Aliteerra
Когда погаснут все огни. Книга 1

Глава 1.

– Шу, иди завтракать! – Громкий окрик матери, прозвучавший в тишине дома, заставил вздрогнуть.

Девушка, лежащая ничком на своей кровати, всхлипнула и, размазав слезы по лицу, с последней страницы книги вернулась на первую. Она только-только закончила перечитывать свою любимую новеллу и едва перевернула последнюю страницу, как ей захотелось перечитать вновь.

И так по кругу.

Так бывало довольно часто. История, захватившая сердце, не желала его отпускать.

Все было как во сне. Она лишь собиралась прочитать лишь первую главу второго тома, но… Дальше туман. Опомнилась она лишь в четыре часа утра, когда оставалось всего несколько глав. Плюнув на все, она попросту решила дочитать. Как результат, она закончила лишь спустя два часа, когда до выхода из дома в школу осталось всего полчаса.

– Шу! – заорала мама.

На этот раз по ее тону Шу поняла, что дело дрянь.

– Иду! – голос девушки осел и звучал не так звонко, как раньше, но мама ее все же услышала.

Шуцзин лихорадочно стала закидывать школьные принадлежности, сброшенные в кучку на столе, в сумку. Сколько раз она говорила себе заранее собирать вещи, заранее ложиться, заранее готовить форму на утро, которая так же валялась возле кровати!

Но история оказалась такой интересной, хоть и зачитанной до дыр.

У нее была слабость. Если ей нравилась какая-то история, то она могла читать ее раз за разом до бесконечности. И это было ее главной проблемой, потому что она не могла остановиться вовремя.

Ученическая юбка и пиджак нещадно помялись, и чтобы хоть как-то им помочь выглядеть нормально, Шуцзин побрызгала на них спреем.

Неожиданно дверь распахнулась без стука. Шу лишь скосила взгляд на пришедшего и даже не поздоровалась, продолжая собираться.

Её лучший друг детства Мин Бао неспешно прошёлся от двери до её кровати, взял книгу и зачитал:

– «Папа, мама хочет выйти замуж!

– Желаю твоей маме счастья!».

Произнеся это, он посмотрел на неё осуждающим взглядом, таким знакомым и предсказуемым. Кому, как не ему, знать, в который раз она перечитывала эту новеллу.

Шу лишь отмахнулась. Дай ему возможность, он вновь пустится ее учить.

Глядя на неё, парень лишь вздохнул и молча вышел из девичьей комнаты, прихватив тяжёлую школьную сумку своей лучшей подруги, которую та едва успела бросить у двери.

Уже по пути в школу Мин Бао поинтересовался:

– Опять всю ночь читала свои романы?

– А ты во мне сомневаешься? – Шу окинула его оценивающим взглядом.

Она шла радостно пританцовывая. Такое бывало часто после бессонной ночи и переизбытка радости. Спасибо, что она не начала цитировать героев романа.

Бао и Шуцзин знали друг друга всю свою жизнь. Их матери дружили со студенческой скамьи, и дружба плавно перешла на детей. Шу помнила Бао маленьким неказистым ребёнком с постоянно торчащими в разные стороны волосами и вечно сопливым носом. Сейчас же он стал высоким и красивым парнем. Соплей уже не было, но волосы всё так же торчали в разные стороны, поэтому он предпочитал укладывать их каждое утро.

– И во сколько ты легла? – в голосе молодого человека присутствовала лёгкая насмешка.

Шу ехидно усмехнулась и тут же стала серьёзной.

– Кто сказал, что я вообще спала?

Бао пригляделся и действительно заметил глубокие круги под глазами подруги – следы бессонной ночи. И ладно бы она занималась уроками, тогда он, хоть и скрипя сердцем, не сильно пожурил бы её, а поскорее окружил заботой.

Но так как это были очередные романы, он зло ткнул её в лоб.

– Вообще-то по ночам нужно спать!

– Да что ты говоришь? – саркастично ответила девушка. – А я не знала.

– Тут скоро вообще ничего не останется!

– Как не останется, если я занимаюсь хорошим делом? Я читаю!

– Читала бы ты что-то полезное, вопросов бы не возникало!

– Ты слишком жесток.

– Ты от этих книг становишься только глупее.

– И что теперь?

– Если отупеешь, никто на работу не возьмёт.

– И что теперь? – ещё более ехидно поинтересовалась Шу.

– И что? – переспросил Бао и злорадно добавил. – Не сможешь покупать книжки и оплачивать свои подписки.

Девушка тут же расплылась в улыбке, полной обожания, повиснув на его руке.

– Ты же купишь мне новую книжку?

– Тебе книжка, а мне что? – хмыкнул парень. – Обмен должен быть равноценным.

– Я буду молиться всем богам, чтобы ты стал самым богатым человеком Поднебесной. Да что там Китая! Самым богатым человеком в мире!

– И давно ты стала верующей?

– Если за меня будут платить, то я могу даже в космос полететь!

– То есть твоя вера измеряется в деньгах?

– Не в деньгах, – поправила она, – а в книгах.

Бао громко рассмеялся и стукнул Шу по лбу. Эта непосредственность одновременно и пугала, и привлекала сурового подростка.

Он не понимал, как можно настолько пренебрегать знаниями, которые давала им школа. Для него оценки и место в рейтинге были важны, поэтому он и представить не мог, что у кого-то может быть иначе.

Несмотря на то, Что Шуцзин потратила большую часть времени утром на ненужные вещи, они успели вовремя. Ученики как раз собирались на площадке для утренних приветствий.

А в классе их ждал небольшой сюрприз.

Этот сюрприз был с большими карими глазами и отличался особой стеснительностью.

Шу и Бао едва успели сесть на свои места, как в класс ворвался их классный руководитель, едва не сбив с ног учителя физики, который тоже имел неосторожность прийти на свой урок именно в это время.

Ученики тут же разом поднялись, приветствуя учителей, и не укрылось от них и то, что за его спиной кто-то смущенно мялся.

– Ребята, представляю вам вашу новую одноклассницу – Ван Анъин.

Не сказав больше ни слова, мужчина выскочил из кабинета, оставляя больше сорока человек потрясенно таращиться ему вслед.

Учителю Ли Байи не было и пятидесяти, но он уже выглядел на все семьдесят. К тому же его крыша медленно, но верно покидала своего хозяина.

Учитель У растерянно посмотрел сначала на дверь, потом на новую ученицу и жестом пригласил ее присесть без всяких предисловий.

Бедная девушка, покраснев как рак, тихонько выдохнула и заняла свободное место позади Бао. Похоже, она ожидала, что ее заставят рассказывать о себе перед всеми одноклассниками и заготовила целую речь. Но ей повезло, все обошлось.

Шу не слишком долго думала над этой ситуацией. Все ее внимание было сосредоточено на более интересных вещах. Оглядевшись и поняв, что угрозы (кроме вечно бдящего Бао) нет, она достала телефон и принялась читать новую главу очередной новеллы. К своему сожалению, ту, что она снова начала читать дома, сейчас продолжить не представлялось возможным. Пришлось открыть одну из веб-новелл.

Сзади тут же прилетел пинок. Весь удар принял на себя многострадальный стул. Шу лишь шикнула на Бао и принялась читать дальше, уже представляя тираду, которую он прокричит ей на ухо. Так и оказалось.

– Ты хоть иногда можешь думать? – прошипел он, косясь на спину преподавателя. Шу смотрела на него со спокойным, даже немного скучающим лицом.

– Если ты не думаешь о своем будущем, то хотя бы подумай о своих родителях, которые работают изо всех сил, чтобы выучить тебя! – прошептала она совсем тихо.

– Если ты не думаешь о своем будущем, то хотя бы подумай о своих родителях, которые работают изо всех сил, чтобы выучить тебя! – Бао в точности повторил все слова Шу.

– Можешь хотя бы раз послушать то, что говорит преподаватель?

– Можешь хотя бы раз послушать то, что говорит преподаватель?

Шу уже наизусть знала все реплики, которые Бао говорил ей раз за разом уже столько лет. Они словно вырезаны в ее памяти.

Мнит из себя такого умного, а на деле с таким ограниченным словарным запасом и весь предсказуем.

– Ну вот послушаю я о законах притяжения, и что? Ты же знаешь, что я гуманитарий. Мне твоя физика ничего не даст.

– Ты можешь хотя бы получить минимальные баллы на экзамене?

– Не хочу! Мне законы притяжения больше нравятся не в физике.

Последнюю фразу Шу произнесла с загадочной улыбкой, томно глядя на Бао. Тот лишь закатил глаза и обреченно вздохнул.

– Ты ведь даже в самый простой университет поступить не сможешь.

– Кто-нибудь, откройте форточку, здесь слишком душно, – Шу сделала вид, что задыхается.

– За что мне все это? – Бао обреченно откинулся на спинку стула.

– У мамы своей спроси, это она решила нас познакомить!

– Обязательно спрошу ее, когда она соизволит связаться со мной, – ехидство в голосе Бао было очевидным.

– Только не забудь.

– Кто же знал, что это будет ее самая большая ошибка в жизни?

Наблюдавшая за этими двоими с самого начала Анъин, собрав волю в кулак, поинтересовалась:

– Я, конечно, извиняюсь за такой личный вопрос, но… вы встречаетесь? – конец вопроса получился совсем тихим. – Просто… вы как женатая много лет пара…

После этого вопроса Ван Анъин почувствовала, как с неё сходит семь потов, будто она прошлась к вершине горы Тайшань.

Шу решила было немного поиздеваться над бедной девочкой, но, видя, что она и так совершила «подвиг», спросив, решила, что в первый день у нее и так достаточно потрясений.

Шу слегка приподнялась, покосившись на учителя, и показала главный экран своего телефона.

– Ты видишь его?

Анъин непонимающе уставилась на смутно знакомого мужчину.

Очень красивого мужчину.

– Как думаешь, этот красавец, – Шу кивнула на телефон, – и этот, – она кивнула на Бао, – похожи?

Не дожидаясь ответа, она сама же ответила на свой вопрос.

– Как видишь, перед тобой сидит не прекрасный Лю Юйнин, а Мин Бао. Так что нет, мы не встречаемся. Мы лучшие подруги.

– Она моё наказание за ошибки прошлой жизни, – пояснил Бао. – Уж не знаю, что такого я натворил, что мне её послали.

Анъин прыснула. Это объясняло то, как они познакомились и какую роль в этом сыграла матушка Бао. Оставался лишь один вопрос.

– А про какие законы притяжения тогда ты говорила? Только Шу собиралась ответить, как Бао её перебил.

– Не спрашивай больше об этом, молю! Мне хватает рассказов о её книжных парочках и вне школы. Хотя бы тут дайте мне отдохнуть.

Он оценивающе взглянул на неё.

– Да и тебе рановато знать такое.

– Ты за кого меня принимаешь? – возмутилась Шуцзин.

– Нормальные я книги читаю.

– Ой, не знаю-не знаю, – протянул парень.

– Сейчас она подумает невесть что!

– Это уже явно не мои проблемы.

Анъин украдкой взглянула на Бао. Несмотря на юный возраст, в нём уже проглядывались черты очень красивого мужчины. Ещё пара лет, и он полностью войдёт в свою мужскую красоту. Уже сейчас он имел широкие плечи и довольно высокий рост. Его лицо казалось холодным, но по тому, как он говорил, его характер таким не был.

– А как вас зовут?

– Цзян Шуцзин, можно просто Шу, а он Мин Бао.

– Я Анъин, можете называть меня Нин.

Девушка смущённо заправила прядь волос за ухо. Обычно в школе не разрешалось ходить с распущенными волосами, но так как это был первый день Ван Анъин в этой школе, то ей сделали исключение.

Шу затихла, и Анъин поняла, что та погрузилась в чтение, из-за которого так бесновался Бао. Девушке стало безумно интересно, что же это за книги такие, что Шу читает их даже на уроках, несмотря на скорые экзамены. Но решила уточнить об этом уже после урока. Она была рада, что смогла завязать знакомство с кем-то так скоро, и очень боялась, что эта странная парочка не захочет общаться с ней после.

Поэтому, дождавшись перемены, она тут же подскочила к Шу, так как подумала, что та – движущая сила.

– Есть планы после занятий? – спросила она с замиранием сердца.

Шу задумалась на миг, наконец оторвавшись от дисплея телефона.

– Никаких.

– Тогда, как насчёт того, чтобы пойти в кафе? Я угощаю.

Лицо Шу просияло. Больше всего на свете она любила читать сомнительного происхождения романы, но сразу за чтением шла любовь к еде. Поесть для неё было важнейшим процессом дня. Она жила от завтрака до обеда, от обеда до ужина, не пренебрегая перекусами. В ее сумке всегда можно было найти что-нибудь съедобное.

Предложение Анъин стало для неё рывком настроения вверх.

– Бао, – позвала она, не оборачиваясь. – Анъин зовёт нас покушать после школы. Я знаю, что у тебя нет планов.

Анъин замерла с открытым ртом. Планировала она пойти гулять только с Шу и не рассчитывала на третьего.

– Без проблем. Тебя всё равно нельзя оставлять одну.

– Это почему? – возмущённая Шу резко обернулась к другу.

– Ну смотри, ты начнёшь опять читать свои романы на ходу, зайдёшь неизвестно куда, испугаешься и потеряешься. А потом тебя кто-нибудь да украдёт. И что потом делать твоим родителям? Мне? Моему отцу? Кто нам будет выносить мозги? А еще, ты иногда можешь представлять опасность для окружающих.

– Логично, – Шу почесала подбородок и повернулась к Анъин.

– Мы будем.

Нин кивнула и вернулась на своё место, сбитая с толку. Она ничего не имела против того, что и Бао пойдёт с ними, у неё были деньги, и она могла заплатить и за него – мама дала утром, беспокоясь за дочь в первый день в школе.

Проблема была в другом.

Бао был парнем.

Раньше Нин никогда не стояла с мальчиком ближе метра, и тогда она чувствовала себя вполне нормально. Но сейчас он собирался пойти вместе с ними! В кафе! Это было удивительно и странно, не укладывалось в голове.

Да, ей уже исполнилось семнадцать лет, и она училась в выпускном классе. Но, воспитываясь в строгой семье, она не привыкла с кем-то близко дружить. Все её знакомства завершались после первой же совместной прогулки, и не по её инициативе. Чаще всего новые знакомые Нин, узнавая её характер, предпочитали обрывать всё общение. Это касалось и одноклассников. Для них было странно, что Нин не ходит гулять по выходным, не встречается с мальчиками или не носит модную одежду.

Мальчики вообще были отдельной темой. В её прошлом классе было всего несколько мальчиков, и они тоже не общались с Нин из-за консервативных взглядов. Тем более, вся семья Нин была против её дружбы с противоположным полом, от чего у девушки возникло странное чувство оцепенения, когда они приближались ближе, чем на метр. Это тоже сыграло свою роль.

Лишь в последние недели контроль над Анъин слегка ослаб, и она решилась завести друзей. Но кто же мог подумать, что одним из первых станет Бао. Парень. Да ещё и симпатичный. Девушка мысленно помолилась всем богам, которых знала, чтобы родители не узнали о её новом друге.

Анъин надеялась, что не ударит в грязь лицом. Ей так сложно было настроить себя на новую школу. Она взглянула на Шу, которая всё же решила немного позаниматься и писала конспект, и невольно позавидовала. Шу так легко общалась с людьми вокруг себя. Даже с мальчиками.

Если они подружатся, то Нин многому сможет научиться у неё.

Глава 2.

Когда они пришли в кафе после занятий, как и договаривались, Ван Анъин ожидала чего угодно, но только не того, что Шу попросту уснет, сидя на стуле.

Они едва успели сделать заказ, как послышалось сопение рядом с Бао.

Девушка уронила голову на плечо своего друга, а тот слегка погладил ее, укладывая поудобнее.

Парень сидел с абсолютно бесстрастным лицом, будто такое бывало не раз, а Ван Анъин попросту не знала, куда себя деть. Когда они шли сюда, она рассчитывала, что будет вести беседу только с Шу, а Бао лишь тихо посидит рядом.

Но кто мог ожидать подобного исхода?

Хотя, глупый вопрос. Все же один человек знал эту странную девчонку от и до. И именно он сейчас выглядел так, будто такое происходит постоянно.

Анъин чувствовала напряжение в отношении Мин Бао. Это напряжение мало походило на то, что образуется между влюбленными, когда те видят друг друга. Ее чувства скорее напоминали желание убежать и спрятаться. Она чувствовала острую потребность встать и рвануть прочь как можно дальше. Никогда прежде дверь не выглядела столь привлекательно, как сейчас.

Он пугал ее до дрожи. Не потому, что с ним было что-то не так, а потому что она попросту не привыкла к мужской компании.

Но Анъин помнила, ради чего все это делала.

Завести друзей. Найти родственную душу, чтобы не было так одиноко.

Она решила меняться, и это будет первым шагом для исполнения цели.

– И часто такое случается? – выдавила она, неловко кивнув в сторону Шу., при этом стараясь смотреть куда угодно, но не на собеседника.

Бао тоже взглянул на подругу и вздохнул.

– Скоро ты привыкнешь, – он легонько щелкнул по кончику носа Шу. – Она не спит ночами, а затем днём засыпает, как только становится тихо.

Шу заворочалась и наконец разлепила глаза.

– А почему ты не спишь по ночам? – Анъин, осмелев, задала очередной вопрос.

– Чего?

К её счастью, Шу уже проснулась, и осознание происходящего медленно появлялось в глазах. К её несчастью, на вопрос снова ответил Бао. Лицо девушки уже стало пунцово-красным от смущения. Она все еще смотрела куда угодно, но не на Мин Бао.

– Она ночи напролёт занимается, чтобы поступить в Пекинский университет.

Анъин даже слегка привстала от удивления.

– Серьезно?

– Нет, конечно! – подала голос Шу. – Я, по-твоему, похожа на него?

Она небрежно махнула в сторону Бао и поморщилась.

– Вообще-то в Шанхайский, – девушка скривилась, явно издеваясь, но Анъин не поняла смысла этого.

Повернувшись к Ван Анъин, Шу пояснила уже нормальным тоном:

– Я просто люблю читать.

– Ты, наверное, одна из лучших учениц в классе.

– Я? – Шу вытаращила глаза, будто даже не представляла себя в числе лучших учеников класса, и подобная мысль и вовсе оскорбляла ее.

Реакция Бао была аналогичной.

– Она? Спасибо, если сможет закончить этот учебный год.

Казалось бы, дальше краснеть некуда, но Анъин отличилась, сделав невозможное.

– Тогда что же ты читаешь?

– Художественную литературу.

– Ага, всякую бесполезную макулатуру сомнительного происхождения.

– Сам ты бесполезная макулатура!

– То есть, то, что она сомнительная, ты согласна?

– Вовсе нет, это обычная подростковая литература!

– Тогда я будущий президент Китая.

Парень взъерошил девичьи волосы.

– Вот какой смысл ты находишь в этих книгах?

– Они мои радость и свет в этой жизни.

– Вообще-то я твоя радость.

Шуцзин фыркнула.

– Себе такую радость оставь.

– Ты что-то имеешь против меня?

– А ты против моей литературы?

– Это и за литературу считать нельзя. – Парень явно нарывался на взбучку, если судить по его довольному выражению лица.

– Прочитаешь и узнаешь, можно считать или нет!

Шу угрожающе развернулась в сторону Бао, будто это не она всего две минуты назад спала крепким сном.

– Я не собираюсь деградировать, читая это.

– Вот и останешься неучем.

– Предлагаешь брать с тебя пример?

– Ты сейчас назвал меня неучем или решил приобщиться к прекрасному, как твоя любимая подруга?

Вместо ответа Бао оскалился.

Анъин переводила взгляд с одного на другую, ожидая дальнейших пикировок и не понимая, что ей стоит делать: защитить Шу или не лезть в их разборки вообще?

Все же она новый человек в их компании.

– Считай как хочешь, неуч.

– Признай, что ты просто завидуешь.

– Чему? – хмыкнул Бао. – Тому, что у тебя самый низкий балл в классе?

– Тому, что я могу позволить себе читать то, что хочу, а не унылую литературу?

– «Унылая» литература, как ты выразилась, хотя бы чему-то научит меня, а чему научат тебя твои «друзья»?

–Многому! К тому же, не всем быть врачами.

–Ты хочешь стать врачом? – пропищала Анъин.

– О, – Шу наконец прекратила сверлить Бао взглядом и улыбнулась Анъин. – он мечтает поступить в медицинский и пойти по стопам дяди Мина.

– Я не просто мечтаю, – недовольно буркнул Мин Бао, – а упорно иду к своей цели. И я все же надеюсь, что в твоем случаи разум все же возьмет верх и за оставшееся до экзамена время выучишь хоть что-то. Видеть тебя в Шанхайском куда приятнее, чем по видеозвонку.

Анъин мельком взглянула на бейджик с именем парня и поняла, что речь идет об его отце.

– Это очень хорошая цель.

– Ага, хорошая, – повторила Шу. – только в своей маниакальной тяге к медицине и идеальным результатам она меня в могилу загонит.

–Я просто хочу немного твоей осознанности! Думаешь, всю жизнь сможешь читать свои новеллы?

– А если и смогу?! – с вызовом бросила она, вновь свирепея на глазах.

–И что ты будешь есть? – Бао скептически поднял бровь. – чтение кормить тебя не будет.

Несчастная Анъин решила попросту молчать и не пытаться влезть в спор этих двоих. Правильно говорят, что молчание – золото. И хоть она знала Шу и Бао всего пару часов, она уже успела понять, что во время их споров лучше не лезть между ними.

Принесли коктейли, и Анъин сделала глоток, ожидая дальнейшего развития событий.

–Я могу найти богатого мужа, – Цзян Шуцзин подмигнула Ван Анъин и показала Мин Бао язык.

–Да кому ты нужна… – почти прошептал Мин Бао и затем добавил громче:

–Ты даже беседу с богатым мужчиной не сможешь поддержать.

– А тебе прям известно, о чем ведут беседы богачи?

–Уж побольше тебя.

Девушка не стала спорить.

– Тогда просто пойду работать в издательство! – тут же нашлась она.

– И ты думаешь, тебя возьмут туда с твоими оценками?

– Да ты надоел уже, – вспылила Шу. – если я захочу, то стану учиться лучше всех!

Шу не замечала, что с каждой фразой все больше и больше повышает голос. Только вот Бао словно не замечал этого, продолжая спокойно смотреть на нее со слегка поднятыми бровями и легкой улыбкой на красивом лице.

– Кого ты хочешь этим насмешить?

– Уж точно не тебя, с твоим-то чувством юмора.

– Хочешь поспорим?

– Что у тебя хорошее чувство юмора?

–Что ты станешь лучше учиться.

Шу заинтересованно взглянула на него, снизив градус своей агрессии.

Ван Анъин тоже не осталась в стороне, чуть поддавшись вперед, она ожидала продолжения.

– На что спорим?

– Если выйдешь вперед в рейтинге, я куплю полную подписку на любую новеллу.

Глаза девушки тут же загорелись.

–Сроки?

Бао помолчал некоторое время, затем предложил:

– В конце апреля промежуточные экзамены, поэтому давай до начала праздников.

–Договорились! – Шу схватила руку Бао и с силой сжала:

– Анъин, разбей!

Девушка тут же повиновалась.

На этом, успокоившись, Шу направилась мыть руки, оставив заикающуюся Анъин в компании Бао.

Ван Анъин с силой вцепилась в свой стакан, не желая его отпускать. Вероятно, в тот момент он казался ей якорем, который становился безопасной зоной, едва прикоснешься к нему.

Ей стоило пойти вместе с Шу, чтобы не оставаться наедине с Мин Бао! Почему она сразу не подумала об этом? Сейчас это было бы не совсем удобно. Почему она такая глупая?

Тишина между ними напрягала, похоже, только ее, но Анъин на сегодня успела исчерпать свой запас смелости, поэтому молчала так же, как и Бао. Она копила эту крупицу несколько лет. Неизвестно, сколько будет набираться следующая. Мин Бао сидел спокойно, медленно потягивая свой коктейль из трубочки. Его глаза шарили по всему кафе в поисках чего-то интересного, но периодически останавливались на дверях в туалет, где скрылась Цзян Шуцзин.

– Ты всегда такая молчаливая? – вдруг спросил Бао, от чего Анъин испуганно вздрогнула.

В отличии от Нин, Бао не страдал от приступов стеснения.

– Наоборот, сегодня я слишком много болтаю, – выпалила девушка прежде, чем успела подумать.

– Хм, интересно, – раздался смешок.

Бао выглядел задумчивым.

– Я думал, девушки любят болтать.

Анъин посмотрела в направлении, где исчезла Шу, и беспомощно выдавила:

– Я не заметила, что Шу многословна.

Бао усмехнулся.

– Поверь, когда она оторвется от своей новеллы, слова польются из нее как вода из-под крана.

– Она вроде не читала сейчас, – растерянно проговорила Ван Анъин, чувствуя себя непроходимой тупицей.

Хоть она и не читает в данный момент, она все еще находится под впечатлением от истории. Как только это пройдет, Шу будет как маленькое сломанное радио, которое невозможно заткнуть.

В этот момент официант принес их еду, и пока он расставлял тарелки, Анъин формулировала вопрос, который хотела задать Бао.

– Почему ты дразнишь ее, если знаешь, как важны для нее эти книги?

– Потому что это весело, – парень пожал плечами. – А еще она очень мило раздражается.

– Мило раздражается?

Анъин смотрела на него круглыми от удивления глазами.

– Понимаешь, – решил пояснить он, – она слишком зависима от своих странных книг. Если хоть немного не отвлекать ее от виртуального мира, то она не захочет возвращаться в реальность. Для меня важно ее будущее, и я хочу, чтобы сейчас она использовала предоставленный шанс. Не хочу, чтобы она постоянно пялилась в дисплей телефона, упуская реальность.

Он немного помолчал.

– А еще у нее блестят глаза, когда она злится.

И что-то было мечтательное в этих глазах, что-то затаенное, смысла которого Анъин была не в состоянии понять из-за своей неопытности.

Но даже ей хватило ума и наблюдательности заметить, что, когда Бао говорил о Шу, его глаза становились непроницаемыми. Будто физически он находился здесь и сейчас, но мыслями где-то там, далеко.

Хоть Анъин и не была умудренной опытом девушкой, все же голова все еще была на плечах, и она иногда использовала ее не только для учебы, но и для каких-то других выводов. И на их основе она была с вероятностью девяносто пять процентов уверена, что Мин Бао и Цзян Шуцзин поженятся в будущем.

Ей даже захотелось заключить с кем-нибудь пари, как это сделали только что ее одноклассники. Но ей было попросту не с кем. Не станет же она заключать спор с самими участниками спора? Конечно, нет. Поэтому она лишь сделала мысленную пометку, пообещав в будущем позлорадствовать.

Правда, это только в том случае, если они продолжат общаться друг с другом.

Эти двое понравились Ван Анъин, и она хотела бы продолжить с ними общение, чтобы они называли ее полноправным другом, брали с собой погулять или делились какими-то новостями.

Но возникал другой вопрос: понравилась ли Ван Анъин им так же сильно, как и они ей?

Спросить напрямую она не решалась и вряд ли решится.

Оставалось лишь стараться и надеяться.

Вскоре вернулась Шу, и они принялись есть.

Вопреки всем ожиданиям, все прошло прекрасно.

Хоть Ван Анъин никогда не ела с кем-то вне семьи, между ее спутниками и ней не было никакого недопонимания и неловкости.

Шу и Бао переговаривались, а Анъин изредка вставляла короткие фразы, и у них получался довольно интересный диалог.

А когда девушка позвала официанта, чтобы оплатить их еду, как и обещала, Бао попросту не дал ей это сделать.

Как настоящий джентльмен, он первый протянул официанту свою банковскую карту, мягко отодвинув руку Ван Анъин.

– Считай, что это приветственный подарок, – отметил он.

От этого Анъин стало жутко неудобно, ведь она позвала их, чтобы подружиться, но по факту не сделала ничего, чтобы это произошло.

Они втроем шли по залитым последними лучами солнца улочкам, избегая шумные улицы. Благо до дома было идти немного, но Анъин не хотелось, чтобы эта дорога заканчивалась.

Глава 3.

Начало марта всегда нравилось Шу больше, чем другие месяцы.

Зимняя прохлада давно уступила место легкому весеннему ветру. Даже воздух пах иначе – надеждой, радостью, желанием жить.

Цзян Шуцзин шла домой в компании своих друзей – Мин Бао и Ван Анъин.

С недавних пор они начали хорошо общаться и теперь путь туда и обратно был гораздо веселее.

Запрокинув голову, Цзян Шуцзин немного вышла вперед и с наслаждением вдыхала свежий воздух. Погода была и не жаркой, и не холодной – просто идеальный баланс.

Глядя на нее, Мин Бао всерьез опасался, что подруга где-нибудь навернется и сломает шею, поэтому пристально следил, чтобы в любой момент помочь.

По счастливому стечению обстоятельств, Ван Анъин с семьей переехала в дом немногим дальше домов Бао и Шу. Поэтому каждое утро и каждый вечер они могли вместе ходить в школу и обратно. И было что-то особенное в том, чтобы идти с друзьями домой, в такую прекрасную погоду, перед заходом солнца.

Обычно, из-за того, что Шуцзин часто спала крепко и не слышала будильник, ее спутникам приходилось подолгу ждать ее, и тогда времени на прогулку не оставалось. Приходилось бежать на автобус. Не идти, а именно бежать, потому что времени катастрофически не хватало.

Ван Анъин, привыкшая каждый вечер ложиться в десять часов и вставать в пять тридцать, не понимала, каким образом Цзян Шуцзин остается в твердом уме. Ведь подобный образ жизни был не совсем хорошим.

– Мне надо в больницу, – юношеский голос резко выдернул Цзян Шуцзин из блаженной неги.

Бао остановился на развилке дороги.

Там, где одна дорога превращалась в две.

Шу лишь неопределенно махнула рукой, не в силах проговорить и слова.

– Уверена, что сможете дойти самостоятельно?

– Уверена, – все же ответила Шу, не оборачиваясь и продолжая идти. – Ты не всегда будешь рядом, надо учиться жить самостоятельно.

Мин Бао хотелось возразить, сказать, что они крепко повязаны на всю жизнь. Но не стал. Достаточно того, что он это знал.

Ван Анъин тоже хотелось что-то сказать, но в последний момент передумала и поплелась вслед за Шу. Та снова махнула рукой, прощаясь.

Бао еще несколько мгновений смотрел вслед девушкам. Смотрел, как Цзян Шуцзин машет ему рукой, удаляясь все дальше и дальше.

Прежде чем все же уйти, он тяжко вздохнул.

Каждый из них пошел своей дорогой.

– Шу, – позвала Анъин, когда они уже подходили к их району. – Бао заболел? Почему ему надо в больницу?

– Так ты не знаешь… – Шу задумчиво взглянула на подругу. – Девушка Бао лежит в больнице, и он пошел проведать ее.

Анъин удивленно вытаращила глаза.

– Какая девушка?

– Живая.

– Подожди, у него есть отношения?

– Конечно! Они встречаются уже лет пять.

– А… – растерянность в голосе девушки была слишком очевидна. – А как же… То есть им было по двенадцать на начало отношений?..

– Да, – кивнула Шуцзин с самым серьезным лицом. – Реальность сурова.

Видимо, она решила, что Ван Анъин достаточно освоилась и начала ее атаковать.

– Я просто удивлена…

– Он тебе нравился?

– Вовсе нет, просто он так молод… да и я думала, что вы нравитесь друг другу…

Последнее предложение она произнесла настолько тихо, что Шуцзин ее попросту не услышала.

– Тогда славно, потому что…

– Что?

Внутренне Анъин приготовилась услышать что-то серьезное, потому что тон и вид подруги говорили о том, что ничего хорошего та сейчас не скажет.

– Ты готова услышать эту информацию?

Тень сомнения проскользнула по ее лицу, но Ван Анъин решила не отступать, поэтому решительно кивнула.

– Она лежит в больнице, потому что беременна!

Анъин застыла прямо посреди дороги.

Ее удивлению не было предела.

Образ Бао, который сформировался за неделю «дружбы», стал рушиться в голове Анъин, словно карточный домик. Ей казалось, что он человек, который серьезно относится к любому вопросу, будь то даже выбор одежды или маршрут, по которому он сегодня пойдет.

Ему ведь было всего семнадцать лет, но он уже имел отношения!

А его девушка даже беременна…

Сможет ли она относиться к Бао так же, зная все эти подробности?

Пока она переваривала всю эту порочную информацию, Шу едва сдерживала ехидную улыбку, глядя на побледневшую подругу.

– Чем занимаетесь?

Где-то вдали послышался мужской голос, но Анъин никак не отреагировала, продолжая глупо пялиться в пустоту, машинально передвигая ногами. У нее был настолько потерянный вид, что Цзян Шуцзин все же стало ее немного жаль.

Но это чувство исчезло быстрее, чем появилось. Веселье только начиналось.

– Па!

Девушка подорвалась и побежала на встречу к отцу, на ходу перепрыгивая через камешки, прямиком в его объятия.

Только эти резкие движения смогли привести девушку в чувства.

В этот момент Шу вместе с отцом подошли к ней.

– Папа, познакомься, это Ван Анъин – новая ученица в нашем классе и моя подруга. Анъин – это мой папа.

Мужчина протянул руку, и Анъин неловко ее пожала.

– Приятно познакомиться.

– И мне. Я рад, что у моей Шу появился еще один друг, кроме Бао. Надеюсь, она не сильно тебя достает?

– Да что вы, нет ничего такого.

– Мы отлично ладим!

Отец Цзян выглядел настороженным, будто не верил, что его дочь может спокойно дружить с кем-то.

Анъин смущенно улыбнулась, не зная, куда себя деть.

– А где Бао? – вдруг спросил мужчина. Наконец, выражение его лица стало более расслабленным.

– В больнице, – коротко ответила ему дочь, и Анъин ужаснулась. Значит, он был в курсе всего происходящего?!

– Надо было и тебе сходить, поздороваться с дядей Мином.

– Да, я об этом не подумала.

Ван Анъин вспомнила, что в первый день их знакомства ей рассказали, что отец Мин Бао работает в больнице. То есть, девушка Мин Бао лежит там же, где работает его отец? То есть и он всё знает?!

Мужчина кивнул и обратился к Ван Анъин.

– Не хочешь зайти к нам в гости?

Не дав ей ответить, Шу схватила её за руку и потащила в сторону дома.

– Конечно, хочет.

Анъин не хотела. И если говорить откровенно, она ужаснулась подобной перспективе. Она не знала, как вести себя в чужом доме, о чём говорить с родителями Шу. Тем более, они были знакомы всего неделю, как Шу могла звать незнакомого человека в свой дом? Это казалось таким странным.

Ей просто хотелось пойти домой, принять пенную ванну и поесть вкусной еды.

В полном одиночестве.

Заряд её социальной батарейки иссяк на сегодня. Ей ещё предстояло переварить информацию, что порядочные с виду люди на деле такими не являются.

Но вопреки всем своим мыслям, Анъин позволила увести себя.

Дом, в котором проживала семья Цзян, представлял собой двухэтажное здание с низким железным забором, украшенным разными завитушками. Сам же дом был облицован белым камнем, который придавал постройке свежесть. К входной двери от калитки вела дорожка из мелкого камня, который приятно массировал ноги при ходьбе. Ван Анъин чувствовала каждый камешек через тонкую подошву своих балеток.

Справа от двери она заметила небольшой гамак, закрепленный на двух деревьях, а чуть поодаль – трехместные качели. Летом лежать в таком гамаке было бы очень приятно, учитывая, что толстые ветви деревьев создавали большую тень.

Позабыв о Бао, она шла, удивленно разглядывая окружающую обстановку. Окружающая ее территория оказалась настолько красивой и завораживающей, что девушка напрочь забыла о том, что осуждала этого парня у себя в голове.

Дом оказался больше, чем Анъин могла представить.

А внутри их встретил манящий запах еды.

Желудки девушек тут же заурчали, и Анъин густо залилась краской. Отец Шуцзин тактично сделал вид, что ничего не слышал.

– Добро пожаловать! – завидев гостью, мама Шу тут же потащила её на кухню и, не дав опомниться, посадила за стол.

Это удивило гостью. Мама Шу не поинтересовалась, кого её дочь привела в дом. Даже не спросила имя!

Затем, будто что-то вспомнив, вновь потащила куда-то. Это оказалась ванная комната, где ей предстояло помыть руки после улицы.

Дома вкусно пахло выпечкой и жареным мясом, а ещё тем самым уютом, которого не хватало Анъин дома. Обычно, приходя домой со школы, она натыкалась на пустые стены, без малейшего признака жизни. Обычно все предпочитали сидеть по своим комнатам и встречаться лишь для совместного приема пищи, где каждый сидел, уткнувшись в телефон. Но, глядя сейчас на семью Шу, Анъин поняла, что есть и другие способы совместного проведения времени.

Постепенно Анин смогла расслабиться и в полной мере ощутить царящую в этом доме атмосферу.

Они ели, пили, смеялись и разговаривали. Анъин охотно делилась некоторыми фактами из своей жизни, хоть и испытывала при этом большую неловкость, а Цзян Кай и Цзян Ми – папа и мама Шу – рассказывали истории из детства дочери, пока та бесконечно закатывала глаза.

– Спасибо, что не принесли фотоальбомы, – про себя бубнила Шу.

Когда уже стемнело и пришло время направляться домой, Шу вызвалась проводить Анъин.

Они вместе вышли из дома и не спеша шли вдоль дороги, когда им навстречу вышел Бао. Он только возвращался домой.

Ван Анъин тут же вспомнила все слова Шу, сказанные пару часов назад. Легкая паника охватила девушку, и она остановилась, будто ее ноги неожиданно приросли к земле.

На языке вертелись гадости.

– Куда идете? – спросил парень.

– Просто провожаю ее, – Шу привычно повисла на руке Бао и заглянула ему в глаза. – Я так устала.

Он смерил ее оценивающим взглядом.

– Я не дам тебе списать домашку.

Девушка тут же надулась.

– Я не это имела в виду!

Хотя именно это она и имела в виду.

Глядя на них, Анъин неожиданно даже для самой себя выпалила:

– А разве твоя девушка будет рада такому отношению к другим девушкам?

Несмотря на свои отношения, Бао позволял другой девушке, хоть и подруге детства, так относиться к себе. Разве его беременной девушке будет приятно, когда она узнает, как эти двое ведут себя?!

Пылая праведным гневом, девушка не заметила, как у парочки друзей округлились глаза.

– Ты… ты… ты… ужасный человек

Шуцзин прыснула.

– Какая девушка? – поинтересовался Бао.

– Твоя девушка! – гневно выпалила Анъин. – К которой ты ходил в больницу. Что? Уже забыл? Как быстро меняются приоритеты!

Гнев творил с людьми волшебные вещи. А Ван Анъин он вообще поменял кардинально. Вся нерешительность и страх девушки куда-то испарились. В любой другой ситуации она вряд ли выпалила бы что-то подобное.

В этот момент все еще обнимавшая Бао за руку Шу медленно отпустила его и маленькими шажочками посеменила к своему дому.

– И давно у меня есть девушка? – вкрадчиво спросил Мин Бао.

– Тебе лучше знать! Раз она успела забеременеть и даже попасть в больницу!

– Ван Анъин… – простонала Шу. – Это была шутка.

– Цзян Шуцзин! – крикнул Бао и рванул со своего места в сторону подруги так резко, что зарябило в глазах. Шуцзин, которая успела отойти на безопасное расстояние, будто ожидала чего-то подобного. Она не стала глупо хлопать глазками и так же резво побежала в дом, на ходу раскидывая вещи, так невовремя оказавшиеся на ее пути.

Ван Анъин осталась стоять растерянная прямо посреди дороги в полном одиночестве, не понимая, что вообще происходит и куда ей идти.

Домой? Или вернуться в дом Цзянов?..

Тем временем, Шу заскочила домой, промчалась мимо пьющих чай в гостиной родителей и помчалась вверх в свою комнату.

Мин Бао не отставал и, словно тень, следовал за своей жертвой. Он на ходу бросил слова приветствия и так же перепрыгивая через ступеньки взлетел наверх. Но Шу уже успела скрыться в своей комнате.

Тем временем, госпожа и господин Цзян продолжили невозмутимо пить чай, будто такие события происходят в их доме каждый божий день.

– Как думаешь, сколько еще простоит наш дом? – спросил Цзян Кай, протягивая руку к пульту на столике.

– Даю гарантию на пять лет.

– Слишком много. Максимум три.

– Согласна. – кивнула Цзян Ми и они, стукнувшись кружками, дружно сделали по глотку.

Глава 4.

Чтобы выиграть в споре с Бао, который она так опрометчиво приняла, Цзян Шуцзин пришлось многим пожертвовать.

В первую очередь она изменила образ жизни. Точнее, ей пришлось сделать это. Было тяжело и болезненно, но она все же справилась. Раньше, в выходные дни она поздно ложилась и поздно вставала, тогда как в будни она и ложилась поздно, и вставала рано.

Теперь никакого чтения допоздна!

Вторым изменением стало то, что она отложила все свои книги в ящик. Не дальний, к сожалению, – на это у нее пока не хватит силы духа.

Благополучно решив, что одна полная книга лучше частично написанных других, Шу решила взять небольшой перерыв в чтении.

Теперь все ее свободное время занимало наверстывание всего прошедшего, штудирование нынешнего и попытка понять дальнейшее.

Изучая следующие темы в учебниках, Шу почувствовала себя монахом, который заглядывал в будущее и предсказывал судьбу прихожанам храма. А в ее голове Бао и там был рядом с ней, побритый наголо и в монашеской рясе. Он степенно расхаживал от одного к другому не переставая повторять: «Амитабха!».

От этой мысли она начала безудержно хихикать. Потом почему-то вспомнила интересный момент из одной новеллы и решила освежить память.

Это показалось ей архиважным. Иначе причины бросать только начатую математику не было.

За одним абзацем шел другой, за ним еще один.

Шу не заметила, как переместилась на кровать, где с комфортом продолжила чтение, периодически подхихикивая.

Неожиданно раздался звонок.

Будучи серьезно увлеченной происходящими в новелле событиями, Шу не сразу поняла, что звонок играет в реальной жизни. Подпевая, она принялась искать свой телефон и с трудом отыскала его на столе под горой своих учебников.

Звонил Мин Бао.

Чуть подождав, она ответила.

– Слушаю. Надеюсь, у тебя что-то важное, потому что я очень занята.

– Ты занимаешься?

Девушка едва сдержала смешок. Бао всегда любил «врываться с ноги». Чаще всего он не делал длинных предисловий, предпочитая спрашивать то, что хочет спросить, и делая то, что хочет сделать. Вот и сейчас было то же самое. Он в лоб спрашивал именно то, что его интересовало в данный момент.

– Прям так сразу? А как же спросить, как поживает твоя любимая и единственная в своем роде подруга?

Она неловко покосилась на учебник по математике, брошенный на столе, чувствуя острую вину.

– То, что ты ответила на звонок, уже говорит о том, что ты жива и все еще не ушла в свой книжный «запой».

– Господин Мин, вы слишком жестоки.

Шу плюхнулась на свою кровать и уставилась в потолок.

– А вы, госпожа Цзян, чересчур ленивы.

Голос юноши был непривычно строг и даже слегка грубоват. Если бы Шу не знала его с самого детства, то могла подумать, что с ней говорит взрослый мужчина, занимающий серьезную должность.

– Слушай, ты не думал стать прокурором? – неожиданно спросила она.

С той стороны воцарилось молчание.

– Теперь кажется, надо узнавать, жив ли ты.

– К чему такой вопрос? – наконец спросил Бао.

– Мне кажется, тебе подойдет эта профессия.

Раздался мягкий смех.

– Может быть, в другой жизни. В этой все уже определено.

– Ну да, я помню, – промычала Шу. – ты собираешься стать врачом, как и твой отец. Твоя философия тут совсем неуместна.

Шуцзин мысленно передразнила его.

– Согласись, неплохо иметь друга-врача.

– Не соглашусь! – Шуцзин гневно фыркнула. – Даже будучи простым учеником старшей школы, ты умудряешься помыкать мной. А когда станешь врачом, то заставишь принудительно проходить медицинский осмотр каждые несколько месяцев.

– Разве это плохо?

– Я ненавижу врачей!

– Так и скажу своему отцу. Кто-то не получит красный конверт на праздники…

– Ты же знаешь, что тогда я отберу твой?

Шу даже через расстояние почувствовала, как он улыбается.

– Мин Бао, если в будущем ты станешь приставать ко мне по этому вопросу, я буду учить твоих детей плохим словам!

Парень хмыкнул и переключился на другую тему:

– Так чего это я звонил?

«Чтобы выпить мне кровь!»

Но вслух было озвучено другое:

– Чтобы спросить, как дела у твоей любимой подруги, которую ты не видел целые сутки и по которой очень соскучился?

– Сутки? Мы вместе завтракали, а сейчас только вечер. Госпожа Цзян, складывается ощущение, что это вы безумно скучаете, а не я.

– Ага, конечно. Смертельно скучаю.

– Ты занимаешься?

Шу в этот раз покосилась на томик новеллы, которую «неожиданно» для себя начала читать и, откашлявшись, уверенно заявила:

– Работаю в поте лица, даже не ужинала.

– Серьезно?

Девушка скривилась.

– Серьезнее не бывает!

– Что-то как-то слабо верится.

– Мин Бао, ты что, настолько сильно хочешь попрощаться со своими денежками? Так ты просто можешь прислать мне по вичату.

– Что-то мне подсказывает, что ты сейчас точно не занимаешься.

– Прямо-таки шепчет в ушко? – не удержалась Шу.

– Именно.

– Тогда тебе не врачом надо стать, а каким-нибудь шаманом.

Извращенная фантазия Цзян Шуцзин тут же нарисовала картину, где Мин Бао восседает за большим столом. Его глаза подведены толстым слоем сурьмы, на голове парик с длинными черными волосами, а сам парень водит руками над большим шаром, пытаясь что-то в нем увидеть.

Картина была довольно впечатляющая. Настолько, что Шу сильно тряхнула головой, в надежде, что сможет это развидеть.

– Я позвонил не для того, чтобы ты искала мне профессию.

– Ага, чтобы выведать, чем я занимаюсь, и дать мне по голове.

– Именно.

– Все, я кладу трубку. – ей не нравилось, куда заходил их разговор, поэтому она, не дожидаясь его ответа, сбросила вызов. – Жду денежки в вичате.

Цзян Шуцзин устало раскинула руки. Неизвестность перед будущим ее пугала всегда, но сейчас, когда до выпуска оставалось всего несколько месяцев, страх стал еще сильнее. Она не знала, чего хочет от жизни, кем собирается стать в будущем и сможет ли вообще найти хотя бы какую-нибудь работу.

Телефон замигал от входящего уведомления.

«Ваш счет пополнен: 1 юань.»

Усмешка скользнула по девичьим губам.

В какой-то степени она завидовала Мин Бао от того, что он давно определился в своих желаниях и стремлениях.

Отец Бао уже много лет работал в их городской больнице и слыл мастером своего дела. Его сын очень гордился отцом и мечтал пойти по его стопам.

С самого начала старшей школы Бао четко знал, что станет врачом, и упрямо шел к своей цели. Ходил на дополнительные занятия, собирал различную информацию. Он даже сумел выбить разрешение у Мин Дачена, чтобы приходить к нему на работу и изучать истории болезни пациентов. И хоть это было строжайше запрещено, Мин Дачен был уверен в своем сыне, что тот не станет разглашать никакую личную информацию.

Близилось время выпуска, и стоило уже начать готовиться хоть к чему-либо.

Цзян Шуцзин задумалась. Что она любила больше всего? И что она была готова связать со своим будущим? Чем была готова заниматься на постоянной основе?

Она оглядела свою комнату. Прямо у входа стоял небольшой стол с ноутбуком, куда кучей было навалено множество книг и тетрадей. Этот творческий беспорядок, как его называла Шуцзин, жутко напрягал всех вокруг, и лишь Ван Анъин не стала ничего говорить. Прямо напротив стола стояла кровать, а по крайним стенам – книжные полки и вещевой шкаф. Не было ничего, что могло бы натолкнуть Шуцзин на какое-то решение. Книги она любила, но не хотела из своего хобби делать способ заработка. Тогда бы оно перестало приносить ей удовольствие.

Этот вопрос настолько сильно поглотил Цзян Шуцзин, что даже во время ужина она была подозрительно тихой.

– С тобой все в порядке? – спросил настороженный отец, непривыкший к такой тихой дочери.

– Мама, папа, – Шу поочередно посмотрела на них. – Вы никогда не думали о моей будущей профессии?

Супруги переглянулись.

– А почему мы должны об этом думать? – Цзян Кай отложил столовые приборы. – Ты сама должна думать об этом. А с нашей стороны мы должны принять твой выбор и оплатить университет.

– То есть, вы поддержите любой мой выбор?

– Совершенно точно! – согласилась Цзян Мин, отправляя в рот кусочек обжаренной в кисло-сладком соусе индейки.

– Вы не делаете проще! – возмутилась Шуцзин.

– Это почему? – спросил отец.

– Потому что, если бы вы заставили поступить меня, к примеру, в медицинский, то у меня возникло бы чувство противоречия.

Цзян Кай быстро спохватился:

– Ты станешь юристом! Понятно?

– Сейчас уже не надо! – Шу выглядела еще больше возмущенной.

– А ты не думала последовать за Мин Бао? Вы ведь с самого детства неразлучны.

Мягкий тон матери немного умерил пыл девушки.

– Нам будет достаточно учиться в одном университете, а специальность может быть разной.

– То есть Мин Бао точно решил стать врачом?

– Да.

– И куда же пал его выбор?

– Шанхайский университет.

– Надо будет поздравить брата Мина, – заметила Цзян Кай. – Его поступление лишь вопрос времени.

– Тогда ты уже успела просмотреть специальности этого университета? – спросила мама.

Тогда Шу задала встречный вопрос:

– А у нас хватит денег заплатить за обучение?

Шу была легким человеком. Она всегда находила общий язык со всеми, будь то старики или дети. Хорошо ладила с одноклассниками. И хоть она иногда любила подшучивать над людьми, плохого никогда и никому не желала. Из-за этого окружающие делали ошибочные выводы по поводу ее характера. Она никогда не была мечтателем и четко осознавала свои способности. Даже если каким-то чудом ей удалось бы поступить в университет с ее оценками, она никогда не смогла бы выйти на стипендию.

Шу это знала.

Ее родители это знали.

Знали, а поэтому откладывали деньги на будущее своей единственной дочери.

– Тебе не стоит переживать, – просто отозвался отец.

– Лучше займись тем, чтобы выбрать специальность, пока не стало совсем поздно, – добавила мама.

Шу оставалось лишь кивнуть и приняться за еду. После этого разговора она немного успокоилась. У нее была поддержка, а остальное придет со временем. Но со всеми вопросами, необходимо было решить в ближайшее время.

– Ах, да, – спохватилась мама Цзян. – Сегодня звонили твои дядя с тетей.

– Какие конкретно? – с набитым ртом поинтересовалась Шуцзин. Яйца в томате сегодня оказались особенно вкусными.

– Дядя и тетя Вэй, – пояснила женщина, – моя сестра и зять, если помнишь.

Цзян Шуцзин что-то промычала.

– Твоего дядю переводят в филиал в другом городе, и тетя поедет вместе с ним.

– А брат?

– А твой брат поживет вместе с нами, пока он не закончит этот год обучения. Затем он переедет к родителям.

– А почему нельзя сразу? – поинтересовалась Шу, делая глоток воды.

– Тебе ли не знать, как подростку тяжело менять школу посреди года? – вопросом на вопрос ответил Цзян Кай.

– Действительно.

– Так что, позаботься о своем брате.

– Это будет интересно… – протянула Шу, про себя злобно хихикая.

Глава 5.

Вэй Линь с самого раннего детства проводил довольно много времени с Шу. Они росли вместе, творили каверзы и избивали друг друга до крови.

Или, если выражаться немного точнее, избивали его. В пылу драки, Цзян Шуцзин немного заносило, от чего сила ее ударов становилась запредельной. И хоть маленькая девочка не могла нанести особо серьезные раны, на Вэй Лине худощавом и маленьком Вэй Лине они выглядели устрашающе.

Цзян Шуцзин была старше на год и училась в другом корпусе школы, поэтому в школе они встречались довольно редко. Да и его родители предпочитали жить ближе к работе, которая находилась в другой части города от школы.

Сам по себе Вэй Линь был довольно тихим ребенком, поэтому и получал больше всех от сестры, и осмеливался на что-то только с подачи Шуцзин. Именно она была движущей силой в их тандеме, только вот чаще всего отхватывал за результаты их действий именно Вэй Линь. Получать от Цзян Шуцзин удары, чтобы потом получать удары из-за Цзян Шуцзин.

Жизнь иногда действительно бывает слишком несправедлива.

Несмотря на столь близкое общение, было удивительно то, что Вэй Линь знал лучшего друга сестры – Мин Бао, лишь заочно. Лично они никогда не встречались. Но несмотря на это, ему было искренне жаль этого паренька. Чтобы терпеть Цзян Шуцзин требовалось действительно много сил и нервов. Если он – ее родственник, вынужден ее терпеть, то к чему Мин Бао это наказание? Она его шантажирует?

Рано утром, дядя и тетя высадили Вэй Линя возле ворот дома семьи Цзян. Но тот, будучи очень скромным и робким парнем, не решался позвонить в дверь, так как не знал их распорядка и боялся разбудить раньше времени.

С детства он усвоил один урок – невыспавшаяся Шу – худшее, что может только быть с ним. А то, что она сама часто проводила ночи в состоянии бодрствования, были явно не ее проблемы. Обычно, когда случалось такое, Вэй Линь старался вести себя еще тише. Как говорится, тише едешь – дальше будешь.

Уже было семь часов утра, родители высадили его в пять. Получалось, что он уже около двух часов провел под воротами. Вэй Линь твердил себе, что он должен собрать силы в кулак и войти в дом, но каждый раз, когда он подходил к воротам, срабатывали внутренние барьеры, из-за чего он все же оставался на улице. И, возможно, он бы простоял еще дольше, продрогнув от холода (и голода), если бы Цзян Ми не вышла во двор, чтобы забрать высохшее белье с уличной сушилки.

– Молодой человек, у вас все в порядке? – обратилась к нему женщина, подозрительно прищурившись.

– Тетя, это я! – с облегчением воскликнул Вэй Линь, переминаясь с ноги на ногу.

Цзян Ми прищурилась.

С того времени, как Цзян Ми видела Вэй Линя в последний раз, прошло добрых шесть месяцев, и за все это время юноша значительно изменился.

Сам по себе он был очень похож на своего отца внешне. Но эта красота еще не успела сформироваться во что-то конкретное, и на данный момент времени мальчик напоминал неудачную версию своего красивого отца. По мере взросления он будет становиться все лучше и лучше, а сейчас имеем то, что имеем. Вдобавок ко всему, Вэй Линь был слишком тощим и излишне высоким.

– Вэй Линь? – с сомнением протянула Цзян Ми.

Юноша быстро закивал, обрадовавшись, что наконец войдет в дом, согреется и сможет наконец поесть горячей еды.

– Чего же ты стоишь? – она быстро подошла к племяннику и оглядела его со всех сторон.

– Да тебя не узнать! Совсем вырос!

Она снова покрутила его и взяла за руки.

– О боже, сколько ты простоял на улице?

Несмотря на то, что днем было довольно тепло, по утрам все же стояла весенняя прохлада.

– Всего несколько часов, – ответил Вэй Линь буднично. Так, словно он делает так каждый день – ждет кого-то по несколько часов.

Цзян Ми не нашлась с ответом. Этот ребенок всегда казался ей немного странным…

Вдруг она бросила взгляд на свои наручные часы и спросила:

– А ты не опаздываешь на автобус?

Услышав вопрос от тети, Вэй Линь сорвался с места и побежал в сторону автобусной остановки, оставив свой чемодан там же, где и простоял два часа.

– А форма?.. А учебники?

Цзян Ми несколько секунд смотрела вслед своему племяннику, прежде чем, подхватив багаж, быстрым шагом направиться домой будить свою дочь. Все равно Вэй Линь скоро вернется. Без школьной формы и учебников его попросту не пустят на территорию школы.

Нужно ли говорить, что Цзян Шуцзин в очередной раз провела ночь без сна? Но к её чести, она занималась естественными науками, а не бесполезным просиживанием штанов, и продвинулась довольно далеко. Она медленными, но уверенными шагами плелась к своей цели.

Автобус, который шел от их дома до школы, ходил каждые полчаса, и чтобы вовремя попасть в школу, необходимо сесть на него либо в семь часов и десять минут, либо в семь часов сорок минут. Дорога занимала ровно пятнадцать минут, и тогда оставалось целых пять на то, чтобы добежать до класса. На первый она безнадежно опоздала. Теплилась надежда успеть на второй.

У Цзян Ми.

У Цзян Шуцзин никакой надежды не было, потому что она спала без задних ног!

Что говорить, если Шуцзин проснулась ровно в половине восьмого? Ее сон был настолько крепким и сладким, что мать еле дозвалась до нее.

За рекордное время она умылась, оделась и выбежала из дома.

Она не успела всего на пару минут.

Когда Цзян Шуцзин подбегала к автобусной остановке, нужный ей автобус уже отходил. Она не успела всего на пару минут! Эти сто двадцать секунд были ей так нужны…

Теперь придется ждать целых тридцать минут.

Пока она размышляла на жизненно важные темы – стоит ли пойти пешком или все же дождаться следующий автобус, – сзади незаметно подкрался Мин Бао.

– Опаздываешь? – с ехидной улыбкой спросил он, сверху вниз глядя на Шу.

– Вообще-то, я жду тебя, – быстро спохватилась Шу, вставая так, чтобы большая голова друга загораживала яркое солнце.

Тут Мин Бао растерялся, глядя на нее. Он принял ее слова за чистую монету.

Бедный наивный Мин Бао.

– Ждешь меня? Зачем?

– В смысле зачем? – притворно возмутилась она. – Ты мне друг или кто?

– Или кто? – с надеждой переспросил Бао.

Ему показалось странным, что Цзян Шуцзин могла ждать его. Больше всего на свете она ненавидела ждать. А когда они собирались в школу вместе, то всегда заранее договаривались об этом.

– Действительно ждала меня? – с подозрением спросил Бао.

– Конечно!

– Тогда почему не позвонила?

– У меня зарядки на телефоне нет.

– У тебя? Да ты помешана на ста процентах заряда.

– Я забыла его зарядить, потому что занималась всю ночь.

Вид у нее был самодовольный.

Это была правда умело вырванная из контекста, поэтому даже самый навороченный детектор лжи не мог бы распознать подвоха. А Мин Бао и подавно.

– И поэтому у тебя рубашка вывернута наизнанку?

Шу покосилась на свою одежду и заметила, что та действительно сидела не совсем красиво.

– Видишь? Я так упорно учусь, что постепенно впадаю в прострацию!

Бао улыбнулся, глядя на нее.

– Маленькая врушка, – с нежностью отозвался он.

Мин Бао больше не слышал, о чем безостановочно щебетала Шу. Он видел лишь то, как красиво блестят ее волосы в солнечных лучах, как прищуриваются глаза от солнечных лучей, как двигаются губы в попытке донести до его мозга какую-то информацию.

Была ли она и раньше столь красива, как сейчас? Или ее природная красота только проявилась?

Он не мог сказать.

В его груди что-то необъяснимо ныло, не давая почувствовать привычный покой.

Хотелось распустить волосы Цзян Шуцзин, собранные в высокий небрежный хвост, и пропустить каждую прядь, каждый волосок сквозь пальцы. Гладкие и блестящие на вид, они должны быть такими же и на ощупь.

Мин Бао почти сделал это, но так невовремя пришел долгожданный автобус, и его рука зависла в воздухе.

Цзян Шуцзин тут же замолчала и, схватив за руку своего друга, потащила его в заполненный автобус, сквозь толпу таких же, безбожно опаздывающих, людей.

Они кое-как протиснулись вглубь, ближе к окну, чтобы иметь хоть какой-то доступ к свежему воздуху.

Людей было слишком много, и Бао ощущал себя там, будто его засунули в консервную банку. Но в его груди присутствовало ещё одно чувство – волнение.

Разве мог он волноваться из-за Цзян Шуцзин? Определённо нет. Это точно было связано с опозданием в школу. Разве мог такой блестящий ученик, как он, опаздывать?

Шу чувствовала сильнейший дискомфорт от того, что люди вокруг без перерыва толкали её. Один мужчина едва не ударил её локтем в лоб. А учитывая её маленький рост и щуплую комплекцию, ситуация становилась действительно опасной.

Заметив её дискомфорт, Бао немного растолкал окружающих и, поставив руки по бокам от Шуцзин, заключая в своеобразный кокон, оградил её от посторонних. Теперь они доставляли неудобство лишь ему одному.

Шуцзин во все глаза смотрела на Бао, не в силах оторвать взгляд. Сам же Мин Бао не понимал, откуда у него взялась эта потребность обеспечить безопасность девушки. Они и раньше ездили в заполненных автобусах, но это желание возникло только сейчас.

Автобус тряхнуло, и Цзян Шуцзин неосознанно схватилась за руку Мин Бао. С другой же стороны кто-то врезался в спину юноши, но тот устоял, не дрогнув.

– Держись за мою руку, – сквозь зубы выдавил он, сделав маленький шаг вперед, к Цзян Шуцзин. Расстояние, итак небольшое, стало гораздо меньше.

Легкий аромат персиков был так сладок, что у Мин Бао закружилась голова.

Начинался сезон цветения, а Цзян Шуцзин обожала их есть, поэтому от нее всегда пахло так вкусно. Невольно он прикрыл глаза, стараясь впитать в себя как можно больше.

Никогда раньше, находясь так близко к Мин Бао, Шу не испытывала дискомфорта. Но сейчас она чувствовала неловкость.

Что-то между ними изменилось. Никто бы не смог сказать, что именно.

Они стояли лицом друг к другу, и Цзян Шуцзин смотрела, как маленькие бисеринки пота скатываются по лицу ее друга, вниз по шее и впитываются в ткань ученической рубашки.

Глава 6.

К сожалению, они безбожно опоздали на занятия. Помимо того, что они не успели на нужный им автобус, так они еще и простояли в длинной пробке. В результате всех неудачных факторов произошедший за один короткий промежуток времени, они попали в школу только на середине первого занятия.

Цзян Шуцзин использовала это время себе на благо и успокоила расшалившееся сердце, поэтому из общественного транспорта она вышла в полном спокойствии, будто монах, достигший просветления.

В это время у ворот школы стоял один из преподавателей, отлавливая опоздавших учеников. Раз в неделю школа назначала дежурного из учителей, который стоял у входа и отлавливал провинившихся.

Вэй Линь был одет в повседневную одежду, а не в школьную форму, поэтому его развернули и отправили домой. Цзян Шуцзин, к сожалению, никак не могла помочь ему, и ей оставалось лишь посочувствовать. Из кустов, в которых они прятались от всевидящего ока дежурного, это получалось лучше всего.

Шу и Бао попытались прошмыгнуть незамеченными, пока учитель Се отвернулся в другую сторону и пристально куда-то всматривался.

Но им не повезло – Мин Бао со своим ростом не вписался в поворот и стукнулся о засов железных ворот, которые запирались на ночь.

Он зашипел от боли и тем самым направил на них взгляд злого учителя.

Завидев эту парочку, учитель едва не потирал руки в предвкушении. Но подойдя ближе, его настрой немного схлынул.

Мин Бао не отделался легким ударом. Все было куда серьезнее. На его лбу разрасталась огромная лиловая шишка, кожа треснула, и из раны медленно стекала кровь.

Учитель Се, намеревавшийся наказать их за опоздание, горько вздохнул. Судьба уже наказала их, зачем же ему теперь вмешиваться?

– Быстрее идите в медпункт, – махнул он рукой, слегка обеспокоенный кровавой раной одного из лучших учеников. – Это может быть серьезно.

Разочарование на его лице было слишком очевидным

– Учитель, можно отвести его в больницу? – обеспокоенно спросила Шу. – Сомневаюсь, что в школьном медпункте ему смогут оказать необходимую помощь.

Мужчина еще раз смерил пострадавшего взглядом.

– Вдруг у него сотрясение? – подливала масла в огонь Шу. – А там ему смогут сделать снимок.

Мин Бао, страдавший от боли, сразу раскусил план своей подруги и решил подыграть. Он с силой прижал ладонь к вискам и делано пошатнулся.

Цзян Шуцзин не растерялась и тут же подхватила его, принимая на себя вес.

– Голова… моя голова…

– Потерпи чуть-чуть…

– Мне так больно…

Видя эту картину, учитель Се уже не на шутку заволновался и самолично позвонил отцу Мин Бао. Все сомнения развеялись. А фраза Шуцзин сделала решающий выстрел:

–Его отец же там работает.

Пока машина ехала, Шу аккуратно уложила Мин Бао на ближайшую скамейку и стала вытирать влажными салфетками залившую глаза кровь.

Ее было так много, что казалось, в теле самого старшеклассника не осталось и капли.

– Напомни, какая у тебя группа крови? – спросила Шу, протирая глаз.

– А что? Боишься, что истеку кровью, пока не приедет папа?

– Собиралась в случае чего стать донором и содрать с тебя кучу денег.

– Я могу и так их тебе дать, – странным тоном ответил Мин Бао. – Только попроси.

Шуцзин скосила на него взгляд. Затем посмотрела на его рану и вздохнула.

– Да, тебе определенно стоит сделать снимок головы.

– Почему?

– Ощущение, что твой мозг выключили из розетки.

– Почему? – снова переспросил Мин Бао тупо глядя на нее.

– Потому что настоящий Бао такие вещи не сказал бы?

– Может, тогда воспользуешься отсутствием настоящего?

– Я не могу воспользоваться твоим бессознательным положением.

– Какая ты… честная.

– Содрать с тебя деньги я смогу всегда, а доверие зарабатывается годами.

Тут Цзян Шуцзин всерьез забеспокоилась за здоровье своего друга.

– Запомни, – вдруг наклонившись, прошептала она. – Как подойдет учитель Се, начинай стонать от боли.

– От боли? – как-то двусмысленно спросил парень.

– Да. Если что-то спросят, говори, что тебе ну очень плохо, болит тошнота и хочется болеть.

– Ой, – она хлопнула себя по лбу, поняв, что именно сказала, разволновавшись.

– Я понял.

– Удивительно…

В этот самый момент к воротам школы подъехала черная машина, из которой вышел высокий мужчина в строгом деловом костюме. Учитель Се тут же подскочил к нему.

– А вот и дядя Мин, – просияла Шуцзин, радуясь смене темы.

Мин Дачен, являющийся известным врачом в их городе, быстрой походкой шел в их сторону, покачивая в руке небольшим чемоданчиком. Учитель Се бежал вслед за ним, не успевая.

Было довольно забавно наблюдать за тем, как невысокий и чуть полноватый учитель Се пытается идти на одном уровне с Мин Даченом.

– Рассказывайте, – коротко приказал отец Бао, едва подойдя к подросткам. Вид его был строгим.

Рассказывать было нечего. Только то, что он слегка не вписался в поворот.

Мин Дачен вздохнул и принялся обрабатывать рану.

Пока он выполнял свою работу, Бао непрерывно шипел от боли, а Шуцзин, найдя своего любимого слушателя, непрерывно ныла про свою тяжкую жизнь.

– Как ты решилась спорить с ним? – посмеиваясь, спросил мужчина, разрушив свой образ сурового врача. – Он же найдет тысячи лазеек.

– Я тоже так думаю, дядя Мин! Ему не врачом надо стать, а юристом! Такой же ушлый. Думаю, ему подойдет семейное право.

Стоявший рядом учитель возмутился нехорошему слову, вылетевшему из рта юной девушки, но, видя, как мягко смеется Мин Дачен, решил промолчать.

– Предлагаешь мне участвовать в разделе семейного имущества? – возмутился Мин Бао, будто ему только что нанесли сильное оскорбление.

– Я смотрю, ты уже всё продумала? – спросил дядя Мин.

– Согласитесь, вариант не самый худший.

– Ты же помнишь о нашем разговоре? – спросил он. – Если этот ребёнок обидит тебя, сразу приходи ко мне, я надаю ему по шее!

– Папа! – наконец подал голос Мин Бао. Причём выглядел он крайне возмущённо, будто не он всего пять минут назад предлагал Шуцзин все свои деньги со странной улыбочкой.

– Что «папа»? – сурово спросил мужчина.

– Отец!

– Ну что?!

– Вообще-то я твой ребёнок, а не она!

– А она девочка!

– И что?!

– Не будь у тебя такой шишки, я бы треснул тебя со всей силы! – скривился Мин Дачен. – Но вижу, судьба уже тебя наказала.

– И даже неизвестно за какие грехи, – Мин Бао повернулся в сторону Шуцзин, подразумевая под небесной карой именно её.

Такой Бао был куда привычнее, чем тот, что был всего десять минут назад. Он наконец вернулся. От этой мысли Цзян Шуцзин облегченно выдохнула.

Ни для кого не было секретом, что Мин Дачен всегда мечтал о дочери. Он был уверен, что у него родится дочь, и скупал все вещи именно для девочки. Но получилось, как получилось, и родился здоровый мальчик.

Мин Бао почти до года рос в розовых вещах, а после все это имущество передали Цзян Ми, которая впервые пришла к ним в гости со своей маленькой дочерью.

Именно поэтому Мин Дачен всегда испытывал к Цзян Шуцзин отеческие чувства. Сама девушка знала это положение вещей и бессовестно пользовалась этим.

Шу показала Бао язык.

Оказав первую помощь, Мин Дачен собрался отвести сына в больницу, чтобы сделать ему снимок, дабы исключить внутренние повреждения. Учитель Се на это заявление энергично закивал, чтобы наконец-то от них избавиться. Это дежурство стало для него каким-то роковым.

А когда отец Бао изъявил желание забрать с собой и Цзян Шуцзин (не зря же Шу все это время подавала сигналы) под предлогом заботы о Бао.

В целом, с Мин Бао все было в порядке. Никаких проблем с головой. Хотя Шуцзин показалось, что они все-таки присутствуют. Это проявлялось в деталях. Если бы она не знала его с пяти лет, то ничего и не заметила. Но когда люди непрерывно общаются на протяжении стольких лет, любое изменение в поведении сразу бросается в глаза, будь то просто слова.

– Я дам тебе обезболивающее, если голова будет болеть, сразу прими, – он выключил лампу, через которую просматривал снимок головы, и повернулся к ним. – Это не то, с чем стоит шутить. Понял меня?

– Да, отец.

Покорности Мин Бао в этот момент можно было только позавидовать. Цзян Шуцзин едва сдержалась, чтобы не ляпнуть какую-нибудь гадость, но присутствие дяди Мина заставило держать рот на замке. Всё же ей не хотелось опозориться при нём. Поэтому перед ними сейчас стояла образцовая девушка.

– Шуцзин, – обратился к ней мужчина. – Приходи вечером к нам домой, поедим хого, как ты любишь.

– Ей надо заниматься, – вставил Бао. – Поэтому не сможет.

– Пусть позанимается у нас. Какая разница, где она будет есть?

– Почему это не смогу?

Оба вопроса прозвучали одновременно, и Мин Бао закатил глаза.

– Может, вообще удочеришь её?

Мужчина оживился.

– Было бы славно!

– Только вот её родители будут против, – попробовал съехидничать Бао, от чего получил сразу два осуждающих взгляда.

– Дядя, а вы напишите нам справку на сегодня? – глаза Цзян Шуцзин стали просто огромными. Она смотрела на него с мольбой, и казалось, что из её глаз вот-вот брызнут слёзы.

Мужчина усмехнулся.

– Напишу, – с мягкой улыбкой он потрепал ее по голове. – Только отдам вечером за хого!

Это вполне устраивало Цзян Шуцзин, и она, напоследок обняв дядю Мина, потащила Мин Бао на выход.

Едва они вышли в коридор, Шуцзин достала свой телефон и сделала фото. На нем Бао с растрепанными волосами стоял вполоборота, с той стороны, с которой не было видно его шишку. Фото получилось живое и красочное, и Цзян Шуцзин добрую минуту рассматривала его, пока ее «модель» не подала голос.

– Что ты делаешь?

Он заглянул в ее телефон и возмутился:

– Не могла сделать фото получше?

– А с этим что не так?

– Предупредила бы, и встал бы в позу.

–Тогда ты мог испортить такую прекрасную фотографию!

– Цзян Шуцзин!

– Молчи, раз не понимаешь в искусстве, – Шу показала ему язык. – Фото вышло замечательное.

– Удали его!

– Еще чего, – рассмеялась девушка. – Я буду продавать его твоим поклонницам за кучу денег.

– Цзян Шуцзин… – позвал Бао.

Шуцзин шла немного впереди, поэтому она обернулась к нему, не останавливаясь.

На ее лице все еще играла улыбка, отчего сердце юноши затрепетало от невыносимой нежности.

Он быстро достал телефон и щелкнул камерой.

Глядя на фото, странное чувство вновь возникло в груди и невыносимо жгло. Видно, он сильно повредил голову, иначе он не был бы в состоянии объяснить то, что с ним происходит.

Глава 7.

Несмотря на то, что рана была не слишком серьезной, ребята решили не возвращаться в школу, а отправиться домой к Мин Бао. Когда еще возникнет такая прекрасная возможность легально пропустить школу?

Бунтовать так бунтовать.

Тем более, что дядя Мин напишет им справки на сегодняшний день.

Грех пропустить такую возможность.

Цзян Шуцзин хоть и не верила в богов, такой грех на душу взять отказалась, поэтому с чистой совестью и чувством выполненного долга направилась в противоположную от школы сторону.

Ситуация невыносимо радовала Цзян Шуцзин, учитывая, какие напряженные дни у нее были в последние несколько недель.

Последний раз такое праздное времяпровождение было на шестом году обучения в начальной школе. В то время она еще больше ненавидела учиться, а сопливый Мин Бао только-только научился защищать себя. Но, видимо, не до конца, потому что школьные задиры по привычке решили подкараулить его возле школы и забрать деньги. Преисполненный решимостью, он рванул в драку. Но немного не рассчитал – ни сил, ни божественного благословения. Не прошло и получаса, как он вернулся домой с поломанной рукой.

Тогда Цзян Шуцзин настолько разозлилась, что в точности так же, как и обидчики Мин Бао, подкараулила их возле школы и отметелила их деревянной палкой. Она не была сильна. Она не занималась боевыми искусствами. Но Шуцзин была быстрой и ловкой. А еще на ее стороне был эффект неожиданности.

В конечном итоге, Цзян Шуцзин отстранили от школы на неделю, чтобы она могла «подумать» над своим поведением. Нельзя сказать, что она слишком уж расстроилась.

По дороге домой Бао был подозрительно молчалив. С одной стороны, это сильно беспокоило Шуцзин, потому что прежде Мин Бао так себя не вёл – видимо, травма так повлияла на него. Но, с другой стороны, она могла подумать в тишине, наконец не думая о занятиях. В последнее время он говорил только на две темы: оценки Цзян Шуцзин и поступление в университет.

До дома доехали достаточно быстро. Он встретил их тишиной. Только бой старинных часов разбавлял гнетущую атмосферу. Эти часы висели здесь еще задолго до рождения Мин Бао. Они передавались из поколения в поколение. Мин Дачен берег их лучше любого сокровища, ведь они достались ему от своего отца.

Обычно, когда Цзян Шуцзин приходила к ним домой, дядя Мин всегда находился дома, на кухне, занятый приготовлением чего-нибудь вкусного. А когда у него по вечерам была смена, Бао приходил к нам.

Сейчас, находясь здесь без него, Шу чувствовала себя несколько неловко.

Живот издал возмущенное урчание. Причем одновременно с желудком Мин Бао. Переглянувшись, ребята дружно направились на кухню, но, к сожалению, готовой еды они там не нашли. Возможно, в любой другой ситуации Шуцзин оставила бы эту затею и пошла валяться в кровати, читая романы, но утром она так же пропустила завтрак.

Тем более больному требовалось набраться сил. Его состояние категорически не нравилось Цзян Шуцзин.

Что же касается Мин Бао…

По приезде домой, поняв, что на кухне нет ничего готового, Бао направился умываться. Еду можно заказать позже. Ему хотелось освежиться.

Холодная вода приятно остужала разгоряченную кожу, даря некое облегчение. Мин Бао казалось, что он пылает.

Стоя над раковиной, он ощущал, как головная боль медленно, но верно захватывала его голову в свой плен.

В какой-то момент пошатнувшись, он пришел в себя и обнаружил себя в ванной комнате. А потом до него дошло, что на какое-то время он попросту выпал из реального мира. Неизвестно, сколько он простоял так, просто глядя на льющуюся воду.

Собравшись, он наконец вышел.

На кухне гремела посуда и Бао с удивлением обнаружил хрупкую девичью фигурку, орудовавшую ножом. Признаться честно, он подзабыл, что явился домой не один, а в компании. Было странно наблюдать за тем, как Цзян Шуцзин готовит.

Нельзя было сказать, что Шуцзин была трудолюбива. Она была самым ленивым человеком из всех, кого знал Мин Бао.

Но единственное, что она делала добровольно без всякого принуждения, было связано с приготовлением еды. Чтение романов было заводской настройкой Цзян Шуцзин, поэтому эту ее особенность он вовсе не считал.

Мин Бао знал о ее увлечении, но предполагал, что это слегка затянувшаяся шутка. Где Цзян Шуцзин и где физический труд? Ему за столько лет дружбы не довелось пробовать еду, приготовленную Шуцзин. Возможно, сама судьба берегла его жизнь, не позволяя умереть от отравления в столь раннем возрасте.

В общем, он впервые видел Шу с ножом. Поэтому сейчас он испытывал некую смесь настороженности с радостью.

Во-первых, еду готовили специально для него, а после таких потрясений вкусная еда была ему необходима, как глоток свежего воздуха.

Во-вторых, ее готовила Шуцзин.

Второй пункт и настораживал.

Мельком обернувшись, Цзян Шуцзин скомандовала Мин Бао:

– Садись скорее, еда готова!

Ее голос был полон радости, и Мин Бао против воли слегка улыбнулся, хотя должен был показательно усомниться в ее профессионализме и в качестве еды, которую она ему дает.

Все это определенно из-за его травмы! Не иначе.

Цзян Шуцзин нашла в холодильнике пару яиц, помидоров и готовый рис. Поэтому она попросту пожарила яйца с рисом, добавила различные специи и посыпала мелко нарезанным помидором. Блюдо хоть и было довольно простым, но получилось очень вкусным.

Не веря своим вкусовым рецепторам, Бао съел все до последней рисинки, даже не смотря на накатывающую периодически тошноту. Тошнота эта была связана с головной болью, но никак не с едой. К его огромному сожалению.

Наблюдая за другом с ехидной улыбочкой, Шуцзин спросила:

– Вкусно?

Мину Бао было не совсем плохо, поэтому в ответ прозвучало:

– Довольно сносно! На один раз вполне сойдет.

– Правда? – притворно удивилась Шу. – А ты не чувствуешь никакого странного привкуса?

– Неа.

Улыбка Шуцзин расползлась еще шире.

– А с животом пока все в порядке?

Тут уж Бао насторожился.

– Что случилось?

– То лекарство точно было быстродействующим…

– Да что случилось?!

– Да так, – протянула девушка, – у вас там в шкафу одиноко стояла баночка со слабительным. Я решила, что тебе будет полезно почистить организм и…

Многозначительная пауза вывела Бао из себя.

– Так и знал, что ты что-то натворишь!

Он подскочил со своего места и стал открывать ящик за ящиком.

– Разве может быть еда, приготовленная тобой специально для меня, нормальной?

Того, чего он искал, там, разумеется, не оказалось.

От гнева, голова Бао закружилась, и он пошатнулся.

Цзян Шуцзин подхватила его, злобно подхихикивая. Все же без одной гадости, совершенной кому-то в день, Цзян Шуцзин не Цзян Шуцзин. Ей это доставляло какое-то удовольствие.

Они оба плюхнулись на стул, при этом издав сильный грохот. Этот звук немного отрезвил Мин Бао, и он осознал, что сидит на коленях у этой малявки Цзян Шуцзин.

Выражение ее лица ему сильно не понравилось.

– Дорогая, – протянула Шуцзин. – ты только скажи, и я куплю тебе все, что ты захочешь.

При этом ее рука стала поглаживать спину Мин Бао.

– Цзян Шуцзин! – Мин Бао возмущенно встряхнул руками. – хватит издеваться.

– С чего бы это?

Несмотря на свое возмущение, парень не спешил вставать с «мягкого» места. Откровенно говоря, Цзян Шуцзин была излишне худовата, от чего у Мин Бао складывалось ощущение, будто он сидит на твердом полу.

– Хотя бы потому, что у меня травма.

– Ты получил ее сам. Я тут не причем.

Девушка хмыкнула, от чего ее носик смешно сморщился.

– Только почему-то, когда я калечу себя, с тобой оказываюсь я.

– Ага, в дорожной аварии виноват пешеход, вышедший из магазина рядом.

– Все из-за твоей плохой ауры, – Мин Бао не удержался и расхохотался.

– А у тебя хорошая аура?

– Конечно, иначе почему у тебя с детства не осталось ни единого шрама?

– Видишь, мы с тобой идеальная пара.

– Да, – Бао кивнул. – Как инь и янь.

– Посиди здесь, – отсмеявшись проговорила Шуцзин, усаживая парня на стул.

– А ты что будешь делать?

– Так уж и быть, не буду заставлять тебя мыть сегодня посуду. Сделаю сама.

– С чего это такая благосклонность, госпожа Цзян?

– Госпожа милостива к больным и убогим.

– На минуточку! – возмутился Мин Бао. – Я поранился из-за тебя.

– Опять ты запел свою песенку! Как ворчливая жена ей богу…

– Вообще-то…

Но Шуцзин перебила его.

– Это так мило, что на свою здоровую шишку ты говоришь: «поранился».

Бао закатил глаза.

– Не отнекивайся!

– А я тут причем? – настала очередь возмущаться Шуцзин.

– А не причем?

– Не я же заставила вымахать тебя высотой с гору Тянь-Шань?

– А кто меня подталкивал?

– Ты сам решил! – нагло заявила девушка.

– Мы могли спокойно войти! Просто получили бы небольшое наказание.

– Небольшое наказание? Я не хочу держать чертову палку несколько часов! Тебе надо? Ты и держи. Я просто предложила прошмыгнуть мимо учителя, пока он смотрит в другую сторону, ты сам согласился.

– То есть такое пустяковое наказание хуже моей шишки?!

Цзян Шуцзин, обернувшись, смерила его оценивающим взглядом.

– Квадрат из сорока четырех?

– Тысяча девятьсот тридцать шесть.

– Главное, что не поглупел.

Она снова оглядела его.

– Хотя, сомнительно.

– Вот еще одно доказательство!

– Скажи спасибо, что я слегка не в форме, а иначе наподдал бы тебе!

– Спасибо, господин Мин!

– Обращайтесь, госпожа Цзян.

– И главное, что шишка не у меня, – хихикнула она. – Не хочу ходить с рогом.

– А я думаешь, хочу?

– Ну да, раз поставил себе!

Мин Бао хотел сказать что-то, но тут оказался вздернут на ноги… И откуда у этой мелкой столько сил?..

За этой пустой болтовней он не заметил, как Цзян Шуцзин, быстро помыв посуду, протерла стол и прилипла к нему.

Она проводила его в комнату и уложила в кровать, а затем и сама наглым образом плюхнулась на вторую половину. У Бао не осталось сил на сопротивление. Он обязательно потом устроит скандал. Только не сейчас.

Цзян Шуцзин тут же погрузилась в чтение очередной своей странной книги, а он лежал в полудреме, пытаясь заснуть. Но сон не шел. Голова болела, а тошнота атаковала его с новой силой.

Не спрашивая разрешения, Мин Бао извернулся необычным образом и оказался лежащим на коленях Шуцзин.

Девушка никак не отреагировала, лишь на долю секунды скосила на него свой взгляд, а затем вернулась к чтению.

Мин Бао стало безумно интересно, что же она читает с таким увлеченным видом, что даже не пытается оторвать ему голову? Так уж повелось с детства, что сама Цзян Шуцзин постоянно висела на Бао, тогда как ему не позволялось дотрагиваться до нее вообще никак по причине того, что это якобы раздражало ее.

– Почитай мне, – неожиданно для себя попросил Мин Бао, а затем, подумав, добавил:

– Пожалуйста.

Ранее он никогда не просил о таком, поэтому Цзян Шуцзин сильно удивилась этому.

– Ты хочешь именно эту книгу или что-то конкретное?

Бао махнул рукой:

– Без разницы.

– Хорошо… – протянула девушка, задумчиво глядя на свою книгу.

Подобная литература могла сильно повредить психику и так не слишком здорового Мин Бао, поэтому она стала думать о том, что его действительно могло бы успокоить.

Подобная просьба звучала из его уст впервые, поэтому она даже не подумала отказать ему. К тому же, он все же пострадал. Хоть и косвенно, но из-за нее.

Чувство вины было сильное, поэтому она стала искать что-то спокойное и ласкающее слух, чтобы успокоить больного друга.

По-хорошему ему стоило выпить обезболивающие таблетки, которые дал ему отец, но Мин Бао покачал головой, когда Шу предложила ему.

Наконец-то она нашла то, что искала.

Цзян Шуцзин, видя состояние Мин Бао, решила не нагружать его разум каким-либо сюжетом книги. Хотя ему и надо было все же просто послушать, дабы отвлечься, все же что-то максимально простое было куда лучше, чем замысловатый сюжет, в котором хочешь не хочешь будешь вслушиваться.

В ее привычку входило коллекционирование песен, которые ей понравились особенно сильно. Она находила текст понравившейся песни и сохраняла в специальной папке, чтобы при особенно плохом настроении пройтись по своей подборке.

Ее взгляд натолкнулся на песню из ее любимого сериала. Это было именно то, что нужно.

–«Ночь уже близка,

И в инее цветы.

Вновь издалека

Глядишь с тоскою ты.

Не грусти,

Душу не трожь…

Как все отпустить,

Мой персиковый цвет?

Пусть сердце-океан бурлит,

Как будто боли больше нет,

Это все – ложь!

Мои чувства вновь рекой прольются,

Напоят меня и спасут…

Годы мимолетны, как роса,

Их аромат уходит.

Думала в мир смертных окунуться,

Но разбито сердце и тут…

Все пройду я, но любовь несчастьем обернется

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.