами. Деревья тянули к свету ветви-руки, а дома широко раскрывали глаза-окна навстречу новому дню.

Алиса, напевая про себя, забежала на детскую площадку во дворе и принялась ловко прыгать по тонким, вкопанным в землю колышкам разной высоты. Каждый шаг отдавался в голове своей нотой, как будто девочка пробегала по клавишам гигантского аккордеона.

Возле пешеходного перехода мужчина в костюме часов раздавал горожанам, спешащим по своим делам, яркие листовки. Люди брали их не глядя: кто-то совал их в карман, кто-то отправлял прямиком в мусорное ведро.

– Ремонт часов, скидка пятнадцать процентов!

Алиса ловко увернулась от навязчивого рекламщика, который пытался впихнуть ей листовку прямо в руки.

– Извините, пожалуйста, я опаздываю, – буркнула она, не слишком дружелюбно, но действенно, и побежала к пешеходному переходу.

Алиса по привычке перепрыгивала с одной белой полоски на другую, будто нажимала на клавиши гигантского пианино. Только одной ей слышные ноты складывались в голове в затейливую мелодию.

– Много неясного в этой стране,
Можно запутаться и заблудиться.
Даже мурашки бегут по спине, если
Представить, что может случиться,

– пела девочка в такт. Ей было все равно, творится сказка вокруг или исключительно в ее голове. Впрочем, было бы здорово, если бы все то, что она себе навоображала, сбылось…

Алиса свернула на бульвар, пробежала мимо лужайки, на которой весело носились, играя друг с другом, собаки; чуть поодаль, из-под тени деревьев, за питомцами наблюдали их хозяева. Одна и та же картина изо дня в день… или все-таки нет? Какая-то парочка ссорилась на бульваре, громко крича и размахивая руками. Но стоило девочке обернуться на шум, как как, девушка и молодой человек изумленно замолчали, посмотрели друг на друга, а потом обнялись. Алиса потрясла головой и поспешила дальше. Ерунда какая-то…

– Вдруг будет пропасть и нужен прыжок?
Струсишь ли ты? Или прыгнешь смело?

– Продолжая напевать себе под нос, Алиса обогнула табличку на металлическом ограждении с надписью: «Ремонт дороги». Она так замечталась, что вдруг замерла. Проходившие мимо строители, наверное, подумали, что она испугалась или не знает, как перебраться на другую сторону, водрузили ее на стремянку и принялись весело приплясывать. Трое мальчишек на самокатах, должно быть, приняли происходящее за веселый аттракцион и, разогнавшись, лихо перескочили через ограждение. В ответ послышалось неодобрительное ворчание рабочих.

– А?.. Так-то, мой друг, в этом-то все и дело

И вот уже не только Алиса, но и другие жители города, вышедшие в то утро на улицу, присоединились к ней в разноголосом хоре. Волшебная музыка увлекла всех!

– Они не испаряются, они не растворяются,
рассказанные в сказке, промелькнувшие во сне.
В Страну Чудес волшебную, они переселяются.
Мы их, конечно, встретим в этой сказочной стране.

Налетевший порыв ветра раздул пачку листовок, и те разлетелись, как конфетти. Алиса замерла и огляделась. Но странности тут же исчезли. Люди как люди, спешат по своим делам… Значит, она опять замечталась? Девочка грустно вздохнула: чудеса снова происходили лишь в ее голове… а жаль.

Алиса машинально взглянула на часы и ахнула. Урок давно начался! Ох и попадет же ей… Девочка поправила рюкзачок за спиной и со всех ног бросилась к школе.

Урок и правда шел уже давно. Учительница математики Вера Васильевна, высокая статная блондинка в роговых очках, прохаживалась вдоль доски, поигрывая длинной указкой. Ни ее тон, ни взгляд не предвещали ничего хорошего большинству собравшихся учеников. И не удивительно: сегодня должны были объявить результаты экзамена. Поэтому класс замер в напряженном ожидании.

– Так, ну что, мои дорогие… – загадочно начала учительница, но договорить не успела: дверь с шумом распахнулась, и в класс влетела запыхавшаяся, растрепанная Алиса.

Повисла пауза. Ученики, сидевшие за партами, то выжидательно глядели на одноклассницу, то изумленно переглядывались между собой.

– Какие люди! – саркастично воскликнула учительница и всплеснула руками. – Не подскажешь, который час, Королева?

– Самое время для математики? – с невинным видом предположила Алиса.

Класс залился смехом. Шутка подействовала… на всех, кроме Веры Васильевны, которая помрачнела еще сильнее и сурово заявила:

– Значит, так, еще раз опоздаешь – я вызываю родителей в школу. Садись на место.

Алиса не стала спорить и молча прошла к своей парте, где слегка неуклюже бухнулась на стул рядом с самой популярной девочкой в классе Викой, которую считала лучшей подругой. Вика лишь скользнула по ней взглядом и снова принялась любоваться своим лицом на экране телефона и кокетливо поправлять прическу.

Не успела Алиса и дух перевести, как над головой, словно гром небесный, прокатился зычный голос учительницы.

– Дорогие мои, готовы услышать результаты ОГЭ?

– Да! – выкрикнул Золотников, известный зубрилка.

Класс наполовину одобрительно, наполовину недовольно загудел, некоторые ученики забарабанили по партам кулаками и ладонями. Впрочем, стоило Вере Васильевне бросить на них грозный взгляд, как тут же наступила тишина. Алиса воспользовалась заминкой, чтобы наконец вытащить нужные ей вещи и поздороваться с подружкой. Они легонько коснулись пальцами кончиков носа друг друга и повернулись к учительнице.

Покопавшись в бумагах на столе, Вера Васильевна вытащила лист с результатами и начала торжественно зачитывать:

– Кочетков! С тебя и начнем, – сказала она и сделала театральную паузу, чтобы придать словам драматичности. – Четырнадцать баллов. Это три.

Тощий жилистый парень с копной растрепанных волос глубоко вздохнул и повернулся к соседу по парте, Золотникову.

– Тройка, – пробормотал Кочетков – то ли удовлетворенно, то ли обиженно. – Ну, норм. М?

– Для тебя – это успех, – съязвила учительница и гордо продолжила, показывая на его приятеля. – Рядом Золотников – тридцать баллов, то есть пять, молодец.

Это было нечестно.

– Слышь! – возмутился Кочетков, толкнув приятеля-отличника в плечо. – А мне ты помочь не мог, а?

– А ты спросить не мог? – огрызнулся тот.

– Я и спрашиваю! – разъярился тот, замахиваясь, чтобы отвесить соседу подзатыльник. Тот втянул голову в плечи, ожидая «возмездия», но ничего не произошло: выяснение отношений прервал резкий окрик учительницы.

– Это что такое? Тишина. Успокоились! – дождавшись, пока все угомонятся, она продолжила. – Чувикова – двадцать пять. Роскошно!.. Антонова.

– Да! – выкрикнула Вика, красуясь перед классом. Уж она-то знала, что у нее с математикой все в порядке.

– Шестнадцать. Это четыре.

Вика довольно заулыбалась, чем еще сильнее испортила настроение двоечнику.

– Ну и ладно! – раздосадовано воскликнул тот.

– Королева – семь баллов.

Класс – и в первую очередь сама Алиса – пришел в растерянность. Девочка с недоумением посмотрела на соседку по парте – та ответила растерянным молчанием.

– Это что такое, Алиса? – нахмурилась учительница.

– Это, наверное, ошибка? – не веря своим ушам, осторожно спросила девочка.

– Да, и не одна, а как минимум двадцать четыре! – сердито и назидательно – чтобыникому больше неповадно было забывать про еепредмет – заявила Вера Васильевна. – Если не планируешь заканчивать школу со справкой – будь готова к пересдаче.

– Мама меня убьет, – пробормотала Алиса, устремив невидящий взгляд в пространство перед собой. Это было фиаско. Не нужно обладать богатым воображением, чтобы представить, что ждет ее дома…


Началась перемена. Алиса с Викой выбрались в рекреацию. Если подружка явно осталась довольна собой, пребывала в приподнятом настроении, жевала жвачку и подкрашивала губы ярким блеском, то Алиса была мрачнее тучи. Перед ее внутренним взором представали картины разговора с родителями – одна страшнее другой. Если папа, может быть, встанет на ее сторону и поддержит, то мама… Она так печется о репутации семьи!.. Девочка без интереса взглянула на расписание. Буквы и строчки сливались, становясь совершенно неразборчивыми.

– Нормально? – поинтересовалась Вика придирчиво. Одноклассницу в тот момент интересовала исключительно собственная внешность.

– Да, – равнодушно откликнулась Алиса, мысли которой занимал сейчас только один вопрос: как объяснить случившееся родителям. – Вик, я сегодня с вами не пойду, мне готовиться надо, – добавила она, сосредоточенно разглядывая расписание.

– О, твой идет, – хмыкнув, проговорила подружка, глядя куда-то в сторону.

Алиса обернулась и покосилась на симпатичного паренька с русыми волосами, который, закинув рюкзак на плечо, направлялся в их сторону. Девочка застыла, не в силах отвести от него взгляд. Она сама не могла понять, что с ней творится. Это был Костя, ее однокашник. Он был новичком, они еще не успели близко познакомиться, но Алисе он казался особенным.

– Чем он тебе так нравится? – пренебрежительно спросила Вика, надув губки. Ее раздражало, что собеседница ее игнорирует.

– Не нравится он мне, – огрызнулась Алиса, больше убеждая саму себя, чем свою одноклассницу. Тем временем Костя подошел совсем близко. Пришлось замолчать, чтобы он случайно не услышал того, что не предназначалось его ушам.

– Можно? – поинтересовался он, протискиваясь. Сердце девочки забилось сильнее, а кровь ударила в голову.

– Что? – растеряно пробормотала Алиса.

– Расписание посмотреть, – объяснил парень.

Алиса несколько секунд не двигалась, пребывая в глубокой задумчивости, а потом неловко посторонилась, пропуская знакомого к стенду и чувствуя на себе насмешливый взгляд Вики. Но стоило Алисе обернуться, та сделала вид, что просто поправляет прическу и ей совершенно не интересно происходящее.

– А, да. Да, – также же отстраненно пробормотала Алиса, сделав еще шаг в сторону.

– Слушай, мы тут гулять идем, потом в ТЦ посидим, а дальше как пойдет, – заговорила с Костей Вика. Ее совершенно не устраивало, что мальчики обращают внимание на кого-то кроме нее. – Ты с нами?

Она отчаянно строила глазки, чем только сильнее сбивала с толку подругу. С какой стати? Этот парень совершенно не в ее вкусе! Однако сам Костя, к неудовольствию красавицы, как будто ее не замечал.

– А ты тоже пойдешь? – спросил он Алису с надеждой в голосе.

– Ее мама не отпустит, она ОГЭ завалила, – капризно перебила Вика. – Ну?

Но ответ парня ее разочаровал.

– Спасибо за приглашение, но я в следующий раз, – отозвался он и, повернувшись, направился к соседнему стенду с яркой надписью: «Учитель года», фотографиями директора и «звезд» преподавательского состава.

Но, вдруг почувствовав на себе пристальный взор Алисы, парень обернулся. Девочка поспешно отвела глаза, чувствуя, что краснеет. С чего бы? Вика же стрельнула ему в спину убийственным взглядом, едва сдерживая ярость. Ну она ему покажет!

И случай подвернулся тут же. Откуда ни возьмись, возник Андрей, заводила и задира из параллельного класса в сопровождении двух таких же хулиганов, не блиставших высоким интеллектом и оценками. Девочки вздрогнули от неожиданности, а парень расплылся в улыбке, не обращая внимания на Алису, сграбастал Вику в объятья и потянулся к ее лицу, пытаясь поцеловать.

– Я только губы накрасила! – капризно взвизгнула Вика, отбиваясь от кавалера.

– Ты ж моя королева! – слащаво похвалил тот и с наигранной грустью объяснился: – Ты до сих пор обижаешься, что я тебе «лайк» не поставил? Я тебе реально говорю – у меня интернет тупил, – оправдывался он, пытаясь поймать девушку в объятия.

Вика ликовала: вот ее шанс отомстить!

– Ну вот пока ты тупил, меня гулять позвали, – надменно похвасталась она. Как и ожидала юная интриганка, парень пришел в ярость.

– Кто? – прорычал он, озираясь в поисках соперника.

Вика молча кивнула на Костю, азартно ухмыляясь. Она еще не решила, что ей важнее – отомстить или посмотреть, как из-за нее будут драться парни. В том, что драка будет, она не сомневалась: Андрей слыл задирой, но и Костя себя в обиду никогда не давал.

Андрей побагровел, сжал кулаки и в три шага догнал уходящего одноклассника.

– Лови совет, дружеский: прежде чем к нашим девчонкам приставать, сначала по сторонам посмотри, а то мало ли, – с угрозой в голосе заявил он, но Костя даже не обратил на него внимания: он все смотрел на Алису, стараясь перехватить ее взгляд. Равнодушие и спокойствие парня только сильнее разожгло гнев Андрея, который и так заводился с полоборота. – Ты меня понял? – прорычал он.

Костя выдержал паузу, чтобы подавить раздражение. Похоже, не дадут ему спокойной жизни. Как же ему надоел этот выпендрежник! Корчит их себя короля, а сам даже на боцмана корабельного не тянет.

– Ты что-то говорил? – произнес он насмешливо. – Прости, я на девчонок смотрел, не слушал.

Андрей чуть не взорвался от злости и обиды. Мало того, что кто-то претендует на его девушку, так еще и смеет его унижать при всех! Он налетел на обидчика, сбив того с ног, и парни покатились по полу, отчаянно мутузя друг друга. Несмотря на комплекцию, Костя не уступал однокашнику в умении работать кулаками и быстро взял верх. Приятели Андрея, рассвирепев, кинулись на выручку своему главарю. Следом рванула и Алиса – трое на одного, пусть и умелого, – это слишком, – но Вика успела поймать ее за рукав.

– Сами разберутся!

Впрочем, помощники Андрея больше мешали, чем помогали. Вскоре оба заработали по паре фингалов и отступили. А два драчуна-соперника, поднявшись на ноги, продолжали колотить друг друга, то сцепляясь, как дворовые коты, то отчаянно толкаясь.

И вот Костя отпихнул противника с такой силой, что тот с размаху влетел в стенд с красочной надписью «Учитель года» прямо в том месте, над которым под стеклом в красивой рамке висел портрет учительницы математики. Раздался звон, посыпались осколки, а драчуны снова повалились на пол. Вокруг уже собралась изрядная толпа. Зрители вовсе не спешили останавливать схватку, а напротив – подзуживали. Но вот раздался властный оклик. Толпа расступилась, пропуская вперед разгневанную Веру Васильевну.

– Так, прекратили! – настойчиво потребовала она, хотя драчуны ее даже не заметили. – Что происходит? Так, – еще громче рыкнула она, будто разъяренный лев, заставив парней замереть от неожиданности. Такого они от математички не ожидали. – Разошлись. Ну-ка, прекратите сейчас же!

Прошло около минуты, прежде чем дерущиеся наконец отпустили друг друга и, медленно поднявшись, разошлись в противоположные углы импровизированного ринга, сверля друг друга озлобленными взглядами исподлобья. Костя небрежно отряхивал одежду, Андрей поправлял порванный пиджак. Оба вышли из драки побитыми, но непобежденными. И ни у кого – особенно у Алисы и Вики – не возникло и тени сомнения, что при первом же удобном случае они продолжат свои разборки – только волю дай.

– Распустили крылья, как попугаи! – продолжала ругаться учительница. – Кто это начал?

Она заметила сиротливо лежащую у стены фотографию директора в разбитой раме, потом перевела взгляд на драчунов. Костя угрюмо молчал.

– Да вот, Вера Васильевна, кое-кто не знает, как вести себя в коллективе. Приходится объяснять, Вера Васильевна, – залепетал испуганный Андрей. Драться с одноклассниками он был силен, а как приходилось отвечать – сразу же поджимал хвост.

– Объяснил? – огрызнулся Костя.

– Додолев, – Вера Васильевна тут же переключилась на второго участника потасовки, – а ты не много себе позволяешь?

– Да это еще не много, Вера Васильевна, – буркнул парень, отряхиваясь.

– Ты мне хамишь? – голос учительницы сорвался на нервный фальцет. Такого от тихого Кости Додолева она не ожидала, к тому же была на взводе и перепугана. Что скажет директор?!

Алиса поняла, что пора вмешаться.

– Да он не виноват, Вера Васильевна, – решительно заявила девочка, протискиваясь вперед.

Повисла тишина: собравшиеся переводили изумленные взгляды с храброй решительной Алисы на учительницу математики (что она скажет на такое?), потом на драчунов и обратно на Алису.

– Как не виноват? – озадаченно пробормотала Вера Васильевна, которую ученица второй раз за день ставила в тупик. – Они дрались…

– Ну, он же не один дрался, правда? – развела руками Алиса и бросила хмурый взгляд на Андрея. – Андрей, ты все неправильно понял.

– Как мне объяснили – так я и понял, – растерянно и даже, как показалось остальным, слегка виновато попытался оправдаться зачинщик потасовки и оглянулся на Вику в поисках поддержки. Вокруг нее тут же образовалось пустое пространство. Вика почувствовала себя неловко, надо было срочно сказать что-то в свою защиту или хотя бы сместить фокус внимания с себя на кого-нибудь еще.

– С ума сойти! – всплеснула она руками, тут же придумав подходящую правдоподобную ложь. – То есть тебе так нравится Костя, что ты готова нас всех подставить?

Вокруг поднялся неодобрительный насмешливый вой, и Алисе стало совсем неловко. Она уже десять раз успела пожалеть, что влезла, пусть и ради того, чтобы восстановить справедливость.

– Он мне не нравится! – возмутилась та, смерив одноклассницу рассерженным взглядом.

– Так! – решила Вера Васильевна, которой давно надоела бессмысленная перепалка. – Все четверо, завтра с родителями ко мне. Понятно?

Вика ошарашенно распахнула глаза, хотела что-то сказать, открыла рот, не произнесла ни звука и сердито надула губы. Алиса никак не отреагировала. Она молча прошла мимо Кости и одноклассницы, едва не задев их плечами, и направилась к дверям в кабинет. Парень проводил взглядом ссутулившуюся фигурку девушки и тихонько вздохнул.


Алиса, мрачнее тучи, толкнула дверь и вошла в класс. Она опустилась на привычное место, но Вика, окинув ее презрительным взглядом, собрала свои вещи и демонстративно пересела за другую парту. По классу прокатились смешки. Девочка непонимающе осмотрелась по сторонам, и ее взгляд упал на тетрадку на столе. «Алиса плюс Додолев» – было выведено на ней. Алиса сжала кулаки от злости, но промолчала.

В рекреации и на лестнице ситуация повторилась: школьники провожали девочку подозрительными взглядами, кто-то удивлялся, кто-то сочувствовал, кто-то насмехался. Но в тот момент Алисе было все равно – настолько глубоко она погрузилась в мрачные мысли.

Из транса ее вывел мелькнувший на стене солнечный зайчик. Он проскакал по лестнице, потом – по коридору, проскользнул в класс. Девочка бросилась за ним и успела увидеть, как школьники со смехом направляли лучик друг на друга, и вот кто-то направил его в окно – зайчик исчез, снова стало грустно.

– Я страшно скучаю, я просто без сил,

– начала сама собой складываться в голове песенка, и Алиса замурлыкала себе под нос:

– И мысли приходят – меня беспокоя,
Чтоб кто-то куда-то меня пригласил
И там я увидела что-то такое!..
Все советуют наперебой:
Почитай, – я сажусь и читаю.
Поиграй, – я с кошкой играю,
Все равно я ужасно скучаю!
Прошу вас! Возьмите Алису с собой!

Алиса выскочила в коридор, где едва не налетела на Вику и ее компанию. Она резко отпрянула, смущенно краснея, и, опустив голову, пошла прочь. От колких взглядов ребят ей стало совсем неловко.

За спиной Алисы раздался смех, и это окончательно вывело ее из себя. Алиса развернулась и набросилась с кулаками на обидчиков. Те так опешили и, похоже, даже испугались, что поспешили убраться с дороги разъяренной школьницы. Девочка проводила их сердитым взглядом… и на миг ей показалось, что школьный коридор изменился, превратился во что-то иное…

– Мне так бы хотелось, хотелось бы мне
Когда-нибудь, как-нибудь выйти из дому,

– продолжала мечтать Алиса, —

И вдруг оказаться вверху, в глубине,
Внутри и снаружи, – где все по-другому!..
Пусть дома поднимется переполох,
И пусть наказанье грозит – я согласна.
Глаза закрываю, считаю до трех.
Что дальше будет? Волнуюсь ужасно!
Все советуют наперебой:
Почитать? – Я сажусь и читаю,
Поиграть? – Я с кошкой играю, —
Все равно я ужасно скучаю!
Прошу вас! Возьмите Алису с собой!

Звонок собирал учеников на очередной урок. На сей раз это была литература. Алиса любила этот предмет, да и учитель им достался вполне хороший, но сейчас девочка пребывала не в том настроении, чтобы веселиться или даже чем-то интересоваться: в голове осталось место только для угрюмых дум из-за проваленного теста. Поэтому она просто сидела, уставившись в одну точку и не обращая внимания не происходящее. Учитель что-то рассказывал, но его слова будто пробивались сквозь ватное одеяло. Алиса даже не заметила, как он подошел совсем близко и увидел, чем она занималась на уроке, прежде чем впала в глубокую задумчивость.

– Алиса… Алиса… Алиса… – произнес учитель нараспев, не сводя глаз с ученицы. – Это такой протест?

Перед самым носом Алисы заплясал рисунок из ее тетрадки: преподаватель с головой чеширского кота.

Девочка тут же вернулась к реальности. Недоуменно и немного виновато она пробубнила, переводя взгляд с иронично улыбающегося учителя на рисунок:

– Не хотела вам говорить, Дмитрий Геннадьевич, но, по-моему, я не люблю литературу.

– Не хотела вам говорить, но она, кажется, и математику тоже не любит, – как бы между прочим заявила невинным голоском Вика, и весь класс взорвался смехом. Но вопреки ожиданиям Алисы учитель вовсе не рассердился.

– А я тебя прекрасно понимаю. Я ее тоже не люблю, – пошутил он.

Алиса продолжала упрямо молчать. В глазах Дмитрия Геннадьевича мелькнуло подозрение, но без тени недовольства. Привычная насмешка исчезла, как не бывало.


– У тебя все нормально? – в его голосе слышалось участие.

– Да все у нее нормально, для полного счастья осталось только русский язык завалить, – с хихиканьем комментировала Вика, пока класс продолжал веселиться.

– Дмитрий Геннадьевич, мне нехорошо. – Алиса подняла на учителя полный страдания взгляд и попросила: – Можно мне уйти?

– Конечно, – обеспокоенный преподаватель не нашел что возразить и только пожал плечами.

Девочка молча поднялась и начала складывать вещи в рюкзак, ни на кого не глядя.

– Супер! – тут же подключился Кочетков, почуяв дурманящий аромат свободы. – Можно я тоже пойду?

– Конечно! – сочувственная улыбка на лице учителя тут же сменилась издевательской. – Пойди к доске!

Алиса на негнущихся ногах покинула кабинет литературы. В спину ей летел жизнерадостный хохот одноклассников. Она брела по коридорам, считая про себя шаги и безо всякого интереса рассматривая двери соседних кабинетов.

– Все, я больше не намерен это слушать. До свидания! – вдруг донесся из-за дверей знакомый голос. В следующую минуту в коридор выскочил рассерженный Костя. – А че раньше звонка? – как бы между делом поинтересовался он. – Выгнали?

Алиса не обернулась.

– Нет, – равнодушно промямлила она, понимая, что парень не отстанет. – А тебя?

Костя на несколько мгновений замер, ошарашенный таким равнодушием, а потом спохватился и бросился догонять девочку. Его удивило и расстроило ее настроение, и он постарался завязать разговор, чтобы хоть немного ее развеселить.

– А меня выгнали! – признался парень. Ему хотелось подбодрить Алису, но ничего не вышло, и фраза повисла в воздухе.

Промах. Что ж, попробуем еще… Но как?

– Слушай… – замялся он, старательно подбирая слова, и даже слегка покраснел. – Спасибо тебе, что вступилась за меня. Почему, кстати? – продолжил он, старательно разыгрывая беспечность и скрывая волнение. Но он как будто разговаривал со стенкой: «собеседница» просто шла вперед, не обращая на него внимания. Надо было срочно что-то придумать… – Стой, стой, стой. – Парень никак не мог побороть внезапно проявившуюся стеснительность и брякнул первое, что пришло в голову: – В парк сегодня часов в семь вечера тебя тоже не отпустят, да?

Алиса замедлилась, а потом и вовсе остановилась. Надо было что-то ответить, но, как назло, мозг отказывался работать. Она покосилась на спутника, а потом резко мотнула головой.

– Понял, – выдохнул он. Еще одна попытка с треском провалилась. Однако надежда – страшно живучее чувство, и Костя не собирался сдаваться.

– Там площадка есть детская, знаешь, да? Ну, смотри, я там буду, на всякий! – крикнул он вслед удаляющейся Алисе.


Едва Алиса и Татьяна переступили порог квартиры, как услышали в коридоре шаги.

– Привет, – бодро поздоровалась мама. Папа был уже дома, и в ответ тут же раздалось:

– Привет, девчонки! Как дела?

Спустя несколько мгновений появился и он сам. Татьяна чмокнула мужа, и они вместе прошли на кухню.

– Я чай приготовил, – обратился Максим к дочери, но та как будто его не заметила. – А поцеловать? – растерянно пробормотал он, не сводя с нее удивленного взгляда. Что случилось с его вечно веселой, заводной дочкой?

Алиса поцеловала отца в щеку, но как-то безразлично. Мама распахнула дверцу холодильника и задумчиво уставилась на полупустые полки.

– Тань, ну как день? – продолжил разговор Максим, на сей раз обращаясь к жене. Но и она его как будто не слушала… или не услышала.

– А ты за продуктами не ходил?

Жизнерадостное выражение слетело с лица мужа, сменившись виноватым.

– Забыл, прости, – пробормотал он и предложил: – Закажем?

Татьяна еще раз осмотрела полки и принялась доставать лежавшие там продукты. Не разгуляешься, но приготовить что-нибудь на скорую руку хватит.

– Нет, сейчас не надо, – вздохнула мама Алисы. Уже столько лет она пыталась победить рассеянность мужа, но ничего не получалось. Как же она устала!

В этот миг равнодушный взгляд девочки упал на открытую банку апельсинового джема. Глаза Алисы загорелись. Улучив момент, она протянула руку, схватила банку и, сорвав с нее крышку, зачерпнула ложкой янтарную тягучую массу. Объеденье!

– Алиса, давай сначала поедим нормально, а потом сладкое! – одернула Татьяна дочь, не скрывая раздражения. В этот самый момент заголосил телефон. Звук был такой непривычно резкий, что она вздрогнула. – Алиса, я чего-то не знаю? – спросила женщина, покосившись на дочь, которая вместе с отцом за обе щеки уплетала джем (они как будто соревновались, кто больше съест), прежде чем ответить: – Да, Вера Васильевна.

Максим насторожился, не донеся ложку до рта. Учителя нечасто баловали их своим вниманием: исключительно по делу, причем серьезному.

– Что натворила? – шепнул он, наклонившись к Алисе и в то же время внимательно слушая, как жена отвечает собеседнице: «Да, да, я в курсе. Да, да, я поняла. Да, спасибо». – Что там, сильно накосячила? – продолжил расспрашивать он, окуная очередное печенье в сияющую на солнце янтарную сладость.

Мама положила трубку и переключила внимание на дочь. По одному ее взгляду было понятно, насколько все скверно.

– То есть результаты еще не выложили, и ты думала, я не узнаю, да? – сердито нахмурилась она. Но девочка продолжала упрямо молчать, уставившись в тарелку.

– Алиса завалила ОГЭ! – пожаловалась Татьяна мужу, едва не добавив «Ты представляешь?!».

– Я пересдам, – бросила дочь, сосредоточившись на еде и даже не глядя на мать.

– Алиса, ну написать хуже Кочеткова… – Мама готова была расплакаться от обиды – как будто двойку поставили ей, а не дочери. От раздражения она с трудом подбирала слова. – Это правда, что ли? Ну как это? Макс, может, скажешь что-нибудь? – Она снова попыталась перетянуть на свою сторону мужа.

Две пары глаз в упор уставились на отца семейства.

– А что такое ОГЭ? – озадаченно произнес он после паузы. Максим чувствовал себя неловко, когда «его любимые женщины» спорили, а его привлекали в качестве судьи.

Алиса усмехнулась, а Татьяна обиженно нахмурилась, раздраженно поправив короткие темные волосы.

– Ну я правда не знаю… – умоляюще произнес Максим. – Это что-то важное, да?

– А по мне не видно, что важное? – взорвалась его жена, у которой явно лопнуло терпение.

Алиса бросила на отца быстрый взгляд иеле заметно помотала головой – мол, ничего особенного. Однако Татьяна это тоже заметила.

– Важно, – покорно вздохнул Максим и повернулся к дочери. – Как ты могла? Мы тебе все дали, – он старался говорить как можно убедительнее, лишь бы только жена перестала ругаться. С каждой фразой он все старательнее входил в роль строгого отца. – Ты должна серьезнее относиться к оценкам, к ОГЭ. Что с тобой будет? Сейчас вылетишь из школы, потом не поступишь в университет. И как дальше жить?

Жена и дочь уставились на Максима с удивлением и укором. Тот долго крепился – примерно минуту, но потом не выдержал и зашелся в приступе хохота, чем страшно рассердил Татьяну и от души повеселил Алису.

– Да ладно тебе, она пересдаст, – махнул он рукой, все еще борясь со смехом. – Пересдашь? – уточнил он у дочери.

– Да, – кивнула та.

Татьяна задумчиво и подозрительно покосилась на мужа, потом – на дочь.

– Алиса, иди к себе в комнату, – заявила она тоном, не терпящим возражений, и села за стол напротив Максима. – Иди в комнату.

– Забери меня с собой! – шепотом попросил отец Алису, понимая, какая буря разразится на кухне, как только закроется дверь детской. Тогда целью тяжелой артиллерии станет он.

Девочка помедлила – ей и самой не хотелось оставлять отца одного, без поддержки, но мама была непреклонна, и, если уж она что-то взяла в голову, разубеждать ее было бесполезно. Пришлось подчиниться.

– И пока не пересдашь – никаких тусовок с друзьями! – напутствовала мама.

– Здорово, у меня как раз нет друзей! – обиженно огрызнулась Алиса, с грохотом захлопывая дверь. Теперь никто и ничто не могло помешать родителям поругаться в свое удовольствие.

– Просто скажи мне, ты это делаешь специально? – громко возмутилась Татьяна. – Или ты не понимаешь, что прямо при дочери обнуляешь все, что я ей говорю?!

– Я не обнуляю, – попытался возразить Максим, но жена его совершенно не слушала: она собиралась от души поспорить и поругаться. Бессмысленный обмен ничего не значащими фразами продолжился. Уже не в первый раз…

– Нет, обнуляешь!

– Не обнуляю.

– Это сейчас очень важно! – чуть не всхлипнув от обиды, что муж в очередной раз отказывается вставать на ее сторону, продолжала Татьяна. – У нее ОГЭ, и она его не сдала.

– Почему? – удивленно нахмурился муж.

– Что почему? – теперь пришла очередь жены непонимающе хмуриться.

– Почему? – повторил он.

– Ты издеваешься? – взвилась Татьяна.

Алиса слышала возмущенные выкрики через стену. Они пробились бы, даже если надеть наушники или нахлобучить на голову подушку. Девочку это расстраивало, но она не спешила вмешиваться – все равно не поможет. Поэтому Алиса забралась на диван с ногами, тихонько устроилась и нервно погладила кошку, которой, впрочем, эти «ласки» быстро надоели, и она сбежала.

Из-за стены продолжали доноситься голоса спорщиков:

– Я спросил.

– Что ты спросил? Ну что ты спросил? Ты сказал: – «Привет, как дела?»

Алисе становилось вся тяжелее и противнее. Родители, как всегда, ругались, не слыша ни себя, ни ее, ни друг друга. Им, похоже, просто нравилось такое положение вещей. И никто во всем мире не хотел обращать внимания на ее беды…

– Какими словами я должен это спросить? – продолжал недоумевать папа, который тоже вышел из себя и готов был сорваться.

– Я тебе звонила пять раз! – возмущалась мама.

– Чтобы отправить меня за продуктами?

Наконец Алисе надоело. Она бросила взгляд на часы. Мозг молнией пронзила идея. Раз на нее никто не обращает внимания, значит, она может делать то, что считает нужным. Алиса быстро собралась и выскользнула в коридор, тихонько прикрыв за собой дверь детской. Впрочем, родители так увлеклись спорами, что ничего вокруг не замечали. Она с тем же успехом могла бы кричать и топать ногами, как слон.

– Папа у нас такой классный – прикольный, а мама у нас – отстой, да? – продолжала кипятиться Татьяна.

– Этого я не говорил, – снова попытался защититься Максим, но без толку. Родители были так увлечены руганью, что забыли обо всем на свете и даже не подумали проверить, чем занята их дочь.

– Да, ты этого не говорил, зато подумал!

Хлоп! Входная дверь закрылась снаружи.


Алиса медленно брела по парку, понурив голову. Вокруг бегали и смеялись дети, спешили по своим делам взрослые, но они ее нисколько не интересовали… Точнее, она хотела найти здесь очень важного для нее человека, но на пути он ей все не попадался и не попадался… а настроение все портилось и портилось.

Вдруг фонари начали моргать, а шум города стих. Алиса вынырнула из задумчивости и остановилась: в парке она была совершенно одна. Куда же подевались люди?

В кустах что-то подозрительно зашуршало. Кто-то перебежал от дерева к дереву… Алиса насторожилась. Едва ли друг стал бы от нее прятаться. Тогда кто это? Если что, даже на помощь позвать будет некого.

Снова раздался шорох, потом треск, как будто кто-то ломится через кусты прямо на нее. Алиса рада была бы убежать, да ноги от страха приклеились к земле. И вот на середину детской площадки выкатился белый кролик – и не маленький, а с нее ростом. Он ходил на двух ногах и носил модный костюм. Незнакомец с разбега налетел на дерево, так что аж искры из глаз посыпались, и рухнул на спину, смешно задрыгав ногами. Потом он неуклюже поднялся и недовольно уставился на ошарашенную девочку.

– Ты, что, меня видишь? – изумился он.

Алиса от неожиданности замерла на месте и тут же поспешила оправдаться. Ей даже не пришло в голову, как глупо она сейчас выглядит. Разговаривает с белым кроликом! С ума сойти!

– Нет. Меня мой парень зовет, слышите? – поспешно пробормотала она. – Я к нему пойду, хорошо? До свидания.

Кролик растерянно закивал. Алиса воспользовалась его замешательством и стала медленно отступать. И вдруг от циферблата ее часов ярким бликом отразился солнечный луч. Это привлекло внимание незнакомца.

– Что это такое? – снова раздался за ее спиной кроличий оклик. Алиса резко обернулась, но позади никого не было. Кролик уже обогнал ее и теперь преграждал девочке путь.

– Покажи, – потребовал он.

Алиса нарочито громко вздохнула. Вот только психов ей не хватало до полного счастья! Хотя, судя по всему, это она сошла с ума, раз ей такое мерещится. Скорчив устало-недовольную гримасу, она молча подняла руку, развернув часы циферблатом вперед. «Ну что, насмотрелся? – читалось на ее лице. – Часы в первый раз видишь?»

– Палочки есть, цифры есть… – забормотал Кролик себе под нос, не обращая внимания на раздражение девочки, а потом просиял и нетерпеливо протянул ей лапу. – Дай сюда. Пожалуйста.

– Офигеть!.. – вздохнула Алиса, нервно расстегивая ремешок.

Все чудесатее и чудесатее…

Стоило ей протянуть часы Кролику, как он тут же выхватил их. Часики мгновенно исчезли в его бездонных карманах. Это было уже совсем не смешно, но, что самое удивительное, кролик не торопился убегать.

– Как это называется? – вдруг настойчиво вопросил воришка. Девочка вспылила.

– Это называется воровство.

– Не ври мне! – взвизгнул Кролик капризно и требовательно.

– Вы издеваетесь, что ли? – обиженно отозвалась Алиса. Нет, он или не в себе, или считает, что она сама – чокнутая. – Это часы.

– Часы? – голос собеседника сделался заинтересованным. – Которые показывают время?

Алиса покосилась на собеседника с еще большим подозрением. Ну точно ненормальный.

– Сама в шоке, – буркнула она.

И вдруг произошло то, чего девочка уж совсем не ожидала: Кролик радостно просиял и пустился наутек. Алиса так растерялась, что подарила ему несколько секунд форы: она совсем не ожидала такой наглости. «Ах ты ворюга!» – подумала она, бросаясь в погоню.

Кролик зачем-то ринулся на другой конец детской площадки, вскарабкался на горку и ухнул в трубу. Алиса добежала до горки и растеряно остановилась. Нет, он точно издевается! Ну ничего, сейчас выкатится – и она его поймает. И тогда мало ему не покажется!

Но прошла минута, другая, а ловкий воришка все не появлялся. Застрял он там, что ли? Алиса нагнулась и заглянула в трубу. Но там было пусто.

– Ау! – Алиса посмотрела в трубу с другой стороны. Результат – тот же. Куда же он делся? – Вы тут? С вами все хорошо?

Она так увлеклась, что не расслышала, как сзади тихо приблизился Костя.

– Чего там? – Он заглянул через плечо одноклассницы в темную глубину трубы.

Алиса вздрогнула от неожиданности и обернулась так резко, что с размаху заехала локтем Косте по лицу. Не нарочно, конечно. Тот не удержался на ногах и бухнулся в песок позади.

– Ты что? – обиженно воскликнул тот. Она еще и дерется?! Что он такого сделал?

– Обязательно со спины подходить? – огрызнулась Алиса. Хотела извиниться – да слов подходящих не нашлось.

– Прости, – пробурчал парень, неуклюже поднимаясь. – Что случилось?

– Какой-то… – Алиса задумалась. А кто? Сказать, что это Белый Кролик, – ее на смех поднимут… – придурок странный ограбил ме-ня, – выкрутилась она. – Потом залез по этой горке, скатился и… не выкатился. Исчез!

Для верности Алиса ткнула пальцем в сторону горки.

– Какой придурок? – принялся расспрашивать ее парень. – Как он выглядел?

– Странный такой, – пожала плечами девочка, – весь в белом, с большими зубами. Украл у меня часы, – добавила она.

– Часы?

Ее ответ, вопреки ожиданиям, не рассмешил и даже не удивил парня, а почему-то… испугал.

– Да, – пробормотала Алиса. Чего это он? Костя вдруг разозлился.

– А ты всегда кому ни попадя свои личные вещи раздаешь?

– Ничего, что меня вообще-то ограбили? – возмутилась девочка. Почему сегодня все на нее кидаются? Сговорились они, что ли, или просто день такой?

Костя подошел к горке, покрутился возле нее, что-то высматривая, потом вернулся к однокласснице и, аккуратно взяв ее за плечи, развернул и указал куда-то.

– Давай так. – Он настойчиво подтолкнул девочку вперед. – Ты иди к первому выходу, там связь ловит. Позвони кому надо, а я его здесь покараулю, хорошо?

– Ты ведь сам не полезешь? – неуверенно осведомилась Алиса. Он точно нормальный?

– Я на дурака похож, что ли? – обиженно буркнул парень. – Давай, поторопись.

Алиса в растерянности обернулась, но Костя махнул рукой – иди, мол, не мешкай, – и кивнул в сторону горки. Девочка побрела дальше, не совсем понимая, что от нее хотят.

Сзади раздался резкий хлопок. Алиса обернулась. Костя куда-то исчез. Девочка немного помедлила, а потом неуверенно взобралась на горку. Происходящее казалось ей бредом. Неужели эта дурацкая затея поможет догнать воришку и вернуть ее часы? Впрочем, хуже все равно не будет… Она опустилась на край горки, оттолкнулась ладонями и поехала, медленно набирая скорость.

Что произошло дальше, она не поняла. Ее обступила темнота, исчезла твердая поверхность, по которой она ехала, и девочка почувствовала, что на бешеной скорости летит вниз. Она закричала, но свист воздуха в ушах почти заглушил ее жалобный вопль. Мимо что-то просвистело, и девочка перевернулась. Рядом мелькнула знакомая фигура.

– Костя! – позвала Алиса, пытаясь перекричать свистящий в ушах ветер.

– Ну и что ты не поняла во фразе «иди к первому выходу», а? – прилетело в ответ.

– Что мне делать? – пожаловалась она, отмахиваясь от отчаянно жестикулировавшего Додо. – Я ничего не вижу!

– Так, успокойся! – распорядился парень тоном инструктора по парашютному спорту, проводящего пробный урок с новичками. – Руки расставь пошире, как будто это крылья, пальцы собери, дыши ровнее.

Алиса не стала спорить: парень явно лучше нее понимал, что происходит. Она решила молча следовать его советам. Девочка раскинула руки – и сумасшедшее падение замедлилось. Сработало!

Теперь можно было перестать паниковать и хорошенько осмотреться. Она летела – точнее, падала – в бесконечном тоннеле, по стенам которого вместо кирпичей или труб (или что еще обычно бывает в коллекторах) разместились многочисленные полки с самыми разными предметами. У Алисы зарябило в глазах от банок, склянок, книжек, статуэток, посуды и прочего хлама разной степени полезности. Кругом – полки, полки, полки. Они тянулись в обе стороны, теряясь во мраке сверху и внизу, и конца и края им не было.

– Когда ты успел переодеться? – удивилась Алиса. Парень сейчас больше напоминал актера детского театра, которому выпала роль не то зверя, не то птицы.


– А больше тебя ничего не волнует, да? – обиженно проворчал Костя. Алиса замолчала и больше даже не смотрела в его сторону.

– Что происходит? – протянула она, будто не услышав его вопрос: слишком была удивлена. – Куда мы падаем?

– Мы не падаем, – объяснил собеседник загадочным голосом. – Мы летим. В Страну Чудес.

– Что?

Это было выше ее сил. Сперва странные воришки, потом – бездонная пропасть на детской площадке, теперь еще и дурацкие шутки.

– Да, я понимаю, звучит как бред, – вздохнул собеседник и добавил: – но как ты еще можешь это объяснить? Чудеса, правда?

Алиса снова огляделась. Вокруг плавали разные знакомые и незнакомые предметы и тянулись длинные ряды ящиков и ниш со всякой всячиной.

Полет на несколько мгновений остановился, и Алисе удалось повнимательнее рассмотреть содержимое странных шкафов, даже дотянуться до одного из них. Вот ее любимое лакомство. И какая большая банка! Хватит надолго!

– Мое любимое варенье! – воскликнула девочка, вытягивая руку.

Но как только она не без труда стянула банку с полки, как тут же на бешеной скорости с криком ухнула вниз. Испуганный спутник ласточкой рванул за ней. Он пытался докричаться до спутницы, но ветер свистел в ушах, и она едва его слышала.

– Брось банку! – донесся наконец до нее истошный вопль спутника. – Брось!

Наконец спутник поймал девочку за руку. Он прижал Алису к себе, решительно отобрал банку, и та, вращаясь, повисла в воздухе рядом, как невесомая. Теперь и Алиса уже не падала.

– Мог бы и предупредить, – буркнула она.

– Прости, – виновато пробормотал «Костя», и Алисе вдруг стало стыдно.

– Зачем мне в эту страну, Кость? – попыталась она отвлечь парня.

Ответ собеседника ошарашивал своей простотой.

– Родители тебя не понимают, с друзьями проблемы, экзамен завалила – ну, в общем – база. Ты встретишь знакомых людей, родителей, друзей, учителей, но они тебя не узнают, потому что это не они, а их антиподы, – добавил он.

Последнее слово Алиса не слишком поняла, но была так заинтригована, что забыла спросить. Гораздо интереснее было то, каким образом скромный однокашник все это выяснил.

– Кость, откуда ты это знаешь?

Парень не ответил, только завис напротив девочки. Мимо проплывали двери – большие и маленькие, разного вида и цвета. Одна из них распахнулась, из нее вывалился Белый Кролик и оказался между Алисой и Костей. Все трое зацепились за полки, удивленно переглядываясь. Потом налетел ветер, Кролик сорвался и, кувыркаясь, унесся вниз, истерически хохоча.


– Зачем ты ее сюда привел? – спросил он напоследок, все еще смеясь как сумасшедший.

– Ты сам украл у нее часы! – обрушился на него Алисин спутник и ободряюще обратился к девочке: – Алиса, не бойся ничего, я тебя найду!

Очередной порыв ветра унес с собой и его, и Алиса осталась одна. Она изо всех сил вцепилась в полку. Если сорвется – то разобьется в лепешку: каким бы глубоким ни был колодец, где-то у него определенно должно быть дно.

Девочка попыталась забраться на полку – висеть становилось все тяжелее – но не вышло. А руки слабели… Наконец она не удержалась и с криком полетела вниз.

Но вместо дна колодца на пути вдруг попалась дверь. Алиса врезалась в нее и больно ударилась. Дверь распахнулась, пропуская девочку внутрь. За первой дверью возникла другая, затем – третья… и вот впереди показалось серое пятнышко, которое стремительно росло. Неужели выход?


Тоннель закончился, в глаза ударил яркий солнечный свет. Алиса зажмурилась, ожидая неминуемого. Сейчас она расшибется… Но вместо твердой земли она свалилась в густые кусты. Те смягчили падение, поэтому девочка даже почти не ушиблась, а только слегка поцарапалась об ветки.

– Ай! – раздалось следом за треском.

Кусты зашевелились, и наружу, отфыркиваясь и ворча, вылезла растрепанная Алиса в розовом платье.