Полина Брундасова
Цена внимания. Приманка для света и тьмы

Глава 1

– Да, мам. Всё хорошо. Да. Поезд вовремя пришёл. Да, доехала нормально. Мама, нормально – это нормально, то есть без происшествий, с милыми попутчиками. Сейчас уже подхожу к Академии. Мамочка…

Но с мамой было спорить бесполезно. Однако и её понять можно: единственная дочь уехала из дома впервые так далеко и так надолго. Она, конечно же, волновалась. Да и бабушка не меньше. Грандмама, с привитым ей ещё в юности хладнокровием, виду не показывала об одолевающих чувствах. Поэтому оставалось лишь внимательно выслушивать и поддакивать. А тем временем я шла, стараясь лавировать и перепрыгивать через лужи, таща с собой довольно внушительный саквояж.

Накануне в городе прошёл мощный ливень, поэтому улицы и тротуары больше напоминали пересохшие по лету ручьи и озёра, присыпанные сорванными ветками.

– Мам, всё. Пока. Я уже подхожу. Мне сейчас оформляться. Давай я вам вечером позвоню.

– Ты только береги себя, Яночка, – успела сказать мама, прежде связь прервалась.

Вздохнув, я осмотрелась. Если верить указателям, то до Академии было идти минут десять от силы – всего пара кварталов. Несмотря на восьмой час, прохожих было не очень много. В моем родном городе в такое время не протолкнуться. Но вот проехал автобус и на остановке по ту сторону улицы появились несколько человек. Вполне могло быть так, что горожане ловили последние часы лета, догуливали отпуска и выходили из своих квартир позже положенного. А может и вовсе прогуливались незнакомыми мне живописными улочками.

Пройдя до перекрёстка, встала перед пешеходным переходом, дожидаясь своего сигнала, когда со стороны одностороннего переулка выскочил чёрный, блестящий внедорожник. На полном ходу он промчался мимо, попутно вдарив всеми колесами по луже, и скрылся из виду так быстро, что я не успела и чирикнуть.

– Урод! – только и крикнула я ему вслед, отскочив назад.

Всё платье, туфли и сумка оказались забрызганы грязью.

– Девушка, с Вами всё в порядке?

Я обернулась. Рядом оказалась моя ровесница. Судя по ярко-рыжим волосам, представительница огненной стихии. Она торопливо искала что-то на дне своего рюкзака.

– Вот держи, – сказала она, протянув мне пачку бумажных салфеток.

– Гостеприимно тут, – горько усмехнулась я, прекрасно понимая, что ничем, кроме стиральной машины или водяной магии, тут не поможешь. – Спасибо большое.

– Да пустяки. Ты куда идёшь? В Академию? – спросила новая знакомая.

– Да, третий курс, светлая, растения.

– Что-то я тебя не помню. Я ведь тоже на третьем курсе. Светлая, огонь. Меня Лиза, кстати, зовут.

– Яна. Я весной предложение на перевод получила. Пойдём может быть?

– А где раньше училась? – спросила новая знакомая, пока мы огибали ещё колыхавшееся уличное море.

– В Альденграже. Это на севере.

– О Великие Древние Боги! Трудно наверное на севере магу растений?

– Ну, у нас не так всё плачевно, – пожала я плечами. – Есть теплицы и оранжереи. И дома много цветов.

– Просто большинство таких, как ты, живет на юге или хотя бы в центральных районах. Удивительно, что твоя семья не перебралась туда раньше, – продолжала рассуждать Лиза.

Её шаги были широкие и несколько танцующие, так что я со своей поклажей едва успевала. Однако, слушая рассуждения о географической детерминации магов, я с удовольствием рассматривала старинные дома, ажурные балконы, стоящие на подоконниках предметы и высокое начавшее темнеть небо. Над черепичными крышами с каждым нашим шагом всё больше клубились чёрные грозовые тучи. Я посмотрела на новою знакомую.

– Мне кажется, что нам стоит поспешить, – заметила она.

– О да, и как только огневики могут жить в одном из самых дождливых регионов страны? – улыбнулась я.

– Точно так же, как любители растений в районе вечных снегов.

Мы рассмеялись и практически побежали к позолоченным воротам, за которыми раскинулся сад Академии.

– Стоп, девушки, – преградил нам вход тучный охранник в синей форме служащего.

– Да ладно Вам, Митч, – отмахнулась Лиза, протаскивая меня дальше.

– Простите, мисс Элизабет, – снова встал у нас на пути охранник. – Но Вы не хуже меня знаете правила. Я не имею право пропускать на территорию Академии посторонних.

– Но Яна не посторонняя! – уперла руки в бока рыжая. – Она наша новая студентка.

– Новые студенты принимаются с завтрашнего дня. Списки на первокурсников ещё не давали, – твердо стоял на своём мистер Митч.

– Позвольте, – нерешительно начала я, доставая из сумки документы. – У меня есть приказ о зачислении, направление на перевод и о заселение в общежитие. Я не первокурсница.

Небольшая папка перекочевала в руки мужчины. Он внимательно изучил все буквы с подписями и долго хмурился, глядя на них. На мгновение мне в голову пришла мысль, что он читать не умеет. Тучи же над нашей головой окончательно закрыли небо.

– Нет, мисс, так не положено. На всех новичков должно быть предписание ректора.

Два упрямца продолжали препираться, в то время как прочие студенты спешили попасть на территорию, протиснувшись в калитку. Кто-то заинтересовавшись скандалом останавливался, но не вмешивался. Постепенно образовалась небольшая толпа. Вместе с которой мы перебрались на небольшую площадку за КПП, от которой уже во все стороны расходились дорожки.

Когда же аргументы начали крутиться по второму кругу главные ворота поползли в стороны. Митч быстро закрутил головой, словно не зная, какой рубеж обороны является первоочередным. Однако, судя по выражению лица мужчины, когда он увидел проехавший автомобиль, он был знаком не только мне.

– Нет, это в конце концов просто возмутительно, – начала возмущаться Лиза не обращая внимание уже ни на кого. – Если вы нас сейчас же не пропустите, я буду жаловаться в ректорат. Я до самого Великого и Ужасного дойду.

– Ещё раз повторяю вам, – стал закипать и охранник, – что согласно уставу Академии, на территорию академии могут проходить только студенты, имеющие студенческие билеты. Проход всех без исключения новичков осуществляется по приказу ректора, которого на вашу подругу не поступало.

– Что здесь происходит? – спросили из толпы вместе с первым раскатом грома.

Охранник вздрогнул и чуть не отпрыгнул от подошедшего к нам высокого, поджарого парня в чёрной одежде и, что отчего-то особо привлекло моё внимание, в коротких кожаных перчатках. Студенты все дружно сделали шаг назад, а те, кто стоял дальше остальных, и вовсе предпочли сделать вид, что там случайно, рассыпаясь, как горох, кто куда. У нас же – главных действующих лиц – шанса исчезнуть не было.

– Господин Корвус, – попытался отдать честь охранник, но отдёрнул руку. – Вот. На территорию Академии пытаются проникнуть ненадлежащее лицо.

Парень по-хозяйски протянул руку, куда тут же перекочевали все документы.

– Да какое "ненадлежащее лицо"?! – вспыхнула Лиза, так, что голубые огоньки даже пробежали по её волосам, когда первые капли стали падать на землю.

– А в чем проблема собственно? – тоже не понял водитель внедорожника, помахав просмотренными бумагами, и быстро окинул меня взглядом, чуть поморщившись, увидев грязь на платье и саквояже. – Документы в порядке. А в плане одежды, если ты не доволен, то в Академии всяких принимают. К тому же, мисс Шимэль маг растений.

– Её кто-то из лужи окатил, когда мы сюда шли, – заступилась за меня Лиза.

– Ага, урод какой-то на чёрном внедорожнике, – скрестила я обижено на груди руки.

Парень сначала вздёрнул голову в недопонимании, но, явно припомнив события недавнего прошлого, ухмыльнулся и склонил голову на бок: глаза то ли голубые, то ли серые озорно сверкнули. А в довершении ещё и хрустнул костяшками, прежде чем убрать руки за спину. На мгновение я поежилась, но выстояла. Лиза дёрнула меня легонько за рукав, словно призывая молчать или к порядку. В образовавшейся тишине мне даже подумалось, что уж не грублю ли я преподавателю. Но молодой человек спокойно протянул мне мою папку и, продолжая улыбаться, не глянув на охранника, приказал: "Пропусти её. Не гнать же". И развернувшись, ушёл в сторону своей машины, где у багажника его ждал друг.

– Хам, – пробубнила я, убирая документы в сумку.

И, кажется, меня тогда услышали, потому что, как его назвали, господин Корвус обернулся и спросил не без издёвки: "Лиз, вас подбросить? А то кажется дождик начинается. Растениям то ничего, а вот огонькам".

– Нет, спасибо. Мы прогуляемся, – помахала она рукой, а потом зашипела на меня, – Ты чего творишь?

– Что такое?– не поняла я, подхватила сумку и пошла в сторону большого здания красного кирпича – Он меня окатил и даже не остановился, чтобы извинится. И даже сейчас.... он ведь понял все. И вообще это кто такой?

– И довелось же тебе сразу так начать, – покачала головой Лиза. – Надеюсь, что сегодня у Ворона всё-таки хорошее настроение. Но будь уверена: он это запомнил.

– Так кто он? Преподаватель?

– Нет. Всего лишь наш одногруппник. Зовут Эрик Корвус. А прозвище "Ворон". Тёмный огневик, – начала рассказывать рыжая совершенно нарочито равнодушным голосом, провожая взглядом уезжающий в даль внедорожник, – один из сильнейших студентов. Входит в отряд самообороны со своими друзьями. Второго парня видела? Это его лучший друг. Тоже тёмный. Только, как ты, по растениям. А ещё говорят, что они связаны с криминалом. Но это так, как по мне – досужие сплетни, нафантазированные девчонками. Короче, мелочи. Но в целом – они ребята не плохие. Как все тёмные, себе на уме. Мы даже периодически на общих тусовках зависаем. Ты привыкай. Видеть ты его будешь часто.

– Если только на занятиях, – решила я приободрить нас обеих.

– Ага, конечно. Наша соседка и моя большая подруга с ними очень тесно общается. Она же тоже тёмная, – и тут Лиза спохватилась. – Ой, ты же не против нашего соседства. У нас просто в этом семестре исключили девочку. А она была наша соседка. Да и так у нас одна комната пустовал. Да и Рокс классная. Я уверена, что мы подружимся.

– Я не против. Буду только рада, – искренне улыбнулась я, рассудив, что вечером надо будет маму непременно успокоить появившейся подругой, но вот о возможном неприятеле стоит умолчать.

Пропуская бесконечную беготню по ответственным лицам, скажу, что студенческий билет, зачетку, список учебной литературы, расписание и прочие бумаги-допуски-разрешения, я получила уже через два часа, не без активного участия Елизаветы. Порой она входила в кабинет с ноги и нахрапом решала проблемы, а мне оставалось лишь помахать рукой от двери и поставить необходимые подписи. Такая предприимчивость, граничащая с наглостью, меня искренне восхищала. Без новой подруги, я наверное проходила бы до вечера, ожидая то одних, то других секретарей.

– Кажется мы свободны, – осмотрев холл второго этажа, сделала вывод Лиза. – Можем выдвигаться до дому. Кстати, ты запоминай переходы. Тут такое расположение аудиторий, что не всегда карты помогают. Особенно 29а. Всю жизнь сознательную тут учусь и постоянно забываю, где она.

Мы шли по широкой дорожке, разделённой на две половины клумбой, засаженной охапками розовых кустов. Постепенно парковый порядок стал нарушаться. До того яблони, припавшие ветками едва не до земли под тяжестью плодов, росли по чёткой системе. Между ними кусты: то ягодные, то цветочные. Я с удовольствием тянулась к их энергетике, пытаясь всё-таки вслушиваться в торопливый рассказ Лизы. Моя магия вплеталась в пространство легко, словно в родные места.

Но чем дальше мы заходили, тем более дикой становилось окружавшие нас места. Лиза увела меня с аллеи и дальше мы шли по петлявшей между стволами дорожке. Уже не было ни садового порядка, ни системы рассадки. Тут под кронами дубов и сосен пробивались вверх изогнутые дикие яблоньки. Свет падал долгими лучами. Газон уступал место разнотравью. А возле мшистой полянки с грибами, высотой мне по колено, я даже остановилась.

– Это девчонки развлекаются,– только махнула рукой огненная.

Жилые корпуса находились в глубине этого леса: простые четырёхэтажки, по два отсека, как называли их местные. Хотя, по сути, они являлись небольшими квартирками в четыре спальни, кухню, гостиную и раздельный санузел. Как рассказала мне Лиза, крайне мало "отсеков", где были бы заселены все комнаты. Зачастую студенты по согласованию с комендантом могли меняться или переезжать, но разумеется девушки к девушкам, а парни к парням.

Моя новая подруга, как я узнала из бесконечного потока её рассказа, жила в своей комната с самого первого дня. Ей нравились её соседки, да и выбрать кого-то из остальных друзей, к кому она хотела бы быть поближе, не могла. Строение, предписанное по документам нам, располагалось дальше остальных, где лес стоял ещё плотнее и гуще, рос молодой подлесок и дикая трава.

– В стенах Академии для проживающих существует ряд правил, за неисполнение которых положено отчисление,– пристально смотрела на меня полноватая женщина с густо подведёнными глазами, с крупной вышивкой "Комендант" на жилетке. – Администрация любого корпуса, а также представители ректората могут в любой момент попросить проживающего показать свои личные вещи. Поскольку в стенах Академии запрещены алкогольные напитки, наркотические вещества, а также запрещённых артефактов, без письменного разрешения ректора.

Если проживающий заметил возгорание, аварию, течь трубы или какую-либо другую внештатную ситуацию, он обязан сразу же сообщить об этом мне. За чистоту и порядок в своём отсеке ответственны вы сами, как за личные комнаты, так и за общие помещения. Готовите тоже сами, но также на территории академии есть столовая.

Шуметь и нарушать покой соседей по общежитию с дести часов вечера и до шести утра в будни, и с одиннадцати до восьми в выходные и праздничные дни запрещается.

В личные комнаты запрещается приводить мальчиков, как и вам находится в их спальнях. Лучше всего встречаться и вовсе в учебных аудиториях, в парках, библиотеке.

– Да, да, да, мадам, – схватила Лиза меня за плечи и мягко выводя из её опорного пункта.– Я ей обязательно уже у нас всё подробно расскажу. Вы же меня знаете. Да и природники – самые безобидные из магов.

– Знаю, знаю, – скрестив руки на груди, закивал комендант.– Ты ещё в фонд академии должна стоимость сгоревшего шкафа возместить.

– Какие наши годы. Всё будет, Марта Гельмутовна.

Лифты в жилых корпусах не предусматривались. Однако, подниматься по протоптанным ступеням было даже интересно. Сразу были заметны приложенные усилия той или иной стихии: подкопченные перилла, проросшие в камне одуванчики и лианы на решётке, невысыхающие водяные пятна и непрекращающийся сквозняк на некоторых этажах.

– А таких как я в нашем корпусе мало? – спросила я, глянув уже с нашего этажа в лестничные пролёты.

– Не очень. Они там, чуть левее в основном живут. Да и в принципе в Академии это не самая популярная наука. Больше огневиков и воздушников. Хотя по твоему направлению тут вроде как сильная программа. Проходи.

Первое, что бросилось в глаза – это странный, пыльно-розовый цвет стен.

– Так, тут у нас прихожая: куртки, зонты, ботинки, тапочки, – принялась рассказывать Лиза, но, увидев мой наморщенный нос, пожала плечами, – да, он тут во всех коридорах. Привыкай.

Комната, которая мне досталась, была предпоследней по коридору. Дверь открылась с лёгким скрипом, пропустив меня в небольшую, но внутри было светло и уютно. Мебели – немного. Декора и вовсе никакого. Даже занавески не висели, вместо них – жалюзи. Кровать застелена только покрывалом. Я поставила сумку на стул и снова осмотрелась. Фантазия тут же стала услужливо рисовать и кадки с цветами, и картинки на стены, и ковры, и всякую прочую ерунду.

– Ну как тебе? -ворвалась Лиза.

– Мне нравится. Есть простор для идей.

– Так, смотри, – распахнула она шкаф. – Тут Академия предоставляет постельное бельё. Можно и своё докупить, конечно. С полотенцами та же история. В столе минимальный набор канцелярии. Ну там тетрадки, ручки, карандаши. Обустраивать можно по своему вкусу. Хочешь, мою посмотришь?

– Давай.

Лиза занимала самую первую комнату. Переступив порог я оказалась словно в жерле вулкана. На стенах – нарисованные всполохи. Стоял камин, который то и дела переливался всеми цветами радуги. В рядочек выстроились лампы с бурлящей лавой. Всё было ярко, и, как по мне, немного агрессивно.

– Как тебе? – спросила рыжая, запрыгивая на кровать, словно обезьянка на оранжевое кресло с коралловым пледом.

– Непривычно, но …, – немного вздрогнула я, присаживаясь на край кровати.

– Да ладно, – махнула рукой Лиза, – знаю я вас – любителей растений. Вы любите воду, но никак не огонь.

– Есть немного. Но у нас же мир?

– Обещаю не жечь твои фикусы, – улыбнулась она, и протянула руку с выставленным мизинцем, как делают дети при примирении.

Я ответила.

Следующие часа два каждый занимался своим делом: Лиза сидела на моей кровати и болтала без умолку, просвещая о местных слухах, сплетнях, забавных случаях и примечательных личностях, а я внимала ей и раскладывала вещи. Их оказалось меньше, чем мне казалось дома. Все так же оставались пустыми полки над столом. Многие вешалки тоже.

– А форма одежды какая? – спросила я, осматривая одно из платьев.

– Приличная, – донеслось от двери.

– Рокси, – вскочила со своего места Лиза, а я только выглянула из-за двери.

Новая соседка была невозмутима. Возможно от того, что выглядела несколько усталой. И даже вымученной. Тёмно-синие, миндалевидные глаза покраснели, а чёрные волосы, собранные в высокий пучок, слегка растрепались.

– Рокс, а вот и ты. Как добралась? А у нас новенькая. Янка, выходи из укрытия. Надо подружиться.

– Роксана Миларт, – протянула она мне руку скорее по-мужски, – тёмный маг духа.

– Яна Шимэль,– ответила я на приветствие, – светлая, растения.

– У тебя аллергия на что-то есть? – внезапно для меня уточнила девушка.

– Нет. Вроде. Может быть я это не ела. А что?

– Я продукты чаще всего покупаю. Надо знать. А то тут до тебя жила – рыбу нельзя, морепродукты нельзя, орехи нельзя. Что там ещё?

– Мёд Ната не ела, – припомнила Лиза.

– Да нет. Я не привередливая. И я готовлю, если что, – улыбнулась я.

– Это хорошо. Ладно, меня там завезли, мимоходом. Пошли сумки разбирать, – призывая следовать за ней, махнула нам рукой Роксана, покидая мою комнату.

Кухня была совсем маленькой – метров шесть или семь. Разместиться в ней одновременно на утренний приём пищи было бы непосильной задачей. Ещё с порога я затосковала по родительской с кучей рабочих поверхностей, но приятно удивила наличие четырёх конфорок.

– Ты это всё сама несла? – ужаснулась я трём наполненным пакетам, лежащим на полу.

– Не. Рик закинул, а сам куда-то умотал, – покачала головой брюнетка.

– Они все сегодня какие-то странные, – заметила Лиза, усевшаяся на единственный табурет у окна.

– Чёй-то? Кто ещё?

– Да пока сюда шли – ещё за периметром – Эрик куда-то так нёсся, что Янку облил. Потом мы их на въезде в Академию встретили. Представляешь – этот зануда Митч, нас пускать не хотел! А "Ворон" хоть и помог, но явно куда-то торопился.

– Может собрание назначили?

Мы разобрали сумки в четыре руки с Роксаной минут за двадцать. Лиза всё так же болтала, рассказывая теперь уже о проведенных каникулах, о планах на учебный год, попутно расспрашивая и нас. Я искоса наблюдала за новой тёмной знакомой, ожидая увидеть раздражение, но магесса была явно меланхоликом. Или за прошедшие года привыкла к огненной, которая знала всё и обо всех.

– А с Генри ты не помирилась? – уточнила, стоя спиной к подруге, Рокс, так что бы та не видела её полу-улыбку.

– Ха, – скрестила руки на груди и задрала нос вверх рыжая. – Разбег только возьму от Боготяновки. Пусть первым извиняется.

– Значит не помирились, – удрученно кивнула тёмная, заваривая чай в большом стеклянном чайнике. – Яна, у нас тут немного по домашнему. Посуда общая. Но если ты предпочитаешь из какой-то одной чашки пить, тарелки есть – скажи.

– Нет, совсем нет, – постаралась успокоить я соседок, но потом заинтересованно уточнила. – А Генри это … твой парень? А почему вы поругались?

– Ну, – сконфузилась Лиза. – И да, и нет. Мы вроде как на не пара, но… Да ты его видела. Здоровяк такой возле машины стоял. Тот друг – тёмный природник.

Я честно попыталась припомнить лицо парня, но получалось очень размыто, но все же кивнула.

– Они как журавль и цапля из сказки, – усмехнулась Роксана, – вместе тесно, порознь скучно. Уже раз третий расстаются. У меня от их эмоциональных качелей голова болит. А он тебя между прочим любит, а ты ему нервы делаешь. Вообще не понимаю из-за чего был последний скандал.

– Да он ничего дальше своих растений не видит!

– Но, но , но, – помотала я пальчиком. – Это наша магическая деформация. Мы каждому листику сочувствуем.

– Как хорошо, что у нас теперь ты будешь инсайдером работать, – потерла удовлетворенно ладоши Роксана. – А то я ваших некоторых заскоков не до конца понимаю. Кому чаю?

До шести часов вечера день прошёл в мелких заботах и суетах. Мне показали остальные комнаты и даже успели сводить в гости в отсек на третьем этаже. Там жили девчонки последнего курса бакалавриата: природница Уна, воздушница Хельга и две огненные – Саманта с Рэей. Вперемешку – тёмные и светлые. Как мне пояснили, это была политика Акдемии и лично господина-ректора,, нацеленная на сближение тёмных и светлых магов. А вечером мы все вместе посетили ужин в главном зале. Я хотела предложить самой что-то приготовить, но все инсинуации были отвергнуты.

– Нет. Нет. Нет, – говорили мне, ведя под локоток к большому зданию с куполом. – Господин ректор всегда устраивает большой ужин в честь последнего дня каникул. Настояться у плиты ты ещё успеешь.

И признаться – праздник действительно удался. Столы ломились от блюд. Меня с кем-то знакомили, но из-за обилия впечатлений я вряд ли запомнила и половины. А под конец лица и вовсе стали смешиваться. Рокс – душа человек – успокаивающе шепнула, что потом всех подскажет. Мы уселись веселой девичей компанией возле окна и проболтали до ночи. И к моему неожиданному удовольствия и, как мне показалось, облегчению Лизы, ни Корвуса, ни Генри на ужине не наблюдалось.

Обеспокоенная мама позвонила за час до того как мы разошлись. Пришлось честно извиниться и попросить перенести наш разговор на следующий день: "Я вливаюсь в коллектив". Лиза даже сделала на мой телефон фотографию меня же, чтобы была возможность послать домой. При этом ещё заставляла позировать и долго выбирала лучший кадр.

– Дамы и господа, – ректор поднялся со своего места и добродушно осмотрел присутствующих, – час уже поздний, а завтра всем рано вставать. Нам учить, а вам учиться. Я желаю всем доброй ночи и успешного года. Пора завершать наш праздник.

Оставшись уже одна в своей спальне, я собралась с мыслями и решила, что день, несмотря ни на что и ни на кого, удался. Всё сложилось крайне хорошо. А платье уже крутится в барабане стиральной машинки.

Правда стоило мне переодеться, как мобильный телефон запиликал мелодией вызова.

– Алло, – несколько неохотно взяла я трубку.

– Привет. Филиция Ольгердовна скинула твою фотографию. Ты очень хорошо получилась. Как добралась? Как устроилась?

– Привет, – забралась я на постель, устало тря глаза, которые просто закрывались. – Спасибо. Не без приключений, но всё в целом хорошо. Соседи приятные. Будем дружить.

– Ты и приключения? – усмехнулся на той стороне старый знакомый. – Что-то серьёзное?

– Мелочь. Немного из лужи окатили.

– Я тебе всегда говорил, что в больших городах сплошняком безразличные люди.

– Но этот же водитель и помог мне попасть на территорию Академии, – признала я сама себе в первую очередь. – А то меня пускать не хотели.

– Вы успели познакомится? – как-то напрягся собеседник.

– Шапочно. Илиас, прости. Я сегодня немного устала и завтра ранний подъем. Я пойду спать.

– Конечно, Яночка, я тебе ещё позвоню. И ты всегда набирай. Если что-то нужно или просто соскучишься. Ты когда приезжаешь домой?

– Только на зимние каникулы.

– Угу. Но ничего, скоро увидимся.

– Как расписание будет составлено, – пожала я плечами, хоть он этого и не увидел.

– Оно нам помехой точно не станет. Спокойной ночи.

– Спокойной, – ответила я, положила трубку и вернула телефон на зарядку.

Глава 2

Солнце пробилось через жалюзи. Я мельком посмотрела на будильник, привезённый из дома: до подъёма оставалось ещё полтора часа. А это значило, что можно было либо поваляться, либо взять себя в руки: душ и пробежка или наоборот.

Подошла к окну и посмотрела на раскинувшийся за ним лес. Он манил к себе прохладой и таинственностью. Не удержавшись, я поплелась в шкаф за спортивной формой и кроссовками. Корпус спал, когда я выскользнула на улицу.

Все тело приятно обхватила утренняя свежесть, лёгкие наполнил свежий воздух. Дорожка повела меня на задний двор и там, где заканчивалась обычная жизнь и начиналось пение птиц, я оттолкнулась от земли.

Наконец-то оказалась в родной стихии. Я могла дотянуться до любого дерева, куста и цветочка. Трава стелилась под ногами. Я слышала наяву их голоса: одни смеялись, другие переговаривались, третьи плакали о наступающей осени. Были и те, что молчали – в основном вековые, устремлённые ввысь, старики.

Признаться честно, я никогда не любила спорт, но со временем приучила держать себя в форме. Магические практики требовали сил и энергии. И чем сложнее заклятие, тем больше светлый маг через себя пропускал. Как фильтр. Поэтому – здоровые почки, железные нервы и так далее по списку – наш естественный инструмент.

Минут через двадцать я выбежала к небольшой реке, текущей в довольно глубоком овраге. Берега давно заросли всякой сорной травой, которая ещё до конца не отцвела. От воды тянуло неприятным холодом. Осмотревшись, пришлось принять единственное разумное решение и не лезть в неизведанные глубины. А пройтись по берегу, примечая различные травы, всегда было приятно. А мне, как будущему магу-фармацевту, полезно и важно.

Шаг за шагом, стебелёк за стебельком, я собрала довольно внушительный букет. Бежать дальше не было никакого желания. Напевая один из наших северных мотивов, я стала заплетать его в венок, пока не получился довольно симпатичный обруч. Подобные запускают романтично настроенные девушки по речке весной, заговаривая его на суженного.

Тропинка тем временем вышла на затемнённую поляну. Отчего-то место это мне совсем не понравилось. Словно всё вокруг было мёртвым или неправильно живым. Кора деревьев – темнее, чем обычно, и пошарпанная. Ветки в основном голые и только под самыми небесами была видна хоть какая-то листва. Травы не было вовсе.

Чем дальше я шла, тем тревожней становилось. Но я гнала от себя всякие мысли паникёра, следуя уверенности, что тут мне не могли причинить никакого вреда. С самого детства меня приучали видеть во всем положительные стороны. К тому же причина такого плачевного состояния леса я в скором времени и обнаружила.

Его называли "Лунный цветок". По своей сути – паразит, который впивался цепкими корнями в дерево и пил его, пока донор не погибал. А после – перебирался на соседа. Однако в умелых руках flos lunae становился не врагом, а лучшим другом. Маги собирали, пыльцу, листья, даже стебли. В стволе оставался лишь корень, который на следующий год снова выпускал стрелку с цветком. А самое главное – это был натуральный магический светильник, так популярный нынче у модных барышень. Природники сажали его в горшок, напитывали энергией и огромные жёлтые лепестки могли служить вместо настольной лампы.

Я осмотрелась и заметила ещё с десяток околоцветников на равном удалении друг от друга, которые наверняка были локализованы тут намеренно. А учитывая, что все заражённые деревья входили в границы грибного магического пояса, стало окончательно ясно, что полянка – заповедная. Но удержаться от того, чтобы подойти ближе – не смогла. У нас в городе такие цветки росли исключительно в специализированных теплицах, поэтому увидеть поближе в естественных условиях – большая для меня удача.

Замеченный цветок рос на высокой сосне у пологого обрыва. При желании можно было легко спуститься вниз. Но как только я подошла, моё внимание переключилось с растения на фигуру на дне оврага. Определённо – это был человек. Только вот крайне странный. Шёл он покачиваясь и ломано, словно избитый.

– С Вами всё хорошо? – крикнула я, всё же делая шаг назад и призывая в кончики пальцев магию.

Незнакомец поднял голову и я отшатнулась от обуглившегося лица. Нечеловек взревел и пополз по холму вверх. Не став его дожидаться, я побежала прочь, но сделав первые два шага спиной, зацепилась за торчащий из земли корень.

Данное досадное обстоятельство оказалось как нельзя кстати. Когда голова монстра показалась над оврагом, в его сторону пролетел поток светло-голубого цвета, который в противном случае ударил бы мне просто в спину. Вдогонку за покатившимся устремились ещё зелёный, а земля на краю оврага взбобучилась переплетением корней двух сосен, к которым я потянулась, образуя стену.

– Девушка, Вы как? – спросил подбежавший светловолосый парень.

– Ты видишь это? – подбежал второй. – Если это на эмоциях, то всё равно впечатляет.

– Марк, – позвал светловолосый, – вызови, пожалуйста Огневиков.

– Что это такое было? – спросила я, встав на ноги: парень услужливо поддержал за локоть.

– Проблема, – ухмыльнулся парень, и, скорее всего по-привычке, взлохматил волосы. – По крайней мере мы их так называем.

– Прокажённые, – внезапно пришло понимание.

– Так ты не местная? – догадался парень.

– Да, вчера приехала. Пробежалась называется. Не думала, что они тут есть.

– Появились пять лет назад в особо большом количестве. Вот мы и организовали защитный отряд. А ты откуда, если не секрет?

– С севера. Из Альденгража.

– Тогда понятно, почему ты сразу не сориентировалась. Там то такого нет, – улыбнулся подошедший маг земли, которого звали Марк.

– Да уж. Нам только рассказывали.

– Марк Бергман, мы же одногруппники. Нам говорили, что будет новенькая, – представился брюнет, протягивая руку.

– Яна Шимэль, – пожала я крепкую ладонь.

– Милош, – представился блондин-воздушник.

– Очень приятно познакомиться, – искренне улыбнулась я, и указала в сторону оврага: "Кажется оно поднимается?"

Новые знакомые не долго думая запустили в сторону "Прокажённого" по ещё одному заряду. Я же старалась рассмотреть их подробнее, чтобы не опростоволоситься на занятиях: вдруг не узнаю.

Милош более спортивный и высокий, чем его друг. Наверняка мы с Марком были роста одного, а блондин нас на голову выше. По крайней мере, стоя рядом, мой нос был где-то на уровне его ключицы. При этом оба одеты в единую полувоенную-полуспортивную форму со знаком двух перекрещенных мечей.

– Да где эти огневики? – раздражённо обернулся в сторону леса блондин. – Марк, ты кому звонил? Ворону?

– Нет. У меня его номера нет. Я Таброву набрал. Обещал скоро подъехать. Они вроде как все вместе были.

– Ладно. Значит зря волнуюсь. Они ребята пунктуальные.

– Ребят, я пойду наверное, – попросила я, не испытывая ни малейшего желания встречаться с ожидаемыми представителями огненной стихии особенно после прозвучавшего знакомого прозвища.

– Тогда до встречи на первом занятии, – не стали останавливать меня новые знакомые.

Глава 3

"Ворон" сидел рядом с Милошем на ступеньке лестницы и устало вертел подобранный на поляне венок из лесных цветов. Он мучительно заставлял себя думать, но стройные факты никак не хотели укладываться в логичные выводы. Через час начинались занятия, а сил не было никаких.

– Загоняли, – всплывало иногда в его голове.

– Как думаешь – что теперь будет? – спросил тревожно Милош.

– Что будет? Что будет? Шашлык из нас всех будет, – невесело пробубнил Эрик, и заметив ромашку, принялся её крошить, приговаривая: "Любит, не любит. К сердцу прижмёт. К черту пошлёт".

В глубине долгого подвала примитивное заклятие звучало зловеще. Светлый маг передёрнул плечами, выдернув последний лепесток: "Не любит", и закружил его на ладони в огненном вихре. Не осталось даже пепла.

– Эрик! Я серьёзно.

– Не знаю, – потёр парень лицо и выпрямился. – Надо дождаться выводов и новых вводных. И попросить ещё патронов.

– Будешь теперь стрелять в любого с ожогом? – съязвил Милош.

– Если понадобится пристрелить ещё одну Проблему, не сомневайся, братец, я это сделаю. Сколько бы раз я знал этого человека раньше или нет, – прервал на корню сентиментальность тёмный.

Продолжить дискуссию о нравственности силового решения вопросов им не дали. Из бокового кабинета вышли двое, не прекращавшие разговаривать. При их приближении парни встали, готовясь к новым указаниям.

– Ну что, орлы, – обратился к ним седеющий, коротко подстриженный колдун, – в мой кабинет. Разговор есть.

Покинуть подвал было приятно. А вот оказаться в бурном потоке студентов не очень. Все здоровались, что-то спрашивали, куда-то звали. Милош отвечал легко и просто, как и положено светлому воздушнику. А вот Корус лишь держал лицо: кивал, отвечал и шёл дальше, особо не заботясь что и кому он говорил. Только распознав дорогие сердцу лица Лизы и Роксаны, стоящих вместе с новенькой, тёмный от всей души отдал им воинское приветствие. Подруги ответили, а вот эта Шимэль нахмурилась и словно попыталась вжаться в стену. Благо мужчины свернули в коридор, ведущий в кабинет ректора на втором этаже, не доходя до магичек, и никто из их троицы не видел как парень негромко рассмеялся.

Там, в большом светлом помещении, где за магическими печатями в шкафах хранились фолианты особой важности, Эрик безнадёжно посмотрел на предложенное кресло. Он прекрасно осознавал, что стоит ему опуститься в него, то помимо средневековых доспехов в интерьере добавится ещё один предмет.

– Ты чего? – удивился ректора Академии. – Садись.

– Постою. Иначе не встану, – покачал головой тёмный, облокотившись о спинку того же кресла.

Главный пожал плечами и сел во главе рабочего стола.

– Теперь: что мы имеем? – сцепив руки в замок заговорил он. – Поправьте, если ошибусь. За последние три дня количество появлений Проблем в городе возросло. Основной вид – Сгоревшие. Однако с последним вышла … накладка. Пострадавшая наша бывшая студентка. Исключённая за неуспеваемость. Кто обнаружил Проблему?

Все взгляды сошлись на Милоше, а тот обескуражено глянул на несчастный венок в руках Эрика.

– Девушка. Новенькая. Яна. Она оказывается бегает по утрам. И мы её с Марком сначала увидели, когда она вот его собирала. Думаем – симпатичная какая. Всё равно всё спокойно было. Хотели познакомиться. А она сначала с кем-то заговорила, потом стала отходить, закричала и упала. Мы к ней. Она тот барьер из корней сделала.

– Те плети её рук дело? – уточнил декан факультета боевой магии Кляйнц, припомнив кокон, больше похожий на клубок ниток, толстых корней, которые сами собой стали уходить под землю только после гибели монстра.

Милош кивнул.

– Кто такая? – уточнил ректор.

– Яна Шимэль, – проговорил Эрик, припомнив встречу у Ворот и документы новой знакомой. – Вроде перевелась к нам по твоему же приглашению. Светлая магичка земли и растений откуда-то с севера. А судя по всему и с большим запасом магии.

Господин Зэлакс задумался и кивнул, действительно вспомнил, что подписывал несколько документов о переводе студентов из других университетов и академий. И среди них была такая.

– А ты-то откуда всё знаешь? – удивлённо и иронично уточнил мужчина.

– Её вчера охрана на территорию не пускала. Пришлось немного подсобить. Вот и запомнил имя. А фамилия … у нас учебник за автором с такой же .

– Шимэль? – переспросил вдруг Кляйнц. – Что-то очень знакомое.

– А ты разве забыл, Карл Германович? – наигранно сделал брови домиком ректор Академи. – Аластар Шимэль. Так это его дочка.

– Какая прелесть, – поморщился глава боевиков, и быстро глянул на подопечного тёмного, что не укрылось от внимания последнего.

– Дальше. Что известно про погибшую?– Ректор Академии не дал парню развить зародившуюся мысль и она тут же испарилась.

– Лев Савельевич, – вернулся к основному вопросу декан, прочитав сообщение, пришедшее на телефон, – подняли личное дело погибшей. Светлая магесса земли. Её направление было связано с лечебным делом. Так вот, согласно краткой справке, до определённого момента Натаниэла Даринова показывала отличные результаты. Но за пол года до курсовой аттестации стала снижаться по учёбе. Тогда это связали с личными причинами.

– Личная жизнь пересилила стремление к учёбе, – хмуро сделал вывод Милош. – Как все думали. А оказалось, что её сосали, снижая запас магии до приемлемого для обращения.

Вдруг "Ворон" встрепенулся. Голова конечно же была квадратная и ватная, но он наконец смог сформулировать для себя ту мысль, которая пряталась от него всё то время с момента, когда все пули из обоймы его пистолета вошли в голову твари, а огненная магия завершила дело.

– Её сосали долго. Пол года минимум в стенах академии, – принялся рассуждать тёмный.

– И что? – не поняли остальные.

– Она жида в корпусе Лизы и Рокс, – похолодел изнутри парень. – В одной секции. Надо подробнее девчонок расспросить. Кто с ней дружил? Кто жил, кто в одном клубе был? Они могли что-то заметить. И устроить им внеплановый техосмотр. Может они там через одну с таким подсаженным паразитом.

– Вот, – указал пальцем на "Ворона" Лев Савельевич.– Мысль верная. Карл, займи медиков. Надо выяснить как девочка потеряла магический запас. Поднимите табели успеваемости студентов. Может есть похожие случаи. Проверьте каждого и выясните: это расхлябанность или их качают?

– Будет сделано.

– Тогда по коням, – посмотрев на часы, скомандовал глава учебного заведения. – Всем на занятия. У вас ещё пятнадцать минут.

– А менты? – уточнил всё-таки Эрик.

– Сам разберусь. Память уж не хуже твоей. Хотя, останься. Дело есть, – попросил ректор, и как только дверь кабинета закрылась за остальными, встал. – Садись. Разговор у нас будет не простой и серьёзный. Кофе тебе сделаю.

– Мне стоит волноваться? – скрыл зевок парень. – А за кофе спасибо. Что случилось?

Но мужчина молчал, хмуро наблюдая за тем, как льются две струйки ароматного напитка.

– А как же воспитательные беседы про прогулы? – усмехнулся парень, мельком глянув на наручные часы.

– Напишу тебе освобождение от первого урока, – ответил тем же тоном Лев Савельевич и, поставив две чашки на стол, сел в соседнее кресло.

– Я весь во внимании, – отпил Эрик, призвав всё же рассказать суть дела.

– Я хотел тебя попросить присмотреться к нашей новой студентке, – наставительно попросил мужчина. – Как я понял, вы с ней уже успели познакомиться.

– С этой земляной мышью Шимэль? – устало усмехнулся парень. – В ней единственное красивое это глаза. Формат не мой. Мне никто не поверит.

– Я не прошу тебя жениться на ней. И поверить в твои благие намерения должен только один человек – это она. Можешь продолжать гулять со своими бабами. Но больше мне некого просить. Или ты, или Табров. Тебе я верю больше. И рассчитываю на тебя больше.

– Что тебе от этой девчонки надо? Что в ней такого?

Зэлакс поднялся со своего места и прошёл к окну, а затем дальше по кабинету до больших напольных часов и остановился за своим креслом, облокотившись о спинку.

– А такого в ней, что она дочка Аластера Шимэля, – спокойно сказал он. – Мы были знакомы с её отцом много лет назад. Работали в одной лаборатории. Аластер был крупнейшим специалистом по появлению Проблем. На сколько мне известно: после отъезда он продолжил свои изыскания и вышел на определённый результат.

– Был? – уточнил Эрик.

– Умер четыре года назад.

– И чем может нам помочь Яна Шимэль? У неё же кажется лекарский факультет.

– Она – ничем. К разработкам отца девочка не имеет никакого отношения, – покачал головой ректор, – меня интересуют документы: его наработки, проекты, исследования. Всё, что касается Проблем. Хотя, он всегда настаивал на названии "Прокажённые", по аналогии со средними веками.

– И ты считаешь, что всё это можно выудить через Яну? – склонил голову на бок парень, начиная понимать задумку.

– Думаю, что да. По крайней мере её почтенная матушка отказалась выдавать мужнин архив.

– Насколько тесно сблизиться? Подружиться или…? – спросил Ворон и снова потёр сонно лицо.

– Сам решай, Ловелас. Живет она в одном корпусе с твоими подругами. Помири Лизу с Генри. Подключи, если согласиться, Роксану. Взрослый уже, – одобрительно улыбнулся колдун.

– Рокс не согласится. Хотя, как преподнести. Сроки?

– До конца года. Максимум до марта. Сам видишь какая ситуация в городе.

– Парней могу привлечь?

– Своих? – поморщился Зэлакс, но, подумав, кивнул. – Давай. Только аккуратно. И ни слово Милошу. Чем естественнее всё будет выглядеть, тем лучше. Попробуй сделать так, чтобы она в тебя влюбилась. Поверь моему опыту – влюблённые девушки способны на невозможное.

– Есть, шеф. Разрешите идти исполнять и учиться? – вытянулся, как на смотре, тёмный огневик, но получив отмашку, никуда не делся, а только широко улыбнулся. – Что там по записке для учителя?

Глава 4

Признаюсь – первая неделя пролетела незамеченной. Однако при всей логичности расположения учебных корпусов мне было крайне затруднительным разобраться во внутреннем устройстве кабинетов. Академия была основана около четырехсот лет назад. И большинство центральных зданий осталось ещё с тех времён. Соответственно и кабинеты скрывались в переплетении коридоров, проходов, закоулков и лестниц. Благо девчонки чаще всего были рядом, а когда нам необходимо было разойтись, то моим сопровождающим становился Марк с прочими светлыми природниками. Теплицы и вовсе произвели на меня неизгладимое впечатление.

Только войдя под застеклённые своды -едва не запищала от восторга.

– Да, ладно, не сдерживайся, – усмехнулся следовавший за мной Лютый. – Тут у всех такая реакция в первый раз. Некоторых светлых даже во второй иногда накрывает.

– А вы…,– повернулась я назад, ожидая увидеть и его друзей, – а ты почему здесь?

Парень, ростом едва не под два метра, недоверчиво посмотрел на меня и выпустил из кончиков пальцев сноп темно-зеленых искр.

– Я не про то. Мне Лиза говорила, что ты маг земли. Просто разве тёмные не заточены больше на работу именно с землёй, а не растениями? Не мало простору?

Генрих задумался, вынимая у своего рабочего места необходимые инструменты. Я заметила, что к нашему диалогу начали прислушиваться остальные студенты. А Марк помахал мне рукой и указал на свободное место.

– По разному, – пожал наконец плечами парень. – У меня вообще кафедра боевая. На, как говорит товарищ-ректор: "Для качественной магии необходимо знать все её стороны". Так что готовься, завтра у нас занятия тоже совместные в Лавовом овраге.

– Дамы и господа, прошу всех занимать свободные места. И сразу желательно разбиваться на пары – светлый и тёмный, светлый и темный. Вы на магистратуре. На раскачку времени нет, – раздал указания вошедший пухлый мужчина в специальном комбинезоне. – Так кто у нас тут? Боевики. Лечдело и фармацевтика, аграрный. Всё стандартно.

Несколько сбитая с толку суетностью преподавателя и начавшимся перемещением, я сделала шаг назад. Раздалось недовольное фырчанье и меня за руку поставили за стол, по левую руку от друга Ворона. Собственно однокурсник сам это и сделал.

– Генрих Брайс, – протянул он мне руку, – можно Генри. Можно по прозвищу – Лютый.

– Яна Шимэль, – ответила я на приветствие и полезла в сумку за своим инструментом.

Парень оказался вполне приятным и совсем не страшным, как всё это время думалось. Он, конечно, немногословен и задумчив. Да и на лекции было особо не поговорить, а сосед, как я обратила внимание, больше переписывался по телефону, но по делу всегда отвечал, иногда предугадывая мои потребности в инструментах.

К концу полуторачасового занятия, в моей душе окончательно сформировалась уверенность, что Генри вполне свой и талантливый маг, у которого есть что перенять. Мне оставалось только жалеть, что он относится к представителям тёмных, а многие их методики мне не под силу. Поэтому расстались мы на вполне доброжелательной ноте. Учитывая, что преподаватель объявил, что в таких парах нам предстоит провести минимум три месяца до окончания проекта, темы которых он подготовит к занятию четвертому, когда поймет силы и возможности группы.

– Помимо этого у вас будут практические работы по всем направлениям. Вам предстоит опробовать и водную, и огненную, и воздушную стихию, – объявил магистр, перед тем как отпустить всех.

К пятнице я уже в лицо различала всех однокурсников, а по именам где-то четверть. Занятия в теплицах у нас проходили то с тёмными, то без них. Когда мы шли с Марком мимо полигона к дальним постройкам на первую пару, то дружную ватагу тёмных в спортивных костюмах было и слышно и видно издалека. Они перебрасывались мелкими неопасными магическими шарами, как дети. Лютый и Милош, заметив нас, раскланялись и пропустили по удару. Генри от какого-то брюнета, а блондин от Ворона. Стоящие вокруг дружно рассмеялись.

– Как дети малые, – улыбаясь только покачала я головой.

Уже подходя к первым рядам деревянных коробок, возле которых собирались природники, я услышала окрик Марка. Именно эта случайность меня тогда и спасла. Ведь стоило мне чуть повернуть голову, краем глаза увидела летящий в мою сторону светло голубой шар. Как я успела вскинуть руку и сплести заклятие в противовес, так и не отложилось в памяти. Вот не зря нас ещё со школы гоняли на ловкость и реакцию! Всех преподавателей физкультуры и вспомнила добрым словом.

Воздушный магический шар, столкнувшись с моими силками, обрушился в метре от меня россыпью обгоревших гипсофил. Всё произошло слишком быстро, как разрыв мыльного пузыря. Только затем все пришли в движение. Спрашивали о моём самочувствие. Милош, чью руку и повело, рассыпался в извинениях. Я даже слышала слова поддержки и восхищения.

Но то, что вторым и последним человеком, который помимо меня опустил тогда руку, отзывая магию, был Ворон – я успела увидеть. И его запоздало испуганный взгляд. Мы успели переглянуться: я кивнула, выражая благодарность, а парень только чуть поморщился и повел головой.

Часть же занятий у нас были совмещённые для всего потока. Как правило – общетеоретические предметы, такие как теория магии, история, философия или иностранные языки. Проходили они в очень похожих аудиториях, различить которые можно было только по портретам и плакатам. На истории мы с Лизой забрались на третью линию парт, уходящих амфитеатром вверх, и заняли место ещё опаздывающей подруге. До начала занятий было ещё минут пятнадцать. Разложившись, разговаривали с светлыми девчонками с воздушного направления о предстоящей зимней практике. Девочки были средних сил и переживали о возможном назначении в Небесную башню: "Там начальствует старый друг ректора. Он просто так никогда ничего никому не ставит. Три шкуры сдерёт".

– А нельзя попроситься в другое место? Магический потенциал нельзя же высушивать, – робко предположила я.

– Да слушай ты их больше, – приземлился перед нами симпатичный шатен в спортивном костюме и с сигаретой за ухом, – никто их туда не пошлёт. Великий и Ужасный не садюга, чтобы три таких свиньи подкладывать как им, так и Георгию Ивановичу. Дамы, моё почтение. Лизавета, мой отдельный поклон. Вы сегодня просто очаровательны. Эрик.

Однокурсник, которого я до того видела только издалека на общих лекциях и утром на мини-баталии, широко улыбаясь, протянул мне руку.

– Яна, – пожала я её, улыбнувшись в ответ.

– Табров, тебе чего? – смеясь спросила Лиза.

– Да сущий пустяк, – не выпуская моей руки и с надеждой смотря то мне, то огненной в глаза сказал парень, – не оставьте погибать во цвете лет. Я молод и многого в жизни не повидал. А на след моего спасения меня навели добрые люди. Посему, – он сложил свои ладони в форме лодочки, и вытянулся по парте не хуже кота, – прошу пожертвовать на нужды страждущих лекции, конспекты, заметки, записульки. От тебя (он ткнул пальцем в подругу) по пентаклям. От тебя (палец переместился на меня, как маятник) по профильному зельеварению.

– И много вас таких страждущих? – отчего-то догадалась я.

– Только я, – тут он картинно задумался. – И другу. И другу друга. Короче нас шестеро или семеро.

– Вот ведь хуцпа, – не удержалась от восторга.

– Так какой будет ваш положительный ответ? – продолжил давить этот тип, а наше шоу постепенно привлекало внимание.

Не отводя глаз я заметила, что в дверях стоит Ворон, который обнимался с симпатичной блондинкой в кокетливых очках, и его друг. В отличие от однокурсницы-водницы, парни внимательно наблюдали за нами. Лютый даже что-то негромко сказал ему, отчего Корвус только ухмыльнулся и расправил плечи.

– Ладно, – сдалась я, залезая в сумку в поисках испрашиваемой тетради.

– Господа, – громко заявил парень, потянувшись вперёд, – кажется я нашёл нового друга!

– Куда? – хлопнула я теми же записями по рукам.

– Не нашёл, – наиграно обиженно заявил Эрик, прижимая конечности к груди и поглаживая её, а от двери раздался смех.

Я сделал знак подождать и положив одну руку на тетрадь, а другую перед собой принялась колдовать. Аудитория замерла. По телу стало распространятся тепло, волосы, как это всегда бывало, принялись завиваться, а в кончиках пальцах стало покалывать, когда из них полилась магия. Лист за листом, страница за страницей, под моей сперва свободной рукой, стала появляться точно такая же тетрадка, полностью заполненная моими рисунками, чертежами и текстом, оставшиеся ещё с родного города. Весь процесс занял от силы минуты три.

– Держи, – протянула я тетрадку. – Только она без скоб. На железо я не влияю.

Эрик смотрел на меня с уважением: наверное я его смогла действительно удивить. Взяв копию, и полистав её он даже присвистнул, показывая её подошедшим Ворону и Лютому.

– Девушка, а давайте познакомимся? – осмотрев тетрадку, подмигнул мне первым, отчего его спутница недовольно надула губки.

– А Вам срочно? – вспомнился мне старый анекдот, поскольку именно в этот момент в аудиторию вошёл преподаватель.

– Так – заповедная четверка. Где ваш светлый кстати? Даже господин Табров соизволил посетить нас, – сказал господин Агапов, кладя портфель на стол.

– Поклеп, господин преподаватель, – поднялся со своего места Эрик. – Я, если пропускаю, то исключительно по уважительной причине. А материал на зубок знаю.

– Господин преподаватель, – поднялся сидящий одиноко блондин двумя рядами выше и правее,– тоже поклёп. Я здесь. Все в сборе. Не извольте сомневаться.

– Все, Табров, Корвус, Брайс, сели по местам.

Историю магии и магической науки я слушала внимательно. Старалась записывать всё как можно тщательней. К моей глубокой досаде все эти бесконечные даты, факты, события, имена колдунов, правителей и прочих деятелей никогда надолго не откладывались в моей голове. Тем не менее экзамен предстояло сдавать и я собиралась впитать как можно больше знаний.

Однако на двадцатой минуте я выдохлась. Как в прочем и ещё несколько человек. Господин Агапов говорил без запинок и остановок, постоянно демонстрируя созданные магией иллюстрации своих слов. Поведя занывшим запястьем, всё-таки заколдовала ручку, которая продолжила конспектировать без моего участия. Таким образом мне удалось внести ещё строчек пять или шесть, прежде чем воздушным потоком половина нашей парты не была сметена.

– Мадмуазель, – зашипел с кафедры преподаватель, – на моих занятиях запрещены любые заклинания. Дело в том, что при письме человек развивает мозг, активизирует его работу и способствует формированию новых нейронных связей. Почерк – это отражение самого человека. Если же Вы на столько примитивны, то скажите об этом сразу. И я позволю Вам в качестве исключения использовать магию до окончания сессии. Поскольку на второе полугодие Вы явно не останетесь. Так что скажете?

Я сидела пристыжённая и смотрела только на преподавателя. Психика конечно же у меня крепкая, но чего от человека ждать – непонятно. Да и не относилась я к любителям привлекать к себе так внимание. А среди сидящих в аудитории уже раздавались легкие усмешки.

– Простите, пожалуйста, – искренне произнесла я, – больше такого не повториться.

Мужчина вздрогнул и его взгляд стал мягче.

– Хорошо, – кивнул он. – Ваши извинения приняты. Надеюсь, что более такого не будет. Продолжим.

Однако в этой благосклонности было явно что-то не то, как я тут же поняла. Марк, сидевший впереди, озадаченно поднял голову от учебника, словно не веря своим ушам. Милош не менее удивлённо помотал головой, и внимательно посмотрел уже на меня. Ещё добрая половина тех людей, что были в поле моего зрения явно была в шаге от того, чтобы осенить себя защитным знаком. Причины такой реакции мне были неясны, но крайне интересны.

– Что ты сделала? – прошептала мне Роксана, стоило лекции закончиться.

– Ничего. А что не так?

– А не так то, что в прошлом году на этих заколдованных ручках все погорели. Но он каждому лекцию минут на двадцать зачитал тогда. А тебе всего лишь "Хорошо. Извинения приняты". Как так то?

Оставалось только пожать плечами. В таких вещах мне всегда везло. Ещё в школе друзья отмечали, что многие преподаватели настроены более лояльно. Шедшая следом общая магия, которая у нас тоже была поточная, проходила в другой аудитории и требовалось переместиться за неполных десять минут. Благо идти не далеко: подняться с одного этажа на другой. Как-то само собой наша маленькая женская компания оказалась окружена этой "безумной четверкой". Генри с Эриком Табровым расспрашивали меня о технологии создании копий. Я же как могла объясняла, припоминая как в своё время рассказывал папа одноклассника. Ведь одно дело уметь, а другое дело научить. Рокс и тот блондин, которого звали Филипп, молча слушали, а шедшие чуть позади Лиза и Корвус разговаривали о своём об огненном. Спутница последнего держала его за руку и старалась поддерживать их разговор. Хотя, как по мне, явно ничего не смыслила в жанном типе магии.

Дверь в аудиторию оказалась распахнутой. В неё то входили, то выходили. Кто-то пил кофе возле аудитории. Рокс и Фил прошли первыми, тут же став подниматься к тем же местам, что и на предыдущей паре. Пропустив Брайса и Таброва вперёд, я повернулась к рыжей и спросила о режиме работы большой библиотеки.

– Знаешь, она вроде до девяти в будни, – припоминал подруга.

– Спасибо. Надо будет зайти сегодня, – кивнула я, сделала шаг, и застыла на пороге, как громом поражённая.

– Скоро увидимся, – припомнила я его слова, и тяжело вздохнув, поспешила на третий ряд, не забыв поздороваться с преподавателем.

– Что-то не так? – спросила Роксана.

– Да как тебе сказать, – понизила голос я, – у вас он раньше вёл что-то?

– Нет. Новый препод. С середины прошлого года тут, – покачала она головой, и посмотрела в расписание в поисках имени. – Он больше бакалаврам преподает. У нас пару раз в неделю общие основы магии. И зовут его …

– Илиас Андрэвич Грашец, – снова вздохнула я, пересёкшись со старым знакомым взглядом.

Мужчина довольно и радушно улыбался, а у меня в душе впервые в жизни всё клокотало, как в закипавшем чайнике. Хотелось тут же перевестись в другую Академию как можно дальше от Ангальца.

– Так вдох-выход. От тебя голова у меня начинает болеть, – запротестовала тёмная.

– В чём дело? – спросила Лиза, опустившаяся рядом.

Эрик, шедший к своим, на миг остановился, посмотрел на нас задумчиво, но ничего не сказал.

– А я вот надеюсь, что Яна нам сейчас и расскажет, – ответила огненной магесса духа. – Ты что его знаешь?

– А то, – призналась я. – И тут покоя не будет. Илиас Андрэвич любимый ученик моей мамы. Практически член семьи.

– Думаешь ей будет стучать? – усмехнулась подруга, трижды коснувшись длинными ногтями по столешнице.

– Не то слово. Боюсь, что видеть я его буду чаще, чем на занятиях. А этого очень не хочется.

С прозвеневшим звонком, все заняли окончательно свои места и Илиас начал вести лекцию. Общая магия была теоретическим базовым предметом, на котором объясняли основные алгоритмы и принципы построения заклятия как тёмными, так и светлыми. Грашец никогда не являлся выдающимся магом. Природа у нас была одна. Мама недолго преподавала в моем родном университета и ещё тогда ценила упорство молодого человека с малым магическим резервом. Уже потом я видела его работу в теплицах, куда приходила к отцу. Именно из-за посредственного дара, ввиду которого он не мог подняться выше, мужчина и стал заниматься частным предпринимательством. Но вот лет шесть назад потянуло его в преподавание. Мой персональный круг ада повторялся – я снова сидела у него на парах. А это значило возможность назначения дополнительных занятий.

– Мадмуазель Шимэль, – окрикнул меня преподаватель, прежде чем я успела улизнуть в коридор, где была возможность смешаться с толпой.

Магистр, как он представился в начале занятия, Грашец стоял с записями на кафедре с важностью мирового просветителя, и а я с тоской оглянулась на него.

– Задержитесь на пару слов, прошу.

Договорившись с девчонками, что они меня подождут у лестницы, я поспешила вернуться в аудиторию. На входе чуть в влетела в Ворона и его компанию. Они покидали аудиторию одними из последних.

– Воу, – отступил он, приподняв в защитном движении руки. – Аккуратно.

– Прошу прощения, – выдохнула я, пропуская парней.

– Всё нормально? – поинтересовался Генри, задержавшийся в проходе.

– Посмотрим.

Подойдя к преподавательскому столу, встала напротив и выражая недовольство, но покорность.

– Присаживайся, Яна, – указал он на свободный стул. – Что ты как не родная?

– Да, конечно, Илиас Андрэвич.

– Как ты тут? Вижу нашла новых подруг, – стал говорить мужчина, когда я села. – А что за ребята?

– Однокурсники. Общаемся пока вроде не плохо, – пожала плечами, не имея никакого желания вываливать подноготную.

– Что-то случилось?

– Нет, просто не ожидала Вас увидеть, магистр.

– Кстати, – вдруг заметил Грашец, – я помню твои проблемы по общей магии на бакалавриате. Тогда твои плетения очень не нравились преподавателям. Что делать будешь?

– Это же общая магия, – нервно пожала я плечами. – И плетения могут отличаться. Если ты не используешь стандартные, то используешь свои. Разве есть иные варианты?

– Яночка, всегда есть иные варианты, – окинул меня взглядом мужчина, зачем-то особо долго задержавшись на коленках.

Юбка конечно же скрывала их, но даже тут захотелось одёрнуть её.

– Яна, – тем не менее поправила я его.

– В смысле? – встрепенулся Илиас.

– "Яночкой" меня только бабушка называет, но ты на неё не похож, – сложила я руки перед собой, полностью уверенная, что подобные фривольности необходимо прерывать в самом начале.

– Послушай, – начал мамин протеже и протянул ко мне руку.

Уж не знаю, что он хотел сделать. Только я подалась в сторону, а ему не дали договорить.

– Магистр, – раздалось от оставшейся открытой двери – мы оба посмотрели туда.

Увидев Ворона, как то небрежно облокотившегося о косяк, я облегчённо выдохнула. С нашей первой встречи и подумать не могла, что буду рада ему, как тёплому чаю на морозе.

– Вас господин ректор желает видеть, – показал парень экран мобильного телефона.

– Почему же господин Зэлакс сам мне не позвонил? – вскочил взбудоражено мужчина.

Парень, не меняя позы, пожал плечами и повёл головой, как бы осматривая кабинет: "Сказал, что звонил, но вы ТАК заняты были, что скорее всего звонок и не услышали. А Лев Савельевич знает, что сейчас у нас занятия только с нами закончились. И если нет доступа через один канал, то Великий и Могучий найдёт же другой способ".

Грашец стал спешно собирать свои вещи, то и дело смотря на меня: "Яночка, мы с тобой потом договорим".

– Магистр, – твёрдо заявила я, чувствуя откуда ни возьмись силу и уверенность, – никто не давал Вам права обращаться ко мне так. И разговаривать нам не о чем. Раньше как-то сдавала всё и здесь буду сдавать.

– А почему он Вам, Корвус, звонит, а не…

– А Милош на занятия никогда трубку не берёт, – в наглую перебил он Илиаса.

Мужчина скорее всего не обратил внимание на мою речь, а только махнул рукой и был таков. Оставалось тяжело вздохнуть и пойти догонять подруг. Но просто так покинуть аудиторию никто мне не дал. Если преподавателя Ворон пропустил, то когда я собиралась выйти, то тут же была перехвачена за локоть.

– Держись от него подальше, – заметил парень, довольно улыбаясь. – Теоретик хороший, а мужик – говно. Если будет досаждать, скажешь. Будем думать.

– Спасибо, конечно, – мягко вырвалась я из захвата. – Но думаю в этом не будет никакой нужды. Все мы люди цивилизованные.

– Моё дело предупредить. Что у тебя дальше? – Ворон вышел следом за мной.

Мне ему совсем не хотелось отвечать, но ради приличия ответила: "Артефакты".

В коридоре было пусто. Голоса раздавались этажом выше. Но как я помнила артифакторикой занимались в отдельном корпусе, как и зельями. Прямого перехода между ними не было, поэтому я двинула на первый этаж к гардеробу. Парень следовал рядом молча. Только когда я спустилась к тупику, он усмехнулся.

– Вот так всегда, – перекинув сумку поудобнее, заметил тёмный огневик, – заведут за укромный угол, а потом либо кости твои найдут, либо алименты стребуют.

– Да ты…, – возмущённо и пристыжено выговорила я. – Да кто так строит вообще?!

– Есть резон в твоих словах. Сам в восемнадцать лет возмущался. Если хочешь, прогуляемся вечером к склепу главного архитектора Академии и по старой части города. Он на центральном кладбище похоронен. Памятник архитектуры. Там всё и выскажешь. Пошли, ты поворот на лестнице пропустила.

Маленький ход действительно было легко не заметить. Он слишком резко уходил в бок и лестничную площадку я приняла просто за закрытый балкон. Ворон в припрыжку спускался по протоптанным и выглаженным ступеням, в то время как я старалась идти как можно аккуратней. На моих каблучках легко было обогнать тёмного, полетев вниз кубарем.

– Величественно, – заметил парень, стоя уже внизу. -Кстати, мы так и не познакомились нормально.

– А оно нам надо?

– Жизнь долгая. И нам минимум ещё два года…, – начал Корвус, но замолчал, прислушиваясь и глядя в сторону прохода.

Я тоже навострила ушки. Из коридора, куда мы должны били свернуть, были слышны голоса. Слов никак не разобрать, но говорили несколько человек, мужчин и явно крайне напряжённо.

– Жди здесь, – ни то приказал, ни то попросил Ворон, спешно направляясь на звук.

С одной стороны мне было страшно. Мама всегда предупреждала не лезть, когда затевается драка. А то, что это была именно она, сомнений не оставалось никаких. С другой стороны было интересно и небольшая надежда, что она не состоится. В конце концов, приняла твёрдое решение, что я не трус, да и на занятия опаздываю уже.

У гардероба было человек семь или чуть больше. Двоих, стоящих ко мне спиной, я сразу узнала – Ворон и его четвертый друг, единственный светлый маг. Остальных парней я видела если не впервые, то ни с кем пока что не успела лично пообщаться. Однако все они относились к светлой части студентов. Стараясь не привлекать лишнего внимания, я вышла в коридор и замерла, поскольку выход из здания я видела лишь один. И располагался он, конечно же за спинами враждующих сторон.

– Марик, – жёстко говорил Ворон, держа руки в карманах брюк, – захлопнись и отвали. Если не до кого докопаться, то запишись в похоронную команду. Толку будет больше.

– Ворон, – выступил вперед крепкий шатен, – а ты не зарываешься?

– Наверное его мама в детстве не научила правилам приличия. Может нам с ней поговорить, – усмехнулся один из парней, отчего Корвус с другом заметно напряглись.

Но шутника быстро приструнили свои же.

– Дурак, – бросил Марик. – Тем не менее Корвус, я знаю, что это ты виноват в смерти Наты.

– Даже не спорю, – равнодушно пожал плечами Ворон. – В то, что от неё осталось, я лично разрядил обойму, а потом ещё и заклятием залакировал. И сделал бы это снова, если потребовалось бы.

– Сволочь, – процедил сквозь зубы парень, и была бы драка, но тут подала голос я: "Прекратите. Пожалуйста".

Все повернулись ко мне. Фил и незнакомые мне парни удивлённо, а Эрик явно раздражённо от того, что я не послушала его. Главный из противников парней уже ухмыльнулся злорадно и выдал бы что-то на подобие: "Что тебя теперь девчонка прикрывает?", если бы на лестнице не застучали вёдра.

– Вы что тут устроили? – прикрикнула на нас завхоз, сопровождаемая несколькими домашними брауни, отвечавшими за уборку здания. – Вам давно пора быть на занятии. Только учебный год начался, а они уже отлынивают. А Вы, мадмуазель, чего застыли? Корвус, Бедской, о вас ректору доложить?

Нас всех вымело из здания едва ли не поганой метлой. А на свежем воздухе уже запал войны потух. Группа светлых магов разошлась первой. Один побрёл в том же направлении, что и я, а остальные к главному корпусу. Я не стала дожидаться кого-либо, к тому же сделав максимально вид, что не услышала как Ворон крикнул мне вдогонку: "Так мы так и не познакомились".

Глава 5

За исключением мелких неурядиц сентябрь, надо признать, прошёл крайне приятно. Академия стремительно позолотела и покраснела из-за обилия поздних яблонь, плоды которых нам разрешали срывать в бесконтрольном количестве. В расположении кабинетов я путалась всё меньше и меньше, а благодаря сформировавшимся кругам общения редко приходилось вообще ходить одной. И так постепенно меня посвятили в переплетение корпусов, коридоров, тропинок, кабинетов. Конечно существовали некоторые "заповедные полянки" в лесу, которые мы посещали в иные сезоны. Но и до них рано или поздно добрались бы.

Пока не наступил период активных дождей мы втроём стали выбираться в город. Начали с близлежащий магазинчиков и кофеен. Но неугомонность огненной тянула её показать мне-несведущей все самые интересные места города. Каждые выходные мы покидали территорию Академии и просто гуляли, болтая. Часто присоединялись к другим одногруппникам, которых встречали. К моему большому удивлению с Вороном и его друзьями мы встречались только на занятиях. Они держались несколько особняком: садились за отдельный стол в столовой, не ходили одной толпой по коридору. При этом четверка всегда были окружена другими студентами. А порой парни могли пропасть на день или несколько. В аудиториях же мы плотно взаимодействовали на общих лекциях. Как то негласно сложилось, что садились мы на два последовательных ряда. К тому же на наших глазах разворачивалась мелодрама: "уж я к ней и так и этак". Было очень занятно наблюдать, как могучий тёмный пытается наладить контакт с нашей рыжей подругой.

– Мне это очень напоминает балет, – призналась я как-то Роксане, наблюдая за их хождением вокруг да около.

– Скорее уж это брачные танцы каких-нибудь птиц, – пожала она плечами. – Я только не поняла каких до сих пор.

– Фламинго, – прошептал сидевший ровно за нами Ворон с новой очаровательной спутницей блондинкой.

Мы с подругой подавили смех и быстро глянули на тёмного огневика.

– Да? – наиграно уточнила Рокс. – Я то думала на журавлей.

– Ну тогда уж сказочные журавль и цапля, – в тон ей прозвучал ответ.

– А из-за чего они так? – уточнила я, сев в пол оборота.

– Вместе им тесно, а друг без друга не могут, – улыбнулся парень, а потом озорно подмигнул. – Кстати, девушка, вы не против познакомиться?

Сидевшая рядом с огневиком воздушница недовольно фыркнула, а Рокс только покачала головой. Постепенно, это превращалось в традицию: Эрик Корвус предлагал мне познакомиться несколько раз на дню и неизменно получал отказ. И каждый раз я старалась выдумать что-то новенькое. Получилась своеобразная игра, о которой знал весь наш поток.

Появились у меня и единоличные ритуалы начала и конца дня. Вставая рано утром, стремилась к плите. Готовить мне нравилось чуть меньше чем создавать целебные снадобья из растений. Девчонки сначала пытались вклиниться в это процесс, но вскоре отстали. А после ужина разговаривала с мамой. Она исподтишка интересовалась не только событиями, но и моим новым окружением. Особенно мужским.

– Я даже знаю кто тебе доносит, – усмехнулась я.

– Мы иногда созваниваемся, – не стала отрицать она. – Тебе, моя дорогая, стало свойственно недоговаривать. А мне же интересно мнение со стороны. И мнению Илиаса я доверяю. Вот что это за бандит крутится вокруг тебя?

– Бандит? – удивилась я, и подумав ответила, – наверное ты о Вороне.

– Странное имя.

– Прозвище. Зовут Эрик Корвус. Однокурсник. Мы вроде как в одной компании, но не дружим. Я даже больше общаюсь с его другом. Он природник, но только тёмный. И всё же Эрик не бандит, как по мне.

– Наверняка тёмный огневик. Все они такие, – тяжело вздохнула мама и попросила тогда держаться от него подальше.

Бабуля же слушала внимательно и из всех возможных советов давала только один: не забывать о веселье во время учёбы. В ответ на это я сумела заверить её в том, что с новыми друзьями, а особенно с огненной, превратиться в книжного червя мне не грозит.

Однажды Лиза поймала меня рано утром, прежде чем я успела готовить завтрак. Сама уже не вспомню – почему встала тогда ни свет ни заря. Усадив меня на диван она кинулась в комнату Роксаны. Тёмная поднялась конечно же, но до конца не проснулась.

– Девочки, собирайтесь, – лопнула в ладоши рыжая. – Мы идём завтракать.

– А чем тебя не утраивает поесть дома? – делала я бровки домиком, грустно сделав вывод о том, что подруге не зашли мои блюда.

– Всем. Ты и так у нас у плиты едва ли не двадцать четыре на семь. Уймись. Я скоро в джинсы не буду влезать.

– Поддерживаю, – сонно подняла палец вверх Рокс.

– Я заказала нам место в кафешке. Тут в паре кварталах. Милейшее место. Очень фотогеничное. Двадцать минут на сборы. И по коням.

Нам потребовалось сорок. Да и в шестом часу утра субботы улицы были едва заполненные. В самом начал подметал опавшую листву и мелкий мусор одинокий дворник. Лиза первая заскочила в нужную нам дверь, Рокс вроде уже последовала за ней, а меня что-то задержало. Слегка кольнуло под рёбрами.

Метрах в тридцати, наискосок, в противоположном ряду домов распахнулась полуподвальная дверь. Перемешанный мужской и женский смех неприятно прорезал тишину. На свежий воздух первым выскочил Эрик Табров, который глубоко вдохнув, тут же подал руку прелестной шатенке. Генри вышел один, спрятав руки в карманы куртки. Ворон придерживал за талию новую блондинку и что-то настойчиво шептал ей на ухо, а та тихонько хихикала. Филипп тоже был с дамой.

– Там бар, – пояснила Роксана, которая недолгую ту минуту наблюдала также как и я.– Имеют право. У них сложная была неделя. Дежурная.

Веселая компания двинулась к дороге: вероятнее всего ловить такси. Внезапно следом из бара выскочило несколько всклокоченных парней. Быстро осмотревшись они кинулись следом за весёлой компанией. Боясь быть замеченной, я втолкнула подругу в заведение и плотно закрыла за собой дверь. Уже через полупрозрачную дверь мы наблюдали как крайне раздражённых незнакомцев что-то выкрикнули, заставив Ворона и его друзей остановиться и обернуться. Мне показалось, что неизбежно будет драка, но стоило первому приблизиться и замахнуться, как Эрик тут же сделал быстрое движение, опуская нападавшего на мостовую. Второй схлестнулся с Табровым, но тоже был повержен.

Девушки испуганно и восхищённо взвизгнули. А дальше мы не стали наблюдать. Поспешив на завтрак.

Однако во всём этом мёде новых событий и впечатлений была и ложка дёгтя. В моём случае даже две.

Во-первых, конечно же преподаватель Грашец.

С Илиасом мы виделись теперь чаще, чем хотелось. Пересекались в коридорах, в столовой, иногда в библиотеке и конечно же на его лекциях. Помимо этого он не переставал ни звонить, ни периодически писать сообщения. Отсылать магические сообщения мужчина ни то что не умел, но требовал от него предельное напряжение сил. Как я и предугадала он порой просил задержаться после пары. Но к моему счастью подобные разговоры тет-а-тет были недолгими.

Каждый раз, стоило мне остаться в аудитории, то девчонки, то кто-то из парней обязательно оставались также у входа. На моё большое удивление чаще всего таким вызволителем оказывался Ворон. В конце концов, тёмный и вовсе перестал выходить в коридор. Так и стоял у первой парты, давая Грашецу задать два-три вопроса, и скоро уводил, напоминая о том, что скоро начнутся иные лекции. Практически не разговаривая друг с другом, мы шли на улицу и расставались на перекрёстке. Эрик, конечно, болтал и расспрашивал о всякой чепухе, но я предпочитала отвечать или уклончиво, или односложно. На улице Корвус поворачивал к полигону, а я – корпусу Артифактов. За эту опеку я была ему очень благодарна, хотя формально мы так и не познакомились как полагается.

Что же касается взаимоотношений Илиаса и Эрика, то сперва мне казалось, что между ними нечто подобно вооружённого нейтралитета. Но уже к концу месяца моё мнение переменилось. Ведь он возможен только между равными субъектами: по статусу, силе или возможностям. У маминого любимчика в глазах тёмного не было ничего, кроме звания магистра. Поэтому огневик соблюдал приличия, но без особого почтения, что крайне бесило светлого.

Он вообще имел крайне странную, непонятную мне власть в Академии. И держалась она не только на пистолете, который висел в кобуре на портупее под пиджаком, и не на внушительной силе тёмного огня, а на чем-то мне неведомом. Все, включая меня, её чувствовали и понимали, словно находились на его земле, в его доме.

Вот он то и был, к моему стыду, вторым человеком, который вторгался в мой идеальный мир. Мы стали неплохо общаться со всеми его друзьями. Рик был забавным, с Генри общие темы, а Филипп просто душка и голос совести у них, но при появлении Корвуса мне становилось не по себе. Пару раз видела, как он разбирается с кем-то. И не всегда это происходило только одними словами. К своему стыду, так до конца и не поняла – это страх, или благоговейный трепет. Последний испытывала подавляющая часть женской половины Академии. И оказаться среди них очень не хотелось.

– Ну, он в Страже, – пояснил Марк. – Я конечно тоже, но гоп-компания Эрика одна из сильнейших. Им многое позволено. Они на короткой ноге с ректором. К тому же – как у дракона золота в пещере.

Не скажу, что парень меня преследовал. В конце концов длинноногая красавица-блондинка, ставшая его постоянной спутницей, перетягивала на себя львиную долю внимания. Да и помимо неё жаждущих внимания и ласки хватало. Поэтому приняла мудрое решение не нарываться на скандал от его девушек и держаться подальше от тёмного огневика, сведя наше общение к минимуму. Правда, мне казалось, что его эти прятки-догонялки только забавляли.

И конечно же у меня выработалась чёткая антипатия к тем пятерым парням, с которыми в памятный пятничный день первой учебной недели сцепились Ворон с Филом. Было в них нечто убеждённое и фанатичное. Они постоянно цеплялись к светлому, что быор несправедливо. Остальным тоже доставалось. Партия была на грани эндшпиля: дальше только вооружённое противостояние. Нас с девчонками не трогали, но и этому периоду наступал конец.

Было начало октября. Я занималась в библиотеке, поскольку некоторые редкие книги не позволяли выносить. Тогда то Марик и оставил своих друзей, подсев за мой столик в углу.

– Морис Агапов, – представился он. – Можно просто Марик.

– Яна Шимэль, – кинула я. – Ты что-то хотел?

– Познакомиться. Поговорить.

– О чем? – спросила я, не отвлекаясь от конспектирования.

– Нам бы хотелось дружить.

– Я не против, – пожала плечами. – Давай дружить.

– Только вот твои отношения с Вороном и его друзьями нам не вполне ясны.

– С Вороном у меня никаких отношений нет. А с остальными – по стольку по сколько. Во всяком случае это не твоё дело.

– Как раз моё. Видишь ли, наши общие знакомые не самые лучшие представители магии. А ты нам глубоко симпатична. Сильная светлая волшебница природы. Многие согласны, что у тебя большой потенциал. Иначе бы Зэлакс не дал бы добро на перевод.

– И что ты хочешь сказать?

– Эрик коллекционер. Есть у него такое хобби – коллекционировать девушек. Желательно с сильным даром. Они в этом с Табровым соревнуются. Так что – думай. Хочется ли тебе в один из их списков.

– Не хочется, – глухо призналась я, расстроившись. – Но я в него и не попаду. Какое дело Корвусу до меня?

– Он уже тебя присмотрел. Тебе это может и не заметно. Но он наблюдает – на лекциях, в коридорах. Не удивлюсь, если и дружков своих подговорил. И через Лизу с Роксаной информацию выуживает. Вот ты сидишь спиной ко входу, а он буквально за пару минут до начала нашей дружбы тебе спину прожигал.

Я задумалась. Правда это была или нет уже не было не понять. Разве что пойти по остальным студентам с вопросом: "А правда ли, что Эрик Корвус стоял и смотрел на меня?". Так это же какой был бы позор. Но и приятное тепло тронуло душу.

– А почему у вас вообще такое неприятие друг друга? Вы что девушку когда-то не поделили? – задала я интересовавший меня вопрос, и понята, что попала в точку.

Марик вспыхнул, магическим потоком воздуха разметав книги на полках, и уже зло посмотрел на меня. Но быстро успокоился и переменился, став вновь приветливым.

– Я тебе дал расклад. Думай, потому что Ворон умеет кружить голову: свидания, подарки, защита, забота. Скажи, ведь началось? А потом переключается на другую. Если хочешь, пообщайся с Николеттой Вайнорсенс. Могу даже познакомить, – поднялся со стула парень, и, попрощавшись, дал своим друзьям знак на отход.

Я сначала смотрела им вслед, обдумывая слова Агапова, а потом вернулась к фолианту, решив, что местные "Тайны имперского двора" не для меня, не про меняя. Сразу вспомнилась детская игра "Тропинки-домики" в родном Андельграже. По условиям ведущий должен был коснуться убегающего до того, как он успеет остановиться, сделать руки домиком и сказать до конца: "Чик-чир, магия в доме бережёт". Очень хотелось сделать именно так, но я лишь мысленно махнула на них на всех рукой.

Просидела ещё около часа. Может быть больше. Стала собираться как раз в тот момент, когда от Роксаны пришло сообщение с фотографией ужина. Отправила голодный смайлик и короткое сообщение о том, что скоро буду.

Был уже поздний вечер. На улице холодало. При дыхании даже пар стал появляться. Я осмотрелась и решила пройтись малыми тропами, в обход Розовой аллеи. Так многие ходили к жилым корпусам из библиотеки между спорткомплексом и теплицами. Но обычно днём, поскольку в этой части было мало фонарей. Но я решила рискнуть. К тому же согласно неглавному расписанию телефон зазвонил.

– Алло, – сделав над собой усилие, ответила я.

– Привет, Яна. Как день прошёл? – весело просил Илиас на том конце.

– Неплохо. Новых друзей заимела.

– Парни наверняка.

– Есть такое. Ведутся тут необъявленные войны. Либо с нами – либо против нас, – равнодушно пожала я плечами.

– Не занимай ничью сторону. Тебе же всегда удавалось сохранять хорошие отношения со всеми, – верно подметил мамин ученик. – И помни: ты сюда приехала учиться, а не жениха искать.

– Одно другому не мешает, – не задумываясь ответила я, замедляя шаг и отводя трубку от уха.

Я находилась на дорожке у длинной оранжереи. За витражным боковым стеклом я видела силуэты растений. И всё из-за того, что на площадке между строениями кто-то ярко включил свет.

– Прости, давай потом, – быстро сказал в трубку и сбросила звонок.

Издалека слышала уже знакомые голоса Марика с компанией. Я постаралась как можно незаметнее проскользнуть мимо них, но потом узнала и резкий ответ Филиппа. Только дойдя до коробок с собранными яблоками увидела всю обстановку.

Они снова окружили его впятером. Филин, конечно, держался стойко с судя по всему хотел избежать конфликта. Драка началась слишком резко. И если Бедской постоянно находился в движении, то его противники сменяли друг друга. Они улюлюкали, подбадривали друг друга, а стыдно за светлых стало мне.

– Нет, ребята, так дело не пойдёт, – решила я, пятясь назад до того момента, когда можно было безопасно побежать.

Вернувшись на развилку скоро осмотрелась, решая куда двигаться дальше. Из главного корпуса я уходила одной из последних. Все сворачивали на главную аллею и сейчас окна были выключены. Но побежала я в первую очередь именно туда, ожидая застать охранника. Надежды мои оказались тщетны. За стеклянными дверьми царила тьма и безлюдье. С крыльца зато заметила козырёк второго входа в спорткомплекс. Там была мужская половина раздевалок и, самое главное в тот момент, в окнах первого и отчасти второго этажа горел свет.

Я влетела внутрь, стараясь найти хоть кого-нибудь. Если не преподавателей, то студентов. Как назло коридоры внизу были пусты. Быстро заглянула в несколько кабинетов только для того, чтобы автоматика на моих глазах вырубила электричество в них. Я уже собралась было кричать, когда на втором этаже послышались голоса и смех.

Особо не думая, бросилась туда. За третей открытой дверью нашла именно того, кто больше всех подходил. Но стоило нам пересечься взглядами, как я инстинктивно отпрыгнула назад, как кошка.

– Слушай, ты не вовремя, – протянул недовольно Ворон, полулёжа на ринге и даже не пытаясь спихнуть с себя свою длинноногую блондинку.– А для групповухи ты не катишь.

– Да делайте вы что хотите, – тяжело дыша сказала я. – Только там … твоего бьют.

Корвус замер сперва, а потом приподнялся. Стальные глаза парня не более пяти секунд выискивали в моих обман, чтобы в единый миг парень скинул с себя красотку. Девушка недовольно надула губки и капризно наморщила нос.

– Эрик, – протянула она.

– Что? Где? Давно? – отмахнулся он от неё, выходя в коридор и идя на улицу.

– На боковой аллее. От оранжереи к теплицам. Там сейчас ещё ящики стоят, – рассказывала я, пока мы бегом шли по лестнице и к выходу. – Я заметила драку. Узнала Филиппа. Его пятеро мутузило. Сама не решилась взлезть, и побежала за подмогой. Я не думала, что вы там…

Последнее прозвучало практически как извинение за сорванное свидание. Но Ворон покачал головой, осмотрел пустые улицы, зло сжал кулаки и быстро сказал: "Молодец. Жди здесь. Не лезь". Не успела я ничего ответить, как он скрылся в указанном мною направлении.

– И как это понимать? – уперла руки в бока вставшая за моей спиной девушка.

– Что, прости? – пришлось переспрашивать мне, поскольку мысли были совсем в другом месте и о другом.

– Слушая, подруга, – уже мягче сказала она, – поверь моему опыту: тут тебе ничего не светит. Ты не во вкусе Эрика, поэтому даже не пытайся. Я на него год потратила при моих-то данных и умениях. О тебе я уже слышала, все говорят, что ты девушка крайне милая. Поэтому – не стоит тебе связываться с темным огневиком. Выжжет.

– Да я и не претендую на него, – подала я плечами. – Прости, что свидание невольно сорвала. Я правда не знала, что это вы там. Просто голоса услышала. А то совсем это не драка, а избиение получается, когда пятеро на одного. Меня Яна зовут. Яна Шимэль. Светлая магесса земли и растений.

– Милдред Бон, – улыбнулась мне девушка, – тёмная ведьма духа. И девушка Эрика.

– Очень приятно, – мы пожали друг другу руки в знак примирения.

– Взаимно. Я пойду внутрь. А то ночи холоднее становятся. Когда Эрик вернётся, передай, что я его жду.

Новая знакомая скрылась в помещении, а я вновь посмотрела в сторону оранжерей и теплиц. С одной стороны Ворон просил не лезть, а с другой стороны – он мне не указ. И все же было страшно лезть в бой к семи магам.

– Я папе обещала быть смелой, – сказала сама себе, и поспешила на место.

Успела, надо сказать, к самой кульминации. Ворон и Филин стояли спина к спине. Первый уже отметился парой ссадин на лице, явно влетев в гущу событий на полном ходу, а блондина успели отделать хорошо. Но он стоял и даже мог колдовать. У обоих в руках же искрились заклятия. Промелькнула мысль: "Почему он пистолет не достал?".

А тем временем их обступали. Пятеро парней кружили не хуже волков при загоне добычи. И общий настрой исключал любые попытки к мирному урегулированию. Мне же оставалось только не привлекать внимания, ждать, и попытаться помочь. И всё же они пытались разговаривать, поскольку до меня донеслась четкая фраза, брошенная Вороном: "Да пошёл ты!". И начался новый раунд.

Подумав, что же такое можно было бы сделать неприятное, но не сильно опасное, заметила через стекло гиацинты. Их выжимки использовали на занятиях и старались не тревожить. Рассудив, что можно в тихую пожертвовать одним ящиком, проскользнула внутрь теплицы, и, добравшись до ближайшей к месту драки форточке, толкнула её. Роста могло не хватить, но она поддалась. Вернулась в проход и направила по максимуму сил на несчастные растения.

– Простите, так надо, – сказала я, когда потоки энергии хлестали в бутоны.

Минута и они налились пыльцой, словно перекаченный водой шарик. Оставалось только точно направить её в толпу дерущихся. И я не промахнулась. Из форточки, как их брандспойта, хлынул жёлтый, сладкий поток, когда на оборонявшиеся стали отступать в мою же сторону, оставив в отключке двоих.

Всю площадку заволокло жёлтой кашей с приторным ароматом. Пыль осела на стекле, отчего потерялся обзор, но судя по крикам, Марик с друзьями уходили, уволакивая за собой побитых товарищей, решив, что скоро здесь будет охрана и преподаватели. Пара мгновений, показавшиеся вечностью, и всё стихло. Только лампы дребезжали над головой. Прежде чем скрыться с места происшествия, я закрыла окошко и с тоской посмотрела на погибшие цветы.

– Вы как? – вышла я к парням, сидящих на перевернутых ящиках.

– В афиге (цензура), – говоря в нос сказал Филипп, рассматривая жёлтый беспредел.

– А если аллергия? – спросил Корвус, раздражённо осмотрелся и поднял глаза на меня.

При этом я прекрасно поняла, что сердится он не на меня. А на ситуацию, на недругов, на какую-то свою усталость. Да и судя по всему на испорченное в конец свидание.

– Сорт гипоаллергенный. Держи, – протянула я самому пострадавшему салфетки и баночку с мазью.

– Что это? – спросил тёмный, вертя тару.

– От мелких порезов, ссадин, синяков, травм. Сама пользуюсь. Если долго работаешь с растениями – без неё никуда. Обязательно порежешься или уколешься, – несколько смущённо, но гордо призналась я.

Ворон молча посмотрел на друга, втиравшего в лицо моё лекарство и ухмыльнулся, заметив пошедшие зеленоватые переливы. Я тем временем неотрывно следила за его руками. Однокурсник морщась потирал запястья, костяшки и фаланги: даже в тусклом свете фонаря были видна россыпь мелких розовых пятен, едва не превращающиеся в волдыри.

Конечно я имела мало опыта общения с тёмными огневиками. Мне всегда полагалось держаться от них как можно дальше. Но в памяти всплыли лекции со второго курса альма-матер о побочных эффектах при использовании магии. Тёмные маги огня с большим потенциалом получали ожоги во время заклинаний. И чем больше требовалось магической силы, тем сильнее могли быть травмы. Поэтому все и всегда использовали контр-артефакты, смягчавшие эти последствия.

– А Ворон был без перчаток, – ужаснулась я своей догадке, и срочно стала искать на дне сумки запасную банку с мазью. – Держи.

Эрик вздрогнул от неожиданности, но кивнул и, судя по всему, попытался встретиться со мной глазами, но я повернулась к Филиппу, у которого помимо ссадин на лице, они оказались ещё и на шее. Тёмный улыбнулся рассечённой губой и стал обрабатывать ожоги.

– Вещь, – уважительно кивнул Филипп, глядя на друга.

Телефон в кармане громко заорал, требуя к себе внимания. Глянув на абонента, сжала губы и впервые сбросила номер.

– Тебе лучше ко врачу, – снова повернулась к повелителю животных. – Может местных позвать?

– А, – только махнул рукой парень. – Фигня. Ночь отлежусь, со своими подопечными пообщаюсь и буду практически новым.

– А если переломы или сотрясение? – не унималась, снова сбрасывая вызов.

– Да они и били специально, чтобы этого избежать. Синяки, ссадины да ущемлённое самолюбие – вот и весь результат. Кстати, спасибо. Отбились, да друг?

– А то, – и парни хлопнулись руками. К моей немалой гордости, огневик даже не поморщился, на что и сам обратил внимание, после чего осмотрел кожу на ладонях

В третий раз запиликала другая мелодия, которой я даже обрадовалась. На экране мобильника высветилась фотография моей огненной соседки.

– Да, Лиз, – приняла вызов. – Возле теплиц. Да не волнуйся, скоро буду.

– Ждём, а то уже поздно. Того и гляди через окно лезть придётся.

– Успею.

– Иди, а то у вас действительно комендантша строгая, – отпустил меня Ворон и кивнул на баночки. – Мы себе оставим?

– Да, пожалуйста. У меня ещё есть в корпусе, – закивала я, вставая и отряхиваясь. – Точно вы до дома доберетесь?

– Завтра будем на первой паре, – прижав руки к сердцам пообещали оба.

Пробираясь по протоптанной тропинке, я успела дойти до уличных огородов, когда мне вслед прилетело предложение: "Девушка, можно с Вами познакомиться?".

Недоумевая обернулась. Эрик Корвус развалился на ящике, прислонившись спиной к прочному стеклу и смотрел уже своим обычным взглядом: нахально, весело и уверенно.

– Яна Аластерновна Шимель, светлая магесса земли и растений, – приняла я условия этой маленькой игры.

– Эрик Леонельевич Корвус, темный огневик, – ответил он, делая вид, что снимает шляпу.

– Я знаю, – улыбнулась ему.

– Я тоже, – гораздо мягче ответил парень.

Глава 6

В ночи приходилось действовать как можно тише. Располагавшиеся в нескольких десятках метрах жилые корпуса всё ещё были ярко освещены, но каждую минуту то одно, то другое гасло, словно играя со стоявшими на улице в игру-угадайку. Только вот никто это развлечение не поддерживал. Эрик мог в любой момент оглянуться и увидеть свет, которые словно бы зависал над землёй. А вокруг устремлялись ввысь деревья. Маг мало что видел, но слушал. Пущенные вперёд по лесу огненные шары находились в постоянном движении, что несколько нервировало парня.

– Что думаешь? – спросил стоящий рядом огненный друг.

– Может ложная тревога? – предположил Лютый.

– Сомневаюсь, – дёрнул плечом Эрик, и обернулся, – Фил, что слышно?

– Справа, трое, – отпуская птицу отрапортовал светлый маг. – Шесть взмахов крыла.

– И сколько это по простому? – поморщился Табров, и сделал несколько шагов назад и вперёд.

– Скорее уж чьих? – спросил Ворон, приседая на корточки: один из дальних огоньков замер метрах в ста.

– Это не мой ли замер? – уточнил Механик, тоже обратив внимание на остановившуюся пылающую точку.

– Не, мой, – покачал головой Корвус. – Твои краснее.

– Бро, – толкнул его в плечо Генри, – он в другую сторону смотрит.

Парень замер, закусил губу и медленно, неохотно, словно это могло что-то изменить, обернулся через правое плечо.

Метрах в пятидесяти мерцал алый огненный шар, в свете которого было заметно движение. Некто полз на животе в сторону жилого корпуса, подтягивая себя рукам. Вернее всего заметил Генри, задумчиво буркнувший себе под нос, в то время как все наблюдали: "Словно ноги оторвало". Парни усмехнулись и Филипп с Риком пошли разбираться с обнаруженной Проблемой.

– Опачки, – в предвкушении потёр руками Эрик, увидев что в лесной темноте длин за другим стали останавливаться поисковые маячки и его, и друга.

– Это будет славная охота, – усмехнулся Генри, разминая руки.

За их спинами раздалось злостное шипение, негромкое рычание и три коротких приглушённых выстрела. Два друга лениво посмотрели как их товарищи расправляются с останками первой на этот вечер Проблемы. Ярко вспыхнуло пламя, поглощавшее тело.

– Кто там был?– спросил Эрик, когда было кончено и все вернулись на исходники.

– Наг, без хвоста, – ответил Механик и его передёрнуло. – Как будто сгнил. Фу, аж тошнит.

– Тебе везде, – усмехнулся Корвус. – Только нам кивни на избранные кустики.

– Да иди ты, командир!

– Мне это не нравится, – перебил их перепалку Филин, указывая в даль.

Среди стволов деревьев одни медленно, другие быстро приближались новые тени в сопровождении болтавшихся над их телами огненные шары тёмных. Что было примечательно:, никто не обращал ни малейшего внимания, не отмахивался, не пытался отойти. На первый взгляд группа "Ворона" смогла насчитать около двух десятков. От их движений трещали, ломаясь, упавшие ветки, шелестела палая листва.

– Семнадцать, – сказали одновременно Лютый с Вороном.

– Около половины – Сожжённые, – меланхолично добавил Рик, и, взявшись за голову, сделал круг вокруг своей оси, напевая: "Ой, мама, весело!".

– Друзья мои, слушай мою команду, – вдруг сказал Эрик Корвус, – пропустить их.

Троица одномоментно посмотрела на него с подозрением.

– Очень хочется посмотреть, куда они так спешат. Двигаются, если меня глаза не подводят, все сами по себе, но в одну точку. Пропустим. Глянем траекторию и там уже упокоим.

– Нам мага духа бы хорошего сюда, – заметил Генри, первым меняя дислокацию.

– Предлагаешь товарища-командира куда-нибудь сплавить и на его место принять новенького? – не удержался от подколки Табров.

Толкнув Рика в плечо, Эрик первым пошёл к тропе, от которой в разные стороны расходились дорожки к жилым корпусам Академии. На ней было легче затаиться. К тому же, если Проблемы, как предполагал Ворон, шли в одно конкретное место, они свернули бы в одну конкретную сторону. Надежда в парне ещё теплилась, что это всего лишь сплошная атака, какую они встречали не раз. Тёмный огневик был согласен с Зэлаксом в его тревоге: с наступлением нового учебного года всё больше Проблем стало попадаться в примыкавшему к Академии парке и лесу.

Казалось, что Ангальц жил с этим всегда. Хотя с появления первой прошло всего каких-то двадцать лет. От чего-то в его голове накрепко закрепилось официальное обращение Императора по телевизору, в которой он объявил о "появлении общей проблемы". И было ему тогда года три или четыре. Отца потому что уже не было в живых. Колдун это помнил. С тех пор эту искажённую жизнь по иному и не звали. Разве что в Северных районах, где с ними сталкивались крайне редко, жители называли по своему – "Прокажёнными".

Маги и магессы – что светлые, что тёмные, нагги, серены, сатиры, гарпии, гиганты юга – всякий, кто обладал разумом и относился к одарённому сообществу, могли стать Вендиго. Учёные дали им именно такое название, памятуя легенду о кровожадном монстре. При том, что видов было много. Исследования велись до сих пор, но экземпляров натуралистам удавалось добыть мало. Вставшие на борьбу и охрану силовики предпочитали не особо церемониться, а просто уничтожали каждого встреченного на их пути.

Потому что пути назад из такой поганой смерти не было. За долгие годы никто не нашёл ни лекарства, ни ритуала. Даже замедлить стремительное падение не было возможности.

– Глянь, – шепнул задумавшемуся Эрику Генри.

Они действительно шли стороной, как куча гаек, притягиваемая магнитом. Сожжённых, обугленных, некогда бывших пусть слабыми, но колдунами и вполне себе обычными представителями магический существ, было много. Отчего тёмный со злости сжал пальцы в кулак. Поправив перчатки на руках, он сделал знак остальным к началу охоты. Им осталось продержаться ещё следующий день и дежурство кончится.

– Что в той стороне? – негромко уточнил он у парней.

– Последний девчачий корпус, – прикинув ответил Филипп. – Там в частности наши же живут. Ну, Лиза, Роксана, Яна.

– Тогда пошли, мои храбрые рыцари, вставать на защиту наших прекрасных дам, – весело прошептал Табров, широко шагнув на тропу и пуская на кончики пальцев первые огоньки. – Может быть Яночка узнает об этом и одарит меня ласковым взглядом. А Лиза простит Генри.

– А Роксана просто так улыбнётся? – пробубнил раздражённо Корвус. – Кстати, она не любит, когда её так зовут.

Бойцы управились минут за двадцать. Чуть опоздали за разговорами: первые "Проблемы" уже стали карабкаться вверх к двум единственным горящим окнам на последнем этаже. Генри их снял одним заклятием. Разобраться с потерявшей разум толпой не составило большого труда. Эрика больше напрягло, что на их появление отреагировали вяло, как на пробегавших мимо ёжиков, а не на Стражу, ка было до того. Всё внимание их было направлено на здание, все желания – проникнуть внутрь. Это просто было обидно и не уважительно.

То и дело по фасаду проходили едва видные волны защитных полей. С каждой новой атакой они истончались, но держались. Мельком окинув взглядом окна, Эрик пустил огненный жгут в ещё одного монстра, повязав того по рукам и ногам, чтобы, стреножив, добить выстрелом. Ночной лес словно взорвался.

–Сам говорил: "Без лишнего шума", – укорил его языкастый Рик. – А сам? Теперь объяснительную писать.

– Что в этом корпусе такого? – зло бросил Филин, оттаскивая последний труп вместе с Генри дальше от корпуса.

– Ну, – усмехнулся Табров, – за исключением того, что в нём живут наши подружки?

Эрик рассмеялся следом за друзьями и очень внимательно осмотрел стену, поросшую виноградной лозой. Она вилась от основания здания, цеплялась за водосточные трубы, оплетала окна и топорщилась над крышей. Где-то там была огненно-рыжая кладка жилых корпусов, построенных ещё в начале прошлого века. Не найдя ничего особенного, Ворон медленно подошёл к багажнику автомобиля и открыл его.

– Так, товарищи, – позвал он всех, – время-деньги. Разбираем защиту и расходимся по сторонам. Нам ещё остальные здания перепроверять.

Близилась полночь. Отойдя на несколько метров, Эрик снова окинул взором корпус. Наконец всё было тихо и спокойно. Он слышал осенние пение птиц. Небо издалека стало заволакиваться тучами: вот-вот начнутся обильные дожди. "Что в этом корпусе такого?" – снова и снова думал Ворон, осматривая тёмные проёмы окон и плющ.

Парень вздрогнул от удивления, когда понял, что из всех возможных – горело лишь одно окно на последнем этаже: предпоследнее по левую руку. Словно чья-то – не его – железная воля приковала всё внимание к этому светлому пятну. Заставила оставаться на октябрьской прохладе и следить за каждым движением тонкого силуэта за стеклом.

Сперва тёмный её не узнал. Но сразу оценил стройные ноги. Лишь когда прелестница, как серена на морских скалах, села на подоконник, парень смог хоть ненадолго отвести глаза, но буквально через мгновение нашёл то самое окно.

– Почему ты смотришь в этот трижды проклятый лес? – раздражённо подумал Эрик, быстро проследив за её взглядом и вновь глянув на девушку. – Посмотри вниз. Я тебе рукой помашу.

А она потянулась кошкой к столу и поставила перед собой цветок в горшке. Так и этак посмотрела на него и закружила магический вихрь. Уж что хотела – Эрик не увидел и до конца не понял. Судя по всему, задуманное исполнила. Зелёный поток осел искрами, и девушка радостно похлопала в ладоши.

– Чертовка, – в сердцах бросил он, сжав кулаки, когда магичка стала расчёсывать волосы.

– О! Да у тебя тут шоу-программа "За стеклом", – приобнял его за плечи подошедший "Механик". – Красиво.

– Отвали, – вырвался Корвус из захвата, и вернулся к машине.

– Да ладно тебе. Неплохой выбор. Хоть и не твой стандарт, – крикнул ему вдогонку Рик.

– Ты чего орёшь? Кругом люди спят, -поморщился Генри.

– Ой, парни, чё щас расскажу, – только шире заулыбался Табров, – а наш лидер, наш светоч, наш рулевой, не побоюсь этого слова, кажись влюбляется.

– Не городи чепухи, – отмахнулся "Ворон".

– А в кого? – заинтересованно уточнил "Филин".

– Кажись в мадмаузель Шимэль. Уж так он пристально сейчас за ней в окошко наблюдал.

Генри и Филипп удивлённо посмотрели на своего старинного товарища.

– Тогда понятно, чего ты от неё целый месяц не отлипал, – сделал вывод второй, чуть качнув головой.

– Ой, да ладно, она мне точно не нравится, – поморщился Эрик.

– Тогда зачем этот зоопарк городить? – не понял светлый.

– Тогда я за ней приударю? – подмигнул Рик, получив три сомневающихся взгляда в ответ, пожал плечами. – А что? Она красивая, добрая, умная. А как готовит! Я к ним иногда на завтрак прихожу. Так что, если у тебя к ней ничего, то…

– Не, "Механик". Забудь о Яне, – вздохнув, покачал головой "Ворон".

– Что ты за тёмный такой? – озадаченно спросил Табров. – Не себе, не людям.

– "Великий и Ужасный" попросил сблизиться с ней и достать все возможные документы её отца. Он у неё крупный учёный, как оказалось. Поэтому, прошу никого не лезть и по возможности помогать.

– То есть у нас новая авантюра: влюбить Яну в нашего Эрика, – в предвкушении потёр руки огневик. – Чего?

–Не хорошо это, – заметил Генри. – Но я молчу.

– И на том спасибо. По коням.

– Слушайте, – Табров облокотился о спинки передних сидений, когда машина уже выезжала с территории Академии, – у меня идея появилась. Как по мне гениальная.

– Они меня пугают, но давай, – буркнул Генри, а "Ворон" просто кивнул.

– Да я всё думал, как тебе с Яной помочь. А может нам её припугнуть? Не надо сразу протестовать. Сами подумайте – что производит на девушек впечатление, кроме непосредственного внимания? У Янки проблема с доверием к тебе. Цветы, конфеты сейчас не примет.

– Забота, – высказался Фил со своего места, который тоже с опасением смотрел на друга.

– И это тоже. Это всё верно – помочь, подсказать, сумки тяжёлые донести, – отмахнулся Рик и продолжил. – Но контрольный выстрел, как по мне, должен быть произведён сразу. И желательно контролируемый. Эрику надо Яну спасти!

– Предлагаешь поджечь здание и вынести её на руках? – усмехнулся тёмный, и широко улыбнулся, представив себе эту картину.

– После такого тебе не то что Шимэль, тебе вся Академия отдастся, – на удивление Эрика и Генри, согласился с Табровым Филипп.

– Слишком опасно, – "Лютый" посмотрел на друга нахмурено через зеркало заднего вида.

– Но мысль то рабочая! – настаивал "Механик". -Я не говорю о пожаре. Надо что-то по проще. Что мы с отморозками какими не договоримся? Или "Проблему" выловим где-нибудь. Запустим девчонкам в сектор, а мы поблизости. Практически за спиной. И – Папам! Ты в белом, друг, и на коне. Думаешь Яночка не станет смотреть на тебя благосклоннее?

На несколько минут воцарилось молчание. Все обдумывали это гениальное предложение. Трое крутили так и этак, а инициатор ждал.

– Знаешь, – сказал первым Корвус, – идея имеет место быть. Но надо подумать. Абы кого не подошлёшь из мелких преступников. Да и "Проблема" в жилом корпусе возникшая из ниоткуда вызовет вопросы.

– Если и делать, то прописывая все ходы, выходы и пути отступления, чтобы если что с нас взятки гладки, – согласился светлый. – Потому что в данном случае даже маленькое несовпадение породит большое недоверие.

Глава 7

Больше всего я опасалась того, что после устроенного взрыва пыльцы и уничтожения ящика цветов, который второй курс выхаживал, как слепых новорожденных котят, начнётся проверка, будут искать виновника. Осознание содеянного и последствий накрыли меня как только я вышла к лесу. Было одновременно стыдно и не стыдно.

– Эх, – грустно подумала я, водя в парадную своего корпуса. – Правильно тебе говорят все – все – друзья, что не надо заниматься лишим самокопанием. Сделала правильно и всё равно не так.

Лиза весь вечер рассказывала о гениальных планах, которые она для нас составила на ближайшие недели, а особенно на выходные. Наверное ей и наше присутствие было не особо важно. Такие вот они – светлые огневики: эмоциональные, энергичные, говорливые, фонтанирующие. Что поделать: на характер светлых всегда накладывало отпечаток их магическое направление.

Моё смятение первой заметила Роксана и даже успела заботливо спросить: "Что случилось?". Но мой телефон зазвонил и, извинившись, я отлучилась на разговор с мамой и бабулей. Потом пришлось общаться с Грашецем. Он хотел убедиться, что я находилась в корпусе и у меня всё в порядке.

– А должно быть плохо? – кисло уточнила я.

– Мы сейчас у теплиц находимся. Тут кто-то устроил настоящий погром, – важно, но как бы невзначай, поделился мужчина. – Вот и я…

– Господин Грашец, – услышала я резкий окрик в трубке, – шли бы Вы домой. Мешаете.

Я успела сдержать смех, но говорить могла уже сдавленно: "Доброй ночи, господин магистр. Я Вас явно отвлекаю".

Следующим утром, проходя мимо вчерашнего поля битвы, я старалась смотреть как можно спокойнее. Мы с Марком и девчонками свернули к столовой, когда посмотрев на стеклянные двери оранжереи, меня остановила необычная троица Это был заведующий кафедры ботаники, наш дорой преподаватель и "мой новый знакомец" Эрик Корвус. Однокурсник что-то говорил им. Могло даже показаться, что чуть-чуть и он для пущей убедительности достанет пистолет или вызовет огонь на кончики пальцев, чтобы, как под детскую считалочку, указывать то на одного, то на другого мужчину.

Но наши слушали. Природники были не довольны, кипели возмущением, но кивали и тяжело вздыхали. Наконец троица вполне удовлетворённо улыбнулась друг другу, пожала руки и преподаватели скрылись за стеклянными дерями. Эрик же довольно расправил плечи, ухмыльнулся и повернул голову к лестнице, на которой так и стояла заинтригованная и тревожная я. От сверкнувших серых глаз по спине пробежал холодок. А тёмный быстро, но явно никуда не спеша и не следя за временем, подошёл.

– Доброе утро, – стараясь сохранить спокойствие, первой поздоровалась я. – У нас проблемы?

– Янка, – протянул парень, – твоё "у нас" звучит мёдом для моего сердце.

– Да ну тебя, – потупилась я, закусила на миг губу, ища повод скрыться, но новый друг заметил это и перешёл к конструктиву: "Не обращай внимание. Я так. Ты волнуешься по поводу вчерашнего инцидента? Забей. Нежели им так был дорог тот ящик с цветами?".

– Магистры были явно недовольны, – в сомнениях наморщила я нос, но тут парень подмигнул и склонил голову чуть на бок.

– Забей, – повторил он более серьёзно и убедительно. – Тебя никто не тронет и не выскажет претензий. Понесённые расходы им компенсируют. А если кто будет что-то высказывать, мне скажешь. Договорились?

– Хорошо, – облегчённо выдохнула я. – Спасибо.

– Ян, ты где? Я тебя потерял, – высунулся на улицу Марк, о котором я уже порядком подзабыла в своих волнениях.

Эрик явно собирался что-то добавить, не обращая внимания на природника, когда уже его окликнула оторвавшаяся от подруг Милдред Бон. Воспользовавшись тем, что парень обернулся сперва на её голос, потом и сама девушка повисла на мужском локотке, я быстро попрощалась и скрылась за высокими дверьми Главного корпуса Академии, не желаю мешать снова.

"У тебя всегда получалось дружить со всеми", – всё чаще вспоминала я фразу Илиаса. Но на деле в стенах Академии это оказалось невозможным. Даже не относясь к магам духа, которые щёлкают эмоции и настроения, как орехи, я ощущала, что занять нейтральную сторону никак не выйдет. И несмотря на то, что с Мариком и его друзьями мы общались нейтрально, и ни они, ни я не испытывали негативных эмоций, всё же меня верно и уверенно сносило в стан его заклятого врага.

Лиза была права, сказав в первый день, что с "Вороном" и его компанией общаться мы будем крайне плотно. И в первую очередь из-за неё самой. Они с Генри вокруг друг друга выводили хороводы. Но всё же шли всё ближе и ближе к примирению.

– Ян, – остановил меня наконец-то Брайс двумя днями позднее стычки у оранжереи, когда мы закончили занятия в лесу, и протянул сложенный пополам небольшой листок плотной бумаги. – Сможешь Лизе передать?

– Хорошо. А не легче позвонить? – кивнула я, убирая послание в карман плаща.

– Вот о том и прошу, чтобы они меня из чс вывела, – усмехнулся парень, подавая мне руку, чтобы было легче выбраться из оврага на тропу.

– Эвон как у вас всё закручено.

– Любовь зла, полюбишь и огневика. Вон, ещё одна моя любовь стоит. Тоже огненная, – заметил Генри, глядя вперёд.

Я, до того смотревшая себе под ноги, подняла голову, чтобы тут же запнуться о в момент выросший корень. Благо Генри успел поддержать за локоть, а то мы с прочими одногруппниками посыпались бы на дорожку как домино. А "Ворон", только что просто стоявший недовольно возле своей машины, ещё больше помрачнев, облокотился о её капот.

– Привет, – сказала я, а парни просто хлопнулись руками. – Что-то случилось?

– Доброе утро, – стал он в миг спокойнее. – Да нет. Не выспался.

– Чем же ты таким занимался? – подколол его "Лютый".

– Тем же, чем и ты, – отмахнулся от него огневик. – Ладно, Генри, падай. У нас возникло срочное дело.

– Слушаюсь, – кивнул не без воодушевления гигант, и направился к багажнику.

– Что у тебя дальше? – спросил Эрик, переводя взгляд на уже собравшуюся уходить меня. – Водная оранжерея же? Садись, подкину.

– Спасибо, но не надо, – отказалась я. – Во-первых, вы явно спешите, а, во-вторых, передвигаться по Академии на авто всё равно что по квартире на самокате.

– Это смотря какая квартира, – улыбнулся тёмный огневик.

– И всё-таки не надо, – покачала я головой, удаляясь. – До встречи, ребята. Марк, Юна, подождите, пожалуйста, меня.

Отошла недалек, когда мельком услышала за спиной задумчивый свист и то как Генри сказал: "Прекрати". Уж о чём у них зашла дальше речь – не ведаю. Да и увлекли меня разговором о насущных делах.

– Держи, – протянула я подруге послание, когда наши потоки соединились на занятиях по артифакторике.

Она удивилась, но поспешила открыть её.

– Он тебя теперь как почтового голубя использует, – не зло пожурила она, довольно подвигав головой.

– Помиритесь уже, – попросила я, направляя первый магический поток в первый брусок.

– Ладно, – наигранно закатила подруга глаза, и, привлекая внимание и Рокс, и меня, положила мобильный телефон перед собой.

Изящным наманикюренным пальчиком, она разблокировала экран, медленно зашла в телефонную книгу, во все соцсети, разблокировав один единственный номер. В конце ещё и послала лаконичное сердечко. Не прошло и минуты, как в ответ упал выдыхающий человечек и ещё один с воздушным поцелуем.

– Слава единому, – вырвалось в тот же момент у тёмной. – Яна, ты благотворно на неё влияешь. Осталось только тебя пристроить под один тёплый бок и нарастающий резонанс вокруг меня пропадёт.

– В смысле? – успела я спросить, но Рокс только отмахнулась, а после и я забыла.

Следующие три дня я тревожилась. И не из-за лотка с крокусами. Эрик был прав: инцидент был исчерпан. Если я и чувствовала сперва косой, мельком брошенный взгляд магистра, то он словно отскакивал от невидимой защитной сферой. Причиной моего беспокойства стало неожиданно то, к чему надо было бы привыкнуть уже: Корвус и компания не появлялись на занятиях. Казалось, что это никого более не волновало. Даже преподавателей. Я ожидала появление Генри на профильных лекциях и практиках. Надеялась, что они ввалятся в аудитории на грани звона, как всегда поступали. Мельком высматривала среди прочих студентов в коридорах, на улице и в столовой. Меня удивляло, что Милдред Бон была спокойна. Это несколько успокаивало.

– Нашла о чём переживать, – легко покачала вилкой Лиза, когда я прямо задала вопрос. – Точнее, переживать всегда надо. Но у нас свидание завтра вечером. А Генри его не пропустит. Значит появятся.

Мы сидели в нашем отсеке и ужинали. Было не так поздно, но девчонки настаивали, что последний приём пищи должен быть за три часа до сна. Мне же это не грозило. Как и остальным магам земли и растений. У нас по расписанию стояло ночное практическое занятие.

– Просто я волнуюсь, – призналась смущенно.

– Оооо, – разом протянули разом девчонки, а Роксана ещё и добавила: "А как фон то колышется!".

– И о ком же у нашей хозяюшки сердце то болит? – кошкой стала ластиться рыжая. – Надо дятлом поработать.

– Да ну вас, – засмущалась я. – Ни о ком. Так почему эта неугомонная компания может не посещать занятия?

– То есть то, что другие периодически не ходят, ты не замечаешь? – уточнила Рокс, но видя моё непонимание всё же пояснила. – Они же в Страже. Раз в месяц, а то и чаще дежурство в три дня. Может больше иногда. Но не чаще пяти. А Стража – это такое добровольное формирование, которое защищает нас от "Проблем". Весь боевой факультет там.

Как обычно и бывает: одна тревога сменилась другой. Бурное воображение и семейная тревожность отчего-то предполагала исключительно негативные сценария подобных дежурств. Хотя по словам девчонок – суточные бдения проходили более чем спокойно.

– И с чего мне переживать, – думала я, – мы знакомы то без году неделя. Друзья-не друзья. Тьфу. Любит-не любит, к сердцу прижмёт – к черту пошлёт.

– Ты к соседям пойдёшь в гости? – вернулась на кухню Лиза, когда мы домывали посуду в четыре руки.

Пришлось двоим обернуться на подругу с немым вопросом: "Кого именно имеешь ввиду?".

– Яна? С Рокс всё понятно. Она за всегда с народом.

– Да пошли. Кружка кофе и ночная практика у меня в кармане, – щёлкнула я пальцами, и фикус, стоявший возле плиты, склонился к рычажки, поворачивая газ на включение.

– К чему готовимся? – поинтересовалась я, заметив весящее на ручке шкафа платье.

Отсек наших добрых знакомых бурлил. Громко играла музыка, девчонки мельтешили, вкусно пахло чем-то сладким и почему-то горелым.

– Слава Богу ты пришла! – ткнула в меня пальцем Хельга. – Яна, у меня к тебе дело на миллион. Мы все в пятницу идём вечером на осенний фестиваль. А ты точно.

– Почему это? – сделала я с чашкой шаг назад.

– Потому что ты мой талисман. Рядом с тобой люди становятся добрее и благосклоннее.

– Спасибо, конечно. Ладно. Во сколько? Куда?

– Это всё завтра расскажу, – отмахнулась воздушница, перемещаясь по сектору не хуже буйного ветра.

– Не обращай на неё внимание, – поддела меня в бок Рэй. – Она надеется у Бон Корвуса отбить.

– То есть Хельга решила, что именно с моей помощью он броситься в её объятия? – уточнила я, не скрывая иронии, но нечто неприятное кольнуло под рёбрами.

Рокс вздрогнула и посмотрела на меня, словно заметила нечто новое. Но маги духа были профессиональными молчунами и блюли, даже будучи студентами, "тайну видимого". Но для себя я тогда отметила, что стоит у неё уточнить неожиданную реакцию.

– А они ещё вместе? – уточнила подруга, словно бы ничего и не произошло.

– Вроде. Их же на днях видели вместе, – пожала плечами Рэй, и уже громче добавила. – Так что Хельге ничего не обломится.

Миниатюрная блондинка с кукольной внешностью встала на пороге, как бык против тореадора, и грозно покачала пальчиком: "Но, но, но! Истинно глаголю Вам с Этой он не останется".

– Но и тебе ничего не обломится, – уже хором повторили три присутствующие огненные.

– Это мы ещё посмотрим.

Все рассмеялись, когда она отправилась дальше по коридору. Как-то постепенно разговорились с Уной. Она обладала прекрасной коллекцией домашних цветущих растений, в то время у меня вечно приживались ровно противоположное. Даже в академию я с собой притащила монстеру, которая занимала едва ли не четверть комнаты. Лиза, увидев её в первый раз, раза три открывала и закрывала дверь, а потом позвала тёмную в качестве подтверждения собственного здоровья.

– А ты ведь на ночное собираешься? – уточнила Уна.

– Да, – кинула и глянула на часы.– И кажется пора мне идти одеваться. Ты тоже?

– Нет. Мы ночные соцветия только со следующего курса будем проходить, – вздохнула девушка.

– Не забудь зонт взять, – посоветовала Роксана. – Там вроде дождь обещали.

На лестнице меня перехватили другие соседки. Увлёкшись беседой, едва не опоздала с выходом. Про совет подруги конечно же забыла, а подниматься к себе не было ни желания, ни времени. Поэтому припустила по лужам сквозь ливень, прикрывая голову джинсовой курткой. И успела даже с запасом. Глядя на то, как по стеклянной крыше барабанят потоки дождя, меня терзали сомнения об успешности предстоящей ночной практики.

– А точно луна будет? – спросила я у Марка.

– Да. Я уточнил у магистра. Дождь должен кончиться где-то через час.

– Приветики, – поприветствовала нас Юна, занимая место около фонтана, из которого в обычные дни все набирали воду на полив.– Слышали новость?

– Какую? – спросили мы одновременно.

– В магазин при оранжереях в магической секции стали продавать "Огненный цветок".

– Да ладно, – отмахнулся парень.– Это же Красная Книга. Такое не продают просто так.

– Вот именно. Исключительно по рекомендациям. И за ТАКУЮ цену, что удавиться.

– За ней такой уход нереальный к тому же, – вздохнула я, снова убирая свою давнюю мечту о таком растении в дальний ящик.

– Ну у тебя сразу три огневика под боком. Два из которых тёмных, – заметила весело Юна. – Всегда можешь либо Лизу, либо одного из Эриков попросить. Кстати, тут такая ещё одна занимательная сплетня расходится: вроде как Корвус расстался с Бон. Но Милдред это активно отрицает. Что думаешь?

Мы переглянулась сперва с Марком, а потом и с сокурсницей. Пожала недоумённо плечами: "Это их дело. Милые бранится – только тешатся. Лиза с Генри, как я знаю, сколько раз расставались и снова сходились".

– Так любовь. А вот с Корвусом что-то не так. Девчонки говорили, что слышали как Мила с ним ругалась, в чем-то обвиняла. Вроде как, что она думала, что у них всё серьёзно.

– У "Ворона" и серьёзно? – усмехнулся Марк. – Когда у него с кем было что-то большее, чем мимолётные связи?

– Вот-вот. Но сейчас же новый виток девичей активности будет же,– поддержала нашего друга Юна.

– Меня уже привлекли в качестве талисмана на фестиваль в городе, – улыбнулась я. – А вот и дождь кончился. Пойду я.

Не имея больше желания разговаривать о личной жизни Эрика Корвуса, я ушла к своему месту в самом дальнем углу и разложила нужные склянки на столе. Совершенно мокрая джинсовка и сквозняк от форточки не добавляли настроения и без того задумчивой мне. Одногруппники пытались вернуть в беседу, поэтому пришлось сослаться на необходимость пересчитать свет, чтобы побыть в одиночестве. В итоге просидев, глядя в одну точку, где-то минут пять, всё-таки решила обдумать другую насущную проблему. А именно вопрос добычи водного растения. В найденной в библиотеке книге говорилось о разных заклятиях и методах, но ни нырять в позднюю октябрьскую воду, ни поднимать дно пруда не хотелось

Вдруг по спине прошло нечто горячее, не хуже утюга. Повернулась сначала в одну сторону, но там уже разбирал сумку Генри, а потом в противоположную, где на свободный стул в пространство между столом и стенкой оранжереи опустился Эрик. Несмотря на общий промокший вид, оба были в целости и сохранности. И сразу стало спокойнее и теплее на сердце.

– Доброй ночи, – поздоровалась я. – А я вас уже, признаться, потеряла.

– Привет, – протёр устало глаза "Ворон".– Поверь. Чаще всего это очень трудно. Почему без зонта?

Только пожала плечами. Признаваться, что ответственная Роксана трижды напомнила мне о начавшемся дожде, оказалось неловким. А ещё у тёмного огневика оказались очень красивые глаза: серые с черными прожилками, словно через весенний, утренний, густой туман просматривались деревья.

– А это что? – смеясь уточнил Брайс, поднимая мою книгу. – Серьёзно? И что решила?

"Лютый" прикрыл её, повернув так, чтобы другу была видна обложка. Тот же нахмурился, силясь понять веселье Генри, но ни то был слишком усталым, ни то не погружённым в тематику.

– Это тебе повезло – свои любимые живые растения вытащил, а я как тот утопленник, – насупилась я, посмотрела на форточку и потянулась за хрустальными очками, в которых и полагалось работать.

– А что не так? – Эрик перехватил учебник, вчитавшись в параграфы с моими закладками. – У тебя водные растения на практике? И?

– И ноябрь. И анубиас Млечникова. А эта зараза только на дне растёт, – пожаловалась я.

– А ты, вон, Эрика попроси, – предложил серьёзно природник, хотя в хрустальных круглых очках, которые переливались как на дискотеке, смотрелся крайне комично.

– О чём? – уточнили мы в унисон.

– А он тебе пруд выпарит. Пройдёшь по сухому.

Конечно же то была шутка, но всё-таки мы переглянулись, оценивая взаимную адекватность и авантюризм. К моему счастью, и того, и того было в балансе. Генри только отмахнулся от нас. А там и работа закипела. Необходимо было настроить лупы и зеркала определённым образом, чтобы попавший в них лунный свет преломился ровно в цветок. Пока же он напитывается энергией Солнца Ночи, преобразовать её в магию, а потом и разлить по колбам.

– А это идея! – заметил негромко Эрик, и потянулся не хуже кота.

– Если что, я буду всё отрицать, – объявила я, переводя всё своё внимание на начавший входить в силу цветок.

По короткому стеблю в массивный, выступающий из земли клубень, лилась энергия. Широкие листья чуть подрагивали. Каждому магу природнику следовало соблюдать баланс между поддержкой и вмешательством.

Со стороны могло показаться, что я просто перебираю пальцами воздух, но на деле кожей чувствовались тонкие нити энергии и я старалась дёргать за нужные, как арфист по струнам. Вовремя отвела первую и направила её вокруг стебля. Про себя стала отсчитывать время назад.

На половине за спиной справа на расстоянии что-то характерно взорвалось.

– Едем дальше, – пробубнил Генри, так и нависавший над столом.

– Шизы, – повел плечами "Ворон", а я шикнула в его сторону: "Не сбивай. Пятнадцать, четырнадцать".

Огневик поднял руки на уровень груди и втянул голову в плечи. Когда же я дошла до нуля, двумя руками увела последние зеркала вниз, чтобы свет шёл в обратную сторону. Чуть дунув, убрала иссякшие потоки и подключила уже внутренний резерв растения, взявшись за клубень двумя мальцами.

Постепенно на макушке стал набухать бутон, более всего походивший на соцветие орхидеи, но с небольшим как-бы мешочком, как у непентиса или саррацении. А для того, как учили меня дома, нужно было вливая силу, начать постепенно закручивать исходящую магию вокруг растения. В подобном водовороте всё распространится наилучшим образом.

– Дурбанда-гурбанда! – не удержался снова Эрик, стоило мне начать проводить все эти манипуляции, и я прыснула от смеха.

Быстро покосилась на него, как бы говоря: "Нашёл время вспоминать старый добрый мультфильм!", и продолжила. И вроде всё шло неплохо. А тем временем в оранжереи раздались следующие расстроенные вздохи. Магистр, ходивший между рядами, терпеливо объяснял студентам их ошибки – тут поторопились, а там не доделали.

Мой бутон созревал как по учебнику. Уже были видны голубые и красные прожилки. Ещё пара мгновений и он бы раскрылся. Несколько окрылённо я посмотрела на пыхтевшего рядом тёмного природника, желая поделиться радостью, и поняла, что мы в шаге от катастрофы.

Подобная магия требовала более лёгкого и тонкого обращения. А у тёмных несколько другая специфика взаимодействия и с потоками, и с резервами, и с источниками. Новый друг всеми силами старался снизить свой напор, но у него это не очень получалось. Если бы мы работали например с пальмами или непосредственно с землёй – нет проблем, но Лунный цветок такого отношения просто не выдерживал.

Пнув парня ногой под столом, чтобы привлечь внимания, я сделала пару кивков в сторону его горшка. Поняв мою задумку, он глянул назад и кивнул. Поддерживая свою работу левой рукой и пристально следя за бутоном, я правой потянулась в магическому смерчу по соседству. Найти в нём зацепку оказалось таким же увлекательным занятием, как искать начало скотча. Но поймав его за хвостик, стала медленно наматывать на палец, словно пряжу. Постепенно поток успокоился, стал слабее и встал на нужный путь. Работать с тёмными потоками было непривычно. Они оказались словно верёвка из пеньки.

– Магистр, – послышался чей-то недовольный голос, – а Шимэль помогает ему!

Я вскинула бровки и несколько испуганно посмотрела начала на Генри, а потом на Эрика. Уши загорелись огнём от лишнего внимания. "Ворон" только махнул рукой и широко, успокаивающе улыбнулся, как бы говоря: "Подожди". Преподаватель подошёл к намешу укромному уголку и осмотрел рабочее место, магические потоки, цветки, наблюдающего, несколько удивившись его присутствию.

– А что Вы тут делаете, студент Корвус?

– Любуюсь, магистр, исключительно любуюсь.

– Ну что ж, может быть Вы тогда поясните нам, что делают ваши друзья?

Парень не отводил лаз от моих рук, как я подметила, и пожал плечами: "Красоту. Красивые цветочки. Но если Вы спрашиваете про то, что Яна убирает лишнюю энергию из потока Генриха, то это невероятно умно и талантливо. Правилами магистерской программы не только же не запрещается взаимодействовать между стихиями и типами магии, но и всячески поощряется. Как говорит наш любимый ректор: свет нуждается во тьме точно также, как и тьма нуждается в свете".

– Студент Гросси, – наставительно обернулся магистр к пожаловавшемуся на нас, – рекомендую Вам снова прочитать программу и условия обучения. А мадмуазель Шимэль и господину Брайсу моё отдельное признание за находчивость и взаимопонимание.

– То есть помогать таким образом можно? – уточнило порядка пяти голосов одновременно.

– Конечно. От вас, студенты, это и требуется, – и народ оживился.

– Как думаете избавляться от излишка? – спросил нас магистр.

– Можно слить, а можно сжечь, – предложила я. – Второе даже вернее.

– Слишком много получилось. Жалко, – цокнул недовольный собой Генри.

– Минуту, – попросила я, и быстро приманила лиану, с заранее заготовленной колбой под нектар, который уже готов был вылиться через край цветка.

– Давай мы тебя проводим, что ли, – предложил "Ворон", когда мы выбрались на свежий воздух. – Всё равно припарковались около вас.

В тот момент я голова была заночевать прям там же, где-нибудь под кустом. После распыления на несколько одновременных заклятий, я чувствовала себя как выжатый и растоптанный лимон. Внутренняя капризулька вопила попроситься на ручки.

– Не откажусь, – не стала спорить я. – Вы главное не дайте мне ни на какую лавочку сесть.

– Не беспокойся. Не бросим, – улыбнулся Эрик. – Но если хочешь могу тебя на руки взять?

– А Лиза на месте? – в унисон спросил Генри, переключив моё внимание и таким образом невольно спасая. Если бы не природник, я бы согласилась на предложение, так вовремя подоспевшее к моим желаниям.

– А где ей быть? – также в унисон спросили уже мы с огневиком.

– Слушайте, в мой воспалённый мозг забрела мысль, – вдруг переключился последний. – "Лютый", помнишь ты же на третьем курсе тоже с водными растениями что-то творил.

– Не с донными, – покачал он головой.

– А разница? – пожал Корвус плечами, и обратился уже ко мне. – Ян, попроси Милоша помочь тебе с тем цветком. Он воздушник. Через сферу вынет тебе и растения, и грунт, и воду. А лучше я с ним поговорю. Не откажет же.

– Может тогда с водниками лучше? – задумалась я, но прежде, чем мне возразили, сама поправилась. – Хотя нет. Ты прав. У них не получится вынуть это. Не та сфера деятельности. Спасибо за совет.

– Но про осушить – мне тоже понравилась идея.

Мы остановились у входной двери в корпус. Окно на нашей кухне, несмотря на позднее время, горело.

– Будешь подниматься? – спросила я тёмного природника.

– Да нет. Хотел, но поздно уже. Ваша не пропустит.

– Тогда спокойной ночи. И спасибо и за совет, и за сопровождения, – улыбнулась я им.

– Тебе спасибо, – ответил первым Брайс, и крепко обнял меня.

Оказавшись на свободе, неловко посмотрела на его друга, но Корвус сам сделал шаг вперед, прижав меня к груди.

Признаться, захотелось уснуть прям там. Эрик оказался очень тёплым, а в добавок ещё и пах костром, чем-то алкогольным и мёдом.

– Спокойной ночи и до завтра, – улыбнулся он, отпуская меня, и открыл дверь. – Может тебя с рук на руки передать девчонкам, а то меня мучают сомнения: дойдёшь ли до кровати?

– Справлюсь, – отказалась я, и скрылась в глубине первого этажа.

Глава 8

О ставшей ненужной книге я вспомнила только пару дней спустя. Наткнулась на неё взглядом вечером четверга и дала себе два обещания. Во-первых вернуть её в библиотеку, а во-вторых попросить всё-таки Милоша о помощи. С этим планом и отошла ко сну, чтобы успеть всё сделать до начала занятий.

Следующим утром в девятом часу позвонил Марк.

– Да, привет, – ответила я, выходя на лестницу из нашего сектора.

– Привет. Выспалась?

– Можно ещё пару часов подремать, – заметила я, начав свой путь, чтобы сдать уже ненужную книгу в библиотеку.

– А кто тебе мешал? Неужели во сне приходил кто-то?

– Я всегда так встаю, – ответила я, преодолев третий этаж. – Я совсем тебя забыла вчера спросить: у тебя то с цветком всё нормально было ночью?

– Ну, не так, как у тебя. Это был фурор. Гросси вчера так, – он явно подбирал слово, – опростоволосился. Скажи честно: ты знала?

– Совершенно нет, – скромно пояснила я уже находясь на первом этаже возле комнаты коменданта. – Просто Генри захотела помочь.

Следующий вопрос я услышала с двух сторон, поскольку держа телефон у уха, открыла дверь, выскакивая прямо на друга: "А ты сейчас занята?".

– Привет. Куда в такую рань? – настороженно сказал он и обернулся, словно ожидая чьё-то появление. – Или к кому?

Оставалось только укоризненно посмотреть на него, продемонстрировав учебник.

– Давно у подъезда стоишь? – спросила я, стоило нам ступить на дорожку от жилых корпусов.

Бергер покачал головой, глядя себе под ноги: "Только успел тебе позвонить. Думал в гости напроситься. Табров у вас едва в свободную комнату не переезжает, а я ни разу не заходил".

– В такую рань? У нас ещё все спят, да и Марта Гельмутовна всё равно не пропустила бы. А Табров, – я улыбнулась воспоминаниям, – его кормить одно удовольствие с его аппетитом.

– То есть ты одна такая ранняя пташка, – Марк понимающе кивнул, но упоминание тёмного ему кажется не понравилось и он решил данную тему не развивать.

– Привычка, ты-то чего в такую рань сам?

– Ты же ещё не добыла со дна своё растение? – уточнил друг.

– Нет. Есть пара идей, но…

– Есть сто процентный вариант. Я уже обо всём договорился с нашим общий другом, – гордо заявил природник, даже расправив плечи.

– Эрик нам высушит пруд? – не удержавшись уточнила я, вспомнив разговор с неразлучной парочкой в теплице.

– В смысле? Какой Эрик? Почему высушит? – стушевался сперва Марк, но потом пазл сложился, и он вновь насторожился: "А он тебе такое предложил?".

– В порядке абсурдного бреда. Мы только вчера об этом говорили. Он предложил попросить помощи у Милоша.

– Да? – несколько недовольно пробубнил он. – Умный какой. Собственно я об этом и договорился с ним. Так что подходи к водной оранжереи к двум.

– Правда?– едва не запрыгала я от радости, что всё так благополучно обернулось. – Спасибо тебе огромное. Как здорово! Когда ты только успел?

С Марком было легко и естественно общаться. Во многом это происходило из-за схожести характеров и одинаковом магическом даре. Нас всегда было что обсудить и о чём поспорить. Вот и в то утро мы неспеша шли к библиотеке, то шутя, то говоря серьёзно. Сдав книгу, зашли в академическую столовую и сели за первый попавшийся стол с кофе и парой булочек. Меня угощали и поэтому я неохотно тянула капучино с корицей.

Речь шла о разошедшихся по новостным агентствам истории о подпольном культивировании редкого магического растения Донни. Оно находилось не только на грани исчезновения, но и на грани закона. Полу-цветок, полу-животное. Разумное, хищное, очень пугливое. Однако могло вырасти до двух метров в высоту и тогда уж начинало жрать всё на своём пути.

Марк долго рассуждал о нём, а я тем временем поглядывала на отгороженный участок второго уровня столовой, где были столы преподавателей, и больше слушала его, поддакивая. Собственно именно из-за того места у нас и зашёл весь разговор, поскольку ближе к столу ректора стоял именно Донни – сантиметров пятьдесят в высоту.

Когда же с отдельно входа к столам вышел сам глава Академии, мы одновременно глянули на часы: половина восьмого. Мужчина что-то сказал оставшемуся в коридоре человеку, а летевшая следом посуда ровненько опустилась на скатерть, засервировавшись на две персоны. Не знаю от чего, но стоило к господину Зэлаксу присоединиться второму человеку, как мне тут же очень захотелось либо отсесть за соседний стол, сделав вид, что с Марком вообще не знакома, либо уйти вовсе. Однако я откинула от себя этот малодушный порыв.

– В конце концов, что с того, что тёмный сейчас тебе увидит? – здраво рассудил мой внутренний голос. – Вон он общается с ректором. И наплевать ему на нас.

Мужчины действительно разговаривали. И тема была явно интереснее и важнее, чем ранние субботние студенты, и совершенно не рабочая, поскольку Эрик смеялся и улыбался. Как, в прочем, и Лев Савельевич. Даже с такой дали мне было видно его благосклонное и добродушное выражение лица. Сильно сжав веки, я отвела взгляд, укорив себя за ненадлежащее поведение, и вернулась к диалогу. Но Марк уже успел заметить мой переменившийся интерес.

– Неймётся же ему. Другие отсыпаться сегодня будут, а этот уже у Льва Савельевича, – усмехнулся недобро однокурсник.

– Не знала, что они так близки, что за одним столом едят, – высказала я своё удивление.

– Ну, что ты хочешь? – закатил глаза светлый. – Корвус же у нас один из лучших стражей, богач, отличник боевой и политической, так сказать, подготовки. Да к тому же во многом у Льва Савельевича любимчик больше чем его собственный сын.

– Да? – удивилась я, а самой как-то нервно стало, словно кто-то в спину дышит. – А кто у ректора сын?

– Серьёзно? – удивился друг. – Ты не в курсе?

– Да как-то не обращала внимание.

– Яночка, – удивлённо и как на неразумного ребёнка посмотрел на меня Марк. – Наш с тобой Милош. Он же Зэлакс. Или ты думала что они однофамильцы?

– Ой ё, – закрыла я лицо руками, посмеявшись сама над собой. – Я как-то не подумала. Вот я дура.

– Слушай бывает. Если бы Милош не сказал, что ты дочка автора нашего учебника, я бы тоже не сразу соотнёс. Хочешь ещё кофе?

– Если можно чай, – попросила я, а когда Бергер удалился, снова подняла голову ко второму уровню, чтобы в упор встретиться с недовольным и крайне заинтригованным взглядом "Ворона", в то время как ректор разговаривал с подсевшим к ним деканом боевиком. Находясь в добрых пятидесяти метрах друг от друга -а то и больше, я была уверена, что слышу его голос в своей голове.

– И как это понимать? – Эрик смотрел в упор, барабаня пальцами по столешнице.

– А что такого? – похлопала я невинно глазами.

– Значит так? – ладонь легла плашмя, а тёмный изогнул одну бровь.

– Завтракаю с кем хочу, – закатив глаза, отвернулась.

Больше я на него не посмотрела. Принялась мешать пенку на дне стаканчика длинной палочкой, ощущая как правый весок словно лазером прожигают. Когда корица и молоко превратились в однотонную кашицу – деревяшка вспыхнула. Я подскочила и резко повернулась в сторону балкона.

Эрик улыбался нахально, победно: "Ну вот ты и вернулась". Поскольку подобное спускать с рук не в коем случае нельзя было, решение нашла быстро: оно стояло там же Обратилась тонким магическим потоком к Донни, который заинтересованно откликнулся на призыв. Покачав своей цветочной головкой в разные стороны – понял мою маленькую просьбу и вытянулся над правым плечом Ворона. На это обратили внимание все за столом, кроме объекта моей маленькой мести. И господин Зэлакс и магистр Кляйнц ничего не предприняли, когда хищный цветок перегнулся через плечо парня и стал медленно, с удовольствием поедать его завтрак, как вороватый пёс.

Повернулся Корвус к своей тарелке где-то через пол минуты, когда уловил в моих глазах насмешку. Его вытянувшееся лицо оказалось бесподобным и достойной наградой. Ректор и декан боевиков в голос рассмеялись, а первый даже украдкой посмотрел на меня и зааплодировал. К тому моменту вернулся Марк, поставивший передо мной стаканчик с чаем из пакетика.

– А мы можем на улицу пойти? – попросила я, понял, что пара сматываться.– Погода прекрасная.

– Без проблем, – радостно закивал светлый маг, и взял мой пустой стаканчик с абсолютно целой палочкой.

Пока шли к выходу, в моей спине продолжали очень настойчиво делать дырку. Стоило нам оказаться на приятной октябрьской пряной сырости, я смогла вздохнуть полной грудью.

– Ян, – нерешительно позвал Марк, – а ты знаешь, что в городе сейчас идёт осенний фестиваль?

– Да, девчонки говорили.

– Пойдёшь? Вечером там очень интересно должно быть. Или занята? Мне хотелось бы тебя пригласить.

– Мы с девчонками идём. Я вчера говорила. Хельга попросила поприсутствовать. Там у неё свои заморочки. Но, если ты не против, мне кажется, что никто не будет против, если ты к нам присоединишься. И Милоша можно позвать, если пойдёт.

– Можно и так, – облегчённо выдохнул парень.

На аллее мы расстались, и встретились уже у водной оранжереи в назначенное время. Блондин-воздушник чуть опоздал, но очень долго извинялся.

– Я из дома. Домашние задержали, – объяснил он. – Я к вам летел на всех ветрах, что чистая магическая правда.

Дальше же началась игра в подводную лодку. Воздушник в пять секунд наколдовал первый шар, послав его на дно озера. Больше всего это напоминало подводные съемки с научного канала: через вторую сферу мы видели проплывавшие водоросли, рыб, улиток, даже пару раз мелькал вроде как чей-то хвост.

– Мне показалось? – уточнила я, уткнув пальцем в изображение.

– Там крокодил живет, – кивнул Милош, – небольшой. Пару лет назад ребята выпустили. Скоро

– Спасибо тебе ещё раз. А вчера думала туда нырять.

Воздушник рассмеялся и только махнул рукой: "Всегда обращайся". Если не вдаваться же в подробности нашей подводной охоты, то следует заметить, что управились мы часа за два. Уже в четыре часа смотритель помогал нам пересаживать саженцы из воздушных сфер в специальные аквариумы. Коробка с закупоренными вазами приятно оттягивали руки, пока мы втроём возвращались в жилые корпуса. Настроение было не просто приподнятое. Мне казалось, что я готова полететь, не хуже воздушников. Задание учебное можно считать выполнено. Впереди ожидалась чудесная прогулка. Памятуя о заинтересованности Уны в Милоше, сердце приятно грело, что и он не отказался от посещения фестиваля.

– Слушай, я никогда не имела дело с водными растениями, – пожала плечами я. – Поэтому многого от меня не жди.

– А какой у тебя выбор был? – рассмеялся Марк. – Согласись, что уж лучше я, чем "Лютый". Что бы ты с его хищниками делала?

– Ну, – робко призналась я, – у меня есть венерина мухоловка. У папы был коллега тёмный природник. Я в его лаборатории много времени проводила. У них интересно.

– Да? – расстроился парень, а Милош, шедший до того с молчаливой улыбкой, заметил: "Думаю, что работа с водными цветами, для тебя скорее вызов самой себе".

– Не без того. Дома у меня есть подруга – ещё со школы вместе. Она в старшей школе аквариумами увлеклась. Такие заросли высаживала. Было очень красиво.

– Самой никогда не хотелось чего-нибудь подобного? – спросил воздушник.

– Нет, – покачала я головой. – Мне всегда хотелось кота. Сфинкса или ориентала.

– Это такие лысые которые? Страшненькие? – поморщился Марк, а Милош тем временем вдруг закашлялся и отвернулся от нас.

– Нет, они милые.

– Настоящая кошка должна быть пушистая, а эти, как курица в магазине.

Так мы дошли до пересечения тропинок. Зэлакс-младший не жил в корпусах Академии. Друзья собирались проводить меня до здания, а потом уже вернуться к "копейке" – корпусу №1 -, где в основном обитали светлые природники парни. Я попыталась отговорить их, опасаясь того, что заточённые в вазах ростки могут замёрзнуть на октябрьской погоде, но они меня даже слушать не стали. Хотя Марк и колебался.

А на подходе к своему зданию я заметила неожиданность. Под окнами был припаркован чёрный внедорожник, возле которого стояли двое. Высокая худая фигура с уложенными назад волосами и громила в джинсовке с капюшоном.

Нас тоже заметили. "Ворон", облокотившийся на капот своего авто, оторвался от телефона и быстрым взглядом окинул нашу троицу. Даже на расстоянии я увидела как глаза темнеют.

– Не надорвёшься? – поздоровавшись за руку с Милошем и проигнорировав второго моего сопровождающего, обратился он ни то к Марку, ни то ко мне, но отреагировал именно Бергер, который тут же попытался забрать мою сферу. Я отскочила из опасения разбить. Эрик довольно улыбался, словно добился желательной реакции.

– И Вам добрый вечер, – улыбнулся тёмный уже именно мне.

– Добрый, – ответила я, не смотря ему в глаза и проверяя не расплескалась ли вода, а потом приветливо улыбнулась Генри, который заглянул мне через плечо, что при нашей разнице в росте – было не трудно,– Привет.

– Привет, привет, – глянув на друга, ответил гигант. – Как улов?

– Анубиас Млечникова. Она же "зараза донная", -похвалилась я. – Ладно, мальчики, до встречи у ворот.

– Через час, – откликнулись светлые.

Когда заходила в подъезд, успела услышать, как Эрик не без восхищения сказал: "Чертовка! Ладно, братец, я к тебе. Что с …".

В здании было как обычно шумно и многолюдно. Девчонки-огневики были и оставались общительными хохотушками и непоседами. Поднимаясь наверх, встретила Лизу с девчонками с комнат на третьем.

– Янка, – позвали они. – Приходи к нам. У нас вино есть. И вообще ты долго?

– Пять минут, – попросила я, показав коробку. – Оставлю в комнате и приду. А вы чего тут толпитесь? Или мы никуда не идём? Если что с нами Марк и Милош собрались.

– А он? – восторженно дернула мою руку Хельга, едва не прыгая по кругу.

– Кто? – не сообразила я.

– Эрик, – прошептала она.

– А! Так ты же говорила, что он с Милдред идёт, – пожала я плечами, решив не сообщать об услышанной накануне сплетне.

– Ну может ты и его уговорила, – топнула ногой Хельга, а Роксана за её спиной только закатила глаза.

– Боюсь, что если Корвус с нами и пойдёт, то тебе Яна-талисман сто процентов не поможет, – крайне загадочно заметила Лиза, чуть повела бокалом и подмигнула.

– А мы готовы уже, – ответила Уна, облокотившаяся на подоконник и неотрывно смотревшая вниз.

– Да он на тебя даже не посмотрит, – засмеяла её Рэй, и мне стало жаль коллегу: никому не пожелаешь слышать такую правду. Она была не виновата в своих чувствах. Как же я надеялась, что прогулка сможет как-то сдвинуть их с мёртвой точки – хоть в положительную сторону, хоть в отрицательную.

Внизу хлопнула дверь и неожиданно раздались мужские голоса. Вся наша женская компания моментально стала напоминать навостривших уши фей. Мы превратились в слух, не решаясь высунуться за перилла.

– Молодые люди, правилами Академии,– начала было комендантша, но мягкий и при том властный голос "Ворона" её оборвал: «В правилах Академии нам запрещено находится в личных комнатах девушек, к которым относятся спальни, но ни остальные помещения. Мы вполне можем зайти на кружку чая с печеньем по делу».

– Это был татчдаун, – сделала соответствующий жест рукой Лиза.

–Опа на,– развел руками Генрих, который взлетел к нам на этаж первым, – ты посмотри на них! Алкоголизируются.

– Имеем право, – качаясь на подоконнике показала ему язык подруга.

– Тебе хватит, – попытался отобрать у неё бокал парень, но отдёрнул руку, словно от лёгкого ожога.

– Ибо нефиг.

– Мальчики, – промурлыкала Хельга, стоило Эрику не спеша подняться, – а что случилось?

– Я вот с ним, – махнул парень в сторону друга, который что-то негромко обсуждал с так и сидевшей на окне Лизой, зажав её между своих рук.

– Да, – неохотно оторвался тот, и посмотрев в упор на Уну, от чего та даже отступила, произнёс: «Нам тебя сдали».

– Что? – с испугу произнесла она.

Мне было искренне непонятно причина подобных опасений, поскольку при всем своем устрашающем виде, Генри был вполне спокойным и миролюбивым.

– Говорят, что у тебя в запасах есть гашёный вулканический пепел. Поделись в долг.

– Ну, – заколебалась соседка. – Он же редкий. Мне его совсем недавно прислали.

– Так стоп, – взмахнула бокалом блондинка с первого этажа, едва не облив всех вокруг. – У тебя есть контакты поставщика, а ты молчишь?

Постепенно даже огневики, которым были не нужны данные ингредиенты – поняли, что где-то кого-то прокатили. А немногочисленные природницы взбеленились.

– Ян, – негромко, не оборачиваясь, позвал Эрик, как-то ловко-незаметно переместившийся ко мне на ступеньки.

– Что? – буркнула я.

– А чего это ты в пару к Марку пошла?

– Захотела и пошла.

– Понятно. И завтракаете вы так часто?

– В первый раз случаем зашли, – начала ни с того, ни с сего стыдливо оправдываться. – Я в книжку… То есть в библиотеку книжку шла сдавать вчерашнюю. Встретились по пути. Вот и зашли перекусить.

– И всё? – нажал однокурсник, пристально глянув мне в глаза.

– Он тоже додумался попросить Милоша, а так как работа у нас совместная, то и договорился за двоих. Что в этом такого?

– А он тебе нравится? – он старался говорить спокойно, даже улыбаясь, но глаза попеременно становились то темнее, то светлее.

– Он хороший парень, – не понимая сути его допроса, я нахмурилась.

– Идёшь на фестиваль? – перескочил на другую тему тёмный, склонив голову на бок.

– Да кто тут на него не идёт.

– Нас с собой возьмёте?

– Старые боги, какой кошмар! Да кто вам может что-то запретить? – вздохнула я, и стала подниматься в наш отсек. – Девочки, дайте мне десять минут минут привести себя в порядок и я вся в вашем распоряжении.

– Мы тебя ждём, -крикнули мне в след.

Как назло в тот самый момент мне позвонили. У самой двери извернулась достать аппарат и глубоко вдохнула, увидев имя абонента.

– В чём проблема заблокировать? – громко спросил Ворон, пристально смотревший на меня.

Оставалось только закатить глаза и сделать полукруг головой, как бы выражая всю гамму эмоций, которые я испытаю, если совершу подобное злодеяние. Локтем опустила ручку двери, толкая её внутрь.

– Да, Илиас, – ответила на выдохе.

– Привет, хотел поинтересоваться: как у тебя дела?

– Всё хорошо.

– Я хотел тебя спросить…

– Только не про городской фестиваль, – простонала я.

– Будешь там? – догадался он. – Жаль. Я хотел тебя позвать. Давно мы никуда не выбирались.

– Прости, но сейчас совсем не удобно говорить. Мы с девчонками туда идём и они уже заждались меня. Мне надо собраться.

– Ладно, – недовольно сказал мужчина.– Позвони, когда вернёшься. Признаться – я соскучился. Я надеюсь, что ты уделишь мне некоторое время из своего плотного графика.

– Обязательно, – пообещала я, чтобы как можно быстрее отделаться, и, распрощавшись, повесила трубку.

В наших комнатах было тихо, но мне в миг стало очень неспокойно. Я списала это на только что полученные новости, усталость и выхолощенность, которая появлялась каждый раз после общения с этим вездесущим тёмным магом. К тому же было прохладно.

Прошла в гостиную и увидела настежь открытое окно. Мысленно выругалась, потому что в комнате росла пальма не переносившая сквозняков. А он был. Дверь в комнату Рокс также оказалась распахнула, поэтому раздувавшаяся от ветра занавеска сразу бросилось в глаза. И только потом разбросанные по полу вещи, словно кто-то снес их случайно, падая в обморок. Но более всего меня напугали обугленные следи на полу, которые не сразу обратили на себя внимание. В невольном ужасе, вышла в коридор и пошла на шуршащий звук к своей комнате.

– Ян, ты где? – раздался со спины голос Лизы.– Ого! Ты чего тут устроила?

– Это не я, – пропищала я, застыв перед своей дверью.

Подруга подошла и толкнули мы её уже вместе.

В комнате словно произошёл взрыв. Вся одежда, книги, канцелярские принадлежности, а самое главное растения были разбросаны по полу и мебели. Горшки разбиты, стебли помяты и сломаны. Но в тот момент это всё было мелочью. В нашу сторону повернулся человек с красными глазами, слезавшей пластами кожей, под которой виднелись обугливающиеся кости. "Прокажённый" увидел нас и взревел. Мы не стали от него отставать и заорали в ответ, попытавшись захлопнуть дверь. Но петли были закреплены не в нашу сторону, и хватило одного рывка, чтобы оставить от неё лишь воспоминания.

Лизу отскочила в бок Она выставив руку вперёд, метнула в него заклятием, первым пришедшим в голову. Огонь, полыхавший в её камине, тут же поспешил на помощь хозяйке. Я же упала назад в коридорчик между ванной, туалетом и кладовой, оказавшись в тупике. В добавок крайне удачно ударилась головой. Не сильно, но ощутимо. В висках застучала кровь. Но поскольку монстр полз в мою сторону, боль и ужас заставляли только отползать назад. Краем сознания услышала, как подруга зовёт на помощь.

Стена оказалась сзади, как по мне, слишком рано. Попыталась встать и поняла, что ползла не только из-за страха, но и из-за резко заболевшей лодыжки. Глянула в бок и увидела недавно поставленный в душ плющ. Идея пришла сама собой. Я вскинула рука в его направлении и призвала силы сидевшие в цветке. В тот же момент, когда "Прокажённый" дёрнул меня на себя за ногу, длинные стебли протянули в мои руки лейку душа, включив при этом воду. Боль пронзила всё тело, как разряд тока, и я едва поймала себя, чтобы не уйти в обморок.

"Проблема" недовольно взревела, поскольку ей с того водного потока этого хоть бы хны, но в тот же момент его сшиб пылающий вихрь, отбросив назад в комнату и между нами встала фигура в чёрном.

Черный человек одной рукой достал что-то из-под полы пиджака, второй формируя заклятие. Раздались выстрелы, и я на грани сознания увидела, как монстр дёрнулся и обмяк. Шарик с синим пламенем догнал его мгновение позже.

– Генри, контроль, – скомандовал человек голосом Эрика, повернулся и почему-то поспешил ко мне. – Живая?

– Нога, – только смогла простонать.

– Твою мать! – выругались совсем рядом. – Её схватили. Я в больничное крыло.

Наверное впервые в жизни меня несли на руках. За исключением детства. И не так я это себе представляла в своих подростковых грёзах. В руках у тёмного было уютно, и приятно, но жжение и боль поднимались от лодыжки дальше по телу и перекрывали всё. Прибывая на грани яви, происходящее вокруг казалось нереальным и далёким: испуганные крики девушек, общая суматоха, кто-то куда-то спешащий, злая ругань "Ворона" с Милошем.

– Какого чёрта он проник в жилые корпуса? Какого чёрта им позволили зайти так далеко на территорию? Какого чёрта на зданиях сегодня не обновлена защита? – выговаривал тёмный, спускаясь к автомобилю.

– Да мы никогда не ставим защиту на дома.

– Я ставлю. Потому что Дона чуть не убили в корпусе. Потому что мы можем поймать девяносто девять Проблем на дальнем кордоне, на складах или при перевозках, а одна залезет в окно и загонит девушку в тупик. Дверь открой.

Меня наконец положили и даже накрыли чем-то. Хлопок. Потом ещё два раза. Уже теряя сознание, успела осознать короткий диалог под заводящийся двигатель.

– С Яной всё будет в порядке?

– Да. Резерв только будет ещё восстанавливать. Так колдануть – надо уметь или не иметь мозгов и чувства самосохранения. К тому же после вчерашнего ночного расхода энергии.

Глава 9

Эрик стоял в дверях палаты и рассматривал спящую. Он ожидал, что от пережитого стресса девушка будет метаться, просыпаться от кошмаров или хотя бы съёжится. Но Яна просто спала: как ни в чём не бывало. Иногда переворачивалась. И улыбалась.

– Наверное что-то сниться, – подумал он, подойдя ближе.

На тумбочку у головы кровати он поставил небольшую вазочку, без спроса одолженную у медсестры. Сам себя в сотый раз укорил за этот мальчишеский поступок – оборвать первую приглянувшуюся клумбу. Даже в школьные годы не устраивал подобного.

Стоя же по утру, после практически бессонной ночи, возле Яны Эрик тихо радовался, что с Шимэль всё хорошо. Столкновение с "Проблемой" прошла для светлой без серьёзных последствий. Огневик провел по тёмно-русым волосам, виску и щеке. Кожа под горячими пальцами показалась ему фарфоровой и холодной.

– Интересно, а она везде такая? – улыбнулся тёмный, и, отдёрнув руку, быстро вышел из комнаты.

Эта девчонка его раздражала своим поведением, отстранённостью, боязливость. Он бесился со своего положения на расстоянии вытянутой руки. Она словно кружилась в танце с каждым, кроме него. Умудрялась сбегать, стоило отвернуться. И как тут быть к ней ближе? Как узнать про этот её неестественный магнетизм и разработки Шимэля-старшего? Теперь ещё и оберегать от этих выродков магических. И надо же было так совпасть: только придумали план, так он исполнился сам собой и не так, как хотелось бы им! Корвус даже успел на Таброва подумать, но тот все свои гениальные поступки сразу выпячивал. В тот раз смотрелся обеспокоенным.

– Господи, одни хлопоты от этого задания, – подумал парень, рухнув на диван в коридоре. – Ладно. Может теперь дело сдвинется с мёртвой точки. Ты должен был быть спасителем – ты им стал. И глаза у неё красивые.

Он их периодически видел как наяву, стоило хотя бы моргнуть. Они были порой полны мягкой печали. Стоило оказаться в кольце подружек, через которых не пробиться, или среди парней, которых Эрик уже устал отгонять, как всё менялось. Появлялось невероятное сияние, теплота, переливы. Но наедине сама с собой девчонка явно варила в голове непростую кашу.

– Может её напоить? – подумал Корвус, рассматривая повязку на руке.

Мало ему было утренних нравоучений от Зэлакса, так и ночью досталось: за то что было и не было. Подумаешь – подрался! Не в первый и не в последний раз. Да и повод был вполне благородный. Как не заступиться за честь прекрасной дамы?

– Я начинаю подозревать, что она тебе нравится, раз ты из-за студентка Шимэль ввязываешься в потасовку студентом Агаповым? – сурово сказал Лев Савельевич, и, заметив как Эрик вскинулся, добавил более спокойно. – Не затягивай. Сам видишь, что происходит. Для безопасности твоей же подопечной.

– Мне кажется, она меня боится, – высказал свои опасения парень .

– Так сделай так, чтобы не боялась. Вместо того, чтобы с Табровым гулящих девиц зажимать по клубам, пригласи её в компании куда-нибудь. Не один на один, а с друзьями. С твоими-то парнями Яна как?

– Нормально, – пожал он плечами, даже немного обидевшись на упрёк в разгульности: на подобное время препровождение в компании случайных знакомых не было ни сил, ни времени, а главное желания. – С "Лютым" они вообще на одной волне. С Мехом и Филом тоже. Хотя, есть у меня одна идея. Думаю она более действенная будет.

– И какая?

"Ворон" приложил обе руки к сердцу и скорчил самое молящее выражение лица: "Если я буду руки выкручивать магистру Грешецу – помилуй мя".

– А с ним-то что у вас двоих? – тяжело покачал головой "Великий и Ужасный".

– Сам не до конца узнал. Но он к ней клеится. Точнее даже не так. Грешец ведёт себя с ней как без пяти минут законный супруг, который только и ждёт момента консумировать брак. Не могу по другому объяснить.

Мужчина поморщился и потёр переносицу: "Он ей совсем по силе магии не подходит. С чего бы это?".

– Вроде бы они по Альденгражу знакомы. Но Яна это знакомство скорее терпит. Опять же, для понимания: так обычно терпят детей приглашённых друзей родителей, когда они тебе не друзья, а вас вынуждают играть вместе в твои игрушки и всячески их развлекать.

Зэлакс кивнул, пообещал разузнать и отправил парня в больничное крыло лечить пострадавшую руку.

– Да ладно, – попытался отказаться Эрик. – Я Янкиным кремом помажу и всё пройдёт. Реально убойная вещь.

– Несертифицированная, – упрямо напомнил Ректор, но попросил оставить ему на пробу. – Иди. Лично позвоню на медпост – проверю. За одно узнаешь о самочувствии своей красавицы.

"И ничего она не красивая, – хмуро думал тёмный, особо не торопясь к эскулапам. – Милая – вполне. Как котята какие-нибудь. Мордашка милая, фигурка так себе. Но ни груди, ни попы, ни ног. На любителя. Хотя, глаза у Янки красивые. Глубокие. И губы".

Эрик предполагал, что они должны быть очень нежными, чувственными и вишнёвыми на вкус, как её бесцветная помада. И порой ловил себя на мысли, что очень хотел бы попробовать их. Даже прикинул – могло бы это помочь в очаровании светлой или нет? И однажды – ещё в начале октября – на лекции по истории, бесцельно наблюдая за тремя подружками, с очередной красоткой по соседству, надолго завис от вида тонких пальцев и изящных запястий, быстро выводившие строчку за строчкой. Когда же намеченная на ночь девушка обратилась к Корвусу в перерыве, он с досадой не смог вспомнить её имени.

Глава 10

Открыла глаза и долго лежала без единой мысли в голове. Только следила как по стене ходит в одну и другую сторону солнечный свет. Пахло лечебными травами и стерильностью, которая бывает разве что в больницах. Минуте на десятой я принялась двигать размякший мозг.

Прибывала явно в выше угаданном месте. Насколько хватало угла зрения, лёжа на боку, в плате было около шести коек, хоть и видела только три. Моя стояла где-то посередине. На стенах – милые пейзажи, которые должны были настраивать на выздоровление. Между кроватями – высокие тумбочки. На окнах цветы очищающие воздух: в основном разного сорта хлорофитум. А под потолком подвешены емкости с нулевой манной.

– Прекрасно, – горестно подумала я, – три шага до магического выгорания. И реанимации.

Подобная нулевка была разработана магами-природниками лет шестьдесят назад. Она не была заряжена ни на тьму, ни на свет, ни на одну из стихий. Поэтому легко подстраивалась под потребности любого колдуна, принимая нужную форму и цвет: быстрый и беспроигрышный вариант восстановить магический запас.

Я зевнула и потянулась в мягкой белой постели, желая завернуться в одеяло ещё плотнее и проспать оставшийся день. Но тут же встрепенулась, увидев на ближайшей тумбочке небольшую вазу с разноуровневыми мелкими хризантемами. Они мне сразу вспомнились – росли на одной из парковых аллей. Стало очень приятно от того, что некто пошёл в нарушение правил и сорвал их.

Хотела потянуться и вдохнуть аромат, но ощутила, что на ноге присутствует непривычный посторонний объект. Аккуратно сев, я отодвинула одеяло и стала разглядывать плотную повязку. На миг мою голову посетил глупый вопрос: "Зачем это?", но нахлынувшие воспоминания о событиях в секторе выбросили его за ненадобностью. Я могла только представлять: как должно быть ужасно выглядела. А вокруг не было ни одного зеркала.

– Так себе, – сказали справа.

Повернулась и увидела стоящего на пороге Эрика Корвуса: усталого и нервного.

– Ты слишком резко снизила свой резерв, – пояснил парень, пройдя во внутрь и пододвинул к моей постели стул. – За два последовательных дня. Поэтому, поверь мне, сейчас в тебе из симпатичного только глаза.

– Спасибо на добром слове, – просипела я, а по горлу словно наждачной бумагой прошлись: наверняка сорвала.

Эрик посмотрел с сожалением и подал стакан с зелёной жидкостью: "Лекарство. Доктор сказал выпить всё".

– Тебя ко мне приставили что-ли? -проглотив первую часть уточнила я.

В ответ парень молча закатал правый рукав и покрутил рукой в эластичном бинте.

– Ничего страшного, – поморщился он, потирая запястье. – Небольшое растяжение. Вечером сниму.

– Это хорошо, -кивнула я, вздохнула и стала принимать выделенное лекарство.

"Ворон" сидел. Он словно думал о чём-то. В добавок пристально следил за мной. Зелье это мне было прекрасно известно: вязкое, противное, горьковатое. И крайне действенное. Пить его, по утверждению всех медиков, стоило залпом, поскольку на второй заход мало кто отваживался. Залив последние капли в себя, зажмурилась и несколько раз ударила по одеялу, мужественно проглатывая всё. При этом стакан у меня из рук мягко и настойчиво изъяли.

– Спасибо, – наконец сказала, посмотрев на Эрика. – Ты меня спас.

– Мелочь. Если бы нормально отработал, геройствовать не пришлось бы, – поморщился тёмный.

– Вроде в тот день не ты ответственный был.

– Ответственный безответственный, – усмехнулся он, и помотал головой. – Ладно. Заканчиваем хандрить. Все живы. Здоровы. С происшествием разбираются. Можешь рассказать, что как было, когда ты вернулась в комнаты?

Я задумалась. Поскольку голова была ещё как в вате. Но припомнив как можно больше деталей, рассказала всё с момента входа в прихожую. "Ворон" слушал внимательно, то и дело отводя взгляд и беззвучно повторяя за мной.

– А до этого?– спросил он, когда я закончила. – У тебя потерялось минут пять-десять.

– С девчонками поболтали в коридоре. Если ты про до того, как вы поднялись к нам.

– О чём?

– Мы же на фестиваль собирались. Так по мелочи поговорили.

– Часто так на лестничной клетке тусуетесь?

Я смущённо пожала плечами и потупив взгляд ответила: "Не знаю почему они вышли. Наверное из-за вас. При вашем приближении у половины нашего корпуса пробуждается нездоровый интерес. А обычно мы у кого-нибудь в секции прибываем. Всё чаще у нас. Но не каждый день".

– Да, мы такие, – вскинул голову тёмный, которого мои слова явно позабавили. – Не обижайся за такой расспрос.

– Я не обижаюсь. Как Лиза? – спросила я. – И сколько я здесь?

– Лизу продержали в блоке ночь, утром Генри накормил её пирожными до потери аппетита. Сейчас все на занятиях. А ты тут день, – действительно повеселел парень став больше напоминать себя. – Доктора сказали, что к вечеру уже выпишут. В комнатах мы прибрались. Дверь тебе поставили на место. "Лютый" даже цветы пересадил. Ему их, видите ли, жалко.

– Это инстинкт, – вздохнула я, прекрасно понимая, что возвращаться в корпус мне не хочется. – Жалко прогулку пропустила.

– Так хотелось посетить? – спросил Эрик. – С чего это? Как по мне обычный фестиваль. Они такие каждый год устраивают: Путешествие в зиму, Весенний карнавал, цветочный какой-то под лето.

– Да так. Просто договорились с девчонками, с Марком и Милошем. У Лизы с Генри ещё свидание сорвалось.

– А вот в них ты не думай сомневаться! Эти двое его ещё наверстают, – ухмыльнулся тёмный. – Оба сегодня вне зоны доступа для остальных.

– А откуда этот сгоревший взялся? – повернулась я к собеседнику, свесив ноги с кровати.

– Не думай об этом, – покачал головой только тот.

– Значит, если такая же милая – Даже не знаю как сказать. Короче, "Прокажённый" если появится у меня на пороге, тоже об этом не думать? – попыталась пошутить я, поняв, что в служебные проблемы меня посвящать не будут.

– Не бойся, – вдруг подался он вперёд и взял меня за руку. – Ваша секция сейчас самое безопасное место на свете. Мы в складчину установили все возможные ловушки. Там и муха не пролетит.

– А другие здания? – спросила я, сразу поверив ему, и сжав его ладонь в ответ.

– Если честно, не хочу тебя врать. Мы у вашего корпуса чаще чем у других находим их следы. А то, что она залезла через одно окно и поджидала именно в твоей, не просто так, как по мне. Хотя с этим не все согласны.

– И что теперь? – испугалась я.

– Ничего, – поднялся Эрик со своего места, не размыкая наших рук. – Просто не бегай по утрам в лесу одна. Остальное уже моё дело.

– Спасибо, – вновь поблагодарила я.

– Ладно, – наигранно великодушно отмахнулся он и вдруг подмигнул. – Должна будешь.

Как и предсказывал Корвус, выписали меня после обеда. Чуть раньше пришла Роксана. Сперва она была настороженной, но выискав меня уже одетой – радостно стала улыбаться.

– От кого букетик? -спросила она и в дверь постучали.

Марк сперва заглянул, а потом нерешительно вошёл в палату.

– Привет, – помахала я ему рукой. – Не ожидала тебя увидеть.

– Привет. Роксана сказала, что идёт тебя встречать, и я напросился. Как ты?

– Всё хорошо. Спасибо. Только вон повязку наложили, – и обратилась уже к подруге, обняв её в ответ крепко за шею: "А я думала, что ты всегда по эмоциям ориентируешься".

– Я умею это контролировать. Разве что очень сильные эмоции. Что по ноге ещё сказали?

– Особо не напрягать. Обрабатывать повреждение, – и вспомнив недавнюю перевязку поморщилась. – Там кожа вся почернела. Сказали, что повезло: вовремя привезли. Как остальные? Из-за меня прогулка сорвалась.

– Не говори глупости, – отругала меня подруга. – Вечно ты самобичеванием занимаешься. Какая прогулка, когда такое?

Марк глубокомысленно кивнул и посмотрен на меня самым укоризненным взглядом. Дверь снова открылась, являя нашему маленькому обществу главного врача академии.

– Мадмуазель Шимэль, да вы уже с эскортом? – мужчина просто источал бодрость и радость, так что от него можно было подзаряжаться, как от батарейки.

– Добрый день, господин Ветров, – поздоровались ребята одновременно.

– Добрый день, Марк, Роксана, – мужчина, записывая что-то в планшет, присел на оставленный ещё Эриком стул. – Яна, мы Вас выписываем. Рекомендации сейчас Вам выпишу. Перевязки сами делать будете?

– Лучше мы сами, – переглянулась я с тёмной, и получила от неё уверенный кивок.

– Хорошо. Тогда накладывайте повязку, а следом плотную повязку. Не бегать, не напрягать. Тяжёлое не носить. Даже на лекции сумку лучше облегчить. И ещё, – он пристально посмотрел мне в глаза, хитро улыбаясь, – утром мне рассказали про одну очень интересную мазь. Домашнего производства.

Я выпрямилась, закусила смущенно губу и потупила взгляд: "Я её для себя же. Не продаю".

– Зря. Рекомендую запатентовать, если оригинальный рецепт, – успокоил меня врач. – Эрик Леонельевич сегодня показал её. Вполне можете использовать. Но смотрите, если за три дня улучшений не последует, немедленно сюда. Выпишем новое лекарство. А пока можете идти.

– А что "Ворон" уже успел наведаться? – скрестил руки на груди друг и кивнул следом на букет. – От него что ли?

Стоило жизни снова наполниться людьми и действиями, я и забыла про цветы. После того, как тёмный ушёл только и могла, что думать о нашем разговоре. Теперь же стало несколько волнительно и интересно, но потом я сама себя расстроила.

– Эрик был, – не стала скрывать я. – Утром ещё. Руку где-то потянул, повязку накладывал. А от кого это я и не знаю. Но сомневаюсь, что от него.

– Может тогда выкинуть, от греха подальше? – предложил парень, но я решительно забрала внезапный подарок и прижала его к груди.

Вещей у меня было немного. Они разместились по карманам. Как только мы оказались на свежем воздухе, сразу поняла настолько проголодалась.

– Ребят, – попросила я, – а отведите меня кормиться.

– Тебе домашнего или столовой обойдёмся? – уточнила Рокс.

– А что у нас в холодильнике?

– Лазанья осталась, салат можем нарубить. Котлеты вроде. Если Генри утром всё не съел, – упомянув тёмного природника, Роксана фыркнула.

Крепко задумавшись, всё-таки махнула рукой в сторону столовой. Несмотря на заверение "Ворона", в корпус мне пока не хотелось.

Обычно дорога от медблока до главного корпуса занимала минут пять, теперь шли мы все двадцать. Неожиданным препятствием становились другие студенты. Сведения о нападении разнеслись за один вечер. Многие подходили – желали здоровья, интересовались самочувствием. И на середине пути, я поняла, что наступать на пострадавшую ногу становится трудно. Роксана старалась многих отворачивать ещё на подходе, воздействуя на ментал, но и её на всех не хватало. Марк поддерживал меня под локоток.

Когда мы достигли лестницы в главный корпус, навстречу нам вышла Хельга с другими девчонками.

– Яна! – всплеснула она руками, и нас тут же облепили со всех сторон.

– Как ты? Что врачи сказали? По Академии одни слухи. А ампутация будет? – наперебой спрашивали они.

– Куры, – вдруг раздался резкий окрик над моей головой, – расступись!

Роксана и даже Марк отпрыгнули в стороны, как испуганные голуби на площади Цветов. Я просто пригнулась, а потом осторожно обернулась.

– Напугал, Рик, – стукнула его в плечо подруга.

– Спокойствие. Только спокойствие. Подержишь? – Табров в спортивном костюме был серьёзен, но задорно улыбался, подмигнув девушке. – Куда нести?

– Кого? – успела спросить я, пока Рокс забирала спортивную сумку, прежде чем под женский восторженный, дружный как никогда, вздох меня подняли на руки.

– Ты чего? – оставалось только вцепиться в плечи друга.

– Поставь её! – возмутился Марк, а Рик даже не глянул на него, уточнив у нашей общей подруги: "Вы обедать шли?".

– Полной вперёд, – рассмеялась она в ответ.

– Держись, инвалид-ножка-болит, – улыбнулся мне Табров, и не хуже ледокола пошёл сквозь толпу.

Подруга двигалась впереди, предусмотрительно открывая двери. У самого входа в столовую нам на встречу по коридору попался Илиас. Он ошарашенно остановился, перестав отвечать на вопросы особо учёных первокурсников. Хотел явно что-то сказать и даже подняв вверх руку, указывая на нас, но Табров, как и его друзья, мало обращали внимание на магистра теории магии. Он свернул в двери, без единого приветственного кивка, будто никого и не было. Появлении в общем зале произвело полный фурор. Несмотря на немногочисленность студентов, но все они, а в добавок преподаватели со второго яруса, работники раздачи, кухни, летавшие под потолком феи-помощницы повернулись в нашу сторону. Рик был безразличен ко всякому, кроме Роксаны, по её же указанию, грациозно пролавировал к свободному столику у окна, опустив меня на стул, как хрупкую хрустальную вазу. Недовольный Марк сел напротив.

– Спасибо, – сказали мы с Рокс одновременно, а Табров, вытянувшись во фрунт, манерно поклонился и проговорил: "Дамы, честь имею. Янка, ногу береги".

Глава 11

После неприятного инцидента жизнь вернулась практически в своё русло. С двумя маленькими поправками.

Первый оказался весьма приятным и интригующим. Теперь раз в несколько дней на моём подоконнике стали появляться цветы. Букеты были небольшими и каждый раз разные, но по сезону. Когда появился первый, через три дня после выписки меня из больничного крыла, мы с Лизой разобрали его едва ли ни на лепесточки, но не нашли ни малейшего намёка на отправителя. Только Роксана посмеивалась и смотрела на нас взглядом, которым смотрят мамы на детей в Новогоднюю ночь, ждущих Деда Мороза у одного окна, пока он проходит через соседнее.

– Она всё знает! – указала на подругу рыжая, когда мы распотрошили и полученный мною в больничном крыле знак внимания, который накануне вечером был выкинут.

Но тёмная всё отрицала и говорила лишь, что не в её правилах вмешиваться в ход судеб.

– Да ну тебя, – махнула я на неё рукой, ставя цветы в вазу.– Хоть бы намекнула; в чью сторону корням расти.

– Янка, у вас с ним всё идёт по плану. Всё идет по графику, – заверила меня Роксана.

Наивно я полагала, что об инциденте и моей персоне быстро забудут. Если сразу после выписки знакомые и незнакомые осторожно интересовались самочувствием, то уже буквально на следующий день я была атакована просьбами рассказать о том вечере. Перемусоливание это крайне утомляло. Остальные же просто смеялись.

– Подруга, скажи мне, – спросила я устало Лизу, когда нас вновь оставили в относительном одиночестве, – ты же тоже там была. Почему тебя не допрашивают?

Линтон заливисто рассмеялась: "Не надейся. С этой овцы они уже они уже свою шерсть получили". На что Рокс, листавшая за обедом учебник по своему спецкурсу, заметила: "Не ври. На страже твоего спокойствия стоял Лютый. Он разворачивал жаждущих ещё на подходе".

– То есть общество просто припали ко мне как мучимые жаждой к роднику, – ухмыльнулась я.

– Таким образом, можно сделать вывод, что хороший парень залог душевного равновесия, – огненная сделала в воздухе магический знак спокойствия, который тут же вспыхнул. – Яна, нам надо найти тебе пару.

Мы с тёмной магичкой подавились одновременно. Если же я поперхнулась чаем, то Роксана явно пыталась скрыть смех.

– Чего вы смеётесь? – обижено надула губы Лиза. – Я как лучше хочу.

– Слушай, как вы там говорите, не гони верховой пожар. Я тебе как маг духа говорю, что необходимо чуть-чуть подождать. По моим ощущениям, человек пять уже дозревают. Один на последних стадиях.

– Да? – заинтересованная рыжая подсела ближе, и теперь мы больше походили на заговорщиков. – И кто наши кандидаты?

– Кандидатов в покойники, – раздалось воодушевлённое над нашими головами, и на мой стул кто-то опёрся. – Привет честной компании. О чём, собственно, речь?

Втроем сначала задрали головы вверх, а затем и глянули по сторонам. За наш столик усаживалась не менее честная компания "Ворона", а он сам и нависал над моей головой. Генри тут же заграбастал Лизу к себе. На освободившееся место опустился Эрик.

– Давно я не видел вас за завтраками, – заметил Рик, расположившийся с Филом напротив нас с тёмными. – Вы же в секторе своём питаетесь? Что изменилось? Эти двое, – парень указал на наших помирившихся влюблённых, – вам кухню ненароком разнесли.

В сторону болтуна тут же полетел огненный шарик, который Табров без особых проблем поглотил, но пропустил сгусток тёмной энергии. Попав ему прямо в лоб, магия земли стала похожа на болотистую кляксу, постепенно впитавшуюся в кожу. За каких-то три минуты находившиеся в совершенном беспорядке волосы парня закрутились в спираль, в конце соединившись, зазеленели и на их конце появился яркий оранжевый цветок.

Рик его не видел, но понимал, что что-то там не так. Роксана хохоча вместе со всеми сделала в воздухе круг и над столом завис полупрозрачный диск, в который тёмный посмотрелся, так и этак вертя головой. Потряс цветочком на макушке, и развёл руки по сторонам, растопырив пальцы и надув губы: "Ну и скажите, что я не киса?".

– Ты не киса, ты цвЯточек, – уткнувшись в стол глухо простонал Филипп.

– Ладно. Чего вы в такую рань-то? – снова задал свой вопрос Табров, когда все успокоились.

Роксана кивнула в мою сторону.

– Её закрывать просто надо, – встряла и Лиза. – Встаёт ни свет, ни заря, и на кухне прыгает у плиты. А Янке ногу сказали что? Не нагружать.

– Как ты, кстати? – спросил Фил.

– Нормально. Скоро бегать начну, – чуть приукрасила я, хотя за прошедшие три дня при долгом стоянии или ходьбе голень начинала сильно ныть.

– Если по лесу, то не скоро, – заметил Эрик, допивая свой чай.

– Это ещё почему?

– А какая охота по грязи бегать? Или по снегу? А ещё лучше по снегу с грязью, – пожал он плечами.

– А где тогда? По аллее круги наворачивать?

– Яночка, тебе наш "Великий и Ужасный" такой спорткомплекс отгрохал, – хитро улыбаясь заметил он, и, наклонившись ближе к моему уху, шёпотом добавил, – в нём можно не только на матах обжиматься.

Смущённо и возмущённо толкнула его, и даже отсела дальше. Сантиметров на пять-десять до конца стула.

– Вы на них посмотрите, уже какими-то секретками обзавелись, – меланхолично заметил Фил.

– А что за кандидаты, которых Эрик в покойники отправил? – вспомнил Генри.

– Так, – потёр воодушевившись руки Рик, – куда вписались, а нас не позвали? Не по товарищески это.

– Да вот. Надумали мы с мадмуазель Миларт нашу Яну замуж выдать, – честно заявила Лиза.

Бедской, как мне показалось, пригнулся. Рик с "Лютым" просто замерли, удивлённо глядя на рыжую. Ворон напрягся и внимательно посмотрел сперва на девушку друга, словно надеясь услышать, что это шутка, а потом и меня окинул таким же взглядом. Выдержав испытание, я молча постучала себя пальцем по виску, а потом закатила глаза. Одна Роксана подалась вперед. Она явно незаметно всех нас сканировала, наблюдала за скрытыми эмоциями и явными реакциями, и улыбалась.

– Лиз, не веди себя, как моя мама, – попросила я.

– И каков список? – вроде равнодушно, но со скрытой угрозой спросил одновременно со мной Ворон. – И смею напомнить вам, что уставом Академии учащимся запрещено сочетаться браком и заводить детей во время обучения.

К моему счастью продолжить данную животрепещущую тему нам не дали. Подошедших к нам Марка с Милошем я готова была расцеловать.

– Идём? – спросил меня светлый природник, и кивнул ещё и Генри.

– Да, – поднялась я, – а уже время?

– Минут пять как, – заметил Генри, поцеловал Лизу в макушку и подхватил вместе со своей ещё и мою сумку, которую ему передал Эрик.

– Куда это вы таким составом? – спросил Табров.

– Время последнего урожая, – не сговариваясь кисло ответили мы втроем.

Вечером я смогла укрыться в библиотеке. Мне нравилось это светлое современное помещение, в котором казалось нет ни конца не края. Всегда можно было найти укромный уголок с диванчиком или креслом. Часто кто-нибудь заколдовывал стоящий посередине рояль. Книги были в абсолютно свободном ходу. Как пояснила одна из работниц – всё запрещённое изъято из оборота в Академии и хранится в кабинете ректора.

Если раньше мне нравилось сидеть в основной части, прибывая в гомоне студентов. То после трёхдневного марафона общения единственным желанием было чуть-чуть побыть в уединении. Залезла в дальний угол и села над ботаническим атласом и практиками народов Юга. Их фигуры были несколько иными, чем принято среди подобных нам. А маги природы ценились даже больше. Я выделывала некую закорючку, когда совсем рядом кто-то постучал о стеллаж.

– Я не помешаю? – спросила высокая, платиновая блондинка.

– Нет, – пожала я плечами.

– Прошу прощения, – девушка села на соседний стул. – Мы не знакомы. Но ты ведь Яна, так?

– Да, – устала посмотрела я на неё, ожидая однообразных расспросов.

– Отлично. Меня зовут Николетта Вайнорсенс. Можно просто Летта. Тёмный маг воздуха. И мне нужна твоя помощь, если ты не против.

Моё секундное удивление чувствуется очень живо отразилось на лице, так что воздушница рассмеялась.

– Яна Шимэль, буду рада помочь. Только я не всесильна, – предупредила я.

– Ой, не принижай себя, – с милым укором сказала она. – Мне рекомендовали именно тебя. Всё не могла найти момент, как бы подойти и попросить. Тебе же нужна пара на практику с воздушниками.

– Да, – кивнула я.

– А мне как раз нужна для практики природница. Не хочешь объединиться. Тема к тому же такая – эфиры.

– Создание вытяжек для воздушных концентратов, – припомнила я, – так ты будущий парфюмер?

– Не отведи Единый, – обвела себя в защитным знаком девушка. – Значит мы договорились?

– Конечна. Рада знакомству.

– Взаимно, – изящно поднялась она, – не против встретиться завтра здесь же и уже конкретнее обсудить детали.

– Давай. Я буду свободна к шести, – покопавшись в расписании, сказала я.

– Отлично, – кивнула Летта, и, распрощавшись, удалилась.

Радостно похлопала в ладоши. Одной задачей на ближайшее время стало меньше. А потом вздохнула и тоскливо обвела взглядом уходящие в потолок книжные стеллажи. Необходимо было хотя бы примериться к работе, о которой я даже не начинала думать. И начать стоило с чего-то по круче магистерского учебника.

– Простите, а не подскажите, где раздел по эфирам? – спросила я библиотекаря за стойкой.

Девушка бросила на меня усталый взгляд и махнула рукой в дальний конец: "Секция пятнадцать, шкафы с восьмого по двадцатый для магистров".

– Девушка, – догнал мен её голос, не успела я отойти от стойки, – посмотрите учебник за авторством Господина Ректора.

Я поблагодарила и заспешила в указанное место.

Двадцатью минутами позже, вернув очередную книгу на место, осмотрела выстроившиеся корешки. Помимо толстеньких томов, порой входивших в серию, были и тонкие монографии, и узкоспециализированные издания. А вот рекомендованный продвинутый учебник за авторством нашего ректора никак не хотел показываться.

– Ты здесь есть и я тебя найду, – упрямо заявила я, проводя указательным пальцем по книгам и уходя на противоположную сторону.

– Ты не смеешь так со мной поступать! – едва не подпрыгнула на месту от визга в полуметре за спиной: я успела перелистнуть в мыслях все возможные причины такого тона, прежде чем поняла, что обращён он не ко мне.

– Не кричи, – спокойно попросил Эрик Корвус.

Мы находились совсем в стороне от людей, там где никого обычно не бывало. Данный стол занимали либо желая побыть в одиночестве, либо в самые жаркие моменты перед сессиями. По крайней мере так меня заверили девчонки. Но сколько я бывала в библиотеке, ни разу никто его не занимал. Теперь же здесь было более чем многолюдно.

За противоположным краем стола сидел Эрик, обложившийся документами, которые он ненавязчиво прикрыл книгой. Ближе ко мне, вцепившись в спинку стула, стояла напряжённая, как перетянутая струна, Милдред. Я замыкала эту линию, прижавшись спиной к шкафу, словно меня вот-вот ударят.

– Взяла моду, – продолжил тёмный, неотрывно глядя на блондинку. – Во-первых, здесь библиотека. Во-вторых, никому не позволено на меня голос поднимать. В-третьих, ты мне Яну напугала. А она у меня цветочек трепетный.

– У тебя? Да я случайно забрела, – принялась оправдываться, краем глаза заметив искомое, но испытывая дикое желание слинять. – Простите, что помешала. Я пойду.

– Стой, – бросил парень, вскакивая со своего места, поскольку Бон резко повернулась в мою сторону, а вокруг неё начал подниматься ветер: потоки разметали бумаги Эрика по полу, часть книг разбросало.

– А ты вообще…, – начала воздушница и сжалась, как сдувшийся шарик, – да ты… Какой с тебя спрос?

– Что вы здесь устроили? – прикрикнула заведующая библиотеки, решительно вышедшая из того де прохода, что и я.– Мадмуазель Бон о вашем неумении контролировать магию будет доложено куратору потока. Пора бы научиться властвовать собой ко второму курсу магистратуры Академии.

– Прошу прощения, – процедила она сквозь зубы, и пошла прочь.

Поравнявшись, девушка окинула меня недоверчивым взглядом и как-то участливо посоветовала, негромко сказав, чтобы услышала только я: "Не верь тёмным огневикам. Поиграют и выбросят". А затем ушла. Мне стало сразу неловко от её слов. В конце концов: какое я имела отношение к тёмному огневику? Но никак не могла поднять глаза на Эрика, поэтому опустила очи долу и осмотрела оставленный на полу беспорядок.

– Надуюсь вы потрудитесь убрать всё? – недовольно спросила библиотекарша, и прежде чем Ворон успел ответить, я заверила даму, что волноваться не о чем, первой начав собирать документы и книги.

Собрав несколько страниц, пробежалась по ним глазами из интереса. И заинтересовалась ещё больше. Но решила ничего не говорить сразу, а сначала исполнить данное обещание. К тому же и парень не отставал от меня, собирая всё с пола с противоположного края.

– Зачем тебе разработки моего отца? – спросила я его только передавая ровную стопку распечаток и копий.

– Яночка, – внимательно окинув окружавшие нас шкафы взглядом, заметил Эрик, – не так громко. Сейчас не время об этом публично говорить.

– Не говори, пожалуйста, загадками. В конце концов я его дочь и имею право знать. И если потребуется помочь.

Он не торопясь убрал вещи в свой рюкзак. Закусив губу, глядя в сторону проходов, явно взвешивая все за и против, и только затем, оперевшись руками о стол, посмотрел на меня, мягко улыбаясь. Я в ответ тоже не отводила взгляда, просто пропадая в его стальных глазах.

– Хочу разобраться: почему "Проблемы" липнут к тебе?

– В смысле? – так до конца и не поняла я обижаться мне или пугаться.

– Это долго объяснять, – встряхнул головой тёмный, – ты ужинала?

Простой вопрос заставил меня задуматься. День был настолько насыщенным, мы с однокурсниками так набегались, что даже обед пропустили. В чём я честно и призналась собеседнику. "Ворон" улыбнулся шире и предложил: "Тогда поехали. А там я тебе по возможности и расскажу всё".

– А… в смысле "поехали"? – снова спросила я, останавливаясь на полушаге.

Огневик непринуждённо обошёл стол, достал с предпоследней полки синий толстенький учебник и протянул его мне.

– Ты за мной следишь что ли? – не поверила я, убирая искомую книгу в сумку.

– Присматриваю, – хитро подмигнул тёмный, – и банальная логика. В этой части тематика водушников и менталистов. А сейчас у вас как раз начались сложные эфиры. Я тебя несколько узнать уже смог – тебе нужно во всём разобраться до идеала. Поэтому и будешь искать "Продвинутый курс" за авторством "Великого и Ужасного".

– Спасибо. И возвращаясь к ужину…, – Эрик вёл не к главным дверям, а к боковым, выходящим на задний двор.

– Столовая закрыта уже. Восьмой час. В буфете ничего толкового нет. Поэтому приглашаю Вас, мадмуазель, посетить небольшое кафе в квартале от сюда. Доставка до места и до корпуса. Обернёмся часа за два.

Замявшись, я хотела было предложить поужинать у нас в корпус, но посмотрела на часы и поняла, что наша мадам его просто не пустит на порог.

– Ладно, – согласилась в итоге.

Корвус самодовольно улыбнулся и протянул руку ко мне, предлагая передать ему учебную сумку. Но я вздрогнула и крепче прижала её к себе, чуть отступив и потупив взгляд.

– Ну, как хочешь. Благо тут недалеко, – пожал плечами Эрик и схватив меня за талию, повернул и обняв за плечи повел к запасной двери, который через парк вела к парковке.

Место, куда меня доставили, действительно было уютным и довольно камерным: со множеством укромных закутков, в которых ни потревожат, ни пристанут. Эрик выбрал столик в плотном кольце растений и галантно помог мне расположиться. Официант, вручив меню, оставил, сообщив, что подойдёт буквально через несколько минут.

– Ну, – дала я знак, что жду подробного рассказа о теме его внеучебного исследования.

– А оно тебе надо? Хорошо же сидим, – попытался отвертеться парень, но я посмотрела на него так строго как могла.

– Ты обещал. Я согласилась поехать из-за этого.

– То есть просто так со мной в ресторан ты не пошла бы? – откинулся от на спинку стула, оставаясь всё так же весел.

– А просто так ты меня не звал никуда, – отвела я взгляд.

– Исправимся. Давай заведём маленькую традицию – каждый вечер ужин в новом месте? – предложил этот паяц.

– Разоришься.

Он только покачал головой: "Для тебя ничего не жалко".

– Ты с темы не съезжай. Что это значит? – кивнула я на его сумку, в которой были спрятаны документы.

– Янка, Янка, – разочаровано протянул он, – не надо в это тебе лезть. Я пока сам ничего не понимаю. Одни предположения.

– И крутятся они вокруг моей семьи, и судя по обрывкам твоих слов – мною очень заинтересованы "Прокажённые", – начала рассуждать я. – Поэтому выкладывай.

– Не хочу, – признался "Ворон".

– Тогда я ухожу, – попыталась решительно встать я, но Эрик перехватил мою руку.

– Если коротко, то если раньше "Проблемы" рассредоточивались по городу, ища удобные уголки, то теперь они как намагниченные стремятся к вашему корпусу, – наконец решился тёмный.– Когда мы у вас порядок наводили после нападения, наличие неких Артефактов мы исключили. Ну мало ли… Хранишь неучтённый Пламенный Рубин.

– Скорее уж Живые Изумруды, – усмехнулась я. – То есть вы обыскали мою комнату.

– У тебя очень симпатичные лифчики, – парень улыбнулся и подмигнул, чем вызвал просто огненную лавину внутри меня.

– Ты…просто, – старалась я подобрать слова так, чтобы не начать скандалить, заливаясь краской, а Эрика это только веселило: он смотрел на меня, довольный, как кот, объевшийся сметаны.

– Да, ладно. Успокойся, – склонил он голову на бок. – Никуда я не лез намеренно. У тебя всё перевёрнуто было от пола до потолка. Вот и успел заметить. Комнату сразу опечатали тогда. В конце концов произошло ЧП. Надо было понять причины. Он же проник к Рокс, но ждал у тебя. Не у Лизи, ни в гостиной или на кухне. Поэтому стало ясно – причина не около тебя. А ты сама. Чем-то ты их манишь.

– Разве что своим природным обаянием, -потупила я взгляд, поскольку эти серые глаза напротив словно щекотали все нервные окончания.

– Оно у тебя какое-то неестественное, – вдруг потёр руками лицо Эрик. – Очень мощное. Вон – я думал Бон тебя ударит, а потухла в момент, стоило повернуться. Так только менталисты умеют делать. И то – целенаправленно. А учитывая, что твой покойный батюшка, как я выяснил, работал в лаборатории, где изучали взаимодействие светлой и тёмной магии – могло быть всё, что угодно. У тебя мама магичка?

– Да. Светлая водница.

– Значит вакцину от конфликта магии вам не вводили, – пожав плечами, ещё больше задумался парень.

– Я могу попросить маму прислать документы отца, если надо, – предложила я, и тут же выкатила условие, – но ты держишь меня в курсе событий.

– Ладно, – вдруг легко согласился он, и протянул руку, однако стоило мне ответить на устное соглашение, как тёмный добавил, – но дозировано.

В кончиках пальцев начало покалывать. Я сразу же почувствовала как из меня что-то вытягивают: словно нитку, зажатую между пальцами. Но быстро проскользившая ко мне россыпь ярко-алых искр, характерных для магии Эрика, я заметила быстрее, чем свои. Магическая клятва опоясала наши руки зелёно-красной лентой и растворилась в пространстве.

– Ты жук! – не выдержала я подобного надувательства.

– Нет, – повернул Эрик мою ладонь тыльной стороной вверх, и, как киношный рыцарь, поцеловал, – я Ворон – птица мудрая.

– Это нечестно, – снова вспыхнула я.

– Ян, я обещаю, что не буду скрывать от тебя ничего важного, – заверил он меня, продолжая держать за руку и легонько поглаживая по тому месту, где коснулся губами.– Но гораздо приятнее видеть прекрасную девушку улыбающейся и беззаботной, а не напуганной и в вечном поиске каких-то ответов.

В тот момент я не знала – обижаться на него или радоваться. В любом случае здравый смысл подсказывал необходимость уйти прямо сейчас. Но гордость была утрамбована куда-то очень далеко иным чувством. Оно прыгало внутри меня, как малый ребёнок, и хлопало в ладоши. Покидать этот спонтанный ужин совершенно не хотелось. И руку убрала, только когда принесли напитки.

Мы неожиданно разговорились о живописи. На стенах висело много красивых пейзажей. Слово за слово – прошлись по художникам, по известным галереям и выставкам. Эрик, на моё удивление, неплохо разбирался в старых мастерах и направлениях.

– Что? – спросил он, когда я подперла голову рукой, улыбаясь глядя на колдуна.

– Восхищаюсь и удивляюсь, – призналась я. – Откуда такие познания? Я никогда ни у кого… Ну за исключением искусствоведов.

– А я на искусствоведа не похож?

– Ты похож на демона-искусителя как правило.

– А исключение? – уточнил парень, улыбаясь и помешивая пенку в кружке. – Если есть правило, то должно быть и исключение.

– Это боевая форма. Она пугает.

– Она никогда не будет обращена против тебя, – заверил меня провожатый.

– Я знаю это почему-то, – успела я сказать, прежде чем нам доставили наши блюда, но как только мы снова остались одни, призналась: "А мне кто-то цветы дарит".

– Нравятся? – улыбнулся тёмный.

– Да, только непонятно…, – я резко замолчала и пригнулась, заметив в проходе знакомую фигуру.

– Что случилось? – тут же среагировал Эрик и, проследив за моим взглядом, несколько раздражённо предложил: "Забей. Давай ужинать. А то вкусности стынут".

– Как скажешь, – решила последовать его совету я. – Кстати, ты мне так и не ответил – откуда такие познания в живописи?

– Знаете ли, Яна Аластеровна, всё закладывается в детстве. А когда у тебя мама работница комитета культуры нашего города, хочешь не хочешь, а получаешь в очень больших дозах и театр, и музеи, и экскурсии, и всё подобное и разное, – он хотел ещё сказать, но нас перебили.

Как я и опасалась, меня заметили и узнали.

– Яночка, – мы с Эриком скривились одновременно от одного только голоса Илиаса.

Мне захотелось захныкать, а лицо огневика на миг исказилось в ненависти и он сжал кулак до побелевших костяшек.

– Студент Корвус, добрый вечер, -узнал Грашец и моего сотрапезника. – Не слишком ли позднее время для трапезы? Да и прилично ли это – девушке находиться одной в компании малознакомого молодого человека? Яна, я думаю тебе стоит сменить столик.

– Меня не волнует твоё мнение, – твёрдо сказала я.

– А вы настаиваете на нашей свадьбе? – спокойным, холодным тоном уточнил тёмный огневик.

– Что? – спросили уже мы одновременно с маминым любимым учеником.

– А что? – подмигнул мне Эрик, улыбнувшись. – Если Илиас Андрэвич считает, что я тебя компрометирую, то чтобы сохранить твоё доброе имя – единственный выход мне как честному человеку предложить тебе руку, сердце и всё чем владею.

– И много там? – снисходительно усмехнулся мужчина.

– Много, много. Квартира, машина, бизнес семейный, домик в деревне. К тому же я умён и хорош собой. Янка, соглашайся. Ты только представь себе: какие у нас прелестные дети получатся!

Я только покачала головой, закатила глаза и посмотрела на старого знакомого: "Илиас Андрэвич, оставьте нас. Я вполне довольна своей компанией и никуда с тобой не пойду".

– Как это понимать? -воскликнул мужчина, сумев обратиться и к парню, и ко мне.

– Слушай сюда, – поднял на него глаза Эрик, – у тебя есть два варианта: либо ты сейчас идёшь куда шёл, либо тебя выводят из заведения. Выбирай.

– Эрик Леонельевич, – подоспела администратор с обеспокоенным выражением лица, – Вам с Вашей спутницей мешают отдыхать?

Я удивлённо посмотрела сначала на девушку, а потом на тёмного. Тот, к кому на моих глазах уже не впервый раз обращались по имени и отчеству, выжидал. Илиас пылал всепоглощающей ненавистью. Постепенно на нас стали обращать внимание и другие гости. Магистр общей магии сдался первым и ушёл к незанятому месту.

– Спасибо, Маргарита, всё хорошо, – успокоил однокурсник администратора, проследив до конца за неприятелем.

– А по поводу меня ты подумай: я буду замечательный муж, – широко улыбнулся он мне, снова возвращаясь в своё обычное веселое и шутливое расположение духа.

– Да ну тебя, – отмахнулась я, сразу повеселев и наконец принялась за свой ужин.

– Вот кстати, к разговору о букетах – ты какие цветы предпочитаешь?

Я задумалась, перебирая в голове названия и цвета, когда кто цветет и отцветает. К сожалению мне не так часто преподносили их, чтобы выбирать и привередничать.

– Все наверное. Лилии нравятся. Розы, но больше кустовые и не красные. Ромашки и сирень. Подсолнухи. Пионы. Помню я на свадьбу подруге букет заказывала – как раз пионы с подсолнухами были. Очень красиво получилось.

– Да, – кивнул он и задумчиво сам себе добавил, – и не красные.

Глава 12

Порой он ругал себя за то, что редко посещал головной офис. Управляющий делами регулярно информировал его конечно, все документы проходили только через его подпись, но осадок оставался. Да и важные деловые встречи проходили только в его присутствии.

– Ничего, – успокаивал его Август Августович, начинавший его с дедом Эрика, – дело молодое. Сейчас доучишься и будешь в потолок в кабинете плевать.

Парень рассмеялся, вновь осматривая старинные шкафы, заказанные полвека назад: "С тоски помру. Ладно. Давайте к делам. Что с сопровождающими эшелона?".

– Груз на месте. Ликвидировали троих стригоев. Курирующий менеджер получил акт.

– Пролонгировать будут? – поднял от бумаг на наставника глаза Эрик.

– Нет, – широко улыбнулся старик. – Они хотят перезаключить его и расширить. Сейчас идёт совместная проработка юристами. На подписание планируем выйти к началу декабря.

– Хорошо, держите меня в курсе. Если везде всё в штатном режиме, что перейдём к сиюминутной повестке. Сегодня у нас кто?

– Группа компаний с севера. Крупный контракт. Поэтому и потребовалось твоё присутствие.

– Какой город? У нас там завязки есть или с нуля делали?

– В Марлоуне есть, – протянул управляющий документы.

– Помню. Охранная магия на стоянку магических грузов, – кивнул Эрик.

– В Гароте и Альденграже придётся строить с нуля.

– Господи, с кем они раньше сотрудничали? Компании с твёрдым прошлым, с капиталом, а так всё перевернуто в документах даже для безалаберного меня.

– Пошла здоровая самокритика, – усмехнулся Антон Антонович. – Они расширяются. Открывают совместные складские помещения здесь. В головных офисах останутся со старыми охранками. Это компании с нашим негласным участием: "Буйвол" и "Крейвен". А тут они хотят воспользоваться нашими услугами. Ввиду положительной практики защиты от Проблем.

– Принято. И сумма приятная. Во сколько назначена встреча?

– К трём. Секретарь сообщит, – старый вояка улыбнулся лукаво. – А что? Спешите куда-то, Эрик Леонельевич? Или к кому-то?

– Если только завтра. Она сегодня занята, а у нас вечером хоккей, – автоматически ответил парень, читая справку на компании, а потом встрепенулся. – В смысле?

Август Августович рассмеялся уже вовсю, добродушно глядя на своего молодого начальника и подопечного.

– Ты то откуда в курсе? – немного смутился "Ворон".

– Да доходят слухи о некой юной особе. И какое оно – твоё новое увлечение?

– Она не увлечение. Это уже что-то другое. "Лютый" говорит, что я превратился в грёбанного сталкера.

– Так в чём проблема? – удивился старик. – Предложи ей встречаться.

– Всему своё время. Никуда Яночка от меня не денется. Поляна эта зачищена практически. В конце концов я только недавно исправил о себе первое впечатление.

– Опять накосячил? – по доброму пожурил его наставник, и Эрик повинно склонил голову.

– Кстати, хотел спросить, – поймал парень за хвост едва не ускользнувшую мысль, – тебе ничего не известно о таком человеке как Аластр Шимэль?

– Что-то очень знакомое, – задумался мужчина и нахмурился. – Это не учёный погибший лет пять назад?

– Есть такое. Он раньше занимался слиянием тёмной и светлой магии.

– А! Этот. Мы сотрудничали с лабораторией при "Особом отделе" лет двадцать назад. Это был проект твоего отца, а Георгий – дед твой – был против. Контракт был расторгнут только после гибели Леонеля. Тогда и лабораторию расформировали.

– Но отец же не мог вести это дело один. У кого тогда можно спросить?

– Думаю, что не у кого из наших. Там была крайне ограниченная группа, которую полным составом хоронили в один день с твоим отцом. Если надо то, можно поднять дело по той программе.

– Хорошо, – согласился Эрик.

Над столом появилась воздушная сфера, голосом секретаря сообщившая, что ожидаемые клиенты поднимутся через пять минут и всё готово в первой переговорной. Мужчины выдвинулись допили остатки чая и покинули кабинет.

В комнату вошли пятеро.

Эрик знал, что он будет на встрече: что Зэлакс, что Антоныч с малых лет вбивали навык чтения матчасти. А вот Грашец оказался неподготовленным. Поэтому видеть его ошеломлённое лицо было отдельным удовольствием. Во время переговоров Илиас говорил меньше своих компаньонов и неотрывно смотрел на своего студента. Ворон чувствовал это, но сосредоточился на последних нюансах. Тогда было важнее услышать юристов и помощников, готовивших соглашение.

– Тогда, если вопросов больше нет, то мы можем перейти к подписанию, – подвёл итог тёмный, когда все успокоились.

По его знаку в красной папке подали договор. Эрик снова пробежался глазами по тексту и махнул свою подпись во всех экземплярах, которая вспыхнула красным и застыла. Представитель из Марлоуна махнул не глядя, вполне полагаясь на честность проверенного партнёра. Именно он и вышел на контакт с "Корвус групп" ещё летом. Конечно парень подозревал, что демонстрируемое нетерпение мужчины было связано с тем, что он планировал нагреться на своих партнёрах, переложив большую часть расходов на них же, но Ворона это не касалось.

Солидный Гарадотчанин пробежался глазами, фыркнул и без особых проблем оставил и свою визу. Дольше других в запятые и тире всматривался Грашец. Через пять минут замедления все уставились на него: кто-то удивлённо, кто-то взволнованно. Эрик смотрел выжидающе и равнодушно. На его языке вертелось много колкостей, но то была работа. И в переговорной Илиас Андрэвич был не занудным магистром трижды теоретического и ненужного предмета, не навязчивым воздыхателем его цели, а клиентом. А к этой категории относится стоило как к собственному ребёнку. Тёмный даже удержался от ухмылки, когда мужчина прекратил строить из себя мега специалиста, способного выискать третий подтекст.

– Эрик Леонельевич, – протянул ему руку первый из троицы когда официальное прощание было завершено и большинство покинуло переговорную, – раз снова с Вами иметь дело.

– Аркадий Мстиславович, взаимно. Наши специалисты уже завтра будут на объекте. Всё будет сделано по первому классу.

– В Вас и Ваших людях я не сомневаюсь. Прекрасное продолжение дела отца и деда. Разрешите, мой юный друг, пригласить Вас к нам с супругой на ужин. Ляля Карловна настоятельно просила Вас зазвать, – добродушно затараторил мужчина.

– Аркадий Мстиславович, с радостью приму Ваше приглашения. Передавайте отдельный поклон Вашей очаровательной супруге, дочерям и сыну. Мы с ним пару месяцев уже не пересекались. Что же касается ужина, буду рад быть у Вас. Но не возражаете, если наши графики согласуют помощники? Я знаю, что сейчас у Вас много разъездов по делам фирмы.

– Ох уж эти хлопоты, суета муравьиная. А жить? Жить-то когда? Но и у вас я знаю скоро пора экзаменов. Поэтому Вашу рациональность ценю, – заметил собеседник. а потом доверительно приблизился. – И приводите Вашу очаровательную спутницу, о которой так много ходит слухов.

Илиас, услышавший эти слова, дёрнулся. Он так и продолжал сидеть в своём кресле, явно рассчитывая на отдельный разговор.

– Да не смущайтесь, не смущайтесь, господин Корвус. Прекрасные девушки для того и созданы Богом, чтобы добавлять перца в нашу жизнь.

– Как точно сказано. Не думал, что моя жизнь так приметна.

– А как иначе? Вы у нас один из немногих завидных женихов что остались. Нам старикам интересно. А уж как за Вами следят отцы дочерей! Но боюсь, я заболтался с Вами. А у меня самолёт.

– Хорошей дороги, – попрощался Эрик, и бросив взгляд на ожидавшего Грашеца, обошёл стол и стал собирать документы со стола в портфель.

– Эрик Леонельевич, – постучавшись в комнату вошла девушка-секретарь бухгалтерии, – мадам Инверс просила передать Вам.

– Благодарю. Передайте, что я посмотрю их в течении часа, – поблагодарил он сотрудницу и, заметив её смятение, глядя прямо в глаза, сказал. – На этом всё.

Девушка спешно кивнула и поцокала каблучками на выход, не больше чем через десяток секунд закрыв за собой дверь.

– Полагаю, Вы хотели поговорить, Илиас Анрэвич, – Эрик сел в свободное кресло в полуметре от ожидавшего мужчины.

– Какой-то Вы не последовательный, студент Корвус: то выкаете, то тыкаешь, – усмехнулся тот.

– Я умею, в отличие от многих, разделять дела личные, служебные и учебные.

Они помолчали. Каждый смотрел в противоположную сторону от собеседника.

– Вижу, что слова, сказанные тогда в ресторане не были пустым звуком, – наконец сказал, как выплюнул, Грашец, – и бизнес, и машина, и квартира. Решили Яну купить?

– А она может продаться? – поморщился тёмный маг.

– Оставь её в покое, – зло прорычал мужчина. – Что девок мало? Вон твоя же секретарша хоть сейчас готова на всё.

– Девок действительно немало, – рассмеявшись, ответил "Ворон", внутренне ликуя от своей очередной маленькой победы над этим человечком. – И Стелла готова на всё. У нас даже было пару раз. Но Яна одна. И черта с два я тебе её уступлю.

– А если Яна откажется? Предпочтёт другого? – не унимался мужчина.

Эрик покачал головой, легко улыбнувшись, как неразумному ребёнку.

– Не откажется. Я умею быть крайне убедительным, если захочу, – он встал под пристальным взглядом соперника. – А Вы ведёте с ней себя, как в позапрошлом веке. Что присутствует только в Вашей голове. На этом думаю, мы можем закончить.

Они вдвоём вышли в коридор. Эрик лично проводил нового клиента до лестницы, где мужчины и распрощались, не пожав рук.

– Да, Рик, – поднял он телефон.

– Доброго дня, ваше благородие. У нас сегодня всё в силе или опять форс-мажоры у главного здания во всей Академии?

– Я на тебя посмотрю, когда… или если. Но нет. Всё нормально короче. Обновили защиту утром. Так что жду вас у себя, как и договаривались.

– А напитки? Мы или…

– Я через час из офиса выйду и заеду. До встречи.

Глава 13

В пятницу после занятий удалось вырваться из-под навязчивой опеки Марка в город. Друг ходил последнюю неделю за мной шаг в шаг, давая передохнуть только когда рядом появлялся Эрик с остальными. Уж не знаю оснований, но Бергер и Корвус упорно избегали общества друг друга. Милош над ними только смеялся, но старался сгладить образовавшиеся углы. Причём, как мне казалось, конфликт возник вдруг и из ниоткуда.

А в общем, стоит отметить, что из-за того, что Лиза с Генри снова сошлись, то и нам с Рокс пришлось вливаться в тёплую мужскую компанию ещё больше. Вскоре стали само собой разумеющимися многие перемены. На общих занятиях мы занимали четвертый и пятый ряд у самого окна. Лиза покинула нас, сев вместе со своим возлюбленным. Филипп и Рик на одном ряду у окна в самом конце. Мы с тёмной подругой так и остались, где были, рука об руку. Но когда Эрик Корвус опустил свою сумку рядом с моей и невозмутимо попросил подвинуться, удивилась не только я. Но и одна из его новых пассий, поднимавшихся следом.

– Тебе жалко? – хитро улыбнулся он мне, когда мы с Роксаной стали перемещаться дальше по длинной парте. – Может у меня тяга к знаниям проснулась. Особенно к общим основам магии.

Эрик расположился у самого края и не собирался двигаться. Это подселение произошло крайне демонстративно. Лекция у Илиаса в тот день у нас шла первой парой и он попросил прийти пораньше, чтобы обсудить несколько моментов в реферате. Идти совершенно не хотелось: я прекрасно понимала всю подоплёку предстоящего разговора. А оставаться с ним один на один тем более. Но выхода особо не было. Не раз видела, что за подобную неявку, студентам влепляли "несдача" по модулю, который исправить было крайне сложно.

Поэтому собрав всю свою волю и рассудок в кулак, я понура шла на моральную экзекуцию, когда услышала на главной лестнице спускающиеся голоса. В пустоте высоких коридоров они звучали несколько глуховато и я не сразу узнала их. Но всё-таки не желаю никого подслушивать прошла в конец коридора к окну, стараясь быть максимально незаметной.

– Физически не сможем отслеживать все грузы. Нас на это не хватит, а светлых к такому не привлечешь, – говорил один.

– Значит надо смочь. Не мне тебе объяснять, что это партию упускать нельзя, и учить что делать. Большой уже мальчик, – ответил ему второй, и я вздрогнула, когда уже громче донеслось мне в спину: "Это что у нас за похвальное стремление к знаниям?".

Обернулась и увидела нашего ректора в сопровождении Эрика Корвуса. Парень сперва удивленно проследил за взглядом Главы Академии, но узнав меня приветливо улыбнулся, а потом уже в непонимании наклонил голову.

– Доброе утро, господа, – сказала я встав метрах в пяти, решив, что кричать через пол коридора не вежливо и меня не отпустят просто так. – Да вот магистр Грашец назначил время, но опаздывает. У него есть вопросы по реферату.

– Ага, конечно, – ухмыльнулся зло тёмный, и повернул голову уже к господину Зэлаксу: "Что я говорил?".

– Доброе утро, мадмуазель Шимэль, – сцепив руки в замок ректор нахмурился, как грозовая туча, готовая разверзнуться громом и молниями, – разрешите посмотреть Вашу работу.

Несколько удивленно и осторожно я протянула папку с листами, которую Великий и Ужасный принялся листать, быстро вчитываясь в текст. "Ворон" переминался с ноги на ногу. Словно хотел встать ближе, но не решался. Я заметила, что одногруппник спрятал руки за спиной. Сердце у меня неприятно кольнуло. Вспомнилось, как двоюродный брат точно также прятался от меня будучи подростком.

Поэтому нисколько не смущаясь, как медицинская полевая сестра, потянула его за рукав на себя. Россыпь ожогов снова покрывала кисти. А на трёх подушечках даже стали набухать волдыри. Оставалось только укоризненно посмотреть на тёмного, а он закатил глаза, как ребенок, который вылил кашу в мусорное ведро.

– Ну что ж, – закрыл реферат ректор и тяжело вздохнул, отчего у меня холодок прошёл по спине, – вы двое идете завтракать сейчас.

– Столовая ещё не открыта, – парировал тёмный.

– В буфет, – отрезал Лев Савельевич, и обратился уже ко мне, – Яна, окажите, пожалуйста, первую помощь своим чудо-средством этому балбесу. А это, – мужчина сурово потряс папкой с листами, – я оставлю себе. До начала занятий свободны. Я тоже хочу по теме реферата побеседовать с вашим преподавателем.

Я бы так и продолжила ошеломлённо хлопать глазами, глядя на главу Академии, но Эрик, знавший его и больше, и дольше, и ближе, в единый миг уловил интонацию и, перехватив мою сумку, быстрым шагом повел прочь. Мы успели спуститься на первый этаж и преодолеть несколько коридоров, а огневик так и держал меня за запястье, идя чуть впереди. Постепенно моя ладонь полностью легла в его и наши пальцы переплелись. Но "Ворон" этого кажется не замечал или счел это естественным порядком вещей, в то время как я не знала куда глаза деть и меньше давить на ожоги и волдыри.

В кафе было пусто. Даже витрины оставались с вечера не до конца заполненными, но девушки приветливо поздоровалась, извинившись за скудный выбор.

– В течении часа всё выставим. Но пока можем предложить пирожные.

– Ну что ж, – протянул Эрик, осмотрев полки и вывеску с напитками, – тогда нам один капучино и один американо. Сладкое будешь?

– Нет, спасибо, – покачала я головой.

Оставив заказ неизменным, парень расплатился и подвел меня к одному из самых дальних столиков возле окна, скрытых от лишних глаз живой изгородью. На свободные места были брошены сумки и, наконец, отпустив мою руку, Эрик вернулся к стойке за чашками. Это был особый шик в кофейни Академии: в бумажных стаканчиках практически не подавали. Даже на вынос.

Дожидаясь однокурсника, я села в уголок и постаралась унять бесконечно колотящееся сердце и распускавшиеся цветы в груди. А за окном падал рассветный снег.

– Прошу, – чашечка звякнула о блюдце. – Ввиду отсутствия еды, будем жить до обеда.

– Ты не завтракал? – уточнила я.

– Нет, – поморщившись, помотал он головой, и поднял на уровень глаз руку, – ночка выдалась бурной.

– У меня сырники есть. Будешь?

Парень склонил голову на бок, посмотрел мне в глаза и кивнул. Пока я доставала коробочку со дна сумки, Эрик спросил: "А зачем они тебе с собой?".

– Держи, – протянула я завтрак, – не факт, что было бы время сегодня пообедать. Вот мы про запас и взяли.

– Может…

– Ешь, – отмела я любые возражения, – сейчас Лизе напишу, она мне ещё захватит. Мы вчера гору их нажарили. В конце концов, считай это моим отдарком за тот ужин.

– На здоровье, – буркнул он и потянулся к первому кругляшу: потом был и второй, и третий.

– Почему ты перчатки не надел? – спросила я, следя за его руками.

– Ерунда. Порой приходится действовать без подготовки, – пожал Эрик плечами, доедая последний сырник. – Слушай, это великолепная вещь. Очень вкусно. Я теперь у вас столоваться буду.

– Да пожалуйста. Но не уходи от темы. Что-то случилось?

"Ворон", жуя, ткнул в мою сторону последним куском и, проглотив, твёрдо, но добродушно сказал: "Ян, я тебя прошу, не лезь туда, куда не надо тебе лезть". Я потупила взгляд и откинулась на спинку стула, допивая полу остывший американо.

– Ты обиделась что-ли? – не понял он.

– Нет. Просто спросила и … я подумала, может нужна моя помощь. Я не слабая. Правда.

– Разве я так сказал? – тяжело вздохнул Эрик, и помедлив, заговорил очень вкрадчиво: "Ян, я не хотел тебя обидеть. Просто – мы разные. Ты светлая, вот и неси это свет. На Фила я повлиять уже не могу. Марк и Милош упёртые, как бараны. У вас у всех смысл другой. Знаешь из-за чего Генри с Лизкой в первый раз расстались? Она не рассказывала".

– Нет, – подняла я глаза на него.

– Вот из-за такого же разговора. Лизка решила в Стражи податься, а Лютый костьми лёг, но не пустил её туда. Потому что это грязь, кровь, скверна всякая. Ладно вы светлые! Главное вы девушки. Не надо, пожалуйста, – он прислонил руку к сердцу. – Делай, что хочешь: учи, лечи, твори, высади всё цветами. Готов проспонсировать. А мне предоставь право обеспечивать безопасность и спокойствие. Закрыли тему на этом. Ты меня лечить собираешься?

– Да, давай, – кивнула я и полезла в боковой отсек сумки, где стала в последнее время держать самодельные лечебные снадобья.

– Ага, вот они где, голуби мира, – накрыл нас сверху Рик, сопровождаемый всей остальной чёрно-белой компанией. – Девчонки её возле аудитории ищут. Мы его собрались из лап "Великого и Ужасного" вызволять, а они тута.

– Козлик, уйди, солнце загораживаешь, – вспомнилась мне цитата из детского мультфильма, поскольку Табров перекрыл своей головой свет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.