Анадея Андреева
Ковёр на стене

Эта повесть интересна и привлекательна тем, что она не имеет какого-то серьёзного сюжета, его, в принципе, нет… Эта история автобиографична, тем самым и уникальна. Можно даже догадаться по названию, о чëм будет речь, наверное… Эта повесть… Она пропитана запахом бабушкиных пирожков, сена, скошенной травы, мокрого после летнего ливня дерева, безусловной любовью… Здесь можно почувствовать то тепло солнечного дня, жару, от которой спасает панамка. Но не всегда хочется еë надевать. Можно услышать звонкие голоса птиц… Да, птицы пели звонче, трава была зеленее… А в траве стрекочут кузнечики! И деревья были гигантскими. И не страшно знакомиться с новыми ребятами, которые сразу же могли стать друзьями. И фраза «Давай дружить?» действительно, про «дружить»!

И эта солнечная, местами с грозами, история унесëт далеко-далеко в 2008 год. Можно посчитать тропинки, исхоженные детскими ножками, по которым теперь ходят наши дети. А ещё печка… В которой живёт баба Яга. И громкоголосые петухи, которые будили ни свет – ни заря…

Вся эта история целиком и полностью посвящена времени, в котором всë хорошо, в котором все ещë молодые и маленькие… И ноги еле достают до пола с дивана. Там на весь двор играет МакSиm «Наверно это мой рай…» Там об заборы собираешь занозы и там физическая боль преобладает над душевной. И это о падении с качелей и заборов. И не так обидно, когда двоюродный брат обзывает «дурочкой», он всё равно возьмёт тебя собирать эти дурацкие занозы, и ничего страшнее них нет в жизни.

В общем… здесь всё о нём – о маленьком, таком огромном для тебя и меня мире – лете в деревне у бабушки с дедушкой. За летом – новое лето и ты снова едешь туда, где ковëр на стене…

А сеновала давно нет, дерева с качелями нет и гусей уже не погонять и не половить лягушек, просто потому, что тебе не семь.

Её зовут Даша. Удивительная история одного удивительного лета «Ковёр на стене» начинается!

Глава 1

И снова они стоят на перроне и ждут электричку. Даша опять едет в деревню к бабушке и почти на целый месяц!

– Так, Даша, будь умницей! – как обычно сказала мама.

– Ага… – ответила девочка, щурясь от яркого-яркого солнышка.

Кругом всë такое большое и пугающее. Даша крепко схватила маму за руку, когда услышала гудок. Потом зажмурилась.

– О, прибывает! – сказала бабушка.

– Ты чего, боишься? – посмеялась мама, – не бойся же, сейчас приедет и вы поедете. Давай, пока! Не балуйся, бабушку с дедушкой слушайся, хорошо?

– Ага… – снова ответила девочка, поднимая на маму испуганные глаза.

Подъехала электричка… большая такая, действительно, пугающая. Но хотя Даша уже не так её боялась, как раньше. Бабушка схватила Дашу в охапку. Та оглянуться не успела, как уже стояла в дверях вагона.

– Бабушка… А мы пойдём к тёте Шуре? – спросила Даша, когда они выбрали место, где сесть.

Но бабушка не ответила на вопрос, потому что она отвлеклась, как обычно на свою знакомую. По такому принципу она и выбирала места в электричке, чтобы было с кем посплетничать в пути.

– Танька! Давно тебя не видать что-то… К Николаю ездила?

– К Николаю, к Николаю…

– Как он там?

– Да как… Всё также…

О чём говорит бабушка со своими «подружками» Даше никогда не было ясно, но она всегда сидела и слушала, болтая ногами. Иногда встанет у окошка и прижмётся к нему лбом – становится так холодно… А сейчас стекло было горячее, потому что сели они на солнечной стороне. Какая-то Танька, какой-то Николай… Хорошо Даше не знать об этих людях, вообще о людях, о судьбах… Она стоит и смотрит в окошко. Проносятся леса, поля.

– Бабушка! Бабушка! Смотри, берёза валяется! А почему она валяется?

Но бабушка была занята важным делом – болтала с тётей Таней.

– Ну бабушка-а-а! – схватила её за рукав Даша.

– Ну чего тебе? Откуда я знаю, почему она упала. Упала и валяется, иди подними!

А тётя Таня улыбнулась и сказала:

– Наверное был сильный ветер – вот она и упала, доченька! Большая такая уже. Сколько тебе годиков-то?

Даша посмотрела исподлобья на тётю Таню. Её все бабушкины знакомые называли доченькой. Даша уже и не спорила.

– С тобой разговаривают, Даш! – обратилась к внучке бабушка.

– Ничего, Валентина! Просто стесняется. Не стесняйся, дочка!

– Ни с кем не разговаривает, что за такое!

– Мне семь… – сказала Даша, опустив глаза.

– У-у-у-у, невеста! – заявила тётя Таня.

– Прям, невеста! Ты ещё невесту не видала! Приедут вон завтра.

– Кто это приедет? – поинтересовалась тётя Таня.

– Ну как, Сашкины приедут – Димка да Сашка.

Дима – это двоюродный брат Даши. Они всегда летом ездили в одно время в деревню. Он на два года старше, но Даша считала его совсем глупеньким. Они постоянно дрались. И сейчас Даша ехала и представляла снова эту встречу, как по комнате летают подушки… А Саша ещё старше – все говорят, совсем невеста… Если она приезжает к бабушке, то её дома почти не бывает – она с утра до самой ночи гуляет с подружками, а может даже и с мальчиками… И больше всего ей нравится в клубе. Даша, может, тоже хотела бы в клуб, да маленькая ещё… Хотя все над ней смеются, что пора уже, что совсем скоро настанет время по клубам и по мальчикам бегать. Но иногда Саша и в куклы любила играть с Дашей. У неё была любимая кукла здесь – Наташа. Да и у Даши тут была куча игрушек и кукол. Иногда она привозила с собой своих. Но сегодня она с собой никого не взяла… Она прихватила только несколько дисков с мультиками. Бабушка же купила видик! Это было самое долгожданное событие! Дедушка там поколдовал, как обычно – он же самый рукастый, умеет всё! Для Даши он был самым первым супергероем. Она думала, что он умеет всё на свете! Его руки чинят всё, что можно и что нельзя. Он прибил гвоздь под потолком и повесил для Дашиных и Сашиных кукол, как бабушка говорит «Зыбку»*. И качели он тоже сам сделал во дворе. На них такие толстые и прочные цепи…

Даша села рядышком с тётей Таней.

– Ко мне пришла? Моя ты хорошая! – улыбнулась тётя Таня и прижала девочку к себе.

Даша замялась, но отвергать объятия не стала.

Больше всего ей нравилось проезжать «океан»… Это был всего лишь мост через реку, а для маленькой Даши это был целый океан! Ей одновременно и нравилось и было немного страшно. Иногда она зажмуривалась, а иногда, наоборот с широко распахнутыми глазами всматривалась в голубую, отражающую небо, воду. А потом всё равно зажмуривалась и глаза открывала только тогда, когда электричка уже преодолела данный отрезок своего такого большого, а на самом деле всего лишь получасового пути.

Даша уже достаточно хорошо изучила дорогу, ведь в деревню она ездила уже несколько раз. Весной они там были с мамой, но без ночёвки. Прошлым летом она тоже гостила у бабушки недельку. И зимой несколько дней.

– Бабушка, смотри, смотри! – закричала Даша, – смотри, сейчас будет машина голубая! Она ненастоящая! Она сломанная, помнишь? Смотри, вон она, вон! – радостно закричала девочка и затыкала пальцем по стеклу.

– Ну-ка, где? – спросила тётя Таня, всматриваясь вместе с Дашей в просторы очередной проезжаемой деревни.

Эта машина всегда там лежала. Она перевёрнутая и без колёс. Что с ней случилось – для Даши большая загадка. Хотя в бабушкиной деревне таких машин полно, например, трактор у соседей. Сколько Даша ни наблюдала за ним и не сверлила взглядом, он так и не поехал. Недалеко от бабушкиного дома тоже валялась пара машин. Их судьба тоже никому неизвестна. Может быть, конечно, тому, кто их тут когда-то бросил. Бедные – ни колёс, ничего, только кабина да кузов отдельно валяются. Дима очень любил эту машину. Он постоянно около неё околачивался. А Даша бежала жаловаться бабушке:

– А Дима в машину залез!

А бабушка, как обычно:

– По ушам, значит, получит!

И почему бабушка всегда говорила: «По ушам получишь!» тоже непонятно. Но эта фраза никому из внуков не казалась страшной, потому что по ушам, конечно же, никто не получал! Бабушка, наоборот, была для Даши всегда доброй, хорошей… Даже не смотря на то, что она постоянно пугала её Бабаем и Бабой Ягой. Даша знала, что когда ложится спать, нельзя вертеться и особенно, смотреть в дырку между кроватью и окном. Там-то и жил Бабай. Даше всегда было интересно, как он выглядит. Она думала, что он похож на какого-то чёрного чёртика что ли… Больше фантазия пока не позволяла увидеть его. И к печке лишний раз тоже было страшно подойти – там Баба Яга. Бабай под кроватью, а Баба Яга в печке. Только: «Как ей там не жарко»? – думала Даша, «Она же там сгорит…» Но, видимо, Баба Яга была какой-то бессмертной, как Кощей. По вечерам, когда дедушка топил печку, зимой, конечно же, с грохотом бросив на пол кучку дров, Даша сразу отходила на безопасное расстояние, чтобы Баба Яга не выскочила. И так и сидела потом, смотря на закрытую дверцу печки и огонёк, колыхающийся в ней. Она боялась, что дверца сейчас ка-а-ак откроется, Баба Яга ка-а-ак выскочит! Даша аж вздрагивала, когда такая мысль приходила к ней в голову. На глазах уже наворачивались слёзы от страха, девочка прижималась сильнее к спинке дивана, но продолжала упорно сверлить взглядом дверцу печки и ждать, что Баба Яга, действительно, откроет дверь и выскочит. Хотя в садике одна воспитательница, которая почему-то очень любила Дашу, перед тихим часом сказала:

– Дашенька, ложись давай, к тебе придёт Баба Яга и принесёт конфет!

У девочки перед глазами сразу бабушкина печка…

– Не надо Бабы Яги… Она злая! Она меня съест!

– Нет, что ты! Кто тебе такое сказал? Она добрая! Других может и съест, а тебе конфеты принесёт, ложись!

– Она живёт у бабушки в печке! – сказала Даша.

И она не могла уснуть из-за того, что не могла понять – Баба Яга-то в итоге злая или добрая? А что сделает Бабай? Он тоже съест? Или у него есть конфеты?

*Зыбка – люлька.

Глава 2

– Следующая остановка… – раздаётся женский голос.

– О, приехали! – закричала Даша, – приехали-и-и-и! Ура-а-а! – обрадовалась Даша и вскочила с места.

– Что ты орёшь? Сядь! Не приехали ещё! – посадила Дашу обратно бабушка.

Девочка надулась… А бабушка продолжала болтать с тётей Таней.

– А нас встретит дедушка? – спросила Даша.

– Встретит, встретит! – закивала бабушка.

Слезли с электрички.

– Ну давай, Валь, увидимся! – помахала тётя Таня.

– Ты по Красноармейской пойдёшь? – спросила бабушка, – ну иди, давай!

Бабушка взяла Дашу за руку.

– Где дед-то у нас? – стала высматривать дедушку бабушка.

Поднялся ветер. Небо заметно потемнело.

– Не замёрзла? – спросила бабушка.

Где-то далеко-далеко раздался грохот. Даша прижалась к бабушке.

– Гроза… – испуганно произнесла она.

– Далеко ещё гроза! – сказала бабушка, – где дед-то у нас? – повторила она.

Тут подошёл дедушка.

– Здорова! – протянул он руку Даше.

– Де-е-ед! – закричала Даша.

Он подхватил Дашу и посадил на плечо. Девочка завизжала.

– Ну-у-у! Началось! – посмеялся дед.

И понёс он Дашу на плече. Ветер усиливался, запахло грозой с дождём… Даша уже знала этот запах и он ей одновременно и нравился и пугал, потому что, как правило, если сильно пахнет дождём, то будет гроза. Это даже не описать, это какое-то очень долгое ожидание какой-то неизвестности. Сначала ты смотришь, как небо заполоняется синими тучами… Синими-пресиними. Бывает, конечно, и до чёрного доходит, но это уже совсем жуткое зрелище. А потом небо озаряется такими вспышками, но это больше в городе, а здесь в основном летают молнии, которые как будто рассекают небо… А когда это сопровождается глухими раскатами грома – Даша прижимается к первому попавшемуся, а в данном случае, она крепко вцепилась в деда.

– Боисся?* – усмехнулся дедушка.

Они перешли железнодорожные пути и спустились с горки. Даша так крепко держалась за шею дедушки.

Ба-бах! Ба-ба-ба-а-а-а-ах!

– Мама… – прошептала Даша.

– Нет, мамки нету! – сказал дед, – здесь только дедушка! Да бабушка!

Дедушка всегда шутил, был на веселе и старался Дашу подбадривать! И не только Дашу, а все внуки любят его за юмор.

– В магазин надо зайти… – разбавила страх бабушка.

– Дожжик щас будет, какой тебе магАзин! – возмутился дед.

– И что дождик? Не сахарные – не растаем! – сказала, как отрезала бабушка.

– Не магАзин, а магазИн, дед! – поправила дедушку Даша.

– У вас магазИн, а у нас магАзин! – снова со смехом сказал он, – не учи учёного!

Он опустил Дашу на землю.

– Устал я уже! Ты чё кака кобыла у меня выросла?

Небо озарилось тысячами молний, раздался очередной глухой (самый страшный) раскат. Даша вздрогнула.

– Пошли давай, никакого магАзина тебе, вишь Дашка боится!

Но если бабушка что-то решила – её никто и ничего не остановит.

– На пять минут, надо мне!

Магазин был уже близко – совсем близко. Он был ма-а-а-аленький, даже, скорее, неприметный, похож на какую-то будочку, как у городской бабушки в её огороде. Даше он очень нравился, хотя обычно там ассортимент был так себе… Проще сказать, его совсем не было. Дай Бог два банана лежат – ждут своих покупателей. По дороге с электрички бабушка с Дашей всегда заходили в этот магазин.

Бабушка со скрипом открыла дверь.

– Привет! – сказала она продавщице, конечно же, своей знакомой.

Бабушка знала поголовно всех здесь, прямо лично, поимённо и в лицо.

– Привет, чё там, дождик? – спросила та.

– Пока нет, мы быстренько. Дай килограмм… – начала бабушка.

– Ты посмотри сначала на прилавок-то, какой тебе килограмм, нет ничего, видишь?

– У-у-у-уй! Чё это у тебя всё привоза-то нет? Ну давай хоть бананов вон вижу.

– Ты за бананами зашла? Хе-хе, не могу! За бананами она зашла! Щас ливанёт дожжик, а ей бананы! Хех! Ой, не могу, – снова засмеялся дед.

– Васьк, что ты всё смеёшься? Что ты смеёшься? Идите! Идите-идите, я догоню! Чё вы меня ждёте-то?

Даша испугалась оставлять бабушку одну в грозу. На её лице читался страх.

– Испугалась, маленький! Не бойся, мой золотой! Кто тебя напугал? – милым жалобным голосом спросила продавщица, – Валь, возьми ей вон три конфетки, осталось у меня, щас!

И женщина пошарилась где-то и протянула Даше несколько конфет в раскрытой ладони:

– Возьми, дочк! Бери-бери, не стесняйся!

– Ну бери, что ты! – возмутилась бабушка.

Даша осторожно взяла конфеты из рук продавщицы.

– Что сказать-то надо? – спросила бабушка.

– Спа… – тихо начала Даша и посмотрела на бабушку, но фразу не закончила.

– На здоровье, Дашенька, на здоровье!

Только они вышли из магазина, как хлынул дождь.

– А я говорил! – поднял указательный палец вверх дедушка.

Бабушка зашла обратно в магазин:

– Посидеть можно у тебя? – спросила она.

– Отчего же нельзя, сидите.

И продавщица принесла какую-то страшную, обшарпанную табуретку и предложила Даше сесть:

– Присядь, дочк!

И Даша села. Бабушка, как обычно, завела какой-то интересный разговор с продавщицей, а Даша сидела и вздрагивала от каждой молнии на небе и от каждого раската. Дедушка подошёл и начал в лицо Даше лезть «козой» и смеяться. Даша тоже залилась смехом. Потом дедушка резко убрал руку. Потом снова приблизился к её лицу перебирая двумя пальцами и снова резко убрал. Даша так смеялась, что даже и забыла о грозе. А за дверью раздавалось «Ба-ба-а-ах!» и «Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш…» И это «ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш» так усиливалось! А ещё барабанило по этой дряхлой крыше магазинчика.

Прошло минут десять и бабушка вскочила:

– Пошлите! Дойдём, не растаем. Бегом-бегом!

И они с дедушкой вышли из магазина. Дед снова взял Дашу на руки и понёс быстро-быстро, почти бегом. И бабушка бежала рядом. Её немного колыхало в стороны от ветра. А дедушка с Дашей на руках держался стойко, ему никакой ветер нипочём. Он почти не видел дороги, глаза застилало. Он только изредка проводил по лицу рукой, чтобы хоть немного повысить видимость. Даше было хорошо и совсем не страшно с таким дедушкой, она доверяла ему и его надёжному плечу.

Потом они с бабушкой захлюпали по лужам. Даше тоже хотелось бы пройтись по луже, но мама никогда ей не разрешала… Но вот дождь начал потихоньку стихать. Запахло ещё приятнее – мокрой травой. Даша смотрела, как капельки падают на травинки и те под их давлением совсем ложатся. Грома давно не было слышно – только где-то совсем уже далеко. И сверкать стало меньше, появился просвет. Около дома дедушка опустил Дашу на землю.

– БАРСИК! – закричала девочка, увидев своего горячо любимого кота на заборе.

Но тот сразу же спрыгнул и убежал. Он боялся Дашу. Как только девочка на пороге – кота и след простыл. А Даша считала, что она о нём заботится и искренне не понимала, почему Барсик бегает от своей матери.

– Опять убежал. Опять, наверное, на неделю. Дашка, замучаешь мне кота, уши оторву! – предупредила бабушка.

Но, как уже было сказано, все бабушкины фразы про уши не были стимулом к тому, чтобы не хулиганить.

Дед открыл калитку и сказал:

– Пожалуйста, проходите!

Сначала зашла Даша, потом бабушка. Она взяла ключ из почтового ящика и открыла дверь. А Даша рассматривала забор, который поменял свой цвет после дождя. Он стал каким-то тёмно-коричневым и, опять же, у него появился новый запах – запах мокрого дерева.

Дождик совсем стих, только изредка падали капли, также прижимая к земле бедные травинки. А тучи ушли совсем и выглянуло солнышко. Что за чудо-погода такая? И как это работает? В детстве такое совсем иначе воспринимается – от страха до радости.

– Радуга, наверное, будет! – сказал дедушка.

– Где радуга? – вскинула голову к небу Даша.

Она увидела, как тучи прямо уплывают…

– Ва-а-ау! – удивилась она, – куда деваются тучи? – спросила, – смотри, они двигаются! – ткнула пальцем в небо Даша.

– Конечно, двигаются, а ты как думала? – усмехнулся дед, – они плывут по небу! Песню знаешь такую? Облака-а-а! Как там… Лошадки! Хе-хе!

Зашли в избу. Даша сразу плюхнулась на диван в передней.* Помотала головой – разлетелись брызги по сторонам от её мокрых волос.

– Дочк! – позвала бабушка, – что кушать будешь? Макароны тебе сварить?

– Сварить! – обрадовалась Даша.

Она любила бабушкины макароны, но её самой любимой бабушкиной стряпнёй была яичница с глазком!

*Боисся? – боишься?

*Передняя – большая комната в деревенской избе.

Глава 3

Даша уплетала за обе щëки макароны. Они были такие вкусные, как будто, действительно, бабушкины, как пироги или блины. Бабушка как раз и говорит:

– Надо пирогов напечи*. А то завтра приедут.

– Ура! Дима приедет! – с набитым ртом закричала Даша и чуть не подавилась.

– Ешь, давай, Дима ей! Драться опять будете… Так, по занавескам мне не лазить!

– По ушам получим? – с таким же набитым ртом спросила Даша.

– А как же! Конечно, получите! Молока надо? – заботливо спросила бабушка.

– Надо! – ответила Даша.

– Не балуй, Дашк! Ешь нормально! Сейчас молока налью.

Даша любила молоко, кроме пенки в нëм, конечно.

У бабушки была раньше корова – Красотка. Но она еë продала. Теперь молоко брала у соседей. А Даша очень расстроилась, когда бабушка продала корову… Раньше она любила смотреть, как та её доит. Ей так нравилось наблюдать за этим процессом, сидя на дворе* на лавочке. Чего только стоит этот приглушённый свет… А если ещё открыта дверь в огород, то видно звёзды. А на свет Даша любила щуриться. Она смотрит на источник и щурится так, чтобы в разные стороны, ну или в одну, далеко-далеко шла полосочка света. Это было похоже на лучики солнышка или на какое-то волшебство! Откроет глаза – просто лампочка, стоит сощуриться даже капельку – от неё идут лучи.

Бабушка поставила банку на стол и попыталась открыть. Потом позвала деда:

– Васьк… Открой.

Дедушка своими мощными ручищами за долю секунды повернул крышку и она звонко плюхнулась рядом с банкой.

Бабушка налила молоко в большую, широкую, потрескавшуюся кружку.

– Подожди, разбавить надо, холОдно.

Дети не думали об этой заботе… Хотелось есть мороженое, не понимая, что после этого обязательно заболеешь… Пить ледяное молоко…

Даша сделала глоток.

– Подожди, говорю! – и бабушка плюхнула в чашку каплю из чайника.

Чайник был такой массивный, железный… И бабушка иногда ставила его не на плиту, а на печку. Ещё Даше нравились чугуны. Бабушка в них варила

на печке лапшу и кашу. Но чаще зимой, летом всë-таки в приоритете была плита.

Как хорошо было – поела, оставила тарелку и пошла, куда тебе надо, а остальное – забота взрослого. Даша стала приставать к деду, чтобы тот включил ей мультики, которые она привезла. А привезла она сборник мультфильмов про Барби, где её са-а-амым любимым был «Барби Сказочная страна Волшебная радуга». Фею Эллину Даша любила просто всем сердцем, особенно ей нравились её глаза радужного цвета.

По телевизору шëл очень страшный, по мнению Даши, сериал «Кулагин и партнёры». Но ей нравилась музыка, звучащая в титрах.

А вечером бабушка смотрела в передней «Кармелиту» и Даша пристраивалась рядышком. Теперь у неë будут мультики! «Наконец-то» – подумала Даша.

– Дед! Дедуля! Пошли-и-и!

– Пойдём-пойдëм… – встал с кровати дедушка.

И они отправились в комнату.

– У меня скоро Кармелита! – закричала бабушка из кухни.

Вечером Даша была, как королева. Она сидела на огромной бабушкиной кровати, подогнув под себя ноги. Постель была белая, мягкая… Даша облокотилась подбородком на подушку. Она была прохладной и пахла чем-то свежим. Это был снова приятный запах, как запах дождя… Да, у бабушкиной подушки тоже был определённый запах! Дома, в городе, подушки совсем не пахнут…

Было уютно, правда немного душно. Но было открыто окошко, из которого доносилось вечернее традиционное стрекотание кузнечиков или сверчков – Даша в них не особо разбиралась… Двор погружался в сумерки, у соседей загорелся свет в окнах.

А бабушка выгнала дедушку, чтобы смотреть свою Кармелиту. Не стала она препятствовать любимой внучке.

Дед ходил-ходил по избе и зашёл к Даше.

– Мультик смотришь? Хе-хе! Чë у тебя там за страшилы? – спросил он, увидев Лаверну, которая добивалась от Адзуры еë колье.

– Она злая! – объявила Даша.

– А ты добрая? – спросил дед и посмеялся.

– А я добрая! – ответила Даша, – давай со мной смотреть?

– У-у-уй нет, хе-хе! Я мульти-пульти ваши не смотрю, я чë, маленький что ли? Хе-хе! Это вы смотрите! А я не буду! Смешно – дед и мультики ваши! Во даëт!

И он ушёл обратно к бабушке. Они начали драться за пульт.

– Васьк, чë ты мне выключил!? – завозмущалась бабушка.

– Реклама у тебя там, дай сюда!

– Да сейчас начнётся, Васьк! Включи!

У Даши закончился мультик и она позвала бабушку:

– Не ругайтесь! Бабушка, иди смотри свой телевизор, я всë!

*Двор – сени.

*Напечи – напечь.

Глава 4

А потом бабушка резко выключила телевизор.

– Помолиться надо! – сказала она.

Даша лежала на бабушкиной мягкой кровати, уткнувшись в подушку и вдыхая еë особый запах… Спала она тоже с бабушкой и всегда у стенки.

По вечерам бабушка не зажигала свечку, а по утрам зажигала и могла даже оставить еë так гореть, пока Даша не заметит и не скажет:

– Ты свечку не потушила!

Иногда бабушка предлагала Даше постоять с ней во время сие процесса. Но Даша отворачивалась к стенке и делала вид, что спит. Но на самом деле ковëр ей нравился больше. Было душно и тревожно… За окном лаяли наперебой собаки. Иногда Даша думала, что это волки.

Узоров на ковре как таковых не было, только огромные олени… Дома у Даши было покрывало на кровати тоже с оленями. Но на ковре они были значительно больше. Глазами ребёнка это была просто огромная картинка… Даша залипала на этот ковёр – пусть без узоров, но он её завораживал. При этом она плотнее прижималась к стене. Нужно было быстрее уснуть, чтобы подавить своё любопытство заглянуть между спинкой кровати и окном, дабы не встретиться лицом к лицу с Бабаем.

Даша достаточно быстро засыпала под бабушкины молитвы. Просыпалась тоже с ними. Утром бабушка молилась очень-очень долго. А ещё её нельзя было отвлекать, поэтому если Даша просыпалась раньше, чем бабушка закончит, ей приходилось так и лежать дальше и молчать. Иногда, конечно, она уходила приставать к дедушке, если он был дома, а не работал во дворе с дровами или чем-нибудь ещё. Даше нравились дедушкины инструменты, больше всего её привлекал гвоздодёр. Иногда дедушка специально давал Даше доски, куда вбивал кучу гвоздей не до конца, чтобы Даша выдёргивала их этим волшебным инструментом. Даша могла часами так сидеть и дёргать гвозди. Она даже просила дедушку забивать больше. «Трынь! Трынь!» – выдёргивались они с приятным для неё скрежетом.

У дедушки было два занятия – или смотреть на кровати телевизор или работать во дворе. Что он там делал, что чинил – Даше никогда не было понятно. У них всегда был какой-то ремонт. То они терраску* перестраивают, то печку перекладывают, то крышу кроют… На этот раз он начал строить огромный колодец на огороде.

Даша лежала, прижавшись к стенке. Из открытого окна снова донёсся вой собак. Бабушка закрыла книгу с молитвой, сняла свой специально предназначенный для моления платок и, как обычно, перекрестила сначала кровать, а после всю комнату. Потом погас свет и Даша почувствовала в полусне, как бабушка, вздыхая, забралась на кровать.

– Спишь, дочк? – спросила бабушка, дотронувшись до Дашиного плеча.

Потом она укрыла Дашу покрывалом:

– Спи, доченька, спи… – шёпотом сказала она.

Сквозь сон Даша слышала телевизор, работающий у дедушки в задней*. У него всегда ночью был включен телевизор, даже если сам дед уже спал. Поэтому дом никогда не погружался в ночную тишину и Даше это нравилось и было не так страшно. Хотя дедушка всегда смотрит только НТВ, а там всегда что-то жуткое… Но бывает, что ему надоедает телевизор и он включает радио. И его самая любимая и часто исполняемая песня была «Всё для тебя» Стаса Михайлова. Также довольно часто можно было услышать Кристину Орбакайте, Николая Баскова и Валерия Меладзе. Меладзе кстати очень любила Дашина мама. Дома у мамы тогда была целая полка кассет. На самом деле кого у неё только не было: Михаил Муромов, Владимир Высоцкий, Элен и ребята, Трофим, кстати, тоже очень любим мамой, Вадим Казаченко, Петлюра, «Ласковый май», Татьяна Буланова… Поэтому музыка в доме была всегда. Кроме этого мама не пропускала ни один концерт по телевизору.

*Терраска – маленькая комната, находящаяся вне помещения избы. (На мосту)

*Задняя – комната в избе при входе.

Глава 5

А утро в деревне – это особое блаженство… Это прекрасно!

Даша уже давно открыла глаза и наблюдала за мухой, которая, собственно, и разбудила еë: "Б-з-з-з-з-з-з-з-з…" И не только муха, а в дуэте с петухом. Он с шести утра горланил без перерыва. Хорошо было… Не знать сколько времени и вообще о нëм не задумываться. Бабушка встала с петухом. Но это был не её петух, а соседский, бабушка давно их не держала.

В комнате еë не было, наверное, она уже помолилась, потому что у икон горела свечка. Буквально через две минуты бабушка пришла, резким движением раззановесила шторы на окнах. В переднюю сразу же пролился яркий солнечный свет, оставляя на паласе тëплые квадратики света. Даша уже знала, что они тëплые – она очень любила по ним прыгать.

Петух замолчал – зачирикали птички. И так звонко они залились…

– Проснулась, золотуленька моя? – спросила бабушка и принялась щекотать Дашу.

Она залезла на кровать и навалилась на Дашу. Та стала отпираться. А бабушка продолжала:

– Золотуленька моя! Петухи тебя разбудили, да муха эта глУпа тут летает! Ну вставай, вставай, доченька… Что покушать тебе? Яичницу сделать?

– С ГЛАЗКОМ? – обрадовалась Даша.

– А как же! – улыбнулась бабушка, – щас ещё этот бандит приедет! Димочка! Сашенька приедет. Пошла тебе яичницу делать и пирогов печи надо!

Даша протëрла глаза. Бабушка ушла на кухню. Даша ещё немного посидела на кровати, рассматривая, как переливаются на полу солнечные квадратики… Тут она услышала, как бабушка разговаривает с Барсиком:

– Пришёл мой золотой… Поешь-поешь!

– БАРСИК!!! – пулей выскочила из комнаты Даша.

Летом дверь была в избу всегда открыта. Поэтому Барсик сразу же ломанулся на выход. Даша успела схватить его за заднюю лапу, прокатившись по полу. Тот заорал, зашипел. Бабушка взяла мокрую тряпку и давай хлестать Дашу, куда попадëт:

– ДАШКА! ОТСТАНЬ ОТ КОТА! ОСТАВЬ КОТА В ПОКОЕ! ПОЕСТЬ НЕ ДАЛА!

Даша подняла на бабушку полные грусти глаза, разжав руку. Барсика след простыл за долю секунды.

– Ну что ты делаешь, а? Что ты мне сделала с котом? Бестолковая какая… Щас точно надолго убежал. Ведь все лапы оторвëт! Господи, бедный Барсик, за что ему досталось? Димка ему усы обрезает да за хвост таскает, эта лапы норовит оторвать… – продолжала причитать бабушка.

Однажды Дима, действительно, отрезал Барсику усы. Взял ножницы, посадил кота между ног и давай… Как только глаза не выколол. А что делала Даша… Барсик был ещё маленьким, ему был всего год, а столько пришлось уже вытерпеть… В прошлом году шестилетняя Даша приехала сюда и увидела его на заборе – у бабушки с дедушкой он был, как она тогда сказала «новенький». Он был такой маленький, совсем котëнок. А цветом белый-белый, как снег! И красивый, конечно же. Даша сразу решила, что это будет еë сынок. Она сняла его с забора, принесла в избу и сразу же засунула в кукольную деревянную кроватку, которую ещё давно, когда Саша была относительно маленькой, сделал дедушка. Даша обложила новоиспечённого сына всеми возможными одеялками, подушками… Он пытался вылезти, но Даша оказалась сообразительной – она взяла верëвки и попыталась обвязать лапы котëнка вокруг прутьев кровати. Но бабушка вовремя это заметила и успела остановить процесс. А ведь Даша не хотела зла, в этот момент ей казалось, что она проявляет заботу, она же мама. Ну а дальше при любой возможности Барсик попадал к ней в руки. Она куда только его не засовывала: и в коляску, и качала в зыбке и надевала на него кукольную одежду. Ей было очень смешно за ним наблюдать, когда он был в кофточке. Он очень забавно передвигался и не мог нормально идти. Почему? Даша так и не выяснила. Его или мотало в разные стороны или он совсем ложился и никуда не шёл. Ещё Даша всегда думала, какие дела могут быть у котов? Они совсем не похожи на человека, не ходят в садик, не умеют играть в мячик. А бабушка говорит, что они дерутся с другими котами. Из-за чего? Тоже не ясно.

Даша так и сидела на пороге. Бабушка пекла пироги. Потом снова начала:

– Довела мне кота! Щас ещё один мучитель приедет. Ох-ох-ох…

Глава 6

Даша ела свою любимую яичницу с таким красивым ярко-рыжим жирным глазком. Только бабушка здесь умела жарить такую яичницу. Даша душу была готова за неë отдать. Особенно ей нравилось на него нажимать – тогда оттуда заструится желток и растечётся по тарелке. Даша макала в него хлебушек. А иногда глазок был твëрдым и просто ломался вилкой пополам.

Вдруг на пороге появились Дима с Сашей. Даша вскочила:

– Ур-а-а-а!

– Привет! – поздоровалась Саша.

– Пришли? Не успела пироги, ох-ох-ох! Привет, мои-то золотуленьки! – накинулась бабушка сначала на Сашу, потом на Диму.

– Привет, ба!

Они бабушку называли «ба» или «баушка». Так было короче. А Даша всегда звала её бабушкой.

Ну вот, приехали. Сейчас начнëтся… Чтобы кого-то позвать, бабушка перечислит все имена, находящихся в избе, а только потом нужное. Даша будет и Сашей, и Ирой и даже Димой.

Тут как раз зашла и тётя Ира:

– Здравствуйте! – сказала она.

Даша сразу бросилась к ней:

– Привет! Привет! Привет!

– У-у-у! Дашутка уж тут!

– Я и говорю, драться будут! – сказала бабушка.

– Я к Ленке! – заявила Саша.

– Куда? Подожди чай*, только приехали и уже убегаешь? – возмутилась бабушка.

– Ну она уже ждёт! Во сколько буду, не знаю!

И Саша убежала.

– Садись, сынок, яичницу с глазком есть! – предложила Диме бабушка.

Тот с радостью сел за стол.

– И ты, егоза, доедай быстро! – скомандовала бабушка Даше.

Дети поели и пошли в комнату.

– А я мультики привёз, – сказал Дима, – только тебе их нельзя смотреть!

– Почему это? – поставила руки в боки Даша.

– А потому! Это мой мультик!

– Больно надо! У меня тоже есть свои мультики и я тебе тоже не покажу!

– Про своих дурочек принцессочек? – съехидничал брат.

Даша вскипела от злости. Самое интересное уже начиналось…

– Сам ты дурочка! ДУРАК, точнее! Глупый дурак!

– А ты… А ты дебилка! Феечка недоделанная, бе-бе-бе!

– А ты… А ты КАКАШКА, понял?

Дима насупился и было видно, что в голове перебирает ещё обзывательства, но не понятно – то ли словарный запас на них закончился, то ли, наоборот, он был слишком большой и мальчик боялся выбрать что-то чересчур обидное. Всë-таки капелька души у него ещё была.

Вошёл в комнату дедушка и протянул руку:

– Здорова, внучек! Как поживаешь? – спросил дед, сияя улыбкой из нескольких зубов. Нижний ряд зубов был почти целый, а вот сверху… Ну не о зубах речь.

– Здорова, дед! – пожал в ответ крепкую руку дедушки Дима.

– Чего спорите? – спросил тот.

– Включи мне диск! – попросил Дима.

– Диск? Тоже что ли мультишки-фигишки привëз? Хе-хе, щас включим!

– Нет, дед! Включи мои! Мои! – перебила Даша.

– Нет, мои! – топнул ногой Дима.

– Нет, мне! – снова крикнула Даша.

– Ребята! – скомандовал дед, – давайте жить дружно! Кто это говорил?

– Кот Леопольд! – в один голос сказали дети.

– Вот и давайте жить дружно!

– Он меня обзывает! Не включай ему, включи мне! – снова завопила Даша.

– Ну и смотри своих глупых, полоумных феечек! – сказал Дима, – а я гулять пошёл.

Даша вспомнила, как здорово было гулять с Димой… В прошлом году они открыли тайное место, которое впоследствии стало их любимым – сеновал! Бабушка поначалу ругалась, хотела оторвать уши, что эти двое лазят везде… Они даже умудрились через сеновал залезть на крышу! Для Даши это было невероятное событие. Ей даже не было страшно – ей было жутко интересно! И вообще… Они с Димой обошли уже все болота, перелезли все заборы, разогнали у соседей всех гусей… Это детство… Самое лучшее детство, которое только можно представить…

– Дим, я с тобой! – побежала за братом Даша.

– Со мной нельзя! – строго сказал Дима.

– Почему? Но я хочу с тобой! – со слезами завопила Даша.

– Ладно, пошли!

– Ура-а-а! – закричала девочка.

Она обула шлëпки и выскочила за Димой на улицу.

Было так жарко… Солнце палило невозможно! Даша не взяла с собой панамку. А у Димы была кепка с его любимым дятлом Вуди.

– Догонишь? – спросил Дима и побежал в сторону леса.

– Догоню! – бросилась за братом Даша.

Но пробежав всего несколько метров, встала отдышаться.

А Дима был уже при входе в лес у всеми любимого дерева.

Да, это был огромный дуб и он был самым клëвым развлечением, выполняя сразу несколько функций. Во-первых на этом дубе Дима с Сашей построили дом. Да, дом на дереве – мечта многих. Но только очень тяжело туда забираться. Даша никак не могла туда залезть. Куда ей – малюсенькой девочке на огромное дерево… Во-вторых, под дубом был мостик. Из него выходила за пределы доска и на ней можно было прыгать. И са-а-а-амое классное, конечно, это качели. К самой толстой ветке была прикреплена длинная проволока, на конце которой была петля. Встаёшь на этот «мостик» хватаешь проволоку, тянешь еë на себя, отталкиваешься и вставляешь ноги в петлю, но желательно всë-таки одну, потому что обе – очень больно, так как петелька достаточно узкая. И в общем… Летишь! Но нужно было крепко держаться, чтобы руки не слетели. И нога тоже. Саша сколько не учила Дашу качаться на этой проволоке, ничего не получалось – Даша боялась.

Сейчас она стала на целый год старше. «Может получится?» – подумала она, подбежав к дубу. Но там уже катался Дима.

– Дай я! – попросила Даша.

– Обойдёшься! – заявил Дима, качаясь из стороны в сторону.

Даша глазами наблюдала за ним, как за маятником, и это еë завораживало. А из глаз пошли слëзы:

– Тоже так хочу-у-у!

Но Дима стал специально дразнить сестру и кричать:

– Ю-ху-у! Ю-ху-у!!!

Даша подскочила к «мостику» и решила попрыгать. Но не рассчитала расстояние, чтобы Дима еë не задел, пока летит в эту сторону.

– Берегись! Дашка! Отойди, дурочка! ОТОЙДИ-И-И! Прибью же тебя!

Даша подняла голову и увидела летящего на неë брата… Он отпустил проволоку и они вместе рухнули на землю.

Даша закричала, заплакала – ей было больно… А Дима ещё далеко летел кубарем.

– Дурочка, сказал же, зашибу! Вставай! – подскочил он к Даше, – сильно ударилась?

– А-ага… – всхлипнула девочка.

– Ну, вставай же! – схватил за руку Дашу Дима, но та не встала, поэтому он поволок еë по земле.

– Отпусти! Больно! Ай! – кричала Даша.

Потом она сама поднялась, отряхнула коленки, а они были чернющие… Руки тоже были все в земле. Тут подошёл мальчик:

– О, Диман! – это был сосед, друг Димы.

У него были огромные очки и из-за этого его глаза тоже были огромные, как у Бобла из мультика про фею Динь-Динь.

– Гулять пойдёшь? – спросил он.

– Погнали! – ответил Дима.

И ребята пошли по песчаной тропинке. А Даша теперь могла спокойно покататься на проволоке. Она встала, как нужно, схватилась за неё, но никак не могла правильно вставить ногу в петлю. Стало грустно: «Я что, совсем не выросла?» – топнула ногой Даша.

Тогда она попыталась сесть на эту проволоку, но тут же соскользнула и шлёпнулась на попу. Даша залилась слезами, прямо в голос. Было больно физически, а ещё обидно, что все умеют кататься и с такой лёгкостью запрыгивают на эту проволоку и летят, а она не может… Ещё и Дима ушёл.

Из-за того, что Даша была слишком маленькая, еë никто не брал гулять – ни Дима, ни Саша. Была ещё одна сестра – Оля, она жила прямо здесь, в посёлке. Они однажды ходили с бабушкой к ней в гости, это было очень далеко. Путь к ней был, казалось, бесконечный, особенно если это лето и вот такая жара. И самое интересное в дороге было проходить мимо завода. Да, здесь был завод. Даша всегда останавливалась и заворожённо наблюдала, как катятся по горкам разные бочки. Бабушка поощряла её интерес и первая останавливалась и обращала внимание внучки на этот завод.

Оля тоже была намного старше Даши. Даша из всех внуков была самая маленькая. Всем можно было далеко ходить, а Даше вот только до этого дуба, от которого всë-таки одни неприятности.

*Чай – наверное.

Глава 7

Даша расстроенная пошла к дому, села на качели. Погода резко изменилась. Жара спала, небо стало тёмным, подул ветер. Стало как-то зябко, но в то же время душно. Вдруг ветер дунул так, что аж деревья закачались. Даша поëжилась, но не пошла домой, а продолжала сидеть на качелях и смотреть на свои разодранные грязные коленки. «Интересно», – подумала она, – « Бабушка даст по ушам?» Стало совсем неуютно… Холодно, противно. Заморосил мелкий-мелкий дождик. Даша открыла рот, чтобы поймать дождинку. Но снежинки всегда ловились лучше. Тут выскочила бабушка:

– Дашка! Быстро в избу! Дожжик!

Даша покорно встала с качелей и пошла домой.

– А этот разбойник где? – спросила бабушка.

– Он ушёл гулять с очкастым соседом, – сказала Даша.

– Получит по ушам! Погода-то какая!

Был такой сильный ветрище… Даше хотелось укутаться тëплым одеялком, прижаться к стенке с ковром и чтобы олени унесли еë в какой-нибудь добрый, волшебный сон…

– Марш в баню! Где ты так извозилась?

И бабушка повела девочку в баню. Там она оттирала ей колени, а та визжала… Баню Даша не любила, терпеть не могла! Потому что там было очень-очень жарко. Как только нужно было идти в баню, начинались капризы. Но, единственное, чем можно было замотивировать её походом в баню – это большой железный таз, в котором она играла с игрушками. Её любимой игрушкой для бани был розовый дельфин. В него нужно было набирать воду… Даша любила его «топить», потому что ей нравилось смотреть на пузырьки. А потом дельфина нужно было вытащить из воды и со всей силы нажать – тогда у него изо рта лил фонтанчик.

А потом выходишь из бани в предбанник и сразу так холодно становится, хочется быстрее одеться. Бабушка быстро-быстро кутала Дашу во всё подряд, что та превращалась в колобка, и отправляла её домой, со словами: «Бегом беги, быстро!» И со всех ног Даша неслась домой через весь огород.

– Где лазила? Какой чëрт вас тащит куда-то? – причитала бабушка.

Потом бабушка налила Даше чай с молоком и поставила на стол пироги.

– Ура, пироги! – сразу схватила Даша пирожок.

Она разломила его и он вкусно хрустнул в еë маленьких ручках.

– С луком и яйцом! – обрадовалась Даша и запихала себе в рот целую половину.

– Кушай, дочка, кушай, моя золотая! – улыбнулась бабушка, – но не балуй!

А чай с молоком… Это не передать словами! Даша взяла тëплую чашку в другую руку. По окнам звонко застучал дождь.

– Вот где он шляется? – причитала бабушка про Диму, – все нервы истрепал!

Тут сверкнула молния, да так ярко… А потом полил тако-о-ой ливень, аж стëкла затряслись. Даша испугалась. Бабушка прижала еë к себе:

– Не бойся, дочк! Не бойся!

А тëтя Ира посмеялась:

– Чë, боисся? Бои-и-исся!

Тëтя Ира всегда смеялась над Дашей, но делала это так искренне, что девочка никогда на неë не обижалась.

Тут с громким смехом в избу ввалилась Саша со своей подружкой. Они были мокрые насквозь.

– Явились? – спросила бабушка.

– Ага! – ответила Саша.

– Здравствуйте, тëтя Валь! – поздоровалась подруга.

– Здравствуй, Лена. Как у тебя дела-то?

– Да ничего, всё хорошо.

– Ба, дай во что Ленке переодеться… – попросила Саша.

– Идите в терраску, ищите.

В терраске у бабушки был большой шкаф, в котором была куча одежды на все случаи жизни. Внуки еë специально здесь оставляли, чтобы не возить с собой постоянно.

Девочки ушли. Тут раздался тако-о-ой «ба-ба-а-а-ах!» Даша закрыла уши и прижалась к бабушке. В комнате потемнело. Еë освещали лишь летающие по небу молнии. Вернулись Саша с Леной.

– Мы чаю попьём! – сказала Саша.

– Пейте на здоровье! Берите вон пироги!

Бабушка занавесила окна и стало ещё темнее, прямо как ночью.

– Даш, не бойся, это не гроза! – сказала вдруг Саша.

– Как не гроза? – удивилась девочка.

– Это Иванушка-дурачок по вëдрам бьëт!

Даша свела брови, правый уголок губ поднялся вверх.

– Какой ещё Иванушка-дурачок? – спросила она.

– Ну какой-какой, обычный! – ответила Саша.

– А зачем он по вëдрам бьëт? – в недоумении спросила Даша.

– Дурачок потому что! – сказала Саша.

Эта информация для семилетней девочки была очень неоднозначной. Одно дело если бы ей было пять ну или шесть. Но в семь лет поверить в такую ерунду? Но Даша поверила. Она верила во всë: в Деда Мороза, в фей… Почему бы не поверить, что всë это время в небе не гром гремел, а Иванушка по вëдрам стучал?

Снова раздался глухой удар. Даша почему-то представила Емелю, потому что как выглядит Иван, она не вспомнила. И, действительно, среди чëрных туч сидит Емеля на одной из них, а в руках у него огромное железное ведро. И он руками так по нему: «Бах! Бах! Бах!» Чего бьëт? Зачем бьëт? Людей пугает только. Вмешалась бабушка:

– Ладно ерунду-то молоть, сама ты Иванушка-дурочка!

– Да правда, ба! Иванушка!

– Всë-всë, Иванушка, так Иванушка. Вëдры-то у него откуда там? – спросила она.

Саша пожала плечами.

Теперь на каждый «Ба-бах!» Даша в своём воображении видела Емелю с железными вëдрами. Ей больше не слышался гром.

А Лена округлила глаза:

– Ничего себе. Это я столько жила и не знала, что гром – это вëдра?

– Да-да! – улыбнулась Саша.

Гроза не заканчивалась и не заканчивалась. Но Даша после информации об Иванушке уже не так сильно боялась.

Все очень переживали за Диму. Бабушка надеялась, что он зашёл к тому очкастому в гости, потому что нет никакого Иванушки, а есть гроза, которая в деревне всё-таки не так уж и безопасна.

Глава 8

Прошло ещё некоторое время. Бабушка себе места не находила, переживая за Димку. Тëтя Ира говорила:

– Да у друзей он, у друзей. Не дурак же он по улице шляться в такую погоду.

«Ещё какой дурак!» – подумала Даша. Тут Даша обратила внимание на диск, лежащий на телевизоре. Она взяла его и прочитала: «Ро-га и ко-пы-та… Спрячу его!» – ухмыльнулась Даша и засунула диск в бабушкин шкаф.

– Почему вы ëму не купите телефон? – спросила бабушка тëтю Иру.

А у Саши уже был телефон – красивый такой, розовый с брелком Хеллоу Китти. Но еë брат отставал в этом вопросе. Даже у бабушки с дедушкой были телефоны. Они были вроде маленькие, а массивные, как кирпичи. Чехол только сколько весил…

Даше нравилось играть в дедушкин телефон. Там была еë любимая игра, похожая на игру в телефоне у мамы – человечки. На них летели ящики и нужно было двигаться так, чтобы ящик не прибил человечка. Только у мамы эта игра была цветная, а у дедушки – чëрно-белая. А с бабушкиного телефона Даша любила слушать стандартные мелодии. Они были такими весёленькими… Но кроме этих мелодий больше ничего не было. Даша мечтала уже о своём телефоне, что там будут песни еë любимой певицы Глюкозы и песня, которую постоянно включала Саша «Мой рай» – певицы с мужским именем Максим.

Долго ещё гремел гром, точнее Емеля колотил по своим железным вëдрам… И как ему не надоело? Действительно, дурачок. Бабушка успокаивала себя тем, что Дима в гостях пережидает это бедствие. Но когда всë более-менее стихло, в дверях нарисовался Дима.

– Явился? – спросила бабушка и ужаснулась его видом, – ещё один измазался, ты где шлялся?

– Ба, я застрял! – ответил Дима.

– Где ты застрял? – спросила бабушка.

– Да мы это… С этим, с Витьком вон полезли к нему на чердак и я застрял в лестнице. А там это… Сажа какая-то…

– На кой чëрт вы на чердак-то полезли? – закричала бабушка.

– Да так… – пожал плечами внук.

– Бабушка, а можно я тоже на чердак полезу? – спросила Даша.

– Ещё додумайся! – возмутилась бабушка.

А Даша подумала, что, действительно, хочет на чердак. Потом она тихонько спросила брата:

– Дим, а давай полезем на чердак?

– Давай! – согласился он, – потом. Видишь я весь грязный.

А остаток вечера прошёл за игрой в карты. Играли все, кроме Даши, потому что она не умела. Девочка надулась и легла на кровать. Время от времени ещё сверкали молнии, дождь так и лил. Под шум дождя она уснула. Проснулась от того, что бабушка залезла на кровать и начала двигать Дашу.

– Спи, спи, дочк! – стала поглаживать еë по спинке бабушка.

– Я хочу попить… – сказала сонным голосом Даша.

– Молока тебе принести? Щас, щас, дочка!

И бабушка ушла на кухню. Там приглушëнно горел свет. Телевизор у деда уже не работал – значит, была совсем глубокая ночь.

*Ёму – ему.

Глава 9

А утром снова раскукарекался петух.

– Да заткнись ты уже! – закричал Дима.

– Правильно-правильно, пусть поëт! Вставать надо, значит! – начала бабушка, – раньше в пять утра вставали, шли в поля пахать, работать! – отметила бабушка.

– Нам-то в поле не надо… – сонно обратила внимание Саша, которая спала на полу.

Вообще Саша любила спать в терраске, но у неё, видимо, это было по настроению. У бабушки изба была, как все говорят, резиновая. Бабушка в этом плане очень гостеприимная и к ней кто только не приезжает – и её сестра и братья с жёнами и детьми… Как по отдельности, так и все вместе одновременно могут заявиться и места всегда хватает. Обычно на полу расстилался большой матрас, раскладывался диван… и в терраске было куча места. Это если летом… Зимой, конечно, сложнее. Спать на полу так себе идея. Но, как говорится, в тесноте, да не в обиде.

Взрослые уже встали.

– Дед уж давно вон работает! – сказала бабушка.

– Сколько времени, ма? – спросила тëтя Ира.

– Сколь-сколь, шесть часов.

– Ну-у-у, куда в такую рань-то подняла? С ума сошла совсем! – возмутилась тётя Ира.

– Я что ль подняла? Я, главное. Петухи орут, да коты, да муха надоела мне тут зудеть. Я ещё и виновата. Спи, тебя никто не заставляет вставать!

И бабушка ушла. А Даша лежала и смотрела в потолок. Потом она укуталась в одеяло – было прохладно. На улице стоял туман и моросил мелкий дождик. И вставать, действительно, не хотелось. Даша уснула ещё на некоторое время, не обращая внимания на петуха, а проснулась уже от криков Саши и Димы.

– Вставай, Дашеньк! Вставай, моя золотуленька, хватит спать-то… Иди макароны есть.

Даша потянулась и села на кровати.

– Давай-давай, просыпайся!

Даша посмотрела в окно – там было так мокро, даже грустно стало.

Девочка встала и стала смотреть, как бабушка заправляет кровать. Сначала она, конечно же, накрыла еë одеялом, потом покрывалом, а потом, что всегда удивляло Дашу, зачем-то ставила поверх подушки, делая из них треугольнички и их ещё и покрывала прозрачной тканью, похожей на занавески. Потом она, как обычно, закричала:

– НА КРОВАТИ МНЕ НЕ ПРЫГАТЬ! Увижу на кровати, по ушам получите!

Но так как Даша бабушкиного «по ушам» не боялась, ей не составляло труда рушить эту композицию. Она, наоборот, всегда брала эти «занавески» и размахивала ими или представляла, что это фата. Подушки не доживали до вечера в таком красивом и аккуратном виде, если в избе есть Даша.

На улице было мокро и холодно, поэтому никто никуда не пошёл. Хотелось сидеть дома. Один дед ковырялся с инструментами на дворе.

– Идёшь? – спросил Дима Дашу.

– Куда? – не поняла та.

– Куда ты хотела?

– А-а-а-а! Идём! – обрадовалась Даша.

– Оденьтесь! – скомандовала бабушка, – куда раздетыми? Холодно!

Ребята накинули первые попавшиеся куртки – бабушкины или дедушкины, висящие на крючке.

– А ты знаешь, где чердак? – спросила Даша.

– Ага, вот! – показал Дима наверх.

– Это что, чердак? – раскрыла рот девочка.

– Да. Полезли.

Но лестницы здесь не было, только маленькие железные ступеньки. Хотя вся изба была из брёвен, которые тоже имели небольшие выступы, если можно так сказать. Дима хорошо умел лазить везде! В любую дыру любого размера. Это была просто его страсть везде лазить. И Даша с ним заодно… Но у Даши получалось гораздо хуже, может, из-за того, что она девочка. Но зато она ни разу нигде не застревала, в отличие от брата.

Вот он уже был наверху.

– А я? – спросила Даша, – а мне как залезть?

Она попыталась взобраться на половину этих железных вставок. Потом преодолела ещё половину… И осталось самое сложное – залезть на сам чердак. Там уже опоры не было абсолютно никакой.

Дима помог Даше залезть, но ей было страшно. Она не подумала о том, как будет отсюда слезать. К тому же куртка на ней была слишком большая и было не очень удобно…

Девочка огляделась вокруг. Для неё открылся новый маленький мир – мир чердака. Было достаточно темно, но имелось много просветов через небольшие щели и дыры. Это место впечатлило Дашу. Она долго с восторгом осматривалась здесь.

– Смотри, осы! – показал пальцем на огромный улей Дима, – или пчёлы…

И Дима, как совсем бесстрашный, (так оно и было) начал разорять осиное гнездо.

– Что ты делаешь? – испуганно спросила Даша.

– Пчёл вызываю! – ответил брат.

– Не надо! Пожалуйста, не надо! – закричала Даша в истерике, заливаясь слезами.

Но Дима лишь смеялся.

– Да нет там никого! Смотри!

И Дима бросил в Дашу воображаемую осу. Та завизжала так, аж дом содрогнулся. Она зажмурилась и начала плакать. А потом крикнула:

– Пусть они тебя ужалят как следует!

– А я не боюсь! – гордо сказал Дима.

– А зачем ты меня пугаешь!? – задала вопрос Даша.

– Просто. Нравится. Это же смешно!

– Вообще не смешно! – поставила руки в боки Даша.

Внизу послышались шаги.

– Ну вот, это бабушка! И она тебе по ушам надаёт, за то, что меня обижаешь!

– А тебе надаёт, что ты меня на чердак позвала!

– А я скажу, что это ты позвал! Она мне поверит, понятно?

– Да кто там всё лазиет? – раздалось внизу, – и визжит!

– Всё, тебе конец, Дашка! – сказал Дима и пошёл искать лазейку, как можно выбраться другим путём.

Он знал все лазейки и выбирался откуда угодно. Даша иногда восхищалась его находчивостью. Ей казалось, он и сквозь стены пройти может.

Дима, действительно, выбрался с чердака каким-то другим способом, а Даша осталась сидеть здесь. Он просто скрылся из её поля зрения. Она тяжело вздохнула и посмотрела вниз. Ей стало страшно от мысли, что она не слезет отсюда, тем более, беспалевно. А Дима на самом деле просто спрятался.

– Бабушка-а-а-а-а! – закричала Даша.

– Ты что там делаешь? – спросила бабушка, задрав голову.

– Я… Меня Дима позвал. Накажи его! Он уже слез.

– По ушам оба получите! Слезай быстро!

– Да я не могу, я боюсь! – запаниковала Даша.

– Как залезла, так и слезай! Как я тебе помогу? Залезла? Молодец! Или сиди там…

– Ну бабушка…

– Этот где? – спросила она.

– Не знаю…

Тут Даша увидела дедушку:

– Дед! Дедушка! Сними меня отсюда! – попросила Даша.

– Ты как там оказалась? – спросил тот.

Даша продолжила валить на брата:

– Дима позвал меня на чердак. А сам уже слез.

– Хех! А если он в окно будет прыгать? Прыгнешь с ним? – спросил дед, – или вон с крыши. Он бы запросто с крыши-то прыгнул!

– Нет… С крыши я не хочу прыгать.

Обстановка начала напрягать… Даша услышала жужжание и закричала, заливаясь слезами:

– Тут пчёлы! Пчёлы! Дед! Ну дедуль, ну, пожалуйста, помоги мне слезть!

– Тихо, не визжи!

И дедушка, конечно же, помог Даше слезть, не оставил внучку на покусание пчёлам… ну или осам.

Бабушка схватила тапку и попыталась отшлёпать Дашу.

– За что? Почему тапкой? Не надо тапкой! Только не тапкой! – визжала девочка.

Но бабушка бегала за Дашей по комнате. Даша забралась на диван, всё свезла, бабушка продолжала кричать, но как будто уже смеясь:

– Цветы! Дашк! Цветы уронишь!

У бабушки около дивана стояло много горшков с цветами. Она в них души не чаяла, разговаривала с ними. И не дай Бог, кто хоть пальцем тронет, хоть один лепесточек упадёт…

– Цветы! – снова закричала она, но без какой-либо злости, – только попробуй мне уронить цветы!

– А ты урони тапку! Выкинь! Убери! – перебирала подходящие глаголы Даша.

Бабушка начала смеяться и тут же на её лице появилась любимая Дашей добрая улыбка:

– Да золотуленька ты моя! – схватила она Дашу и начала кружить по комнате.

Та визжала, было весело.

Глава 10

Вечером Дима усиленно пытался найти свои «Рога и копыта». А Даша хихикала в сторонке. Она понимала, что ей влетит от брата, но это её не останавливало ему мелко пакостить. К поискам присоединился дедушка.

– Вот, этот? – спросил дед, вытаскивая из шкафа яркий диск с коровой.

– Да! – выхватил брат у дедушки мультик.

– Вымя-то какое, хе-хе! – посмеялся дед, – давай, включим.

– Кто его туда засунул? – спросил Дима.

– Я! – ответила Даша и показала язык.

– Ах ты… – и Дима бросился на Дашу с кулаками.

Та завизжала.

– Хватит орать! – остановила их бабушка, – пусти ты её! Что ты её колотишь?

– А чё она мой диск спрятала?

Даша прижалась к бабушке и снова показала язык. Дима в очередной раз замахнулся на Дашу. Даша зажмурилась. Дима просто показал кулак.

Дедушка включил «Рога и копыта» и Дима уселся смотреть. Даша осторожно присела рядом.

– А ты уйди! – скомандовал Дима, – я тебе не разрешил! Тем более ты спрятала! Не дам я тебе смотреть!

Взрослых в комнате уже не было.

– Ну пожалуйста, я тихонечко буду смотреть…

– НЕТ! Отойди!

Тут Дима встал и повернул телевизор. Даша зашла со стороны телевизора. Дима сильнее его развернул. Даша снова попыталась посмотреть.

– Да уйди ты отсюда! Это мой мультик, ясно?

– Ну и бе-бе-бе! Димка дурак, объелся какашек и вот так! – топнула ногой Даша, – а ещё жадина-говядина, солёный огурец! На полу валя…

– Э-э-э! Заткнись! – в ярости закричал брат и повалил Дашу на идеально заправленную бабушкой кровать. Потом схватил подушку-треугольник, (она, конечно же, превратилась в огромный квадрат), бросил Даше на лицо и стал давить.

Даше было даже не закричать. Она стала пинаться. Но тут очень кстати в комнату вошла бабушка. Она тут же схватила Димку за шкирку:

– Ты с ума что ли сошёл? С ума сошёл? Мозгов-то совсем нет?

Бабушка тут же прижала к себе бедную, испугавшуюся Дашеньку. Та, конечно, ревела.

– Не плачь, дочка, не плачь. Он дурак. Совсем дурак. Выкину тебя щас вон на улицу! – рявкнула на Диму бабушка.

– А чё она обзывается? – возразил тот.

– А ты чё обзываешься? А ты чего обзываешься?

Верили, конечно, всегда Даше, как самой маленькой невинной девочке. А Дима был мальчиком, которому, в принципе, свойственно подобное поведение.

– Димк, ты головой-то иногда думай!

– А чё она… – снова начал тот.

– А ничё! – сказала бабушка, – пойдём, дочк, Кармелиту посмотрим у деда? А этот пусть смотрит своих коров! Сам как корова! БЫК! Настоящий бык! – сказала бабушка.

И она увела Дашу в комнату к деду. Та уселась к нему на кровать сзади. Она любила так делать. Ещё она любила садиться к нему на плечи. Но если он лежал, она устраивалась именно позади дедушки.

– Васьк, дай нам Кармелиту посмотреть. Включи скорее, началось.

– Опять деда согнали, что ж такое! – посмеялся он.

– А ты смотри с нами! – предложила Даша.

– Я эту вашу бабскую ерунду не смотрю! У меня вон Кулагин мой друг! – сказал дедушка, – вот он да! А ваша Кармелита мне не подруга! Хе-хе!

Даша посмеялась. А дедушка ушёл работать во двор. Так они и досмотрели с бабушкой очередную серию Кармелиты. Даша уже засыпала…

– Дочк, иди ложись. Пойдём, я расстелю.

Бабушка, ещё раз окинув взглядом кровать, покачала головой, но сказала уже спокойным тоном:

– Ну вот что вы всё время всё мне вверх дном-то переворачиваете… Кошмар… Кошмар какой-то. Чего наделали вот… Всё мне перевернули, ох…

У бабушки всё должно было просто сиять, ни одной пылинки чтобы не было, а особенно, она не терпела, когда свозят паласы, покрывала…

Даша легла, посмотрела на своих любимых, таких могущественных оленей и сразу же уснула. Сквозь сон она слышала, как молится бабушка. А у дедушки, как обычно, болтал телевизор, хотя дедушка уже храпел.

Глава 11

Следующий день был довольно солнечный. Солнышко припекало, но не жарило.

Даша вышла на улицу. Пели птички, стрекотали кузнечики… Туман рассеивался.

– Пошли! – выскочил из калитки Дима, чуть не снеся Дашу.

– Куда? – удивилась девочка.

– Покажу кое-что, идёшь?

– Иду! – улыбнулась Даша.

Обычно Димины предложения «кое-что показать» были заманчивы. И Даша пошла за Димой. Он привёл её к соседям, точнее, к пруду, который был рядом с ними.

– Давай кидать туда всё! – скомандовал Дима и поднял палку с земли.

Эта палка тут же полетела в воду.

– Ты хочешь узнать, что тонет, а что нет? – спросила Даша, – ясно же, что палки не тонут, ты что, не знал?

– Брось что-нибудь, посмотрим!

Даша осмотрелась, что она могла бы найти на земле. Девочка подняла шишку – бросила в воду.

– Давай у кого утонет, тот и проиграл? – предложил Дима.

Какие же простые и познавательные были игры… И никого не волновало, что сейчас выскочат соседи, отругают детей, за то, что они загрязняют пруд… Не боялись ничего… Было здорово – всегда под тёплым солнцем… И пусть кажется, что занимались ерундой, но детям 2000-х так не казалось. И они искренне не понимали, за что их ругают.

Дима бросил камешек.

– Ха-ха-ха, проигра-а-ал, проигра-а-ал! – обрадовалась Даша, подпрыгивая.

Дима нахмурился. Этот взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Ты что, не знал, что камни тонут? Вот балбес! – постучала себе по лбу Даша.

– Щас как врежу! – замахнулся Дима.

Даша рефлекторно закрылась руками.

– Давай ещё раз! – предложила она и бросила в воду ещё одну шишку.

Дима взял какую-то железяку и хотел, было, бросить, но Даша его остановила:

– Ну ты чего-о-о-о!? Железо же утонет! Это я ещё в школу не хожу, а уже знаю. Чё ты какой тупой? – снова перешла на оскорбление Даша.

– Сама ты тупая! – закричал Дима и хотел наброситься на Дашу, но та побежала.

Он кинулся за ней. Даша бежала, куда глаза глядят – по тропинке в лес. Дима всё же настиг девочку и они оба упали. Даша прямо лицом в песок. Он попал ей в рот и противно заскрипел на зубах. Потом она плюнула этим песком Диме в лицо. Тот разозлился и тоже стал плеваться, но только слюнями. Даша закрывалась руками. Дима набирал горсть песка и сыпал его на Дашу. Та не могла встать, он держал её крепко.

– Да мне больно! Отстань ты от меня! Фу! – с набитым ртом песка произнесла Даша и снова сплюнула.

Тут послышался звук мотоцикла и на горизонте появился какой-то мужчина на мопеде. Около детей он остановился:

– Ты чего делаешь? – спросил он Диму.

Тот вскочил с земли, потупился.

– Ты в порядке? – обратился мужчина к Даше.

Та тоже встала, отряхнулась, выплюнула остатки песка:

– Тьфу! Да.

– Ну смотрите… Ну и игры у вас!

И он уехал.

– Дим… Я больше не буду обзываться, честно. Давай в другую игру играть?

– Не хочу я с тобой играть! – ответил Дима.

– Почему? – огорчённо спросила Даша.

– Потому что… Ты дура!

– Дим… Почему ты ВСЕГДА обзываешься, а? – спросила Даша.

– Потому что ты, правда, дура!

– А ты дурак, и что теперь? Ты мой брат… Я не хочу, чтобы ты меня обзывал и бил. Хотя бы не бей, ладно?

– Ладно… – смягчился Дима.

Они вернулись к пруду.

– Какой он теперь некрасивый… – сказала Даша, оценивающе окинув взглядом гладь воды, которая была покрыта всякими палочками, тростинками, шишками.

– Хочешь, я тоже кину камень и он утонет? – предложила Даша и схватила что-то похожее на кирпич.

Откуда он тут взялся, не понятно. Он был не очень большой и поэтому не особо тяжёлый. Зато он с огромными пузырями быстро погрузился на дно. Вдруг из соседской калитки выскочила тётя Надя:

– Вы чего делаете? – начала она ругаться, – а, никак Валькины! Вы чего там делаете?

Она подошла и увидела неутешительное состояние пруда. Покачала головой:

– А Батюшки! Что же вы творите? Зачем вы накидали всего туда?

Дима убежал.

– Стой! Куда побежал, козлёнок?

А Даша осталась стоять на месте. Она посмотрела виноватыми глазами на тётю Надю.

– Чего вы тут делали? – спросила она.

– Играли просто…

– Играли… Что за игры у вас – пруд засорять. Погляди чего с ним теперь, погляди! Нравится?

– Не нравится… – опустила глаза Даша.

Она уже оценила этот вид.

– У меня тут гуси, утки пьют! Об этом вы, конечно, не подумали! Расскажу Вальке! – пригрозила тётя Надя.

– Не надо бабушке… – умоляюще попросила Даша, – это всё Дима, а я больше не буду.

– Не буду… Как же…

Но тут тётю Надю кто-то позвал и она ушла. Даша присела на корточки и продолжала смотреть на грязную воду. Вернулся Дима.

– Нам от бабушки влетит! – «обрадовала» Диму Даша.

– Ничё не влетит! Ничего такого! Подумаешь!

– Тут вообще-то пьют тёти Надины курицы и гуси! – заявила Даша.

– Пусть пьют.

– Пусть пьют? Давай я тебе эту воду налью. Будешь пить! – съязвила Даша.

– Ага, нальёшь. Я тебе потом так налью!

– Почему ты такой злой? – спросила Даша.

– А ты вижу, сама доброта?

Вдруг ребята услышали громкое «БУЛЬК!»

– СМОТРИ, ЛЯГУШКА! – закричала Даша, – ЛЯГУШКА!

– Хочешь, поймаю? – спросил Дима.

– Не поймаешь! – ухмыльнулась Даша.

– Спорим? – прищурился брат.

– Ну, спорим! – кивнула Даша.

– Если я поймаю, посажу тебе на бошку! – сказал он.

– Пф… А если не поймаешь, то больше никогда меня не обзываешь! – предложила свою версию Даша.

Сначала Дима взял палку, но все попытки поймать палкой были тщетны.

– Нужен какой-то сачок… – почесал в затылке Дима.

Потом он закатал рукава и спустился совсем близко к воде. А Даша взяла и толкнула его! Дима плюхнулся в пруд… Даша прикрыла рот рукой.

– Э-э-э-э! – закричал Дима, – ты чё, совсем?

– Я хочу лягушку! Доставай давай!

– Ладно…

И тут Дима схватил её голыми руками и сжал в руке. Та жалобно квакнула.

– На тебе свою лягушку! – сказал Дима и бросил её прямо в Дашу.

Девочка не поняла, что происходит, она стояла, как столб, пока ей в лицо летела лягушка. Но в лицо, она не прилетела, а всё-таки приземлилась под ногами. Даша вовремя спохватилась – лягушка начала убегать. Даша успела схватить её. Та так тревожно расквакалась, как будто ей было страшно. Какой-то мальчишка чуть не раздавил её в руке, потом она ещё и летела в неизвестном направлении, а теперь её снова кто-то держит и внимательно рассматривает.

На ощупь она была мерзкая и скользкая, но Даша не спешила её отпускать.

– Я пойду посажу её в банку! – сообщила она брату и побежала.

– Эй! – закричал тот, выбираясь из воды – подожди! Я достал! Я должен посадить тебе её на голову!

Даша радостная прибежала домой и закричала:

– Я лягушку поймала! А у меня есть лягушка! Бабушка, дай банку!

– Какую ещё банку? Ты чё, с ума сошла? Выбрось её! Брось, фу!

– Почему? – втянула подбородок Даша.

– Бородавки будут!!! Брось, сказала! И бегом мыть руки! С ума что ли сошли? А этот где?

– А этот…

Тут прибежал и «этот» и посадил на голову Даше ещё одну лягушку. Девочка завизжала, выпустила из рук свою. Та прыгнула и поскакала на кухню.

– По ушам вам надо надавать!

И тут бабушка… Первый раз, наконец-то, схватила Диму за ухо… Она… его… схватила… за ухо… Даша выпучила глаза.

– Ай! Ай-яй-яй! Ба, пусти! Ба! Ба, больно же! – завопил тот, – ай-яй-яй!

Но бабушка крепко держала его. Ухо было уже красным. Вторая лягушка тоже куда-то делась. А Даше стало жалко брата:

– Бабушка! Пусти его! Отпусти!

– Щас! Отпущу! Ага!

– Да ба! – снова застонал тот, – да больно! Я больше не буду! Честно, я больше не буду!

Даша поняла, что всё-таки у бабушки накопилась злость на них, раз она решила-таки оттаскать за уши… Зрелище было не из приятных, даже у самой Даши, казалось, покраснели уши. Она дотронулась до них.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.