# Меня зовут Боев, Андраш Боев

Андрей Ефанов

Иронический детектив. В сердце современной Любляны разворачивается захватывающее детективное приключение, в котором судьба сводит вместе Андрея, проницательного финансиста, и Эржебет, виртуозную скрипачку. Неожиданные повороты сюжета плетут кружево интриг, обещая искрометный финал, полный веселья и разоблачений. Особую пикантность добавляет говорящий попугай, чей сочный русско-венгерский дополняет атмосферу комизма, и запутанная финансовая тайна, скрывающаяся за фасадом респектабельности, которую нашим героям предстоит разгадать.

## Глава 1

### "Муссонный Малабар" в зёрнах


1


"Добро пожаловать, господин…" – Девушка-администратор взглянула на монитор, – "…господин Андраш Боев. Ваш номер люкс готов. Вот ваша ключ-карта." – её лёгкая улыбка хранила больше тайн, чем слов. Я улыбнулся в ответ: "Спасибо. Надеюсь, вид из окна оправдает ожидания."

"Уверена, вам понравится", – её глаза блеснули загадочным огоньком, который я не смог расшифровать. Таинственность витала в воздухе.


Номер люкс превзошёл мои ожидания: просторный, с панорамными окнами, с завораживающим видом на город, мерцающий огнями. Современный, но сдержанный дизайн. Я подошёл к окну – в медленном течении Любляницы отражался свет фонарей. Любляна очаровательна!

Но бизнес – прежде всего!

Я – успешный биржевой брокер, человек, просчитывающий вероятности на бирже, как в шахматной партии. И сейчас мой интерес – словенская компания "Полёты на воздушных шарах – "Дождись меня"".

Мой партнёр по бизнесу Дьюла ждал моего звонка:

– Андрей-Андраш! Ты уже видел новости? Все только и говорят о нашей сделке с компанией "Полёты на воздушных шарах – "Дождись меня"". Акции взлетели до небес!

– Замечательно!

– Слишком громко, а деньги любят тишину. К сожалению, мне не удалось выяснить, кто раздул шумиху. Получается, что за этим триумфом скрывается аноним.

– Аноним?

– Возможно, хочет взвинтить цену, чтобы насолить нам. Или, что ещё хуже, у него денег куры не клюют. Анонима нельзя просчитать и нельзя игнорировать!

– А что наш заклятый друг, Колесов?

– Колесов без боя компанию нам не отдаст! Возможно, Колесов и есть аноним! Не хватало, чтобы сейчас чёрная кошка перебежала дорогу! – Дьюла порой выдаёт такие перлы на русском…

– Дьюла, я контролирую ситуацию!


Безусловно. Ведь "анонимом" на этот раз был я сам. Игра началась! Точнее, я её только что начал.

Я уже выкупил контрольный пакет акций по поручению Дьюлы. После оглушительных новостей цена акций взлетела вдвое, и я, поддавшись инстинкту спекулянта, машинально нажал клавишу "Sell", в один миг избавив фонд от акций, а себя – от однообразной рутины на целый день.


Другая причина, по которой я оказался в Любляне, – девушка по имени Эвридика. Вчера она обронила в сети: "Ты классный, но я ничего не обещаю!" – веское основание, чтобы купить билет до Брника!

Мы договорились встретиться с Эвридикой на Мосту Влюблённых ровно в семь вечера, и я сгорал от нетерпения увидеть её, чтобы обнять. Она – сама мисс Непредсказуемость, никогда не знаешь, что она выкинет в следующий момент! Впрочем, в этом мы с ней похожи.


Она ждала, облокотившись на ажурные перила, украшенные причудливыми фигурками жуков и морских чудовищ. Взгляд её был насмешливым. На плече – походная джутовая сумка с планшетом и провизией: свежей зеленью и хрустящим французским багетом.

– Привет, Эвридика!

– Сумасшедший! До сих пор не верю, что ты прилетел! – она торжествовала.

– Ты была слишком загадочна, чтобы не прилететь!

– А ты умеешь удивлять!

– Знаешь, в офлайне ты ещё красивее, чем в онлайне! Нельзя быть такой красивой, если ты никого не ждёшь в гости!

– Я знаю, но ничего не могу с этим поделать! Ты голоден?

– Здоровый мужчина всегда голоден.

– Предпочитаешь мясо по-французски или всё-таки вегетарианец? – вопрос прозвучал так, словно решалось, будем ли мы вместе!

Я не стал рисковать: – Может, лучше я приглашу тебя в ресторан? – и, окинув взглядом её припасы, добавил: – Здесь вообще есть рестораны?

– Сразу видно русского! В Европе в рестораны ходят только те, кто не умеет готовить, у кого совсем нет времени или кого пригласили. Разве ты не знал? Первое правило европейца – считать свои деньги.

– Создается впечатление, что здесь все помешаны на экономии, либо недоедают.

– Вовсе нет! Просто всегда есть соблазн, куда лучше потратить деньги, – она лукаво улыбнулась, – Что нового в Москве, в городе мажоров? Все та же бешеная гонка?

– Ничего не меняется. Вечная битва за место под солнцем! Сумасшедший город – муравейник!

– "Это не город. Это трещина в океанском дне времени, покрытая каменистыми обломками сгоревших мечтаний и страстей, по которой мы – словно в водолазном колоколе – совершаем прогулку," – она вдохновенно процитировала Кафку.

Я тут же подхватил: – "Это интересно, но через некоторое время у человека перехватывает дыхание".

– Не то что Словения – большая, уютная деревня, как и вся Европа. После Москвы я полюбила маленькие города, где никто никуда не торопится, и ты чувствуешь себя нужным. Забавно, правда? Сначала мы грезим о Москве, а потом спасаемся от нее бегством.

– Пожалуй! Сегодня пронизывающий ветер.

– Могу сварить кофе "Муссонный Малабар" в зернах. Обожаю свежемолотый кофе из турки. Мы почти пришли. Я живу вон там, на втором этаже. Или все-таки лучше вино? Друзья из Черногории привезли бутылочку "Pro Corde". Это не просто вино, а лекарство!

– Непростой выбор. Ты предложила мой любимый кофе, и все же в такую погоду я выберу лекарство!


Поднимаясь по узкой деревянной лестнице, я ощутил теплый запах дерева и домашнего уюта – в воздухе витал тонкий аромат лаванды и свежеиспеченного хлеба. Квартира оказалась небольшой, но светлой и обставленной с изысканным вкусом. Кругом фотографии, коллажи из газетных вырезок, создававшие атмосферу творческого хаоса. На стенах – акварели с видами Любляны, а на подоконнике – горшки с душистыми травами.

Эвридика умело откупорила бутылку вина и разлила его по двум изящным бокалам. «Pro Corde» оказалось терпким, с легкой кислинкой и ароматом лесных ягод.

– Виноград вырос на южном побережье, на красной земле на высоте восемьсот метров над уровнем моря, на правом склоне горы! – уверенно заявила она, смакуя темно-рубиновый напиток.

– Урожай 2004 года? Превосходный букет!


Мы сели на мягкий диван у окна, глядя на вечернюю Любляну, расцвеченную огнями. Разговор тёк легко и непринужденно, словно мы знали друг друга целую вечность. Она рассказывала о своей работе – Эвридика оказалась, как я и предполагал, журналисткой. Я, в свою очередь, поведал о трейдерских буднях, стараясь не вдаваться в детали, чтобы не показаться занудой. Она слушала с неподдельным интересом, задавая умные вопросы. Мы все больше очаровывали друг друга.


Наконец, из кухни потянуло аппетитным ароматом жареного мяса.

– Предлагаю ужинать при свечах! Мясо по-французски готово! – пригласила к столу Эвридика. – Для меня мужчина-вегетарианец – это очень подозрительно. Наверняка что-то скрывает…

– Это не про меня! – сказал я, а сам подумал: "А может быть, я все же вегетарианец?!"


После ужина мы танцевали под тихую музыку, прижавшись друг к другу. Вечер пролетел, как одно мгновение. Вино согрело, а интересные беседы создали особую, интимную атмосферу.


Когда мы, наконец, засобирались на улицу, ветер стих, и в небе появилось множество звезд. Мы долго гуляли по ночной Любляне, держась за руки, словно влюбленные школьники. Эвридика показывала мне свои любимые места: старинные дворики, укромные скверы и мосты, перекинутые через реку и парк Тиволи.


Утром я проснулся с сильным подозрением, что влюбился, и робкой надеждой на взаимность. Эвридика уже ушла за круассанами, оставив на подушке записку с ароматом лаванды: "Ты классный! Обещаю вернуться".

У меня всё ещё оставался шанс уйти по-английски – не прощаясь. Но запах горячих круассанов и "Муссонный Малабар" в зернах одержали верх. А лаванда усыпила мою бдительность.


Вскоре вернулась Эвридика, и нами овладела неудержимая жажда перемен. "Едем! Прямо сейчас! На Блед!" – прозвучало, как дерзкий вызов.

Остров на озере Блед словно магнитом притягивает туристов, жаждущих прикоснуться к колоколу желаний. Эвридика объяснила мне, что стоит подняться на башню на острове и ударить в колокол, и любое заветное желание обязательно сбудется.

– У тебя есть желание? – спросила она, кокетливо поправляя непослушные волосы. Волосы никак не хотели слушаться.

– У меня много желаний, – ответил я, – и все они связаны с тобой! Иди ко мне.

– Ах ты, хитрец! Но для этого тебе все же придется выбраться из уютной постели и позвонить в волшебный колокол, – отозвалась она заразительным смехом.

– Как же у вас, женщин, всё сложно! Как жениться??? Ты что, поедешь в этом платье?

– Я всегда всё своё ношу с собой!

– Даже без сумочки?

– Я – женщина не из этого мира!


2


На автовокзале царила тишина – мы без труда приобрели билеты на ближайший автобус. Фотогеничные львы, застывшие под крышей здания напротив, словно благословляли нас в путь. День обещал быть волшебным. Золотистые искры плясали в глазах Эвридики, предвкушая приключение.


– Я тысячу лет не была на озере. Тебе там понравится! Лодочники за двадцать евро переправят нас на крошечный остров с церквушкой, в которой часто венчают пары. По традиции, жених должен пронести невесту на руках по всем девяноста девяти ступеням, чтобы доказать свою любовь. Заинтригован?

– То есть ты хочешь, чтобы я носил тебя на руках по всему острову и по этим сизифовым ступеням? И что, у кого-то дошло до венчания?

– Ты невозможен!

– Не поверю, пока не увижу своими глазами.

– Сколько у вас, мужчин, отговорок! Вся надежда на колокол!

– Девяносто девять ступеней! Да это какие-то мазохисты! Почему не сто?


– Эвридика! Неужели сама Эвридика! – мы только ступили на берег острова, как незнакомый мужчина протянул Эвридике руку, словно хрустальной статуэтке. Моложе меня лет на пять, а может, и больше. Подтянутый, энергичный. Он бы точно взбежал по этим ступеням с невестой на руках, как горный козел. Он сразу вызвал во мне неприязнь.

Эвридика залилась смехом и приняла его руку. Они обнялись, и стало ясно – они знакомы целую вечность.

– Это Сергей! Это Андрей! Прошу, без церемоний, – представила Эвридика нас друг другу.

Если она ждала бурной реакции, то напрасно. Я и бровью не повел, хотя ревность уже вонзала свои когти в мое сердце.

– На этом острове нам все равно не разминуться, – небрежно заметил я "новому другу". – Так что придется вместе занимать очередь к колоколу желаний.

Моя фраза была наполнена двусмысленностью. Кажется, он понял, но предпочел не замечать. Его взгляд был прикован к Эвридике. И я ему, похоже, тоже не приглянулся.

– Читал твой последний репортаж об искусственном интеллекте – настоящая сенсация! Твой успех вызывает восхищение… и немного ревности.

"Звучит подозрительно двусмысленно", – подумал я. – "Неужели она не чувствует напряжения? Или ей нравится играть с моей ревностью!"

– Сергей тоже журналист, – попыталась сгладить обстановку Эвридика. – Он любому профи легко фору даст, просто скромничает.

Я видел, как Сергей восхищается Эвридикой, и моя злость росла в геометрической прогрессии. Эвридика словно почувствовала мое состояние и взяла меня за руку.

– Ну, не дуйся, как маленький! Мы просто друзья. Я ему нравлюсь, а люблю я только тебя! Не ревнуй меня, пожалуйста!

– Я не ревную, просто он мне неприятен. Может, мы побудем вдвоем?

– Здесь это невозможно. На острове и для двоих тесновато. Лучше любуйся красотой острова и Альпами. Посмотри, какая панорама!


Вдали, за гладью озера, на горизонте, словно на искусно сотканном полотне, вырисовывались белоснежные горные вершины и бездонное синее небо. Величественные Альпы! А у подножия гор – сочная зелень еловых лесов и сосновые рощи, утопающие в теплых лучах солнца. Казалось, сосны светятся изнутри. Спору нет – потрясающе красиво!


После прогулки по острову мы оказались в ресторанчике, примостившемся у самой кромки воды. Сергей и не думал оставлять нас наедине, словно не понимая – или намеренно игнорируя, – что он лишний.

– Я угощаю! – выпалил он, натянуто улыбаясь. – В благодарность за такую замечательную экскурсию. "Издевается", – промелькнуло у меня в голове.

Я отрезал: – Это лишнее. На острове было не разойтись!

Сбежать от его навязчивого общества оказалось невозможным.

– Ты надолго в городе? – он продолжал тараторить, не замечая моего раздражения. – В Любляну влюбляешься моментально!

– Не знаю. Зависит от многого. А о чём ты пишешь?

– Освещаю криминальную хронику: преступления, происшествия, всякую городскую чернуху. Скука смертная. Вот моя визитка. Пригодится, ведь я остался в долгу.

– Сегодня нет работы?

– Я и сейчас при исполнении.

– И в каком же злодеянии нас подозревают?

– Украсть такую красивую девушку, как Эвридика, – уже преступление.

– Преступлением было бы не украсть её! – со смехом парировал я.

– Шучу, конечно. Но здесь, на Бледе, пропали две девушки с разницей в месяц. Об этом стараются не говорить. Я веду собственное расследование.

– Серьёзно? Мне остров показался преступно спокойным местом.

– Первое впечатление, как известно, обманчиво.

– И какая же ваша версия? – я намеренно выделил слово "ваша".

– Скорее всего, серийный случай. Полиция, разумеется, отрицает. Но девушек так и не нашли… – Он осекся, словно проговорился. – Вы извините меня, должен бежать. Работа. Береги себя, Эвридика!


Я расплатился за десерт: кремшнит для Эвридики и крепкий чёрный кофе.

– Постой! – она взяла меня за руку, в её глазах плясали озорные чертики. – Ты заметил, что мы наконец-то одни?

– Звучит как искушение. Что ты опять задумала?

– Попробуй угадать…

– Значит, колокол, исполняющий желания, – не выдумка?!

– О, ты так вдохновенно звонил в колокол… Ни одна девушка не устояла бы!

И она потащила меня в дамскую комнату, заговорщицки оглядываясь по сторонам:

– Всё-таки ты неисправимый везунчик! Совсем никого!

Мы заперлись в кабинке и, стараясь не шуметь, отдались страсти. Каждой клеточкой тела я чувствовал: она действительно любит меня. Но даже в этот момент не мог отделаться от ревности ко всем мужчинам, когда-либо смотревшим на неё.

– Я исполнила все твои желания? – Эвридика встала на цыпочки и поцеловала меня. – Жди меня у озера. Я буду скоро.


Всё, что происходит на Бледе, остаётся на Бледе. Я расположился в плетёном шезлонге и сделал глоток освежающего пива. Прошло долгих полчаса, и меня начало охватывать необъяснимое беспокойство. По моим меркам, "скоро" уже повторилось дважды. Но Эвридики нигде не было видно.

Я вскочил, отбросил пустую банку и вернулся в ресторан. Но там её тоже не было. Никто из персонала не видел "такую самую красивую девушку"… Нужно было звонить Сергею, как бы мне этого ни хотелось.

– Что случилось? – он не сразу понял, о чем я говорю. А когда до него дошёл весь ужас моих слов, он ответил:

– Ты уже обратился в полицию? Нет? Жди меня. Я выезжаю.


Ну же, Эвридика! Каждый куст, каждое дерево казались мне молчаливыми свидетелями ее исчезновения. Как сквозь землю провалилась! Неужели Сергей был прав? Неужели это похищение? Но кому она могла понадобиться? И почему именно сейчас, когда я рядом?


3


Полицейского, проводившего опрос я мысленно окрестил инспектором Лестрейдом – за прямолинейность, граничащую с непроходимой тупостью. Он не оставил сомнений в своей версии произошедшего.


По его словам выходило, что трое русских – двое мужчин и этакая роковая обольстительница – случайно встретились на острове. – Хм, как же русские любят случайные встречи втроем, – я и прежде слышал загадочное русское выражение – «сообразить на троих», – ухмыльнулся он.


– Подтверждаете, что у вас было, как это… романтическое свидание? И да, и нет? Ваш друг утверждает, что вы дико ревновали. Ах, он вам не друг? Всё это крайне подозрительно! Взгляните на ситуацию моими глазами: девушка, близкая вам обоим, исчезает. Вы влюблены и безумно ревнивы. Второй мужчина – ее бывший бойфренд. Несложно предположить, что вы не поделили даму. После этого девушка пропадает – разумеется, всё только с ваших слов. Никто ваши показания не подтверждает, тела нет. Согласитесь, крайне странно! Прошу вас, джентльмены, в ближайшее время город не покидать.


– Значит, Сергей был бойфрендом Эвридики? – изумился я.

– Вы не знали? Гм… Я навёл справки о каждом из вас. Получается классический любовный треугольник, и лично мне всё ясно. Если ваши показания вообще хоть чем-то подтвердятся, конечно. Так-с… Как давно вы знакомы с девушкой? Второй день? Тогда я вообще ничего не понимаю. Но уверяю вас, расследование будет самым тщательным. В конце концов, девушка могла просто бросить вас, чтобы позволить разобраться в собственных чувствах. В любом случае, правда скоро выплывет наружу. А пока, господа, подождём!


– Это русские! – бросил Лестрейд своему напарнику, который обшаривал ресторан, заглядывая даже в туалетные кабинки. – У них всегда так!

Вот такая идиотская версия. Черт бы побрал этого болвана! Что же случилось с Эвридикой на самом деле?! И почему она мне солгала? Впрочем, это объяснимо. У каждого из нас есть свои скелеты, запертые наглухо в шкафу прошлого.


И что мы имеем в сухом остатке?

Я – главный подозреваемый, с отпечатками пальцев, щедро рассыпанными по всему месту преступления. Плюс, на носу важнейшая сделка в партнерстве с Дьюлой, и если мне предъявят обвинение или в прессу просочится хоть какой-то компромат, сделка рухнет, акции компании "Полёты на воздушных шарах "Дождись меня" полетят в тартарары, а наш фонд понесёт колоссальные убытки. Акулы бизнеса скупят по дешёвке акции на дне, и бизнес уйдёт в чужие руки за бесценок. Мы с Дьюлой навеки потеряем желанную компанию – "Дождись меня".

Если только сам Дьюла не в игре! В любом случае, для недоброжелателей план просто идеален! Расчёт на то, что, застряв в чужом городе, я никак не смогу контролировать ситуацию! Замкнутый круг.

До чего же вовремя сейчас оказалась бы бутылка виски – именно для этого и нужен комплимент от отеля!

Но какую роль во всем этом играет Эвридика? Может, я и профан в женской психологии, но ей почему-то верю!


Да, Блед я запомню на всю жизнь, как и этот безумный день. Сейчас меня больше всего волновало даже не крушение бизнеса, а Эвридика. На чьей она стороне?


Сергей был мрачен. Казалось, он не находил себе места. Ходил взад-вперед и на ходу делился своими догадками:

– Прости, мне пришлось рассказать полиции всё, что происходило между нами с момента встречи. Я бы сам тебя заподозрил, если бы не знал о пропажах девушек на Бледе, при схожих обстоятельствах. Мне удалось выяснить, что венгерская криминальная группировка похищает девушек славянской внешности в сексуальное рабство. Все похищенные были невероятно красивы. Доказать я ничего не смогу, но в полиции эту версию рассматривают как приоритетную. Ты не замечал слежки в эти дни? Может, что-то показалось подозрительным?

– Нет! Мне пора. Если что-то выяснится, звони.


Я вдруг осознал, что совершенно ничего не знаю о Сергее, чтобы вычеркнуть его из списка подозреваемых. Вспомнилось, как подозрительно вовремя он оказался возле нашей лодки на острове. Как навязчиво маячил рядом, не отходя от нас с Эвридикой ни на шаг. И его двусмысленное "Береги себя, Эвридика" вполне могло прозвучать как затаенная угроза.

Воображение тут же нарисовало удручающую картину, в которой главным злодеем выступал Сергей и его сообщники – венгерские сутенёры. Зачем он выставил меня перед полицией в столь невыгодном свете? Какую цель он преследовал? Если допустить, что он мог незаметно вернуться на место происшествия – а у него были и мотив, и возможность организовать похищение, – то пазл складывается.


И, наконец, еще одна версия: исчезновение Эвридики как-то связано с её профессиональной деятельностью. Или совсем уж невероятная – Эвридика сама провернула всю эту аферу.

Итого целых пять версий. В шахматах такая ситуация называется цугцванг. Мысли роились в голове, не давая покоя.


По дороге в отель в Любляне я не переставал вспоминать улыбку Эвридики. Как же мне её сейчас не хватало! Ее золотистых глаз напротив. И я уже соскучился по её гибкому телу. Всё на свете отдал бы, чтобы только она была рядом, моя непредсказуемая Эвридика.


И тут меня осенило! Я понял, что мне нужно сделать в первую очередь. Конечно, мне нужно было найти кого-то, кто знал Эвридику до меня. Кого-то, кто мог бы пролить свет на ее прошлое, на ту жизнь, которую она так тщательно скрывала. Инспектор Лестрейд был, конечно, тупицей, но в одном он был прав – я знал её всего два дня. Этого слишком мало, чтобы доверять безоговорочно, чтобы быть уверенным в её искренности.

Нужно было найти ниточки, ведущие в её прошлое.

Я вспомнил, что Эвридика упоминала подругу, с которой работала на ТВ. Имя я, к сожалению, не запомнил, но это была зацепка.

Добравшись до отеля, я первым делом попытался найти ее профиль в социальных сетях. Задача оказалась не из легких, но после нескольких часов поисков, перебора сотен имен и фотографий, удача улыбнулась мне. Я нашел профиль девушки, которая очень походила на то описание, что дала Эвридика. Фотографии подтверждали – это она.

Я написал ей сообщение, представился, рассказал о ситуации и попросил о встрече. Мой венгерский, конечно, оставлял желать лучшего, но Google Translate пришел на помощь. К моему удивлению, девушка почти сразу ответила согласием. Мы договорились встретиться на следующий день в одном из кафе в центре Любляны.


Целую ночь я бесцельно слонялся по номеру, то и дело поглядывая на часы. В голову лезли самые мрачные сценарии: Эвридика в опасности, её пытают, возможно, уже слишком поздно… Я отгонял эти мысли, стараясь сосредоточиться на предстоящей встрече. Необходимо было сохранять хладнокровие, чтобы не наделать глупостей. Я был обязан превзойти самого агента 007. Не сразу, но я справился.


Кафе оказалось небольшим и уютным, с запахом свежесваренного кофе и выпечки. Я пришел заранее и занял столик в углу, чтобы иметь возможность наблюдать за входящими. Невыносимое ожидание продолжилось. Стрелки в часах скрипели подозрительно громко, а время отсчитывали подозрительно медленно.

Наконец, в дверях появилась девушка. Она была немного ниже, чем я ожидал, с темными волосами и большими карими глазами. В ней сразу же угадывалась та самая подруга Эвридики. Она назвала свое имя – Габриэлла.

Мой Google Translate оказался неплох, и мы могли худо-бедно общаться. Я объяснил ситуацию еще раз, стараясь быть максимально тактичным и не напугать ее. Габриэлла слушала внимательно, хмуря брови. Когда я закончил, она вздохнула и заговорила на чистом русском, чем меня немало удивила.

Ее рассказ оказался неожиданным и запутанным. Эвридика, по словам Габриэллы, всегда была скрытной и загадочной. Она практически ничего не рассказывала о своей семье и прошлом. Работала в какой-то сомнительной компании, занимающейся рискованными расследованиями. Ходили слухи о ее связях с криминалом, но Габриэлла не верила в это до конца. Однако она подтвердила, что в последнее время Эвридика была чем-то сильно обеспокоена и несколько раз говорила о том, что за ней следят.

И самое главное – Габриэлла обмолвилась о какой-то флешке, которую Эвридика якобы украла неизвестно у кого. Это был поворот, которого я никак не ожидал.


Судьба Эвридики казалась всё мрачнее – она слишком много знает!


4


Чуть позже состоялась моя встреча с Дьюлой. Венгр по рождению, импозантный мужчина, партнер был воплощением стиля и ухоженности, да ещё и в отличной спортивной форме для своих лет. Костюм из магазина "Провокатор" сидел безупречно, а дорогая обувь буквально сияла чистотой. Неизменная улыбка играла на его лице, а шлейф дорогого парфюма сопровождал каждое движение.

И самое главное – связи, которыми он был опутан, словно паутиной. В этом и заключается преимущество большого бизнеса.


Он улыбался безмятежно, словно время для него не имело никакого значения.

– Боюсь, у меня плохие новости, – начал я, стараясь сохранять самообладание. – Предположу наихудшее: кто-то прекрасно осведомлен о наших планах по сделке с компанией "Дождись меня". Вчера у меня была встреча с журналисткой из TV SLO 1. Она внезапно исчезла, а мне настоятельно рекомендовали не покидать город. Если девушку не найдут в ближайшее время, подозрения падут на меня. А если эта история попадет на первые полосы газет, мы оба разоримся.

– Примерно об этом я и хотел тебя предупредить после провокации Колесова под маской анонима, мой друг, – спокойно ответил Дьюла. – Но я уверен, ты справишься! Иначе я просто плохо тебя знаю. Ведь ты никогда не проигрываешь: ты либо побеждаешь, либо учишься.

В его словах чувствовалась недосказанность. Или он знал что-то, что было скрыто от меня. Слишком уж безразлично он воспринял мои новости. Должна быть причина. Какая?

– Спасибо, Дьюла, но обойдемся без реверансов. Мне нужна закрытая информация, которую можешь достать только ты.

– Конечно! Все, что угодно.

– Мне необходимо знать всё об этой журналистке.

– Как ее имя?

– Эвридика. Она русская, с гражданством Словении.

– Что именно тебя интересует?

– Мы знакомы три месяца, и меня интересует, над чем она работала все это время. Пересекается ли ее работа хоть как-то с нашими интересами?

– Хорошо, я соберу сведения до вечера. Давай тогда и поужинаем в Люблянском замке, ок?

– Договорились… И ещё… ты слышал о похищениях девушек в рабство здесь, в городе? Говорят, что в этом замешаны венгры.

– Так говорят, но до сих пор ни одному венгру не было предъявлено обвинение.

Дьюла проводил меня до дверей, одарив обезоруживающей улыбкой:

– Почему-то я ни на секунду не сомневаюсь в тебе!


Я прекрасно понял намек партнера: он не хотел ввязываться в историю с непредсказуемым финалом. При этом он деликатно переложил всю ответственность на мои плечи.

Настоящий европеец: вежливый и обаятельный до кончиков ногтей. Я уверен, он еще трижды перестрахуется, не ставя меня в известность. И, конечно, он не имеет никакого отношения к криминалу, я бы почувствовал ложь. Или я действительно старею.

Но главное, что я понял: Дьюла – не в игре! Иначе он бы первым делом вывел из-под удара свои деньги и отменил заказ на контрольный пакет акций "Дождись меня". Значит, Дьюла чист.

Остаются Сергей, Эвридика и кто-то, с кем мне еще предстоит познакомиться.


Звонок из полиции застал меня врасплох. Харизматичный голос "Лестрейда" невозможно было спутать ни с каким другим:

– Господин Боев? Мы навели справки, ваша девушка действительно существует. То есть пропала! Она не пыталась связаться с вами, возможно, по смартфону? Или, может быть, с вашим, э-э, приятелем? Дело в том, – мы провели расследование – что на работе она не появилась, и по своему адресу тоже. Нет?! Если вам что-то станет известно, немедленно позвоните мне. И, пожалуйста, не покидайте город. Я свяжусь с вами через три дня.


Не теряя ни секунды, я набрал номер Сергея:

– Это я! Тебе звонили из полиции, спрашивали об Эвридике? Её нет ни на работе, ни дома. Что ты об этом думаешь?

– Звонили, предложили подождать три дня. Ссылаются на возможные необъяснимые жизненные обстоятельства… Я просмотрел последние статьи Эвридики и обнаружил кое-что интересное! Она давно пишет о легализации доходов, полученных преступным путем русской мафией в нашем городе. В её дневнике есть пометка о какой-то флешке с информацией, полученной от неизвестного информатора. Совсем недавно. Мне кажется, это след, который мы ищем.

– Сергей, предлагаю действовать совместно!

– Согласен! Я и сам об этом подумал. Есть идеи?

– Да. Всем известно, что вы коллеги? – У меня чуть не вырвалось "больше, чем просто коллеги", но я вовремя придержал язык за зубами.

– Скажу больше, у нас был роман, но три месяца назад она прекратила отношения. Сказала, что не хочет меня обманывать, что встретила другого в офлайне. Я жутко ревновал. Трудно принять, что мужчину всегда выбирает женщина

"Меня это как раз устраивает", – ехидно подумал я, не сдержавшись. Но тут же мне стало стыдно.

– Кажется, я знаю, что будет дальше. Значит, у нас есть преимущество, которое мы должны использовать на все сто.

– О чем ты?

– Если исчезновение Эвридики связано с флешкой, а другого объяснения я не нахожу, значит, ее не тронут, пока не получат компромат. А значит, Эвридика еще жива. Скорее всего, тебе позвонят и выставят условия… Тяни время и требуй подтверждения, что она жива! А пока нужно первыми найти эту флешку! Вопрос жизни и смерти – кто найдет ее раньше! Думаю, квартиру можно исключить. Кто прячет улики там, где живет?

– Логично! Ты прав! Я прямо сейчас осмотрю ее кабинет. Я знаю, где может быть тайник. Она очень любила гулять в парке Тиволи. Там есть одно старое дерево. Под ним базальтовая разрушенная стена. В ней она оставляла записки во время ее любимой игры «охоты на лис».

Мне не очень понравилась его идея, скорее даже та интимность, которая сквозила в его сообщении. Вряд ли бы она держала маленькую флешку так далеко от себя и в "том самом" месте.

Я пообещал подумать, где еще может находиться злополучная флешка. А Сергей обещал немедленно связаться со мной, если ему позвонят шантажисты.


Теперь, когда версия о причастности к похищению Эвридики моего нового приятеля была полностью исключена, я отмел и версию с венграми-сутенерами как несостоятельную. Осталась одна рабочая версия – русская мафия. Тоже не соскучишься!


Единственное, что обнадеживало во всем этом, – что Эвридика всё ещё жива, а значит, сделка с компанией "Полёты на воздушных шарах – "Дождись меня" не отменяется. И Дьюла точно ни при чем!


Сейчас важно другое – собрать всю информацию воедино и выстроить план действий. Эвридика, флешка, русская мафия, таинственный информатор… Слишком много неизвестных. В голове пульсировала навязчивая мысль: как Эвридика умудрилась ввязаться в подобное? Она всегда казалась такой отстраненной от реального мира, витающей в облаках своих кафкианских изысканий. Неужели ее тяга к справедливости и неуемное любопытство завели ее так далеко? Женщина…


Вечер надвигался незаметно, окрашивая небо в багрово-оранжевые тона. За окном сгущались сумерки, превращая городские огни в размытые пятна.


Я откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Нужно сосредоточиться. Первым делом – выйти на связь с местными контактами. Венгрия, Словения… связи остались, хоть и запылились. Возможно, кто-то слышал о деятельности русских в Любляне. Нужно зацепиться хоть за какую-то ниточку.


Телефонный звонок раздался неожиданно, заставив меня вздрогнуть. Неизвестный номер. Сердце екнуло. Может, это они? Или сама Эвридика?

Я медленно взял трубку. "Алло?" – мой голос прозвучал непривычно хрипло. На другом конце провода молчали. Лишь слабый треск статической помехи. "Кто это?" – повторил я, уже громче. Тишина. Затем короткий щелчок, и связь оборвалась. Недобрый знак. Что-то происходит. Интуиция, отточенная годами в бизнесе, вопила об опасности. Нужно менять планы. Времени на сбор информации больше нет. Нужно действовать прямо сейчас.

Круг сужался, но оставался пугающе широким.


Анализ номера ничего не дал. Чистый. Одноразовая симка, купленная где-нибудь на окраине города. Но треск в трубке… он показался мне знакомым. Думай!