# Двойная жизнь

Даниэлла Ник

– Зачем ты вообще на мне женился? Чтобы изменять? – набираюсь смелости, и вскидываю на своего мужа горящий взор.

– Ох, – издевательски смеется он. – У тебя голос прорезался, наконец? Спустя три года? Долго же ты терпела!

– Потому что любила тебя. И верила!

Ярослав срывается с места и вжимает меня в стену, опаляя горячим дыханием.

– И дальше будешь любить и верить. Потому что ты никто без меня. Ноль без палочки! А будешь трепыхаться, я заберу детей. И больше ты их не увидишь!

❤️❤️❤️

Я три года жила двойной жизнью, на людях делая вид, что в нашей семье все прекрасно. Рожала детей, следила за домом и просто обожала своего мужа, который, как выяснилось, женился на мне ради карьеры и прикрытия своих тайных похождений. Мне придется поменяться самой, превратившись из инфантильной наивной простушки в сильную женщину, ради защиты своих детей и собственных интересов.

## Глава 1. Леся

Маленький Тимоша блаженно щурится от удовольствия, не выпуская из своего беззубого ротика мой сосок. Он уже вполне наелся молока, но, видимо, запланировал заснуть на маминой груди. Я обожаю эти интимные моменты материнства и не тороплю своего шестимесячного сына.

Сердце переполняется нежностью и безграничной любовью к малышу, а на глазах даже наворачиваются слезы умиления.

– Хороший мой, – ласково шепчу я, гладя его по пухлой щечке. – Мамин мальчик. Самый красивый!

Тимоша сонно моргает, не выпуская меня из виду, после чего его глаза слипаются, и он засыпает. Некоторое время сижу, не шелохнувшись, чтобы не спугнуть чуткий сон. Спина немного затекла, но я стоически терплю. Сон сейчас по расписанию короткий – всего сорок минут. И у меня дилемма. Лечь спать вместе с ним, или заняться домашними делами, пока двухлетний Лева в детском саду, а Ярослав, мой муж, на работе.

В итоге чувство ответственности пересиливает, и я, осторожно переложив сыночка в кроватку, укрываю его тонким одеялком и включаю видеоняню.

Спешу на кухню, где после утренних сборов царит маленькое побоище. Убираю со стола грязную посуду, затираю с пола сок, который пролил Лев и достаю из морозилки курицу на разморозку.

Загружаю посудомойку, после чего отправляюсь в спальню. Нужно поменять постельное белье и заняться глажкой. У Ярослава осталось всего две свежих сорочки, а он не любит, когда их висит мало в гардеробной, с утра мне высказал свое недовольство. В идеале их должно быть минимум десять.

За сорок минут сна младшего сына успеваю прибраться, протереть пыль, пропылесосить, полить цветы и почистить зубы. На душ и мытье головы времени уже не остается, закручиваю привычную гульку из волос и откладываю водные процедуры на длительный сон малыша.

Едва включаю чайник, чтобы побаловать себя растворимым кофе, видеоняня оживает, и я со всех ног спешу в детскую. Позавтракать я до сих пор не успела.

Тимоша проснулся и делает попытку сесть, но еще не до конца овладел этим навыком, поэтому не находит ничего лучше, чем начать плакать и просить моей помощи.

– А кто это у нас тут проснулся? – журчу я, взяв его на ручки. – Кто такой хорошенький и миленький? Теплый ото сна? Тимоша? Тимоша!

Зацеловываю его всего, вдыхая неповторимый детский запах молочка, и он начинает довольно хохотать, запрокидывая головку. Тима уже довольно прилично весит и долго носить его на руках я не могу, спина устает и ноет шов после кесарева. Малыш тянется к груди, которую я оголяю по первому требованию и с удовольствием ей причмокивает.

Из кухни доносится звук мобильного телефона, и я спешу туда со всех ног.

– Кто это нам звонит, Тимоша? – улыбаясь, спрашиваю на ходу. – Папа, наверное?

Сын, услышав про папу, тут же навостряет ушки, и вертит по сторонам головой, в поисках родителя.

– Он на работе, малыш! – хватаю свой телефон и убеждаюсь в своей правоте. Муж. – Алло?

– Леся? – доносится до меня мужской голос. – Чего так долго?

– Из детской бежала, – пытаюсь, чтобы голос звучал уверенно, но он предательски дрожит. – Тимошу кормлю. У тебя что-то срочное?

– Разумеется, срочное! – рявкает он. – Одного понять не могу, ты в декрете, не работаешь. Неужели сложно телефон держать при себе, чтобы я не ждал?

– Прости, Яр! – примирительно выдыхаю я, стремясь разрядить обстановку.

Похоже, у мужа опять проблемы в бизнесе, и он, как всегда, срывается на мне.

– Я вечером задержусь. Льва забрать не смогу из детского сада. Давай сама, как-нибудь!

– Но, – растерянно блею, поглядывая в окно. Всю ночь снег валил, и коммунальщики явно не успеют добраться до заснеженных тротуаров и расчистить завалы. – Мы даже гулять не идем сегодня с Тимом, чтобы не застрять на коляске. Как же мне быть?

– На руках унесешь его! – фыркает муж. – Не переломишься. Рюкзак надень, или как там он называется?

– Тимоша еле помещается в него в зимнем комбинезоне, и вообще, отказывается в нем сидеть.

– Не еби мне мозги, Леся! Реши вопрос. Или оставляй Леву с ночевкой в саду. Ты этого добиваешься?

– Я решу, Ярослав. Решу! – покорно киваю, чувствуя, как глаза увлажняются от слез, а грудь как канатами стягивает от обиды. – Как-нибудь справлюсь.

– Вот и отлично. И да, не жди меня. Буду поздно. Хотя, ты и не ждешь. Вечно в девять часов спать ложишься, как старая бабка!

Ярослав отключается, а я еще какое-то время сижу неподвижно с трубкой в руках, судорожно соображая, что же мне придумать.

Конечно, в подобной ситуации, мне бы помогла мама или няня, о которой я мечтаю. Но Ярослав и слышать не хочет ни о какой помощи. По его мнению, я только и делаю, что бездельничаю целыми днями и сосу из него деньги.

Тимоша, насытившись, вырывается из рук, и я спускаю его на развивающий коврик, чтобы он немного поиграл. Прошу умную колонку включить детские песенки и, наконец, завариваю себе кофе. Ощущаю зверский аппетит и открываю холодильник в поисках съестного. На полках лежит колбаса, вяленое мясо и два вида сыра. От их вида во рту слюна скапливается, но я, сжав зубы, выдвигаю ящик с фруктами и вынимаю яблоко.

Во время второй беременности я значительно поправилась, и до сих пор не могу вернуться к добеременному весу. На бедрах и боках скопились лишние килограммы, а грудь после кормления в растяжках. Стоит ли говорить, что я не особо привлекаю своего мужа как женщина, и ежедневно выслушиваю в свой адрес тонну осуждения.

Пока Тима занят, выпиваю кофе, грызу яблоко и захожу на сайт поликлиники, чтобы записаться на прививку. Стараюсь ставить детям по прививочному календарю и не отклоняться от плана.

Спустя десять минут сыну надоедает играть одному, и он требует моего внимания. Я спускаюсь к нему на пол, и достаю из шкафчика сортер и пирамидку. Демонстрирую ему цвета и формы, читаю нараспев стихи и бесконечно тискаю.

Времени на слезы нет, да и какой в них смысл? Только глаза опухнут и нос, а я и так далеко не красавица. Даже забыла, когда в последний раз пользовалась косметикой и ходила на маникюр.

С ребенком на руках, загружаю очередную стирку, развешиваю белье и достаю чистую посуду. Затем усаживаю сына в стульчик для кормления и даю банан в ниблере. Пока Тим занят, мариную курицу и чищу картошку на ужин. Для Ярослава крайне важно есть свежую еду, и я всегда стараюсь готовить максимум на один-два раза. Уже в процессе готовки ловлю себя на мысли, что, наверное, он и ужинать не будет, раз вернется поздно. Но звонить и уточнять у него не решаюсь.

## Глава 2. Леся

Ближе к пяти часам вечера, меняю Тиму подгузник и одеваю на улицу. Слава богу, он хорошо поспал днем и не капризничает. Я же, за время его сна, помылась и даже успела нанести на лицо питательную маску. Красоты мне это, разумеется, не добавило, но настроение слегка приподнялось.

– Котик, – натягивая теплую шапку на сына, приговариваю. – Посидишь в эргорюкзачке, хорошо? Мы с тобой быстро обернемся. За Левой в садик, и обратно. Я написала Ирине Павловне, чтобы твоего брата собрали к нашему приходу, а нам не ждать его и не париться.

Тимоша что-то мне отвечает на своем, но не куксится, из чего я делаю вывод, что мы договорились. Натянув на него комбинезон с теплыми пинетками, запихиваю в рот соску и в секунду облачаюсь в пуховик, шапку и высокие ботинки.

Жарко становится мгновенно, ощущаю, как преет голова и по спине течет пот, пока надеваю рюкзак и пытаюсь запихнуть туда Тима.

– Давай, малыш, – дергая за лямки, приговариваю. – Иначе, никак. На коляске мы не доберемся, а на руках мне тебя не утащить. Ты видел свои щеки, зайчик?

Наконец, мы выходим на заснеженную улицу, и я облегченно выдыхаю. Как же, все-таки, хорошо. Свежо и морозно. Дышу полной грудью, ощущая себя свободной и легкой, несмотря на то, что ноги увязают в глубоком снегу, а на груди висит десятикилограммовый карапуз.

Чувствую в кармане вибрацию телефона и скорее его вынимаю, ожидая увидеть звонок от мужа. Но это мама обо мне вспомнила.

– Да, мамуля, – пыхчу как паровоз, упрямо шагая в направлении садика.

– Привет, Леся. Как дела?

– Отлично! Все здоровы, слава богу!

– Ты куда-то идешь?

– Да, за Левиком пошли с Тимошкой, – стремлюсь придать голосу веселость и беззаботность. – Ярослав задерживается на работе, не сможет забрать.

– Все-то работает, – приговаривает мать. – Береги его. Хороший у тебя муж.

– Да, самый лучший! – сама себя убеждаю в этом, прежде всего.

– Ты смотри, Леська. Не упусти его. Дома всегда должно быть чисто и опрятно. Еда горячая, дети чистые и воспитанные.

– Я помню, мама!

– Завтра Рождественский пост начинается, не забудь!

– Да. До шестого января.

– Ну все. Мальчиков поцелуй, и храни вас Бог!

От ее наставлений мне давно тошно, но я каждый раз делаю вид, что внимательно слушаю. Воспитанная в религиозной семье, всегда послушная и смиренная. Со мной никогда не было проблем ни в детском саду при храме, ни в школе, ни в институте, который я так и не успела закончить, выскочив замуж за красивого и богатого Ярослава Залесского.

Для меня его интерес ко мне, как к девушке, был очень неожиданным и приятным. Стоит ли говорить, что я влюбилась в первую минуту знакомства? Он был просто как герой из романов, которые я украдкой читала под одеялом, когда мама засыпала. Сильный, умный, харизматичный и, стыдно признаться, сексуальный.

Его ухаживания длились чуть больше трех месяцев, он трепетно ко мне относился, забирал с учебы на своей большой черной машине и даже несколько раз приглашал в кафе. Был очень нежен и ласков со мной, позволяя невинно целовать в щеку на прощание и держать за руку. Сердце сладостно замирало от этих проявлений нежности, а потом я долго не могла заснуть, вспоминая свои сладостные ощущения.

А потом он сделал мне предложение, и я, разумеется, согласилась. У нас была пышная свадьба со множеством гостей. Правда, с моей стороны была только мама и старенькая бабушка из Твери. Родного отца я ни разу в жизни не видела. Мою единственную подругу Ярослав забраковал, и я ее не пригласила на торжество. Маша на меня смертельно обиделась и больше мы с ней не общались.

Родители Ярослава приняли меня очень прохладно, особенно мама. На ее холеном лице было столько брезгливости, что мне стало не по себе. Благо, за три года нашего брака мы виделись четыре раза, и я совершенно не скучаю по ее присутствию в нашей жизни.

– Мамочка! – пищит Лева, размахивая маленькой зеленой лопаткой, завидев нас с Тимкой. – Ух, сколько снега!

Их группа гуляет на небольшом расчищенном от снега пятачке.

– Сынок! – наклоняюсь его поцеловать, пытаясь удержать равновесие и не свалиться в сугроб. – Как дела?

– Хорошо! – кричит он в ответ и со всего маху бьет варежкой Тима по голове. – Привет!

Шапка с бомбошкой амортизирует удар, и младший сын ничего не понимает, вертя головой по сторонам.

– Как прошел день? – спрашиваю воспитательницу, которая стоит рядом и следит за ковыряющимися в снегу детьми.

– Нормально, – чуть поджав губы, отвечает Ирина Павловна. – Правда, Лева сегодня задирался все утро. Ударил Сонечку и толкал Сережу. Еще написял в штанишки два раза.

– Я поговорю с ним, – клятвенно обещаю педагогу, беря Леву за руку. – Лева, нельзя драться! Сколько можно повторять?

– Поговорите, Алексия Михайловна. Будьте так добры!

– До свидания! Лева, скажи до свидания!

– До свидания! – машет ладошкой двухлетка, и мы покидаем территорию детского сада.

Пока пробираемся в сторону дома, Тимофею надоедает сидеть в рюкзачке, и он предпринимает попытку выбраться, изворачиваясь и подхныкивая. Лев устает идти по снегу, и начинает ныть.

– Возьми меня на ручки!

– Я не могу взять тебя, малыш. У меня там Тимоша!

– Я тоже хочу на ручки!

– Ты тяжеленький, котик! Двоих мне вас не унести! Потерпи, сынок! До дома совсем недалеко осталось, – забалтываю мальчика, тяжело дыша.

Чувствую себя загнанной лошадью и выбиваюсь из сил. Остаток пути преодолеваю на морально-волевых, потому что дети одномоментно закатывают мне истерику, истошно вопя. Молюсь про себя, чтобы Лев не удумал упасть на дорогу и орать, иначе я даже поднять его не смогу.

Наконец, вижу наш подъезд и со всех ног устремляюсь к нему, не обращая внимания на детские крики.

Вечер проходит, как обычно, сумбурно. Сначала мы раздеваемся, потом я меняю Тимоше подгузник, в это время на горшке по важным делам восседает старший сын и требует, чтобы я включила ему мультики. Но их смотреть в нашей семье запрещено. Можно слушать лишь аудиосказки и детские песенки.

Мультфильмы, как я догадываюсь, они с детьми смотрят в детском саду, поэтому дома тоже хочется. Тимофей требует грудь, Леве скучно сидеть на горшке, и он ноет, а я хочу выйти в окно, потому что я задолбалась, но меня никто не спрашивает.

После туалета, я пытаюсь накормить детей, потом мы садимся с Левой лепить медвежонка из пластилина, а Тим в это время рисует пальчиковыми красками на большом куске ватмана. Поглядываю на часы, стрелки неумолимо движутся к восьми вечера. Осталось искупать детей и уложить их спать, прибрать кавардак из игрушек, а затем выдохнуть, что день, наконец, закончился.

## Глава 3. Леся

Посреди ночи меня будит голодный Тимофей, требующий грудь. В состоянии анабиоза, достаю его из кроватки и, усевшись на краю супружеской постели, кормлю.

Глаза слипаются, я безумно хочу спать, но держусь в пограничном состоянии. Я вымотана донельзя. По сути, я нормально не спала уже три года. Закончив кормить Леву, я тут же забеременела Тимошей. Иногда я думаю о том, что пора плюнуть на грудное вскармливание и перейти на смесь, но мне тут же становится стыдно за свои мысли. Успею я выспаться и отдохнуть, а дети будут маленькими только один раз.

Прислушиваюсь к мирному сопению старшего сына и посматриваю на часы. Час ночи. Оборачиваюсь назад, ожидая увидеть спящего мужа, но его подушка оказывается пуста.

Тянусь за телефоном, лежащим на прикроватной тумбочке, надеясь хотя бы на какое-то сообщение от Ярослава, но там ничего нет. Пусто.

Тимоша, насытившись, вырубается, и я перекладываю его обратно. Наверное, нужно начать вводить кашу, чтобы он дольше спал ночью и не просыпался каждые два часа.

Ложусь в свою постель, но сон не идет. Странно, десять минут назад глаза слипались, а тут ни в одном глазу. Понимаю, что это из-за того, что мужа до сих пор нет дома. Зажав в руке смартфон, накидываю на сорочку халатик и на цыпочках шагаю на кухню. Включив подсветку, встаю у окна, вглядываясь в непроглядную темень.

Позвонить или не позвонить? Внизу живота пробегает холодок, я ужасно нервничаю. Где он? С кем? А вдруг с ним что-то случилось?

Захожу в мессенджер и открываю наш чат. Ярослав был в сети час назад. Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, набираясь смелости и, едва собираюсь духом набрать его номер, как слышу звук открывающейся входной двери.

Первым моим порывом, проскочить в спальню и притвориться спящей, но понимаю, что не успею. Он увидит меня в коридоре. Поэтому, стою на кухне, затаившись как мышка, обнимая себя за плечи. Может, он пойдет в ванную и не заметит меня?

– Леся? – доносится из-за спины голос мужа. – Чего не спишь?

– Тебя ждала, – растягивая задеревеневшие губы в улыбке, оборачиваюсь к нему. – Тимошу кормила, он недавно заснул. А у меня сон не идет, когда тебя нет рядом.

– Чаю налей мне! – просьба звучит как приказ, и я не могу ослушаться. Наливаю в чайник свежую воду для кипячения и достаю листовой чай для заваривания.

Ярослав ненадолго оставляет меня одну, судя по звукам, снимает в прихожей пуховик, а затем идет в ванную помыть руки. В это время я на скорую руку делаю бутерброды и завариваю травяной чай в стеклянном чайничке. Для себя наливаю горячей воды и растворяю в ней ложку меда.

– Как дети? – интересуется Яр, проходя мимо меня и усаживаясь за стол.

До носа долетает запах алкоголя вперемешку с женскими духами. Где он был? Пил с какими-то телками? Вопросов в голове много, но я даже боюсь их задавать.

– Нормально, – осторожно устраиваюсь напротив, поплотнее запахивая халат на груди.

– Верни как было! – неожиданно командует Залесский, вскидывая на меня темные глаза.

– Что именно? – не доходит до меня сразу.

– Сиськи покажи!

– Яр?

– Ну? Показывай! Что ломаешься, как целка? Ты моя жена. Какие вопросы?

Я, потупив взор, развязываю поясок от халата и распахиваю его.

– Сюда иди!

Поднимаюсь на ноги и несмело ступаю на его зов. Не люблю, когда он такой. Не знаю, как себя вести в таком случае. Вообще, секс с мужем мне приятен. Правда, он никогда не заботится о том, хорошо ли мне, но ведь это не главное? Он получает удовольствие и бурно содрогается в оргазме, кончая в меня. Я же, не имея совершенно никакого опыта, обычно послушно лежу как бревно, широко разведя бедра.

Ярослав прокатывается по мне тяжелым, как каток, взором и рывком снимает с плеч халатик вместе с сорочкой, обнажая налитую грудь. Рассматривает ее внимательно, а затем трогает своими большими ладонями.

Я не знаю куда деть свои руки, поэтому укладываю их на его плечи, ощущая под рубашкой бугристые мышцы. Ярослав хорош собой, много времени уделяет своему физическому состоянию и здоровью. От него всегда приятно пахнет, он тщательно подбирает для себя одежду, тратя на нее немыслимые суммы. Положение обязывает, он вращается в высоких кругах и должен выглядеть соответствующе.

– Поцелуй меня! – хрипло басит он, наклоняя меня к себе. Я чмокаю его в губы, прикрыв веки, внутренне напрягаясь. В ответ слышу тихий смех и немного расслабляюсь.

– Что?

– Нормально поцелуй, Леся. С языком!

Ярослав продолжает терзать мою грудь, оглаживая и наминая ее, а я исполняю его просьбу, вновь припадая к губам. Муж приоткрывает рот, впуская внутрь мой язык и тут же берет на себя инициативу. Доминируя, углубляет поцелуй, вылизывая мою ротовую полость, отчего внизу живота у меня запускается сладостное томление.

Чувствую, как он болезненно прищипывает мои соски, а затем, резко разворачивает меня к себе спиной, укладывая голой грудью на столешницу. Нетерпеливо отодвигает тарелку с бутербродами, отчего ее содержимое летит на пол, задирает подол моей сорочки и рвет трусы. Слышу, как бряцает пряжка ремня, вжикает молния, а в следующую секунду, в мое лоно с чавканьем погружается половой член.

Я издаю тихий стон, приподнимаясь на цыпочки и готовлюсь к мощным толчкам. Мы крайне редко занимаемся сексом в такой позиции, Ярослав пошире разводит мои ягодицы, и начинает плавно раскачиваться внутри меня. Я закусываю ладонь, чтобы не стонать, потому что мышцы влагалища плотно обхватывают мощный орган, разгоняя во мне удовольствие от вторжения.

– Сучка! – шипит муж, с оттяжкой шлепая меня по попе.

Двигается во мне, словно поршень, выбивая гортанные всхлипы. Внизу живота концентрируется что-то похожее на огненный шар, и я прогибаюсь чуть ниже, чтобы проникновение стало еще более глубоким. Я прикрываю веки, прислушиваясь к новым ощущениям, которые ранее были мне неведомы и понимаю, что мне безумно нравится.

Заостренные соски елозят по поверхности стола, между ног влажно и липко, а за спиной пыхтит муж, который яростно меня имеет, периодически отвешивая шлепки. Кровь под кожей циркулирует все быстрее, и я зажмуриваюсь от переполняющих ощущений. Чувство распирания внутри меня волнует все мое естество и я, похоже, скоро получу оргазм. Третий в своей жизни. Сама не верю своему счастью и несмело начинаю двигать бедрами в такт настойчивым проникновениям, как Ярослав резко замедляется, содрогается внутри меня и со стоном пригвождает меня к столу своим весом.

Я разочарованно хватаю воздух широко распахнутым ртом, чувствуя, как пожар, разгоревшийся в моей промежности, стремительно тухнет.

– В сексе – главное, чтобы мужчина кончил, – выдает Ярослав, спустя некоторое время. Выходит из меня, и укладывает член в трусы, а затем застегивает брюки. Я чувствую, как его теплое семя вытекает из влагалища и медленно сползает по внутренней стороне бедер. – Это необходимо для продолжения рода. Была бы ты не такой деревянной и закомплексованной, я бы показал тебе небо в алмазах. А ты – фригидная. Так что, не обижайся.

## Глава 4. Леся

– Лева, Ярослав, завтрак готов! – зову я своих мужчин, летая по кухне как электровеник.

Пока Тимоша сладко спит, успеваю сварить для мужа кофе и приготовить в мультиварке рисовую кашу на молоке. Это обязательный атрибут каждого утра, завтрак всей семьей. Правда, я обычно лишь присутствую на нем, потому что спокойно поесть мне редко удается. Лева, обладая неспокойным характером, постоянно вертится, размазывает еду по столу и бесконечно болтает.

Накладываю в тарелки ароматную кашу, щедро сдабривая ее сливочным маслом. Для сына достаю маленькую ложку, для мужа – большую. Красиво выкладываю салфетки и сервирую стол. Немного подумав, нарезаю багет и вынимаю из холодильника сыр с вяленым мясом на плоскую тарелку.

Есть хочется ужасно, Тимоша практически всю ночь висел на груди, высосав меня до дна. Закидываю в рот несколько орешков кешью и иду в детскую, чтобы позвать домашних еще раз. Наверное, не слышали меня.

– Ярик, Лева! – появляюсь в дверном проеме и замечаю, как сын, яростно пыхтя, пытается натянуть на себя колготки, а Яр зависает рядом в телефоне и даже не пытается ему помочь. – Вы чего кушать не идете?

– Мама, помоги! – просит Лев, с мольбой посматривая на меня. Личико заплаканное, из чего я делаю вывод, что он давно сражается со сложным элементом одежды.

– Конечно, зайчик!

Усаживаю ребенка на колени и быстро одеваю его.

– Вы опоздаете, – предупреждаю мужа, натягивая на сына костюм с машинками. – Еще поесть нужно.

– Каша! – хлопает в ладоши повеселевший сын.

– Не опоздаем! – откладывая айфон, выдает Ярослав, поднимаясь во весь свой немаленький рост. Смеряет нас взглядом и с неудовольствием замечает. – Мамка помогла одеться, все-таки? Эх ты, а еще мужик называется. Два года, а без мамки справиться не можешь.

– Он еще просто очень маленький, да, Левик? – зарываюсь носом в светлые кудряшки и чмокаю макушку. – Идемте на кухню.

Завтрак проходит относительно спокойно. Лев даже умудряется более-менее чисто поесть, а Яр не вылазит из своего телефона, совершенно не обращая на меня никакого внимания.

– Как прошла вчерашняя встреча? – нарушаю тишину, стоя около окна.

– Какая встреча? – с неудовольствием отвлекается от своего экрана муж.

– Ну, ты вчера задержался.

– И что?

– Я думала, встреча с партнерами или типа того. Мне показалось, или я почувствовала запах алкоголя? – хочу еще добавить про женские духи, но прикусываю язык.

Муж откладывает ложку и невозмутимо пьет свой кофе, окидывая меня ледяным взглядом.

– Тебе показалось, Леся, – наконец, удостаивает меня ответа. – Да, на следующей неделе у нас планируется новогодний корпоратив, я оставлю тебе деньги, купи себе что-нибудь из одежды. Приличное и не старушечье, как обычно.

Дыхание перехватывает, и я судорожно сжимаю в ладони кухонное полотенце.

– Ты возьмешь меня с собой? – ахаю я.

– Я же сказал. Ты оглохла?

– Мам. Я все! – Лева выбирается из-за стола и со всех ног улепетывает в детскую.

– А где будет корпоратив? – мысленно прикидываю, какие варианты нарядов в шкафу могут подойти. Пожалуй, там вообще нет ничего. Одни джинсы и спортивные штаны с толстовками.

– В ночном клубе «Гепард». Бывала там? – расплывается в ехидной улыбке муж.

Знает прекрасно, что я ни разу не была в подобных заведениях и совершенно не знаю, как мне себя вести.

– Не доводилось. А дети? С кем они останутся? Тимоша на груди, я не могу оставлять его надолго.

– Для этих целей вызовешь мать. Так и быть, пусть посидит с ними вечером. Надолго я тебя и не возьму. Побудешь для приличия пару часов и вернешься домой. Я бы вообще тебя не брал, но все будут семьями. Сама знаешь, для Дворецкого семья – это основа основ.

Дворецков Сергей Александрович – владелец девелоперской компании, где работает мой муж. За время нашего брака он сделал головокружительную карьеру от руководителя проекта до управляющего.

– Хорошо. Я подготовлюсь и сегодня же позвоню маме. Ты поздно вернешься вечером?

– Еще не знаю. А что?

– Мне нужно запланировать поход в магазин, – мягко отвечаю я. – Платье выбрать, туфли. Может, ты посидишь с детьми, пока я быстренько сбегаю в торговый центр?

– Ты нормальная? – фыркает муж, снова утыкаясь в телефон. – Сама реши этот вопрос. Я не собираюсь с ними сидеть. Считаешь, мне делать не хрен? Это твоя зона ответственности. Я зарабатываю деньги – ты растишь детей.

– Хорошо. Постараюсь сходить с Тимой днем, – тут же переобуваюсь.

Наивная, хотела пару часов провести в одиночестве, но не судьба.

– Яр, можешь оставить денег еще на детскую кашу и подгузники?

– Опять закончились? Ты их раздаешь на улице, что ли?

– Я стараюсь экономить, – лепечу я, теребя полотенце. Чувствую себя унизительно, выпрашивая деньги как попрошайка. – Дома Тимоша постоянно голопопит, но на прогулку и на сон приходится надевать.

– Хорошо, – выдыхает Ярослав, доставая из заднего кармана брюк, бумажник. Отсчитывает купюры и выкладывает на стол. – Купишь подгузники и кашу. А это, на одежду для тебя. Приличное купи, чтобы мне за тебя не краснеть. У управляющего «Стройберри» должна быть достойная жена, а не клуша из подворотни.

– Я могу прислать тебе фото из примерочной, чтобы ты оценил! – пылко отвечаю я, округляя глаза от увиденной суммы. Похоже, я даже могу себе позволить поход в бутик, в котором выбирала для себя платье на юбилей Ярослава, когда только забеременела. Сейчас оно висит в шкафу, и я в него не влезаю.

– Не утруждайся! – скептически кривится Ярослав, окидывая меня взглядом. Задерживается на голых ногах, обутых в мягкие тапочки, и возвращается к моему лицу. – Это не самое приятное зрелище.

## Глава 5. Леся

Едва закрываю дверь за Ярославом и Левой, как даю волю слезам. Без сил опускаюсь на придверный коврик и жалобно всхлипываю. Затыкаю рот ладошкой, чтобы не разбудить Тимошу, и прислоняюсь к стенке.

За что он так со мной? Для чего вообще женился? Он же меня ненавидит. За три года брака я ни разу не слышала слов любви и нежности. Только короткие приказы и помыкания.

До моей первой беременности все было относительно нормально. Я была стройная и довольно привлекательная. Длинные русые волосы, блестящие большие глаза с густыми ресницами и пухлые от природы губы. Косметикой я не пользовалась, но мне это было и не нужно, как говорил Ярослав.

Я сразу понимала, что Залесский скуп на чувства и эмоции, и принимала это, наивно полагая, что моей огромной любви, как в песне Земфиры, хватит нам двоим. Набитая дура!

Честно, я искренне не понимаю, зачем он вообще на мне женился и мы родили детей. Обладая яркой внешностью и харизмой, он мог взять себе в жены любую красавицу, которая не раздражала бы его своим внешним видом и расплывшейся фигурой. И зачем он сейчас меня терпит, тоже большой вопрос. Но я, скорее, откушу себе язык, чем спрошу его об этом.

Идти мне некуда, денег у меня нет, образования тоже. С мамой мы жили очень скромно в малюсенькой малосемейке. Наверное, при разводе я могу рассчитывать на алименты, но это не точно. У нас заключен брачный договор, по условиям которого, я вообще не имею права ни на что претендовать. У Ярослава в собственности имеется две квартиры, в одной из которых мы живем, машина и загородный дом. В нем обитают его родители, я там была лишь единожды. Он расположен в живописном местечке на берегу реки Ольховки, воздух чистый и прозрачный. Наверное, детям там было бы очень полезно бывать, но нас никто не приглашает.

Мои дни похожи один на другой, но нужно потерпеть. Когда Тимоша пойдет в детский сад, станет полегче. Возможно, я пойду учиться или работать. В детстве я очень любила шить и даже посещала кружок рукоделия. Иногда думаю о том, чтобы пойти на курсы кройки и шитья, но времени на это совершенно нет.

От души пожалев себя, поднимаюсь с пола и плетусь в ванную, чтобы умыться. С тоской смотрю на себя в зеркало и снова принимаюсь реветь. Все по факту. Каждое сказанное моим мужем слово – бьет точно в цель. Я жирная корова, с неухоженными волосами и лицом. Снимаю с себя сорочку и, утерев слезы, рассматриваю свою фигуру.

Грудь, кстати, выглядит неплохо. Налитая и упругая, а вот живот просто мрак. И я понимаю, что плоским, как раньше, он уже не станет. Ягодицы тоже как шар, слишком округлые, как и ляжки. Фу, смотреть противно! А вот щиколотки ничего, стройные и изящные.

До слуха доносится тихий плач, и я, быстренько одевшись, спешу в детскую к сыну. Похоже, он окончательно проснулся и начинается наш обычный день.

Мы умываемся, голопопим, делаем массажик, потом кушаем и немного играем на коврике. Потом первый короткий сон, во время которого я делаю домашние дела и привожу себя в порядок, затем снова по кругу и, наконец, собираемся гулять. От всей души надеюсь, что дорожки прочистили и мы легко доберемся на коляске до торгового центра.

Пока Тимоша сидит у моих ног в ванной и играет бутылечками и баночками, наношу на лицо легкий макияж. Ничего особенного – тональный крем, подкрашиваю брови и щеки, чтобы быть не такой бледной как обычно.

Вместо джинсов сегодня я надела леггинсы и объемный свитшот бордового цвета. Единственная яркая вещь в моем гардеробе. Наверное, была не в себе, когда ее покупала. В основном, у меня все черное и серое.

Подхватываю Тимку на руки, кормлю его грудью перед выходом из дома и, разомлевшего, одеваю в комбинезон. Он отрубается еще у меня на руках, я перекладываю его в коляску и спокойно одеваюсь сама. Надеваю пуховик, шапку и варежки, на ноги теплые сапоги. В рюкзак скидываю сменный подгузник, влажные салфетки и кошелек с деньгами. Пожалуй, все.

С мирно спящим ребенком выхожу на лестничную площадку и спускаюсь на лифте на первый этаж. Выходя на улицу, немного морщусь от белого света, который мгновенно ослепляет. Сегодня не холодно, всего минус десять и без ветра. Прекрасная погода.

Отправляюсь по привычному пути вдоль дороги, толкая перед собой коляску. Тимоша сладко посапывает своим маленьким носиком, а я кайфую от тишины и покоя. Безумно хочется кофе, и я прикидываю, могу ли себе позволить стаканчик капучино. Дома я пью только растворимый, в то время как для Ярослава всегда варится натуральный. Не то, что он мне не разрешает его пить. Просто как-то раз заострил внимание на том, что кофе быстро заканчивается, а стоит дорого, вот я и перешла на сублимированный по акции.

В прогулке с ребенком, во время дневного длительного сна, есть один важный момент – каждый цикл длится сорок минут, и малыш еще не умеет переключаться с одного на другой. И если проморгать момент, то Тимоша проснется и больше не уснет. Поэтому, я бдительно слежу за временем, укатывая его на второй цикл, после чего можно выдыхать свободно.

От кофе я решаю отказаться и спешу с коляской в торговый центр. На входе снимаю с себя шапку, забирая волосы в хвост на затылке и развязываю шарф. У Тимки расстегиваю молнию на комбинезоне, чтобы было не жарко, и целенаправленно шагаю в заветный бутик.

Чувствую себя немного взбудораженной и слегка нервничаю от предстоящего выбора. Надеюсь, не подведу своего мужа и постараюсь быть для него самой красивой.

## Глава 6. Леся

– Добрый день! – широко улыбается мне приветливая девушка на входе.

– Здравствуйте! – скромно киваю я, немного чувствуя себя не в своей тарелке.

Все-таки, я не привыкла ходить по таким местам. Для меня ближе заказать одежду на маркет-плейсе, забрать ее в ПВЗ и не пересекаться с консультантами.

Замечаю, как продавец скользит по моей одежде профессиональным взглядом, но не считываю на ее лице неодобрения или пренебрежения.

– Меня зовут Елена, – представляется она. – Я с удовольствием помогу в выборе. Для какого торжества присматриваете наряд?

– Эмм, – останавливаюсь посреди просторного зала и машинально покачиваю коляску вперед-назад, хотя этого не требуется. – Я вообще, сама хотела посмотреть. Но, наверное, будет лучше, если Вы мне поможете.

– Как я могу к Вам обращаться?

– Алексия. Леся, – тут же поправляюсь, густо краснея.

Алексия, тоже мне, царица. Ляпнула, не подумав.

– Какое красивое имя. В честь кого Вас так необычно назвали?

Вообще, мама меня так назвала в честь митрополита Киевского и Всея Руси, который являлся церковным деятелем. Дело в том, что я родилась в день его кончины – 25 февраля, и мама посчитала это великим знаком, дав мне такое имя, но об этом я не распространяюсь.

– Просто маме очень понравилась женская форма мужского имени, – с улыбкой отвечаю я, с любопытством посматривая по сторонам.

– Здорово! Сколько Вашему малышу?

– Полгодика. Надеюсь, мы успеем для меня что-то подобрать, пока он спит. Иначе, никак.

– Конечно! Маша, – зовет она свою коллегу. – Присмотри, пожалуйста, за малышом. Как его зовут?

– Тимофей.

– За Тимошей. А мы для Леси подберем самый красивый наряд. Вам ведь самый красивый нужен?

– Самый-самый! Ой, а это удобно? – киваю я на спешащую к нам сотрудницу магазина.

– Конечно, – отвечает мне Мария. – Расслабьтесь и получайте удовольствие. Я покачаю коляску. Ой, какой милый малыш!

– Спасибо большое! – выдыхаю я, оставляя сына под присмотром.

– Так на какое мероприятие собирается молодая мамочка? – интересуется Елена, продвигаясь вдоль вешалок с одеждой.

– Новогодний корпоратив на фирме мужа, – горящими глазами слежу за тем, как девушка перебирает плечики с платьями. – Он велел быть самой красивой.

– Вы и так самая красивая, Леся. По умолчанию! – с улыбкой отвечает Елена, пристально меня рассматривая. – Какие имеются предпочтения? Платье, костюм, юбка, топ? Фасон, длина, цвет?

– Ммм. Что-то темное. Черное или серое, – немного раздумываю. – Ниже колена, и чтобы грудь не видно было. Я всего на пару часов, потом домой к Тимоше. Он на грудном вскармливании, не могу его надолго оставлять.

– Лесенька, а что за фирма и кем работает Ваш муж, если не секрет?

– Строительная. Очень известная в нашем городе, – с гордостью отвечаю я, касаясь нежного кружева темно-синего платья. – А муж – управляющий.

– Ясно. Сотрудников много?

– Человек сто, – пожимаю плечами.

– А где будет корпоратив?

– В «Гепарде». Я, правда, там не была ни разу, – честно признаюсь, ощущая неловкость.

Почему-то, Елена вызывает очень положительные эмоции и мне хочется быть с ней откровенной.

– Чудесное место, Леся. И я примерно понимаю, какого уровня там ожидаются гости. Если хотите сразить всех наповал, предлагаю идти от противного. Можете снять пуховик в примерочной, я прикину, что мы можем подобрать?

– Конечно!

Через минуту верхняя одежда висит на крючке, а мою фигуру деловито осматривает консультант.

– Я предложу Вам несколько вариантов, Леся. Очень прошу – не отметайте сразу, потому что на первый взгляд они, возможно, покажутся Вам чересчур откровенными. Но, уверяю, потом Вам понравится. Доверьтесь мне.

– Хорошо!

Меня слегка потряхивает от нервов, пока я возвращаюсь в примерочную. Разуваюсь и снимаю с себя леггинсы и свитшот, оставаясь в нижнем белье. Под яркими софитами замечаю, что комплект слегка поизносился и его явно нужно выбросить.

– Смотрите! – появляется в поле моего зрения Елена с ворохом одежды. Она буквально светится от восторга, видимо, очень довольная тем, что смогла для меня подобрать. – Платье черное, короткое в пайетках. Шикарный вырез для шикарной груди, в районе талии очень удачная драпировка, и вполне себе комфортная длина.

Я неопределенно пожимаю плечами, совершенно не представляя себя в подобном одеянии, но платье беру и располагаю на штанге.

– Костюм – топ и юбка длинная шифоновая прозрачная, а под ней – короткая. Как раз – показать Ваши стройные ножки. По цветотипу – идеально подойдет в коричневом цвете, кстати, самый модный в этом сезоне.

Я послушно киваю, соглашаясь на все. Дальше идут еще платья, комплекты с брюками и жакетами, бюстье, корсеты и прочие диковинные штуки, о существовании которых я даже не догадывалась.

– В общем, предлагаю начать! – воодушевленно заканчивает Елена, немного выдохшись.

– Да. Пожалуй!

– Желаете кофе или чай? У нас есть очень вкусный шоколад с орешками и сушеное манго. Свежайшее!

– Кофе, если можно.

– Могу приготовить капучино. На обычном молоке или растительном.

– На растительном, пожалуйста. Буду очень признательна! – смущенно соглашаюсь, в последний момент вспомнив мамины слова про пост. – И манго.

Гулять так гулять. Немного волнуясь, снимаю с вешалки первое платье и надеваю его на себя. Застегиваю молнию и разворачиваюсь к зеркалу, широко выпучив глаза.

Оно вообще не в моем стиле. Совершенно. Но сидит просто потрясающе. Драпировка, о которой говорила Елена, прекрасно скрывает послебеременный животик и формирует талию. А вырез делает грудь аппетитной и привлекательной. Да что там, даже мои толстенькие ляжки хорошо смотрятся. Это еще ноги голые, а что будет, когда я надену черные колготки и туфли на каблуке?

Придирчиво себя осматриваю и понимаю, что это чересчур. Нужно иметь внутреннюю силу, чтобы пойти в таком платье. Я же вряд ли буду чувствовать себя уверенно. Хотя, что кривить душой, я вообще ни в чем и нигде не чувствую себя уверенно.

– Леся? – доносится до меня голос Елены. – Я принесла для Вас кофе. Тимоша сладко спит, не волнуйтесь. Вы что-то примерили?

– Да, – отодвигаю шторку и демонстрирую наряд. – Спасибо большое.

– Вау! – вырывается восхищенное одобрение. – Я на него и ставила, если честно. Вам безумно идет. Фигура шикарная, ноги, грудь. Просто отвал башки! Даже прическа не нужна – можно просто вытянуть волосы утюжком и сделать макияж поярче.

– Вы считаете?

– У Вас даже глаза засверкали, Леся! Очень идет!

– Спасибо! – принимаю из ее рук чашку с кофе и делаю глоток капучино. – Ммм, очень вкусно. Это на каком молоке?

– Банановое.

– Вкусно очень! Я продолжу?

– Конечно! С нетерпением жду следующие образы!

В примерочной я провожу порядка часа, совершенно растворяясь в процессе. Тима мирно дрыхнет, я наслаждаюсь вкуснейшим кофе и красивыми дорогими нарядами, без устали примеряя новые и новые варианты. Наконец, останавливаю свой выбор на двух.

– Первое платье или костюм с юбкой? – склонив голову на бок, размышляю.

– Шикарно сидят оба варианта, – подхватывает Елена, разглаживая бант на топе. – Костюм Вы сможете и летом надеть хоть куда. Юбка двухслойная, соберетесь в клуб – снимете шифоновую.

– Я не хожу в клубы, – со смехом прерываю ее. – Я вообще никуда не хожу.

– Почему? Маленькие дети не причина отказываться от жизни. В кафе с подружками. Сейчас практически везде есть детские комнаты?

О том, что у меня нет подруг, я умалчиваю, но понимаю, что Елена права. Я совершенно закрыта от внешнего мира в четырех стенах.

– Посчитайте, пожалуйста, оба варианта. И те черные туфли, что мы подобрали, – принимаю решение.

– Минуту!

Пока продавец оставляет меня одну, облачаюсь в свою одежду и допиваю остывший кофе. Мысленно скрещиваю пальчики, чтобы мне хватило денег на все.

– Я проведу вам скидку, Леся. Персональную. Уж очень вы мне понравились, – с заговорщическим видом, возвращается ко мне Елена. – Только не сдавайте меня.

Демонстрирует бумажку с суммой, написанной от руки, и я едва не прыгаю до потолка от счастья.

– Спасибо большое, миленькая! – от полноты чувств кидаюсь ее обнимать. – Я Вам так признательна!

Мне хватает на два наряда, туфли, сумочку и даже на комплект нижнего белья. Это просто фантастика какая-то!

После оформления покупки, мы обмениваемся контактами, переходя на ты, и Елена присылает мне номер проверенного визажиста, которая сможет собрать меня на торжество.

– Пришли мне фотку при полном параде, – напутствует она меня в сообщении. – Уверена, все с ума сойдут от твоей красоты!

## Глава 7. Леся

В день корпоратива я пребываю в приподнятом настроении. Я сто лет не выходила в свет и ужасно волнуюсь. Визажист должна приехать ко мне домой с минуты на минуту. Я как раз уложила спать Тиму и с нетерпением жду ее приезда.

Это очень удобно – создание образа на дому. Виктория, так зовут кудесницу, пообещала мне, что мы управимся за час-полтора. Мама заберет Левика из детского сада и приведет домой. Мы обо всем договорились. Еду я заранее приготовила и даже нацедила для молока на всякий случай.

Ярослав будет ждать меня сразу в клубе, чтобы не ездить туда-сюда и не тратить время. Я хотела показать ему свои наряды, но он не проявил к ним никакого интереса. Что ж, устрою сюрприз.

Ровно в назначенное время раздается тихий сигнал домофона, и я со всех ног спешу открывать дверь.

Виктория оказывается высокой крупной брюнеткой с короткой стрижкой, очень улыбчивая и активная.

– Давай на ты? – сразу предлагает она, едва переступает порог нашего дома.

– Конечно! – с радостью соглашаюсь. – Что будешь? Чай, кофе? Еще я суп сварила, гороховый. Будешь?

– Суп гороховый? – смеется она. – Нет, пожалуй, воздержусь. А вот от чая не откажусь. В машине печка еле дует, у меня руки задубели.

Я показываю своей новой знакомой, где у нас находится ванная, а сама отправляюсь на кухню заварить чай. Достаю чашки и выставляю их на металлический поднос. Добавляю вазочку с творожным печеньем, которое испекла вчера вечером и несу в гостиную.

– Я решила, здесь будет удобнее всего? – ставлю угощение на низкий столик и разливаю ароматный чай. – Здесь окно большое, много света. И столик есть, чтобы тебе разложиться.

– Да. Отлично! – Вика с интересом осматривается по сторонам и раскрывает металлический чемоданчик с косметикой. Раскладывает кисти, спонжи, баночки и палетки. – Какая у тебя красивая квартира. Просторная, светлая и чистая.

– Спасибо. Но моей заслуги в этом нет, – усаживаюсь в кресло и жду, когда она начнет надо мной колдовать. – Это квартира мужа.

– А уборку кто делает?

– Я. Кто же еще?

– А говоришь, нет заслуги! – смеется Вика, подходя ко мне. – Аллергия имеется на косметику?

– Нет. Не было раньше. Но я и косметикой-то не пользуюсь почти.

– Почему?

– Не умею. Да и некуда мне. Двое детей маленьких.

– Слушай, у меня есть курс «Макияж для себя», могу тебя пригласить. Все подробно расскажу и покажу, – Вика начинает протирать мне кожу лица какой-то жидкостью и внимательно меня рассматривает. – Ты очень красивая. Брови какие, ресницы густые. Губки пухлые, но мы их сегодня еще больше подчеркнем. Лена мне сказала, ты хочешь мужа сразить наповал?

– Ну, – смущаюсь я. – Это вообще мне несвойственно, но она мне такое платье подобрала, что, похоже, придется сражать наповал. Выхода нет.

– Еленка может. У нее врожденное чувство стиля, – нахваливает она девушку, ловко управляясь с нанесением тона на мое лицо.

– Вы подруги?

– Да. Лет десять уже дружим. Можно сказать, давно как сестры.

– Здорово!

Весь час, что Виктория колдует над моим образом, мы бесконечно болтаем. Она рассказывает мне забавные истории из своей практики, а я, в основном, слушаю. Мне особо и рассказать не о чем. Мамочка в декрете. Кому я могу быть интересной?

– Ну, смотри! – наконец, наносит девушка последний штрих и вынимает большое зеркало. – Как тебе?

Я во все глаза слежу за метаморфозами, которые произошли с моим лицом, и не могу поверить.

– Ты просто волшебница! – шепчу я, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Кожа лица светится, как у голливудских актрис. Глаза выразительные и большие, но в особом восторге я от своих губ. Они такие сочные и пухлые, как вишни, что даже не верится.

– Так! Отставить слезы! – тут же начинает махать на меня ладонями, Вика. – Ты чего?

– Я такая даже в день свадьбы не была! Боже, у меня даже скулы появились. Откуда?

– Ну, – довольно смеется девушка. – Скулы – это контуринг. Но все остальное – твое. Даже не сомневайся!

Мы тепло прощаемся с Викторией, и я иду в спальню, проверить Тимошу. Сынок как чувствует, что маме нужно собраться, сладко спит.

Я достаю из шкафа платье, новый кружевной комплект нижнего белья, чулки и туфли. До последнего собиралась надеть колготки, но Лена сказала, чтобы я даже не думала об этом. Только чулки!

Единственное, что омрачает мое предвкушение – это верхняя одежда. Придется на все это великолепие надевать пуховик, потому что больше никакой теплой одежды у меня нет. Шубу ради такого случая я просить не рискнула. Да и ни к чему это все.

Поддаюсь порыву и подхожу к окну, где больше света, чтобы сделать себе несколько фотографий. Позировать не умею, но стараюсь подобрать наилучший ракурс для снимка. Выбираю самый красивый и отправляю Лене с подписью «твоя Вика просто волшебница».

Лена тут же отвечает восторженными эмодзи и длинным сообщением со словами восхищения. Мы переписываемся с ней какое-то время, а потом просыпается сын и я выхожу из чата.

День идет своим чередом, все как обычно. Но я постоянно посматриваю на часы, в ожидании возвращения из детского сада мамы и Левика. Уже собираюсь звонить маме, как раздается сигнал домофона.

– Пришли! – подхватываю Тимошу на руки и спешу открыть дверь. – Бабушка Оля пришла и Левик. Ты помнишь бабушку Олю? Она сегодня с вами посидит, пока мама с папой будут на празднике. Она очень-очень добрая!

Слышу, как на нашем этаже останавливается лифт, и пошире распахиваю дверь.

– Привет! – радостно кричу я.

– Привет! – отвечает мама, крепко держа старшего внука за руку. – А кто это у нас тут такой взрослый? Тима?

Тимоша смущается, и прячется у меня на груди. Я не тороплю его, понимая, что ребенку нужно время, чтобы привыкнуть к новому человеку. Усаживаюсь на корточки и помогаю разуться бесконечно болтающему Левику.

– Ты красивая! – замечает он макияж на моем лице и внимательно разглядывает.

– Спасибо, Лева! – тормошу его макушку и убираю верхнюю одежду в шкаф. – Проходите скорее. Голодные?

– Нет! – тут же кричит сын. – Баба мне раскраску принесла!

– Мы чуть позже порисуем, – отвечает ему мама, внимательно всматриваясь в меня. – Леся, ты ведь не пойдешь в таком виде? Умоешься?

– В каком «таком»?

– Как девица легкого поведения, дочка. Приличные девушки с таким макияжем не ходят. Посмотри на меня, я вообще никогда не красилась.

– Я тоже, мам. Очень редко это делаю, но сегодня никак иначе. Это новогоднее мероприятие. Я ведь не могу прийти бледная, как моль?

– Хотя бы губы сотри. Очень вызывающе! И Ярику это не понравится. Я уверена!

## Глава 8. Леся

Цокаю каблуками по ступеням, выходя из подъезда, и не верю своему счастью. Я не выходила в такое время одна очень долгое время. От предвкушения сегодняшнего вечера даже немного кружится голова.

В очередной раз добрым словом вспоминаю Лену, за то, что подобрала мне безумно удобные туфли и смело открываю дверь. У меня небольшой опыт хождения на каблуках, поэтому, всю неделю я тренировалась дома. В принципе, мне нужно добраться до клуба, а там я явно буду сидеть за столом. Чем же там еще можно заниматься? Не танцевать ведь.

Такси уже ожидает меня, и я ныряю в теплый салон седана эконом-класса.

– Здравствуйте! – приветствую водителя.

– Добрый вечер. В «Гепард»?

– Да. Туда, – выдыхаю я, нервно сжимая ремешок от сумочки.

Вообще, я вся как оголенный провод. Еще и мама мне накинула сумбура в спину. Платье слишком откровенное, каблук чересчур высокий, вырез глубокий и так далее. Признаюсь честно, я уже была готова вообще все отменить и остаться дома, если бы не моя новая подруга, которая очень желала увидеть меня во всей красе. В итоге, я даже сфоткалась в большое зеркало в прихожей и отправила ей фото.

– Муж будет в восторге. Я даже не сомневаюсь! – написала она. – И повыше нос. Не тушуйся там. Завтра жду подробностей!

На самом деле, я безумно ей благодарна за поддержку и веру в себя. Ярослав не знает о нашем общении, и я не собираюсь ему рассказывать. Мало ли, что он там себе навыдумывает.

Достаю из сумочки телефон и пишу ему, что еду. От нашего дома до клуба езды всего десять минут, и совсем скоро автомобиль останавливается у отдельно стоящего двухэтажного здания, красиво украшенного к новому году. Я благодарю водителя, и выбираюсь из салона на морозный воздух, плотнее запахивая пуховик.

В туфлях ходить по снегу не самая лучшая затея, поэтому я осторожно крадусь к крыльцу, чтобы не свернуть себе шею. Уже у самых ступеней, все-таки, поскальзываюсь и чудом остаюсь в вертикальном положении, потому что меня подхватывает молодой человек.

– Осторожно, девушка! – с улыбкой проговаривает он, приобнимая меня. – Еще не хватало сломать ваши стройные ножки.

От неожиданности я даже не нахожусь, что ответить, поэтому просто улыбаюсь как дурочка и все. Я и до этого жутко нервничала, а сейчас еще сильнее. Да так, что у меня даже во рту пересыхает. Чужой мужчина обнимает меня и разговаривает, а еще он сделал комплимент моим ногам. Хотя, наверное, у него не все в порядке со зрением. Потому что они явно не стройные, он мне жутко льстит.

– Вы на корпоратив? – продолжает он, помогая мне подняться по ступеням.

– Угу, – мычу я, хватаясь за перила.

– Отлично. Меня зовут Антон. Я работаю в отделе сбыта. А Вы?

– А я не работаю. В декрете. Муж работает здесь, – начинаю нести каку-то ахинею и хихикаю как идиотка. – Ну, не в клубе, конечно. В фирме. Вот.

– Понятно, – открывает передо мной дверь, галантно пропуская вперед. – Ну, желаю вам прекрасно провести время. Увидимся!

Я неопределенно киваю и трясущимися руками вынимаю телефон из сумочки. Мое сообщение мужем все еще не прочитано, соответственно, он меня не встречает. Набираю его номер и звоню, но тщетно. Я приехала чуть раньше, чем мы договаривались, скорее всего, он чем-то занят.

В холле царит атмосфера предстоящего праздника и веселья. Играет музыка, просторное помещение украшено еловыми ветками и разноцветными блестящими шарами.

Я не знаю, куда мне идти, поэтому переминаюсь с ноги на ногу у входа.

– Девушка! – обращается ко мне охранник у рамки металлоискателя. – Вы кого-то ожидаете?

– Да. Мужа.

– Проходите внутрь. Здесь дует! – с улыбкой отвечает мне молодой человек.

Я послушно киваю, подхожу ближе, выкладываю сумочку на досмотр и прохожу в вестибюль. Здесь довольно многолюдно, меня сразу окутывают ароматы духов и алкоголя. С непривычки даже немного кружится голова. С удовольствием бы сейчас выпила воды, чтобы прийти в себя. Кружу глазами в поисках кулера, но нигде не нахожу ничего похожего. Зато замечаю гардероб, где оставляю верхнюю одежду, и подхожу к большому зеркалу, привести себя в порядок.

Наверное, мама права, я ощущаю себя практически голой. Еще и ловлю на себе заинтересованные взгляды. Пытаюсь опустить подол пониже, но понимаю, что в этом случае автоматически ниже спускается лиф платья. Так себе выход из ситуации.

Поправляю волосы и внимательно осматриваю свой макияж. Все идеально, даже губы свежие, словно их только что накрасили. Снова достаю телефон и пытаюсь дозвониться до Ярослава, но тщетно.

Отхожу от гардероба немного вглубь фойе, и оказываюсь в широком коридоре со множеством дверей. Здесь гораздо тише и спокойнее, поэтому решаю набрать маму. Захожу за тяжелую штору и смотрю в окно на пролетающие редкие снежинки.

– Мамуль, как дела?

– Отлично дела, – суетливо отвечает мама. – Тима, положи! Не трогай. Это Левино!

На заднем фоне слышу детский плач и мысленно закатываю глаза. Все понятно, младший сын добрался до каких-то игрушек старшего.

– Все нормально у нас, Леся. Отдыхай! – выпаливает родительница и отключается.

Не успеваю убрать телефон в сумочку, как слышится щелканье замка, на которое я автоматически поворачиваю голову. Открывается дверь, откуда появляется мой муж, поправляющий галстук на шее, а за ним какая-то светловолосая девушка в ультракоротком платье. Они о чем-то весело переговариваются и смеются.

Я замираю, как вкопанная и зачем-то прячусь за тяжелую портьеру, не в силах пошевелиться. Не верю своим глазам и ушам. Мой муж веселый, шутит и смеется. Со мной он никогда так себя не ведет. Всегда сдержанный и безэмоциональный.

Они проходят мимо меня, не замечая, а я забываю как дышать.

– Ты напишешь, Ярик? – мурлыкает девица, вышагивая по паркету своими длинными ногами, как цапля.

– Напишу, Агнесса. Обязательно! Иди. У меня жена должна приехать с минуты на минуту!

Шлепает ее по заднице и слегка отстает, чтобы достать телефон из кармана пиджака. Я в панике понимаю, что он сейчас увидит мои пропущенные и будет звонить мне, поэтому быстро перевожу свой аппарат в режим беззвучного и прикрываю глаза от страха, а когда открываю, мужа в коридоре уже нет.

Первым моим порывом – срочно ехать домой, подальше от этого гнезда разврата. Не нужно обладать высоким IQ, чтобы не понять, чем они занимались с этой девицей. Пульс бахает где-то в висках, а в ушах шумит так, словно я нырнула на дно морское.

Мой муж мне изменяет. Изменяет? Я никогда в жизни об этом даже не думала и не подозревала его. Не нюхала рубашки, не проверяла телефон. Что там еще делают жены неверных мужей?

Колени слабеют, и я сползаю по стеночке, усаживаясь на корточки. Телефон в моих руках оживает, и я вижу, как на дисплее загорается надпись «Любимый муж».

– Да, – хрипло отвечаю.

– Ты где? – рявкает муж в трубку. Явно злой донельзя. Еще бы, у него тут длинноногая блондинка и жена – синий чулок не кстати.

– Я в клубе.

– Где именно?

– На первом этаже. Слева от гардероба, в коридоре.

– Что ты там делаешь? – слегка меняется тон его голоса.

– Я, похоже, заблудилась и не туда ушла.

– Ясно, – мне кажется, или с облегчением отвечает он. – Стой там, я сейчас приду за тобой.

Покачиваясь, я поднимаюсь на ноги и выхожу в середину коридора. Как мне себя вести, ума не приложу. Закатить скандал я не решусь точно. Но и делать вид, что ничего не произошло, тоже. Мысли в голове скачут, образуя броуновское движение, но ясности, как быть дальше, не появляется.

– Леся? – раздается за моей спиной удивленный голос мужа. – Это ты?

## Глава 9. Леся

– Привет! – оборачиваюсь к нему, сканируя внешний вид.

От его улыбки и веселья не осталось и следа. Яр как обычно собранный и серьезный, а между бровями пролегла вертикальная складка.

– Что за платье? – кивает он, а я не могу понять, нравится ему или нет.

– Ты сам сказал купить приличное, а не как у бабки.

– Неожиданно, – выносит он вердикт, скользя взглядом по моим ногам, упакованным в капрон. – Каблуки? Тебя подменили, что ли?

– Нет.

– Интересно, – шумно выдыхает он, вскидывая взор на мое лицо. – Идем-ка на свет!

Неожиданно берет меня за руку и тянет за собой, выводя в холл. Его ладонь сухая и теплая, он держит меня уверенно и собственнически. Необычно. У нас редко бывает телесный контакт. Ярослав не любит ласку и нежность, чего не скажешь обо мне. Я как котенок бездомный, чуть пригрели, я и рада.

Муж на ходу здоровается с какими-то людьми и, наконец, останавливается под настенным светильником, разворачивая меня к себе и пригвождая к стене. Молча изучает творение Виктории, задерживаясь глазами на губах, отчего они начинают гореть огнем. В темных глазах я пытаюсь прочесть хоть что-то, но там лишь непроглядная мгла.

– Что-то не так? – беспокойно спрашиваю. Я совершенно дезориентирована его реакцией и тем, что произошло чуть ранее.

– Все так. – наконец-то, отвечает он, выдержав паузу. – Ты меня сегодня удивила, Алексия. Можешь, когда хочешь.

В следующую секунду наклоняется ко мне, и ведет кончиком носа от скулы к шее, втягивая мой запах. Это настолько несвойственно для него, что я в буквальном смысле слова начинаю паниковать. Тело мое тоже находится в шоке, потому что оно резко покрывается испариной, а пульс ускоряется. Я чувствую исходящую от своего мужа энергетику, которой он захлестывает меня с головой. Воздух между нами становится густым и плотным, отчего меня ведет, и я прикрываю веки.

– Идем, – низкий тембр заставляет барабанные перепонки вибрировать, и я постепенно прихожу в себя.

Мне ужасно хочется задать ему вопрос об Агнессе, и что он вообще делал с девушкой за закрытой дверью, но решаю отложить этот разговор до дома. Не хочу портить сегодняшний вечер.

Пока поднимаемся по лестнице в зал, я с любопытством верчу головой. Мне не с чем сравнивать, но здесь очень нравится. Дизайн выполнен дорого и со вкусом. По всей видимости, название «Гепард» перекликается с темой джунглей. Стены расписаны пейзажами, и украшены диковинной зеленью и пальмовыми листьями. Везде царит интимный полумрак, и я не могу рассмотреть – натуральные растения или искусственные.

На полу постелен зеленый ковролин, в котором утопает звук наших шагов. Играет приятная музыка, под ритм которой настенные световые панели меняют свое освещение. А еще, здесь очень много зеркал, в одном из которых я ловлю наше отражение – высокий и мощный, как хищник, мой муж. И я, болтающаяся рядом кукла. Да, по сравнению с ним я выгляжу даже миниатюрной. Ярослав не выпускает мою ладонь из своей, за что я ему благодарна, потому что мы заходим в ярко освещенный зал со множеством столиком, за которыми сидят красивые, нарядные люди.

Кажется, что все взгляды устремлены только на нас, и я сразу же краснею. Я не привыкла находиться в центре внимания, и не испытываю от этого совершенно никакого удовольствия.

– Наши места там! – кивает Яр в сторону сцены, слева от которой на небольшом возвышении, установлен большой, красиво украшенный стол.

За ним восседает владелец «Стройберри» Сергей Александрович со своей женой. Я с ними лично незнакома, но видела на фотографиях. Еще замечаю две молодые пары, которые с улыбкой следят за нашим приближением. Все нарядные и очень красивые. Ловлю себя на мысли, что выгляжу не хуже, и тут же стыжусь своих мыслей. По одежке складывать впечатление о человеке – это просто днище.

– Добрый вечер! – здоровается Ярослав с дамами, а мужчинам протягивает ладонь для рукопожатия, отпуская мою.

– Здравствуйте! – пищу я, прячась за его широкой спиной.

– Алексия! – видимо, на правах хозяйки, поднимается с места жена Дворецкого и тянется меня обнять. – Какая же ты красавица! Молодая мамочка в прекрасной форме. Ярослав, ты отличный садовник, раз у тебя дома такой цветущий сад.

Я слегка опешиваю от такой реакции, пытаясь понять, в чем подвох, но она настолько восхищенно на меня смотрит, что я немного расслабляюсь.

– Будем знакомы! – продолжает женщина, буквально сияя от радости. – Меня зовут Марина, можно без отчества. А это – мой муж, Сергей.

– Очень приятно! – легонько прикасается губами к моей ладони, Дворецков. – Прекрасно выглядите, Леся!

– Благодарю! – лепечу я, натужно улыбаясь.

Затем меня знакомят с остальными присутствующими – ими оказываются супружеские пары. Анита и Михаил – топ-менеджеры, познакомились в компании и очень плодотворно работают. А Лиза и Женя – главные архитекторы. Женаты уже пять лет, и часто летают вместе в командировки. Получается, за столом одна я не имею никакого отношения к строительству.

– С кем остались ваши мальчишки? – как у старой знакомой, спрашивает Лиза.

– С моей мамой, – немного удивленно отвечаю я. Надо же, они знают, что у нас есть дети.

– Сколько им? – подключается Анита, делая глоток шампанского.

– Тимоше полгода, а Левику два с половиной.

– Ой, как же ты справляешься? – интересуется Марина. – Ярослав постоянно на работе.

– Я привыкла, – слегка кривлю душой. – Дети – это счастье.

Я вообще не справляюсь, постоянно уставшая и желающая лечь спать. Иногда сходящая с ума от того, что целыми днями разговариваю только с ребенком, а не со взрослыми людьми.

– Лесенька у меня просто клад, – включается в диалог Ярослав, касаясь моего колена под столом ладонью и легонько сжимая, а затем добирается до ажурной резинки чулок.

От неожиданности, я слегка дергаюсь, но, надеюсь, это незаметно для окружающих.

– Она все успевает. И стирать, и гладить, а как готовит. Ммм. Я сто раз предлагал ей няню или помощницу, но она всегда отказывается. Такая вредина! – с улыбкой вещает мой муж, продолжая наглаживать мое бедро. Я нахожусь в прострации. Он бредит или у него биполярка? Помощница и няня? Где? В параллельной вселенной?

Наивные девушки ахают от умиления и закидывают меня вопросами, на которые я ответить не успеваю, потому что начинается торжественная часть.

## Глава 10. Леся

Я цежу минеральную воду и с интересом наблюдаю за происходящим на сцене. Не знаю, сколько руководство потратило на проведение сегодняшнего мероприятия, но я просто в восторге.

От топового ведущего, которого специально пригласили из Москвы, до кавер-группы, которая играет современные хиты.

Столы тоже накрыты по высшему разряду. Я постую, и многое не ем, но внешне оценила все мясные и рыбные деликатесы.

На сцену приглашается Сергей Александрович, который говорит проникновенную речь, а затем принимается вручать награды по результатам работы за прошедший год.

– Дорогие мои! – обращается он к сотрудникам, которые внимательно его слушают. – Все вы прекрасно знаете, на чем основана наша компания, ее принципы и постулаты. Это – семья. И мы все с вами как одна большая семья. Вы всегда знаете, что можете ко мне обратиться, и, если это в моих силах, я обязательно помогу. Так вот, к чему это я? Мы с моими помощниками подготовили несколько номинаций, и я хочу их объявить. В номинации «Надежное плечо и самоотверженность» побеждает Залесский Ярослав. Давай, сынок, выходи ко мне!

Ярослав, сидящий рядом со мной, ставит на стол стакан с виски и с улыбкой поднимается на сцену.

– Ярик, ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь! – продолжает Дворецков, пожимая его руку и вручая диплом. – Ты – большой пример для нас всех. Непревзойденный профессионал своего дела, неравнодушный и искренний. Мы очень рады, что ты работаешь с нами. Но также, я прекрасно понимаю, что, отдаваясь работе, ты мало времени проводишь со своей семьей. Ребята, поаплодируем его жене Лесе, что смогла сегодня посетить наш праздник, оставив ненадолго двух маленьких сынишек.

Присутствующие послушно хлопают, а на меня направляется яркий луч света. Я натужно улыбаюсь и неуверенно машу ладошкой. Боже, к чему это все?

– От нашей компании мы дарим вам путевку на Мальдивы для всей семьи на две недели! – воодушевленно вещает директор фирмы, снова вызывая овации, а я просто не верю своим ушам. Отпуск? Я что, в раю? – Вы это заслужили! Благодаря Ярославу девяносто процентов объектов были сданы в срок! Молодец!

Сергей Александрович говорит что-то еще, но я уже не слушаю, погружаясь в свои мысли. У всех нас есть загранпаспорт, но мы нигде не были. Точнее, Ярослав летает периодически заграницу и в командировки, а наши с детьми документы просто лежат себе в ящике. Я ни разу в жизни не была на море, это моя заветная мечта. И парням, наверное, очень понравится!

– Спасибо огромное! – забирая микрофон у своего начальника, произносит Ярослав. – Это неожиданный подарок, но безумно приятный. «Стройберри» действительно моя семья, и я рад работать и трудиться ради ее блага. Но также хочу сказать большое спасибо своей любимой жене Лесечке. За то, что она самоотверженно взяла на себя заботу о наших детях и обо мне! Мне с ней очень повезло!

Наверное, моя челюсть лежит на столе, потому я просто повержена в шок. Да что там, я щипаю себя за руку под столом, чтобы проснуться. Но это не сон. Я действительно сижу в красивом зале. А мой муж со сцены говорит мне приятные вещи. Да так проникновенно и искренне, что даже ушам не верится. Просто вечер открытий какой-то.

Наконец, Ярослав возвращается за стол и у всех на глазах нежно целует в щеку. Я же, сижу как истукан, не шелохнувшись. Гости за столом поздравляют Ярослава и восторгаются его речью, предлагают выпить и поднимают бокалы. Я автоматически чокаюсь своей минералкой и во все глаза слежу за метаморфозами, которые произошли с моим мужем.

Он приобнимает меня и привлекает к себе, я чувствую приятное тепло его тела и аромат парфюма, совершенно расслабляясь. Наверное, со стороны мы даже выглядим влюбленной семейной парой. Да что там, я сама, похоже, скоро начну в это верить, растворяясь в объятиях мужа. Нашу идиллию прерывает звонок моего телефона, лежащий в сумочке. Извинившись, я пулей вылетаю в коридор и спешу в тихое место.

– Да, мамуля! – взволнованно отвечаю, понимая, что что-то произошло.

– Леся! – сквозь динамик слышу, как истошно орет Тимоша, и сердце ухает в пятки.

– Что случилось?

– Тима упал. Я отвлеклась вымыть горшок после Левика, а Тима сидел в стульчике. И как-то выбрался.

– Ты не пристегнула его ремнями? – ахаю я, зажав ладонью рот.

– Забыла, видимо. Прости. Ты можешь сейчас приехать? Он не унимается, кричит уже минут пять.

– Да, конечно. Я скоро буду! – выпаливаю я, резко разворачиваясь в направлении гардероба. Срочно нужно вызвать такси и мчать домой. Бедный мой мальчик. Так горько плачет!

– Леся? – окликает меня Ярослав, хватая за руку. – Ты куда сорвалась?

– Мама звонила. Тимоша упал. Нужно срочно домой. Может, скорую вызвать придется. Он кричит, словно режут его.

– Напиши мне, что с сыном!

– Ты не поедешь со мной?

– Чем я там смогу помочь? – пожимает он плечами. – Я не медик.

Снова холодный и отстраненный, как всегда. Та хрупкая связь, которая, как мне показалось, начала между нами образовываться в зале, резко прервалась, и все вернулось на круги своя.

– Хорошо! – обреченно киваю, заходя в приложение такси. – Я пойду тогда?

– Иди!

Я еле сдерживаюсь, чтобы мне не расплакаться. Я так боюсь за нашего сына, мне как никогда нужна поддержка и человеческое тепло. Обняв себя за плечи, направляюсь к гардеробу, где получаю свой пуховик и оборачиваюсь к Ярославу, стоящему за моей спиной. Уложив руки в карманы брюк, он безмолвно наблюдает за моими сборами.

– Передай ребятам за столом, что мне все очень понравилось, хорошо?

– Передам.

– Ты долго сегодня? – кусаю губы от волнения.

– Да. Не жди меня.

Вскидываю глаза и замечаю в конце коридора Агнессу, внимательно наблюдающую за нами. Цепенею, в горло как битого стекла насыпали, мне даже вдохнуть больно. Ладони леденеют, а сердце пронзает острыми иглами насквозь.

– Я пойду, – бормочу себе под нос, и, громко стуча каблуками, оставляю своего мужа в ночном клубе. – Желаю хорошо провести время!

## Глава 11. Леся

Просыпаюсь посреди ночи в холодном поту. Тимошу рвет фонтаном, я подхватываю теплое после сна тельце и держу его столбиком. Это явно не после моего молока. Смотрю на часы и понимаю, что сын впервые проспал практически шесть часов после укладывания. Такого никогда в жизни не было.

Ярослава дома нет, я с детьми совершенно одна, и не знаю, что мне делать. Тимоша, когда я приехала после корпоратива, был довольно вялый и я все списала на усталость. Мама же, едва я вошла в дом, мгновенно собралась и уехала, оставив меня с детьми наедине.

Тимофей, после рвоты, надрывно плачет, а затем резко замолкает. Уснул или нет? Мне непонятно. Пытаюсь привести его в чувство, но малыш не реагирует совершенно.

Мне ужасно страшно. Я полностью дезориентирована. Хватаю телефон и пытаюсь дозвониться до мужа, чтобы посоветоваться. Я впервые в подобной ситуации.

Гудок, второй, третий – Ярослав не берет трубку. Меня просто трясет от нервов, но я понимаю, что я должна быть сильной и взять себя в руки. Паника ни к чему хорошему не приведет.

– Тимоша, малыш! – трясу своего котенка, но он не реагирует. Возможно, спит. А вдруг нет? В свете ночника мне кажется, что он ужасно бледный.

К черту все. Пусть лучше я окажусь мамашей-паникершей, чем буду ругать себя всю оставшуюся жизнь. Задеревеневшими пальцами набираю 112 и, затаив дыхание, жду ответа оператора.

– Доброй ночи! – отвечает мне девушка.

– Здравствуйте. Помогите мне, пожалуйста! – дрожащим голосом произношу. – Мальчик, полгода. Упал сегодня из стульчика для кормления. Вечером был вялый, сейчас однократная рвота. Пытаюсь разбудить, но он не реагирует. Я боюсь.

– Потеря сознания, судороги, сильный крик – что-то было?

– Он с бабушкой был. Плакал сильно. На ночь укладывала, грудь брал неохотно. Потом спал почти шесть часов. Такого никогда не было. Обычно, просыпается часа через два.

– Ясно. Диктуйте адрес, вышлю бригаду скорой помощи.

Я называю адрес, осторожно укладываю малыша в кроватку и спешу найти его документы. Достаю медицинский полис и свидетельство о рождении. Меня мелко трясет, словно от озноба, я надеваю на себя флисовый спортивный костюм и теплые носки, чтобы согреться. Пытаюсь дозвониться до мужа, но безуспешно. Видимо, он отмечает корпоратив, и ему совершенно параллельно на то, что происходит дома. Он и на мое сообщение насчет самочувствия Тимы ответил коротко – «Ок».

Странно, но слез нет. Есть лишь злость и решимость, а еще дикий страх за своего ребенка. Он такой силы, что даже кровь в венах стынет. Зависаю над его кроваткой, прислушиваясь к еле слышному дыханию. Беру малыша за крохотную ладошку и сжимаю пальцами. Если с ним что-то случится, я этого себе никогда в жизни не прощу.

Минуты кажутся вечностью, и я срываюсь с места, едва заслышав звук домофона.

– Доброй ночи! – кивает мне фельдшер со скорой в ярко-синем форменном костюме. Молодой человек, лет двадцати пяти на вид, с оранжевым чемоданчиком, на котором изображен красный крест. – Что случилось?

Я обстоятельно рассказываю ему о случившемся, стараясь, чтобы голос звучал ровно и спокойно.

– Сейчас ребенок спит?

– Да. Или нет. Не знаю, не смогла его разбудить!

Мы проходим в спальню, подсвеченную лишь тусклым светом ночника.

– Нам нужно включить свет. Так мне ничего не видно! – оповещает медработник, обрабатывая руки антисептиком.

– Хорошо!

Как могу, накрываю простынью Левика, чтобы не разбудить, и зажигаю верхний свет.

Мужчина пытается разбудить Тима, но тщетно. Он практически не реагирует, лишь слабо хнычет, не раскрывая глаз.

– Второму ребенку сколько? – кивает на соседнюю кроватку врач, убирая в чемоданчик фонарик.

– Два с половиной. С ним все в порядке, – спешно отвечаю я.

– Есть, с кем его оставить?

– Где оставить? – глухо спрашиваю, не сразу понимая, к чему он клонит.

– Дома.

– Нет. Не с кем. Я одна с ними.

– Малыша повезем на осмотр в больницу. Возможно, потребуется сделать снимок. Мне не нравятся его зрачки.

– Что с ним?

– Я подозреваю сотрясение мозга. С какой высоты упал ребенок и как именно? На какую часть головы?

– Я не знаю, – всхлипываю я, ругая себя последними словами. Вот нужен был мне этот корпоратив? Я – ужасная мать! – Ребенок был с бабушкой.

– Не волнуйтесь так. Во всем разберемся! – замечает мое взвинченное состояние медработник. – Собирайтесь!

– Надолго? Что с собой брать? – мечусь по комнате, как мотылек в банке.

– Документы возьмите. На грудном вскармливании младший ребенок?

– Да.

– Тогда самое необходимое. Подгузники, салфетки, перекус для старшего. Возможно, госпитализация не понадобится. Собирайтесь.

– А завтра нельзя? – судорожно соображаю, что же мне предпринять. Маме я сейчас тоже не дозвонюсь. Она на ночь всегда ставит телефон на беззвучный режим.

– Если есть запасные дети, то можно! – усмехается фельдшер, заполняя какие-то бумаги.

– Нет запасных, – лепечу я, не зная, за кого из детей схватиться.

В итоге, кое-как бужу Льва, который совершенно не понимает, что от него требуется. А при виде сотрудника скорой помощи, вообще принимается рыдать. Он не очень любит врачей.

Усаживаю плачущего ребенка на диван, забалтываю, как мы поедем на скорой помощи с мигалками, и впервые делаю то, что всегда было строго запрещено – включаю «Три кота». Лева тут же умолкает и увлекается моим телефоном.

С Тимошей проходит все гораздо проще, потому что он лежит кабачком и совершенно не реагирует на мои манипуляции с одеванием. Наконец, мы спускаемся вниз, я держу Тиму на руках, а Лева, вцепившись в мой рукав, аккуратно шагает рядом.

В приемном покое, старший сын вырубается прямо на кушетке, а я, еле сдерживаясь от слез, жду вердикта врача.

– Ну, ничего критичного нет! – наконец, сообщает мне травматолог, изучив снимки. – Возможно легкое сотрясение. Наблюдайте и обязательно посетите невролога. Сегодня бы порекомендовал остаться в больнице под наблюдением. Если с утра все будет хорошо, мы вас отпустим.

Я облегченно выдыхаю и соглашаюсь остаться до утра. Признаться честно, здесь мне гораздо спокойнее, чем дома. По крайней мере, я не одна. И персонал очень чуткий и отзывчивый.

Постовая медсестра Ольга помогает нам добраться до палаты, где раздевает полусонного Левика и укладывает в кроватку.

– Хотите чаю? – шепчет она. – У меня есть ромашковый. Вы, наверное, жутко переволновались?

– Безумно, – шмыгаю носом, осознавая, что все страшное позади. Тимоша сладко спит, причмокивая мою грудь, на часах три ночи, а у меня сна ни в одном глазу.

– Я принесу. И овсяное печенье у меня есть. Сама была кормящая, постоянно есть хотелось!

– Спасибо большое! Я вам так благодарна!

Ольга понимающе улыбается и оставляет меня одну, тихонько прикрывая за собой дверь. Я укладываю Тимку на кровать и подкладываю валик, чтобы он никуда не уполз. Снимаю с себя ботинки и босиком иду в санузел. Умываюсь на ночь и спешу назад, к детям. Телефон, как и раньше молчит. Мужу совершенно параллельно на то, что у нас произошло.

В ночной тишине слышится лишь тихое сопение носиков, и я рассматриваю своих мальчиков с такой любовью, что даже сердечко щемит. Они такие красивые, розовощекие и беззащитные. Мои. И, похоже, на этом свете никому больше и ненужные. Впрочем, как и я сама.

## Глава 12. Леся

На утро Тимоша просыпается веселый и бодрый, и своим лепетом будит меня и старшего брата, а спустя час нас отпускают домой, дав необходимые рекомендации.

Я вызываю такси, потому что Ярослав так и не вышел на связь, а пешком нам до дома не добраться. Слишком далеко.

Пока ждем машину, пишу маме в мессенджере о том, что приключилось с нами ночью. Понимаю, что ее вины в случившемся нет, но хочу хотя бы какой-то поддержки.

– Я помолюсь за здоровье Тимофея, – прилетает от нее ответ, а я просто в осадок выпадаю.

Добравшись до дома, первым делом купаю детей в пене, а затем усаживаю завтракать растворимой кашей. Да, я ужасная мать, и варить настоящую у меня нет никаких сил.

Затем обоих детей определяю на игровой коврик и вываливаю для них игрушки, в надежде их ненадолго занять.

Кофе хочется нестерпимо, и я щелкаю чайник и достаю банку растворимого напитка. На огурцы и авокадо уже смотреть не могу, ощущая острую потребность съесть что-нибудь запрещенное. В итоге, нахожу в недрах холодильника банку тунца в масле и решаю полакомиться рыбой с кусочком черного хлеба.

Стрелки часов приближаются к девяти утра, и я решаю позвонить своей свекрови. Вдруг у нее ночует Ярослав? Ума не приложу, где мне его искать.

– Алло? – недовольным голосом отвечает Ольга Николаевна.

– Доброе утро! – блею в трубку, как овца. Сама себя раздражаю этой своей манерой общения, но я боюсь эту женщину, как огня.

– Ага, доброе. Ты время видела, Алексия?

– Да. Прошу прощения, что рано. Но дело в том, что Ярослав не пришел домой ночевать. И на звонки не отвечает. Я переживаю за него. Он не у вас, случайно?

– Вы поругались? – мне кажется, или ее голос значительно повеселел.

– Нет. У него был корпоратив вчера, он предупредил, что будет поздно. Но не настолько же.

– У нас он не появлялся. И вообще, это твоя вина, что муж не приходит ночевать домой. Мой, например, ни разу так не поступал!

Я закатываю в потолок глаза и мысленно считаю до пяти.

– Наверное, нужно задать себе вопрос, что с тобой не так, если мой Ярик позволяет себе такое, – жестко продолжает женщина. – Не приходит в дом, где его ждут жена и дети.

– Хорошо. Я задам. Спасибо. Извините, пожалуйста! – едва не плача, отвечаю свекрови, и кладу трубку, не попрощавшись.

Это какой-то дурдом. Мне невозможно плохо, но расклеиться я не успеваю, потому что слышу звук открывающегося замка входной двери. Залпом допив кофе, вылетаю в прихожую и зависаю, увидев своего мужа.

Он пьян. Очень пьян. Напарывается на меня взглядом, в котором явно сквозит пренебрежение. Покачиваясь, снимает с себя ботинки, а затем, привалившись к стене, расстегивает пуховик.

– Привет! – подбегаю я и принимаю его куртку, чтобы расположить в шкафу. – Ты долго.

– Привет! Я спать!

Не успеваю я и глазом моргнуть, как он проходит мимо, машет в гостиной детям, которые радостно устремляются к нему, а затем проскальзывает в спальню и плотно закрывает за собой дверь, едва не прищемив Тимоше пальчики на руках.

Тим обиженно всхлипывает и начинает рыдать, раззявив рот.

– Малыш! – тут же кидаюсь его успокаивать, взяв на ручки. – Испугался? Папа не подумал просто, сыночек. Давай подую на ручку!

Отвлекаю Тимку, подходя к окну. На мое счастье, во дворе работает трактор, расчищающий снег, который привлекает его внимание. Мы долго рассматриваем как он работает, а затем я одеваю детей, и мы идем ненадолго погулять на детскую площадку.

По приходу домой, кормлю детей и укладываю на дневной сон в гостиной. Слава богу, дети не выносят мне мозг и вполне себе быстро засыпают. Я проверяю телефон, в котором висит несколько сообщений от Леночки. Она жаждет подробностей, но я пишу ей, что отвечу позже.

На цыпочках, словно преступница, крадусь в прихожую и обнюхиваю пуховик Ярослава. Он пахнет табаком и его туалетной водой. Впервые за всю семейную жизнь позволяю себе проверить его карманы, в одном из которых нахожу мобильный телефон. Вижу на экране пропущенные звонки и сообщения, но открыть их не могу. Аппарат заблокирован, а код-пароль я не знаю.

Проникаю в спальню и тихонечко прикрываю за собой дверь. Муж спит поперек кровати, лежа на животе. Не смотря на свое состояние нестояния, он даже нашел в себе силы и разделся. Рубашка, костюм и галстук валяются на полу. На Ярославе надеты лишь темные боксеры, обтягивающие его упругую задницу.

Стыдно признаться, но внимательно его тело я не рассматривала, хотя мне очень этого хотелось. Как правило, сексом мы занимались в полутьме, и ни разу не принимали вместе душ или ванную. Конечно, я видела его член, но пристально не удавалось разглядеть. И сейчас я зависаю, жадно оглядывая длинные мускулистые ноги, покрытые короткими черными волосками. Поднимаюсь глазами выше, задерживаясь на ягодицах, а потом скольжу выше. Спина у Ярослава мощная, прокаченная, с бугорками мышц. Руки, лежащие под головой, сильные и рельефные. Света в спальне недостаточно, потому что окна прикрыты плотными шторами, но я зорким взглядом выхватываю какие-то полосы в районе лопаток. Подхожу ближе, наклоняясь, и едва не вскрикиваю. Это следы от ногтей. От женских ногтей. По четыре дорожки с каждой стороны. Глубокие и свежие. И явно их оставляла не я.

Сердце ухает в пятки, а ноги предательски слабеют. Не верю своим глазам, смыкаю веки, открываю заново, но мерзкие дорожки никуда не деваются. Сегодня ночью мой муж был с какой-то женщиной, и жадно ее имел. Меня ведет от этого открытия, и я без сил опускаюсь на пол. В отупении смотрю на пустую стену и не могу собрать мысли в кучу.

Одно понимаю точно. Я не буду терпеть измены. Не смогу. В конце концов, я не сделала ничего плохого, чтобы жить такой жизнью. И мои дети этого не заслуживают. Я всегда мечтала иметь крепкую семью, всецело доверяя своему мужу. Даже мысли не допускала о том, что он сможет меня так предать. Да, наверное, я не была идеальной женой, но это ни о чем не говорит.

Обхватив голову руками, раскачиваюсь из стороны в сторону, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не расплакаться. Мне обидно. Мне больно. Мне невыносимо.

Хватаю рубашку, валяющуюся рядом, и подношу к своему носу. От нее разит духами. Женскими, дорогими нишевыми духами. Я узнаю этот аромат. Это «Чимилка». Как-то меня занесло в «Серебряную грушу», и я их там понюхала. Они мне безумно понравились, но ценник был просто конский. Я и мечтать не могла о таком дорогом флаконе, поэтому оставила на память плоттер с ароматом и носила его в кармашке сумочки, наверное, месяц.

Отбрасываю от себя сорочку, как противную лягушку, и решаю осмотреть брюки. Наверное, это интуиция, потому что я уже фантомно кончиками пальцев чувствую, как нахожу презервативы в кармане. Не проходит и секунды, как фантомность превращается в явь. Ужасную и беспощадную. Выуживаю фольгированные пакетики и бессильно стону в потолок, а потом начинаю истерично хохотать.

## Глава 13. Леся

Ярослав дрыхнет как ни в чем не бывало, а я настолько унижена и оскорблена, что с удовольствием бы задушила его. Фантазия рисует мне его дрыгающиеся от нехватки кислорода длинные ноги, а меня, сидящую верхом на его лице, удерживающую подушку изо всех сил.

Разумеется, душить его я не собираюсь, но мне настолько мерзко и противно, что я иду в душ. Ощущение, словно меня вываляли в дерьме и нарядили в чистую одежду. Прохожу мимо гостиной и заглядываю к детям и убеждаюсь, что они сладко спят.

Сонное царство, не меньше. Одна я, как неприкаянная, хожу из стороны в сторону. Захожу в душевую кабинку и включаю теплую воду, мою волосы на два раза, и тру тело мочалкой до скрипа. Так интенсивно, будто хочу с себя снять кожу. Все равно мне кажется, что я грязная, в итоге моюсь на третий раз.

Как давно он мне изменяет? Это была одна Агнесса, или разные девушки? Как часто это происходит? Где? А о них он заботится? Наверняка, да. Даже, наверное, ласкал их языком, о чем я только в книжках и читала. Ой, мамочки.

Меня буквально передергивает от своих мыслей, а кожа, несмотря на то что я стою под горячей водой, словно коркой льда покрывается.

Прекрасно понимаю, что впереди меня не ждет ничего хорошего, разрешаю поплакать и пожалеть себя. Нужно поговорить с Ярославом и принять какое-то решение, потому что дальше так продолжаться не может.

Я готова была закрывать глаза на его грубость и потребительское отношение ко мне, терпеть унижения ради детей, но измены выносить я не буду. Нет. Нет. И еще раз нет!

Однажды, я пожаловалась маме на то, что Яр нелестно высказался о моей фигуре, на что получила ответ, что да, действительно. Нужно взять себя в руки и соответствовать такому мужу. И вообще, он ведь меня не бьет, чего жаловаться?

Глубоко вдохнув, умываю лицо и выключаю воду, после чего растираюсь до красна полотенцем и надеваю чистый домашний костюм, состоящий из майки и просторных штанов. Сушу волосы и вытягиваю их с помощью утюжка, прислушиваясь к тишине в квартире. Прекрасно! Я люблю тишину.

Приведя себя в порядок, прохожу на кухню и ставлю варить курицу для супа. Лева просто обожает супчик с лапшой, наверное, и Тимоше можно дать попробовать. Краем глаза замечаю капсулы для кофемашины, которыми пользуется муж, и без зазрения совести варю себе полноценный напиток, а растворимый выбрасываю в мусорное ведро.

Сама не знаю, откуда во мне берется столько храбрости, но, похоже, я устала быть покорной овцой. И меня обидели. Очень сильно и незаслуженно. Вспоминаю, как скакала одна с двумя детьми посреди ночи, пока Ярослав спал с какой-то бабой, и такая злость берет, что я еле сдерживаюсь, чтобы не разбудить его. Чуть с ума не сошла от нервов и переживаний за здоровье Тимки, а ему хоть бы хрен. Он по-прежнему не знает, что мы пережили этой ночью.

Попивая кофе, делаю себе бутерброд с творожным сыром и авокадо, параллельно переписываюсь с Леной, чтобы отвлечься от дум. Делюсь с ней впечатлениями о вчерашнем вечере, умалчивая подробности общения мужа с Агнессой, переключаюсь на ночные приключения и рассказываю о больнице.

– А где был твой муж? – тут же прилетает сообщение от подруги.

– Он всю ночь тусил, – с виноватым смайликом, отвечаю. – Только утром пришел. Сейчас отсыпается.

– Пиздец! – пишет Лена. – Я бы своего убила за такое. Ты для меня просто героиня, Леся.

– Я привыкла, – закусив нижнюю губу, печатаю. – Главное, у Тимоши все хорошо.

– Твой муж не бедный, что он тебе купит за свой косяк? Я бы шубу требовала, или кольцо. Не меньше. Где это видано вообще? – продолжает девушка.

– Не смеши. Ничего он мне не купит и даже не собирается.

– Даже цветы не принес?

Я истерически смеюсь, и печатаю отрицательный ответ. Цветы. Я безумно люблю цветы. Любые. От гвоздик до роз, но за все время нашего брака я их получала максимум раз десять. В самом начале отношений, на свадьбу, на рождение детей и на свой день рождения. Это пустая трата денег, внушал мне Ярослав. А он не любит вхолостую тратить заработанное. И вообще, я должна быть благодарна, что он с меня чеки за покупки не спрашивает.

Меня подмывает выложить Лене все, как на духу, но я сдерживаюсь. К чему ей это все? Совершенно ни к чему. У нее своя жизнь. Правда, она в отличии от меня не замужем, и детей у нее нет.

Спустя нектрое время просыпаются мальчики, и день идет своим чередом, а ближе к вечеру, наконец, выходит из спальни Ярослав. Выглядит, мягко говоря, не очень. Помятый и растрепанный. На нем надеты домашние трико и футболка, ступни босые.

– Папа! – кричит Левик, завидев отца. Бросает конструктор и со всех ног устремляется к нему. Соскучился. Он его искренне любит своим маленьким сердечком и даже не догадывается, что творит его отец.

– Привет, сын! – подхватывает его на руки и тянется к Тимке, который ползет в его сторону. Поднимает и второго сына, после чего целует их в макушки. – Папа сейчас сходит в душ и поиграет с вами немного, хорошо?

Я посматриваю на часы. Парням уже пора купаться и готовиться ко сну, а не играть, но перечить не решаюсь. Режим детей именно сейчас – не самое главное.

– Лесенька, – неожиданно ласково обращается ко мне муж. – Есть, что пожрать?

– Суп куриный с лапшой, – на автомате отвечаю я.

– Погрей, пожалуйста. Я быстро. И кофейку свари. Подыхаю!

Осторожно спускает детей на пол, а затем подходит ко мне и мажет губами по щеке, повергая в шок приступом нежности.

– Может, спинку мне потрешь в душе? – шепчет он мне на ухо. – Я твою аппетитную задницу во вчерашнем платье забыть не могу. Член колом стоит.

## Глава 14. Леся

В итоге, разумеется, никакую спинку я никому не тру. Отказываюсь под предлогом того, что мне нужно быть с детьми, и в отупении пялюсь в стену, пытаясь проанал