Анна Зубавина
Между нами любовь?

Глава 1

– С ума сошел?! – проорала я соседскому шпицу Марсику. – Как тебя угораздило глупую башку через штакетины просунуть!

С досады плюнула себе под ноги.

Вечно у Филиппа так! Мотается целыми днями непонятно где, а Марсик сам себе предоставлен.

Шпиц взвизгнул и затих. Все, задохнулся!

В ужасе кинулась на помощь.

Со всей дури врезалась в ведро с водой, припасенной для полива клумбы.

Вода разлилась, ведро откатилось, а я,поскользнувшись, на полном ходу впечаталась лицом в забор. Приложилась знатно. Аж, искры из глаз посыпались!

Оценив обстановку, рванула в сарайчик за гвоздодером и топором.

Через минуту шкодливый шпиц был спасен.

Прижала Марсика к груди и уселась на землю.

Шпиц жалобно затявкал.

– Не трясись, Марсюньчик. Я тебя понимаю. А вот хозяина твоего бесшабашного – отказываюсь!

Нельзя маленькой собачке без присмотра по участку носиться, как Филипп не понимал?!

Странный он парень. Я его почти не знала.

Здоровались, конечно. Пару раз сбежавшего Марсика вместе разыскивали. На этом все!

В поселке Филиппа звали Старьевщик Фил. Правда, только за глаза.

Понятия не имею, за что его наградили таким экстравагантным прозвищем!

На вид Филиппу больше тридцати не дала бы. Общительностью сосед не отличался, хотя и жил один.

Дача у него просто шикарная – кирпичная, двухэтажная! А вот забор почему-то из простого штакетника.

…От напряженной позы у меня заломило шею и затылок. Горели огнем ободранные колени. А лицо… Лучше бы не дотрагивалась!

На лбу, ближе к переносице, зрела шишка. Кожу на скулах щипало и саднило. И, кажется, распухал нос.

Я страдальчески застонала.

Марсик, из-за солидарности, завыл.

– Перестань, мой хороший, – попросила ласково. – Радует, конечно, что ты не сиганул в пруд, как в прошлый раз. Но спасать тебя от удушения – сомнительное удовольствие!

В ответ испуганно вспыхнули черные бусинки круглых глазок, а подвыванье сменилось скулежом.

– Не верещи, – прикрикнула строго. – Я тебя между штакетинами не загоняла!

Домой бы мне надо…

Со вздохом оценила безнадежно испорченный брючный костюм.

Вдохнула густой, наполненный ароматами трав запах летней ночи. От прогретой земли исходило приятное тепло.

Легла на спину. Марсик устроился на моем животе.

Прижала его к себе и задремала.

***

Очнулась я от постороннего прикосновения и испуганно охнула:

– Филипп!

Марсик же даже не пошевелился. По фигу хозяин!

– Алина? – серо-голубые глаза в обрамлении густых темных ресниц полыхнули тревогой. Его взгляд метнулся к выломанным доскам в заборе. – На вас напали? Что у тебя с лицом? Почему Марсик спит у тебя на животе?

Со стоном пошевелилась, сунула шпица в руки хозяину и кое-как приняла сидячее положение.

Марсик истошно залаял, и видимо «в благодарность» за спасение рванулся опять ко мне.

– Филипп, из-за твоей халатности он чуть не погиб! – всхлипнула я и почему-то улыбнулась…

Наверное, от радости, что Марсик остался жив. Да и себе, кажется, ничего не сломала. А могла, когда через ведро с водой споткнулась!

Шпиц тявкнул последний раз и затих. Поцеловала его в густой шелковистый загривок и пожаловалась:

– Мне так плохо! Жених помолвку разорвал, – выболтал тайну мой глупый язык. – А тут еще Марсик башку между штакетинами просунул, а назад никак. Пришлось спасать. – Я шмыгнула носом.

– Срочно понадобилось уехать, – виновато выдохнул сосед. – Думал, погуляет собачка, порезвится, воздухом свежим подышит… Предположить не мог…

– Так нельзя, – внутри меня кипела злость на нерадивого Филиппа. – Марсик глупенький еще. А тебя целыми днями нет дома!

– Ты права. Надо уделять шпицу больше внимания. Ладно, подумаю!

– Подумай.

– Спасибо за Марсика, – поблагодарил сосед. – Так что там, говоришь, учудил твой жених? – серо-голубые глаза Филиппа недобро сверкнули.

– Бросил. Я его маме не понравилась! По статусу не подхожу. Только не могу понять, зачем тебе об этом рассказываю!

– Ты его любишь? – сердито спросил Филипп.

– Уже нет, – усмехнулась печально.

– Поехали! – приказал сосед и потянул меня к калитке.

– Куда?! – пришла я в ужас. – Ты хочешь побить Костю прямо сейчас? Не надо!

– Не надо так не надо, – мрачно согласился Филипп. – Мы вообще-то в травмопункт поедем. Чтобы врач тебя осмотрел, раны обработал, да и прививку от столбняка поставил.

– Нет! – меня заколотило от страха. – Сама обработаю. Какую еще прививку?! Не надо никакой прививки… – от грядущей перспективы меня затошнило.

– Не обсуждается! – Филипп помог мне подняться, забрал яростно сопротивлявшегося шпица и потянул к калитке.

Возле соседского дома стоял эпохальный внедорожник «Нива». Я поморщилась. Вроде сосед не из бедных, а машина… отстой.

Филипп силой посадил меня в машину, передал Марсика и захлопнул дверцу.

– Ну ладно, Старьевщик Фил! Так, да? – прошипела с яростью. – Я отомщу! Ты не имеешь права, – я тряслась мелкой дрожью от предстоящих медицинских манипуляций. – Ненавижу больницы!

– Не боишься называть меня в лицо Старьевщиком Филом?

– Еще чего! – фыркнула и тут же поинтересовалась: – А что, нельзя?

– Тебе можно, – его голос звучал серьезно. – Хотя, это привилегия для очень немногих… друзей.

– Не больно надо, – пробурчала запальчиво.

До травмопункта ехали в полном молчании. Даже Марсик притворился, что крепко спит.

Глава 2

Ночью я оплакивала крушение личной жизни. Успокоилась только на рассвете.

Едва погрузилась в сон, как позвонил Костя. Наверное, еле утра дождался, не иначе!

Принялся нести какую-то ахинею в свое оправдание. Типа, что мать – это святое, и ее можно понять и простить. Вот и пусть прощает! А я хамство его мамаши выносить не собиралась. А самое обидное, что даже слова в мою защиту не сказал. А это значит, что он с ней полностью согласен? В том, что я плебейка и все такое?!

Вежливо попросила его забрать из Загса заявление и признаться всему городу, что мы больше не жених и невеста. Вакансия самого перспективного жениха свободна!

Неделю просидела, словно в тюрьме. Даже за калитку не выглядывала. Да и куда я, с разбитым лицом, направилась бы?

Хорошо хоть на работу идти не надо – третий день, как я томилась в отпуске, а отпуск у педагогов, как известно, длинный. Так что до середины августа я совершенно свободна!

Сосед, наверное, восхищался моим героизмом в деле спасения его любимого шпица. Поэтому на следующий день после инцидента Филипп явился с шикарным букетом алых роз, бутылкой шампанского и корзинкой всяких вкусностей, начиная с фруктов и заканчивая изысканными мясными нарезками.

Он расшаркался перед мамой, поцеловал ей руку, вручил цветы. А я по простоте душевной думала, что букет для меня, как признание моей неземной красоты, изрядно подпорченной во время спасения Марсика.

С Филиппом любезничать не собиралась, отнеслась к его визиту прохладно и даже отказалась присоединиться к их с мамой «светской беседе» и добрососедскому чаепитию.

Я ужасно злилась. Не простила соседу болезненных манипуляций в травмопункте и долбанной прививки от столбняка, которой боялась до обморока. Как я ни умоляла медперсонал не делать ее, мои вопли, видимо, были для них меньшей карой, чем упрямо сведенные брови и строгий взгляд Филиппа.

Однако, показная холодность соседа не отпугнула. Наоборот!

Сегодня шестой день, как он с настойчивостью, достойной лучшего применения, мозолил мне глаза, распивая с мамой чаи на кухне и обсуждая очередной криминальный сериал, которые мама просто обожала.

Мамуля от этих посещений даже как-то повеселела, воспряла духом, и на бледном от болезни лице появился легкий, чуть заметный румянец.

Два года назад она переболела гриппом, осложнившимся тяжелым пороком сердца. Маме «повезло» – досталась квота по бюджету, и в областном кардиологическом центре ее бесплатно прооперировали, после чего дали инвалидность.

Но на послеоперационное лечение и реабилитацию нам пришлось с мамулей продать свою «хрущевку» в городе и переехать сюда, в дачный поселок, где у нас имелся небольшой летний дом.

Чтобы жить там круглогодично, я набрала кредитов: подвести газ, воду и капитально его отремонтировать. Маме для здоровья загородная жизнь была просто необходима, недостаток кислорода в загазованном городе ее сердце переносило с трудом.

И вообще, врачи настоятельно рекомендовали ей санаторий кардиологического профиля два раза в год – летом и зимой. Но, увы, бесплатная путевка маме была положена только раз в год. И летом давать ее никто не собирался. Сказали, что, может, к ноябрю. А может, и вообще на будущий год, очередь огромная.

Конечно, путевки свободно продавались, только покупай, но вот как раз денег-то, чтобы купить, у нас и не было. Да и не предвиделось в обозримом будущем.

…Я валялась на кровати в спальне и просматривала ленты новостей в соцсетях.

Вошла рассерженная мама.

– Алина, культуры в тебе ни на грош! – прошептала раздраженно. – Филипп приходит, чтобы тебя поддержать. А ты тут в смартфоне зависаешь. Специально прячешься?

У меня задрожали губы.

– Я его не звала! Следил бы лучше за Марсиком.

Мама примирительно погладила меня по волосам.

– Филипп не виноват, что у тебя распались отношения с Костей. Не надо отыгрываться на ни в чем неповинном человеке. Думаешь, ничего не понимаю? Сосед наш хороший человек, отзывчивый, добрый. И поговорить с ним есть о чем. Если бы тут не пряталась…

Оторвала взгляд от экрана.

– Я не просила его меня развлекать! И мне без разницы, какой человек Старьевщик Фил! Или он у тебя теперь только Филипп? Интересно, почему у него такое прозвище?

Мама бросила на меня негодующий взгляд.

– Вот иди и спроси сама. Не укусит он тебя, не бойся.

«Как знать, как знать», – пробубнила про себя, а вслух сказала:

– Останусь здесь. Нет настроения. Сошлись на то, что у меня личная драма, и я переживаю.

Мама поджала губы, недовольно на меня посмотрела и плотно прикрыла дверь в спальню.

***

Я засунула смартфон под подушку, легла поудобнее и закрыла глаза.

Наверное, от нанесенного мне оскорбления, рухнувшей надежды на замужество, я должна была кусать губы и долго заливаться горькими слезами. Может месяц, а может год…

Но плакать почему-то пока не хотелось. Или уже расхотелось? Так же, как и выходить замуж за Костю. А еще не давал покоя вопрос, а была ли между нами любовь?

Да, нам было комфортно друг с другом. Мы оба не уроды, с образованием, с работой. Костя в нашем небольшом городе считался завидной партией. Собственная квартира в новом доме, новенькая иномарка, престижная должность в городской администрации.

Костя красиво за мной ухаживал – цветы, подарки, развлечения. Потом объяснение в любви, поход в Загс… И вдруг – «вы нам не подходите». Господи, хорошо хоть в учительской коллегам про свадьбу не успела намекнуть!

Обида пронзила сердце, и я, накрыв голову подушкой, завыла с упоением в голос, по-бабьи размазывая по щекам слезы.

Вот чего я плачу, а? Ведь между нами с Костей все кончено! Но как себя ни успокаивала, а на душе скребли кошки.

Судорожно вздохнула, встала с постели и подошла к зеркалу.

Печальное зрелище, ничего не скажешь!

Прямо с души воротит, до чего у меня жалкий вид с синим распухшим лицом, заплывшими глазами и воспалившимися ссадинами на скулах. Огромная шишка на лбу и свезенная напрочь кожа на коленях шарма также не добавляли. Придется ноги прятать под джинсами. И это в июльскую жару!

Наконец-то я начала понимать, что испытывал сосед, глядя на меня. Чувство вины! Именно оно гнало его к порогу нашего дома.

Насчет чувства вины я глубоко заблуждалась. Вовсе не из-за нее Старьевщик Фил зачастил к нам с визитами.

Глава 3

Глава 3 – 1

Через несколько дней лицо у меня заметно зажило (спасибо чудодейственным маминым примочкам), и даже рука после проклятой прививки под лопатку начала нормально двигаться.

Выходить за калитку пока не решалась, но собирать ягоды, а потом варить варенье была вполне способна.

Напевая под нос модный шлягер, я обрывала крупную черную смородину, росшую возле дальнего забора, в небольшое пластиковое ведерко. И на полном серьезе размышляла, а не сходить ли на местный рынок и не толкнуть ли там ягоды за приличную цену, потому что от каждодневной варки варенья меня уже основательно мутило.

И вообще! Деньги лишними не бывают – раз, не пахнут – два, и далее по списку!

– Алина, вот ты где! – раздался у меня над ухом обрадованный голос Филиппа. – Разговор к тебе есть.

От неожиданности испугалась, ведерко выскользнуло из рук, и тщательно собранная мною отборная смородина высыпалась прямо мне под ноги.

– Чтоб ты провалился, говнище! – в сердцах рявкнула на соседа. На глазах выступили слезы.

Конечно, я могла выругаться и нецензурно, сразу стало бы легче, но слишком много чести для какого-то там Старьевщика Фила! А потом, я принципиально не ругалась матом, хотя иногда очень хотелось. Как вот сейчас, например.

– А нечего было прятаться от меня все эти дни в своей комнате. Тогда бы мне не пришлось выслеживать тебя на огороде, как Марсик воробьев!

С досады на пустой труд я запульнула ведерко в огуречные плети. Да и вкусной смородины, честно сказать, сделалось жалко.

– А за говнище отдельное спасибо, – с неприкрытой обидой в голосе укорил сосед. – Лучше бы матом выругалась!

Я решила дискуссию не развивать.

– Что ты хотел? Давай спрашивай, а то мне домой пора!

– Не через забор, – отрезал Филипп. – Разговор тет-а-тет. Пошли ко мне!

У меня глаза на лоб полезли от такой наглости.

– А ху-ху не хо-хо? – выдохнула нервно.

Филипп поморщился.

– Что ты как пацанка, ей богу! А еще педагог. Выражайся прилично.

– Учить меня будешь! – возмутилась я.

Он заливисто рассмеялся.

– Не буду, – отозвался миролюбиво. – Алин, на самом деле, очень нужно поговорить. Подходи к моему дому, сейчас тебя встречу.

– А где Марсик? Что-то не видно его… – поинтересовалась я.

Филипп нахмурился.

– Наказан. Теперь выгуливаю только под строгим присмотром. Не готов пока мой пес к самостоятельности!

Я глубоко вдохнула и шумно выдохнула, запретив себе выдавать опять что-то «пацанское». А очень хотелось. Посидел бы сам в одиночестве целый день в четырех стенах… Взаперти…

Но вслух произнесла:

– Хорошо. Сейчас приду.

***

Сосед встретил меня на пороге и сделал приглашающий жест рукой.

– Пойдем.

Мы пересекли небольшой уютный холл. Взгляд зацепился за стеллаж, на котором была размещена коллекция игрушечных машинок. Что-то в них показалось мне странным, но что конкретно, не успела додумать, потому что мы резко свернули направо и вскоре оказались в небольшой уютной комнате.

Комната, судя по всему, служила Филиппу кабинетом.

– Подожди секунду, – пробормотал, кивнув мне на стул. А сам уселся за рабочий стол и уткнулся в экран ноутбука, усиленно двигая мышкой.

С любопытством осмотрелась вокруг.

Панорамные окна за колыхающимися от сквозняка легкими шторами. Шкаф для документов, два современных кресла, обтянутых кожей, несколько стульев… Все в бежевом цвете, даже ковролин. Стильно, ничего не скажешь!

Тонкое, хоть и приветливое «тяв» заставило меня вздрогнуть.

С пола на меня, задрав лисью мордочку, смотрел Марсик. Он подарил мне укоряющий взгляд, и я интуитивно почувствовала, что шпиц считал именно меня виновницей лишения свободы, а не свое разнузданное поведение.

– Не смотри на меня так, – шепотом попросила я. – Сам виноват. А потом, я ведь тебя спасла! Мы ведь друзья, правда? А в дружбе всякое бывает…

Марсик заскулил и отвернулся.

Я усмехнулась. Мужик – он и есть мужик, даже если шпиц! Свою вину признавать не любит. Но придется!

Исподтишка начала разглядывать углубившегося в ноутбук соседа.

А ведь Филипп совсем не старый… Ну, сколько ему? Тридцать? Чуть меньше?

В меру высокий, широкоплечий. Мускулистые руки под короткими рукавами футболки.

Всмотрелась в лицо. Необычное сочетание черт создавало неотразимость. И как это я раньше не замечала…

Смугловатая кожа, светлые серо-голубые глаза, черные густые волосы надо лбом. Раздвоенный подбородок с ямочкой под капризными, резко очерченными губами. Нос с чуть заметной горбинкой…

А он чертовски привлекателен, этот Старьевщик Фил! То есть сосед Филипп, извините.

Интересно, почему у него такое глупое прозвище и вообще… чем он по жизни занимался? Надеюсь, не бандитизмом. Сейчас, слава богу, не девяностые!

И что ему от меня вдруг понадобилось?

Глава 3 – 2

Филипп, кажется, почувствовал мой к нему пристальный интерес, и двинув напоследок мышкой туда-сюда, оторвался от экрана ноутбука.

Наши глаза встретились. Вот будто шпаги перекрестились! Мне даже как бы послышался легкий звон металла.

Пронзительный взгляд светлых глаз показался мне дерзким и просительным одновременно.

Но зато я сразу успокоилась. Такой взгляд, по моим понятиям, явно не предназначался для обольщения девушки и заманивания в сети «отношений».

– Чего хотел-то? – спросила в лоб. – Давай уж быстрей, рожай, а то обед скоро, мамуля забеспокоится, куда я с участка провалилась.

– У меня проблемы, – лицо Филиппа приняло сосредоточенный вид.

– А я причем? – удивилась искренне.

– Мне нужна твоя помощь.

– В смысле? – недоуменно вздернула брови.

Филипп поднялся из-за стола и заходил по кабинету.

Марсик беспокойно следил за хозяином и громко тявкал.

– Все смешалось в доме Облонских… – пробормотал сосед себе под нос.

– Ты еще и классику знаешь? – впала я в шоковое состояние. – Офигеть, не встать! – опять воспользовалась пацанским сленгом.

– Тебя это удивляет? Почему? Я, между прочим, политех закончил! А «физики», как ты, наверное, слышала – все немного лирики.

– Да уж, – хмыкнула я. – А почему тогда нигде не работаешь?

Филипп споткнулся и застыл как вкопанный.

– Почему так решила?

– Не знаю, – задумчиво протянула я. – У тебя какой-то вольный распорядок дня… Вот, например, последнюю неделю ты не вылазил с нашей кухни! Да и сегодня на работу не торопишься, а время почти полдень, между прочим. Какой работодатель потерпит такой игнор трудовой дисциплины?

Филипп отнесся к моим философским умозаключениям спокойно.

– Ну да, – кивнул он, – отчасти ты права. Никакой работодатель не потерпел бы. Но так как я сам себе работодатель, то приходится терпеть собственные причуды и вольно обращаться с распорядком дня.

– Это да, – согласилась вынужденно. – Давай ближе к делу!

Но Филипп не торопился.

– Насчет меня ты ошиблась! – лениво усмехнулся он. – Я работаю, и много. Неужели логику не включила? Откуда тогда все это, – обвел он взглядом кабинет и махнул рукой в сторону двери.

– Да, дом у тебя шикарный и… ухоженный, – согласилась я и сделала невинное лицо. – А вот машина, ой, как подкачала…

Филипп от такого «комплимента» споткнулся в очередной раз и был вынужден ухватиться за спинку стула, под которым, видимо, чтобы не мешать разговору, устроился Марсик.

Стул опасно накренился, шпиц громко залаял и отскочил на безопасное расстояние. И при этом почему-то подарил гневный взгляд не хозяину, а мне.

– Ну, ты и язва… – выдохнул Филипп. – А еще педагог…

– Не трогай мою профессию, – сразу ощетинилась я. – С детьми у меня прекрасные отношения! Как с родителями и коллегами…

– Ага, значит я – «приятное» исключение!

Опять раздался истошный лай Марсика.

Поежилась. Отчего шпиц так нервничает?

Взгляд Филиппа заледенел, но он быстро справился с эмоциями.

Его вдруг словно подменили. Он заговорил сухо, спокойно и веско:

– У меня к тебе деловое предложение.

Филипп вернулся в рабочее кресло перед ноутбуком, сцепил пальцы в замок и продолжил, уставившись куда-то поверх моего плеча:

– Я много работаю, что бы тебе там ни казалось. И даже, представь себе, устаю! У меня совершенно нет времени на отдых. А даже если и решусь отдохнуть по-настоящему, то есть вне дома, мне все равно не с кем оставить Марсика.

– Я должна забрать шпица к себе, пока ты на отдыхе? – почему-то обрадовалась я. – Так бы сразу и сказал!

Филипп предупреждающе поднял руку.

– Видишь ли, я собрался совместить отдых с работой. Работу бросить не могу! Так же, как и оставить собаку дома. Поэтому предлагаю тебе отправиться в круиз по Волге. Со мной и Марсиком. На две недели.

– А мне что за интерес?

– Ты не дослушала. Почти в каждом городе по маршруту, начиная с Нижнего Новгорода и до Астрахани, у меня деловые встречи.

– И что?

Поработаешь нянькой при шпице. Но это не все! Возможно, побудешь моей невестой. Фиктивной, конечно же!

От цинизма Филиппа перехватило дыхание.

С пламенеющим лицом подошла вплотную и сунула ему под нос кукиш.

– Вот это видел?

– Видел, – скучно кивнул он. – Не спеши отказываться.

– Почему это? – вздернула вверх дрожащий подбородок.

– В обмен за услуги я отправлю твою маму в элитный кардиологический санаторий в Мари Эл. Ровно настолько, сколько будет длиться наш с тобой отдых на воде.

– Здоровье моей мамы не твоя забота. Я сама путевку выбью…

– Ничего ты не выбьешь и прекрасно это осознаешь. Соглашайся.

– А если все-таки не соглашусь? – разжала я пальцы.

– Значит, обойдусь без отдыха. Я не могу оставить Марсика одного.

– Вот как! – прошептала я.

Уточнять, изменятся ли в этом случае планы соседа на мамину путевку, не решилась.

– Соглашайся, Алин! Отдохнем по-человечески. Ты в школе тоже целый год не пряники перебирала, – сочувственно улыбнулся Филипп. – Представляешь, мы с тобой в люксе для новобрачных… Будет нам романтическое путешествие! – он мечтательно закатил глаза.

Я круто развернулась и вышла из кабинета. Впереди меня беззвучно прошмыгнул шпиц.

Вне себя от ярости добежала до холла. Когда пробегала мимо стеллажа, мне под ноги с оглушающим тявканьем бросился Марсик и закрутился под ногами. Я споткнулась и размаху влетела в стеллаж. Миниатюрные автомобильчики как горох посыпались на пол. Сам соберет, Старьевщик Фил чертов! Чтоб его…

Метнулась к двери, сопровождаемая негодующим лаем Марсика, выскочила из дома и быстрым шагом направилась к калитке.

Глава 4

– Дочка, прости! – виновато прошептала заплаканная мамуля, после того как я рассказала ей о непристойном предложении Старьевщика Фила. – Вроде и не хотела я Филиппу на болезнь жаловаться, но так получилось. Документы медицинские попросил. Я… не смогла отказать. Понимаешь, он ведь на самом деле захотел мне помочь. От души.

– И как ты это поняла? Ну… что от души?

– Поняла, – мамин голос дрогнул. – Не первый год землю топчу, разбираюсь кое в чем.

– Сами бы справились, мам! У меня подруга институтская в областном департаменте здравоохранения работает, я бы ее попросила, чтобы с путевкой помогла.

Мамуля тяжело поднялась со стула.

– Пойду, прилягу! Что-то сердце бухает, и дышать тяжело.

У меня затряслись руки. Бросилась к шкафчику с аптечкой.

– Сейчас… – начала судорожно искать нужные таблетки.

– Не надо, пройдет, – отказалась мама. – Алиночка, не хочешь с Филиппом ехать отдыхать, не надо. Нет – значит, нет. Но он порядочный мужчина, я уверена. Подумай все-таки…

– Сказала же, сами справимся.

Мама сделала вид, что не услышала моих слов, и продолжила с мечтательным видом:

– Просто… Ты ведь и воды-то, можно сказать, никогда не видела – ни моря, ни реки большой. А тут – Волга! Круиз на теплоходе. Отдыхай себе, развлекайся, свежим воздухом дыши! Вода – она успокаивает, сил придает. Ты бы не отказывалась, дочка…

Мама смотрела умоляюще. В глазах у нее стояли непролитые слезы.

Сглотнула тугой комок в горле. Не могу больше! Что я, монстр, что ли?! Не дай бог у мамули приступ по моей вине произойдет. Не прощу себе!

– Хорошо, мам. Раз ты так просишь, обещаю подумать.

Мама улыбнулась.

– Вот и хорошо. Ни к чему обижать хорошего человека. Последишь за Марсиком, ничего страшного. Труд не тяжелый…

«А почему ты решила, что Филипп хороший?» – рвался наружу вопрос, но я вовремя прикусила язык.

Все-таки заставила мамулю выпить лекарство и уложила отдыхать.

Мне о многом надо было подумать. И лучше в одиночестве. Мама мне, похоже, не советчик.

Ну, сосед! Ну, прохиндей! Быстро же он мамулю на свою сторону перетянул. Филипп теперь для нее – свет в окне.

И даже не задумалась любимая мамуля, что за фрукт ее обожаемый сосед. Чем на очень даже безбедную жизнь зарабатывал? Почему у него нет семьи? Во всяком случае, ни детей, ни особей женского пола – ни молодых, ни в возрасте, я ни разу у соседа в гостях не видела.

А вот мужчины, правда, приезжали! В беседке посиделки иногда устраивали, шашлыки жарили. Но все скромно. Только смеялись иногда и негромко разговаривали.

Но баб Филипп домой не водил, это точно! Мы бы с мамулей заметили.

И вообще, непростой парень этот Старьевщик Фил.

Дом у него – зашибись! Не дача, а именно дом! Добротный, двухэтажный, со всеми удобствами, а внутри – вообще как в музее. Убранство по высшему разряду!

Интересно, кто эти хоромы убирал? Ясен пень, что не сам. Наверное, кто-то из поселка у него подрабатывал.

А кто кухарничал?

Задумалась. Ну, с этим легче. Закупил в магазине полуфабрикаты да разогрел. На кнопку чайника нажмет как-нибудь. Грязную посуду в посудомоечную машину запихает – и ноу проблем. Чистота!

У нас мамулей такой нет, не обзавелись пока, но я у подружки видела. Хорошая вещь, конечно.

Ладно, это все ерунда. Меня больше волновал другой вопрос.

Как мы поплывем?

Мы с Марсиком в одной каюте, а Филипп – в другой? Или он со шпицем в одной каюте, а я – отдельно в другой? Интересно!

Про люкс для новобрачных он, конечно, для красного словца приплел. Уржаться можно! Хвальбун-интриган!

Странно, но круиз уже не казался мне стихийным бедствием. И в предложении Филиппа, если разобраться, ничего опасного не было. Самодурство, конечно, тащить с собой песика и нанимать ему «сиделку». Но это его право. У каждого свои слабости.

Я длинно выдохнула и снова набрала в грудь воздуха, как перед прыжком в воду.

Что же, соглашусь, пожалуй!

Мамуле нельзя нервничать. А если откажусь, она обязательно разнервничается, и все закончится больницей. Знаем, проходили.

Правда, почему-то из-за моего разрыва с Костей она ничуть не расстроилась, а наоборот, повеселела.

И еще. Мамуля поедет в кардиологический санаторий! Элитный! Летом! У меня по телу от радости побежали мурашки.

Господи, счастье-то какое! Врачи, процедуры, прогулки в сосновом бору, отличное питание… Мамуля уже все разузнала!

И все бесплатно… Совсем бесплатно для нас с мамой!

Правда, придется две недели терпеть общество шалуна Марсика и гадкого соседа Филиппа… Но ради здоровья мамули я готова на этот подвиг.

Мне сделалось смешно, и я тихонько фыркнула. Настроение от упаднического взметнулось к радостному.

В одном мама точно права – «большой воды» я в своей жизни ни разу не видела.

Местность наша степная – безлесно-безводная. Кроме прудов, ничего больше.

Путешествовать «по водам» – это дорогое развлечение. На все деньги нужны, а у нас их всегда в обрез. Не до морей и рек!

Папа умер, когда я пошла в первый класс. Мама меня одна тянула. А сейчас она больна.

На ее пенсию по инвалидности и мою учительскую зарплату не до путешествий.

Так что, может, все и не так плохо сложилось. Возможно, зря я развоевалась. Хоть иди и извиняйся перед соседом!

Чувство вины нарастало.

Некрасиво я поступила, неприлично.

И кстати, надо обменяться с Филиппом номерами мобильников. А то тут, пожалуй, не набегаешься с извинениями! Почему-то я подозревала, что извинений с обеих сторон нам с соседом в будущем не избежать. Вот что-то подсказывало мне… Интуиция, наверное!

Взяв в руки телефон, направилась к дому Филиппа.

Не успела нажать на кнопку звонка, как дверь передо мной открылась.

– Проходи, – буднично пригласил сосед, как будто мой внеурочный визит был само собой разумеющимся. – Я как раз хотел Лидии Ивановне позвонить, чтобы ты паспорт принесла, путевку на круиз оформить.

– А почему ты решил, что я соглашусь? – сузила глаза. – И когда вы с мамулей успели номерами обменяться? – поднял во мне голову дух противоречия.

Пришлось срочно «дать ему по башке», чтобы затих.

Филипп на провокацию не поддался. Вытащил из кармана домашних брюк сотовый телефон и миролюбиво попросил:

– Давай, диктуй. Проверочный дозвон сделаю!

Когда «обмен» состоялся, вполне спокойно пообещала:

– Сейчас схожу за паспортом! Подождешь на крыльце?

Филипп спохватился:

– Еще снилс и медицинский полис захвати!

Не утерпела и поинтересовалась:

– А когда отплываем? И откуда?

– Из Нижнего Новгорода.

Я растерялась.

– Так это же как далеко!

– Есть еще маршрут из Казани, но это еще дальше. Собирайся. Через неделю отбываем в круиз.

С пола донесся заливистый лай. Посмотрела вниз и встретилась с торжествующим взглядом рыжего Марсика. Его острые ушки восторженно торчали.

«Не отвертелась! Не отвертелась!» – отчетливо слышалось мне.

Я промолчала и начала мысленно перебирать наряды для предстоящего путешествия.

Глава 5

Время до отъезда провела в лихорадочных сборах. Правда, не себя, а мамули.

Она решила, что с «санаторным» гардеробом у нее полный «ахтунг». Большая часть вещей вдруг резко вышла из моды и перестала нравиться. Нет приличной панамы – это в санатории, конечно, самое главное! Срочно потребовалась стрижка – а седину закрасить?! Свежий маникюр и педикюр даже не оговаривались – подразумевались сами собой!

Когда мамуля села в неказистый внедорожник соседа, чтобы наконец-то отбыть в соседнюю Марий Эл, у меня остался всего день, но я не волновалась.

Мой гардероб меня полностью устраивал.

Платье для коктейлей, купленное в прошлом году на юбилей подруги, спортивный костюм, пара купальников, ночная сорочка и парочка сарафанов.

Вполне хватало для прогулок по палубе. А для выхода на экскурсии прихвачу джинсы да парочку футболок.

Главное – удобство! Работать еду, а не светские рауты посещать!

Единственное, что собиралась купить для путешествия – приличный и вместительный чемодан на колесиках. Не в пакет же для продуктов мне складывать вещи для круиза!

Оставшегося до начала отплытия дня вполне должно было хватить для сборов.

Но даже этот «огрызок» времени Филипп ухитрился сократить до нескольких часов.

Накануне дня отъезда, с утра пораньше, сосед как вихрь ворвался ко мне на кухню.

Я с аппетитом завтракала, планируя успеть на рейсовый автобус до города за новым чемоданом.

– Нужно срочно собрать Марсика в поездку, – объявил Филипп и вручил список требуемого.

В голосе соседа сквозила паника.

От такой наглости чуть не подавилась и надолго закашлялась.

– А при чем здесь я? – прохрипела, вытирая выступившие от кашля слезы.

– А кто? – Филипп выдвинул из-под стола табуретку и сел напротив. С вожделением взглянул на чашку только что сваренного кофе, повел носом и судорожно сглотнул.

«Предлагать не буду, – решила я. – Много чести. А нечего со мной таким тоном разговаривать!»

И сделала вид, что не поняла его молчаливого намека.

– Что от меня хочешь?

– Чтобы приобрела все, что нужно Марсику! – обвинительным тоном произнес он. – Лимитом денег не ограничиваю. Вот карта, – Филипп положил на список пластиковый прямоугольник.

– А почему я?! Сам бы покупал. У меня нет под задом даже такой задохлой машины, как у тебя. А на такси по городу пока не заработала.

Сосед подскочил как ужаленный.

– Далась тебе моя машина! Нравится мне на ней ездить. Тебе не предлагаю, – голос его звенел от раздражения. – Закажи такси. Сказал же, лимитом не ограничиваю!

– Ничего не получится, у меня тоже со временем напряг, – с удовольствием прихлебнула крепкий, очень горячий кофе и добавила из коробки чуточку молока. – Ты о шпице заботишься, понятно, – пожала плечами, – но и меня пойми. В салон еще три дня назад записалась на стрижку и ресницы!

Почувствовала, как от вранья на щеки брызнуло горячим румянцем.

Никогда я ресницы не наращивала, у меня от природы длиннющие и густые! Девчонки в учительской вечно завидовали.

И в парикмахерскую, если честно, я не собиралась. Еще чего! Перехватила бы, как всегда, волосы резинкой в хвост – очень удобно. Какая еще стрижка?!

Зачем соврала? И как теперь выкручиваться?

От нервного напряжения вспотели ладони.

Решила не ездить ни по какому «списку». С какой такой радости?

– Филипп, давай без обид, – постаралась, чтобы голос звучал ровно. – Я не служанка. Да, мы заключили сделку! И я обязалась опекать Марсика в круизе. Вот шагнем на палубу, и тогда… А пока ты можешь только просить.

– Извини, – скривился он, будто глотнул лимонного сока. – Нервы на пределе! Работы прорва, кучу дел утрясти надо! Полночи гуглил, что шпицу в поездку взять, список составлял. А покупать времени совсем нет. Может, все-таки поможешь с Марсиком, а? – в серо-голубых глазах плескалась мольба.

– Хорошо.

– Спасибо! – совсем по-детски обрадовался сосед. – Такси в твоем распоряжении целый день, – зачастил Филипп. – И это, – он смущенно кашлянул, – только пойми правильно… Попроси, чтобы в салоне тебя обслужили вне очереди, ладно? – улыбнулся виновато. – Я все оплачу, – добавил поспешно. – А то вдруг на Марсика времени не хватит?

Я насупилась.

– Не волнуйся, хватит. Ничего оплачивать не надо, – отчеканила я.

– Почему? – свел он брови. – Я оплачиваю свои проблемы, и это не оговаривается, – подбородок с ямочкой упрямо взлетел вверх.

Мне в очередной раз сделалось стыдно. Да что я, в самом деле? Видно же, что растерялся сосед, нервничает и вообще…

– Кофе хочешь? – подперла щеку рукой.

– Очень, – обрадовался Филипп и смущенно добавил: – Мир?

Я улыбнулась и потянулась к турке.

***

На дачный поселок уже легла дымчатая тень сумерек, когда таксист подвез меня к дому.

Первое, на что обратила внимание – нервно переминающийся с ноги на ногу Филипп с Марсиком на руках возле калитки.

Не успела распахнуть дверцу машины, как сильные руки соседа вытащили меня из такси и поставили на землю.

– Ты куда пропала?! – голос Филиппа звенел от возмущения.

В знак солидарности с хозяином Марсик бешено сверкнул круглыми блестящими глазами и возмущенно залаял.

– Почему на звонки не отвечала? Лидия Ивановна тебе несколько раз звонила. Смартфон посеяла? Где ты застряла, черт побери…

Я внутренне охнула. Утром, когда приехала в салон красоты, я действительно выключила телефон и засунула в сумку как можно глубже. И совсем забыла о нем! Ладно, сейчас зайду домой, перезвоню мамуле, успокою.

Тем временем я заметила, что взгляд соседа почему-то изменился – из сердитого превратился в восхищенный.

– Тебе очень идет новая укладка, – губы его дрогнули в улыбке. – Ты с ней такая элегантная. А то все хвост да хвост… – он поморщился. – И платье новое… под цвет глаз. Шикарно!

От усталости я еле держалась на ногах. «Списочный» шопинг Марсика меня доконал.

Неужели трудно заказать все по интернету, в том числе и доставку на дом?! Почему именно я должна натаптывать себе на подошвах мозоли? Дебилизм!

В салоне красоты я дала уговорить себя подравнять волосы, сделать колорирование и укладку. Не иначе как на почве полнейшего размягчения мозгов!

А еще мне повезло купить чемодан с солидной скидкой, и на сэкономленные деньги я зачем-то приобрела миленькое платьице в бутике на распродаже. И все из-за того, что дала консультанту убедить себя, что я в нем нимфа, кокетка и вообще… красава!

Судя по искрившему взгляду соседа, девица в бутике не соврала.

Но к комплиментам Филиппа я осталась равнодушна.

Из автомобиля донесся усталый голос таксиста:

– Девушка, мне пора… Поздно уже.

– Да-да, конечно, – спохватилась я. – Сейчас… – и вручила соседу свой новый чемодан на колесиках, куда я сложила «списочные товары» для Марсика.

– А еще кое для кого сюрприз… – интригующе пропела я и подала Филиппу собачью переноску для Марсика сказочной красоты и стоимости. – Как раз песик во весь рост уместится, и еще место останется. Вот держите, премиум-класс!

Аккуратно сняла с груди соседа ошеломленного Марсика. Нежно погладила и поцеловала пушистое рыжее облако, пахнущее персиковым шампунем, и покосилась на Филиппа.

– Все для тебя, любимый! Все для тебя, – нежно проворковала песику на ухо, из-под опущенных ресниц наблюдая за реакцией соседа.

Готова была поклясться, по лицу Филиппа заходили желваки, а взгляд полыхнул неприкрытой ревностью.

Я рассмеялась. Давно так не веселилась!

Глава 6

Сосед поднял меня телефонным звонком на рассвете. Мне показалось, что ночи не было совсем.

Минут через сорок мы мчали по пустому шоссе в направлении Нижнего Новгорода.

Устроились мы с Марсиком на заднем сиденье. Отчаянно зевая, начала проверять содержимое «списочной» сумки.

Ничего себе! Такой подставы не ждала.

Я не сомневалась, что Филипп просмотрел и разложил содержимое по пакетам, прикрепив бирки, в каком что находилось. Но хозяин Марсика в сумку с собачкиными принадлежностями даже не заглянул!

Я разозлилась. День и без того предстоял не из легких, так еще гадкий сосед решил потрепать мне нервы с утра.

Я вложила в вопрос все спокойствие, на которое оказалась способна:

– У тебя в сумке Марсика перемешано все, как в салате оливье. Почему не разложил?

Филипп равнодушно пожал плечами.

– А разве надо было? Ты ничего не сказала.

Больно ущипнула себя, чтобы не сорваться на ор.

– Конечно, ты должен был разложить, – подтвердила вполне любезно. – Непонятно, почему ты ждал моих указаний. Шпиц твой!

Филипп неожиданно съехал на обочину. Заглушил ностальгическое сокровище с названием «Нива» и развернулся ко мне.

– С того момента, как отъехали от дома, Марсиком занимаешься ты, – приказал он. – Приступай!

Командирский тон просто выбесил, но я сдержалась. Правда, для этого мне пришлось до крови прикусить губу.

Через минуту мы тронулись с места.

– Не донимай больше, – бросил Филипп через плечо. – Мое дело за дорогой следить.

«Чего за ней следить-то?» – подумала про себя, но вслух не произнесла.

Меня трясло от несправедливости.

Что сосед себе позволяет? Ведь уже напоминала, что я ему не прислуга! А потом, мои договорные обязанности начинались после того, как окажемся на лайнере! Неужели забыл?!

Я уже собиралась напомнить Филиппу условия сделки, но… передумала.

Нет, я пойду другим путем!

Не поэкспериментировать ли мне на почве приручения и дрессировки гадского соседа? А что, это мысль!

Зачем перечить «господину»? Лучше его радовать. Что же, попробую!

Глаза мои мстительно сузились.

Повернулась к Марсику. Шпиц мирно почивал в новой удобной переноске, поджав под себя хвостик. Узкие ушки трогательно обвисли. Я умилилась. До чего же хорошенький!

Вот кто мне поможет приручить хозяина!

Марсик меня любил, я это чувствовала. Сделаю так, что полюбит еще больше. Намного больше, чем хозяина. И вот тогда посмотрим, кто кого! Кто чей слуга!

– Чему ты улыбаешься?

Подняла глаза и столкнулась с недоумевающим взглядом Филиппа.

Сердце мое замерло. Никогда не встречала глаз такого странного цвета! Прозрачные серо-голубые на свету, и серо-зеленого оттенка, если света мало – вот как сейчас в салоне «Нивы».

Я глубоко вздохнула и длинно выдохнула. Вот еще наваждение!

Улыбнулась, стряхивая морок.

– Любуюсь Марсиком. Он просто прелесть!

Наследие советского автопрома резко тряхнуло. Я оторвала взгляд от шпица и переместила в зеркало заднего вида.

Филипп смотрел на меня с сарказмом.

– Что-то не замечал до этого момента твоих восторгов!

Я тихонько рассмеялась.

– Мы с тобой друзья?

Он удивленно обернулся.

Но тут я заметила, что навстречу нам мчится груженый «Мен».

– Филипп, смотри, пожалуйста, вперед и сбавь скорость. Как бы малыша не укачало, – встревожилась я.

– Ты вроде чего-то про дружбу завела? – пробурчал он себе под нос, но послушно стал смотреть на дорогу.

– Ты как-то разрешил мне называть тебя Старьевщиком Филом…

– Кажется, что-то припоминаю…

– Разрешение в силе? – спросила вкрадчиво и, потупив глаза, добавила: – Ты сказал, что это только для близких друзей… А я кто? Всего лишь «нянька» для шпица.

– Называй, раз хочется, – пожал плечами Филипп.

Я опять посмотрела в зеркало заднего вида.

Несмотря на смугловатую кожу лица, на щеках Филиппа был заметен кирпичный румянец.

– Спасибо, – поблагодарила с чувством и склонилась к собачьей переноске. – А можно… просто Фил?

– Для тебя это так важно? – уголки чувственного рта поползли в ухмылке вверх.

Неопределенно пожала плечами.

– Останови, пожалуйста, – перешла на строгий тон. – Погуляю с Марсиком.

– Это необходимо? – Филипп нервно взъерошил волосы.

– Очень.

Он съехал на обочину и заглушил мотор.

Ласково растормошила шпица, нацепила на него ошейник с поводком и нежно прижала к себе.

– Маленький мой! Пойдем, с няней погуляем, лапки разомнем… – я почесала ему за ушком, за что была вознаграждена довольным тявком…

Гуляли мы минут двадцать. Все это время Филипп не находил себе места, нервно поглядывая на часы, однако молчал.

Мы же с Марсиком никуда не торопились. Шпиц, сделав свои собачьи дела, упоенно изучал окружающий мир, гоняясь за бабочками и тявкая на проносящиеся мимо немногочисленные машины. Мне оставалось только крепко держать поводок.

Наконец, Филипп ушел в машину и нервно захлопнул за собой дверцу. Я подхватила Марсика на руки и с чувством мстительного злорадства поспешила за «хозяином».

Не успела «Нива» тронуться с места, я попросила:

– Марсик проголодался. Мне нужно его покормить.

– И как долго мне придется вас ждать? – вскипел Филипп.

– Где-то с полчаса… Мне еще глазки ему обработать надо. И ушки.

Он развернулся ко мне всем корпусом. Тонкие ноздри раздулись от плохо сдерживаемого раздражения, сузившиеся глаза по цвету напоминали предгрозовое небо.

– С ума сошла! Такими темпами мы к отплытию опоздаем. А у меня еще назначена встреча с деловым партнером.

– Отмени, – недоуменно пожала плечами. – Ты вообще-то на отдыхе!

– Объяснял, что не могу работу бросить! – на повышенных тонах ответил Филипп.

– Не нервничай, Фил, – успокаивающе дотронулась до его плеча. – Марсик очень чувствительный шпиц. Настоящий померанец! Не думаю, что ему понравится твое плохое настроение.

Я вздохнула и погладила прижавшегося мордочкой к моей груди шпица. И вдруг… Я не поняла, как это произошло. Возможно, элитная порода померанских шпицев обладала такой особенностью – понимать человеческую речь. Только сразу же после моих слов про настроение Марсик начал тоненько скулить.

Филипп повернул голову и кинул на шпица обескураженный взгляд.

– Вот видишь, – прокомментировала со вздохом. – У Марсика и так стресс от дороги, да еще ты злишься. Он же все чувствует! А от нервного напряжения у него может и рвота открыться, и понос. Тогда получасом не ограничимся!

Филипп изменился в лице.

– Хорошо. Делай, что хочешь. Я подожду. Но к полудню мы должны быть в Нижнем!

– Мы постараемся быстро! – со злорадной улыбкой пообещала я. – Правда, маленький? – ласково пропела шпицу, посадила его в переноску и разорвала красивый пакетик с влажным кормом…

Напившись – наевшись, Марсик ответил мне преданным взглядом и несколько раз благодарно тявкнул.

Перехватила негодующий взгляд соседа.

Понятное дело, как тут пережить, если любимчик предпочел хозяину «няньку»?

Внутренне я ликовала. Вот и добилась, чего хотела! Не дурак придумал фразу «разделяй и властвуй». Померанский шпиц мне в помощь!

«Вот так, Старьевщик Фил. Я не я буду, если не приручу и тебя, как Марсика! – ликовала внутренне. – Может, думал, раз нанял меня «нянькой», так можешь мною помыкать и командовать? Думал, позволю из себя веревки вить?! Не дождешься!»

…Мы все-таки уложились с Марсиком в полчаса. Не стали злить хозяина.

Когда Филипп резко взял скорость прямо с обочины, я поймала в зеркале заднего вида его пристально-изучающий взгляд. В нем бушевало штормовое море цвета свинца.

Или мне показалось?

Глава 7

Глава 7 – 1

Филипп высадил меня с Марсиком возле Речного вокзала и торопливо куда-то позвонил.

– Алина, погуляйте пока по набережной, – попросил он. – А я на деловую встречу. Меня уже ждут!

Он выразительно посмотрел на часы.

Я знала, что до отплытия времени еще предостаточно. Прибыли мы в Нижний в полдень, а в круиз лайнер отправлялся в пять часов вечера. Но ведь еще требовалось пройти регистрацию и заселиться в каюты!

– Уговорил, – со вздохом согласилась я. – Только помни о Марсике. Он еще маленький, ему режим нужен.

Филипп протянул руку.

– Вот тебе ключи от машины. Она стоит в тени. Погуляете, и будете меня там ждать. Дверцы откройте, чтоб душно не было.

У меня от такого предложения перехватило дыхание. Еле сдержалась, чтобы не схватить гадкого соседа за грудки и не встряхнуть как следует.

Еще я в этом отстойном раритете не задыхалась, пока Филипп делишки свои проворачивает! Сам-то, скорее всего, в ресторане собрался встречаться. В отдельном кабинете с климат-контролем… Я в бессилии сжала кулаки. Ну, ничего, гадкому соседу еще аукнется…

Будет ему «прощание славянки»!

Я отрицательно покачала головой.

– Нет, Фил, мы в машину не пойдем. Я придумаю что-нибудь. Ты, главное, возвращайся поскорей! Нам без тебя некомфортно. Правда, Марсюнечка? – грустным голосом обратилась к задремавшему шпицу.

Меня после приступа раздражения вдруг разобрал смех.

Нет, смех сейчас неуместен. Сцену «прощание славянки» требовалось доиграть до конца!

Поэтому я послала Филиппу тоскливый взгляд.

– Некомфортно? – с подозрительностью переспросил он. – Ладно, постараюсь быстро.

***

…Мы прогуливались с Марсиком по уютной чистой набережной возле здания Речного вокзала и любовались открывшейся нам панорамой города.

Шпиц удобно устроился у меня на руках и с любопытством вертел головой во все стороны. Торчащие заостренные ушки слегка подрагивали.

Пару раз, однако, он попытался обтявкать ни в чем неповинных прохожих, но я строго предупредила:

– Еще одно твое противное тявканье – и мы идем в «Ниву». Хочешь?

Ответом мне был извинительный тоненький скулеж.

– То-то же, – нисколько не удивилась я. – Давай лучше на реку смотреть! Хочешь, я посажу тебя на парапет?

Марсик с радостью захотел, но, конечно, я крепко придерживала его за ошейник, намотав на руку поводок.

Возле нас остановилась интеллигентного вида пожилая женщина.

– Какая прелестная собачка, – улыбнулась она. – Померанский шпиц, если не ошибаюсь? Красивая порода!

Марсик задрал мордочку кверху и одарил женщину высокомерным взглядом блестящих темных глазок.

Она рассмеялась.

– Как у вас тут, в Нижнем, красиво! – вздохнула я. – Никогда большой «живой» реки не видела. Первый раз. И моря не видела…

– Вы не местная?

– Нет, – покачала я головой. – Мы вечером в туристический круиз отплываем.

– На каком судне? – живо поинтересовалась собеседница.

– Кажется, называется «Звездное небо», – неуверенно произнесла я.

– «Звездное небо»? – брови женщины взметнулись вверх. – Это судно у нас недавно… Оно для состоятельных людей. Очень состоятельных… – она скользнула по мне заинтересованным взглядом. – Насколько я знаю, у него небольшая вместимость. Элитный лайнер. Круизы класса Люкс.

– Вы на нем отдыхали?

– Нет. Просто всю жизнь проработала в порту. Ну и сейчас иногда в пароходство захаживаю, старое вспомнить. Я ведь всего пять лет как на пенсии.

– Я в Нижнем первый раз, – вздохнула я. – Ничего тут не знаю.

Женщина вытянула руку в направлении реки.

– Смотрите вон туда! Это знаменитая Стрелка, где Волга с Окой сливаются.

– Так в песне про это место поется? – спросила я и запела: – «На Стрелке далекой…»

Потом смутилась:

– А дальше слов не помню…

Женщина рассмеялась.

Я жадно продолжила расспросы:

– А вон там, вдалеке, что за церковь? Необычная… Дух захватывает!

– Это не церковь, – поправила меня собеседница. – Это собор. Александро-Невский собор.

– А мост… Пролетов сколько…

– Канавинский называется, две части города соединяет. А еще канатная дорога, видите? А вдали, если присмотреться, Борский мост.

– А там, слева, вдалеке – что?

– Здание Нижегородской ярмарки, – пояснила женщина и предложила: – На экскурсию не желаете? А то я могу устроить! Вон автобусы стоят, сейчас договоримся. Эх, Кремль бы вам посмотреть!

– В следующий раз, извините, – мягко отказалась я. – Сейчас никак не могу! Нам еще регистрироваться и размещаться. На обратном пути, возможно, сумею.

– Сумейте обязательно, – с улыбкой кивнула женщина и, попрощавшись, поспешила по своим делам.

Мы с Марсиком еще немного погуляли по набережной, полюбовались панорамой города, задержались возле музыкального фонтана…

Я жутко проголодалась, да и туалет не мешало бы посетить.

Ладно, хоть Марсика покормила, как только прибыли в Нижний. Да и справить собачью нужду на цветнике для него не составило проблемы.

В животе у меня надсадно урчало, а мочевой пузырь вел себя совсем непристойно. А если я чихну? Раздражение нарастало.

Уже два часа как Филипп отбыл на встречу. Я подсмотрела, как он поспешно сел в дорогую иномарку и уехал. А вот возвращаться не торопился.

Чтоб провалиться этому гадскому соседу!

Подхватила Марсика с парапета и заспешила к пешеходному переходу.

Хватит, натерпелась! Сейчас отыщу здесь самое дорогое кафе. Нет, лучше самый дорогой ресторан! Туда наверняка с Марсиком пустят. Наемся от пуза, схожу в туалет и отдохну в тиши кондиционированного зала. Спущу все деньги, что у меня на карте, а потом выставлю гадскому соседу счет. А по счетам надо платить. И пусть только посмеет не сделать этого!

Ладно, я для него пустое место, так хотя бы о Марсике подумал. И ведь даже не позвонил!

Дорогой ресторан нашелся сразу. Правда, меня категорически не захотели туда впускать. Сначала я подумала, что дело в шпице, но все оказалось не так.

– Девушка, может, вам не сюда? – засомневался служащий на входе.

– Сюда, – настойчиво выдала я, жадно шаря глазами в поисках туалета. Марсик поддакнул, сдержанно тявкнув.

Служащий взглянул с тщательно скрытым пренебрежением. Но я все равно уловила. Мысленно взглянула на себя со стороны.

М-да… Чего уж тут обижаться. Не для дорогого ресторана у меня прикид. Кроссовки, брюки от спортивного костюма, белая майка… Единственно, что во мне было приличного, то есть дорогого – это стрижка.

Усмехнулась. Что же, скажу служащему правду. Правда – она всегда котируется. У умных людей, конечно! Ну а дураков в таком заведении вряд ли держат.

– Понимаю, что выгляжу не очень… презентабельно, – усмехнулась я. – Но у меня есть деньги, чтобы перекусить у вас и выпить кофе.

Я назвала сумму. Взгляд служащего смягчился, на лице появилось задумчивое выражение.

– Но почему у нас? Вы можете выбрать любое кафе. К нам не заглядывают на перекус, тем более вы с собачкой…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.