Алексей Христофоров
Домовина

Старый, черный, грязный внедорожник медленно ехал по рыхлой деревенской дороге. Светловолосая женщина, вцепившись в руль, сосредоточено смотрела вперед. Рядом сидела пятнадцатилетняя девочка, которая была похожа на женщину. Девочка со скучающим видом рассматривала бесцветный предвесенний пейзаж, то и дело выхватывая взглядом жителей деревни, которые с любопытством провожали машину.

Трое самых обычных подростков: два парня и девчонка, стояли в старой деревянной беседке у небольшого продуктового магазина. Ребята с интересом посмотрели на внедорожник, но вскоре автомобиль свернул на соседнюю улицу и скрылся из виду.

Впереди показалась лесополоса. Женщина прибавила скорость и уже более уверенно поехала вперед, остановившись у самого последнего дома. Дом выглядел нежилым и по форме напоминал бревенчатую избу. Его когда-то отштукатуренные белые стены потускнели. Под скошенной черепичной крышей виднелись ржавые разводы. На той части дома, которая попадала в полезрения с улицы, окон не было. Деревянный забор, огораживающий дом с прилегающим к нему участком, сильно почернел и местами был завален.

– Мам, – девочка стояла возле машины и переводила свой растерянный взгляд с дома на женщину, которая открывала багажник. – А, как мы здесь будем ночевать?

– Иди сюда, помоги, – ответила бесцветным тоном мать и, достав из внедорожника две большие спортивные сумки, положила их на талый снег.

Сжимая в руке ключ, женщина подошла к покосившейся невысокой калитке, которая была привязана к забору ржавой тонкой проволокой. Когда проволоку раскрутили и сняли, калитка начала открываться и тут же забуксовала. Женщина резче потянула ее на себя и зашла во двор. Дочь следовала за ней. Обе незнакомки медленно шли по размытой снегом земле. Девочка внимательно смотрела под ноги, боясь упасть.

На небольшом участке не было ни деревьев, ни других построек. Только старый дом, стоявший спиной к хмурой лесополосе, бесцветные ветви деревьев которой застыли в молчаливом унынии.

Ветхое на вид крыльцо даже не скрипнуло, когда девочка с мамой поднимались по его деревянным ступенькам. Женщина вставила ключ в замочную скважину и немного покопошившись в старом замке, открыла дом.

– Проходи, я принесу остальные вещи.

Из приоткрытой двери веяло сыростью и холодом. Девочка поежилась и толкнув дверь ногой, вошла в сени.

Мать вернулась к открытому багажнику. Черты лица стали жесткими, будто она стиснула зубы. Женщина замерла и загипнотизировано смотрела на большой темно-синий чемодан. В этом напряженном молчании она простояла около минуты. После, руки схватили чемодан за ручки, и с трудом начали вытаскивать его из внедорожника. Как только дверь багажника закрылась, занавеска в доме напротив дрогнула и за ней промелькнула сгорбленная невысокая фигура.

Внутри дом был совсем небольшим. За крыльцом следовали маленькие сени и за ними комната, которая была лишь немногим больше.

В сенях, слева от входной двери стояла только железная кровать и табуретка рядом. В комнате была большая печь, стол, шесть стульев, старый деревянный сервант и еще одна кровать, которая стояла у единственного окна, смотрящего на лес.

Девочка, оставив сумки у стола, осматривала комнату. Увидев мать, которая с трудом закатывала чемодан, девочка поспешила на помощь.

– Юля не надо, я сама.

Дочь остановилась. Зазвучала мелодия телефонного звонка. Женщина достала из кармана пуховика мобильный и, посмотрев на экран, сбросила вызов.

– Ты будешь спать в сенях, там теплее.

– Мне кажется, одинаково.

– Мы проезжали магазин, сходи, купи себе, что хочешь, я здесь пока приберусь, – женщина подошла к одной из спортивных сумок и присев на корточки, расстегнула молнию бокового отсека и начала искать кошелек.

– Если мы здесь ненадолго, я же могла остаться дома, – протестно выговорила накопившееся Юля.

– Нет, не могла, – мать резко поднялась и подошла к дочери. – После того, что случилось с твоим братом я тебя в городе одну не оставлю.

Девочка хотела что-то ответить, но быстро осеклась. Она взяла протянутые деньги и вышла из дома. Женщина несколько секунд постояла на месте и вышла следом.

Вечер постепенно погружал деревню в свои темные тона. Порыв колкого ветра пролетел по улице и заблудившись среди деревьев лесополосы, начал сталкивать между собой еще спящие ветви, создавая унылую, жутковатую мелодию. Женщина посмотрела дочери вслед и когда та скрылась из вида, подошла к соседскому дому напротив. Она нервно дернула за ручку невысокой, сделанной из деревянных досок, калитки. Та оказалась закрытой.

– Баб Зоя! – громко позвала женщина и постучала ладонью о калитку.

Занавеска в окне снова дрогнула и сгорбленная фигура скрылась в доме.

– Баб Зоя! – снова позвала женщина.

Дверь дома со скрипом распахнулась и невысокая старушка в старой потертой куртке, опираясь на палочку, начала спускаться с крыльца. Внешний вид бабы Зои ничем не отличался от обычных старушек ее древних лет. Возраст давно украл у ее лица все опознавательные черты, покрыв кожу сетью дряблых морщин. Из-под цветастого платка выбивалась прядь белоснежно-седых волос и только глаза были нетронуты старостью. Яркие, зеленые, пытливые.

Баба Зоя открыла калитку. Ее взгляд и взгляд гостьи сошлись в безмолвном диалоге. Старушка тяжело вздохнула.

– Здравствуй Лена.

Снова молчание. Зоя покачала головой. В ее глазах читалась жалость и принятие.

– Думаешь не справишься сама? – наконец, заговорила старушка.

– Справлюсь, – решительно ответила Лена.

– Тогда зачем пришла?

– Что мне делать после?

Губы бабы Зои растянулись в гневливой улыбке. Глаза строго смотрели на Лену.

– Готовиться заплатить цену.

Юля шла по размытой дороге. Ботинки тонули в грязи. Настроение девочки портилось с каждым новым шагом. На улице начали зажигаться редкие фонари. Она почти дошла до магазина. Ровесники, которых Юля увидела, проезжая на машине, все также сидели в беседке.

Проходя мимо, Юля снова посмотрела на двух парней и девочку. Те посмотрели на нее в ответ. Парни с интересом, девочка с настороженностью. Юля робко улыбнулась незнакомой компании и подошла к ветхому зданию магазина. Дверь была закрыта на большой амбарный замок.

– Кто бы сомневался, – пробормотала Юля и только она развернулась в обратную сторону, как на нее обрушился резкий собачий лай.

От неожиданности Юля взвизгнула отчего большая серая дворняга оскалилась и залаяла еще сильнее.

– А ну, пшла! – рявкнула девочка, которая сейчас вышла из беседки, и подняв камень, швырнула его в собаку. Собака попятилась назад и побежала прочь, продолжая лаять. Отовсюду зазвучал ответный лай других собак.

Юля, скованная испугом и страхом, продолжала стоять на месте.

– Они не кусаются. Только гавкать и могут, близко не подойдут, – девочка терла ладони друг об друга, оттирая оставленную камнем грязь с пальцев. Два мальчика стояли с левой и правой от нее стороны.

– Спасибо большое, я очень испугалась, – выдохнула Юля.

– Я Настя. А это Дима и Никита.

– Юля.

У Юли зазвонил телефон. Девочка достала смартфон из кармана джинсов, но только она посмотрела на экран, как звонок сорвался. Настя с легкой завистью рассматривала телефон Юли.

– Сел… – сокрушенно проговорила девочка.

– А у тебя Айфон? – с интересом спросил Никита.

– Да, Айфон… Но, от этого батарею он дольше не держит.

– Ты домой? Давай тебя проводим, – предложил Дима, самый симпатичный из мальчиков.

Настя с ноткой недовольства посмотрела на Диму.

– Пойдем, а то вдруг съедят, – перехватила инициативу Настя и компания неспеша направилась вдоль дороги в сторону Юлиного дома.

– Вы в гости к кому? – спросила Настя. – Я тебя здесь никогда не видела.

– Не совсем в гости. У мамы бабушка здесь раньше жила, мы приехали по маминым делам.

– Надолго?

– Я надеюсь, что нет, – ответила Юля и получила в свой адрес двузначный взгляд от Насти. С одной стороны местная девочка была рада, что такая симпатичная городская здесь надолго не задержится, она уже видела, как на нее переключили внимание Дима и Никита. Но и был момент легкой неприязни. Будто своим ответом Юля ставила себя выше чем они.