Алекс Орлов
Граница прочности. Механик

1

Для своей первой отпускной недели, Джек выбрал город Нимланд. Небольшой, с умеренным климатом на берегу океанского залива.

Даже с учетом полной оплаты его отпуска Космическим Агентством, переход в коммерческий отель, по сравнению с казенным тарифом отличались здесь не очень заметно, поэтому Джек доплатил небольшую разницу и поселился в отеле «Мариотти», в скромном одиночном номере.

До пляжа отсюда было десять минут ходьбы, а из окна выходившего во двор были видны две пальмы в кадках поставленных на территории огороженного патио.

Правда, за его ограждениями снаружи находились баки для мусора, но изолированные – мусор в них подавался только в виде упакованных капсул.

Патио выглядел привлекательно, но только для постояльцев двух первых этажей, которые не видели этих мусорных баков и приезда не слишком чистого автобота забиравшего в конце дня пищевые отходы.

Первые пару суток Джек отлеживался, пялясь в экран ТВ-бокса, перебирая бесчисленные каналы и перебарывая накатившую лень, делал над собой усилие, чтобы спуститься в ресторан в отведенные часы, чтобы поесть за счет Агентства.

В другое время, приходилось платить по обычным коммерческим расценкам.

Постояльцев в отеле было немного, Джек попал в «санитарную» неделю, перед одним из «высоких сезонов», которые тут длились примерно по паре месяцев.

Эта периодичность определялась направлением местных ветров. Когда дули южные, климат был почти тропический, а когда северные – вполне себе умеренный. Сейчас был, как раз второй вариант и ходить в шортах решались немногие.

Джек в шортах тоже не ходил, а в первый же день отпуска, недалеко от отеля купил на местном развале несколько недорогих футболок, пару штанов и какие-то невнятные полуботинки, но тоже – очень недорого.

Как оказалось – вовремя, спустя сутки этот развал разогнала полиция. Джек видел это со скамьи перед отелем, догадываясь откуда брались такие низкие цены.

Отлежав за двое суток бока, он решился наконец выйти в город и посмотреть – что там, да как.

Для этого даже не стал брать такси. Сразу после завтрака он спустился с невысокого холма, где располагался гостиничный комплекс и оказался в самой гуще городской жизни.

Тут были и рестораны, и клубы, и даже казино. Не такие шикарные, как на «настоящих» южных курортах, а так – пожиже. Однако с неоном на вывесках и вышибалами на входе – все как положено.

И эти заведения работали круглосуточно.

Публика на тротуарах встречалась разная – пары с детьми, группы старушек из соседней водолечебницы и подростки из спортивного лагеря.

Попадались симпатичные девушки – по одиночке и парами, на которых Джек задерживал взгляд, а они отвечали ему улыбками.

На небольшой площади перед торговым центром пожилой мужчина в корпоративной форме торговал горячими колбасками доставая их из печки специального автоприцепа.

По его загорелому лицу сразу было понятно, что это местный.

Джек подошел к торговой точке и приценившись к колбаскам выбрал какой-то рекомендованный продавцом вариант:

– Вот эти – имбирные у нас уходят лучше всего, – сообщил тот.

– Хорошо, давайте попробуем, – согласился Джек прикладывая к валидатору свой «отпускной билет» – временную платежную карту, на которую зачислялись деньги отпускного содержания от Космического Агентства.

Это была обычная временная карта, но с ограничениями. По ней нельзя было купить спиртное и курительные смеси.

Получив горячую колбаску в упаковке, Джек спросил:

– Не подскажете, где можно недорого починить диспикер? Заглючил чего-то…

– А что за машинка?

Джек показал специально заготовленный старый аппарат забытый кем-то в тумбочке его кубрика на станции.

– Фирма известная, но очень уж он не новый… – сказал мужчина, покачав головой. – Проще новый купить.

– Я к нему привык.

– Понимаю. Ну, есть тут одна забегаловка, но сразу предупреждаю, работают там форменные хулиганы. Сквернословят, дрянь курят. Берут дорого, но дело свое знают.

Джек сделал паузу, словно взвешивая услышанное, а потом вздохнул и сказал:

– Ну, может хоть хулиганы помогут. Говорите адрес.

2

По местным меркам «хулиганская мастерская» располагалась где-то далеко – на самой окраине, но идти пешком до нее заняло всего двадцать минут. Впрочем и такой прогулки оказалось достаточно, чтобы Джек почувствовал, что застоялся там – на орбите. Все же искусственная гравитация не совсем то, что настоящая.

Разумеется, были тут и такси, но, во-первых, Джеку следовало размяться, а во-вторых, он немного «шифровался», стараясь оставить меньше свидетельств своего маршрута.

По адресу, который дал торговец колбасками, располагался логистический пункт какого-то складского комплекса – целой группы ангаров, выглядывавших из-за высокого сетчатого забора. Однако, Джек был предупрежден, что заходить в здание следовало со двора и там уже спросить, потому что вход в мастерскую располагался по-разному в зависимости от сезона.

Смысла этого уточнения Джек не понял, однако решил, что на месте сумеет разобраться лучше.

Аккуратный курортный городок был аккуратен во всем. Складские районы в других местах, обычно, не блистали чистотой и качеством дорожного покрытия, но в Нимланде ухоженный зеленый газон тянулся вдоль дороги до самой территории складского двора.

На стоянке перед логистическим пунктом стояло полдюжины автомобилей. Возле одного из них двое мужчин сверяли какие-то документы на твердых копиях. Когда Джек проходил мимо, высматривая, как обойти здание логистов с тыла, один из двоих отвлекся от документов и обращаясь к Джеку, сказал:

– Если вы в Тридцать Четвертый кабинет, то за мной будете.

– Понял, – кивнул Джек и пошел дальше.

Оказалось, что обходить постройку нужно справа.

Из-за высокого складского забора доносился рев какой-то «диджитал-группы», а посреди бетонированной площадки небольшого двора, находился столб с набором антенн на самой макушке. Внизу, задрав ногу, на него мочилась собака, внимательно глядя на появившегося посетителя.

Джек отвел взгляд от непосредственного животного и толкнув единственную дверь оказался в полутемном коридоре, где пахло лапшой быстрого приготовления и горелой изоляцией, а значит он пришел по адресу.

Здесь имелось полдюжины дверей без каких либо обозначений, но обитаемым, со всей определенностью, было помещение из-за тонкой двери которого раздавались голоса.

Джек смело в нее постучался и не дожидаясь ответа вошел, сразу поняв, что попал именно к тем «хулиганам», которых искал, однако изобразил недоумение и спросил:

– Братцы, а где здесь Тридцать Четвертый кабинет?

Двое парней стоявших перед длинным, заваленным битой электроникой стапелем переглянулись, а потом рыжий «хулиган» с кольцом в ухе сказал:

– Вы ошиблись, уважаемый, вам нужно обойти здание и зайти с парадного входа.

– Ага, спасибо, – кивнул Джек и сделал вид, что собирается выйти, но задержался на пороге, разглядывая заставленную электрическими шкафами комнату и замечая за старыми блоками аппаратуру поновее и посерьезнее.

– Ну, чего замер, дядя? Тебе же дали маршрут! – произнес второй парень, куда менее приветливый с короткой военной стрижкой.

– А вы тут чем занимаетесь? Я вижу в электронике разбираетесь, а у меня старый диспикер заглючил, – начал объяснять Джек игнорируя агрессию в словах второго парня.

– Это дорого, – попробовал отшить его первый – с серьгой в ухе.

– Да? А сообщение отправить? Ну, так, чтобы без хвостов…

Собиравшийся было взорваться короткостриженный сдержался и они с напарником снова переглянулись.

– Это будет стоить очень дорого, – сказал первый.

– Готов обсудить, – ответил Джек, уже не пытаясь казаться случайным простофилей.

– Хорошо, заходите сюда, мистер. А ты, Руди, запри дверь…

Джек прошел мимо широкоплечего Руди, который сверлил его недоверчивым взглядом.

На руке парня имелась характерная татуировка, какими украшали себя узники тюрем для малолетних преступников.

В своем исправительном заведении Джек достаточно насмотрелся подобной живописи и выучил всю соответствующую азбуку, ведь по росписи тела человека можно было сразу определить его биографию.

Правда, от предложений разукрасить и его тело Джек отказывался, даже когда это предлагали в качестве подарка, причем весьма недешевого.

Его отказ вызывал удивление, однако и уважение, ведь у человека была «своя тема», то есть – принципы.

За рядом шкафов находилась дверь в еще одну комнатку и Джек проследовал в нее за Рыжим.

Тот пропустил гостя, плотно притворил дверь и сказал:

– Чего хотите конкретно?

– Хочу отправить сообщение и получить ответ, – пояснил Джек, стараясь не вертеть головой, хотя тут все выглядело очень интересно и несмотря на то, что на борту «мусорщика» он насмотрелся разной аппаратуры, о назначении многих мигавших здесь огоньками приборов он не имел ни малейшего понятия.

– Короче, это очень недешевое удовольствие. Пять сотен дро.

Джек вздохнул и выдержав паузу, как будто взвешивая – потянет ли такие расходы, все же кивнул.

Он умел торговаться не говоря ни слова.

– Хорошо, помимо услуг, в эту цену входит временный диспикер. После того, как вы получите или не получите ответ, его нужно забросить в море, но не в сортир – там его могут найти. Я не шучу, мистер.

– Я понимаю. И уж если притащился к вам сюда, у меня есть причины придерживаться рекомендаций, – ответил Джек, который был готов заплатить значительно больше, ведь ему предстояло связаться с родителями, чтобы сообщить, что он в порядке.

– Давайте деньги.

Джек достал из кармана уже заготовленную сумму, которую незаметно отсчитал пока слушал главного «хулигана».

Тот быстро пробежался пальцами по пяти сотенным купюрам и бросив их в выдвижной ящик, достал оттуда же листок серого офисного пластика и оформительский карандаш.

– Пишите сюда свое сообщение, а под ним – номер или пару номеров диспикеров с указанием планетарного кода. Вы понимаете?

– Да, что потом?

– Потому сунете ваш листок вот в этот сканер и ждите, когда загорится зеленый огонек. Понимаете?

– Понимаю.

– Писать умеете?

– Да, – кивнул Джек ничуть не удивившись такому вопросу. В исправительном заведении ему часто приходилось встречать людей, которые о грамоте имели весьма приблизительное представление.

– А ты не будешь присутствовать?

– Нет, в случае чего, я даже знать не буду, что там у вас да как. Мне это не нужно.

– Грамотная позиция, – согласился Джек и после того, как парень вышел из комнатки, он секунду подумал и начал писать.

Требовалось уложиться в несколько коротких фраз и он это понимал. Да и сообщать-то, вообщем, было особо нечего. Он написал, что в силу обстоятельств вынужден был принять определенное решение, но теперь у него все в порядке. И что будет, время от времени, сообщать о себе.

Листок с исписанным слегка кривоватым из-за волнения почерком аппарат «скушал» без проблем и отозвался зеленым огоньком, после чего выбросил листок обратно. Джек сунул его в карман и вышел из комнатки, у двери которой ждал Рыжий.

– Вот, – сказал он, подавая Джеку тонкий одноразовый диспикер, стоивший гроши и работавший не дольше недели. – Если в течении трех суток не придет ответ, его нужно выбросить. Он перепрограммирован только на этот срок.

– Так их же, вроде, невозможно перепрограммировать, – заметил Джек и встретился с насмешливым взглядом Рыжего. – Извини, в рекламах обещают именно это. Значит жду трое суток?

– Не обязательно. Обычно отвечают в течение часа.

– А после того, как я получу ответ, я могу еще что-то написать?

– Нет. Но от вас придет сообщение, что вы ответное послание прочли. Так годится?

– Да, вполне. Все? Я могу идти?

– Разумеется. Хорошего вам отдыха и посетите кафе «Регтайм», там отличные отбивные и картошка.

– Это вы для чего говорите?

– Чтобы заполнить паузу и чтобы вы больше не задавали вопросов.

– А, извините! – понял Джек и засмеялся.

Через минуту он уже выходил со двора и обернувшись, иначе взглянул на мощные расположенные на столбе антенны. Теперь Джек знал кому принадлежит это передающее хозяйство.

Минуя парковку, он застал уже знакомого ему логиста, который стоял на крыльце, уперев руки в бока.

– Вы представляете? Они на сегодня уже не работают! Нам с вами придется придти завтра!

– Что делать, – развел руками Джек и пошел прочь, чтобы не ввязываться в неинтересные для него разговоры.

3

Пред обедом на временный диспикер Джека пришел ответ и услышав писк этого ничтожного гаджета, он замер, не зная, что теперь делать – тотчас прочитать или сначала успокоиться. Но – нет, ждать он не мог, слишком уж волнительным был этот момент и выхватив из кармана диспикер он открыл пришедший файл.

«Дорогой Джек, сыночек, мы с папой очень рады, что ты наконец дал знать о себе. С тех пор, как нам пришло сообщение от тюремной администрации о твоем странном побеге перед самым окончанием срока, мы не знали, что и думать – очень за тебя переживали. Зачем ты сделал это? Впрочем, не нам судить, что ты делаешь и зачем. Надеемся, что со временем у тебя все образуется, тем более, что нам пришла бумага о том, что ты свой срок отбыл полностью и никаких претензий к тебе у государства нет. Я этот документ сюда добавляю. Да, кстати, тебе при случае просила передать привет Эмми Кримсон, она теперь в разводе и с ребенком. Премилый такой мальчик. На этом заканчиваю, твоя мама. И папа тоже передает привет.»

Открыв присоединенный файл, Джек увидел напечатанное на разукрашенном бланке сообщение от Федеральной Службы исполнения наказаний, где подтверждалось отбытие Джеком Ривером полного срока наказания.

– Хорошая попытка, «служба дальней связи». Но – нет, – сказал он. Потом спокойно убрал диспикер в карман, перевел дух и невзначай оглядевшись, направился в ресторан – обедать, хотя очень хотелось сразу пойти к морю и зашвырнуть «криминальный» гаджет подальше.

В ресторане вышла небольшая заминка – что-то там было не впорядке с кухней. Джек слышал голоса говоривших на повышенных тонах и ему, как и еще троим «казенным» клиентам пришлось прождать лишние четверть часа. Правда, затем появилась симпатичная официантка лет сорока, судя по всему заменившая кого-то из работников – слишком ухоженными были у нее руки и изысканным дорогой парфюм.

Она извинилась и улыбнувшись Джеку, выставила с большого подноса почти вдвое больше блюд, чем полагалось, а на вопросительный взгляд клиента, пояснила:

– Компенсация за долгое ожидание. Извините нас!

Другим клиентам также подавала какая-то новая дама и Джек предположил, что у официантов забастовка, а им на смену высадился десант из администрации. Что ж, такое тоже случалось.

Чтобы успокоиться, он ел медленно, смакуя блюдо за блюдом, стараясь отвлечься от мыслей, что у него в кармане, словно пудовая гиря, болтался этот копеечный диспикер. И когда возникла эта проблема с кухней, он сначала напрягся, предполагая подготовку к его – Джека, захвату, аресту – да чего угодно!

Наконец, чтобы сменить тему неостанавливаемого потока мыслей, он стал думать про упомянутую в сообщении от родителей Эмми Кримсон.

Ах, какой она была красоткой! Фигурка, как у фотомодели, походка, как с подиума, каштановые волосы в прическе «каре» и насмешливый взгляд зелено-голубых глаз.

Именно таким она награждала Джека, когда он пытался что-то там сказать ей, ну, типа комплимент.

При этом язык его, едва слушался, словно у пьяного, а лицо наливалось краской. Однако, каждый раз это представление забавляло Эмми. Она с издевательской улыбкой выслушивала все до конца, а потом говорила:

– Неплохо, Джек. В этот раз уже три балла из десяти.

И шла дальше по своим делам, а он стоял, как оплеванный.

И – нет, он не был каким-то тихоней – в очках и с кофром для скрипочки. Он не страдал от отсутствия друзей и внимание девочек, однако Эмми… За пару лет до выпускного класса, он решил завязать с этим позором, ведь ни у кого из парней их школы не было ни шанса, чтобы подкатить к этой «ледяной королеве», потому, что ее возле школы часто встречали поклонники на тачках за сотню-другую тысяч дро.

В масштабах их городка это были недостижимые цифры.

И странное дело, едва он вычеркнул недоступную Эмми из списка своих мечтаний, она стала замечать его и здороваться первой. Но так – нейтрально, как положено воспитанным людям.

А вот теперь она передавала ему привет.

4

С этими мыслями Джек и встал из-за стола, оставив треть блюд нетронутыми. И да, весь сегодняшний бонус оказался составленным из дорогой разморозки.

Оказавшись на воздухе, он постоял на крыльце отеля, наблюдая за тем, как из прибывшего микроавтобуса выбиралась компания из пяти человек.

Один из них был заметно пьян, остальные выглядели получше. Компанию сопровождала девушка лет двадцати пяти.

Двое мужчин поддерживали своего выпившего приятеля, еще один тащил большой чемодан, а девушка, чуть поотстав от компании, осмотрелась и бросив на Джека быстрый взгляд, проследовала в вестибюль за остальными.

«Бывшая спортсменка, возможно даже гимнастка,» – подумал он, успев оценить ее стать – широкие плечи, длинные ноги и походку.

Ладно, пора и к морю. Тут поголовно все ходили на берег после обеда и это сейчас было кстати.

Джек спустился с крыльца и сунув руки в карманы широких брюк, двинулся в сторону прибоя, криков чаек и запаха водорослей.

Их здесь не всегда успевали убирать вовремя, а потому даже ночью ему приходилось прикрывать окно и включать кондиционер, если ветер был с моря.

Между тем, на зашифрованных каналах местного эфира шла своя жизнь.

«Сола, на крыльце какой-то напряженный субъект. Взвесил всех нас, как на весах.»

«Как выглядит?»

«Двадцать два – двадцать шесть, выше среднего, стрижка „лоук“, светлое поло, бежевые брюки. Ты его сразу узнаешь.»

«Принято.»

Джек шагал по вымощенному голубоватой плиткой тротуару, проходя мимо групп молодежи – до семнадцати, шумных и веселых.

Девочки смеялись в ответ на острые «комплименты» ребят, не забывая бросать взгляды на встречных мужчин.

Парочки зрелого возраста – далеко за сорок, шли держась за руки.

Ругаясь и отвешивая подзатыльники, прокатывались пары в сопровождении двух-трех, а то и четырех неуемных чад, скандаливших между собой из-за жвачки или конфет.

Джек невольно примерял себя, то к одним, то к другим.

Школьную пору он давно миновал и вот теперь… Теперь он не чувствовал себя в своем календарном возрасте, скорее чуть постарше.

«Скорее ближе к сорокалетним,» – подумал он и улыбнулся. Нет, ему рано стариться, нужно еще достичь высот Марка Бачинского, который сейчас тоже где-то проводил свою отпускную неделю.

«Надеюсь вернется вовремя,» – подумал Джек памятуя, что из прошлой недели Марк возвратился с опозданием в сутки.

Вот и песок, мягкий, процеженный сотнями процедур, проводимых роботами-уборщиками, фильтровавшими в ночное время спящие пляжи.

Утром здесь было абсолютно ровное пространство, однако Джек был избалован безупречной стихией океанского берега, нетронутого туристическими ордами и техническим прогрессом.

Он много испытал на том далеком острове, но в памяти осталось и что-то хорошее.

А здешний берег, он как те блюда из замороженных продуктов в ресторане. Вроде и хороший вкус, но неубедительно как-то.

Неубедительно.

Ветер с моря сегодня был умеренным. Волны выкатывались на песок всего на пару метров, оставляя обрывки водорослей и ослабевших медуз.

Купались сегодня немногие, в основном мужчины, в то время, как их «половинки» сидели на берегу на полосатых полотенцах.

Джек подобрал несколько камешков-голышей, которые подбрасывали сюда для для поддержания легенды натуралистичности пляжа, хотя весь песок на нем был привозным.

Бросил в воду один, потом другой, а затем и опостылевший гаджет, который, шлепнувшись в воду сделал несколько «блинчиков» и лишь потом нехотя затонул.

«Он сбросил диспикер. Я видела.»

«Принято. Работай.»

Джек стоял вдыхая морской воздух, стараясь насытиться впрок этим беззаботным времяпровождением.

Сегодня он решил проблему, которая его давно беспокоила. Дал знать о себе родителям, а теперь еще благополучно избавился от улик.

Хорошо тут, хоть и не тропики.

– Сколько у вас личный рекорд? У меня – двадцать! – раздался рядом мелодичный девичий голос.

Джек повернул голову и с удивлением обнаружил рядом девушку лет двадцати двух или даже моложе. На ней было легкое голубое платьице и кроссовки – в тон. И выглядела она, как родственница передававшей ему привет из юности – Эмми Кримсон.

Тот же цвет волос и прическа, похожий овал лица, вот только эти забавные ямочки на щеках – у Эмми их не было.

Джек не удержался от улыбки, девушка показалась ему забавной, как персонаж из какого-то мультика.

– Не помню уже, может быть десять?

– Посоревнуемся? – предложила девушка, поигрывая подобранным камешком.

– Давайте попробуем, – ответил Джек подбирая еще один.

– Бросайте вы первым, – предложила она.

Джек бросил. Получилось – шесть, лучше, чем ожидал, но на всякий случай он сказал:

– Волны. Вот если бы на спокойной воде.

– Ерунда! Смотрите, как надо! – объявила девушка и лихо по мальчишечьи размахнувшись, пустила камень почти по настильной траектории.

Джек стал считать подскоки и после десяти сбился.

– Шестнадцать! – с победной интонацией сообщила девушка. – Я – Ангелика, если что.

– А я… Майкл, если что.

– На «ты»? – сразу предложила она.

– Да не вопрос, – ответил Джек и пожал протянутую ладошку новой знакомой, отмечая ее крепкое рукопожатие.

Похоже сегодня ему везло на «спортсменок».

– Спортом занимаешься, Ангелика?

– Нет, просто на тренажеры иногда забегаю. У нас в колледже это бесплатно.

– Так ты учишься?

– Заканчиваю. А ты?

– А я уже взрослый – работаю, – ответил Джек и они рассмеялись.

– Ну, пойдем отсюда, а то очень сильно водорослями несет, – предложила Ангелика и смешно сморщила носик. А затем по-свойски подхватила Джека под руку и они пошли к тротуарной дорожке.

– Мы тут компанией заехали на три дня, но я там мало кого знаю, поэтому решила пройтись и увидела симпатичного парня на крыльце нашей гостиницы.

– И стала красться следом? – уточнил Джек.

– Признаюсь, – кивнула Ангелика и они снова рассмеялись. – А ты где работаешь?

– В Агентстве. Здесь же ведомственные гостиницы имеются, вот и дают иногда оттянуться. Правда, я недавно там работаю.

– А кем?

– Пока, можно сказать – никем, стажируюсь. Дали пьющего наставника, но дело свое хорошо знает. Возим грузы на «лидере».

– И хорошо платят?

– Ну, я же пока стажируюсь. На жизнь хватает. Но когда стажировка закончится будет заметная прибавка.

– А что значит на «лидере»? Это машина такая?

– Ну да, ты же наверняка видела длинные такие конвои из грузовых роботов. Бывает по четыре, а иногда и по двенадцать выстраиваются. Так вот на сложных или новых для роботов маршрутах, ставят грузовики с водителями. Они едут первыми, как локомотив, а трейлеры-роботы встают за ним. Вот этот первый и называется «лидером».

– А! Поняла. Да, я часто вижу на дорогах такую длинную гусеницу. Но ближе к вечеру, днем их почему-то нет.

– Да, днем дороги заняты, а к вечеру «лидеры» выводят роботов на маршрут и ведут всю ночь.

– Афигеть, как интересно! – изумилась девушка. – А где твой номер?

– На третьем этаже. Окном во двор.

– Ты так сказал, как будто это плохо, – заметила Ангелика, плотнее прижимаясь к Джеку бедром.

– Там внизу баки с мусором.

– Никогда не видела мусорные баки с высоты третьего этажа.

Мимо прошли двое подвыпивших мужчин, облизывая Ангелику взглядами.

Что ж, она того стоила.

– А тебя в твоей компании не станут искать?

– Ой, да они там давно набухались и им по-барабану, – отмахнулась девушка и прильнув к Джеку, прикрыла глаза. – Хорошо, что я тебя тут встретила, да?

– Ну, не знаю. Моя мама не всегда была мной довольна, – с улыбкой заметил Джек, слегка удивленный тем, как Ангелика форсирует события.

Впрочем, если у девушки не задался отдых, а тут появилась подходящая кандидатура…

– Ты в армии, что ли, служил? – неожиданно спросила она взглянув на него снизу вверх.

– С чего ты взяла?

– Да есть в тебе, какая-то такая… Расстановка, что ли. Как у людей, которые прошли какую-то жизненную школу с дисциплиной и все такое.

– Ну, может это от природы досталось? – ответил Джек пожимая плечами.

– По отношению к тебе природа оказалась особенно щедра, – заметила Ангелика и потянувшись, поцеловала Джека. Тот ей ответил, краем глаза отмечая, что они уже возле гостиницы.

– Ты будешь смеяться, но мы живем тоже на третьем этаже, правда окна у нас – к морю.

– К морю – это круто, – сказал Джек, когда они держась за руки поднимались по ступеням крыльца.

– Круто, если бы не эти водоросли…

– Ну, я тоже на ночь закрываю окно. Но терпеть осталось недолго.

– Когда уезжаешь?

– Еще два дня и всё.

Почему-то эта фраза сделала Ангелику чуть грустной.

Джеку захотелось сказать ей какие-то теплые слова, поддержать, но помня наставления Марка Бачинского он решил промолчать.

Сегодня они встретились, завтра расстанутся и не нужно делать из этого проблему.

Главное не говорить, где работаешь, а уж тем более указывать базу Восьмого сектора. Это Джек хорошо усвоил, слыша, как отчитывали Марка во время работы на орбите его многочисленные бывшие подружки, служившие там же – в орбитальных секторах.

– А вот это мои апартаменты… – сказал Ангелика, когда они с Джеком шли по третьему этажу к его номеру.

Джек был готов к тому, что она решит уйти к себе, но нет она послушно проследовала за ним – в его номер.

Там, едва закрыв дверь, они стали целоваться и Джек увлек свою новую знакомую на диван.

– Ну, подожди, – сказала она неожиданно отстраняясь. Встала с дивана и одернув подол, подошла к окну – тому самому, которое выходило на внутренний двор с патио и мусорными баками.

– И что интересного ты там увидела? – спросил Джек еще раз оценивая фигуру Ангелики на фоне окна.

– Фургон какой-то. Едва пролез во внутренний двор и паркуется прямо у стены. Ты не знаешь, что это?

Джек поднялся и еще разгоряченный обнял Ангелику и снова попытался ее поцеловать.

– Подожди, мне нужно в душ, – сказала она выскальзывая из его объятий.

Джек послушно отступил и сел на диван. Дверь в ванную закрылась и послышался шум воды.

5

Включив воду, Ангелика коснулась браслета на запястье и поднесла к губам:

– Лира, я у него в номере…

– Что узнала?

– На интуиции – вроде бы чист, но очень шифруется. Паузы через каждое слово.

– Действуй по ситуации. Он сейчас, пока, главный вопрос.

– Есть еще момент – во внутренний двор пролез фургон и запарковался у стены.

– Я не в курсе, сейчас пошлю Петера узнать, что за фургон. Будь на связи.

– Хорошо.

Отключив браслет, Ангелика взглянула на себя в зеркало.

Она выглядела моложе своего возраста и умела, если нужно, играть даже старшеклассницу.

Приказ был действовать по ситуации, а ситуация с этим красавцем в его номере выглядела весьма однозначной. Впрочем, случались варианты и похуже.

Ангелика вздохнула, расправила складки на платье и придав своему лицу загадочное выражение, вышла из ванной.

Нового знакомого она застала стоявшим у окна – он тоже разглядывал этот, невесть откуда взявшийся фургон.

– Что там? – спросила девушка касаясь его плеча.

– У него из под заднего бампера торчит край теплообменника.

– И что?

– Слишком большой для климатического блока. Значит охлаждает что-то более значительное.

– И что же?

Джек хотел ответить, но не успел. Подоконник на который он опирался вдруг ушел из под его ладоней, а к горлу подступила тошнота.

«Что происходит?!» – промелькнула у него паническая мысль и в следующее мгновение он ударился макушкой о потолок.

«Набухался, что ли?» – промелькнула новая мысль, одновременно с усилиями сдержать этот приступ тошноты.

И тут неожиданно возникло голубое платье Ангелики, которое развевалось, словно в воде. Чудные голубые трусики, стройные загорелые ноги.

Она прекрасна, что и говорить.

В следующее мгновение девушка ловко оттолкнулась от потолка ногами и скользнул к двери.

«Как в бассейне!» – снова подумал Джек, все еще сдерживая рвотные позывы.

«Раньше у нас был курс-тренинг действия в невесомости, но потом и он попал под сокращение. А – жаль.»

Кто это говорил? Сам собой всплыл образ инструктора из Центра обучения Агентства.

В коридоре грохнул выстрел, а потом сразу автоматная очередь.

«Как в кино,» – промелькнула у Джека мысль, когда он, кое как оттолкнувшись от потолка уже полетел к распахнутой двери номера.

Получилось слишком быстро и он едва не протаранил головой пол в коридоре – реакции в невесомости оказались какими-то неадекватными.

Тут он снова увидел Ангелику.

С перекошенным от напряжения лицом, она распахнула дверцу пожарного шкафа и выхватила оттуда заранее спрятанный пистолет.

И снова ее синие трусики и прекрасные ноги. Ангелика стреляла поверх Джека и пули проносились в сантиметрах над ним, однако он не мог оторваться от созерцания ее оголившихся ног.

Эх, а ведь с ней сегодня все могло получится! Ну, что за невезуха?

В эти мгновения Джек напрочь забыл даже о приступе тошноты, смешно извиваясь, чтобы не всплыть на линию огня – противные стороны обменивались потоками свинца и видно было, как вырванный пулей клочок голубого платья, кувыркаясь, отправился путешествовать по коридору, среди разлетавшихся кусков отбитой штукатурки.

Однако, Ангелика не сдавалась и продолжала стрелять, как и ее коллеги, которые палили из дверей своего номера.

Потом удар об пол и все встало на места.

«Сеанс окончен! Просьба не толкаясь направляться к выходу!»

Что за фраза? Откуда она?

Джек вскочил на ноги и в двух шагах от себя увидел здоровяка в черном трико и с огромным пистолетом, который несся по коридору огромными скачками, чтобы доделать начатое, а заодно пригвоздить к полу сторонний персонал – вроде Ангелики.

Он был бы неудержим, этот хорошо обученный и подготовленный боец, если бы не удар Джека.

Его знаменитый, в определенных местах, тюремный удар, который он старался не пускать в дело без нужды, поскольку не мог контролировать результаты его применения.

Вот и сейчас – встретившись с кулаком Джека, человек в трико полетел к стене так, словно действие генератора антигравитации еще не закончилось.

– Руки за голову! Руки за голову!..

Джек не сразу понял, что это относилось именно к нему. Та, первая «спортсменка», тыкала в него пистолетом большого калибра и приказывала сдаваться.

Он поднял руки на головой и вздохнув, прислонился к стене.

В коридоре стоял гвалт и беготня, кто-то кричал, что «угроза миновала», другие по радио требовали эвакуации «объекта», а Ангелика, морщась от боли, стягивала спецпластырем рану на предплечье.

– Да опусти ты руки! – снова стала командовать эта – первая «спортсменка», теперь уже без пистолета. – Ты чемпион, что ли, какой-то?

– Нет, я тут отдыхаю… – пробубнил Джек, наблюдая за тем, как эта активная девушка проверяет пульс подбитого им злодея.

– Петер, срочно «скорую»! Он нам нужен живой!.. – снова закричала она.

– Уже вызвал, Лира!

Прибежали еще какие-то люди и стали выволакивать из номера все того же пьяного постояльца, а через минуту подоспели врачи, чтобы погрузить на носилки злодея в черном трико.

Их сопровождал Петер и у него был автомат.

Подошла Ангелика и сейчас ее лицо было серьезным.

– Спасибо, камрад, если бы не ты, он бы мог добить меня…

– О, не благодари, – произнес Джек, чувствуя, что теряет силы и просто сел в коридоре у стены. Сел и стал смотреть, как прихрамывая удаляется Ангелика, все еще держа в руке тяжелый пистолет.

Спасибо, камрад? Нет, не этого он ждал от такого знакомства.

Не этого.

Преодолев слабость, Джек сумел подняться, вернулся в номер и запер дверь, предварительно повесив табличку «Не беспокоить.» Затем прошел к бару и открыв его, взял одну бутылочку крепкого, но подумав, выгреб весь запас этой категории – сегодня он в нем нуждался.

На экране ТВ-бокса одни говорящие персонажи сменялись другими. Новостные сюжеты, какое-то шоу. Джек сидел в кресле и неспешно опустошал бутылочки – одну за другой, но спиртное не брало его в привычном смысле, а лишь давало какое-то отупение.

Только сейчас на Джека стала наваливаться понимание угрозы в той ситуации, через которую он так удачно проскочил. Но почему-то более всего его не отпускала эта фраза Ангелики: спасибо, камрад!

И лицо у нее при этом было какое-то отчужденное.

Нет, он конечно понимал, что у девушки работа такая, что она получила ранение и вообще. Но, все же какая-то обида не уходила.

Как говорится – осадочек остался.

Джек вздохнул и свернул пробку у очередной бутылочки. Предпоследней. И тут до него стало доходить, что в его дверь уже достаточно давно отчаянно барабанят и даже что-то кричат.

Что-то про закон и противодействие.

Он поднялся из кресла и поискав пульт от ТВ-бокса, сделал звук потише. Оказалось, что именно это не позволяло ему услышать тот настойчивый стук.

Едва Джек открыл дверь, в его номер ворвался какой-то тип, так быстро прошмыгнувший мимо, что Джек даже не успел разглядеть его лица.

Кажется, он что-то предъявил, наверное полицейского «орла». Но Джек не сразу вернулся к непрошеному гостю, предварительно выглянув в коридор, где перепуганные горничные торопливо сметали рассыпанные гильзы и замывали потеки крови на паласе.

Пока Джек любопытствовал и закрывал дверь, ворвавшийся к нему полицейский успел заглянуть во все помещения и к моменту, когда постоялец вернулся в кресло, уже напрочь забыв о непрошеном госте, тот появился перед ним, вызвав немалое удивление:

– Эй, а ты кто?

– Как кто?! Младший лейтенант-дознаватель Филбс! Я же вам представился!..

– Ну… добро пожаловать, Филбс-дознаватель, – произнес Джек и откупорил последнюю бутылочку.

– Что можете сообщить следствию о произошедшем?

– А должен?

– Обязаны!

– Я вообще-то тут отдыхаю, если ты заметил, – заплетающимся языком произнес Джек, чувствуя, что спиртное с запозданием, все же начало действовать. Отложенный, так сказать, эффект.

– Да уж, заметил, – вынужденно согласился полицейский и вздохнув опустился на соседнее кресло.

– Ты это – поищи в баре, я только крепкое брал, а там еще много чего осталось.

– Можно, да?! – приподнимаясь уточнил дознаватель.

– Нужно, камрад. Я же должен следствию это самое…

– Содействовать! – бодро отозвался полицейский выгребая из бара весь винный набор. – А ничего, что это все денег стоит?

– Ничего. Мне отпуск казна оплачивает.

– Клево! Может мне тоже туда податься, а? К вам на орбиту? – спросил повеселевший дознаватель, выгружая на столик перед креслом собранные трофеи.

– Да милости просим, как говорится. А тебе ничего за это не будет? Ты же вроде это… – Джек пощелкал пальцами пытаясь вспомнить слово.

– При исполнении? – уточнил полицейский откупоривая первую бутылочку.

– Точно.

– Формально, мне до окончания рабочего дня полтора часа осталось, хотя конечно, рабочий день у нас не лимитирован. Но… Так, что тут написано?

Дознаватель сделал паузу, стараясь прочесть надписи на крохотной этикетке.

– Ага, «Пери Шамбанон»! Крепленое, двадцать градусов!

Закончив чтение, он профессионально раскрутил бутылочку и запрокинув голову, вылил в рот все ее содержимое за пару секунд.

– Эй, да ты этот… – Джек снова пощелкал пальцами.

– Эквилибрист! – подсказал полицейский и выдохнул. – Ниче так, приятное. Но, между «первой и второй»…

Джек не успел даже как-то прокомментировать навыки дознавателя, как тот вылил в себя еще две бутылочки, опустив этап чтения этикеток.

– Короче, никто ничего не знает, ничего не слышал. Все были на обеде, кроме вас, мистер… Представьтесь пожалуйста.

– Ах да, я этот, как его… – Джек снова пощелкал пальцами.

– Майкл Догерти.

– О! В точку! – кивнул Джек.

– Так записано в регистрационной книге на рецепции.

– С изложенным согласен, с моих слов записано верно, – кивнул Джек.

– Смешно! – заметил полицейские и раскупорил еще одну бутылочку. – Вы кто по профессии?

– По профессии?

Джек почувствовал, что снова испытывает трудности в формирования нужного ответа.

– Э-э… А что написано в регистрационной этой самой?

– Уф, эта покрепче… Но сладкая, зараза, – прокомментировал дознаватель и заглянул в свой планшет. – Там написано – база Восьмого сектора, стажер.

– Очень исчерпывающая информация. Стало быть так и есть.

– А делаете-то вы чего на этой базе, мистер?

– Да, разное приходится, – ответил Джек пожав плечами. Он в самом деле не мог вспомнить, что делал на Восьмой базе и как его туда занесло.

Содержимое бара оказалось, куда крепче, чем он предполагал.

– А что за кипиш, начальник? С чего там все бегают и это самое?

– Так покушение же было, мистер!

– На меня?!

– Нет, что вы, – отмахнулся дознаватель и взялся за очередную бутылочку. – Целью, как и в прошлый раз, оказался Роджер Смит, пилот-звезда с Пятой орбитальной базы.

– Роджер? Это который там бухой был? Его еще какие-то девчонки сопровождали… – начал вспоминать Джек. – Спортивные такие, стройные ножки и все прочее…

– Ой, на этих вы даже не смотрите, мистер. Эти красотули, чуть что – нашпигуют свинцом и скажут – так и было. Им все можно, не то что нам, простым работягам «на земле.» У нас за каждый «пук» отчитываться нужно. А эти вон чего там наворотили и просто показали нашим коллегам свои флаеры и – фьюить, улетели на конспиративные квартиры.

– А это… – Джек пытался переварить полученную информацию. – Этого парня, регулярно, что ли, грохнуть пытаются?

– Увы. Но за его заслуги к нему приставлена постоянная группа охраны.

– Да, я их видел! Эти самые гимнастки!

– Вот-вот, только – повторяю, не суйтесь к ним, – сказал дознаватель, начиная неспешно смаковать очередную порцию.

– Спасибо, начальник, за подгон важной темы, – сказал Джек.

– Да не за что, мистер. Пойду я, нужно еще домой успеть к ужину.

– А разве уже ужин? – удивился Джек и взглянул на свое окно, за которым начинали сгущаться сумерки.

– Еще нет, но пока доеду до дому будет самое то.

– Но у нас тут еще полдник имеется, – вспомнил Джек, посмотрев на настенные часы. – О, так у меня еще полчаса в запасе, надо помыть рожу и сходить, проветриться.

– Проветритесь, я тоже прогуляюсь, а то жена не оценит мой свежий «выхлоп.»

Джек проводил гостя до двери, где они пожали друг-другу руки и дознаватель спросил:

– А у вас не было проблем с законом?

– С чего вдруг такой вопрос?

– Ну, словечки у вас проскакивают специфические…

– А в регистрации про это что-нибудь есть?

– Нет, там о таком не пишут.

– Тогда – до свидания.

– До свидания, мистер Догерти. Спасибо за угощение.

6

Утро следующего дня выдалось для Джека хмурым. Спиртным он злоупотреблял редко, поэтому восстановительные процедуры у него были отработаны плохо.

Впрочем, в номере имелся небольшой холодильник и по дороге из туалета он с трудом наклонился, чтобы туда заглянуть. И как оказалось – не зря. Там нашлись два вида газированной воды и дорогая «аква» с лимоном. А еще опытные отельеры не забыли положить на полочку антипохмельные таблетки и именно в этом Джек сейчас очень нуждался.

Больше, чем в завтраке, который проспал еще полтора часа назад.

Трясущимися руками он вскрыл таблетки и забросив в рот сразу две, свернул пробку у ближайшей газировки и выпил всю без остатка, после чего вернулся в кровать и уснул.

Спустя еще полтора часа он очнулся от крепкого, восстанавливающего сна и с удивлением оглядевшись не сразу вспомнил, где находится.

Сбросил одеяло, сел и когда его ноги коснулись прохладного пола обнаружил на себе только один носок, второго нигде не было.

Возле холодильника валялась пустая пластиковая бутылка и упаковка из под каких-то пилюль, а на журнальном столе громоздилась пирамида из маленьких барных бутылок при отсутствии признаков какой либо закуски.

– Ну, понятно, – проскрипел Джек и неожиданно ощутил заметный голод.

Настенные часы показывали время исправно, однако глядя на них он никак не мог сориентироваться в графике приема пищи.

Так и не разобравшись, попадает ли в какой-то из интервалов бесплатного питания, Джек поднялся и поискав второй носок, сбросил оставшийся, достав из чемодана новую пару.

При отсутствии, каких либо мыслей он не спеша оделся и выйдя из номера, с некоторым недоумением взглянул на табличку «Не беспокоить» на своей двери.

Сняв ее и забросив в номер, он запер дверь и направился к лестнице, попутно замечая на стенах следы свежей замазки, которой оперативно заделали пробоины.

Их оказалось много.

Вернулось воспоминание об Ангелике, но без прежней трагической окраски. Встречные мужчина с женщиной поздоровались с Джеком и тот им ответил.

На лестнице немного закружилась голова, но это быстро прошло. А в вестибюле уже пахло рестораном и Джек почувствовал, как сильно ему хочется есть.

Какая-то группа заселялась в отель и девушка на рецепции строго выговаривала им за шум. За стеклянной дверью – на крыльце, курил высокий мужчина и возле его ног сидела большая черная собака.

Все эти образы проносились перед Джеком один за другим и финальным оказалась тяжелая дверь под красное дерево, толкнув которую он оказался, наконец, там, где кормят.

Часы бесплатного обеденного перерыва закончились и лишнее освещение в зале было погашено.

Льготная зона оказалась огорожена лентой и столики за ней были покрыты одноразовыми скатертями.

Красивыми, но одноразовыми, а вот «свободная зона» красовалась длинными до пола бархатными покрывалами с золотыми кистями.

Джек лишь сейчас заметил эти различия, хотя такие детали должны были сразу бросаться в глаза. Вероятно, при полном освещении отличия «свободной зоны» были не так заметны.

Выбрав себе столик понаряднее Джек сел за него и взял меню в папочке «под кожу» тисненое серебряными буквами.

Список блюд оказался слишком длинным и все эти названия ему ни о чем не говорили.

– К сожалению, время льготного обеда прошло, сэр, – прозвучал за его спиной голос официанта, который узнал клиента и обойдя столик встал перед ним, излучая доброжелательность.

– Братан, ну разве похоже, что для меня это имеет значение?

– Нет, сэр.

– В таком случае… – Джек отбросил меню. – Принеси мне что-нибудь питательное, калорийное. Ну, чтобы для здоровья, понимаешь?

– Разумеется, сэр, – с поклоном произнес официант.

– А пока…

– Отвар шиповника с лимонным соком и медом. Это я вам рекомендую категорически, как профессионал.

– Ну, кто же будет спорить с профессионалом? Неси, – согласился Джек и официант удалился так, словно растаял в полумраке приглушенного освещения. А спустя минуты три, мимо, словно фея продефилировала, чуть полноватая, но симпатичная девушка, доставившая порции отвара Джеку и еще одному ссутуленному парню за столиком возле сцены, которому тоже требовалась восстановительная терапия.

Отвар оказался тем, в чем Джек сейчас нуждался. Немного обжигающий, но самую малость. Он возвращал ощущение окружающего пространства, чувства течения времени и даже понимания того, о чем прежде Джек даже не догадывался. Например, того, почему вареное яйцо удобнее чистить с тупого конца.

Раньше, Джек чистил так, потому, что так учила мама, а теперь он вдруг понял всю техническую целесообразность подобного подхода.

Он еще не допил этот волшебный напиток, когда снова появился официант-профессионал.

Он встал слева от стола и с грацией альгабийского танцора выставил перед Джеком блюдо с большой порцией омлета и какую-то, вроде, кашу.

– «Эгс-торро» с тирмином и сливками, а также «поридж-ди-крема» с ванилью и коровьим маслом.

– Круто, а теперь повтори это человеческим языком, – попросил Джек.

– Омлет, сэр. Очень качественный со сливками и специями. И каша из формованного злака типа «пшено», с добавлением ванили и синтетического продукта «а ля натурал».

– Ну, так как-то понадежнее. Хорошо, приятель, я оценил. Спасибо.

– Приятного вам, сэр, – поклонился официант и снова, словно бы растаял в полумраке.

«Профессионал,» – подумал Джек и принялся за еду, которая, как нельзя кстати подходила к его теперешнему состоянию.

Впрочем, персонал ресторана принимал подобных клиентов десятками и сотнями, не удивительно, что они вышли на какой-то самый правильный и проверенный набор блюд.

Когда трапеза была закончена, возле стола опять появился официант и скромно положил на край стола корочки со счетом.

Джек открыл их и кивнул – стоимость его коммерческой трапезы стоила втрое больше льготной. Однако, результатом он был доволен.

– Чаевые тут присутствуют, друг мой?

– Еще нет, сэр.

– Добавьте.

– Как скажете, сэр, – кивнул официант и сдернув один счет, заменил его другим – заранее заготовленным и на четверть больше прежнего.

– Другое дело, – кивнул Джек и коснувшись «отпускным билетом» приемника, погасил счет.

– Заходите к нам еще, сэр! – с полупоклоном произнес официант.