Юлия Извозчикова
ДЫШИ СОБОЙ. Нейрофизиология сексуальности

Глава 1. Сексуальность как энергия жизни

Когда мы слышим слово «сексуальность», большинство сразу думает о сексе.

О близости, оргазме, технике, удовольствии. Но сексуальность гораздо шире.

Сексуальность – это энергия жизни. Она проявляется не только в постели, но и в том, как мы дышим, говорим, двигаемся, обнимаем друга, смеёмся или создаём что-то новое.

Это поток, который всегда в нас. Иногда он тихий, как ручей. Иногда бурный, как река. Иногда закрытый под льдом, но он никуда не исчезает.

Нейрофизиология энергии

Если убрать культурные ярлыки, сексуальность – это проявление одной и той же системы:

– дофамин: даёт нам «хочу», мотивацию двигаться вперёд;

– окситоцин: создаёт доверие, нежность, ощущение связи;

– эндорфины: дают радость и расслабление;

– гормоны репродуктивной системы (эстроген, тестостерон, прогестерон): окрашивают желание, но не исчерпывают его.

На уровне мозга это работает как оркестр:

– гипоталамус включает базовую мотивацию;

– лимбическая система добавляет эмоции и интерес;

– система вознаграждения (дофамин) включает «вкус предвкушения»;

– инсула спрашивает: «а что сейчас чувствует тело?»;

– префронтальная кора думает о правилах и образах.

То есть сексуальность – не одна кнопка, а ансамбль из многих голосов.

Энергия за пределами секса

Ты чувствуешь сексуальность, когда:

– смеёшься до слёз и тело вибрирует;

– танцуешь и движения текут сами;

– создаёшь что-то новое, и энергия «хочет выйти наружу»;

– стоишь на ветру, и он касается твоей кожи.

Это всё проявления одной и той же силы.

Когда поток течёт, мы живы. Когда он перекрыт – мы чувствуем усталость, апатию, «как будто жизнь выключилась».

Почему мы путаем сексуальность и секс

Общество сузило сексуальность до «правильного секса».

Отсюда много боли: если секса нет, значит «я неживая», «я непривлекательный».

Но это иллюзия.

Сексуальность всегда с тобой, даже если секса сейчас нет.

Она проявляется в дыхании, в голосе, в любопытстве к жизни.

Секс – это лишь одна из форм. Как танец, как песня. Но музыка существует и без них.

Личный штрих

«Я помню момент, когда я впервые почувствовала сексуальность как энергию жизни. Это был не секс, а танец. Музыка играла, и моё тело двигалось само. Я вдруг заметила: вот оно – то самое чувство живости. Оно не требовало партнёра, оно было во мне. И с тех пор я знаю: сексуальность не зависит от внешнего, это мой собственный источник».

Практика: глоток жизни

Закрой глаза.

Сделай глубокий вдох и на выдохе спроси себя:

«Где сейчас во мне течёт энергия?»

Может быть, в руках. Может быть, в груди. Может быть, в улыбке.

Не ищи особого результата – просто отметь маленький ручеёк.

Это и есть твоя сексуальность – энергия жизни, которая уже здесь.

Нейрофакт:

Когда ты чувствуешь вдохновение, радость или лёгкое волнение, в мозге активируется та же система, что и при сексуальном возбуждении – дофаминовая цепочка мотивации.

Гипоталамус подаёт сигнал: «Жизнь интересна», а система вознаграждения запускает тот самый вкус «я хочу жить».

Эта энергия одна и та же – просто в разных формах: творить, касаться, смеяться, танцевать, любить.

Сексуальность – не про тело отдельно, а про способность мозга и тела работать в унисон, как оркестр.

Когда ты чувствуешь живость – это твоя нейрофизиология говорит: «Я в потоке».

Глава 2. Оркестр желаний: как мозг создаёт сексуальность

Мы привыкли думать о сексуальности как о чём-то простом: «захотела – не захотела». Но в реальности за этим стоит целая команда.

Желание не живёт в одной точке мозга.

Сексуальность – это оркестр, где каждый инструмент играет свою партию: тело, эмоции, память, гормоны, культура.

Гипоталамус: главный пульт

Гипоталамус – это как дирижёр.

Он регулирует самые базовые потребности: еду, сон, температуру, секс.

Если всё спокойно, он даёт сигнал: «можно включить желание».

Но если тело в стрессе – гипоталамус переключает приоритет: «не до секса, сейчас нужно выжить».

Это не «поломка», а мудрость: зачем телу тратить энергию на близость, если оно думает, что небезопасно?

Лимбическая система: эмоции и интерес

Здесь рождается предвкушение: интерес, возбуждение, «хочу-хочу».

Это та часть, которая отвечает за эмоции и краски опыта.

Лимбическая система может хотеть даже тогда, когда гипоталамус тормозит.

И тогда внутри возникает конфликт: «я вроде чувствую интерес, но что-то во мне гасит этот огонь».

Система вознаграждения: дофамин

Это центр мотивации.

Он отвечает не за сам секс, а за «вкус ожидания», за предвкушение удовольствия.

Дофамин шепчет: «Попробуй, иди, тебе будет хорошо».

Это двигатель, который толкает нас к экспериментам и исследованию.

Амигдала: охранник безопасности

Амигдала проверяет: «а точно ли это безопасно?»

Если в прошлом был стыд, травма или грубость – амигдала сразу включает стоп.

Она может заглушить весь оркестр одной нотой тревоги.

Поэтому человек может хотеть – но тело сжимается.

Префронтальная кора: социальные правила

Это часть мозга, которая думает:

– «а как я выгляжу?»

– «это правильно или нет?»

– «что подумают другие?»

Здесь рождаются сомнения и внутренние диалоги.

Порой именно они мешают расслабиться: ум хочет контролировать то, что по природе должно быть свободным.

Инсула: тело как источник правды

Инсула – это область, которая чувствует внутренние сигналы тела.

Она спрашивает: «А что на самом деле происходит внутри?»

Именно инсула даёт ощущение «живого» секса – когда мы чувствуем прикосновение, дыхание, тепло. Если инсула отключена (например, при стрессе) – человек может делать всё «правильно», но не ощущать удовольствия.

Оркестр, а не кнопка

Вот почему желание – не одна точка.

Это оркестр, где:

– гипоталамус задаёт ритм,

– лимбическая система добавляет эмоции,

– дофамин даёт тягу и предвкушение,

– амигдала проверяет на безопасность,

– префронталка думает про правила,

– инсула чувствует тело.

И в каждой ситуации баланс разный.

Пример

На отдыхе:

– гипоталамус видит «безопасно»;

– лимбическая система радуется;

– дофамин рисует предвкушение;

– амигдала молчит;

– тело дышит свободно.

Желание рождается легко.

После работы, в стрессе:

– гипоталамус говорит «сейчас выжить важнее»;

– амигдала тревожит;

– префронталка думает «я устала, я должна?»;

– тело сжимается.

Желания нет, и это тоже нормально.

Практика: заметить оркестр

Закрой глаза.

Вспомни момент, когда у тебя было желание.

Задай себе вопросы:

– что чувствовало тело?

– какие эмоции были?

– были ли сомнения?

– где был страх или наоборот, расслабление?

Ты увидишь: желание – это не кнопка «вкл/выкл». Это целый ансамбль.

Сексуальность – это командная работа.

Когда оркестр играет согласованно – мы чувствуем желание и радость.

Когда один инструмент играет слишком громко (например, амигдала со страхом) – весь поток прерывается.

Главное – помнить: в этом нет «поломки».

Это естественная работа мозга. И научившись слышать оркестр, мы учимся управлять своей сексуальностью бережно и осознанно.

Нейрофакт:

Когда все участки мозга – гипоталамус, лимбическая система, амигдала, префронтальная кора и инсула – работают согласованно, мы переживаем состояние естественного желания.

Но стоит одному элементу выйти из ритма – например, амигдала подаёт сигнал опасности или префронтальная кора включает контроль – и весь оркестр замирает. Эту динамику называют Dual Control Model – модель «газа и тормоза»: одни сети возбуждают (дофамин, лимбическая система), другие тормозят (амигдала, префронталка).

Настоящая зрелость – не в том, чтобы «всё время хотеть», а в том, чтобы слышать этот баланс и уметь мягко возвращать оркестр к гармонии.

Глава 3. Газ и тормоз: модель двойного контроля

Представь машину.

Чтобы она ехала, нужен газ. Но даже самый мощный мотор не сдвинется с места, если нажат тормоз.

Сексуальность устроена так же.

Это модель двойного контроля (Dual Control Model):

– одна система возбуждения («газ»),

– и одна система торможения («тормоз»).

Обе работают одновременно.

Газ: система возбуждения

Это часть мозга, которая реагирует на сигналы «это приятно, это интересно».

Газ включает:

– прикосновения,

– запахи,

– фантазии,

– доверие,

– чувство близости.

Когда газ активен, в теле появляется энергия, предвкушение, желание двигаться к другому.

Тормоз: система защиты

Тормоз реагирует на угрозу или небезопасность.

Он включает:

– страх (беременности, боли, отказа),

– стыд («это неправильно»),

– стресс («слишком устал, не до этого»),

– тревогу («что обо мне подумают»).

Когда тормоз активен, даже сильное желание может замереть.

Это не «я холодная/холодный». Это значит: в этот момент тормоз работает громче газа.

У всех разный баланс

У кого-то очень чувствительный газ: малейший сигнал – и желание просыпается.

У кого-то очень сильный тормоз: любое сомнение – и поток перекрыт.

Это нормально.

Это не дефект, а индивидуальная настройка системы.

Пример из жизни

В отпуске:

– газ активен: расслабленность, новые впечатления, тело отдыхает;

– тормоз тихий: безопасно, никто не торопит, нет стресса.

Желание появляется легко.

После рабочего дня:

– газ слабый: усталость, нет сил;

– тормоз сильный: стресс, мысли о задачах, раздражение.

Желания может не быть совсем.

Важный инсайт

Желание – это не «норма» и «поломка».

Это баланс газа и тормоза.

Если газа мало – ищи, что тебя возбуждает и радует.

Если тормоз силён – смотри, где небезопасно или слишком много стыда.

Практика: где мой газ и мой тормоз?

Закрой глаза.

Вспомни ситуацию, когда тебе хотелось близости.

Спроси себя:

– что включало мой газ? (прикосновение, доверие, фантазия?)

– был ли там тормоз? (сомнение, тревога, стыд?)

Теперь вспомни ситуацию, когда желания не было.

Спроси себя:

– газ был слабый или тормоз был слишком сильный?

Запиши пару слов для каждой ситуации.

Модель газа и тормоза помогает увидеть:

– сексуальность не «сломана»,

– иногда просто активен тормоз, и это можно заметить и ослабить,

– иногда нужен газ – маленький, но настоящий стимул, чтобы поток ожил.

Сексуальность – это как движение машины.

Главное – не обвинять себя за то, что не еду, а понять: сейчас работает тормоз.

Нейрофакт

Модель «газа и тормоза» имеет точное нейрофизиологическое подтверждение.

«Газ» – это работа дофаминергических путей (в первую очередь вентральной тегментальной области и прилежащего ядра), которые усиливают интерес, возбуждение и стремление к контакту.

«Тормоз» – это сеть амигдалы и префронтальной коры, которая следит за безопасностью и социальными границами. Когда стресс или страх активируют тормоз, кровь оттекает от зон удовольствия к зонам контроля – и желание буквально «гаснет».

Но когда ты осознаёшь, что тормоз включён не потому, что «что-то не так с тобой», а потому что мозг пытается защитить, – уровень кортизола падает, и тело постепенно возвращается в равновесие.

Глава 4. Fight / Flight / Freeze: защитные реакции тела

Мы часто думаем о сексуальности как о зоне удовольствия.

Но для мозга в первую очередь это зона безопасности.

Если мозг чувствует угрозу, желание уходит на второй план.

Тело включает базовые механизмы выживания: сражаться, убежать или замереть.

Fight – сражаться

Тело напрягается, мышцы готовы к действию.

Может появиться раздражение, злость, желание «оттолкнуть».

Пример: партнёр настаивает на близости, когда ты не хочешь.

Тело отвечает: «Нет, не трогай!»

Flight – убежать

Сердце ускоряется, дыхание становится поверхностным, появляется импульс «уйти отсюда».

Это не всегда реальный побег – иногда внутренний: отвлечение, «уйти в мысли».

Пример: человек соглашается на секс, но внутри «уходит», думает о работе или «когда это закончится».

Freeze – замереть

Тело «выключается». Может быть онемение, холод, пустота.

Это древний способ защиты: «если я замру, меня не заметят, я пережду».

Пример: в близости человек перестаёт что-либо чувствовать, как будто выключает себя.

Почему это происходит?

Потому что мозг ставит выживание выше удовольствия.

Если есть сигнал угрозы (стыд, страх, давление, воспоминание из прошлого) – система безопасности заглушает всё остальное.

Это не дефект. Это способ тела защитить тебя.

Конфликт ума и тела

Умом человек может хотеть близости («я люблю его», «мне интересно»).

Но тело в этот момент включает защиту.

И тогда рождается внутренний разрыв: желание есть, а телесного отклика – нет.

Практика: заметить защиту

Закрой глаза.

Вспомни момент, когда желание исчезло или не появилось.

Спроси себя:

– моё тело тогда хотело сражаться? (fight)

– хотело убежать? (flight)

– или оно замерло? (freeze)

Просто запиши одно слово.

Важный инсайт

Ты не «сломанный» и не «холодный».

Твоё тело защищает тебя.

Fight, flight, freeze – это не враги, а хранители.

Когда ты их распознаёшь, у тебя появляется выбор: не обвинять себя, а увидеть, что происходит.

Сексуальность невозможна без чувства безопасности.

И чем лучше мы понимаем свои защитные реакции, тем свободнее можем проживать желание – без насилия над собой.

Нейрофакт

Когда ты касаешься того места в теле, где живёт напряжение, и дышишь туда, ты не просто расслабляешь мышцы. Ты активируешь вентромедиальную префронтальную кору – центр, который успокаивает амигдалу и снижает тревожность.

Тело получает новый сигнал: «меня видят, я в безопасности». И то, что раньше было защитой, начинает превращаться в доверие.

Так в теле рождается первая форма свободы – не от ума, а от контакта.

Глава 5. Почему сексуальность – не только про секс

Когда мы слышим слово «сексуальность», почти всегда представляем секс.

И это понятно: культура связала эти два понятия почти полностью.

Но на самом деле сексуальность – гораздо больше.

Секс – это одна из её форм. А сама сексуальность – это жизненная энергия, способность быть в контакте, чувствовать и выражать себя.

Сексуальность ≠ секс

Секс может быть, а сексуальности нет:

– когда человек делает всё «правильно», но не чувствует ничего;

– когда близость превращается в обязанность или сделку;

– когда тело участвует, но душа «выключена».

И наоборот: сексуальность может быть без секса.

Она проявляется в смехе, в танце, в творчестве, в голосе, в том, как человек смотрит или двигается.

На уровне мозга

Мы уже видели: желание рождается не в одной точке, а в оркестре.

И этот оркестр звучит не только в сексе.

– Дофамин радует нас, когда мы начинаем новое дело.

– Окситоцин наполняет, когда мы обнимаем друга.

– Эндорфины улыбаются, когда мы танцуем или смеёмся.

Все эти процессы – та же энергия сексуальности.

На уровне тела

Сексуальность – это не техника и не поза.

Это дыхание, тепло кожи, живость движений.

Если тело зажато, энергия течёт плохо.

Если тело доверяет – сексуальность оживает, даже без прикосновения другого.

На уровне жизни

Сексуальность – это жажда жить.

Искать, пробовать, ошибаться, создавать.

Это энергия любопытства и движения.

Когда человек подавляет сексуальность, жизнь становится плоской.

Когда он её открывает – ярче становится всё: еда, творчество, разговоры, работа.

Личный штрих

«Я однажды заметила: самые живые моменты в моей жизни не всегда были связаны с сексом. Иногда это был танец под музыку. Иногда смех до слёз. Иногда тёплый взгляд любимого человека. И все эти моменты были сексуальными в самом глубоком смысле: они напоминали мне, что я живая».

Практика: сексуальность вне секса

Закрой глаза.

Спроси себя: «Когда в последний раз я чувствовал(а) себя живым, вибрирующим, настоящим – без секса?»

Вспомни этот момент.

Что ты тогда делал(а)? Где была энергия в теле?

Запиши это.

Ты увидишь: сексуальность уже проявляется в твоей жизни – она шире, чем постель.

Итог

Сексуальность – это не только про секс.

Это способность быть живым.

И когда мы перестаём сужать её до одной роли, мы возвращаем себе целостность: право радоваться, чувствовать и дышать свободно.

Нейрофакт

Когда ты чувствуешь вдохновение, тепло, интерес или радость – в мозге активируются те же цепочки, что и при сексуальном возбуждении. Это дофамин, окситоцин, эндорфины и серотонин – химия живости. Разница лишь в том, куда течёт энергия: не в партнёра, а в жизнь.

Вот почему танец, смех или творчество могут вызывать ту же волну, что и близость. Для мозга сексуальность – это не акт, а состояние связи с собой и с миром. Когда ты дышишь полной грудью, смотришь, творишь, смеёшься – ты уже в этом потоке.

Глава 6. Первые отпечатки: стыд, запреты, смешки

Сексуальность кажется чем-то взрослым. Но её корни уходят в самые ранние воспоминания. Мы впервые встречаемся с темой не через свой опыт, а через чужие слова, взгляды и реакции. И именно они оставляют в теле отпечатки – как первый штрих, который потом запускает реакцию снова и снова.

Первое знакомство

Подумай, когда впервые в твоей жизни прозвучало слово «секс».

Чаще всего это не был разговор о любви или нежности.

Это была шутка, неловкость, запрет, смех, ругань.

Именно этот момент часто становится «ключом»: тело запоминает не событие, а чувство рядом с ним.

– Если рядом был стыд – тело сжимается.

– Если был смех – тело может включать защиту «несерьёзно относиться».

– Если был страх – тело закрывается.

Тело хранит не факты, а чувства

Мозг может забыть детали, но тело помнит, как это было.

Оно не хранит хронологию, оно хранит отпечатки эмоций.

Как будто на белом листе остался первый мазок: «стыдно», «опасно», «нельзя».

И потом, каждый раз при встрече с темой, этот отпечаток оживает.

Примеры

– Ребёнок трогает своё тело, а взрослые резко говорят: «Не трогай, это плохо».

Тело запоминает не слова, а резкий холод стыда.

– По телевизору мелькнула сцена, и родители велели отвернуться.

Тело хранит ощущение «что-то опасное, надо спрятаться».

– Одноклассники пошутили, и все засмеялись.

Тело запомнило неловкость и желание исчезнуть.

Почему это важно

Мы думаем: «Я закрываюсь сейчас, потому что со мной что-то не так».

Но в реальности тело просто повторяет старую программу.

Закрытость – это не про сегодняшний момент.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.