Артем Лукьянов
Звезды все помнят. Книга III. Эпсилон IV

Пролог

Самая известная и, в то же время, самая закрытая для посещения научно-исследовательская станция «Эпсилон 4». Согласно основополагающей Конвенция имени Ж. Бодента, Звездный Патруль, исповедуя принципы прозрачности и открытости, должен допускать туда уполномоченных членов Конвента для общего обозрения и инспекции. Кроме того Конвент обязывает руководство «Эпсилон 4» публиковать на официальном галактическом инфо-портале все происходящие в стенах станции исследования и успехи, с ними связанные. Однако Звездный Патруль всеми правдами и неправдами каждый раз находит причины саботировать решение Конвента и скрывать результаты некоторых научных работ.

(Общий галактический справочник ГЛТК)

Все случилось на заре новой эры Человечества в содружестве с Червями около 90 годичных циклов тому назад в 2461`. В системе звезды Эпсилона Эридана (~11 световых до Солнца), на орбите освоенной и заселенной 4-ой планеты по имени «Эрида», входящей в Федеративное Содружество (ФСМ), была образована первая станция мониторинга и слежения за полетами Звездного Патруля, получившая названия еще по старой цифирной терминологии. Ее номерной индекс означал нумерация планеты Эриды в системе звезды Эпсилон Эридана, а потому сама станция КСП получила упрощенное обозначение, как «Эпсилон Эридана IV» или, если совсем просто – «Эпсилон IV».

Со временем станция КСП перестала быть просто аванпостом Патруля в системе и в ближнем космическом пространстве, но стала чем-то больше. Она обрастала новыми модулями, испытательными комплексами, доками, инженерными конструкциями и научно-исследовательскими секциями. Станция как нельзя отлично подходила для этих целей, привлекая многочисленных ученых, как с со столицы Федерации Би-Проксимы, так и с самой густо-населенной к тому времени колонии-планеты Эриды. Однако со временем отношения между ФСМ и Звездным Патрулем охладевали. Иногда и вовсе портились. После запуска основной станции-столицы Звездного Патруля Сектора Ориона «Аламаха», расположившейся «у подножия» красивейшей Туманности Ориона, стал вопрос и о перебазировании «Эпсилон 4» поближе к административному центру. В силу конструктивных особенностей станции полноценно работать она могла только при наличии звезды никак не ниже спектрального класса G с постоянной воздействующей гравитацией. Ближайшее подобное Эпсилон Эридана светило оказалось звездой Тета Орионис С из плеяды самый ярких звезд Туманности Ориона. Именно туда по частям и перетащили «Эпсилон 4». Прописка станции сменилась, а название осталось прежним, потому что именно под этим именем передовой на то время научно-исследовательский комплекс получил свою известность и славу. Со временем филиалы «Эпсилон 4» возникли и на других КСП и даже на «Аламахе». Но самые фундаментальные, перспективные и передовые исследования в пара-биологии, ксено-биологии, полимерологии, генетики и других современных науках проводились именно на той самой КСП с Эпсилон Эридана.

Где-то в глубине станции «Эпсилон 4», на одном из верхних защищенных уровней в изолированном блоке с единственным выходом две миниатюрные женские фигуры стояли напротив лицом к лицу. Их разделяло лишь ферритовое стекло в несколько сантиметров толщиной. Они всматривались друг в дружку, словно хотели что-то эдакое увидеть в мимике лиц, жестах, походке. Первой заговорила та, что была в серебристо-сером экзо-костюме с откинутым забралом шлема:

– Бьон, ты узнаешь меня?

Фигурка по ту сторону ферро-стекла в полумраке замедлила ход, затем остановилась совсем и приблизилась на пару шагов. Подходить вплотную она не могла. Это доставляло ей боль. Свет проникающий через стекло с той стороны изолированного лазарета доставлял ей боль.

– Да – ответила она тихо шепотом.

Чувствительные сенсоры уловили его и передали через звуконепроницаемую преграду вопрошавшей.

– Расскажи, что с тобой случилось – обратилась женщина в экзо-костюме, подойдя со своей стороны вплотную к прозрачной преграде.

– Тебе это не нужно… Обратной дороги нет – прозвучало в ответ все тем же шепотом.

– Ты – боец моего отряда «Тени». Разве не помнишь?

– Теперь это не имеет значения.

Фигура в экзо-костюме подошла совсем близко, вплотную к стеклу, и коснулась его поверхности.

– Ты имеешь значение, Бьон. Ты уникальна. Ты, как новый этап эволюции человека… Позволь нам изучить тебя.

– Нет… Это опасно… Вы уже пытались, ничего не вышло – замотала головой фигура за стеклом в темной части блока.

– Выйдет… Все получится на этот раз. Поверь… Теперь я тут. Но для начала ты должна научиться снова мне доверять – попыталась опять та, что была на светлой стороне.

– Нет. Доверие таит опасность – не отступала собеседница в полумраке. – Я схожу с ума и плохо себя контролирую.

Сквозь свет, проникающий по ту сторону, фигура, что была в экзо-костюме Патруля, опустила забрало и, используя оптику и сенсоры шлема, рассмотрела детально существо, с которым вела беседу. Это без сомнений была Бьон. Ее выдавала все та же миниатюрная фигурка, заостренное лицо, рыжие волосы. Но было кое-что еще, чего раньше за ней не замечалось. Ее руки были длиннее, как и пальцы. При движении они изгибались, как плетки, будто были без костей. Нечто подобное было и с ее ногами, но не в такой степени, чтобы бросаться в «глаза». Лоб Бьон скрывала рыжая челка, но из-под волос что-то просматривалось, что-то выпуклое, грубое и как будто чужеродное.

– Ты в самом лучшем научно-исследовательском центре Галактики. Тут тебе помогут… Просто доверься мне…

Она сняла перчатку и приложила свою ладонь к стеклу. То же самое, но все еще с некоторой осторожностью и опаской сделала фигура напротив. Ей было сложнее, потому что свет хоть и приглушенный причинял ей боль.

В это время из ниши сбоку со стены выехала капсула. Точно такая же отзеркаленная выехала и по ту сторону стекла так, что обе они оказались как бы изголовьями к разделяющему их препятствию. Капсулы открылись синхронно.

– Бьон, это «Орфеус». Мы должны с тобой поспать… Я проникну в твой сон, а сенсоры капсулы смогут сделать все нужные замеры твоего тела… – начала было фигура в эко-костюме.

Однако та, что была за стеклом, тут же нервно замотала головой и шарахнулась обратно во тьму.

– Нет! Я не хочу спать! Мне нельзя спать! Это плохо кончится! Это всегда плохо заканчивается! – заскулила не своим голосом Бьон.

Ее собеседница уже подошла к капсуле и легла в нее головой к ферро-стеклу.

– Видишь. Я не боюсь, значит и тебе боятся нечего – сказала она совершенно спокойно. – Я буду рядом. Буду с тобой.

Однако фигура с темной стороны блока все еще не решалась. Она мотала головой и размахивала руками, будто не давая самой себе приблизиться.

– Нет! – резко крикнула она и подалась назад во тьму.

Женщина в экзо-костюме привстала и посмотрела на нее через броне-стекло:

– Посмотри на меня, Бьон. Это я – Андромеда. Помнишь? … Я тут, чтобы тебе помочь. Просто скажи, что ты хочешь. Я все для тебя сделаю.

Фигурка вздрогнула и неспешно подалась навстречу голосу Андромеды.

– Сестра… Верни мне мою сестру… Прошу!

Фигура в экзо-костюме вздохнула и развела руками:

– Бьон… Твоя сестра погибла во время этапирования несколько месячных циклов тому назад.

– Нет! – громче зашипела фигура за стеклом, переходя на голос скрипучий, почти не похожий голос той самой знакомой ей Бьон. – Она там! Она жива! Можешь проверить! … Планета Крон. Наемники «Воид» … Я вижу ее во снах. С тех пор, как тут, всегда вижу ее… Мне нельзя спать, потому что ей там тяжело, а я могу причинить боль!

– Тише-тише… Все хорошо, Бьон… Это «Орфеус». Сон будет контролироваться, и если что-то пойдет не так – нас с тобой сразу разбудят.

Андромеда каждую фразу произносила спокойно и почти шепотом. Ее руки, выставленные вперёд с отстегнутыми перчатками, своими медленными движениями в сторону Бьон действовали успокаивающе.

– Ладно… Я лягу, но… Мне нужна моя сестра тут.

– Конечно, Бьон… Мы найдем твою сестру, если она на Кроне. Даже не сомневайся.

– Это еще не все… Парпуритовый напиток, что мне дают, не помогает, но лишь притупляет… Мне нужна кровь. Ее кровь.

– Кого?

– Принцессы Даркии.

– Кого!? – растерялась Андромеда

– Она на Парпланде.

За блоком пристально следили три пары глаз. Ученые вели и контролировали ситуацию. Оборудование было готово к синхронизации нейро-волн обеих женщин, находящихся в спец-блоке. В момент, когда обе фигуры коснулись дна капсулы, все трое выдохнули. Пункт управления экспериментом наполнился флюидами предвкушения. На большом объемном экране побежали строки с телеметрией. Сразу запищал сигнал о сильном превышении радиационного фона со стороны темной фигуры, однако никого тут это не смутило.

– Подавать раствор? – обратилась одна из 3х, женщина-ученый в комбинезоне с соответствующими гравировками, к мужчине, который руководил процессом.

– Да… Следите за состоянием. Особенно за пороговыми значениями… Будьте готовы пробудить по сигналу.

Изображение на экране сменилось каким-то городом, низко-этажной застройкой, разбитыми зданиями. Небо заволокли тучи. Странные небольшие вроде бы даже симпатичные, но грязные, напуганные животные перебегали широкую улицу, по которой стелился необыкновенно плотный туман. Где-то в стороне доносился лязг и скрежет метала, слышались отзвуки боя. Тены 4-колесной машины с навесным оружием промелькнули с другой стороны. Небо озарила вспышка и вой от выпущенных ракет.

– Что это? – спросил ученый.

На экране тут же побежали надписи совпадений.

– Судя по некоторым признакам похоже на Крон. У них там какой-то конфликт в острой фазе – отозвалась женщина-ученый.

– С ума сойти… Никогда не видел настолько детализированных снов. У этой Бьон богатое воображение.

Договорив он посмотрел на двух ассистенток и добавил:

– А проверьте через инфо-портал Патруля, что сейчас на Кроне происходит.

– Конечно. Уже – ассистентка кивнула в сторону экрана.

– И подключите ИИ. Пусть он все нужное зачитывает.

Откуда-то сверху раздался знакомый лаконичный голос будто бы молодого человека с поставленной дикцией.

– Совпадение с текущей ситуацией проверить невозможно. Планета Крон в инфо-блокаде со стороны ГЛТК.

– Эх, жаль… – вздохнул ученый.

Одна из ассистенток повернулась на вздох и попыталась возразить:

– С учетом того, что мы уже знаем на счет ее снов, я бы даже не усомнилась.

– Это да, но нужны доказательства… То, что мы по досадной оплошности потеряли группу Валиссы, еще ни о чем не говорит.

– Да, но контакт с носителем через сон – это ж феноменально!

Однако на возражение мужчина махнул рукой.

– Давайте сконцентрируемся на эксперименте. Времени в обрез, а нужны достоверные сведения… Для начала хотелось бы знать точно – она еще человек или уже нет.

– Определенно человек, но с оговорками.

– Что на счет ее симбионта?

– Следы червя отсутствуют!

– Это точно? Совершенно точно?

– Точнее не может быть. Посмотрите сами.

Однако мужчина не стал всматриваться. За него все сделал ИИ с именем «Эпс»:

– Какие либо следы червя-симбионта в организме Бьон отсутствуют.

Мужчина изменился лицом. На нем впервые за все время появилась улыбка.

– Это хорошо… Нет. Это замечательно… Значит я не ошибся… Значит это – прорыв!

Тем временем на экране появилась и та самая спящая сейчас в капсуле Андромеда, только в броне-костюме «Воид». Она кралась через туман с лазерной винтовкой наперевес. Темный силуэт ее фигуры проступил сквозь дымку, когда все остальные звуки и тени исчезли где-то, уступив место прямо таки звенящей тишине. В пункте управления ученые так же замерли и даже задержали дыхание.

– Меня слышно, Фандор, сэр? – прозвучал голос фигуры в доспехе, будто с того света.

Она была видна не четко, а как бы частично, как темное пятно, сквозь густой туман. И голос ее доносился будто бы издалека. Зато куда четче стало слышно чье-то глубокое даже утробное такое горловое дыхание. Некто следил за фигуркой. Изображение передавалось именно из глаз со стороны этого «некто». Картинка начала приближаться с некоторым едва заметным раскачиванием. «Некто» передвигался тихо, но очень быстро. В какой-то момент послышался противный визг какого-то существа откуда-то снизу. Изображение метнулось к металлопокрытию. В кадр попала чья та нога. Она была серая, тощая с гипертрофированными пальцами. Под пятой была то ли кошка, то ли собачёнка, которую нога, видимо, нечаянно раздавила. Раздалось фырканье. Трупик животного был резко отброшен в сторону и, видимо угодил во что-то, что громко загремело.

– Кто здесь!? – раздался отдаленный голос со стороны все той же тени в тумане.

Она, тень, выставила излучатель прямо в сторону звука и теперь со стороны того, кто высматривал ее в тумане, стала выглядеть более грозно.

– У нас есть с ней связь? – поинтересовался тот, кого звали Фандором, у своих ассистенток.

– Нет, но пытаемся связаться… Андромеда в зоне риска. У Бьон закончилась ремиссия и снова начался процесс мутации. Она уже не человек, сэр… Все повторяется, как с Валиссой.

Фандор выругался. Ему нужно было время для полного сканирования и анализа. Андромеде нужно было продержаться еще хотя бы 10 минут.

Изображение на экране изменилось. Фандор отчетливо увидел нечто похожее на ореол, который четко прорисовывался где-то на уровне шеи Андромеды даже сквозь туман. Видеть все происходящее во сне глазами нейроморфа было очень необычно. В тот раз, они не смогли продержаться и минуты. Теперь же ИИ едва успевал собирать и анализировать данные, которые, как видел Фандор краем глаза на экране, постоянно изменялись.

– Продержись, Андромеда, продержись еще немного – бубнил про себя Фандор, видя как такая же тощая рука длинными пальцами цепляет какую-то светящуюся нить, возникшую прямо из шеи темной фигурки в тумане.

– Есть! Есть связь с Андромедой! – выдала радостно ассистентка.

Однако Фандор ее уже не слушал. Он замер не в силах пошевелиться. Действо завораживало с каждой минутой приближения к финалу. Происходящее на экране захватило настолько, что он даже не дышал.

– Это и есть он! Это перехват нейро-линка! – выдохнул он, все еще смотря на экран широко открытыми глазами.

Тонкая полупрозрачная светящаяся нить протянулась от фигуры Андромеды в тумане к нейроморфу, глазами которого они все происходящее на экране видели. Резкий и пронзительный крик взорвал тишину. Андромеда уронила излучатель и схватилась за голову. Ее ноги подкосились. Кое-что начало происходить и в изолированном боксе. Сначала был сигнал из капсулы «Орфеуса», где спала Андромеда. Экран засветился многочисленными предупреждениями. В застывших позах, не моргая, не реагируя на сигналы тревоги, на происходящее на экране смотрели и Фандор, и его коллеги. Лишь только ИИ громко отсчитывал секунды до аварийного отключения «Орфеуса».

Крышка капсулы по ту темную сторону ферро-стекла открылась, и оттуда будто тень выскочило нечто темное, очень быстрое с парой горящих зеленоватым огнем глаз.

– Как!? Как это возможно!? … Она покинула капсулу, но все еще во сне с Андромедой – выдала голосом неприкрытого удивления ассистентка.

– Все! Есть сканирование! – выпалила другая. – Можем будить!

– Немедленно! – крикнул Фандор, понимая, в какой опасности Андромеда.

Крышка второй капсулы откинулась, но тело, закованное в экзо-костюм, и не собиралось пробуждаться. Тем временем на объемном экране во сне существо, следящее за стонущей беднягой, атаковало, прыгнув на свою жертву. Первый удар когтистой тощей ладони пришелся на шлем. Голову свернуло в сторону с такой силой будто ее пригрели вольфрамовой болванкой роторного снаряда. Казалось, что прозвучал даже треск ломающихся шейных позвонков.

Вторая когтистая лапа сжавшись и вытянувшись подобно ножу ударила прямо в складку элементов броне-скафандра на груди. Тело в броне отлетело от удара в каскаде искр. Андромеда успела схватить упавшую лазерную винтовку и выстрелить, не целясь. Яркий оранжевый луч ушел в туман, не причинив вреда твари. Она в свою очередь высоко подпрыгнула и приземлилась когтистыми ногами прямо на грудную броне-пластину Андромеды. Раздался хруст. Длинные тощие пальцы вырвали с кровью шлем и ударили наотмашь по лицу, в раз сломав нос и нижнюю челюсть.

– Немедленно будите ее! – крикнул Фандор.

– Пытаемся!

Тело в открытой капсуле забилось в конвульсиях, но внезапно, все же очнулось, и с каким-то утробным воплем и стонами выкатилась вон из «Орфеуса». По ту сторону стекла темная, как некое грязное пятно, фигура принялась со всей силы ударяться о бронированную прозрачную преграду. Сначала это были слабые едва слышные глухие стуки. Подобную защиту, пусть и прозрачную, могла пробить разве что РРП-пушка или хэндган Гаусса. Даже лазерный луч преломлялся и терял свою пробивную силу. А уж разбить ее простыми ударами пусть и взбесившегося нейроморфа казалось делом совсем невозможным. Но все это было ровно до того момента, как после очередного удара, на ровной поверхности ферро-стекла не возникла трещина, пусть и совсем маленькая и даже неприметная.

– Поднимайте тревогу! Андромеду срочно оттуда! Блок изолировать полностью!

Следуя командам Фандора, внутрь бокса ворвались две фигуры в экзо-костюмах с фонарями наперевес, которые, тут же начали ярко светить на фигуру. Раздался жуткий вой. Это подействовало. Тварь перестала набрасываться и бить ферро-стекло. Андромеду, приходящую в себя от болевого шока, вытаскивали, потому что самостоятельно выйти она не могла.

Насущные дела

«Эпсилон 4» – это уникальная научно-исследовательская станция в своем роде. Ее уникальность в особенности работы. Любой ученый может обратиться в Звездный Патруль со своим проектом и получить одобрения с автэнтикатом на посещение нужных ему лабораторий станции. Так называемый вахтенный метод. Ученые не живут тут постоянно, но лишь на время углубленного изучения своей темы. «Эпсилон 4» предоставляет распределенный доступ и ограничивает его так, что никто не может проникнуть в рабочее пространство другой группы ученых и, например, позаимствовать результаты их труда. Подобное просто невозможно. И в то же время все группы ученых имеют доступ к единым информационным, дискуссионным, развлекательным и жилым секциям, где могут свободно обмениваться тем, что посчитают нужным для себя.

(Из презентационной речи. Фандор Гезье. «Эпсилон 4»)

Торги с совестью

Фандор зашел за дверь, ведущую к тому самому темному коридору, куда вход был запрещен всем на научно-исследовательской станции «Эпсилон 4». Однако у него был наивысший допуск, и он не мог не пойти после долгожданного сообщения от существа по имени «Шанро Геклен», полученного специальным переговорным ИИ. Фандор знал, что это его ненастоящее имя, но это его не смущало нисколько. Куда больше его расстраивало отсутствие обещанного «озера жизни», для которого даже полимерная емкость была заготовлена.

Шанро ждал его. Небольшое около 30 сантиметров овальное коричнево-серое пористое существо, активно работая перепончатыми крылышками с характерным звуком некой трели, зависло в воздухе на высоте двух метров у входа в закрытую зону с той, запретной, стороны. Фандор видел это все через стерео-мониторы, которые были на КПП. Все было как обычно. Дежурила смена из двух офицеров. Он подошел к стене, снял нейро-обруч перед входом и положил его в ячейку. Использование этого устройства для коммуникации далее несло издержки, связанные в том числе и с высоким риском для жизни.

Выдвижная ячейка с его нейро-обручем закрылась, задвинулась и почти слилась со стеной. Офицер охраны в экзо-костюме Звездного Патруля, один из пары, проводил Фандора поворотом закованный в броне-шлем головы. Дверь за ним закрылась. Впереди была шлюзовая красная зона, за которой и начинался запретный уровень. Фандор подошел к преградившей путь металлической стене и коснулся ее поверхности рукой. Прямоугольная секция в 2 метра высотой отъехала, спрятавшись внутрь. А наружу выдвинулся крепеж с защитным скафандром. Фандор облачился в него и, перепроверив все крепежи и стяжки, шагнул в запретную зону.

Его встречал тот самый перепончатокрылый нейроморф Шанро. Он был не один. Пористая дышащая стена слева от него вздулась. Затем пузырь треснул без лишнего звука, разделился на две половины как по некому невидимому шву, и оттуда наружу вылезло еще одно куда более мерзкое шипастое панцирное существо, поддерживающее себя и свое тело за счет многочисленных упругих бескостных эластичных щупалец с характерными острыми шипами и зазубринами на концах. Шипы цеплялись за поры и толкали панцирное тело вперед, прямо навстречу шагнувшему в мрачный круглый тоннель Фандору. Тут не было темно, но и достаточным освещение это назвать язык не поворачивался. Свет лился сверху от небольшого размером не более полметра круглого дрона «Светлячка». Он мог левитировать и цепляться за потолок своей телескопической лапой с магнитным и крючковым наконечником. Из него исходил равномерный неяркий желтый свет, который и давал возможность все вокруг более-менее неплохо видеть живыми глазами. Далее по тоннелю были и другие подобные ему дроны. Но нейроморфы не везде пускали их, достаточно быстро поняв, что «Светлячки» эти могут не только светить, но и транслировать происходящее вокруг «куда надо».

– Нейро-обруч упростил бы нашу коммуникацию. Теперь ты будешь терпеть присутствие моего ассистента… Сразу предупрежу – он пока еще юн и глуп, и мне не подчиняется.

Голос донесся прямо из-под разделившегося надвое шипастого панциря того самого ассистента. Там внутри из шевелящейся мякоти возникло нечто, похоже на жуткое лицо или даже маску жуткого лица с пустыми белесыми яблоками-глазами, которые вращались во все стороны и как будто ничего не видели. Зато искривленный рот изгибался своими темными влажноватыми губами или подобиями губ, воспроизводил нечто членораздельное, хоть и с некоторым шипением и искажениями.

– Меры безопасности. По другому нельзя… Зато, с моей стороны, как и обещал, я сам пришел – пояснил Фандор. – Акт наивысшего доверия, между прочим.

Перепончатое существо облетело его вокруг. Спереди его тело заканчивалось тонкой короткой шеей, на конце которой располагался мутный обрамленный живой плотью камень-глаз. Он тускло мерцал то фиолетовым, то желтым, то синим. А шипастая панцирная тварь осталась на своем месте. Камень вместо головы «летуна» внезапно вспыхнул оранжевым, а мерзкая рожа панцирника пробасила:

– Я позвал тебя, чтобы показать «озеро смерти» … Акт наивысшего доверия, между прочим.

Фандор на это лишь недовольно покачал головой. Даже отсылка к собственным словам его не обрадовала.

– Мы договаривались об «озере жизни» – чуть более недовольно произнес Фандор через репродуктор защитного костюма. – Ты мне обещал!

Перепончатое существо активнее заработало крылышками и последовала по тоннелю, спустившись на развилке вниз. Фандор, так и не дождавшись ответа, последовал за ним. Панцирный ассистент замкнул процессию.

Идти с заметным уклоном по скользкой и вздрагивающей, будто живая, пористой поверхности было тяжело. Однако специальная подошва на ботинках костюма делала свое дело. Фандор неспешно спускался. Панцирник, следую за ним, вероятнее, всего сильно негодовал, что гость двигается так медленно. Он пыжился несколько раз подтолкнуть его щупальцем, резко подбрасывая свое панцирное тело то вверх, то вниз, то вправо, то влево на раскинутых во все стороны и закрепленных на шипах конечностях, как растянутый на эластичных канатах, но каждый раз получал удар током от силового скафандра Фандора и на время успокаивался.

Впереди показалась небольшая ровная площадка-берег. Допущенный сюда «Светлячок» тут же осветил пространство желтым светом. Гость шагнул еще ближе, остановившись у мутной темной жижи, над которой клубился туман. Впереди была достаточно большая галерея. До сенсоров долетали различные странные, иногда противные и отталкивающие звуки, но увидеть ничего было нельзя из-за тумана. Фандор активировал сенсоры. Они не сильно помогли, едва пробивая плотный туман с очень сильными выбросами радиации, которые создавали помехи. Фандору захотелось разогнать туман и даже вмазать белым светом за обман со стороны этого перепончатокрылого Шанро Геклена. Твари, обитавшие в запретной зоне, вся их пористая масса, не любили белый свет. Фандор знал об их этой особенности, а потому чувствовал себя в защитном энерго-скафандре более-менее уверенно. Тем временем его ноги погрузились в жижу уже по колено.

Сквозь туман подлетевший дрон-светлячок выхватывал тела сросшихся со стенами людей. Кое-где торчали лишь руки, или ноги, или только голова. Но кое-где виднелась часть приросшего спиной к стене тела с жуткой гримасой боли и страданий на лице человека. Фандор отвел глаза. На мгновение его пронзил сильнейший стыд. Он в больше части, чем остальные на станции, был повинен в том, что случилось со всеми этими несчастными. Он согнулся и уперся руками в колени, чтобы отдышаться. «Соберись! Это все ради Человечества! Ради науки! Ради высшей цели! Выше меня и всех этих несчастных! Их жертва не напрасна… Будет не напрасна. Я позабочусь». Успокоившись немного он обратился к Шанро:

– Зачем мы тут? … Ты получил, что просил. Где обещанное «озеро жизни»?

Шанро на своих перепончатых крылышках, очень быстро орудуя ими и немного добавляя в виде сокращений пористого тела и выбросов струй газа, облетел Фандора, не отпуская своего каменного глаза от его лица в ферро-стеклянной защите шлема.

– У нас это не так как у вас, людей – пояснил с характерным хрипом ассистент, возникший рядом, хотя еще минуту назад, казалось, куда-то исчезнувший.

Фандор отрицательно закачал головой. «Мне и моей совести это уже встало в 250 загубленных душ! За дурака меня держишь, тварь!?». Однако сразу вслух он ничего не сказал, но сделал глубокий вдох и произнес через репродуктор скафандра:

– Что это значит? Выходит, ты меня обманул? … А, знаешь, мне не составит труда аннигилировать всё, что уже есть, и попробовать заново!

– Тебе для коммуникаций нужен я… Хейв сможет воспроизвести подобного мне только через 4 витка эволюции… А до того, кто-то более-менее сговорчивый тут не родится… Тебе придется снова скормить столько же народа, если не больше… А еще: ты не станешь делать этого, будучи в шаге от успеха.

– Успеха!? – возмутился Фандор. – Менее, чем через неделю суда прибудут те, кому я обещал тот самый успех! И что я им покажу!? Эту вонючую парную жижу с трупами!?

Существо с характерным шелестом облетело его еще раз.

– Озеро жизни невозможно без озера смерти.

– Ты мне обещал озеро жизни за 3 недельных цикла, лжец! Где оно!? – наседал Фандор, не стесняясь в выражениях.

– Нет… Нейроморфы никому не подчиняются и не делают то, что хочет другой по заказу. У каждого Хейва свой главарь… Мой Хейв погиб еще тогда. Это чужой Хейв. С ним нужно договариваться.

– Ну так договорись! Ты ж «поводырь» или как там таких как ты называют?

Шанро завис напротив лица Фандора в метре и на полметра выше. Его каменный глаза снова поменял цвет с темно-фиолетового на красный.

– У Хейва своя иерархия, свои ценности, свои уровни. Мы – не вы. Мы – раса охотников изначально… Чтобы закончить начатое Хейв должен возрасти и самоутвердиться. Это требование главаря… Интеллект вроде меня Хейв сможет взрастить лишь на 4-м витке эволюции. Так что, я – твой единственный переговорщик.

Фандор покачал головой.

– Все мне ясно. Значит дай мне главаря. Я буду договариваться с ним напрямую.

– Ты уже договариваешься с ним через меня. Другой диалог невозможен, потому что он не воспринимает вас людей, как равных. Вы для них добыча… Нужно удовлетворить охотничью страсть Хейва и главаря, и лишь тогда озеро жизни – прохрипел панцирник.

Фандор вздохнул. «А если снова обманет!?».

– И что тебе для этого нужно? – спросил он.

– Еще био-масса и… Ваши воины.

– Что? Сколько? – неприятно удивился Фандор.

– Да. Столько же… И воины.

– Какие еще воины?

– Ваши воины. Лучшие из лучших… Мы должны победить лучших, чтобы стать лучше. Чтобы самоутвердиться среди своих… Чтобы развить и закрепить навык охотников… Хейв должен иметь базис, чтобы обрести вес.

– Что за глупость? Тебе для роста гнезда нужен только био-материал… Зачем еще какие-то воины?

– Для самоутверждения… Мы – охотники. Опыт приходит с охотой. Новый Хейв должен получить новый опыт, чтобы самоутвердиться. Тогда будет озеро жизни.

Разговоры с Кириллом

Фандор, уже будучи у себя в кабинете на станции после всех мерзких и неприятных дел, сидел погруженный в мысли. Лечь спать он не мог. Над ним дамокловым мечом висело незавершённое дело. В конце следующей недели должна была прибыть делегация Совета Патруля во главе с самим Адрианом, а Фандор почти ничего из обещанного показать не сможет. Главу «Эпсилон 4» это сильно угнетало. Он знал что предстоящая демонстрация имела политический окрас. После Совета Патруля ожидалась делегация Конвента. Провались Фандор на ней, и на его карьере можно было бы поставить крест. Более позорного завершения дел и вообразить он не мог. Из головы не выходила просьба о еще 200 «бренников». В тот раз когда он обращался к Адриану с подобным, глава Сектора испытал от его дикой просьбы некоторое омерзение, чем вынудил Фандора прилично понервничать, а самого Адриана сильно рискнуть репутацией и положением. Теперь же он и обратиться к нему не мог, не потеряв лица.

Пришла ему в голову мысль обратиться к Форкману в Отдел Внутренней Безопасности (ОВБ) и предложить что-нибудь за заключенных и приговоренных к аннигиляции. Можно было бы попытаться извлечь из пенитенциарной системы и отдать на съедение весь этот уже списанный контингент. Однако прежде, чем подставляться с этой просьбой, он запросил у ИИ информацию с инфо-портала Патруля о количестве заключенных, ожидающих аннигиляции. Разочарование подкралось незаметно. Крайнюю партию приговоренных в Секторе Ориона аннигилировали пару суточных циклов тому назад. Ожидавших приговора было в достатке, но суды по их делам стартовали лишь на следующем недельном цикле, что совершенно не вписывалось в жесткие временные рамки Фандора. Дело пахло крупным фиаско.

Выход нашелся внезапно, когда Фандор вспомнил про Кирилла. Именно он был своеобразным решалой в Секторе, так называемым «пожарным Семьи» в чрезвычайных обстоятельствах, именно на него возлагали самые сложные и не совсем легальные дела Звездного Патруля. Тот мог решить, если не любую, то почти любую проблему, но и цену загнет в ответ непременно. Фандор активировал консоль управления в своей каюте, получил доступ к квантовой гипер-связи модуля «Рама» и сразу же отправил запрос на соединение с Кириллом. Теперь оставалось лишь ждать, когда тот получит сигнал, найдет время и возможность выйти с ним на интерактивную связь. Понимая всю деликатность своей просьбы он сам себе ее еще раз сформулировал:

– 200 бренников и каких-нибудь бандитов или уголовников.

Он грустно улыбнулся. «До чего я докатился! Ученый с галактическим именем! Член Совета Патруля Сектора! Куча патентов на изобретения и открытия! И что же! … Прошу, умоляю найти мне бедолаг на прокорм этим тварям! … Ладно… Соберись. Это все во имя науки». Он тяжко вздохнул, но от намеченных планов не отказался. Ведь на кону была его собственная карьера.

Кирилл вышел на связь уже вскоре. Изображение на объемном экране в каюте задрожало и, очистившись, заполнилось видами пустого достаточно большого помещения какого-то холла или зала. По углам стояли светлые колонны из натурального камня. Пол так же грубо бликовал отражениями с широкого окна, потому что уложен был то гранитом, то ли терранитом. У стола стоял высокий темноволосый мужчина в халате. В руки он держал стакан с напитком, видимо налитым из граненной прозрачной емкости, стоявшей в центре стола, единственная массивная прямоугольная ножка которого намекала, что к тому подведен кухонный автомат.

– Так-так, Фандор решил наступить на горло своим принципам и что-то у меня попросить – ухмыльнулся Кирилл, отпивая из стакана.

Фандор вздохнул, видя его самодовольное лицо. По розовым бликам из широкого почти во всю стену окна Фандор догадался, что тот где-то на Эдэмии.

– Кирилл, мне нужна твоя помощь – неуверенно начал он, забыв начисто тот самый короткий текст, что недавно заучил.

Кирилл блаженно закатил глаза и наигранно вздохнул.

– С твоих уст, доктор Гезье, это звучит как ласкающая слух песня… Ладно. Не тяни полимер, Фан! У меня над головой не летает «Рама», а значит за интерактивную связь с тобой я плачу по весьма не скромным тарифам!

– Извини – замямлил Фандор, но быстро взял себя в руки и добавил: – Нам с основным проектом на «Эпсилон 4», нужны бренники.

– Попроси у Адри. В чем дело? … Хотя, погоди… Ты ж уже получил то, что сейчас просишь, нет? – задумчиво уточнил у него Кирилл.

Фандор взволнованно закачал головой.

– Надо срочно еще 200.

Кирилл улыбнулся, кивнул головой, прошелся вдоль комнаты и облокотился на стол. Только теперь Фандор заподозрил, что и Кирилл был наг, но ИИ с его стороны автоматически фильтровал. «Эх! Не удачно я позвонил! … Сейчас он меня пошлет куда подальше!». Последняя мысль его совсем ввергла в отчаяние.

– Хорошо. 200 бренников я тебе сделаю, но… Услуга за услугу. Ты ж знаешь – внезапно отозвался Кирилл, чем сразу же вывел доктора Гезье из грустного состояния.

Настала очередь кивать Фандору. Он вздохнул, понимая, что чем-то вынужден будет пожертвовать за услугу.

– А, чуть не забыл… Еще нужно, что бы были воины… Ну ты понял – протараторил он будто бы специально, чтобы закрыть сделку без лишних вопросов.

Однако Кирилл тут же напрягся. Его глаза заметно расширились.

– Воины!? Твои шипастые подопечные там не охренели? … Или ты решил создать свою маленькую армию монстров? Что-то на тебя не похоже… Звучит слегка небезопасно, согласен?

Фандор кивнул, но не отступил:

– Или так или никак.

– Ты мне угрожаешь, Фан? – улыбнулся Кирилл.

Тот сразу же отрицательно закачал головой.

– Нет… Ситуация просто фатальная… Я рискую сильно вляпаться через недельный цикл, когда Адриан с Советом прибудет на «Эпсилон 4».

Кирилл хохотнул:

– А ты сам виноват в этом. Зачем давал заведомо невыполнимые обещания?

Фандор вздохнул и чуть потупил взор, не желая смотреть тому в глаза.

– Кирилл помоги… Я знаю, что ты можешь это сделать. В долгу не останусь.

– Ладно… Поможем твоему горю… В ответ, кроме материальной компенсации, я у тебя кое-что еще попрошу.

Фандор напрягся, но не перебивал. Кирилл, заметив нервозность собеседника, улыбнулся и взмахом руки успокоил.

– А, не… Не пугайся ты так, Фан! … Сущий пустяк: там у тебя от рыжей Бьон должен остаться костюмчик-сверхплотник… Так ты его спиши, как негодный, и на утиль-склад оформи, а потом или я, или кто-то из моих, как приедем, заберем.

Внутри у Фандора в раз все опустилось и пересохло. Ему стало плоховато. «Эво куда махнул! Живоглот!».

– Это невозможно, Кир. Постановление инспекционной комиссии Центрального Сектора. Все наработки спец-отдела, отмеченные в списке, как нарушающие положения Конвенции, подлежат утилизации.

Кирилл даже улыбнулся, слушая его.

– Ну вот… Этот костюмчик, что волею судеб оказался у тебя на «Эпсилон 4», ты и оформи на утиль-склад… А я уж его сам как-нибудь, согласно постановлению инспекции.

Фандор тут же замотал головой.

– Нет! Что ты, Кир! … Каждый костюм-сверхплотник уникальный. Они все под счет.

– Ну, ты ж у нас профессор, а не я… Придумай что-нибудь.

– Невозможно, Кир. Извини – грустно вздохнул Фандор. – Это ж грубое нарушение закона!

Кирилл даже нисколько не изменился лицом на этих словах, но лишь поцокал языком и развел руками:

– На нет и суда нет, Фан… С брениками не помогу. Это ж грубое нарушение закона, сам понимаешь.

– Нет-нет… Стой! Погоди! … Ладно! … Я согласен! – затараторил Фандор, не осознавая до конца, на какую авантюру подписывается.

– Согласен? Точно? Хорошо подумал?

– Да! – резко отозвался Фандор.

– Тогда все в силе… И не думай со мной играть.

– Я и не думал, Кир. Все сделаю… Только знаешь что.

– Что?

– Костюм-сверхплотник тебе все равно без нужды… Он настроен под параметры Бьондэ и ни на ком другом работать не будет… Она сама видоизменилась настолько, что в костюм не влезет.

– Так я ж не для использования! – заулыбался Кирилл. – Я ж для памяти. Это спец-отдел. Целая эпоха… А так останется для потомков.

Кирилл, закончив разговор с Фандором и отодвинув остывающий завтрак, тут же сбросил квант-сообщение представителю наемников «Зова Вальхаллы» на станции «Альхон» по имени Фабриан. Их связывали давние деловые отношения. Фабриан был глазами и ушами Кирилла в Федерации и на самом мятежном «Альхоне». Кирилл же снабжал сведениями от разведки Патруля наемников «Зова». Кроме того у них с недавних пор благодаря влиянию одной прекрасной светловолосой особы был обоюдовыгодный контракт.

Ответный входящий звонок за счет вызывающей стороны не заставил себя долго ждать. Фабриан всегда был не прочь потрепаться с давним другом за его счет. Проекционный экран над столом моргнул, и картинка на нем сменилась на изображения солидного модного мужчины в дорогих проекционно-тактических очках и плаще.

– Привет, дружище «Баф»! – радостно вскрикнул Кирилл, пытаясь начать есть свой завтрак.

– И тебе, Кир … Сезон эдемских скидок на межзвездные звонки, не иначе, а!? – улыбнулся модный «очкарик». – Иначе с чего бы вдруг такая щедрость, такое непреодолимое желание поболтать!

Кирилл пропустил его вопрос мимо ушей, желая перейти к делу. Но тот воспользовался тем, что он ел и не переходил на обмен мыслями.

– Видимо, что-то очень важное, раз звонишь прямо с самой Эдэмии – улыбнулся Фабриан.

На этот раз Кир соблаговолил перейти на нейро-общение, прожёвывая и глотая очередной кусок.

– Ты прям читаешь мои мысли… А потому сразу к делу: нужна твоя помощь в организации захвата «Одиссея» прямо по вылету из станции-столицы Сектора.

– Ха! Так я ж на «Альхоне», забыл? – усмехнулся Фабриан.

– Знаю… Поэтому прошу посодействовать… У «Зова» ж есть смотрящий на «Аламахе», который может все организовать.

– Какое там! Смотрящий есть, но сил для подобного нету… Все более менее активно-реактивное на «Альхоне» … Ваш этот «Бэкдор» высосал все ресурсы и уже буквально снится по ночам.

Кирилл знал, что это не так, и что Фабриан «Баф» просто набивает цену. Если бы нужно было самому «Зову», они нарисовали бы на «Аламахе» любой отряд головорезов в течение суточного цикла.

– Это хорошо, что сниться, «Баф» … У «Зова» же есть каналы среди андеграунда «Аламаха» … Кинь утку, что на «Одиссее» будет перевозиться контейнер с фобиритовой пастой.

Фабриан умолк и задумался. Кирилл готов был поклясться, что увидел блеск его глаз через проекционные очки.

– Ого! Зачем же такую новость по ветру пускать! … На такой куш мы и сами найдем подрядчиков!

– «Баф», не тупи… Никакой наркоты там не будет… Это утка. Черт! Ты понимаешь иносказательно или нет?

– Да, понял я уже… «Зов» подставлять свою репутацию под твою утку не будет. Меня «Один» с говном съест за такое!

– Твою ж мать, «Баф»! Как с дилетантом разговариваю! … Дай задание своему смотрящему провернуть это через подставного, а потом пусть уберет его! В первый раз что ли! … Плачу хорошо!

– Ага-ага… Платит он… А с хрена мне во все это влезать, а!? … Ты еще первый транш по «Бэкдору» не произвел! У меня отряд наемников без оплаты сидит!

– Будет тебе оплата! Будет больше, намного больше, если организуешь мне эту утку.

– Ладно, Кир, по старой дружбе… Не ради кредов.

С той стороны послышался вздох.

– Да будут тебе креды! … Еще я сдам список офицеров Патруля, принимавших утилизацию того воен-груза, что угробил ваших на Парпланде.

– А, не… В этом уже нету нужды, дружище – отмахнулся Фабриан, улыбнувшись.

– О, как! Даже так! … С чего это? – спросил Кирилл.

Очередной кусок не полез в горло. Он надеялся до последнего контролировать тему поиска наемниками некоего «Квика». Это было для него очень важно, смертельно важно. Фабриан ответил:

– Я не обязан тебе говорить… Но так уж и быть по старой дружбе… «Зима» вылетела на Гимерру. Там она со своими талантами из-под грунта достанет полный список ублюдков-подписантов из ваших. Даже не сомневайся.

– Хм… Даже так… Только это ведь ничего не даст. Вам нужен тот, кто этот списанный груз потом из-под носа умыкнет – слегка изменился в голосе Кирилл, затем умолк, дожевал кусок и добавил:

– Ну, если вдруг у нее что-то не склеиться, то мое предложение в силе.

– Ха! … У кого не склеится? У «Зимы»? … Это вряд ли! Ты ее плохо знаешь… Она в Черную Дыру залезет, если там будет искомое, достанет и вылезет. Ее даже «горизонт событий» не остановит!

Истэлла Сет-Монт вернулась из Эдемиаполиса ближе к вечеру. Дни на Эдэмии в это время года с каждым новым циклом сокращались и становились короче и короче, если иметь в виду, что полноценной ночи тут никогда не бывает. Зато вечера на «райской планете» были особенно прекрасны. 2-ой Фомальгаут еще до конца не скрылся за горизонт, а 3-ий, «красный карлик», уже забрезжил с востока своими алыми всполохами на небе. На главном городе планеты, Эдэмиаполисе, у нее были кое-какие дела, которые она иногда решала по просьбе Кирилла. Вот только на этот раз ей пришлось бросить все, срочно седлать аквабота и лететь обратно. Кирилл настаивал. Зачем такая срочность, она не знала, но догадывалась. После короткой службы в спец-отряде «Стрелы», она перешла к нему по липовому переводному назначению. Тогда, из-за закрытия спец-отдела синтами, казалось, карьера закончиться отсылкой куда-нибудь на дальнюю КСП. Но ей повезло встретить Кирилла, который стал не просто ее боссом, но кое-чем большим, близким и любимым.

Истэлла вела аква-бот над спокойно розовой бесконечной гладью моря к уютной пристани небольшого каменистого острова на горизонте. Она заметила у причала высокого стройного мужчину, который стоял, облокотившись, и всматривался в даль. Их взгляды встретились. Черный цвет очень шел Кириллу и приятно притягивал к себе внимание. Она обратилась к дожидающемуся мужчине в черном комбинезоне через нейро-линк.

– О, Кир, как это мило. Ты меня встречаешь? А почему один? Где ненаглядная дочурка?

– Она сегодня не ночует дома. Есть дела на орбитальной КСП.

– Ясно… Так вот из-за чего мне такая честь!

– Давай без сарказма. Тебе не идет… Есть важный разговор, не терпящий отлагательств.

– Так может я для начала пришвартуюсь? – съехидничала Истэлла.

– Может и пришвартуешься… Жду тебя в доме.

Фигура мужчина неспешно двинулась внутрь дома в лучах восходящего «красного карлика». Истэлла бросила аква-бот у пристани, дав команду ИИ самостоятельно загнать его в бокс. Сама же быстрым шагом двинулась к одноэтажному дому, расположенному на некотором возвышении прямо на вершине небольшого с одной стороны утеса и выходу на песчаный пляж – с другой. Истэлла за неполные 3 месячных цикла уже неплохо узнала Кирилла. Если тот вышел встречать, значит дело было архи-важное, значит нужно было спешить, иначе могли быть последствия. Иста прекрасно осознавала, что она в зависимости от Кирилла Викенза, но не страдала от этого, а скорее наслаждалась выпавшим шансом. Кирилл был, наверное, самым влиятельным человеком во всем Секторе Ориона. И именно она, Истэлла Сет-Монт, 22 годичных цикла от роду, была любимой женщиной этого влиятельного человека. Супругой ему она стать не могла и об этом хорошо знала. У Кирилла была настоящая жена так же из Звездного Патруля. Однако много лет тому она отправилась в далекую экспедицию и пропала. Следов корабля так и не обнаружили. Суровые законы Патруля лишь только спустя 30 лет после подтверждённого исчезновения могли официально объявить о смерти человека. Кириллу оставалось до этого «счастливого дня» всего пару лет потерпеть. Но и тут Истэлла иллюзий не питала, понимая, что Кир не возьмет ее в жены. Она по этому поводу не рефлексировала, и ее все устраивало, как есть. Иногда, правда, приходилось побегать по космосу.

– Что-то случилось, да? Что-то срочное? – сходу спросила Иста, когда зашла в просторный каменных холл. – Не успела я прилететь с края света и отдышаться…

– Кто из спецуры есть на «Аламахе»? – перебил ее Кирилл.

Истэлла сразу умолкла, призадумалась. Покрутила своими большими глазами. Даже погладила ладонью свой крупный лысый лоб, поправила косу – единственную копну черных густых волос, сплетенных и собранных на голове в пучок.

– Не могу сказать точно. Надо поискать через ИИ… А что?

– Не найдешь – сама полетишь на «Аламах» – сказал, как отрезал, Кирилл.

Она знала, что его временно отстранили от ОВБ Сектора по какому-то соглашению, из-за чего он не мог сам узнать ничего конфиденциального, но частенько спрашивал ее. Иста и сама не обладала даже близко полнотой доступа к секретам Патруля, но в силу своего спец-прошлого имела кое-какие контакты с людьми из других спец-подразделений. В добавок у них с Кириллом было большое дело с Домом би-Молей, благодаря которому она так же числилась в их охранной службе.

– Что? Сейчас? … Я только вчера, как вернулась с того света – попыталась выгадать себе минутку отдыха Истэлла.

– Это по поводу партии бренников… Твоя тема – неумолимо напирал Кирилл, попутно наливая в стакан какую-то прозрачную жидкость и передавая ей. – Нужно увести «Одиссей» у би-Молей к «Эпсилон 4», но не сразу, а дать его захватить … Лучше тебя это все равно никто не сделает, Ис.

– Захватить? Это что-то новенькое – искренне удивилась Истэлла.

Кирилл кивнул и добавил:

– Постарайся никого там не угробить.

– Ого! Даже так! … Не жалеешь меня совсем. А если убьют?

Кирилл тут же напрягся или сделал такой вид:

– Постарайся никого не убить, и самой не погибнуть. Прошу… Можно оглушить… Бренники и штурмы, все должны отправиться на «Эпсилон 4».

– И мне? – недоверчиво покосилась на него Истэлла.

Кириллу тут же замотал головой.

– Ни в коем случае… Ты вернешься на «Аламах» на шаттле пиратов… Они без сомнений подкинут «клеща», а потом совершат захват в паре световых.

– Тут бы Касуми пригодилась со своим костюмом-сверхплотником – наигранно мечтательно вздохнуло Истэлла.

Кирилл лишь отмахнулся.

– Думал уже… Касуми далеко и уже при деле… А сверхплотник у нее только, пока «Мгла» на излечении… Ей этот финт с подменой документов еще боком выйдет… Жаль ее. Толковая девочка, но хамоватая, недалекая и слишком безбашенная – пустился он попутно в рассуждения.

– Если тебе надо, можно сделать так, что «Мгла» случайно не восстановится и вообще не очнется… Я ж все равно на «Аламахе» буду – как бы между прочим, теребя пальцами свою косу и поглядывая на ее кончик, поведала Истэлла.

Кирилл же прям смотрел на нее, не моргая.

– Ис, притормози. Во всем нужна мера, иначе башню снесет и не заметишь, как попадешься на ерунде… Касуми не нужна. Она пошла на явный подлог, из-за чего подвесила сама себя вверх ногами… И помогать ей сейчас, добивая «Мглу», на виду у синтов с Арктура себе дороже.

– Ну, как знаешь… Тебе бы кто-то вроде нее со сверхплотником не помешал бы, особенно в этом деле.

Кирилл кивнул.

– Я уже работаю над этим, Ис… Кстати, пора уже завязывать с цветом волос и глаз и переходить к чему-то более серьезному и нужному. Для тебе есть конкретная персона под которую нужно тренировать трансформацию.

Истэлла была заинтригована. Она вопросительно посмотрела на Кирилла, ожидая пояснений. Тот вскользь глянул на поверхность стола, над которым возникло объемное изображение рыжеволосой девушки с весьма изящным немного кошачьим лицом и ярко-выраженными зелеными глазами. Однако Истэлла от вида знакомого ей до нестерпимой боли в глазах лица пришла в негодование.

– Ты издеваешься надо мной, Кир!? Убери ее и больше никогда не показывай! – вырвалось у нее.

Кирилл едва не пролил остатки своего напитка в стакане, не ожидая такой резкой реакции.

– Ненавижу ее! – зарычала Истэлла. – Она сломала мне жизнь! Это я должна была быть «тенью», а не она!

– И ты будешь ей! А теперь успокойся! – рявкнул на нее Кирилл. – И это не Беатрикс, а ее сестра Бьон! … Беатрикс вообще погибла на пути к шахтам!

– А мне пофиг! Обеих ненавижу! Мертвых ненавижу! … Они ж близнецы! – не унималась Истэлла.

Кирилл неспешно подошел к ней, раскрыл объятия и обнял ее, крепко прижав к себе. Истэлла внезапно заревела. Кир погладил по плечам и спине.

– Ну, ну… Будет… Нет ее в живых. Забудь и соберись уже… Тебе нужно будет стать ее сестрой Бьон. Это ж другое.

Истэлла, уже заметно успокоившись, печальными глазами посмотрела в лицо Кира.

– Она немного ниже меня ростом, и у них у всех из «Теней» и «Призраков» не хватает нижних ребер.

– Ну, это поправимо. Современная медицина творит чудеса.

– Тфу ты! – не выдержала Истэлла и снова заревела.

Кирилл принялся активно жалеть ее, гладить, пока наконец не приподнял лицо, не приблизил к своему и не прикоснулся губами крепко. Какое-то время они стояли без движения и целовались. Затем Кирилл немного отстранил ее от себя и снова заглянул в глаза. Истэлла успокоилась, вздохнула и кивнула:

– Ладно. Если ради тебя и дела, то начну тренировку… Только зачем не пойму.

– Потом все поймешь. Доверься мне. Ты не пожалеешь… Все что имела рыжая и даже больше, будет у тебя.

      Эти слова Кирилла подействовали. Истэлла снова улыбалась, будто ничего и не было. Кирилл подал ей вновь наполненный стакан. Хотя дельце, в целом, нарисовывалось непростое. Однако ей было не привыкать. Она погладила свою косу левой рукой, подумала немного и, вздохнув, кивнула. Стакан с напитком в правой был тут же осушен. По телу разлилось тепло. Истэлла приободрилась. Для нее, как неспящей, было очень важно сохранять устойчивую нервную кондицию. А от таких «новостей» можно было легко перегореть.

– Я справлюсь с твоим делом сама… Никто больше не нужен – сказала она, глядя прямо Кириллу в глаза. – А вот «резонатор» не помешал бы. У тебя ж он наверняка есть.

Кирилл весь напрягся. Истэлла видела это в его глазах. Она определённо задела что-то живое внутри Кирилла. Тот молчал и напряженно о чем-то думал. Иста сама нарушила неуютную тишину.

– Можно и без «резонатора», Кир. Я смогу.

Однако он, будто проигнорировал ее на счет этого уникального оружия, вернулся к вопросу о напарнике:

– Дело непростое. Возьми в помощь кого-то, кому сама доверяешь – чуть тише ответил Кирилл и, снова наполнив стаканы, добавил:

– А еще: не хотел тебя, вообще, во все это втягивать и переутомлять… Ну, и соскучился.

Она улыбнулась. Ей было приятно слышать такое, особенно про «соскучился». Ради таких вот простых слов Истэлла могла многое стерпеть.

– Когда вылетать?

– Сейчас – вздохнул Кирилл. – Возьми мой скоростной «Буревестник» в ангаре. Все разрешения на пролет уже есть.

– Когда стартует «Одиссей»?

– Через 2 суточных цикла – снова, чуть вздохнув, произнес Кирилл, подавая заново наполненный стакан.

– Хм… 1350 световых… Не успею.

– Знаю… Вылет «Одиссею» задержат еще на пару циклов по надуманной причине. Об этом я позабочусь.

– Хм… Тогда наверное успею… «Буревестник» заряжен?

– Само собой, Истэлла… Но, думаю, тебе надо хотя бы час передохнуть. Согласна? – улыбнулся и подмигнул Кирилл, допивая свой напиток и оставляя стакан на столе.

Истэлла намек поняла. Допила свою мету и, поставив пустую емкость на стол, повисла на шее у Кирилла.

Час пролетел быстро, даже слишком быстро. Истэлла по-армейски оперативно собралась и заторопилась к выходу. Кирилл так же натянул свой «вчерашний» черный комбинезон, чтобы проводить ее.

Домашний ИИ внезапно «ожил» и бодрым голосом оповестил о прибытии шаттла охранной службы. Флай-бот приводнился у берега, и из него, ступая навстречу выходящей Истэлле шагнула атлетического телосложения темноволосая коротко остриженная женщина в серо-черном приталенном костюме с армированными и бронированными вставками. Истэлла повернула в сторону ангара, и Кирилл теперь мог лицезреть гостью во весь рост.

– Сэр. Это Полин Гало. Охранная служба округа… Разрешите войти на пару минут. У меня есть к вам разговор – обратилась она к нему через нейро-линк, смотря, не моргая, прямо в глаза.

– Это срочно, офицер? Просто я спешу – попробовал отмахнуться от нее Кирилл.

– Да… Это не займет много времени… И я настоятельно советую согласиться.

Кирилл шагнул чуть в сторону от дверного проема и пропустил даму-офицера внутрь просторного холла. Полин осмотрелась, но без каких либо эмоций. Хотя натуральные материалы на Эдэмии стоили просто фантастически дорого. Затем она еще раз окинула взглядом внешний вид Кирилла.

– Одежду вам нужно сменить, если захотите покинуть свой дом.

– Мне? Почему? … Что собственно не так?

– Для начала… Вы Кирилл Викенз, правильно?

Кирилл кивнул.

– У вас есть дочь – Ивьерра Викенз и супруга Дайрана Викенз, правильно?

– Не совсем… Дочь есть, а супруга пропала почти 30 лет назад. По правилам Звездного Патруля я уже почти вдовец, а потому могу и поносить черное.

– Тут вам не Звездный Патруль. Тут Эдэмия, сэр… Согласно постановлению сената за номером 13002119 «Шанс для всех» все имеют равные права на счастье… А потому 30, 50 или даже 100 лет -неважно, сэр… Если тело не найдено, то ваша супруга жива. И вы, как любящий муж, должны ждать ее до конца своих дней.

Кирилл слегка обалдел от такой заявки. Полин заметила эту его реакции и пояснила:

– Вы – новенький на Эдэмии, как и ваш сосед Арнольд би-Моль. Но это мой округ и я отвечаю за его безопасность и законность.

– И? – все еще удивлялся Кирилл.

Упоминание соседства с би-Молем немного обескуражило его, но вида на этот раз он не подал. Полин же ответила развернуто на его вопрос:

– Ваша супруга автоматически получила автэнтикат на Эдэмии. Ее временное исчезновение не повод лишать законного счастья. А значит вы не можете носить черный траурный наряд вдовца, потому как не являетесь таковым… Я имею права выписать вам штраф только лишь за выход за порог дома в черном сюите, но согласно новой программе повышенной лояльности к новоиспеченным гражданам, делаю вам лишь предупреждение.

Кирилл вздохнул:

– Это все?

– Не совсем, сэр.

Она снова обозрела интерьер холла и указал рукой:

– Много камня. Натурального камня.

– Это запрещено? – съязвил Кирилл, медленно теряя терпение.

– Нет… Но я не вижу вашего заказа среди плановых покупок в эдемской компании «Натю-Рай». Значит вы приобрели все эти материалы прямыми поставками, как и ваш сосед, в обход наших надежных и проверенных поставщиков. Ему я еще про это не сказала, потому что он не закончил ремонт, но у вас все работы завершены, а потому могу сказать, что назначу вам в дом комиссию для проверки на предмет наличия в природных материалах запретных изотопов и вредящих флоре и фауне Эдэмии элементов.

– Что? Какие изотопы? Какие элементы? Это натуральный камень из Алдабры! – не выдержал Кирилл.

Полин кивнула, как бы соглашаясь, но безапелляционно добавила:

– Конечно натуральный. Но сейчас ужесточили правила в связи с прямыми поставками дорогих элементов, и мы вынуждены реагировать… Если все в порядке…

– Если? Конечно же все в порядке. Что за вздор! – перебил Кирилл офицера.

– Если все в порядке, то отделаетесь лишь платой за саму инспекцию… У вас тут его не так много. А вот ваш сосед, – Полин махнула рукой куда-то в сторону выхода, – Со своей застройкой рискует попасть на весьма крупную сумму.

– И когда вы только успеваете придумывать такие идиотские правила! – не прекращал возмущаться Кирилл.

Однако Полин пожала плечами и спокойно пояснила:

– Представьте, если вам в дом начнут стаскивать всяких хлам с соседских подворотен. Вам бы это понравилось?

Она посмотрела строго в глаза Кирилла. Тот как-то сразу стушевался. Полин добавила:

– Вот и нам нет… Мы защищаем свою среду обитания. Оберегаем от непроверенных материалов из дыр вроде той же Алдабры.

– У вашего поставщика «Натю-Рай» цены космос! – пробурчал недовольно Кирилл.

– Не нравиться, не живите. Мы насилу никого не заманиваем… Предписания на инспекцию я составила. Вы получите уведомление через свой ИИ. Постарайтесь быть на месте и предоставить дом для проверки, иначе можете попасть на очень крупный штраф… Всего хорошего, сэр.

Офицер Полин Гало развернулась и неспешно но четко, как по линейке вышла из дома и направилась к берегу, где ее ждал транспорт в лучах восшедшего «красного карлика».

Не прошло и получаса, как Истэлла покинула его, а Кирилл был сам не свой. Визит офицера охранной службы дистрикта оставил осадок. Перед самым обедом прилетел входящий от главы Отдела Внутренней Безопасности (ОВБ) Звездного Патруля Сектора Ориона Форкмана Громова, который так же жаждал «живого общения» и, скорее всего, использовал «Раму», чтобы непременно повидаться с Кириллом «вживую».

– Форки, и ты туда же. Решил использовать рабочую «Раму» в личных нуждах или ГЛТК льготный тариф ввела для звонков на Эдэмию? – ухмыльнулся Кирилл, когда увидел задрожавшее изображение Форкмана прямо из своих апартаментов на «Аламахе».

Сам звонивший выглядел слегка возбужденно и определенно не разделял юмора собеседника.

– Кир, я бы на твоем месте не шутил… Помнишь я тебе рассказывал про Розу? Что она шантажировала меня?

Кирилл устало повел глазами в потолок, потом вернул фокус на звонившего и кивнул, сказав:

– Все ж уже порешали еще тогда… Пусть будет твоим замом вместо меня. Я ж сразу был не против… Кстати, «резонатор» надо бы у тебя забрать.

– Ага… Только теперь она хочет твоего ареста.

Кирилл замер на мгновение, стоя прямо у стола с неспешно «всплывшей» тарелкой с каким-то горячим блюдом к обеду.

– Что за бред? Зачем ей это? – не понял Кирилл.

– А затем… «Мгла» в мед-центре очухалась и очень многое рассказала про Касуми синтам из Центрального ОВБ под нейродиактором.

– Ну и пусть. «Мгла», как и Касуми, знает только про «Квика» … Пусть ее арестуют. Я не против – снова отшутился Кирилл, хотя сделал это уже не так весело.

– Блин, Кир! … Ты не против, а Роз!? … А еще она уже узнала, что ты некую Беат из «Теней» сбагрил в «Воид» … Даже не спрашивай «как»!

– Откуда!? – возмутился Кирилл услышанному. – Никто не знает кроме меня и Адриана! Даже ты, Форки!

– Как видишь, я уже знаю… И остальные, видимо, тоже или скоро узнают… Извини, Кир, но «резонатор» я тебе не верну… Он сейчас –моя спасательная капсула во всей этой истории… Сожалею… Говорю прямо, как близкому и дорогому товарищу.

Тут Кирилл понял всю опасность сложившейся конфигурации для себя. «Роза с меня теперь не слезет, пока не поквитается за своих сучек!». Кирилл заметно занервничал, но виду не подал. Он просто молчал и смотрел пустыми глазами на Форкмана через экран. Аппетит пропал совсем. Форкман же продолжил его добивать:

– Это еще не все… Тебе нужно быть на «Эпсилон 4» … Адриан хочет, чтобы мы немедленно разрулили это дело до собрания Совета на станции … Кстати, ты должен был получить приглашения в качестве наблюдателя.

Кирилл снова напрягся. Он его действительно получил, но посчитал, что имеет право отказаться, так как более не занимает высоких должностей.

– Я его получил, только оно мне без нужды. Я ж в отпуске по соглашению сторон. Забыл?

– Уже нет! Срочно вылетай на «Эпсилон 4»! … Но сначала на «Аламах». Адриан собирает Семью для урегулирования. Тебе быть обязательно!

Кирилл снова молчал. Он был не из пугливых, но тут дело начинало испускать очень скверный аромат по его душу, и в пору было задуматься, не податься ли в бега. Однако Кирилл взял себя в руки и успокоился. Бывали разные ситуации, и паниковать тут уж точно не стоило.

– Ты пойми, Кир… Роз… Она что-то задумала… Лучше, если ты сам найдешь к ней ключик, чтобы все уладить – продолжил объясняться Форкман.

Кирилл быстро прокрутил возможный сценарий, и во что это могло бы вылиться.

– Она ж сейчас при исполнении в ОВБ, да? … Влепит мне должностное несоответствие за «резонатор». Так я и так не при должности – нашелся он и даже немного расслабился.

Однако Форки не дал ему почить на лаврах умника.

– Ага… Получишь должностное несоответствие и… Сеанс нейродиактора от синтов. Сечешь?

Кирилл кивнул. Тут-то ему стало совсем недо расслабления. Хотя допроса с нейродиактором он не то, чтобы боялся. Сам не раз проводил подобное. Тут, скорее, момент был в том, кто будет готовить список вопросов. А по этому поводу у него сомнений уже не оставалось. «Роза! Сука! Заняла мой пост в ОВБ и теперь прилюдно вскроет «Квика»! Тварь!». Кирилл побледнел. Его прямо распирало изнутри от осознания, но он снова быстро совладал с собой и успокоился.

– Я вылетаю! – выдал он, как отрезал, чтобы более не терять драгоценное время.

Он отключил связь и тут же попытался вызвать Истэллу по нейро-обручу. Ничего не вышло. Затем он подключил коммутатор спутниковой связи и мысленно бросил ей сообщение:

– Ис, вернись срочно. Я лечу с тобой.

«Семья»

Несмотря на «поздний» вылет из Эдэмии Кирилл прибыл в штаб-квартиру Сектора Ориона Звездного Патруля самым первым. Он сообщил о своем прибытии Форкману и Адриану. Оба и сами были уже в пути.

Кирилл, находясь в одиночестве в большой и просторной комнате с круглым столом и широким панорамным окном, встал и прошелся. Открывался потрясающий вид на Туманность Ориона. «Небо» было усеяно многочисленными мелкими фигурками различных форм и размеров, которые совершали маневры, заходя на посадку и взлетая с многочисленных доков Космической Станции Патруля (КСП). С основным комплексом-столицей «Аламах» станцию Патруля связывал широкий многоуровневый тоннель. Правда отсюда а панорамное окно он был не виден. Зато Кирилл заметил магнито-шаттл, причаливший прямо к парадному входу в здание штаб-квартиры Сектора.

Адриан и Форкман появились вскоре. Оба поздоровались с Кириллом, но радости от встречи на их лицах не наблюдалось.

– Общаемся только через нейро-канал. В залах здания идет автоматическая запись всех переговоров… Распоряжение Скалы Хантера… Этот синт со своими правилами уже порядком достал! … Кстати он тоже будет, но позже. А пока ждем Розалинду – сухо объявил Адриан.

Ее долго ждать не пришлось. Бывшая глава «почившего» Спец-Отдела Патруля (СОП) и нынешняя, всего лишь, заместитель главы ОВБ с недовольным лицом зашла и кивком головы со всеми поздоровалась. Ее можно было понять. Вроде бы и получила, что хотела после вылета из СОП, но как будто этого ей было мало.

– А где Карлеон? – поинтересовалась Роза мысленно с многозначительной ухмылкой. – Семья без него – это как неполная семья, Адри.

– Он занят приемкой «Левиафана» после ремонта – сухо и без тени смущения пояснил Адриан.

– Ну а на заседании Совета он планирует быть? – снова спросила она в общий нейро-чат.

– Что тебе до Карлеона, Роза? – вмешался немного раздраженно Форкман. – Заседание Совета на «Эпсилон 4» может пройти и без него.

– Мне есть дело, Форки, раз спрашиваю – осекла она его.

Со стороны могло показаться, что 4 человека в одинаковых серебристых костюмах но с разными нагрудными гравировками молча присутствуют в зале с круглым столом. Один из них вообще стоял у окна и со стороны как бы даже тайком посматривал на остальных. Еще два совершали много разных слегка нервных движений. И только один из них с именем Адриан, выглядящий старше остальных, весь седовласый с «серебром» на голове под стать костюму, с холодными колкими строгими глазами-бусинками, бугристым грубым лицом, сидел за столом спокойно, как удав, выказывая тем самым уверенность в себе и в окружении. Это не всегда было так, но, в отличии от остальных, он очень хорошо умел скрывать свое истинное состояние.

– Мой сын на заседании Совета Сектора присутствовать не будет – спокойно, не отрывая глаза от поверхности стола, мысленно объявил Адриан.

– Ясно – кивнула головой Роза.

Адриан внезапно словно очнулся и пристально посмотрел на нее своими колкими глазами. Что творилось в уме этого человека, сказать было сложно. Кирилл не пытался угадывать, потому что это было бесполезно. Адриан сам давал понять, когда приходило время, но делал своеобразно. Все, кто входил в так называемую «Семью» приближенных к нему, были в курсе этого.

– «Прима», я о чем-то не знаю? – внезапно спросил он ее, обратившись почему-то по позывному.

Адриан прибегал к такой форме обращения лишь в крайних случаях, когда начинал серьёзно не доверять кому-то из ближайшего окружения и потому волновался. Все присутствующие тут об этом знали. Кирилл тоже знал. Он оставил вид за окном и обернулся к остальным. Немой разговор становился интереснее и интереснее с каждой минутой.

– Разве от тебя можно что-то скрыть, Адри – с хитрой ухмылкой, посматривая то на него, то на Форкмана, то на Кирилла, мысленно произнесла Роза.

Кирилл прекрасно видел даже на фоне приглушенного света в комнате, что Адриан не удовлетворился ответом.

– Я знаю о вашей подковерной грызне, поэтому рад, что смог всех собрать тут сейчас до прибытия Скалы… Если между вами есть нерешенные вопросы, недомолвки, обиды или еще что, давайте сейчас внутри Семьи. Не надо выносить сор из избы! … На «Эпсилон 4» будут решаться в основном другие вопросы, не кадрового характера… Всем все ясно!?

Последнюю фразу Адриан выразил в мыслях заметно «громче». Кирилл видел, как напряглось его лицо, как проступили морщины, которые на грубой коже стали отчего-то еще более заметны.

– Ну вот, Форки, а ты боялся – улыбнулся Кирилл, обратившись к Форкману Громову в мыслях приватно, напрямую, чтобы остальные не «слышали».

На том не было лица. Даже в полумраке он казался бледным как мел. Он стоял возле Адриана с зажатыми за спиной руками и косился на Розалинду. Услышав мысль от Кирилла, он даже взглядом не повел, будто и не слышал ничего.

– Что ж. Попробуй соскочить – произнес от сухо так же в приватном ответе.

Кирилл окинул всех взглядом. Демонстративно вздохнул и обратился в общий нейро-чат:

– Что касается меня, то я – не в Совете, претензий не имею, а значит и на «Эпсилон 4» лететь незачем.

На него тут же посмотрели все три пары глаз. Адриан сразу кивнул соглашаясь. Форки заерзал, посматривая украдкой на Розалинду. Та быстро нашлась, так же смерила взглядом Кирилла и выдала:

– На тебя уже оформлено приглашение … Скала одобрил… Так что ты сможешь поучаствовать в работе Совете в качестве наблюдателя… Не благодари.

Она очень наигранно улыбнулась Кириллу, но глаза ее при этом излучали злобу. Роз повернулась к Адриану и добавила:

– Да, кстати, важных кадровых вопросов тебе, Адри, избежать не удастся, потому что их уже включил в обязательную повестку Скала… Думаю, нам всем стоит принять действительность и лучше подготовиться к ней.

При этом Розалина улыбнулась всем лицом, максимально выражая благорасположение ко всем и к самому главе Сектора в том числе. Кирилл иллюзий не питал. Он ее слишком хорошо знал. Все ее знали.

– Ну что! Теперь ты понимаешь, что тебя ждет!? – тут же в привате прилетела Кириллу эмоциональная фраза от Форки.

Наступила неловкая тишина. Адриан, за которым наблюдали остальные в ожидании реакции, молчал. Его лицо совершенно ничего не выражало.

– Приглашение Кириллу – это хорошо. Я рад, если вы действительно больше не имеете друг к другу претензий – спокойно произнес Адриан, продолжая сидеть на своем месте с невозмутимым спокойствием. – Скала был чем-то явно обеспокоен с нашей с ним крайней встречи. А синты плохо умеют скрывать свою обеспокоенность… Как правильно подметила Роза, нам всем надо иметь это ввиду, чтобы не сесть в лужу.

На последней фразе он пристально посмотрел на Розалинду, потом на Форкмана, который занял место рядом с Адри, из-за чего осложнил тому возможность видеть его лицо. Кирилл все прекрасно понимал и заметил заготовленный ему капкан. Он решил убедиться, что ничего не упускает, и что все именно так и есть.

– Благодарю, Роза, но я бы предпочел вежливо отказаться и вернуться на Эдэмию к дочери… Тем более я сейчас в отпуске, а значит имею такое эксклюзивное право, как отказаться даже от приказа – улыбнулся Кирилл.

Роза не спешила отвечать, чем путала ему все карты. За нее ответил Адриан.

– Кирилл, не буду ходить вокруг да около. Это была моя инициатива, чтобы ты полетел с нами на «Эпсилон 4». Синт согласился пригласить тебя и включить в Совет на станции – вмешался он.

Теперь Кирилл совсем растерялся. Он физически ощутил некую пока ничем и никак не выраженную смертельную опасность для себя. Прилетев сюда, Кирилл, по сути, купился на обеспокоенность Форкмана и теперь пожалел об этом. Его пронзило острое осознание предательства в том числе и со стороны Адриана. «А что, если они: и Роз, и Адри – оба заодно!? Что, если весь этот разговор – лишь игра, чтобы успокоить меня, притупить бдительность и сдать синтам!?». Отказаться от приглашения на «Эпсилон 4» все еще было можно, но отказать самому Адриану означало лишиться всего и сразу. Внутри Кирилла все похолодело. Чтобы не выдать свое волнение лишними движениями, он завел руки за спину и крепко сцепил пальцы. Адриан немного лениво окинул его взглядом, вздохнул и добавил:

– Ничего крамольного, Кир… Это касается кадрового вопроса, поднятого синтом… Необходимость создания нового департамента ОВР или Отдела Внешней Разведки…

Он прервался, посмотрел пристально на Розу.

– Кстати, это тоже мое предложение, которое Скале очень понравилось…

Затем вернулся к Кириллу:

– И ты – один из наилучших кандидатов на этот пост… Грустно будет получить преждевременный отказ, согласись.

Кирилл выдохнул. Если это все и была игрой по заманиванию его в сеть, то Адриан превзошел сам себя. Кирилл поверил ему, его интонации, его легкому и дружескому обращению. Наступила приятная для него пауза. По мимике и жестам находящихся тут можно было кое-что понять. Розалинда внезапно перестала ухмыляться. Кирилл слегка приободрился, хотя еще не слышал окончания. Только Форкман скрывался за плечом Адриана, как бы погрузившись в его тень. Глава Сектора любил делать многозначительные паузы. Он считывал реакцию своих подчиненных, как никто другой. Все об этом знали.

– Так вот… Да… В связи с открывшейся вакансией я предложу на Совете эту должность Кириллу… И он, если примет ее, автоматически из наблюдателя станет членом Верховного Совета Сектора Ориона. Думаю, такое дополнение к нахождению в Семье, пойдет ему на пользу.

Теперь уже на этих мысленных словах Розалинда вскочила с места, как ужаленная. Даже вращающееся магнитное кресло от толчка коснулось ободом края стола и неприятно скрипнуло.

– Как!? Как это возможно!? – едва не вырвалось это у нее изо рта.

Заметно было, что она приложила некоторое усилие, чтобы остаться в рамках мысленной беседы. Теперь уже на нее смотрели три пары глаз, одна из которых даже выражала некоторое недоумение. Адриан был удивлен этой реакцией. Остальные же скрывали свои эмоции, хоть и плохо.

– Чем ты недовольна, Роза? Ты затребовала должность зама ОВБ Форкмана, и ты ее получила… Мы пошли на встречу и не дали тебя списать… Более того мы прикрыли твой зад, твой СОП, почистили все архивы с твоей деятельностью.

– Мой!? Моей деятельностью!? … Ах вы, суки! Да вы постоянно выезжали на моем спец-отделе! Я подчищала за вами, а мои девчата выгребали и прибирали за вами дерьмо! – разошлась не на шутку Роза. – А как же тогда мое приглашение в Совет!? Зачем оно!?

Адриан поднял руку и указал Розалинде на ее место.

– Сядь! – послышался его громкий и четкий мысленный приказ.

Она без охоты, но, все же, подчинилась.

– В первую очередь мы – семья. А в семье не выносят сор из избы… Есть проблемы, и мы их решаем тут, в кругу семьи.

Он умолк, окинул взглядом остальных и так же дал знак рукой успокоиться и сесть за стол. Кирилл выполнил просьбу, заняв место между ним и Роз. Адриан молчал и ждал, затем обратился в мыслях:

– Я вас сразу спросил, всем ли все ясно? … Я ж вижу, что вы ведете какую-то игру за моей спиной… Я хочу все знать! Сейчас!

Он посмотрел на Форкмана. Тот, зачем-то покосился на Розу, а она, как будто отвечая на запрос Адриана, пожала плечами и покачала отрицательно головой. Форки сделал то же самое, но Кириллу бросил фразу:

– Тебе хана, Кир… Я не смогу ничего сделать. Роза будет тебя давить через меня.

– Не будет – спокойно в привате ответил Кирилл. – Ей надо ОВР, пусть забирает.

– Она не может забрать, потому что уже получила должность зама ОВБ в моем департаменте! Адриан обозначил твою фигуру, озвучил ее, значит и отказаться ты не сможешь, не навредив его репутации… Он не знает о моей ситуации, потому что если я раскроюсь ему, мне конец…

– Почему конец? Я с тобой не согласен – тут же мысленно перебил его Кирилл.

Он пребывал в легкой эйфории от предложения Адриана, а потому считал, что и Форки все преувеличивает и усложняет.

– Очнись! Моя супруга – родная сестра Адри! Или ты от радости забыл!? Если ляпнешь ему хоть намеком о моем романе с Эл – нам обоим конец! … Эта сука Роз со своей проклятой записью держит меня за яйца в прямом и переносном смысле, понимаешь!? – запричитал Форкман.

Кирилл косился то на Адриана, то на Розу, в поисках решения. Он попытался вывести ее на приватный разговор мысленно, как и с Форки, но она просто отклоняла его. Теперь Кирилл осознал всю серьезность происходящего.

– Кир, найди выход! Я прошу тебя! – взмолился Форки.

То, что Роза будет его убирать прямо на Совете, до объявления об ОВР, Кирилл быстро догадался. «Тогда и кандидатов на должность кроме ее самой не будет». Он пораскинул в уме варианты.

«Надо выдвинуть ОВР в самое начало, чтобы ей сложнее было меня валить после назначения на должность. А почему это должно ее остановить? Если Адриан сделает так, то она просто замочит его репутацию перед синтом… Нет… Пусть лучше сначала проведут экскурсию по научному комплексу, покажут разработки».

Кирилл просчитывал варианты и думал над решением. Он это умел лучше остальных, но тут ситуация была очень сложная. Да и Роза наверняка готовила свои ходы, чтобы не дать Кириллу ни времени, ни пространства для маневра. Сейчас, когда Адриан немного отвлек ее, у Кирилла был шанс понаблюдать за ней, чтобы, если возможно, получить какую-нибудь невербальную подсказку.

– Что молчите!? … У нас есть претензии друг к другу или нет!? – спросил Адриан в мыслях очень громко.

Сначала он пристально посмотрел на Форкмана, который все еще прятался сбоку, но как бы не специально. Тот уверенно покачал головой. Затем взгляд скользнул к Кириллу. Тот знал, что у Адриана намечается очень большое дело и что глава Сектор метил в главу всего Звездного Патруля на место уходящего Антареса. Именно поэтому Адри нужно была тишина на «болоте», чтобы каждая лягушка квакала только в унисон с его замыслом. Кирилл так же отрицательно качнул головой. Ему нечего было скрывать, кроме, разве что, амурной истории Форкмана. Их связывали давние очень доверительные и товарищеские отношения, а потому Кир не сдал бы его даже наверное под пытками. Адриан медленно скользнул взглядом в сторону Розалинды. Кирилл заметил, как она отвела глаза, словно отвлеклась на какой-то входящий вызов по нейро-линку.

– Нет. Все в силе – бросила она и добавила: – Скала уже тут. Поднимается к нам…

Кирилла сразу ей не поверил, хотя та ловко обыграла прибытие синта, чтобы не подать ни вида, ни тени подозрения на «подковерный» план. Она встала и направилась к выходу. Кирилл последовал за ней. Он знал, что она говорить с ним не будет. Тем более ее наверняка снаружи ждал «Линкер». Они оба теперь волею судеб были вне Совета Сектора: он – потому что отставной, она – как теперь всего лишь заместитель Форкмана в ОВБ.

«Какая злая ирония! Она шантажом сместила меня и заняла мою должность, чтобы теперь кусать себе локти из-за этого нового ОВР!».

Кирилл, следуя к выходу за ней, улыбнулся своим собственным мыслям. Его особо никогда не привлекал Совет. Кирилл больше любил тайные дела и даже получал от них истинное наслаждение, хотя, понятно было, что и от должности в Совете он не отказался бы. Ведь это, без сомнений, повысило бы его финансовый рейтинг, неприкасаемость и статус. Только, если Кирилл никогда в Совете не состоял, то Розалинда была достаточно долгое время его неотъемлемой частью. Это давало повод не сомневаться в ее намерениях во что бы то ни стало вернуться, даже путем устранения его, Кирилла, как основного конкурента.

Поговорить с Роз по душам Кириллу так и не довелось. Далеко уйти после прибытия синта он тоже не успел. По выходу из здания к нему прилетел входящий от самого Адриана через нейро-линк:

– Кирилл, Роза против тебя серьезно настроена. Синты уже в курсе «Квика» и его приключений.

– Мне стоит опасаться?

– Думаю да… Вряд ли она пойдет против Семьи, но может попытаться навредить тебе… Не уходи далеко и возьми охрану.

– Может, выбить у нее почву из-под ног? У Форкмана есть кое-что, принадлежащее мне.

– Нет. Форкман у нее на крючке и будет играть против тебя. Увы… Она заручилась поддержкой синтов, что бы дело «Квика» ни ударило по ней бумерангом.

Кириллу показалось, что Адриан знает об амурных подвигах Форки, но он решил не перепроверять, чтобы не выдать его.

– На «Эпсилон 4» будет спектакль. Ничему не верь, но Семье ты должен доверять всецело… И не делай глупостей, чтобы не произошло. Понимаешь? – напирал Адриан.

Он определенно донес главный посыл, который придал Кириллу сил и уверенности идти до конца. Ему этого как раз не хватало для финального штриха. Теперь, как убедился Кирилл, даже если Адриан обманет его, то разрушит тот самый ореол надежности, выстроенный им вокруг понятия «Семья».

– Более чем – мысленно взбодрился он.

Кирилл был в целом рад. Единственное, что напрягало – вопрос с его «резонатором». Адриан с прилетом инспекции синтов во главе со Скалой был в Секторе больше не всемогущим, а значит и проиграть мог им ценой потери Кирилла. Такая перспектива угнетала. Однако он доверял Адриану, не имел права не доверять. Тот ни разу его не подвел, даже с назначением дочки в капитаны крейсера в обход правил. Кирилл немного успокоился, хотя положение его всем своим видом громко намекало на отчаянность. Дабы не зацикливаться, ему нужно было срочно на что-то отвлечься. Такой прием помогал ему как бы перезагрузить собственный мысленный процесс. Почему-то вспомнилась Эдэмия и терки с местной властью. Он знал, что у семьи Фьюри тоже были владения на Эдэмии, а потому решил попытать удачу.

– Адриан?

– Что?

– По Эдэмии… Слишком много себе позволяют их органы правопорядка… Может, проведем чистки или нарисуем на них что-нибудь по линии Конвенции?

– Ни в коем случае! Даже не думай… Почему Форкман на крючке у Розалинды с этой своей блондинкой, а?

– Так ты в курсе? – удивился Кирилл.

– Конечно в курсе. Я в курсе всего… Если моя сестрица, его жена, узнает, что у Форки любовница уже лет 15, если не больше, то житья на Эдэмии не даст… Правая рука Декарты, все таки!

– А кто у нас эта Декарта? – усмехнулся Кирилл.

– Удивляешь, Кир… Купил домик на Эдэмии, а кто рулит планетой, не поинтересовался…

– Да, как то все то «Бэкдоры», то «Перформансы». Не до того было – пояснил Кирилл с некой долей юмора.

В нем росла уверенность. Но не простая, а готовая идти, если надо, и по головам. Адриан окончательно вернул ему это чувство, вселил его обратно, и, по сути, негласно санкционировал все, на что решиться Кирилл ради решения проблемы с Роз. Больше не нужно было себя «пересобирать». Он успокоился совершенно и готов был лететь хоть на «Эпсилон 4», хоть в Пасть Блупа. Адри тем временем в таком же дружелюбном тоне пояснил на счет Декарты:

– Понимаю-понимаю… Это, Кирилл, сам лофиус в женском обличии… Ты многое не знаешь. Хотя в силу своих полномочий должен был бы!

– Например.

– Нет времени долго сейчас говорить… Синт уже тут… Знаешь про медальоны силы? Осколки древних люменов, если верить одному именитому археологу.

– Слышал кое-что… Это те, что ты своим близнецам на Марсе купил?

– Да… Они, я тебе хочу сказать, нечто… Нам всем нужны такие… Всей Семье… Это то, чем ты займешься, после закрытия насущных вопросов… Во время полета на «Эпсилон 4» поделюсь подробностями.

– И какое это отношение имеет к председателю эдемской администрации Декарте?

– Прямое. Она владеет медальоном… Моя сестра ей служит.

– Может к твоей сестре обратиться? Достали со своими дурацкими правилами и законами!

– Хе-х… Всем хочется в рай, но не все готовы платить за это цену.

– Это ты сейчас к чему, Адриан?

– Рай на Эдэмии, Кирилл, только для вдовцов… А в твоем случае с пропавшей в экспедиции Дайраной это вообще невозможно… Для всех остальных мужиков – это долбаный махровый матриархат. Или ты думаешь, почему Форкман так редко бывает на Эдэмии, имея там шикарный домик, а? Там кругом сенсоры слежения. В небе дежурят дроны. Если его поймают за изменой на Эдэмии – считай он больше не существует.

– Ладно. Понял… Я сам что-нибудь придумаю с этим раем с претензиями.

– Попробуй… Но Семья тут, увы, не помощник. Тут уж сам.

На «Эпсилон 4»

Новый «день» на научно-исследовательской станции Звездного Патруля «Эпсилон 4» начался для Антона Коприна как-то обрывисто и второпях. С утра их, новоприбывших и ново-поступивших на службу охраны по контракту спустя пару недельных циклов отдыха и привыкания погнали на различные планерки.

Началась эта беготня сразу после завтрака. Не успел Антон отложить приборы, закончив с едой и допив кофе, как его персональный ИИ уведомил о необходимости явиться на главные охранный пост станции для получения всех необходимых вводных инструкций. Антон, несмотря на свой неюный возраст, был тут человеком новым. Волею судеб он лишился удобного со всех сторон контракта по управлению штурм-отрядом на «Аламахе» и вынужден был коротать последние месячные циклы хоть где, чтобы не потерять ту самую увеличенную пенсию за выслугу лет. Оказаться сейчас без хоть какого контракта с Патрулем для Антона было сродни срезать себе пенсионное денежное довольствие на оставшуюся жизнь почти вдвое. Даже в мыслях это звучало несолидно. А уж для самого Антона, выходца из обеспеченной семьи Би-Проксимы, не получить максимально-возможное пенсионное пособие от Патруля было сродни позору.

Антон поспешил. Из знакомых ему тут была лишь Андромеда Августа-Мали якобы из инженеров связи «Аламаха». Хотя на счет «связистского» прошлого Андры Антон сильно сомневался, потому что многое уже узнал. То время, что они летели сюда из далекого Парпланда, да еще 2 недели, что уже прожили на станции, свыкаясь с атмосферой и общим распорядком дня, все часы общения навели на некоторые сомнения на счет искренности этой «напарницы». Хоть в разговорах она никогда особо не скрывалась, что участвовала в разных инцидентах. Красноречивее всего был факт присутствия тут на станции двух ее «подопечных» и одну из них в качестве серьезного пациента с наивысшим уровнем доступа по имени Бьондэ. Хотя больше недели Андромеда куда-то загадочно пропала и даже не попадалась ему на глаза. Так, что он успел немного соскучиться.

Антон как раз вспомнил про нее, когда они поравнялись в спешке к лифту на нижний уровень станции, где и располагался основной охранный пост. Антон поздоровался с ней мысленно через нейро-линк, поймал в ответ такое же приветствие и хотел было продолжить общение, но их нагнали другие из бывалых офицеров охраны, которым пришлось уделить внимание, просто чтобы отвлечься и получить некое общее представление, что их ждет и кто тут главный. Андромеда изменилась. Никаких язвительных насмешек в его адрес даже близко не было. Под глазами, на щеках и на бороде у нее виднелись почти исчезнувшие темные пятна будто она получила какие травмы и провалялась в мед-блоке. Такое за недельку вполне могло произойти, потому что ей, как симбионту требовалось куда меньше времени на излечение. Да и сами следы от травм на лице были едва заметны. Просто опытный глаз Антона их сразу уловил. Допытываться же не решился, тем более что они все торопились на плановое собрание, которое для Антона было первой в новой должности офицера охраны.

Небольшой зал для брифинга вместил их всех, все 12 офицеров, включая 2-х новеньких: Андромеду и Антона. Спустя минуту зашел Сид Зюсс. Антон довольно улыбнулся, заметив сильное сходство себя с Сидом. Тот так же был лыс, крупно-лоб, коренаст, только глаза в отличии от больших и голубых Антоновых – карие, узкие и глубоко посаженные. Над ними нависали достаточно густые темные но аккуратно окантованные брови. Сид несомненно следил за собой, но делал это в строго отведенных рамках без перегибов. Антону он сразу понравился, потому что тот и сам старался придерживаться некоего серединного принципа во всем.

– И так. Для новеньких еще раз… Меня зовут Сид Зюсс. Я являюсь главой службы охраны станции «Эпсилон 4». Вы все входите в мое непосредственное подчинение.

Он сделал паузу окинул всех присутствующих взглядом. Отдельно задержался на Антоне и Андромеде.

– Прошу новеньких встать и представиться по форме согласно протоколу Звездного Патруля.

Сначала представился Антон. Затем то же самое сделала Андромеда. В этом не было ничего необычного. Подобное практиковалось и в других департаментах Звездного Патруля. В отличии от Андромеды Антона внезапно узнали некоторые присутствующие тут офицеры. Поднялся некоторый шум, который был весьма быстро «погашен» Сидом.

– Все более близкие знакомства и разговоры прошу оставить на потом. Сейчас я бы хотел закончить вводную часть, как можно быстрее и отпустить вас по уровням и блокам согласно назначениям.

Он снова сделал паузу, снова окинул тяжелым, но не суровым, а скорее просто умеренно строгим взглядом всех присутствующих и продолжил:

– И так. Для новеньких… Я разобью вас всех на пары и направлю на разные участки… Бывалые знают, а новенькие узнают от своих напарников.

Далее он достаточно быстро прошелся по офицерам и, дойдя до Антона, сказал:

– Антон Коприн. Твоим напарником будет Матью Чан. В вашей паре он ведущий. Это значит, что в его ответственность входит самоличное распределение общих с ним обязанностей, которые я спущу сверху. Вопросы есть?

– Никак нет – отозвался Антон.

– Вот и отлично.

Затем Сид переключился на Андромеду и назначил ей так же напарника. Спустя еще пару минут брифинг был окончен до следующего «утра».

Антон хотел было обратиться к Мэтью, но тот его опередил:

– Можешь звать меня Мэт.

Антон улыбнулся. У него уже было когда-то давно в учебке напарник Матвей, которого он называл Мат. История как будто повторялась. Мэт и Мат были несомненно очень созвучны. Антон поделился этим со своим новым напарником. Оба посмеялись.

На сегодня им достался уровень экспериментальной ксено-биологии. По пути туда Мэт ввел новичка в курс дела:

– Ну, Антон, ты везунчик! Первый день на службе в нашей охранке и сразу ксено-биология! … Сегодня повеселимся.

– А есть с чего? – уточнил Антон, поддерживая хорошее настроение Мэта своей прямо таки блистательной улыбкой, которая располагала к доверительному общению не только противоположный пол.

– Ага. Еще как! … Слава снова будет втирать, что мы на пороге великого открытия и показывать свои мультики.

– А это нас от несения службы не отвлечет? – уточнил Антон, не желая в первый день нарушить одно из правил и условий своего контракта.

Мэт отмахнулся.

– Не… Не парься. Все более чем четко и внимательно контролирует ИИ, который мы называем «Эпс». Если что-то важное или ЧП, то он нас и в уборной достанет. Даже не сомневайся.

– И часты у вас ЧП? – поинтересовался Антон мысленно.

– Не-а… На нашем уровне иногда, но то скорее не ЧП, а очередной прокол Славы.

– И что за Слава такой? – спросил Антон вдогонку.

– Вячеслав Голованов. Он с Юниона. Он там с черным полимером мутит что-то. Каждый раз у него с утра очередная новая идея, а вечером – последствия – рассмеялся Мэт.

Они как раз зашли в лифт и с другими парами направились на свой уровень. С ними в лифт зашла и Андромеда со своим напарником.

– Куда направили? – спросила она его мысленно.

– Экспериментальная ксено-биология – с улыбкой отозвался Антон.

Андромеда не то, чтобы ему нравилась, как женщина, но скорее с ней было приятно общаться. Всегда находились какие-то темы. Хотя иногда Антон любил и поныть с ней на счет своей неразделенной любви по имени «Эйли Хоуми». Андра всегда спокойно выслушивала, иногда могла и покритиковать, но сам Антон после нее, как после некоего сеанса психотерапии остывал и успокаивался.

– Повезло. Нас прямо к нейроморфам – вздохнула она.

Антон сочувствующе покивал головой. Еще за время адаптации на станции они с Андромедой имели счастье посетить все уровни. В секторе с нейроморфами был самый высокий уровень безопасности: никакой мысленной нейро-коммуникации. Даже обручи складывались в специальные ячейки. Доскональный контроль каждого ученого лаборатории. Все под пристальным надзором многочисленных сенсоров и датчиков. Даже выйти в уборную просто так нельзя, но следовало дождаться согласования. Антон мог лишь искренне посочувствовать Андре. «Хотя, как знать, возможно, меня завтра ждет то же самое».

Антон с Мэтом вышли раньше. Впереди их ждал пост охраны на уровне экспериментальной ксено-биологии и тот самый Слава Голованов со своими придумками. Были другие ученые, команды ученых, но они, как правило, вели себя более закрыто. Узнать об их успехах или провалах можно было лишь на информационном портале станции или на еженедельном общем собрании, где каждый коллектив ученых мог поделиться сделанными открытиями. Управление «Эпсилон 4» всячески поощряло подобные мероприятия в конце недельного цикла. Сами ученые могли обозначить себя в галактическом медиа пространстве, потому что подобное мероприятие всегда освещал хронограф или хроно-дрон ГЛТК.

– Нейроморфы – это конечно мрак. Но если окажемся в охране на нулевом уровне, то там тоже не Эдэмия – поделился Мэт своими знаниями.

– А что там? – спросил Антон.

– Скукота там смертная… И даже поговорить не с кем кроме, разве что, ИИ… Это главный шлюз, причал, доки и ангары.

– А рем-дроны, а погрузчики, а грузовые роботы? Смотри, сколько собеседников! – пошутил Антон.

Мэтью оценил шутку. Оба посмеялись.

Время клонилось к обеду. На уровне экспериментальной ксено-биологии все было даже слишком тихо и спокойно. Даже Мэт как-то распереживался, что Слава в этот раз не порадовал их новыми достижениями. Хотя на той неделе своими экспериментами привел в негодность целую лабораторию. Антону оставалось лишь довольствоваться записями камер с того раза, чтоб не верить новому напарнику лишь просто на слово.

– Знаешь, Мэт, открою тебе тайну, что мне по жизни всегда так везло. Где я там тишина, мир и стабильность.

– Да ладно! – искренне удивился тот, готовясь сдать вахту ИИ и отойти с Антоном на обед.

– Серьезно! У меня даже позывной «Поэт», а у зама – «Эстрада»! Нас чаще видели вместе на каких посиделках за метой, чем на задании или патрулировании. Она пародировала Элеонору Войз, а я просто сочинял стишки… Нет. Ну, бывали, конечно, и горячие деньки. Но то скорее исключение из правил. Зато всегда яркое и запоминающееся. Есть о чем вспомнить во время застолья.

Они оба зашли в общую кают-компанию, заняли один из нескольких свободных столиков и сделали заказы. Антон заметил, что Мэт выбрал столик побольше, хотя были свободны и другие на 2-х и на 4-х.

– Кого-то ждем? – поинтересовался Антон.

Мэт кивнул:

– Как минимум Славу… Не терпится узнать, почему сегодня без аварий.

– Что, это действительно прям такая редкость?

– Нет, конечно. Но первый цикл новой недели, после выходных и без аварии. Звучит, как нонсенс.

Зашел и «виновник тишины». Антон сразу узнал его по другим записям. Да и Слава сейчас был единственным ученым-испытателем на всей экспериментальной ксено-биологии. Остальные группы светил науки тоже проводили какие-то изыскания, но размах и запал в них был не тот. К тому же основную лабораторию оккупировал сам Вячеслав со своими дронами-ассистентами.

Он сам подсел к ним, но Антон догадался, что Мэт не иначе как пригласил того через нейро-линк. Вячеслав выглядел постарше Мэта, но младше самого Антона. На вид ему было лет 35 – 38 и никак не больше. Хотя светло-серые какие-то по-детски добрые глаза его все время смотрели куда-то то в пол, то в потолок, то в сторону. Губы периодически шевелились, словно повторяли какие-то научные «мантры». Светло-русые волосы были забавно взъерошены и постоянно падали на лицо, вынуждая его их смешно с характерным звуком сдувать или же просто смахивать рукой.

– Слава, познакомься, это Антон Коприн. Наш новенький в охранке – представил его Мэт. – Что за дела сегодня? Почему без эксцессов. Ломаешь всю закономерность!

В последней фразе Мэт вкрутил даже нечто немного научное так, что даже сам заулыбался. Однако Слава и глазом не повел, лишь бросив скользкий взгляд на Антона. Наступила неловкая тишина. Все ждали подачу подносов с едой по кухонному автомату, которые по идее должны были прибыть вот-вот.

– О! Вы – Антон Коприн! Бывший штурм, да!? Гибрид наверное!? – внезапно выпалил он, будто очнувшись от некой спячки.

Его глаза блестели и прямо как-то въедливо или, может, с какой-то надеждой смотрели на Антона в ожидании ответа. Тот же сначала просто кивнул, но, чуть погодя, добавил:

– Все верно. Я – это он… Только я – не гибрид. Я обычный. В Звездный Патруль поступил сам уже в сознательном возрасте.

– Эх-х-х! – досадно протянул Слава и сразу как будто потерял весь интерес к собеседнику.

Антона это немного удивило и подогрело любопытство. Раскручивать же собеседника на откровенности он умел очень даже неплохо, если сам того хотел. А тут был именно тот самый случай.

– А что? Нужен именно гибрид? В «Вихре» есть ребята-гибриды… С нынешним командиром у меня отношения, конечно, не ахти, но она всегда была за любой кипишь – чуть приврал Антон. – Могу запросто устроить командировку сюда на станцию… Знать бы зачем.

Слава купился сразу же, едва Антон начал свой развод.

– Хм… Зачем… А представь, что ты гибрид и погрузился в гиберниоз – замахал руками ученый, описывая это все, будто взлетающая в небо птица. – Капсула с твоим телом внутри сжиженного полимера… Черного полимера.

– А дышать как? – тут же вмешался Мэт. – Гибрид или нет, а минимальное потребление кислорода необходимо.

Однако Слава смотрел прямо на Антона и вещал так, будто никакого Мэта рядом не было. Тем временем за их столик подсел кто-то еще послушать, покушать и, возможно, подискутировать. Антон, слушая Славу, и сам понимал, что его изыскания уже судя по одному лишь началу, так сказать вводной части, будоражили воображение.

– Сама капсула с телом гибрида погружается в емкость с раствором такого черного полимера… – продолжал ученый.

– Не проще ли сразу погрузить в полимер? Зачем еще и кокон? – вмешалась на этот раз строгого вида женщина так же в серебристом с голубыми вставками комбинезоне, как и Слава. Он снова проигнорировал, но вываливал все прямо своему новому слушателю в лице Антона.

– … Усыпляем. То бишь переводим в гибернизацию… Дальше уже не человек живет, но гибрид… Он начинает испускать электро-импульсы, нейро-волны и тому подобное, вызывая изменения в структуре черного полимера… А!? Как тебе!?

Слава так резко перескочил на вопрос да еще и в такой эмоциональной манере, что Антон немного растерялся.

– А что должно произойти? – спросил он.

– А ну тебя? – отмахнулся от него расстроенный Слава под всеобщий смех прибывших еще слушателей.

Антона хлопнул по плечу Мэт и с хохотом пояснил:

– Как? Ты не понял? … И не удивительно! … по задумке нашего уважаемого профессора эта… хм… конструкция должна ожить, только не человеком-гибридом, а червем-симбионтом.

– А! – понял наконец Антон «намек». – Человек спит в гиберниозе, а его сожитель бодрствует, как бы управляя полимером, будто эдаким бесформенным телом… Жуть какая-то… Зрелищно! Красиво! И такая гигантская черная клякса, забрызгавшая всю лабораторию, на выходе! Блеск!

– Во! Лучше и не описать! – подхватил Мэт и некоторые другие. – Ты прям поэт-прозаик!

– И почему это до сих пор не работает? – снова спросил Антон, осматриваясь уже по сторонам, а не только на Славу, который потерял уже некоторый интерес к новому собеседнику.

– А все потому! – снова засмеялся Мэт. – Вспомни те записи… Да-да. Та бесформенная пульсирующая каша, разбрызгивающаяся во все стороны и ломающая оборудование – это оно!

– Нет! Не оно! – внезапно на полном серьезе и чуть ли не с пеной на губах вмешался Слава. – Это все было не оно! Я пытался заставить это работать удаленно через нейро-импульсы мозга, а потому терпел неудачу… Но правда в том, что черный полимер раскрывается полностью только в контакте с червем, но никак не с человеком. Черный полимер – это плоть от плоти они!

– Слава, тут ты не прав – вмешалась в разговор та самая строгая темноволосая женщина.

Антон присмотрелся к ней и почему-то вспомнил про археолога Тамару. «Ее манера говорить, сложив руки крест-на-крест на груди, ее упрямая и бескомпромиссная полемика».

– И в чем я не прав, Кас? – спросил он у женщины, посмотрев на нее и так же демонстративно сложив руки.

ИИ нейро-обруча по гравировке на комбинезоне подсказал имя женщины. Ее звали Кассандра Кларис.

– Черный полимер уже давно синтезирован и применяется повсеместно. Никаких этих твоих особенных нейро-импульсов не существует – спокойно пояснила она.

– А как же Черви? – тут же перебил ее Слава.

– А как же синты? – не растерялась в ответ Кассандра.

О синтах Антон знал достаточно, чтобы понимать, к чему апеллирует женщина. Структура тканей синтов была так же на основе черного полимера Червей, но управлялась при помощи импульсов искусственного мозга продвинутого ИИ. Однако все доводы Кас разбивались о глухую стену несогласия Славы.

– Нет, нет и нет! … Нужно чтобы именно червь-симбионт управлял… Они могут это естественным своим природным способом.

В итоге Кас просто отмахнулась от него и принялась за еду. Антон заметил, что у его края тоже давно остывает поднос с бесхитростным горячим обедом из двух блюд и киселе-подобного весьма пахучего напитка. Несмотря на шум вокруг ему, как человеку компанейскому, в окружении ученых «мужей» и напарника-охранника кушать было куда приятнее, чем в одиночку. Несмотря на мерное бряцание приборов по столу и тарелкам, спор все еще периодически вспыхивал и снова затухал, но принципиально нового Антону уже ничего не принес.

Прошли первые 4 суточных цикла на станции в новой должности. Антон обзавелся компанией и вполне себе приятно коротал службу, которая пока совершенно не доставляла ни хлопот, ни забот, ни сюрпризов. На вызов главы Службы Охраны (СО) Антон явился сразу же. Кроме него у Сида уже присутствовала Андромеда. Она выглядела устало. Антон что-то слышал о ЧП на верхнем уровне, где обосновались «нейроморфы». Ему пока еще не довелось побывать там лично, но от напарника Мэта он уже был наслышан.

– Как служба? Как сама? – спросила Антон Андру, чуть улыбнувшись, чтобы немного приободрить и отвлечь от тяжких дум.

Та отвлеклась на него, улыбнулась в ответ, но ничего не сказала. Ее лицо все так же хранило отпечаток тяжких дум, проходящих где-то внутри. Антон догадывался, что это может быть связано с ее «связисткой» из спец-отдела по имени Бьон, которая все еще находилась в изоляторе и под наблюдением. А может доставила проблем еще одна подопечная по имени Дэмия, у которой дела обстояли намного лучше и ее готовили к выписке, вместе с еще одним пострадавшим от нейроморфов, который, правда, так быстро к выписке не готовился.

Зашел Сид и сразу же их огорошил:

– Я сбросил вам на обруч документы для ознакомления. Надеюсь, вы их уже изучили.

Оба: и Антон, и Андра – кивнули головой. Там не было ничего необычного. Стандартная форма о неразглашении, что для научного комплекса вроде «Эпсилон 4» выглядело вполне логично.

– Отлично. Тогда прямо сейчас я готов принять ваши вопросы, если что-то смущает… Иначе, прошу подписать и выслать мне обратно.

– Прям сейчас? – зачем-то уточнил Антон.

– Да. Сейчас… Дальнейшая служба и наше с вами общение возможно только после вашего согласия.

– Недельный цикл еще не прошел – снова уточнил Антон. – По протоколу подобное рассматривается с окончательного одобрения наших позиций.

– Считайте, что вы оба одобрены… У нас на кону важные визиты. Хотелось бы соблюсти протокол как можно быстрее, чтобы не пришлось отвечать на дополнительные вопросы – ровно и с расстановкой пояснил Сид.

Антон кивнул и, мысленно подписав форму, отправил ее обратно. Скорее всего Андра сделала то же самое, потому что Сид более их не задерживал. По выходу Антон пропустил ее вперед и заметил, что она все еще сильно чем-то обеспокоена.

– Андра, все хорошо? Хочешь обсудить? Может выговориться?

Она подняла свои глаза и пристально посмотрела Антону в лицо. Он отчего-то решил, что она вежливо откажется, но она крепко взяла его за локоть и, чуть прищурив глаза, сказала:

– Да… Спасибо, что предложил. Хорошо бы нам поговорить.

– Тогда жду тебя в кают-компании после смены.

Они распрощались и разошлись по своим уровням.

Веселые истории

«Утро» выдалось нервным. ЧП произошло на самом защищенном и охраняемом внутреннем кольце. Двое из ученых-ксенобиологов нарушили протоколы или же забыли деактивировать и снять нейро-обручи, но оба оказались внутри опасной зоны с нейроморфами. По тревоге подняли всю охрану. Однако помощь Антона и Мэтью не понадобилась. Зато там успела проявить себя Андромеда. Обоих удалось вытащить и откачать.

Время подошло к обеду достаточно быстро. На этот раз самый большой столик был занят Андромедой с ее новой напарницей. В результате вызволения бедолаг напарник Андры получил ранения и слег в лазарет. Ту новенькую со смешными сине-зелеными волосами, как у дикобраза, Антон уже видел. Она была одной из тех 2х счастливчиков, что выжили после экспедиции на Стелла-Нера.

– Может познакомишь? – обратился Антон, дождавшись когда народ немного расползется по столикам, и появится свободное местечко для него и Мэта.

Он подмигнул такой же миниатюрной девушки-дикобразу, как и сама Андра, и шлепнулся на освободившееся возле нее место.

– Антон, это Дэмия. Ты с ней полегче и… хм… попроще. Она после лазарета. Ей память «Орфеем» подрезали. А после сеанса промывки головы люди гиперчувствительные ко вниманию – обратилась она к нему мысленно.

Антон представился Дэмии, немного поспрашивал ее, но скорее так для поддержания разговора, затем кивнул и переключился на Андру. Хотелось узнать подробнее о происшествии, о котором уже с «утра» все гудели.

– Ну, рассказывай.

Та пожала плечами:

– Особо нечего рассказывать. Подключили светлячков. Подсветили коридоры, но аккуратно, без ущерба. Зашли в тяжелой силовой броне, тварей распугали, чтобы не наглели и проход освободили.

– А Себаса как угораздило? – спросила сразу Антон.

Себасом звали ее напарника. Тот был достаточно молчаливым парнем, который умудрялся в противовес Антону везде находить приключения.

– На обратном пути, когда решили, что с уродов хватит, получили шипом в спину. Меня по касательной задело. Броня сдюжила… А Себа приложило меж лопаток. Еще бы немного и сердце.

– Фуф – выдохнул Антон, смахивая нечто невидимое со лба.

– А ты тут откуда? – внезапно обратилась к нему та самая Дэмия-дикобраз.

Он обратил внимание, что она очень быстро снимала все границы в разговоре и прямо располагалась там, куда не приглашали. Ее нога недвусмысленно коснулась его колена и провела носком ботинка вдоль до самого бедра.

– А я тут оттуда – не растерявшись отшутился Антон и широко улыбнулся, указав пальцем в сторону панорамного иллюминатора в кают-компании.

Ему не хотелось интриговать на службе, хотя эта странная внешне вчерашняя пациентка его чем-то привлекала. Он специально вспомнил про Эйли, чтобы вернуть серьезность. На память пришли заигрывания с Тамарой на корабле во время пути на Парпланд и чем они закончились. Он специально проигнорировал ее незаметные приставания и снова переключился на Андромеду. Только на этот раз он решил воспользоваться моментом и отвлечься на веселые воспоминания из своего прошлого.

– У нас во время службы в «Вихре» тоже всякое бывало, но заканчивалось все всегда хорошо… Хотя был один случай, который мог бы стать финальным в моей карьере.

– Что за он? – услышал он голос от «дикобраза».

Дэмия достаточно фривольно придвинулась к нему и буквально легла на плечо, как некая близкая подруга. К их столику, заслышав историю, подсели другие. Так что притеснение с ее стороны уже не так бросалось в глаза. Заметил Антон и строгий взгляд со стороны Андромеды, только не на себе, а на Дэмии. Та, не иначе, отвлеклась на слишком фривольное поведение своей, в прошлом, подчинённой и, видимо, выговаривала ей через нейро-линк. Антон сделал паузу перед рассказом, дождался, когда усядутся остальные желающие послушать и вернется внимания Андромеды.

– КСП «Саиф-Алдабра» … Циклов 7 назад… Годичных… Получаем срочный вызов. На станции сошел с ума ИИ. Можете себе представить?

Он с блестящей белозубой улыбкой на лице окинул взглядом всех присутствующих, заметив, что некоторые собравшиеся было уходить, решили подзадержаться, чтобы его дослушать. Антон знал, что был отличным рассказчиком. Он мог легко завлечь хоть даже самого скучного собеседника, хоть целую компанию. Он это даже любил.

– Прилетаем мы в систему, а там оцепление. Вся орбита утыкана «Вегерами» и «Утренними звездами». Такое чувство, что весь Сектор согнали. Не знаю, что делать… Две группы штурмов выдвинулись на ликвидацию угрозы в лице сбрендившего ИИ станции КСП и с концами… Все впустую.

– Ого!? Я слышал что-то об этом – вмешался Мэт. – Продолжай!

Антон специально умолк, сделав вид, что это не его перебили, а он сам, чтобы дать высказаться, пока не началась самая основная часть рассказа и развязка. Ведь «прикорм» он уже рассыпал. Его слушали более чем внимательно и с нетерпением ждали продолжения, но не все. Дэмия лишь делала вид, что поглощена повествованием, а на деле придвинулась совсем близко и прижалась к нему своим бедром, закинув при этом ногу. Продолжились странные переглядывания ее и Андромеды. Они определенно о чем-то спорили, но делали это «про себя». Антон глянул на них вскользь и продолжил:

– Так вот… Попросил ввести в курс дела, хотя пока летел, ИИ меня уже проинформировал. Ситуация, конечно, прескверная. ИИ КСП возомнил, что «Аламах» грубо нарушил Конвенцию, что все силы Патруля Сектора, прибывающие на станцию, враждебны… Кроме того одну из штурм-групп он просто сжег «рубиновым пульсаром» прямо в шаттле, когда те не смогли обосновать ИИ цель своего визита.

– Ахренеть! Я думал такое только в нейро-операх! – вмешался кто-то еще.

– Тихо! … Антон продолжай – быстро притушил «перебивалу» Мэт.

Антон чувствовал себя королем компании. Это была его стихия. Он окинул всех добродушным взглядом и задержался немного на новенькой Дэмии, которая немного угомонилась с «притеснениями», но, все еще, поедала его своими глазами, как праздничный пирог.

– В общем… Нас по прилету стали отговаривать от штурма. Мол, рискованно, мол, будут сжигать станцию со всем персоналом и уже залетевшими туда группами… Выкатили мне список заложников. А там две или 3 полные штурм-группы, да и, к тому же, одна, вообще, какие-то секретные спецы. Имен нет, одни позывные.

На последней фразе Антон снова покосился на Андромеду. Он знал, давно догадывался, что она из подобной спецуры. Он подмигнул ей, мол, не бойся, все закончилось хорошо.

– И что? Реально взялся? – снова кто-то не выдержал паузы.

– Да, блин! Олух! Сам как думаешь, если КСП на Алдабре и по сей день на своем месте! – снова урезонил Мэт.

– Мы в отряде подумали, пораскинули мозгами и решились на один трюк.

Антон снова сделал паузу. 5 пар глаз буквально поедали его в надежде, как можно скорее услышать продолжение.

– Меня немного загримировали стягивающей медицинской пастой, чтобы я лоснился как синт… Ну вы понимаете – Антон снова широко улыбнулся, подставляя, как бы специально, под восторженные взгляды свою блестящую лысину. – Чтоб не так живо смотрелся.

– Чтоб синтетически, да? – снова тот же неугомонный голос вставил свою фразу. – А глаза? У синтов они бегают в разные стороны, как косые.

Раздался смешок из-за сравнения. Антон отвлекся на него. Неугомонный комментатор-перебивала на этот раз он попал «в масть». Антон расплылся в широкой улыбке и кивнул головой:

– Ага… И глаза тоже… Вылетели мы на «Буревестнике» … А перед этим вырубили полностью наш ИИ, поменяли авто-коды, ну и, перекрестившись и вспомнив всех древних богов, отправились в «логово дракона».

– Жесть! Капец вы смелые ребята! – не удержалась уже и сама Дэмия. – Знали бы вы, что там творилось внутри, и что нам…

На этой фразе она осеклась, слегка дернулась и посмотрела на Андромеду. Та сурово буравила ее глазами.

– … И что несчастным пленным заложникам выпало пережить – закончила она.

Никто не обратил внимания на этот маленький нюанс в ее речи, потому что все были поглощены рассказом Антона. Вдобавок подошли и с соседнего столика ученые, чтобы так же послушать.

– Приближаемся мы, значит, к КСП. Запрос от ИИ, мол, кто такие… Я, как и репетировали, отвечаю: «Инспектор ОВБ Брайс Хантер Центральный Сектор» … В ответ – тишина… Ну, думаю, попали. Сейчас вмажет пульсаром, и привет.

Антон снова умолк, чтобы попить. Ему тут же услужливо наполнили стакан. А Дэмия, воспользовавшись моментом, снова закинула ногу и припала к плечу. Антон снова сделал вид, что не заметил. Хотя действия «дикобраза» лишь еще больше подзадорили его и придали уверенности, которой у Антона и так уже было «за глаза».

– ИИ говорит: покажи лицо. Я поднимаю забрало, а там моя рожа вся бледная как у покойника. На глазах разноцветные линзы с рефлекторами-имплантами для глазных мышц. И я такой прям стою и чувствую, как левый глаз смотрит на правый. В мозгу жуткая картинка моего подросшего носа и такое головокружение, что не хочется никуда выходить.

За столом все засмеялись. Антон и сам уже хохотал, но продолжал сквозь смех свой рассказ:

– Стою такой с дрожью в коленях от страха… А сбрендивший ИИ говорит: сэр, произошло ЧП на уровне руководства Сектора на «Аламахе». Вышли из подчинения все системы, но вверенная мне КСП «Саиф-Алдабра» держит удар.

Столик прям залился задорным разношерстым, и громким, и тихим, и мужским, и женским смехом.

– Да, ну, на! Я не верю! … И что!? Вот так вот легко залетел туда и отрубил ИИ!? – вмешался тот самый любитель перебивать.

Антон, смеясь со всеми, специально вскинул руку, хлопнул его по плечу и кивнул головой.

– Зашел такой твердой уверенной походкой, будто мне телескопический стержень вставили. У самого холодок по спине от пота. Ноги дрожат, стоять не могу не то, что идти… Благо, экзо-костюм эту дрожь во вне не транслировал… На станции там, конечно, я насмотрелся видов на всю жизнь. Никогда, ни до, ни после, такого побоища не видел… Хотя – нет… Соврал.... Когда был на Парпланде первый раз, так там наемники грызлись с преторами в горящем космопорте ради уцелевших кораблей… Но то другое… А вот на КСП наших ребят конечно этот свихнувшийся ИИ повыбивал.

– Надеюсь ты удалял его медленно, по сегментам, по дата-фрагментам? – пошутил кто-то.

Антон повернулся к сказавшему, улыбнулся и весело пояснил:

– Какое там! Рубанул сплеча и враз удалил тварь!

– Правильно! Нечего таких искусственных уродов разводить! – поддержал его Мэт.

Антон повернулся к нему, кивнул головой и закончил рассказ:

– Да. Так и поступили… С тех пор мы как-то сразу стали на очень хорошем счету у руководства.

– Да уж… Повезло, так повезло… Мой ИИ мне скинул пару нейро-передач от ГЛТК. Если кому интересны подробности, я сброшу… Невероятно, но все именно так и было… Только Антон поскромничал. Свихнувшийся ИИ-параноик еще раз 5 проверял Антона на пути к мостику, и под прицелом охранных дронов держал… Ему тогда одному пришлось пойти, чтобы не подставлять команду и не провоцировать поехавший умом компьютер.

Мэт, договорив, покивал головой в сторону рассказчика.

– Мужик! – загудели присутствующие вокруг. – Герой!

По плечам и спине со всех сторон полетели в Антона хлопки. Дэмия, воспользовавшись теснотой вокруг, совсем обнаглела и запустила свою левую руку под стол, правой обхватив за талию. Ему пришлось встать, чтоб дать возможность всем прикоснуться к нему, а Дэмии умерить пыл. Антон не сомневался, что кто-то из слушателей непременно захочет проверить рассказ через архив инфо-портала. Он прекрасно знал, как повысить себе цену и значимость таким простым способом, как недосказать что-то вроде бы незначительное для повествования, но весьма значимое с точки зрения случившегося. Вот и сейчас Мэт сделал то самое дело, проверил его рассказ и добавил недостающий фрагмент, вроде бы, несущественную деталь и, тем самым еще более возвысив его в глазах слушателей.

Серьезные темы

Незаметно своим ходом пришел черед и Антону с напарником дежурить в «ночную» смену как раз на том самом секретном уровне с гнездом очень опасных существ, вокруг которых слухов и домыслов было больше, чем фактов. Именно тут ученые из группы Молитры Миллс, или как ее все в охране между собой звали «Суровая Молли», совершенно не делились своими успехами или проблемами с остальными на станции. У тутошних «яйцеголовых» был наивысший уровень допуска. Самой охране разрешалось лишь посматривать за внешним контуром, чтобы никакая тварь не пыталась пробиться наружу.

Антон прибыл на пост как раз вовремя. Тяжелый экзо-костюм приятно облегал и сжимал все тело, но добавлял некоторые нюансы в восприятии окружения. Если не считать доков и ангаров нижней палубы это был единственный сектор охраны, где наличие броне-костюма защиты являлось обязательным атрибутом. Мэтью Антон на месте не застал. Зато повстречал Андромеду, из-за чего немало удивился. Она сидела на месте напарника в таком же экзо-костюме, но с откинутым забралом и сдвинутым вверх ферро-стеклом, из-за чего ее лицо попало в фокус зрения Антона. Его шлем так же был открыт. Протокол требовал полного закрытия лишь только в случае какого ЧП или аварии.

– Антон, в эту ночь я побуду твоей напарницей. Не возражаешь? – спокойно даже не глядя на него, но рассматривая периметр запретной зоны через объемный экран выдала Андромеда.

– Есть на то причина, я так понимаю? – поинтересовался Антон, когда сел в кресло напарника и активировал консоль.

Нейро-шлем надевать он не стал, не видел в том нужды. К тому же Андромеда явно спешила закончить основные протокольные процедуры проверки сенсоров и систем, чтобы, наконец, отвлечься на него. Нет, она не торопилась, но делала все четко, без спешки и лишних движений. Именно так делают профи, когда имеют что-то внутри, чем хотят непременно поделиться. Так поступил бы и сам Антон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.