Рита Короб
Особенное чувство

* * *

Марк

Припарковавшись со Львом у входа в офис, выходить не спешили. Следовало обсудить детали сделки до встречи с директором.

Формально это выглядело, как будто я нанимаю компанию "Стрела" на аутсорсинг для решения задач своего агентства недвижимости. Для прикрытия у меня официально в собственности был ряд таунов в черте города, которые активно сдавались в наем. А это означало множество хлопок по их оснащению, уборке и ремонту.

На самом деле пять лет назад, после ранения, меня перевели в контору, и я занимаюсь поставками всего необходимого для общей кампании. Умение выполнять работу без эмоций и вопросов ценилось во все временами, а ничего другого я не умею.

Глухота в левом ухе приводила порой в бешенство. Я всё время поворачивался на звук, которого не было, реагировал с опозданием, путался в пространстве. Однажды чуть не уронил стакан воды, потому что просто не услышал, как он наклонился когда задел край стола.

Поэтому сегодня, что бы объясняться с Максом – новым партнером нашей сети, я взял с собой Льва. Лев поможет сгладить неловкие моменты и наладить контакт.

На деле партнерства не будет. Руководить деятельностью "Стрелы" буду я. В интересах своего руководства выполняя в приоритете нужные заказы кампании, доходы на зарплату и развитие, как и возможность заниматься прежней деятельностью у Макса будет, для своих он будет выглядеть автономно, но задачи на логистику от меня будут для него в приоритете, моя роль это контролировать.

Выйдя из машины, заметили на крыльце сотрудницу, вносившую в стеклянную дверь большой зачехленный макет. Кроме неловких движений привлекли внимание красные вязаные варежки свисавшие с рукавов строгого серого пальто. Это контрастировало, вызывало ощущение, что мы приехали в детский сад и, прикрываясь детишками, будем торговать настоящими танками.

Повернулся к коллеге, он с прищуром наблюдал за девицей, явно красные варежки тоже привлекли его внимание.

Перекурив, и дав возможность всем в "Стреле" собраться в переговорной, начали подниматься в офис.

Лифта в четырех этажном здании не было. А я почти не мог нормально ходить. Каждое утро начиналось с боли – тупой, ноющей, напоминающей, что моё тело больше не принадлежит мне. Но хуже всего было колено. Пол года назад первые попытки согнуть его без резкой боли заканчивались матами, когда я пытался стоять дольше 10 минут приходилось постоянно переминаться, а хождение по лестнице было всегда аттракционом боли.

Надеюсь, кабинет мне подобрали на втором этаже.

Переговорная с, как водится, модными панорамными окнами была на четвертом.

В просторном зале нас ждали.

Команда Макса, руководство "Стрелы" устроились по одну сторону стола, нам, как гостям полагалось расположиться спиной ко входу.

Говорил и подавал договора для подписания Лев.

Я не хотел портить о себе впечатление в первый день и предпочел отмалчиваться. Хотя мой внешний вид давно никого не располагал вести беседы. Левая сторона шеи и лица – сплошной ожог от взрыва, приведший к глухоте, далее по телу ожоги скрывались под одеждой, но у многих даже быстрый взгляд на мою левую щеку вызывал неприятие.

Я привык к этому. Я научился терпеть. Каждый день одно и то же: тренировки, упражнения, холодные компрессы на колено, таблетки, проклятые взгляды любопытных на улице.

Кроме Макса, присутствовали еще три парня и девушка, девушка сидела с края стола, и её взгляд неприкрыто скользил по моей левой щеке. Нетактичность раздражала, но оборачиваться не хотелось.

Перезнакомившись со специалистом по закупкам, начальником отдела логистики, безопасником, мы подписали договор и осталось время согласовать мелкие детали.

– Марк Игоревич, теперь Ваш непосредственный руководитель, прошу уважать и по всем вопросам обращаться напрямую, – подытожил Макс. Обведя кабинет добавил:

– Уна, старший менеджер в офисе, покажет кабинет и решит организационные вопросы.

Моя должность для всех была директор по развитию, хоть с сегодняшнего дня я руководил самим Максимом, его подчиненные этого не знали, но переходили под моё начало.

Макет, принесенный красными варежками с утра, был в торце стола, новый логотип, корпоративные цвета, визитки, пускали пыль в глаза, и призваны были отвлечь внимание сотрудников "Стрелы" от настоящих процессов и изменений, так же предполагалось провести корпоратив, что бы отметить расширение. Кое-кто из конторы так же будет работать теперь в офисе и это выглядело как слияние двух компаний.

Имя Уна привлекло моё внимание, держалась старший менеджер на удивление расковано.

Разозленный на её разглядывания, я откинулся на спинку кресла и уточнил:

– Чем же занимается твой старший менеджер и что делает на переговорах со взрослыми? Или ты решил поделиться талантами такой ценной сотрудницы с нами?

Я откровенной намекал, что они спят. У Макса была жена и дети, но видимо, его не обошли модные тренды держать на работе любовницу.

Реакцию была неожиданной, у Макса и мужской половины отвисли челюсти, Уна же резко встав, вылетела из зала.

– Уна, способна заменить каждого в "Стреле". Со временем вы подружитесь. – Макс явно забавлялся увиденным, подавшись вперед, добавил. – это моя сестра.

Я же зарекался говорить сегодня. Так ошибиться даже не мог себе представить.

– Слишком быстро и неправильно понял ситуацию. – я развел руками.

– Тебе лучше извиняться перед Уной.

На этом все начали выходить из переговорной.

– Кабинет Уны на 4 этаже, напротив твоего.

Желание требовать себе кабинет на втором этаже пропало. Я никогда не обижал женщин. Прекратив из-за уродства всяческое общение с противоположным полом, я и представить не мог, что так одичал. Решил зайти к ней, познакомиться еще раз.

Уна

Макс явно, что-то недоговаривает. Эти двое напитывали атмосферу в кабинете страхом. Без лишних усилий они подчиняли. Очень тяжелая энергия. Я была рада, что наблюдаю со стороны, не думаю, что выдержала бы прямой взгляд этого нового директора. От шрамов на лице не могла отвести взгляд, пялилась как дура. Вот он и разозлился.

Марк Игоревич Сухов. Скорее Мрак. Решила дать ему кличку Сумрак.

Моя роль в "Стреле" была неприметной. Несколько лет назад Макс позвал меня на работу не просто так. Ему был необходим стукач, коллектив молодой компании вместо продуктивной работы на результат погряз в интригах и сплетнях. Нужен был человек со стороны, под прикрытием, на маленькой должности, но с большими, скрытыми для всех полномочиями.

Меня такая работа устраивала, для всех я получала средний оклад, выполняла обязанности типа завхоза. На деле я была правой рукой директора, получала процент от дохода. Часто ездила на встречи с партнерами и всегда находилась в курсе всех сделок. Со мной откровенничали все. О том, что я сестра директора узнали не так давно и то лишь, несколько человек. Я была другом всем коллегам, своим человеком во всех отделах, там самым пресекая нездоровую атмосферу и выявляя недобросовестных и недоброжелательных сотрудников.

Моя кличка была Моль, я сама её себе придумала. Привычка давать всем клички это своего рода возможность запомнить роль каждого в коллективе.

Благодаря обычной внешности, я всегда терялась на фоне офисных красавиц, зато всегда становилась удобной жилеткой и всё понимающей подружкой.

Моя профессия педагога предполагала хорошее знание социологии. И роли себе я выбирала сама. Это наполняло мою жизнь интересом и красками.

Но вот с содержанками меня как-то не путали.

С чего он решил, что я сплю с Максом? Я бросала на Макса тревожные взгляды на собрании, не могла себе объяснить выбор таких неприятных партнеров. Но принять меня при этом за любовницу?… Макс предупредил, что новый директор не будет знать, чем я занимаюсь на самом деле, хотя если догадается или спросит тайны не делать, но пока так же в образе простого менеджера, наблюдать.

На самом деле я выбежала не от обиды. Я задыхалась от нервной обстановки и непонятной угрозы исходившей побольшей части от Сумрака. Его юрист Лев, был явно профессионалом и эмоций не проявлял вообще, но и явной опасностью от него не веяло.

Зайдя в кабинет, взяла сигареты, на пожарной лестнице была моя персональная курилка. Отчего-то стало весело. Надо же, моль-любовница. Какая-то давно забытая часть меня саркастически смеялась. А ведь, я приняла Сумрака за очень умного мужчину, неужели ошиблась?

Марк

Мой кабинет радовал аскетизмом в мебели и качественным ортопедическим креслом. Быстро осмотревшись, я решил уладить вопрос с Уной. В кабинете с табличкой "Старший менеджер" никого не оказалось. Я решил осмотреться, здесь явно было обжитое место, хотя никаких личных деталей на поверхностях не было.

Но на окне были шторы вместо жалюзи, для посетителей была маленькая софа, а не стул, а вместо монитора, ноутбук.

Развернувшись я столкнулся с секретарем, которая принесла стопу документов.

– Уну Андреевну ищите? Она у программистов на втором, наверное, играет.

Играет? Поблагодарив, милую Верочку, я решил удивиться до конца. В каком смысле она играет.

Но меня отвлек звонок, уйдя разговаривать к себе, я и не заметил, как начало новых поставок отвлекло меня от извинений. Круговорот документов с которыми мне пришлось разбираться без Льва на месте не заканчивался. Подкупало дружеское расположение Макса, к концу рабочего дня я был почти уверен, что мы с ним сработаемся.

– Ирисы. Уна любит ирисы. – Максим насмешливо смотрел на меня. – Советую тебе расположить её к себе.

– А не проще ли тебе её уволить? – такое панибратство хотелось пресечь сразу.

– Ты оценишь её профессиональные качества позже, а пока, воспользуйся советом – купи ирисы, сейчас как раз весна – их сезон.

Максим, еще раз усмехнувшись, и не дожидаясь ответа, вышел.

Утро. Я купил ирисы, флорист добавила еще какой-то травы, букет выглядел оригинально. Но я заморочился с букетом не из-за мук совести, или совета Макса. А из-за того, что этой ночью узнал, что Уны Андреевны Загорской не существовало. Причем не только в соц.сетях. её не существовало ни в одной базе данных. Как и сестры у Макса, ни родной, или какой-либо вообще подходящей под возраст. Как он сказал? Старшая? Значит старше 36 лет. Вчера я искал любого возраста по всем параметрам.

Уна была только в отделе кадров "Стрелы", вне фирмы её не было. Так же я проверил ещё половину сотрудников, больше загадок не было, все были на виду.

А эта была задачей, и для решения, я сделаю вид, что мне интересно играть по правилам.

Я вошёл в её кабинет, постучавшись. На моё: "Доброе утро!" Уна неловко улыбнулась и ничего не ответила. Это нормально. В последнее время я производил такое впечатление на всех женщин, что встречались у меня на пути – они молчали и как-то странно улыбались. Это был стандартный сценарий моего общения со всеми женщинами.

Она не улыбалась, а лишь молчала. Я подошел и присел напротив, не заботясь о том, чтобы произвести впечатление. Я был не в настроении для мелких церемоний.

– Кофе, будете, Марк Игоревич?

– Если чашка кофе означает, что мои извинения приняты – то, не откажусь.

– А разве были извинения?

Я молча перевел взгляд на букет на столе.

Уна легко перехватила инициативу в свои руки:

– Давайте сделаем вид, что вчерашнего дня не было, мне кажется, у Вас это хорошо получится. Так что кофе? Черный? Большую чашку без сахара?

Не смотря на её веселый тон, глаза оставались серьезными.

В них хотелось смотреть, что бы рассмотреть что-то важное. Потому что смотреть не удавалось. Уна смотрела слишком прямо, не откровенно, без жалости, казалось она держит эмоции лучше меня.

– Нет, я бы выпил кофе как мировую, но давай следующий раз. У меня много работы.

Я поднялся. Но внутри, я понимал, что сбегаю, что не могу с ней расслабленно разговаривать.

Дни сменялись неделями. Команда Макса мне нравилась всё больше. Очень слаженная работа, и, главное, что лишних вопросов никто не задавал. Я посадил почти в каждый отдел своих людей и необходимый механизм начал работать. Предстояло ехать в командировку, начинать расширение, пробовать Макса на первые скрытые поставки.

Организовывался корпоратив, где мне предстояло появиться. Лишнее внимание большого коллектива было мне неприятно, но пока нужно было не выпадать из созданной легенды. Как я понял, собантуи и корпоративные выезды за счет компании были частыми плюшками и активно приветствовались всеми сотрудниками.

В этот раз решено было просто оторваться в клубе с танцами в четверг.

Мое присутствие предполагалось. Мне же хотелось посмотреть на Уну в неформальной обстановке. Или что там говорить, мне хотелось на неё смотреть. На работе эта общительная особа уделяла внимание всем кроме меня. Она действительно решала много вопросов, могла запросто сесть на кресло секретаря, подменив Верочку, могла помочь в бухгалтерии и легко справиться с графическим редактором. Она вела переговоры за Макса и была всегда в теме любого вопроса. Именно поэтому я со своими проектами держался подальше. Но любопытство эта женщина вызывала. Однажды столкнувшись с ней на входе в курилку на пожарной лестнице я услышал запах её духов. Аромат столь неуловимый, что только порывом ветра стал заметен.

Уна вела со мной насторожено. Вежлива и спокойна, она словно оборонялась никогда не продолжая разговор и всегда отступая при разговоре на расстояние.

К моему уродству на лице коллектив отнесся с пониманием, уже через месяц во взглядах не было не жалости, ни любопытства. Я многое для этого делал: жалеть жесткого руководителя никто не собирался, как и задавать вопросы немногословному начальнику.

И все же в один день, я понял, что ищу внимание Уны. Она приходила на работу до начала рабочего дня, видимо выполняя срочную работу в покое в кабинете, уходила во время, но тоже пешком. Однажды, в дождь, я предложил подвезти, но она сказала, что поедет с Максом, хотя позже вызвала такси.

Все свободное от работы время мои мысли возвращались к Уне. Она была ребусом, к которому я не знал как подступиться.

Я приехал в арендованный на вечер для корпоратива клуб с опозданием. Все уже были расслаблены алкоголем, и хотелось всех изучить поближе. Через неделю отправлялась транзитом первая партия, и не мешало лишний раз ко всем присмотреться.

Уна сегодня притягивала мой взгляд. Одетая в джинсы с кроссовками, она казалась легкой и свободной. И сегодня она пила. По виду это напоминало виски, по веселому смеху было понятно, что не первый бокал. Я присоединился к её компании на балконе. Кроме Макса с женой, за столиком был его зам и айтишник с Верочкой. Через несколько часов беззаботной болтовни с перекидыванием шутками, перемешанной с побегами танцевать и покурить, Уна засобиралась домой.

– Я отвезу, – так как я пил только воду, я предложил отвезти её домой. Это всё слышали, я надеялся, что при таком раскладе она не будет меня бояться и повода отказаться не найдет, но улыбка замерла на её лице. Расчет оказался верный. Вся компания так же замерла, ожидая её ответа, и она не решалась в открытую отказаться от дружеского предложения. На помощь пришла Верочка, сообщив, что поедет с нами, и её тоже нужно доставить домой.

В машине обе сели на заднее сиденье. Выслушав для вежливости адреса обеих, я повез домой Верочку, сообщив, что в районе в котором жила Уна пока пробка.

Уна

Я весь вечер пила яблочный сок. При умелом поведении мне легко выдавать его за виски, так как я в принципе не очень его люблю. Смеяться вместе со всеми получалось легко, так как атмосфера была наполнена шутками и яркими эмоциями. О таком своем решении я не пожалела, когда Марк все-таки приехал. Он тоже пил только воду, причем со своей бутылки практически не выпуская её из рук.

Мне казалось, что он следит за мной. Хотя наверное он сканировал всю ситуацию вокруг. Ничего не ускользало от его внимания. Вроде бы ведь сидит за всеми за столом, но успевает обвести взглядом зал, рассмотреть танцующих с балкона, проводить взглядом официантку. Возможно, это профессиональная привычка бывшего военного, говорят же бывших военные не бывает, но все же мне тут, что-то другое.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.