Александра Блик
Нитки, деньги, василиск

Глава 1, в которой становится понятно, почему никогда не стоит связываться с демонами

– Васенька, идём обедать!

– Сейчас, тира Эдит, – отозвалась я, заканчивая строчку. На мой взгляд, выходило отлично. Хотя – если немного подравнять вот здесь…

– Вася! – донеслось настойчивее.

– Иду-иду!

Магическая машинка – такая прелесть! И никакого электричества не нужно. О механике вообще молчу. На ножном приводе я бы до вечера мучилась. А тут вот, уже почти закончила. Ещё минутку – и пойду обедать.

– Знаю я твоё иду, – раздалось над ухом.

Я задрала голову и встретилась взглядом с хозяйкой заведения. Тира Эдит выглядела как мягкая, приятная женщина лет пятидесяти. Светлые волосы, светлые глаза – как у большинства жителей Ризеса. Зарождающиеся добрые морщинки в уголках глаз могли ввести в заблуждение. Когда хозяйка лавки сердилась, под руку попадаться точно не стоило. А сейчас она была как минимум недовольна. Я передёрнула плечами и послушно поднялась.

– Я же сказала, что через минутку, – пробубнила едва слышно. – Зачем так сердиться?

– Ты это сказала двадцать минут назад, – фыркнула она. – Опять ведь без обеда останешься.

– Но у нас же заказ…

– Так! – Тира упёрла руки в бока и глянула грозно. Я сглотнула и поспешила в подсобку. Пускай хозяйка едва доставала мне до плеча, но это вовсе не мешало ей быть пугающей, когда надо.

На столе в небольшом каменном помещении без окон красовался чайник и тарелка с румяными пирожками. Я с удовольствием втянула запах свежей выпечки и улыбнулась. Да, пожалуй поесть не помешает. Тем более уже… Я бросила взгляд на часы и побледнела. Через полчаса примерка! Нужно же всё подготовить! Попыталась броситься обратно в приёмную, но дорогу преградила хозяйка лавки.

– Тира Флафф! – в панике выдохнула я.

Маленькая, но очень сильная рука взметнулась, крепко зафиксировала моё ухо и волоком потащила к столу.

– Тира Флафф перенесла примерку на час, – просвещали меня по пути. – И у тебя как раз есть время, чтобы поесть.

– Да я и сама хотела, – соврала, не моргнув глазом.

Женщина скептически прищурилась, но ухо выпустила и позволила сесть. Я тут же поспешила налить себе чаю и цапнула пирожок. С наслаждением откусила и прикрыла глаза.

– Тира, вы волшебница! – выдохнула с восхищением. – С мясом – мои любимые.

– Да уж знаю, – улыбнулась сидящая напротив хозяйка. – По счастью, можем себе позволить.

И мы могли, это правда! В последние месяцы, после того, как я появилась на пороге швейной лавки в поисках работы, дела резко пошли в гору. Я быстро входила в курс дела и щедро делилась знаниями. Всё же за спиной шесть лет экономического факультета, многолетний опыт работы с одеждой и пачка бизнес-тренингов, в том числе по управлению и маркетингу. Жаль, в ведении собственного бизнеса попрактиковаться не успела… Ну да это ничего, я и так справляюсь.

Засунув в рот остатки пирожка, я потянулась за следующим, да так и застыла с занесённой рукой. Тира Эдит, бледная как мел, неотрывно таращилась мне за спину. Вдоль позвоночника пробежал холодок, и как будто в комнате ещё потемнело. По стенам зазмеилась изморозь. Я резко обернулась.

За моей спиной стоял ОН. Высокий, статный, краснокожий. С витыми рогами и насмешливым взглядом. Истинный представитель своей расы.

– Ты! – прошипела я, вскакивая со стула. – Козёл безбородый!

– Это что-то новенькое, – невозмутимо улыбнулся демон и шагнул к столу, нагло занимая моё место. – О, а вот за еду спасибо. И правда, забегался совсем, даже перекусить некогда.

Он протянул когтистую лапу – выглядела она как человеческая рука, но я не обманывалась, у демонов лапы и точка – и подцепил пирожок. Откусил, пожевал и блаженно зажмурился.

– Мм, с мясом! Мои любимые!

Тира Эдит икнула, и поспешно прикрыла рот обеими руками. Я стояла, скрестив руки на груди и ждала, когда на меня обратят внимание. Терпение моё было почти безгранично – я продержалась не меньше минуты. Больше, увы, не выдержала.

– Ты что здесь делаешь? – прошипела я, наклоняясь к наглецу. – Мало тебе? Не наигрался?

– Ну почему же, – пожал плечами демон, отхлёбывая чай из чашки. Моей, между прочим, чашки! С ящерками! – Вполне наигрался. Прочувствовал, так сказать, на себе…

Его пальцы метнулись почесать чёрную татуировку на правом плече. Странно, в прошлый раз мне показалось, что кожа у него была чистая… Да, впрочем, я и не разглядывала его вовсе.

– Верни меня назад! – потребовала я. – У меня там бизнес…

Так и не открылся. Заказы наверняка уже неактуальны, срок договора по займу тоже истёк – деньги мне уже не выдадут, и придётся налаживать всё по новой. Опять ходить по банкам, подавать заявки, что-то подписывать, извиняться перед постоянными клиентами… Светлана Константиновна наверняка всю душу вытрясет. Она не терпела задержек. Да и остальные тоже. Одно дело задержать заказ на день-два, другое – на несколько месяцев. Да ещё полностью исчезнуть с радаров, не отвечать на звонки…

Я хмуро взглянула на демона. Он заинтересованно следил за моим выражением лица, дожёвывая очередной пирожок.

– И чего ты ждёшь? – буркнула сердито.

– А я не могу, – хмыкнул он. – Печать не позволяет.

Я яростно выдохнула. Конечно, всегда есть какие-то но. «Мы выдаём займы, но под тридцать пять процентов годовых». «Мы сдаём помещение в аренду, но ремонт делайте за свой счёт». «Я готов купить это платье, но с перламутровыми пуговицами». Бесит.

– И что нужно сделать, чтобы она позволила? – уточнила я. Внутри росло раздражение, но демонстрация эмоций ещё никогда никому не помогала. Поэтому я глубоко вдохнула и выдохнула несколько раз, как учила Бозя, взяла себя в руки и выжидающе уставилась на демона.

На лице демона промелькнуло уважение.

– А разве тебе не надо… Не знаю… Удариться в истерику, например? – уточнил он. – Я могу подождать.

– Не надо, – фыркнула я. – Я стойкая. И всё ещё жду ответ.

Демон окинул меня ещё одним озадаченным взглядом и пожал плечами.

– Ты загадала желание, – пояснил он. – Вот пока ты его не исполнишь, домой вернуться не сможешь.

Желание? А ведь и правда, было какое-то желание… В бокале с игристым вином. Что же я там написала?.. А, точно!

Я радостно прищёлкнула пальцами и осеклась. Смерила демона взбешённым взглядом.

– Ты издеваешься?

– Разве?

– Я загадала за год удвоить вложения в бизнес.

– А вот это плохо, – помрачнел демон.

– Конечно это плохо! Потому что по твоей милости бизнеса у меня больше нет! Всё осталось там, дома! А я здесь! И как теперь?

– Придётся очень быстро создать всё заново, – пожал плечами демон. – Но плохо не то, что ты здесь, а то, что ты поставила временные рамки.

– Почему плохо?

– Потому что если не уложишься в сроки, то умрёшь, – обрадовал демон и откинулся на спинку стула.

Пошатнувшись, я окинула взглядом комнату и за неимением свободных стульев обессиленно опустилась на сундук с обрезками тканей. Тира Эдит переводила растерянный взгляд с меня на демона. Последний же хмурился, сосредоточенно пережёвывая предпоследний пирожок.

– Умру? – тупо повторила я. – Из-за денег?

– Из-за желания, – припечатал демон. – Потому что нечего быть такой меркантильной.

Я криво усмехнулась и обхватила себя руками. Стало по-настоящему зябко, хотя ещё минуту назад я совершенно не замечала холода.

– Ну-ну, не расстраивайся, – неловко постарался утешить меня демон. – Вон подружка твоя вообще непонятно что загадала. А деньги – это хотя бы полезно. Захочешь – вообще здесь останешься, тогда всё достанется тебе.

– Божена? Ты видел Бозю? – подхватилась я, игнорируя последние слова. – Она в порядке?

– Да в порядке она, что с ней сделается, – хохотнул демон. – Правда, чуть с обрыва не грохнулась, ну да я её поймал. Привет тебе, кстати, передавала.

Забыв про внезапную усталость, я кинулась вперёд и схватила демона за предплечье.

– И ей тоже привет передайте! Скажите, что мы обязательно выберемся!

– Вот ещё… – демон брезгливо стряхнул с руки мои пальцы. – Я вам не посыльный. Сами разбирайтесь.

– Но как?

– Вот выполнишь своё желание – и сама ей всё скажешь. А теперь хватит лениться, займись делом, – нахмурился он. – Ишь, вместо работы сидит, чаёк попивает с пирожками.

Я покосилась на опустевшее блюдо, на котором ещё недавно высилась горка выпечки… И решила не спорить. Спорить с демоном – себе дороже.

– Значит, у меня год?

– Год с момента появления в этом мире, – кивнул он. – Ты уже сколько дней здесь?

Я застонала, прикрыв лицо руками.

– Я здесь три месяца!

– О…

Что? Неужели кому-то стало стыдно? А впрочем, какая разница?

– Ну тогда… Можешь немного отдохнуть, разрешаю, – сжалился демон. – Только пирожков много не ешь. Для фигуры плохо.

Мы вместе покосились на пустую тарелку, и я недобро прищурилась. Протянула руку в сторону стола, и посудина дрогнула, поднимаясь в воздух.

– Ого, – присвистнул демон. – Ты и с новыми способностями разобралась. Молодец! Сразу видно, времени зря не теряла.

Я не ответила. А демон, видимо, осознал, что зря напомнил про время. Три месяца, чёрт возьми!

– Что ж, – засуетился он, стараясь сохранить лицо. – Раз мы всё выяснили, то мне, пожалуй, уже пора.

Он сглотнул, глядя, как в мою сторону медленно, но неотвратимо плывёт то самое блюдо от пирожков. Я, вытянув руку в сторону стола, продолжала сверлить его недобрым взглядом. Демон пятился.

– Девочка, ну что ты в самом деле? Такая ведь спокойная была, рассудительная…

Тарелка ткнулась в ладонь, и я не глядя обхватила ободок пальцами.

– Ладно, исчезаю, – выдохнул демон, истаивая в воздухе за миг до того, как тарелка врезалась в стену ровно в том месте, где он только что стоял.

Повисла тишина. Я стояла и тупо пялилась на осколки. Со спины неслышно подошла тира Эдит.

– Жалко, – посетовала она, глядя на почившее блюдо.

– Я куплю вам новое с зарплаты, – отозвалась бездумно.

– Да не блюдо, – отмахнулась она. – Жалко, что не попала в гада.

Я согласно кивнула. Мы ещё помолчали. В голове поселилась звенящая пустота, но на задворках сознания уже собирались воинствующие группировки мыслей. Какие-то требовали немедленно бежать изучать местное законодательство. Другие побуждали прямо сейчас садиться и писать бизнес-план. Третьи и вовсе заставляли идти выяснять, какие банки Ризеса выдают займ на бизнес для девушек с неопределённым прошлым. Кошмар!

– И что ты планируешь делать?

– Для начала подготовиться к визиту тиры Флафф, – призналась я. – А вечером сяду за составление плана действий… Боюсь, я не смогу работать так же много, как раньше. А со временем и вовсе придётся уволиться.

Голос дрогнул, и мне на плечо легла тёплая ладошка. Тира делилась молчаливой поддержкой, и я в очередной раз задумалась о том, как же мне повезло прийти именно в её лавку. Когда я очнулась в едва освещённом подземном тоннеле три месяца назад, всё, на что хватило моей фантазии – это пойти искать себе работу. И из трёх ателье Ризеса я выбрала именно лавку тиры Пейтон Эдит.

Разумеется, тогда я руководствовалась исключительно логикой. Лавка находилась на втором, среднем, ярусе кратера, да ещё и довольно близко к центру. И я предположила, что здесь я смогу заработать больше, чем в двух остальных заведениях. Но помимо прочего тира Эдит отнеслась ко мне с поистине вселенским теплом и заботой. В чём-то она даже заменила мне мать, погибшую восемь лет назад.

– Как думаете, в Ризесе хватит места ещё одной лавке? – печально улыбнулась я, выныривая из мыслей, и обернулась.

Хозяйка смотрела на меня со странной задумчивостью, словно оценивая. Я поёжилась под этим острым взглядом и забегала глазами по комнате. Стало неловко. Внезапно вспомнилось недошитое платье.

– Ну… Я пожалуй пойду, – прошептала я и попыталась выскользнуть в мастерскую.

– Стоять, – прозвучало властно.

Я послушно замерла, с опаской поглядывая на хозяйку.

– Знаешь, девочка моя, – продолжила она елейным голоском, – откровенно говоря, я давно задумывалась о расширении бизнеса. В рамках этой лавки мне стало… скажем так, тесновато.

– Правда? – усомнилась я. Помнится, до недавнего времени тиру всё устраивало. Она даже сама неоднократно говорила, что небольшая лавка в Ризесе – предел её мечтаний.

– Разумеется, правда, – заверила меня она. – А самое интересное знаешь что?

– Что?

– У меня даже есть дополнительная площадь, оформленная под бизнес. И я готова была бы сдать её тебе с внушительными арендными каникулами.

– Правда? – оживилась я, перебирая в голове план Ризеса. – А где она находится?

Лучше бы, конечно, так же на втором ярусе. Или на третьем. На первом живут зажиточные горожане, которые будут нос воротить от новичка. Но даже если так, всё равно прорвусь. В конце концов, знания есть, а опыт…

– В Фоссе, – огорошила меня.

– В… Фоссе? – в душу закралось недоброе предчувствие. – Это какой-то район Ризеса?

– Фосс – второй крупнейший кратер Экоса. За три месяца могла бы и запомнить!

Прозвучало с осуждением, и я возмутилась, поначалу пропустив мимо ушей первую часть фразы:

– Да откуда мне знать географию Экоса!.. Подождите, кратер? Вы предлагаете мне открыть лавку в другом кратере?

Стало обидно. И страшно. Да я в этом мире без году неделя, едва нашла своё место, а меня уже отсылают за тридевять земель. Аж в другой подземный город – по-здешнему, кратер. Не могу сказать, что была готова к такому повороту.

Хозяйка тяжело вздохнула и прошла к своему месту за столом. Я последовала за ней. Села на свой стул, очистила чашку после демона бытовым заклинанием и плеснула туда уже остывший чай.

– Я тоже не хотела бы тебя отпускать, – призналась тира Эдит. – Но ещё меньше я хочу, чтобы у тебя были проблемы. Да и прикипела я к тебе. Жалко будет, если не справишься.

– Справлюсь, – обиделась я. – У меня высшее образование и…

– Справишься, – легко согласилась моя начальница. – Но в Ризесе это будет очень сложно. Кратер маленький, одежду покупают редко. То ли дело Фосс…

Я со стоном спрятала лицо в ладонях. Уезжать не хотелось, и я искала любой предлог, чтобы остаться. Ведь открой я небольшую лавочку, мы бы могли вечерами встречаться с тирой Эдит, пить чай, обсуждать успехи…

– А с другой стороны, – протянула она задумчиво. – Может, лучше тебе и остаться.

Я радостно вскинула взгляд.

– Серьёзно?

– Увы, да. Вряд ли у тебя получится добиться успеха в Фоссе.

Внутри шевельнулся дух протеста, заставив нахмуриться. Это как это – у меня и не получится?

– И почему же? – проворчала я. Сомнения тиры в моих силах неприятно царапали самолюбие.

– Видишь ли, в той лавке раньше работала я. И даже меня вынудили оттуда съехать конкуренты.

– Конкуренты? Там их так много?

– Вовсе нет. Вообще, всего одна конкурентка. Тира Розалина Шарм с некоторых пор решила, что лишь она имеет право размещать свои ателье на всех семи ярусах. И методы, которые она использовала… Скажем так, у меня с Розалиной очень личные счёты.

Хозяйка скривилась и замолчала.

И вот я ведь понимала, что меня банально берут на слабо. Понимала, и всё же… Ничего не могла с собой поделать. Больно кололо ещё и то, что добрейшую тиру Эдит вынудила покинуть собственную лавку какая-то стерва. Ух, эту дамочку я заранее невзлюбила.

– Так что, каково твоё решение? – улыбнулась хозяйка, наблюдавшая за сменами моего выражения лица. – Сможешь отбить старую лавку и восстановить моё доброе имя?

– Куда я денусь, – мрачно усмехнулась я. – Кто кроме меня сможет защитить ваше доброе имя?

Хозяйка улыбнулась шире. С минуту мы молчали каждая о своём. Тира, вероятно, вспоминала времена, когда она шила одежду в Фоссе. Я пыталась прикинуть, что необходимо докупить в новую лавку и сколько это будет стоить.

Наши раздумья прервал звонок дверного колокольчика.

– Тира Флафф! – воскликнули мы хором и кинулись в прихожую.

Глава 2, в которой происходит переезд и завязываются новые знакомства

Вокзал впечатлял. Я словно бы на время очутилась в родном питерском метро, на одной из пересадочных станций. Аристократы, покинув вагон первого класса, сразу направились к движущимся вверх лестницам. Ну разумеется, негоже небожителям топтаться по нижним этажам.

Пассажиры в самой скромной одежде пешком спускались вниз. Я же одёрнула рукава нового ярко-красного жакета и двинулась вперёд. Мне не терпелось взглянуть на Центральный Провал. По словам тиры Эдит, он уходил вниз на целых шесть ярусов. В Ризесе подобного не было.

Не было там и ещё кое-чего. Того, что я страстно мечтала увидеть, прибыв в Фосс. Я шла по тоннелю, а сердце ускоряло ритм, взволнованно стуча о рёбра. Мне до последнего не верилось, что услышанное правда. Но вот освещённый тоннель закончился, я стремительным шагом вылетела на широкую площадку, огораживающую провал… и замерла как вкопанная, с абсолютно детским восторгом задрав голову вверх.

Небо.

Здесь, в Фоссе, можно было увидеть небо. Пусть небольшой далёкий клочок, огороженный прозрачным куполом, но это было на целый клочок больше, чем в Ризесе, где я прожила последние несколько месяцев.

Не сразу я поняла, что плачу. Просто смотрю наверх и рыдаю, как ребёнок. Надо же, а я думала, что давно утратила эту способность. В голове не укладывалось, насколько в действительности я успела соскучиться по дневному свету.

– Фу, провинция, – послышалось за спиной. – Какой аляповатый жакет!

– Ты смотри, она впервые видит небо. Сразу видно, из какой-нибудь котловины вылезла.

А вот и не из котловины. Ризес – тоже кратер. Хоть и небольшой.

Зато эти шепотки помогли взять себя в руки. Подумаешь, небо. Вот выполню своё желание, и вернусь домой. Там сколько угодно неба. Успею насмотреться.

Расправив плечи и гордо вздёрнув подбородок, я двинулась в сторону уходящей вниз лестницы. Сейчас я находилась на четвёртом ярусе, а нужен был пятый. Очень скоро я увижу лавку, в которой мне предстоит строить бизнес.

Вывернув с лестницы на площадку пятого яруса, я заозиралась в поисках указателя. Одинокий столбик стоял на краю провала, освещённый скупыми лучами дневного света. Сюда его долетало ещё меньше. Зато на указателе ясно значилось нужное мне направление.

Второй Центральный тоннель вёл вглубь скалы. Довольно широкий, умеренно светлый. Освещение было на порядок более щедрым, чем в Ризесе. Но более скупым, чем на четвёртом ярусе. Я бы сказала, что света здесь – как в местечковом торговом центре возле метро. Вроде бы всё видно, но обстановка мрачноватая.

Первой бросилась в глаза вывеска «Студия Шарма». Я недобро прищурилась: по рассказам тиры Эдит, именно владелица этой сети, Розалина Шарм, вытеснила её из Фосса. И именно с этой торговой маркой мне предстояло конкурировать.

Моя лавка находилась дальше, но я сочла нужным задержаться. Из багажа с собой была всего одна сумка (остальное отправила курьером) да и я не то чтобы сильно устала… Словом, я приняла спонтанное решение заглянуть внутрь и оценить конкурентов. Можно было бы ограничиться осмотром лавки сквозь витрину – но, увы, витрин в местных лавках не водилось. Лишь глухие стены, из которых торчали двери да вывески.

Подавив желание постучаться, я потянула створку на себя, и тут же оказалась в полутёмном помещении. Застыв в недоумении, я принялась оглядываться в поисках хозяйки. Увы, навстречу мне выходить не спешили.

– Добрый день? – позвала я.

– У нас обед! – отозвались из глубины. – Приходите через час.

М-да… Сервис на высоте.

Я позволила себе задержаться ещё на пару минут. Прошла вдоль вешалок с готовым платьем. Кажется, о клиентоориентированности здесь не слышали. Одежда была почти одинаковая – мало того, что все ткани имели землистый оттенок, так ещё и на первый взгляд размеры были совершенно одинаковыми. А мой взгляд достаточно профессионален, чтобы быть уверенной, что так оно и есть.

Выходила из магазина в недоумении. Каким образом вот этому удалось вытеснить с рынка тиру Эдит? Да, тира не отличалась оригинальностью, но никогда не пренебрегала посетителями. Всегда была доброжелательна, и имела широкий ассортимент тканей всех оттенков.

Я присмотрелась к прохожим и нахмурилась. Жители были одеты в эти самые землистые цвета. И на меня, в ярко-красном жакете, косились с плохо скрываемым презрением. Стоило это осознать, и волной накатил стыд. Как в детстве, когда приходилось носить рубашки со слишком короткими рукавами… Но я тут же взяла себя в руки и расправила плечи. Видимо, я не вписывалась в чьи-то стандарты? Что ж, очень жаль. Придётся этим стандартам подвинуться.

Украдкой разглядывая костюмы прохожих и мысленно делая пометки для будущих дизайнов, я едва не проскочила свой поворот. А когда поняла, застыла в недоумении. Просто Третий Пещерный переулок, который значился в адресе, был больше похож на тесный коридорчик. Такой был в приюте, и там зажимали незадачливых ребятишек, которым не повезло перейти дорогу хулигану Жеке. Я сама оказывалась в нём не менее десятка раз, пока не научилась давать отпор.

Опасливо оглядевшись по сторонам, я всё же рискнула войти в переулок. Освещения здесь было мало. Места – ещё меньше. Кажется, попадись мне кто-то навстречу, расходиться пришлось бы бочком. А главное – здесь не было никого. Ни прохожих, ни вывесок, ни дверей…

Впрочем, спустя десятка два шагов моё мнение резко поменялось: в нос ударил аромат свежей выпечки. Рот моментально наполнился слюной, и я рванула вперёд. Последний раз я нормально ела в Ризесе, а все перекусы закончились ещё в поезде. Так что подкрепиться не мешало.

Но только я набрала скорость, мне пришлось на собственном опыте убедиться, как это – расходиться в таком тесном коридоре. Коридорчик в очередной раз вильнул, и я впечаталась в чью-то широкую грудь.

– Девушка, вы не пострадали? – прозвучал бархатный голос, и я удивлённо вскинула глаза. На меня смотрел потрясающе обаятельный мужчина. Непривычные для пещер тёмные волосы зачёсаны назад, в карих глазах застыли смешинки… И лишь потом я разглядела необычную смуглость незнакомца. Быть не может…

– Вы василиск? – спросила я заворожённо. Потому что, ну… В Ризесе василиски практически не жили. Если не считать мэра кратера, которого я, впрочем, за несколько месяцев ни разу и не встретила. Но тира Эдит говорила, что в Фоссе их, якобы, пруд пруди. Особенно на верхних ярусах.

Брови незнакомца взлетели вверх. Чёрт, видимо, вопрос оказался некорректен. Впрочем, через миг взгляд мужчины спустился ниже, оценил яркую одежду и сделал правильные выводы:

– Вы, должно быть, недавно прибыли? – уточнил он.

Я смущённо кивнула и отвела глаза. Действительно, неловко вышло.

– Прошу простить мою бестактность, – пробормотала я. – Просто я до сих пор ни разу… ну…

– Я всё понимаю, – мягко улыбнулся незнакомец. – Будем знакомы. Кэр Гордан Гущер. Старший следователь.

Кэр, не тир? То есть, он из аристократов? А впрочем, василиски, кажется, все из аристократов. Что-то я такое слышала.

Кэр Гущер протянул руку, которую я радостно пожала, вызвав мимолётное недоумение собеседника.

– Я Василиса, – представилась я. – Тира Василиса Белова. Новая владелица ателье… – я неопределённо указала рукой вперёд по коридору.

– Разве там что-то ещё есть? – удивился он, оборачиваясь. – Я всегда думал, что пекарня – единственное заведение этого переулка.

Я криво улыбнулась, прикидывая, сколько ещё людей уверены, что в коридоре ничего нет. Что ж, работа предстоит большая, но я к этому готова.

– Пока нет, но будет, – убеждённо ответила я. – На этой неделе начинаем работу.

– Вот как… – кэр Гущер смерил меня новым, оценивающим взглядом и усмехнулся. – Что ж, желаю удачи.

– Благодарю, – отозвалась я и попыталась обойти нового знакомого. Сделать это в узком коридоре и впрямь было непросто.

Мужчина галантно посторонился, пропуская меня.

– Кстати, тира… – позвал он, когда я уже собиралась вовсе откланяться. – На одном из нижних ярусов был замечен опасный преступник. Так что если увидите что-то подозрительное, сразу сообщайте полиции.

– Конечно, – растерялась я. – А как мне это сделать?

– Отделение пятого яруса находится в Первом Центральном тоннеле. Приходите туда. – Он на миг замялся и продолжил. – У преступника светлые волосы, он высокий и… он василиск.

Я нервно усмехнулась. Интересно, как мне предлагается в случае чего бежать от злоумышленника аж до полицейского участка? Я же только от Центрального Провала минут пятнадцать добиралась. Я с опаской покосилась вглубь уходящего дальше коридора и поёжилась. А что если он сейчас сидит там, в тупике, и поджидает меня?

– Я провожу вас, – предложил следователь, верно истолковав мои мысли.

Вопреки опасениям, коридор оказался пуст. Мы прошли мимо уютной вывески «Пекарня Бейкер», сделали ещё пару поворотов, и упёрлись в тупик. Здесь было уже настолько темно, что ещё в пути пришлось зажечь пульсар. Светлячок освещал каменные стены, отражаясь от редких вкраплений каких-то блестящих пород.

Увидев скромную железную дверь, я с облегчением выдохнула. Никаких преступников не было.

– Спасибо вам, – искренне поблагодарила я следователя. – Обязательно приходите ко мне за новым костюмом.

Кэр Гущер окинул насмешливым взглядом мой наряд и вежливо улыбнулся.

– Я… Подумаю, – пообещал он, и я поняла, что больше мы скорее всего не увидимся. Не его стиль, точно.

– Что ж, всего доброго, – попрощалась я.

Следователь кивнул и поспешил удалиться. А я зашарила в сумке в поисках ключа. Через пару минут поисков он нашёлся в потайном карманчике. Что ж, вот сейчас я наконец увижу место, в котором мне предстоит обитать в ближайшие месяцы. И я заранее была уверена, что искренне полюблю эту лавку. Точно так же, как её любила тира Эдит.

Глубоко вдохнув, я вставила ключ в замочную скважину и повернула. Дёрнула дверь, толкнула… Застыла в недоумении. Повернула ключ в обратном направлении… По спине пробежал холодок. Дверь изначально была не заперта? Как такое возможно?

Искренне пожалев, что следователь, уже ушёл, я осторожно потянула на себя створку. Нет, я не очень-то верила, что внутри может в самом деле прятаться злоумышленник. Подобная вероятность была за гранью реального. Скорее, досаду вызывал факт того, что лавка могла простоять незапертой много лет. И оставалось лишь догадываться, во что могло превратиться помещение. Увы, я прекрасно знала, что заброшенные дома редко бывают по-настоящему заброшены. Если есть возможность проникнуть внутрь, то ей могут воспользоваться многие – от подростков, устроивших в здании какой-нибудь секретный штаб, до каких-нибудь местных бомжей. Интересно, здесь есть бомжи?

Однако, вопреки опасениям, внутри всё выглядело довольно прилично. Вещи не разбросаны, кассовый аппарат на месте, ткани сложены на полках под заклинанием стазиса.

Я повернула выключатель, освещая помещение, и застыла в благоговейном трепете. Все мрачные мысли испарились под натиском безграничного восторга. Неужели моя мечта начала сбываться? И вот это всё великолепие теперь моё? Плевать, что лишь на несколько месяцев – всё равно моё. И в данный момент я чувствовала себя настоящей бизнес-леди.

Душу затопило ликование и странное умиротворение. Я шагнула к стеллажам и трепетно погладила яркие ткани. Позвенела фурнитурой. По словам тиры Эдит, она уезжала из Фосса, надеясь на возвращение, поэтому многое оставила здесь. Она годами собирала средства, готовясь взять реванш. И сейчас все её сбережения, все запасы и даже сама лавка оказались в моих руках. Так что теперь ставки повышались: мне предстояло выполнить сразу два желания. Удвоить вложения, как и написала на несчастном клочке бумажки, ради себя, и возродить лавку, похоронив конкурентку, ради тиры Эдит. Похоронить предполагалось в переносном смысле, но это задачу не упрощало. И прямо сейчас азарт в крови зашкаливал. Хотелось смеяться, танцевать, вступить в настоящую схватку…

За спиной послышался шорох. И я насторожилась. Все радужные мысли испарились, оставляя после себя страх. Я ведь забыла про незапертую дверь… И неожиданно вероятность встретить сбежавшего преступника именно в этой лавке показалась не такой уж и ничтожной.

Звук повторился. Я резко обернулась, отскакивая в сторону. И внутренне застонала. Вот почему именно мне так не везёт?

От дальней двери, ведущей вглубь дома, ко мне крался мужчина. Светловолосый василиск, с голым торсом и оливковой кожей. Увидев, что я его заметила, он хищно улыбнулся и бросился вперёд.

Из одежды на мужчине красовались одни лишь широкие штаны и домашние туфли, так что я даже на миг залюбовалась его накачанным торсом. Но лишь на миг. В следующую секунду пришлось уворачиваться от летящего на меня тела.

Увернулась. Отскочила. Перемахнула через прилавок и огляделась. Чем бы таким в него швырнуть? И вот интересно, как в этих пещерах обстоят дела с эхом? Имеет смысл звать на помощь или не стоит и пытаться?

Под руку попался стул. Хороший, добротный. Из железа. Поднять его я, конечно, не смогла, зато резко опрокинула под ноги преследователю. Где там полицейский участок, куда надо сообщать о подозрительных личностях? Первый центральный тоннель? Рукой подать! Сейчас ка-ак разбегусь…

Показать чудеса скорости, впрочем, не удалось. Пресловутый подозрительный элемент кинулся наперерез и заблокировал выход. Я попятилась ко второй двери, уже осознавая, что шансы выбраться живой стремительно тают.

– Ты никому не расскажешшшь, – прошипел незнакомец, и между зубов мелькнул кончик раздвоенного языка.

Страх? Нет, увы. Душу до краёв затопила злость. Я, чёрт возьми, потратила столько лет! Училась шить с десяти, выполняла заказы с шестнадцати. Шесть лет вышки – вообще молчу. Курсы повышения квалификации – и всё ради чего? Чтобы на пороге открытия собственного бизнеса вот так бесславно погибнуть в богом забытой пещере? От руки какого-то ненормального мужика?

Вот всегда знала – все беды от мужчин. И конкретно этот экземпляр – прямое тому подтверждение. Но просто так я не сдамся.

Нырнув в соседнее помещение, я прищёлкнула пальцами, вновь создавая пульсар. Судя по всему, я оказалась в рабочем кабинете… Мастерской… Не важно. Важно, что моему взору открылись самые настоящие сокровища – магическая швейная машинка с шестнадцатью режимами! Шестнадцатью! На машинке в Ризесе было всего пять! Тут же стоял манекен на длинной ножке, широкие рабочие столы, машинка для вышивки… Если бы не продолжавший преследование полуголый василиск, я бы даже прослезилась от счастья. А так…

Схватив манекен, угрожающе подняла над головой.

– Живой не дамся! – предупредила я.

Мужик ухмыльнулся и даже не замедлился. А я… Ну глупо же угрожать, если исполнять угрозу не собираешься, верно? Я размахнулась и швырнула поднятым манекеном в него. Только вот капельку не рассчитала. Или роста не хватило. Основание манекена зацепилось за ножку стола, и вместо того, чтобы полететь в василиска, вся эта конструкция с жалобным шмяком обрушилась на пол между нами.

Мужчина отреагировал на мою попытку нападения изогнутой бровью и обвёл глазами помещение. Явно решил продемонстрировать, как именно нужно бросаться предметами. И его взгляд остановился…

И вот теперь мне стало по-настоящему страшно. То есть, злость и инстинкт самосохранения никто не отменял, но тут ситуация стала критической. Просто этот варвар, он… потянулся к швейной машинке. Той самой, с шестнадцатью режимами! Такого надругательства над прекрасным я ему позволить не могла.

– Нет-нет-нет-нет-нет! – Я с воплем повисла на руке мужчины, не позволяя поднять это сокровище. – Только не её!

Василиск смерил озадаченным взглядом одну ненормальную девицу, повисшую у него на предплечье. И осторожно поинтересовался:

– А что можно?

Я удивлённо вскинула взгляд. И тут же едва не утонула в невероятных золотых глазах. В них плясали бесенята, как будто он искренне забавлялся ситуацией. И вот… Я склонна винить долгую дорогу и усталость. Потому что вместо того, чтобы вспомнить о смертельной опасности, я на полном серьёзе обвела задумчивым взглядом мастерскую.

– Ну не знаю… Наверное, ничего, – озадаченно протянула я и задержалась на валявшемся под столом манекене. – Пожалуй вот он, – кивок, – был единственным, чего не жалко. Всё равно новый покупать придётся, этот совсем обветшал.

Вновь обратив внимание на собеседника, я обнаружила, что меня разглядывают со смесью любопытства и сочувствия. И, в принципе, я могла его понять…

– Ты совсем с головой не дружишь? – поинтересовался василиск.

– А ты меня передумал убивать? – ответила я вопросом. Просто внезапно вспомнилось, с чего начался наш разговор. Осознав, что до сих пор стою, вцепившись двумя руками в предплечье полуголого мужчины, поспешно отступила на шаг.

– Да я, в общем-то, и не собирался… – Он задумчиво потёр освобождённую руку. – Так, попугать хотел и выгнать.

– Это вряд ли, – расстроилась я. – Просто теперь это моя лавка, и уйти я не смогу.

Усталость. Она и только она. А ещё зверский голод. Иначе зачем бы мне откровенничать с незнакомым подозрительным василиском?

– Досадно, – вздохнул он. – Потому что в мои планы это тоже не входило.

И он выжидательно уставился на меня. Я ответила тем же. Расправила плечи и взглянула с вызовом, который практиковала каждый день жизни в приюте. Ух, Бозя бы мной гордилась.

Василиск прищурился. Я тоже. Ни один из нас не собирался уступать в этом молчаливом противостоянии. И неизвестно, чем бы закончились наши гляделки, если бы нас не прервал громкий стук в дверь.

Глава 3, в которой заключаются выгодные сделки

– Тира Белова? – раздалось из-за двери, и мой собеседник резко побледнел. В золотых глазах мелькнул испуг. А я мстительно улыбнулась. Попугать меня решил, да? Из лавки выгнать?

Мужчина сжал зубы, и отступил к стене, пропуская в прихожую. Кажется, драться ему больше не хотелось. Со смешанными чувствами пронаблюдав за его отступлением, я прошествовала к двери. На ходу размышляя, стоит ли попросить помощи у внезапного, пусть и ожидаемого посетителя. Всё-таки в моём новом доме прячется разыскиваемый преступник, и от него непонятно чего можно ожидать.

Но что-то останавливало. То ли замеченные смешинки в золотых глазах. То ли желание разобраться. Вряд ли этот василиск натворил что-то серьёзное. Хотя я так и не узнала, почему именно его ищут. Могла бы спросить у кэра Гордана, но… Логично посчитала, что никогда с тем самым преступником не столкнусь. А раз так – зачем лезть, куда не просят?

Толкнув створку, я уставилась в голубые глаза посыльного. Мужчина прошёлся заинтересованным взглядом по моей фигуре, оценивая цвет жакета и общий потрёпанный вид. Да уж, попытка бегства и борьбы не прошла бесследно.

– У вас всё в порядке? – вежливо поинтересовался курьер. – Может быть, помощь нужна?

Вот сейчас был отличный момент, чтобы сообщить о неизвестном мужчине, вторгшемся в мою лавку. Сообщить и попросить пригласить сюда следователя. А потом забаррикадировать дверь, желательно снаружи, и ждать, пока прибудут правоохранительные органы. Учитывая, что дом вырезан в скале, преступник точно никуда не сбежит. Да, это был бы идеальный вариант.

– Нет, всё в порядке, – улыбнулась я. – Просто пыталась немного прибраться.

Посыльный удивлённо глянул мне через плечо и наверняка отметил идеально ровные ряды тканей.

– Беспорядок был в кладовке, а не здесь. – поспешила объяснить я, и мужчина равнодушно пожал плечами.

– Как скажете, тира. Распишитесь вот здесь… Доставка до дверей.

Получив от меня заветную закорючку, посыльный поспешил удалиться, оставив на пороге внушительных размеров коробку. Которую мне пришлось, пыхтя, втаскивать внутрь.

Тяжело выдохнув, я выпрямилась и размяла плечи. И чуть не подпрыгнула, когда из-за спины раздалось мрачное:

– Ты меня не сдала.

– А ты наблюдателен, – фыркнула я. Внутри разливалась досада на саму себя. Ведь и правда, упустила такой отличный шанс избавиться от этого ненормального. Но что-то не позволяло мне так поступить.

– Не страшно оставаться наедине с незнакомцем?

– Ну почему же незнакомцем, – я резко обернулась. Он стоял намного ближе, чем я думала. Настороженный, почти сердитый. Недоволен, что я не позвала на помощь? – Я уже кое-что о тебе знаю.

– О! Просветишь?

Голос прозвучал требовательно, и я насупилась. Привык приказывать? Что ж, и не с такими разбирались.

– Ты тот самый преступник, которого ищет полиция. Сбежал от правосудия и спрятался в заброшенной лавке. Отличаешься мерзким характером, – а как ещё назвать того, кто решил «попугать» беззащитную девушку, – и полным отсутствием тяги к прекрасному, – судя по тому, как он едва не швырнул мою новую машинку.

– Даже так? – василиск заломил бровь. – И почему же ты, слабая человеческая девушка, не стала вопить о помощи, едва появилась такая возможность?

Я на миг задумалась. И правда, почему? Вроде бы раньше у меня проблем с головой не наблюдалось. Как и с чувством самосохранения.

– Во-первых, это не последняя возможность, – начала я. Голос звучал ровно, но сама я уверенности не испытывала. – Эта коробка – лишь одна из многих. В ближайшие пару дней будут прибывать посыльные, и им всем будет нужна моя подпись. Так что ничего ты мне не сделаешь.

Мужчина вновь смерил меня задумчивым взглядом. Так змея примеряется к жертве перед броском. Я даже как будто почувствовала себя немного бандерлогом. И пока я стояла в оцепенении, он скользнул ближе, обходя по кругу.

– А во-вторых? – прошептал он вкрадчиво. Он шептал тихо, но я всё слышала. И сердце заходилось в бешеном ритме в предчувствии опасности.

– А во-вторых, я не знаю, в чём тебя подозревают…

– В убийстве.

– В… убийстве? – я чуть не задохнулась.

– Конкретнее – в убийстве собственного отца, – милостиво пояснил он откуда-то из-за спины.

Я стояла и жадными глотками хватала воздух. Потому что одно дело прикрыть вора или мошенника, а совсем другое – потенциального убийцу. Ладони вспотели. Внутри бурлил адреналин, требуя бежать, отбиваться, что угодно… Но я не могла пошевелиться. Так и стояла, гипнотизируя дверной проём. Ощущая, как от чужого взгляда встают дыбом волосы на затылке.

Шею обожгло дыханием. Над ухом послышалось тихое шипение. Словно прямо за моей спиной расправляла капюшон гигантская кобра. А я даже не бандерлог – глупенькая полёвка, недооценившая противника.

Наконец, василиск показался в поле зрения. Плавно обогнул, завершая круг, и замер, нагнувшись, в сантиметре от моего лица.

– А теперь сскажжи мне, маленькая мышшка, – прошипел он, вновь продемонстрировав раздвоенный язык, – чего ты добиваешшьсся на ссамом деле?

Я нахмурилась. А и правда, чего? Справедливости? Защиты слабых? Ерунда какая-то…

В золотых глазах мелькнуло презрение, и василиск отстранился.

– Можешь не объяснять, – выплюнул он. – Я всё понял.

Правда? Вот это неожиданно. Ну то есть, я и сама-то ничего не поняла, а этот вон какой проницательный.

– И что же ты понял? – не постеснялась переспросить я.

– Брось. Не прикидывайся. Рассчитываешь на благодарность, – усмехнулся он. – Так вот, спешу расстроить. Я в ближайшее время жениться не планировал.

Смысл слов дошёл не сразу. А когда дошёл…

– Жениться? – ахнула я. – Ты решил, что я хочу, чтобы ты на мне… женился?

Василиск смотрел с непрошибаемым спокойствием, скрестив руки на груди. А меня пробрал нервный смех. Сначала тихо, потом громче – и вот я уже хохочу, а из глаз текут слёзы. Усталость. Виновата она, точно. Потому что чем ещё объяснить этот нервный срыв?

Утирая слёзы я попыталась найти, на что присесть. Из подходящей мебели нашёлся лишь пресловутый стул, всё так же валявшийся на полу. И я, махнув рукой, решила составить ему компанию. Опустилась рядом, не прекращая смеяться.

С ума сойти. Я – и замуж. Нет уж, дудки. Видела я, к чему это приводит. Нет, я не отрицала возможности брака – когда-нибудь в будущем. Но тогда всё случится по моим правилам. Я буду состоятельной бизнес-леди, а он – домохозяином. Он будет сидеть дома с детьми, готовить, убирать и встречать меня с улыбкой и тапочками. А я – ездить в Париж на неделю моды. Только так и никак иначе.

– Не понимаю твоего веселья, – прозвучало мрачно, а я совершенно неженственно хрюкнула. Потому что сил отвечать не было. Просто не было, и всё.

– Я и не собиралась выходить за тебя замуж, – выдавила я, спустя ещё пару минут. Утёрла слёзы и легко поднялась. Вместе со смехом из тела ушло напряжение и даже немного усталость. – Да и вообще, кто захочет становиться женой беглого преступника?

Как будто бы мой ответ его вовсе не обрадовал, а напротив, оскорбил.

– Как будто бы тебе, – кивок на мой наряд, – светит отхватить кого получше.

Вот привязались же все к моему наряду! С неожиданным раздражением, я стянула с себя жакет, оставаясь в чёрной рубашке.

– А я не тороплюсь, – съязвила я. – Не все женщины, знаешь ли, мечтают обзавестись домашним самодуром.

– Да что ты говоришь! Что-то я ни разу не слышал, чтобы кто-то…

Он осёкся и возвёл глаза к потолку.

– Это бессмысленно, – процедил он.

– Вот именно.

Мы снова уставились друг на друга. Но теперь у меня было преимущество. Лавка принадлежала мне. Временно, по договору аренды – но это мелочи. Прямо сейчас ею владела я. А значит, василиску нужно было уходить.

И я даже заметила момент, когда в его глазах промелькнуло осознание. Он дёрнул плечом, словно теряя часть своего гонора, и покосился в сторону двери. И я не собиралась его останавливать, совершенно. Но мне почему-то очень важно было прояснить один момент.

– Ты ведь не убивал своего отца? – спросила глухо. Потому что не вязался образ этого раздражающего нахала с образом человека, недавно совершившего убийство.

– Не убивал, – покорно согласился он.

Я кивнула. И отступила в сторону, прозрачно намекая, что ему пора. Василиск усмехнулся, покачал головой и пошёл к выходу. Дошёл до двери, повернул ручку…

Разжал пальцы и резко обернулся, отходя от двери.

– Чего ты хочешь? – потребовал он.

– В смысле?

– Всё ты поняла. Как я уже сказал, жениться я не намерен. Но мы можем договориться иначе.

– Например?

Нет, договариваться я не то чтобы собиралась. Но мне вдруг стало безумно интересно, что он может предложить.

– Я могу… – Он осёкся и с досадой скривился, словно вновь осознавая собственное положение. Ведь ни денег, ни всего остального у него не было. Вообще ничего. Иначе не прятался бы он в заброшенной лавке в самом конце узкого коридорчика пятого яруса.

Зато мне кое-что было действительно надо. И я двинулась вперёд, обводя его задумчивым взглядом. Повторяя манёвр, проделанный им всего несколько минут назад. Василиск наблюдал со мной со стиснутыми зубами. Явно не привык, когда оценивают его.

– Договоримся, значит, – протянула я задумчиво. – Вообще-то, есть кое-что…

Я хищно улыбнулась. Что ж, нам было, что друг другу предложить.

– Ты с ума сошла? – рычал он. Ругался, конечно, чудовищно, но я уже знала, что он согласится. Не мог не согласиться. Слишком сильно ему нужно было спрятаться.

– А что такого? – хлопнула глазами, изображая невинность. Конечно, я понимала его негодование, но и подыгрывать не собиралась.

– Что такого? Что такого? Кто я и кто ты? Что ты вообще себе позволяешь?

Я сразу посерьёзнела. Потому что он, конечно, василиск, но позволять так с собой разговаривать я не собиралась. Ни аристократу, ни простолюдину. Я свою цену знаю.

– Я прекрасно помню, кто я, – осадила я его. – Хозяйка этой лавки, которая даёт тебе убежище. А ты – беглый преступник. Не имеющий ничего, кроме собственного тела.

Он поджал губы. Крыть-то нечем.

– На мой взгляд то, что предлагаю я, более чем справедливо. Я даже выделяю тебе жалование. Хотя, заметь, могла бы предложить тебе работать за еду.

– Один экер – это жалование?

Надо же, уже торгуется. А с виду такой приличный мужчина…

– Более чем щедрое, учитывая, что ты будешь также проживать на моей жилплощади и питаться за мой счёт, – отрезала я. И василиск сдался.

– Допустим, – выдохнул он. – Но мне нужны гарантии, что ты меня не сдашь полиции.

– Зачем мне это? – оскалилась я. – Где я потом найду такого же удобного и дешёвого сотрудника, который к тому же всегда под рукой?

Василиск вспыхнул. И, кажется, подавил желание кого-то придушить.

– А вот с остальными придётся что-то решать, – нахмурилась я, обводя взглядом его фигуру. – Будем маскироваться.

– Маскироваться?

– Не бойся, это не больно, – хмыкнула я и принялась копаться в сумке. После непродолжительных поисков извлекла на свет компактную пудру. Придирчиво осмотрела, оценивающе взглянула на василиска… И решила, что всё у меня получится. – Иди сюда, сейчас будем делать из тебя человека.

Он хотел возразить, очень хотел. Я даже увидела, как у него заходили желваки. Но сдержался. Понял, что другого выхода нет. Полиция предупреждает жителей об опасном василиске. Значит, и искать будут василиска. А как его можно узнать? Правильно, по оливковому цвету кожи. Который я сейчас аккуратненько замажу. При помощи пудры и толики бытовой магии.

– М-да, – протянула я, разглядывая чёткую линию перехода по верхней части мужской груди. Замазывать чувствительные места я не рискнула. – Пудры нужно купить побольше.

Мужчина оглядел себя и издал страдальческий стон.

– Слушай, ну после всего, что между нами было, – пошутила я, – мы просто обязаны…

– Что?

– Познакомиться, – вздохнула я. – Должна же я знать, как зовут моего единственного сотрудника.

Василиск уставился напряжённо, словно ища подвох. А не найдя, на миг задумался и ответил коротко:

– Ашер.

Я прищурилась.

– Ашер, я дальше?

– Просто Ашер.

Вот так вот. Ни тир, ни кэр, никакой фамилии… Что ж, думаю, с этим пока придётся смириться.

Я схлопнула пудру, которой осталось всего на пару использований и полезла за косметичкой.

– Меня можешь звать Василиса… Вася. А при гостях – тира Белова.

Почувствовав странный взгляд, подняла голову.

– Что? – настала моя очередь спрашивать.

– Ты издеваешься? – произнёс он недоверчиво. – Васили-са? Это какая-то извращённая форма иронии?

– Это имя, которое дала мне моя мать, – отрезала я. – И я бы попросила на этот счёт не иронизировать.

– Какая мать будет называть дочь в честь высшей расы?

– Моя.

И всё. На этом разговор завершился. Хотя я могла бы многое сказать. Начиная с того, что назвали меня вовсе не в честь его расы. И заканчивая тем, что это ещё большой вопрос, чья раса тут высшая. Могла, но не стала. Подобные разговоры ни к чем не приведут, а мне нужно готовиться к открытию. Время не ждёт, а принимать клиентов лучше в полностью подготовленном помещении. Ещё и с техникой предстоит разобраться…

Следующие полчаса были посвящены разбору вещей. Всё, что я успела накопить, прибыло в той самой коробке, доставленной курьером. Помимо моих вещей тира Эдит прислала инструкции, несколько залежавшихся отрезов ткани и контейнер, в котором под стазисом лежали пирожки. С мясом!

Я с наслаждением вонзила зубы в остывшую выпечку, когда в приёмную вышел василиск. Из одежды на нём всё ещё были только широкие штаны. Отчего полоска перехода с человеческой кожи на оливковую выглядела особенно ярко.

– Я перенёс твои вещи и… – он наткнулся взглядом на пирожок у меня в зубах и закашлялся. – Нашёл постельное бельё.

Он буквально сверлил взглядом контейнер с едой, но просить не спешил. Надо же, какой гордый. А я ведь абсолютно уверена, что он ничего не ел с момента своего побега. Потому что еды в лавке точно не было. Хорошо хоть, что здесь имелась ванная с водопроводом – в воде он был не ограничен.

– Угощайся, – улыбнулась я, делая вид, что не заметила его взгляда. – А я пока…

Оставив Ашера поглощать пирожки, я отправилась в мастерскую. С собой прихватила серый отрез ткани, удивительно напоминавший трикотаж. Мягкий на ощупь и приятно тянущийся.

В ящике нашёлся мелок. Ножницы не понадобились – бытовые заклинания, которым меня обучила тира Эдит, работали намного лучше, к тому же не портили ткань. Да ещё после такого заклинания край не распускался, что отменяло потребность в оверлоке.

Выкройка сидела в подкорке. Уж сколько раз я повторяла её за последние пару лет… С размерами тоже вопросов не возникло. Прикинула на глаз – всё равно планировала оверсайз, так что ошибиться было почти нереально. Спустя каких-то пятнадцать минут у меня на руках была стопка лоскутков.

Пришло время опробовать новую чудо-машинку.

Глава 4, в которой возникают недопонимания и неожиданные подарки

Дрожащими от предвкушения пальцами я сняла заклинание стазиса и активировала кристалл. Послышалось тихое потрескивание, и машинка ожила. Я сделала пробную строчку на подвернувшемся обрезке. Что ж, после стольких лет она работала как часы. Похоже, спустя годы поисков я наконец нашла свою любовь. Надеюсь, она окажется взаимной.

– Ты уверена, что тебе больше нечем заняться? – василиск стоял в проёме и мрачно наблюдал за моими действиями.

– А тебе? – ответила в тон, не отрываясь от работы. Он поджал губы и удалился в подсобку. В планах стоял пересчёт и сортировка материалов. Я это дело обожала, а вот он – не факт. Как-то Божена сказала мне, что пересчёт материалов – самое скучное занятие на свете. Согласиться я не могла, но фразу запомнила. Как подтверждение разности мнений.

И всё-таки магическая машинка – настоящее чудо. Она словно читала мои мысли. Подстраивала скорость под движения рук, а не наоборот. Реагировала на любые заминки, замедлялась, стоило мне чуть неровно выложить ткань… Я просто не могла нарадоваться. Шила бы и шила целую вечность.

Но, увы, всё прекрасное в этом мире заканчивается. Зачастую намного быстрее, чем нам бы этого хотелось. Подхватив результат своей работы, я направилась в подсобку.

Ашер сидел на корточках над очередным ящиком и перебирал содержимое. Вопреки ожиданиям, он не только не матерился, но и как будто бы наслаждался процессом. Бережно гладил ткань, раскладывая свёртки в несколько стопок. Любовался цветами.

Перепись материалов я предпочитала проводить сама, но на этот раз подготовительную работу могла предоставить новому сотруднику. Хотя бы ту часть, где ты ползаешь по полу и пытаешься осознать, не пропустил ли ты какой-нибудь ящик с тканями.

К слову, у тиры Эдит эту часть работы выполняла я. И в процессе пересчёта было найдено не менее десяти затерявшихся по углам рулонов.

– Ашер, – тихо позвала я. – Отвлекись на минутку.

Голая спина напряглась. Он словно смутился, что его застали за подобным занятием. Но лишь на миг. Василиск легко поднялся на ноги и развернулся.

– Я ещё не закончил, хозяйка, – протянул он с издёвкой. – Или будут более срочные указания?

Пропустив наезд мимо ушей, я протянула ему обновку.

– На, примерь.

Золотые глаза скользнули по серой ткани.

– Я не нуждаюсь в подачках.

С ума сойти, гордый какой. А ведь каких-то полчаса назад за обе щеки уплетал мои пирожки с мясом. И вовсе не посчитал угощение подачкой. Я сдержанно выдохнула.

– А я нуждаюсь в сотруднике, который сможет хотя бы показаться посетителям. Или ты и дальше собираешься ходить с голой грудью? Тогда придётся маскировать тебя полностью.

Я выразительно покосилась на мужские соски, находившиеся ниже линии тональника. Проследив за моим взглядом, он стиснул зубы и выхватил у меня ткань. Расправил на вытянутых руках и на миг замер, озадаченно разглядывая предмет.

– Наоборот, – великодушно объяснила я. – Ты держишь задом наперёд.

Василиск неуверенно кивнул и наконец всунул голову в ворот.

– По-моему, отлично, – оценила я. – Кстати, капюшон можно надеть на голову.

Ашер изумлённо разглядывал свободный крой, не имевший ничего общего с обычным строгим стилем горожан Фосса.

– Что это? – выдавил он наконец.

– Это худи. Повседневная одежда в моём… Там, откуда я родом, – неловко закончила я.

– И это где такое носят? – не поверил собеседник. – Это больше похоже на мешок для картофеля, чем на одежду.

– Это не важно. Главное, что удобно и тепло, не заболеешь, – отмахнулась я и направилась к выходу. Что ж, с основным отвлекающим фактором разобрались. Теперь можно и делом заняться.

Словно опровергая мои слова, в дверь позвонились. Обернувшись на насторожившегося василиска, я пошла открывать.

На пороге лавки стояли двое. Высокий широкий мужчина лет пятидесяти с пышными усами и небольшая упитанная женщина, едва достававшая ему до плеча. Оба светловолосые и голубоглазые, как абсолютное большинство жителей пещер.

Но внимание привлекли не они. А мгновенно ударивший в нос запах. Удивительный, одуряющий запах свежей выпечки. Сразу вспомнилось, что из пирожков мне достался всего один, и я ошалело уставилась на круглый пирог в руках женщины. Пухлый, ягодный, ароматный, с ажурной сеточкой по верхушке.

– Здравствуйте, дорогая, – улыбнулась гостья. – Мы видели, как сюда идёт посыльный. И он же сообщил нам о вашем приезде!

– Ээ… – совершенно негостеприимно протянула я.

– Мы зашли поздороваться! Мы ваши соседи!

– О!

– Меня зовут тира Бейкер, но вы можете звать меня Милли! А это мой супруг, Оскар!

– Очень приятно, познакомиться, тир, тира, – опомнилась я. – Меня зовут тира Белова. Но вы можете называть меня Василисой… – я поморщилась от неловкой фразы и отскочила, освобождая путь. – Прошу, проходите…

И тут я зависла. Потому что, судя по пирогу, следовало пригласить гостей на кухню и угостить чаем… Но я в упор не могла вспомнить, где находится кухня. Кажется, дверь в жилую часть я видела за мастерской, но где именно? А была ли там кухня? А был ли на кухне чай? А чайник?

Кажется, на моём лице отразилась вся гамма чувств, потому что тира Бейкер мягко улыбнулась и покачала головой.

– Мы только на минуточку зашли поздороваться. Наш рабочий день ещё не окончен. Прошу, возьмите пирог.

Мне буквально всучили потрясающе пахнущее произведение искусства.

– Если будут вопросы или просто захочется поговорить, милости прошу, – произнесла женщина напоследок.

Тир Бейкер согласно кивнул. Мол, жена дело говорит, добавить нечего. И пара удалилась, оставив меня в состоянии лёгкого шока. Это тут все так здороваются? Или только эта конкретная пара? А если они пекари, как гласила вывеска над дверью, и принесли пирог… То что должна принести им я в качестве ответного подарка?

А самое главное – из головы никак не выходил самый важный мой вопрос. Есть ли у нас чай?

– Ашер! – в панике закричала я и бросилась вглубь пещеры.

Ашер

Каким же верным было решение отложить женитьбу. Иногда я сам восхищался собственной проницательностью. А ведь отец убеждал, приводил аргументы… Сказал бы я ему сейчас, где видел все его аргументы. Если бы мог.

Гибель отца стала ударом. Ещё большим ударом – то, что в убийстве обвинили меня. А ведь меня даже дома не было. Вернулся, принял душ – и сразу нагрянули гости в форме. Доблестные стражи порядка же и сообщили о гибели отца. Хотели сразу проводить в участок… Вот только это совершенно не совпадало с моими планами. Пришлось пойти на крайние меры и воспользоваться окном не по назначению.

Как я выжил после прыжка? Сам в шоке. Одно дело, когда успеваешь перекинуться, а прыгать из окна в облике человека – чистое самоубийство. Но мне повезло. Сбежал, спрятался, забился в самый тёмный тоннель и затаился, зализывая раны.

Хотя, откровенно говоря, сейчас я уже начинал сомневаться, не проще ли было сразу сдаться. По крайней мере, в тюремной камере не пришлось бы…

– Следующий!

Я с тяжёлым вздохом скатал рулон ткани и подал следующий. Предыдущий нужно было положить в помеченную коробку. Да ещё так, чтобы он не помялся.

Работа! Это же в голове не укладывалось, чтобы василиск работал на человека! Дикость! Василиски – высшая раса, призванная управлять. Для работы у нас существуют слуги. Много слуг. И все люди. Потому что. Василиски. Не. Работают.

– Следующий!

Ещё один рулон ткани отправился в коробку. Ненормальная девчонка. Когда я предлагал договориться, то был уверен, что она выберет моё тело. Ведь я не сомневался в своей привлекательности и видел, как она на меня смотрит. Да что там, пожалуй, во всём Экосе не было женщины, которая не воспользовалась бы подобным шансом…

Более того, я и сам был не против. Чем-то она даже зацепила в первый момент. Маленькая, юркая. Непривычные для пещер тёмные волосы были стянуты в простой хвост, что шло вразрез со стандартами аристократов и привносило в её образ некую диковатую изюминку. Красный жакет тоже привлекал внимание. А уж как она пугалась поначалу – мм!

Но нет, эта психованная выбрала дешёвую рабочую силу. Ещё и обрядила меня в какую-то хламиду, которая никак не позволяла продемонстрировать мою природную сексуальность. Дура!

– Следующий!

– Может быть, уже поедим?

– А что у нас есть?

Я прикрыл глаза, пытаясь справиться с раздражением. То есть, она даже не планировала готовить ужин?

– У нас есть пирог, – процедил я с намёком. Любая адекватная человеческая женщина тут же устыдилась бы и бросилась что-нибудь готовить. А лучше спросила, что я предпочитаю. Но не эта. Эта обрадовалась. Словно вообще не задумывалась, чем будет меня кормить.

– Круто! Я про него уже и забыла… – она на миг наморщила нос, словно припоминая что-то. И добавила: – Кстати, у нас есть чай?

– Есть! – рявкнул я. – Ты уже спрашивала!

– Точно, спрашивала.

Она радостно улыбнулась и двинулась в сторону подсобки.

– Кухня в той стороне, – мрачно поправил я.

Дожили. Я, василиск и мужчина, указываю человеческой женщине, в какой стороне находится кухня. И ладно бы она после этого встала за плиту и принялась готовить…

Тихо застонав, я последовал за хозяйкой лавки. Вот как, как меня угораздило из всех тёмных коридоров Фосса выбрать именно этот? Почему на входе не висело предупреждения «Осторожно, безумная лавочница»?

Как только вернусь домой и приступлю к обязанностям, задумаюсь над этим вопросом. Во избежание подобных ситуаций.

– Ну как тебе худи? – поинтересовалась она, прожевав первый кусок пирога.

Я закатил глаза. Ну конечно, где уж какой-то человечке знать о манерах? Чайная церемония? Увольте. Гордая и прямая осанка? Да эта девушка скрючилась на стуле как лягушонок! Согнула спину, да ещё и ноги под себя подтянула. Больно смотреть!

– Не нравится?

– Нет, – фыркнул я, пододвигая к себе тарелку с едой и приборы. Вот как можно есть пирог руками? Она же не мальчишка какой-нибудь. Нет, она девушка. Женщина. Леди её, конечно не назвать даже с натяжкой, но…

Неожиданной оказалась её реакция. Она запихнула остатки пирога в рот, вытерла руки и поднялась. Я замер от неожиданности, когда хозяйка приблизилась, и её пальчики пробежали по моим плечам.

– Т-ты что делаешь? – выдохнул я. По всему выходило, что меня собираются соблазнить. Вот и пойди пойми этих женщин. Сама же сказала, нет, а теперь…

– Странно, – пробормотала она. – Вроде всё ровно.

И она запросто сграбастала пальцами ткань на плечах хламиды и потянула в разные стороны. От неожиданности я поперхнулся и закашлялся.

– Размер правильный, жать не должно, – продолжала она деловито. – В обработке швов я уверена. А хотя… Разденься-ка.

Этого я уже вынести не мог. Вскочил на ноги и отлетел на другой конец кухни. Подальше от этой психованной.

– Ты же сама отказалась! – Я обвиняюще ткнул в неё пальцем.

– Не отказалась, а подарила, – возразила она, глядя озадаченно.

– Что подарила? – Что-то я слышал о женской логике, но тут она не то что хромала – улетела в космос.

– Худи!

– При чём тут худи?

– Ты сказал, что он тебе не нравится. Значит, нужно перешить…

Она осеклась. Брови сдвинулись к переносице, глаза забегали, очевидно пытаясь отмотать разговор. А я осознал собственную ошибку. И почему-то вдруг стало так стыдно…

– А ты о чём подумал? – поинтересовалась она осторожно.

– Об этом и подумал, – отрезал я. – Всё, я спать, а ты как хочешь. Рабочий день окончен, а надбавку за сверхурочные мы не оговаривали!

Вот и пригодился курс управления персоналом. Можно свалить от неудобного разговора на законных основаниях.

Прежде, чем работодательница успела что-то возразить, я обогнул её и устремился к спальне. К счастью, вслед мне кричать не стали, а то погиб бы на месте от смущения. Ну, конечно, она проверяла кофту. Эта бесформенная хламида интересовала её больше, чем моё тело! Грр, подобным идиотом я себя давно не ощущал.

Спальня здесь была маленькой, зато по центру стояла большая двуспальная кровать. Конечно, будь Василиса приличной девушкой, я бы даже входить в спальню не решился. Но она была вообще не пойми кем. А спать больше всё равно негде. Поэтому, померив шагами комнату лишних пару минут, я всё же решился и растянулся на постели. В конце концов, пока эта ненормальная не появилась на пороге, тут я и спал. А все претензии готов выслушать утром.

Впрочем, утром возражений тоже не последовало. Не последовало вообще ничего. Я по-прежнему лежал на кровати, а место рядом со мной пустовало.

Василиса

– Ты вообще не ложилась?

Недовольный мужской голос заставил меня вынырнуть из состояния рабочего транса и усиленно заморгать.

– А сколько времени? – поинтересовалась я, усиленно растирая щёки. Глаза не то чтобы слипались, но прийти в себя не мешало. Сделав пару вращательных движений плечами, я подняла взгляд на василиска. Ашер смотрел странно, словно в очередной раз сомневался в моём душевном здоровье.

– Уже девять.

– Пфф, детское время, – отмахнулась я. – Я раньше полуночи вообще спать не ложусь.

– Сейчас девять утра, – напряжённо поправил он и подошёл ближе, внимательно разглядывая меня.

– М-да? – я привычно подняла глаза на стену в поисках окна. Увы, окон в мастерской не было, так что попытка оценить, насколько светло на улице, провалилась с треском. В прямом смысле. Оставленный без внимания рулон ткани скатился со стола и затрещал, зацепившись за крючок для инструментов.

Я со вздохом полезла под стол. Только меня опередили. Ашер ловко подрезал меня и подобрал ткань. И пока я медленно поднималась на ноги, успел измерить длину, ширину, и свернуть обратно.

– Послушай, тебе надо поспать, – произнёс он с нажимом, глядя в глаза. – Всем нужен перерыв, а ты вообще не отдыхала с дороги.

– Сейчас, – зевнула я. – Быстренько закончу и…

– Я закончу за тебя, – отрезал он. – Вчера уже понял, что нужно делать. Пронумерую, подпишу. При желании проверишь.

Я вяло что-то возразила, но меня не слушали. Волоком протащили через мастерскую и дальше, до спальни. Честно говоря, я даже почти не сопротивлялась. Понимала, что всё равно не усну. Когда столько работы, спать попросту невозможно. Полежу минутку – и встану.

С этими мыслями я прилегла на постель и…

– Спи.

Моих век коснулись прохладные пальцы, и я провалилась.

Ашер

Я с недоумением разглядывал собственные пальцы. И зачем? Для чего я потратил силы ради совершенно чужой девушки? Ответ нашёлся быстро. Она ведь новая хозяйка лавки. Если заболеет, придётся объяснять курьерам ситуацию, кто-то может заинтересоваться… А мне лишний интерес вовсе не нужен. Так сложнее скрываться. Так что забота о здоровье хозяйки лавки – это лишь повод позаботиться о себе.

Ровно из тех же соображений я прикрыл спящую девушку пледом.

– Бозя… Разбуди через часик, – пробормотала она, поворачиваясь на бок и подгребая под себя одеяло.

Покачав головой, пошёл умываться… И тут же понял, что водные процедуры пока откладываются. Лицо имело болезненно-бледный оттенок. В точности как у всех людей. Понятия не имею, чем там меня намазала Василиса, но благородный оливковый цвет кожи не угадывался совершенно. И, учитывая, что девушка в данный момент спала, новая маскировка мне в ближайшее время не светила.

Зато я наконец рассмотрел обновку. Серый, бесформенный балахон неожиданно оказался не так уж и плох. Позволял спрятать фигуру, цвет волос, и даже лицо. Я натянул на голову капюшон и потянул за свисающие концы шнура. Капюшон собрался складками, и я усмехнулся. Надо же, это даже забавно.

Впрочем, долго торчать у зеркала не стал. Спустился вниз и продолжил разбирать ткани. Василиса за ночь перелопатила почти всё, так что я управился за пару часов. Делов-то: развернуть, измерить, завернуть.

Сложив последний рулон, сладко потянулся, решив, что теперь можно и отдохнуть. Впрочем, приступить к реализации не успел: меня нагло отвлёк звонок в дверь.

Первым желанием было спрятаться. Мало ли кто это может быть. Но потом я вспомнил, что лавка находится в самом тупике самого тёмного коридора, и никто точно не может знать, что я здесь. Значит, курьер? Покосившись в сторону жилой части, решил хозяйку не будить и узнать, не отдадут ли посылку мне.

Молча распахнув дверь, я уставился на посетителя. Точнее, на посетительницу. Пожилая тира лет пятидесяти держала в руках корзинку, укрытую полотенцем. При виде меня она застыла, глаза комично округлились, и она сделала шажок назад.

Вот же… Пугать стариков в мои планы точно не входило.

– Добрый день, – поздоровался вежливо, стараясь придать голосу максимум доброжелательности.

– Д-д-добрый… – пролепетала старушка. – А Василиса дома?

Я расплылся в широкой улыбке, не забыв спрятать язык.

– Вася спит. – Знаю, она говорила при посторонних обращаться к ней как к тире Беловой, но… сейчас же мы не при посторонних? То есть, при посторонних, но здесь только я.

– Ох, так вы её муж! – облегчённо выдохнула женщина.

Да не приведи Великий Змей!

– Коллега, – уклончиво ответил я. – Мы всего лишь работаем вместе.

– Ах вот как…

Взгляд старушки пробежался по моей фигуре и вновь поднялся к глазам. Тут она вздрогнула и отступила. А я едва не хлопнул себя по лбу. Глаза! Спрятав цвет лица, мы совершенно забыли про мои золотистые радужки. А у людей таких глаз не бывает. Неужели спалился?

– Вася спит, но я могу её разбудить, – попытался успокоить женщину.

Увы, это прозвучало неубедительно. Тира потихоньку пятилась, готовая в любую секунду перейти на бег. А я растерянно смотрел ей вслед. В голове не было ни единой мысли, как её остановить.

Ровно до того момента, как послышался голос нового участника:

– Прибить бы тебя!

Глава 5, в которой появляется первый клиент

В сознание бешеным локомотивом вторгался звонок будильника. И пусть спать хотелось зверски, игнорировать звук не представлялось возможным.

– Бозя, выключи, – простонала я. Звук действительно прекратился. А я с трудом разлепила глаза. Лишь чтобы понять, что Божены здесь нет. Вместо окна комнату освещал крохотный свет-камень на стене. Вместо обоев – каменные стены. Вместо паркета – каменный пол. Вместо потолка… Впрочем, закономерность ясна.

Оставалось понять, что за звук я приняла за звонок будильника. Кстати, а сколько времени?

В памяти всплыло, как именно я провалилась в сон. И, честно, не будь я такой уставшей – точно бы разозлилась. Не знаю, что со мной сделал Ашер, но усыплять человека против его воли низко. И я собиралась ему это высказать прямо сейчас.

С трудом поднявшись с постели, нащупала ногами туфли и поплелась на поиски василиска. Последний нашёлся в приёмной. Стоял на пороге лавки, запустив руку в волосы, и такая растерянность читалась на его лице, что захотелось рассмеяться. Но, вспомнив про свой праведный гнев, всё-таки протянула как можно строже:

– Прибить бы тебя…

Ашер удивлённо обернулся на мой голос.

– Что?

– Не знаю, что ты сделал, но не смей за меня решать, когда мне ложиться спать.

Василиск вспыхнул мгновенно:

– Да что ты говоришь! Ты всю ночь не ложилась!

– Тебе-то что? Беспокоишься?

– Ещё чего! Было бы о ком беспокоиться!

Я уже собиралась выдать что-нибудь колкое, но не успела. В дверном проёме появилась голова соседки.

– Василиса! – воскликнула старушка. – Ты жива! А я уж решила…

– Тира Бейкер, – смущённо улыбнулась я. – Рада видеть.

– Прошу, просто Милли! – женщина поспешила ко мне, не забыв обогнуть Ашера по широкой дуге. – У нас со вчера остались пирожки. Выбрасывать жалко, вот решила тебе принести!

Она мягко, но решительно впихнула мне в пальцы ручку от корзинки. А я… приняла её. Потому что растерялась совершенно.

– Но я же не…

– Кушай-кушай! – назидательно произнесла тира. – И этого тоже угости.

– Этого?

Я растерянно обернулась к Ашеру, который так и стоял у двери и всем своим видом выражал раздражение – от скрещенных на груди рук до отбивающей какой-то ритм ноги.

– О, – спохватилась я. – Позвольте представить вам своего сотрудника. – Почему-то на этих словах василиск недобро прищурился. – Это Ашер.

– Хм…

Тира явно смутилась. Смерила заинтересованным взглядом меня, Ашера… А затем подхватила под локоток и увлекла меня вглубь лавки. За спиной раздражённо хлопнула входная дверь.

– Васенька, – прошептала тира. – А ты давно его знаешь?

– Давно, – честно призналась я. – С самого приезда.

– То есть, со вчера?

Возражать было бесполезно, и я просто кивнула.

– Знаешь, Васенька, вчера к нам в лавку заходил один мужчина из полиции… Так вот он сообщил, что в наших краях прячется опасный преступник. – Она понизила голос и прошептала многозначительно: – Василиск.

Я наивно хлопнула глазами, изображая непонимание. Я ведь загримировала Ашера. Так что уж кого-кого, а василиска в нём точно не должны заподозрить. Верно же?

А тира вдруг всё поняла. Отступила на шаг и впилась в меня внимательным, оценивающим взглядом. Я открыто поглядела в ответ и невинно улыбнулась. Только глаз на секундочку дёрнулся – и всё. А что? Мне скрывать нечего. Честно-честно.

– Ох, Василиса, – покачала головой старушка. – Не ожидала от тебя. С виду такая рассудительная девочка.

О, тира бы удивилась. Рассудительные девочки не вызывают демонов в ночь Самайна. Не проводят ритуалы чтобы «чисто поржать». И уж точно не нанимают в сотрудники беглых василисков.

– Вы расскажете? – спросила я сдавленно.

Женщина вздохнула и поджала губы.

– Ты хоть уверена, что он не преступник?

– Уверена. Ашер не преступник. Ну… По крайней мере, он точно не виновен в том, за что его разыскивают.

Старушка обернулась к василиску, окинула его фигуру внимательным взглядом и с досадой покачала головой.

– Маскировка хорошая. Особенно мне мешок нравится, – похвалила она мой худи. – А вот с глазами придётся поработать. У людей они золотыми не бывают.

Я осеклась. Ну точно. Глаза у местных обычно бывают либо голубыми, либо болотными. Результат длительного пребывания под землёй. Как и светлые волосы. И если по волосам Ашер вполне соответствовал, то глаза были явно нечеловеческими.

– Да что ж такое! – простонала я и направилась в кухню искать кофе. Надо было проснуться. Кофе разумеется не нашлось, зато нашёлся чай. Очень старый, зато сохранённый заклинанием стазиса.

Вернувшись с кухни, я застала странную картину. Тира Бейкер прилаживала на нос Ашера очки и критично разглядывала получившуюся картину.

– Василиса, смотри! Если стёкла голубые, то ничего не видно.

– Это мне ничего не видно, – обречённо вставил Ашер.

Я понаблюдала за ними ещё с минуту, сделала глоток и всё-таки решилась. Подошла, встала рядом и проговорила:

– Тира Бей…

– Милли. Я же просила.

– Хорошо. Милли. Я правильно понимаю, что вы не собираетесь о нас рассказывать?

Если честно, вопрос прозвучал странно, учитывая, что женщина только что помогала василиску прятать глаза. Но услышать это было необходимо.

– Не собираюсь.

Отлично. Это уже неплохо.

– А… Могу я узнать, почему?

– Почему? – протянула тира. В последний раз полюбовалась своими очками на носу василиска и стащила их. Аккуратно сложила. Спрятала в футляр. Положила футляр в сумку. Застегнула сумку. И лишь потом ответила: – Пейтон прислала мне письмо.

– Пейтон… Тира Эдит?

Милли кивнула.

– Она описала тебя как трудолюбивую и разумную девушку, которая всегда понимает, что она делает. Так что я склонна доверять её мнению и, соответственно тебе.

– О…

Это было приятно. Признаться, не ожидала, что тира Эдит проявит подобную предусмотрительность и напишет письмо. Хотя, конечно, моя разумность в вопросе найма василиска скорее определялась экономией на рабочей силе. И совсем немного внутренним чутьём. Ну не верила я в его вину. Был бы виноват – сбежал, как только я уснула. Или прикопал по-тихому.

– А что ещё она написала?

– Ещё? Она просила оказать тебе посильную помощь во всех начинаниях и… – Многозначительная пауза. – Следить, чтобы ты хорошо кушала и не забывала вовремя ложиться спать. Так что здесь я полностью на стороне молодого человека.

Я застонала. Пироги, которые уже второй раз приносила тира Бейкер, внезапно обрели целый новый смысл

– Мне не нравится, – сморщилась я. – А можно сделать их капельку более… квадратными?

Подслеповатый окулист одарил меня очередным недобрым взглядом, но принялся выправлять форму очков. Ашер кусал губы, но встревать не решался. Пока я оттягивала на себя внимание, поддерживая в мастере желание меня придушить, на цвет глаз василиска внимания попросту не обращали. Так что возражать было глупо.

– О, прекрасно, – проворковала я, аккуратно высвобождая оправу из пальцев мастера. – Пупсик, наклонись ко мне, я примерю!

«Пупсик», стиснув зубы, повиновался. Именно в этот момент я поняла, что информация, будто василиски способны одним взглядом обратить человека в камень – просто сказки. Если бы это было правдой, прямо сейчас на моём месте уже красовалась бы симпатичненькая статуя. Пожалуй, даже мастер-окулист не стал бы возражать против такого пополнения интерьера. Наоборот, выписал бы Ашеру пожизненную скидку за подобное избавление.

– Чуть узковато, – посетовала я, протягивая очки обратно. – Растяните немного?

Кажется, я услышала скрежет зубов. Хотя, наверняка, показалось. Не мог же этот добрейший с виду старичок настолько выйти из себя из-за такой мелочи.

– Девушка, – процедил окулист, в очередной раз выправляя стёкла, – вы же знаете, что очки обычно покупают не за этим?

– Обычно да, – не растерялась я. – Но мне всегда нравились умные мужчины. А у моего пупсика лицо недостаточно интеллектуальное.

И в качестве иллюстрации собственных слов я нежно потрепала василиска по щеке. Взгляд жёлтых глаз в этот момент пообещал мне много хорошего. Не сейчас – чуть позже.

И действительно, стоило нам выйти из мастерской окулиста и завернуть за угол, Ашер встал как вкопанный и скрестил руки на груди.

– Лицо у меня, значит, недостаточно интеллектуальное? Ты издеваешься?

– Нет, ну а что я должна была сказать? – Я развела руками. – «Нам нужны очки, чтобы замаскировать жёлтые глаза моего спутника, так как его ищет полиция»? Это бы нас в некотором роде выдало, как считаешь?

– Можно же было взять первые попавшиеся очки с голубыми стёклами и уйти! Зачем так долго выбирать?

– Но тебе ведь идёт? – пожала плечами я и продолжила путь в сторону продуктовых лавок. – К тому же, если бы мы без примерки взяли первые попавшиеся, нас бы точно запомнили. Ситуация-то необычная.

– А так нас, думаешь, не запомнили?

– Так, – я поучительно выставила палец, – запомнили только меня. И поверь, мастер ещё несколько недель будет рассказывать знакомым про ненормальную девицу, которая сорок минут выбирала оправу для очков. А ты в этой истории останешься несчастным бедолагой, отхватившим жену-истеричку.

Возможно, Ашер хотел что-то возразить, но я об этом не узнала. Мы как раз дошли до мясной лавки, и стало не до разговоров. Следующей стала молочная лавка и лавка с бакалеей. К моменту возвращения обратно в ателье Ашер едва переставлял ноги.

– Что-то ты совсем не выносливый, – поддела я его, отпирая входную дверь. – Неужели никогда не ходил по магазинам со своими девушками?

– Зачем? – простонал Василиск, водружая корзины на прилавок. – Всё, что нужно, мне покупали слуги. И одежду тоже шили они.

– Оу…

Я даже не знала, посочувствовать ему или наоборот. С одной стороны, ты оказываешься свободен от бытовых проблем. С другой… А как же долгие выборы именно той игрушки в детском магазине? Или того самого лакомства в кондитерском? Да, пожалуй, стоило посочувствовать.

Окинув взглядом василиска, я почувствовала укол совести. Да уж, с непривычки долгие походы по магазинам даются плохо.

– Тащи корзины на кухню, – сжалилась я. – Сегодня обед на мне.

Пока Ашер сгружал продукты в холодильник (по-здешнему, стазис-шкаф), я разожгла огонь на плите.

Дома мне часто приходилось готовить. Мне было десять, когда мы с мамой остались одни. Мать работала на трёх работах и брала заказы на дом. А я старалась оказывать посильную помощь. К счастью, продукты в этом мире оказались все знакомы. И если поначалу у меня и возникали вопросы о том, где и как в подземелье выращивается, скажем, гречка, то позже я уже просто радовалась тому факту, что она здесь есть. Как минимум, я точно знала, что из продуктов сколько варится, жарится или тушится.

– И как это называется? – недоверчиво протянул Ашер, стоило мне поставить перед ним тарелку. Судя по взгляду, василиск всерьёз сомневался в съедобности предложенного блюда.

Хмыкнув, я зачерпнула коричневую жижу и отправила в рот. А неплохо получилось.

– Это тушёная картошка, – сообщила я, прожевав. – С мясом и грибами.

Василиск с подозрением проследил, как я уплетаю свою порцию. Перевёл взгляд на собственную тарелку… И рискнул взять ложку. Поднёс в губам, понюхал, лизнул. Скривился. И брезгливо положил угощение в рот.

Я с весёлым любопытством наблюдала, как василиск осторожно пережёвывает еду. Постепенно брезгливые складки в уголках губ разгладились, и Ашер снова потянулся к тарелке… А дальше следить было уже неинтересно. Еда из тарелки исчезла в мгновение ока, и Ашер требовательно уставился на кастрюлю.

– Угощайся, – усмехнулась я.

Пока василиск осваивал добавку, я успела доесть, очистить посуду и выйти в приёмную. Материалы были посчитаны – пришла пора приступать к оформлению входной зоны и работе над маркетингом. Конечно, до прихода первых посетителей времени ещё много, и всё же…

От мыслей отвлекли раздавшиеся снаружи голоса. В недоумении распахнув входную дверь, я уставилась на маму с ребёнком, почему-то решивших выяснить отношения в нашем закутке. Мальчик лет пяти стоил с очень хмурым лицом, женщина же сидела перед ним на корточках и пыталась что-то втолковать. Ну, до моего появления.

– Добрый день, – поздоровалась я. – Вы… За платьем?

Женщина ответила озадаченным взглядом.

– Ну, вообще-то…

Выяснилось, что женщина, тира Коллинз, действительно собиралась приобретать себе новое платье – но это оказалось скорее совпадением. Безусловно, она направлялась в «Студию Шарма». Но по пути она собиралась договориться с сыном, чтобы он тихонько подождал её за дверью ателье. А в качестве взятки должен был выступить любимый крендель из «Пекарни Бейкер». К величайшему сожалению тиры, мальчик заботу не оценил и вместо того, чтобы взять лакомство и пообещать тихонько ждать за дверью, прошмыгнул мимо матери и помчался совсем в противоположную сторону от выхода из тоннеля. Пардон, переулка.

– А почему именно сын должен был ждать вас за дверью ателье? – уточнила я. – Это же опасно, оставлять ребёнка без присмотра.

– Так в «Студию Шарма» ведь с детьми не пускают, – развела руками тира. – Это и на дверях написано.

О как. Это примерно как в наши магазины одежды не пускают с мороженым и собаками? Интере-есный у них подход к клиентам.

– Тогда почему вам не обратиться в другое ателье? – поинтересовалась я рассеянно. В голове всё ещё не укладывалось, что кто-то может потребовать от женщин оставлять детей на улице, как собак. Хорошо хоть они их не привязывают… А хотя, не стоит торопиться с выводами.

– Так нету ведь других. В Фоссе только «Студия Шарма» и работает. Вы приезжая, что ли?

Я едва не стукнула себя по лбу. Ну конечно, эта странная женщина, Розалина Шарм, вытеснила из кратера всех конкурентов, используя при этом, по словам тиры Эдит, весьма грязные приёмы. Какие? Пока не известно. Но я не сомневаюсь, что очень скоро у меня будет возможность их прочувствовать на собственном опыте.

– Что ж, я считаю, что вам очень повезло, – объявила я, поднимаясь на ноги. До этого момента мы так и сидели снаружи, вместе с уже успокоившимся малышом. – Официально мы пока не открылись, зато к нам совершенно точно можно приходить с детьми.

И я приглашающим жестом распахнула дверь. Тира Коллинз заглянула мне через плечо, и её губы тронула тёплая улыбка.

– Невероятно, – прошептала она. – Здесь всё по-прежнему.

– Прошу прощения?

– Ателье. Я приходила сюда вместе со своей матерью, когда была ребёнком. А потом оно закрылось… Вы дочь бывших хозяев? – Она впилась в меня взглядом.

– Я? Нет… Хозяев?

То есть, хозяев было несколько? Тира Эдит об этом не рассказывала. Хотя, конечно, она и не обязана была отчитываться передо мной. Мало ли что у неё произошло.

– А хотя нет, – покачала головой женщина. – Они оба были светловолосыми. Как большинство здесь. А вы…

Да уж, мои каштановые волосы заметно выделялись среди россыпи блондинов подземелья. Видимо, за годы, проведённые в пещерах без солнечного света, пигмент стал попросту не нужен. Темноволосые люди, конечно, встречались, но крайне редко. Собственно, после того, как я покинула вокзал, единственный встреченный мной темноволосый мужчина оказался василиском.

– Я арендовала эту лавку, – улыбнулась я. – Если всё пойдёт хорошо, через полгода смогу выкупить. – Или передать бизнес тире Эдит и со спокойной душой вернуться домой, в свой мир. Но об этом посетительнице знать было не обязательно. – Так что, у вас есть пожелания по крою?

– А как же Марти? – неуверенно протянула клиентка.

Мальчик стоял посреди лавки и с восторгом озирался по сторонам. Было очевидно: пора принимать меры. Ещё немного, первый шок пройдёт, и малыш пустится во все тяжкие.

Дома для подобных случаев я держала небольшие развлечения – от головоломок и раскрасок до планшета с мультиками на случай, если ребёнок вовсе заскучает. Зато можно было не переживать, что в один прекрасный момент я смогу не досчитаться пары лапок для машинки или ещё чего похуже.

К сожалению, в Фоссе я пока не успела приобрести ничего подходящего. В планах оформления входной зоны числились диван для посетителей, журнальный столик и детский уголок. Но планы – это планы. И если диван со столиком были уже заказаны, просто пока не доехали, то приобретение детского уголка я отложила, сочтя предметом второстепенным. Как же я заблуждалась.

– А с вашим сыном с удовольствием поиграет специально обученный сотрудник, – широко улыбнулась я.

Чему именно обучен сотрудник, я умолчала. О том, где он вертел мою клиентоориентированность – тоже. Хотя мне лично это было высказано достаточно подробно, пусть и вполголоса.

Выслушав брызжущего ядом Ашера с милой улыбкой, я вручила ему мальчугана с чёткой инструкцией «не разгромить дом», и пошла общаться с клиенткой.

С этого момента я погрузилась в рабочий процесс. На данный момент у меня имелось несколько дизайнов, созданных ещё в Ризесе. И куча идей, почерпнутых из внешнего вида жительниц Фосса. К моему восторгу, тира Коллинз оказалась хоть немного, но открыта к экспериментам. Пусть она и отказалась от платья ярких расцветок, но согласилась на создание цветной подкладки для жакета и нижней юбки в тон.

– Цвет будет проявляться только при резких движениях, но всё равно привнесёт в ваш образ немного свежести, – улыбалась я, подписывая эскиз.

– Я думаю, выйдет довольно живо, – отозвалась женщина. – Когда-то в Фоссе были в моде яркие краски, я ещё это помню. Только в последние годы все такие тусклые стали…

– А почему это происходит, неизвестно? – нахмурилась я.

– Известно, конечно. Тёмные ткани дешевле, не приходится тратиться на красители и услуги бытовых магов. Они встречаются редко и берут дорого. Вот тира Шарм и экономит.

– А по официальной версии?

Женщина усмехнулась.

– По официальной – строгость подчёркивает стиль. Чёткость, строгость, универсальность.

– Это вы сейчас процитировали рекламный слоган? – прищурилась я.

– А вы догадливы, – грустно усмехнулась тира.

Подавив вздохи, мы уставились на эскиз.

– Как быстро будет готово моё платье?

– Постараюсь управиться за два-три дня. Мы пока обживаемся, и у нас много работы. Приходите послезавтра на примерку.

Снять мерки было делом нескольких минут. Я всё тщательно записала, и мы позвали «специального сотрудника» с сыном гостьи.

На Ашера было жалко смотреть. Всклокоченные волосы, измазанный краской худи… Собственно, не только. В краске было вообще всё. Особенно совершенно счастливый Марти. Тира Коллинз даже ахнула от неожиданности.

И вот тут мои успехи в бытовой магии пришлись весьма кстати. Быстро очистив одежду ребёнка, я попрощалась со своими первыми клиентами. С ума сойти, мои первые клиенты!

Радостно выдохнув, я обернулась к Ашеру. В очередной раз оценила его внешний вид и прыснула со смеху.

– Я так понимаю, вы рисовали? – уточнила я.

Его аж перекосило. Кажется, меня собирались придушить по-тихому и спрятать в каком-нибудь очередном тёмном тупичке Фосса.

С шумом втянув воздух, Ашер скривил губы и…

И я не поняла. Была уверена, что он будет ругаться. Выскажет мне всё, что накипело. Скажет, что не создан для того, чтобы сидеть с маленькими детьми… Но с его губ сорвались совсем другие слова:

– Выходи за меня замуж.

Глава 6, в которой Василисе предлагают пожениться

«Выходи за меня замуж»?

– Что, прости?

– Я говорю, что готов жениться.

Кажется, мой мозг выдал логическую ошибку, и меня чутка заклинило.

– Так, а я здесь при чём?

– На тебе! – рявкнул он.

– Нет, спасибо.

Я по дуге обогнула василиска и направилась на кухню. Нужно было убрать посуду. Да и картошку не мешало спрятать в холодильник. А потом уж можно будет приступать к своему первому заказу.

– Да послушай же ты! – Меня бесцеремонно ухватили за плечо и развернули. – Я сказал, что готов на тебе жениться. Всё. Считай, что ты меня убедила. Сил моих больше нет тут работать!

Я замерла. То есть, мне не послышалось с недосыпа, да?

– Скажи мне, Ашер, – проворковала я, разворачиваясь. – А с чего ты вообще решил, что я захочу выйти за тебя замуж?

– Да потому что любая девушка из любого кратера Экоса будет счастлива выйти замуж за любого василиска!

– Что ты говоришь! – восхитилась я. – За любого, значит?

– А за меня – особенно!

– Невероятно. И что же в тебе такого исключительного, из-за чего я захочу связать с тобой всю свою оставшуюся жизнь, м?

Говорила вежливо и очень спокойно. А внутри клокотало уже даже не раздражение – полноценная ярость. Этот ненормальный по какой-то необъяснимой причине возомнил, будто он невероятный подарок для любой девушки. Как только наглости-то хватило…

А в следующую минуту моя ярость вышла на целый новый уровень. Всколыхнулась и исчезла, оставив после себя пустоту. Потому что…

– А кто тут вообще говорит про всю оставшуюся жизнь? – прорычал он, едва сдерживаясь от крика. – Стандартный контракт на три года с полным содержанием!

– Что?

– Что слышала. Я готов на тебе жениться и содержать в течение трёх лет, – он окинул меня каким-то бешеным взглядом и зачем-то повторил: – По стандартному контракту.

– По стандартному контракту, – протянула я, опускаясь за кухонный стол. – И что, многие соглашаются?

– Не многие, а все, – отрезал Ашер. – Ты первая, кто заставил повторить дважды. Спишу на твоё врождённое слабоумие. Так что?

И он уставился с раздражением. Надо же, он не волновался, не сомневался, не ждал ответа. Просто бесился, что я так долго молчу.

А я вспоминала… Как когда-то, давным-давно, мы жили втроём. Я, мама и папа. И всё у нас было замечательно. Я училась в начальной школе. Отец работал. Мать следила за домом. Как я позже узнала, узнав о беременности мной, она ушла в академический отпуск. Да так никогда и не вернулась на учёбу. Нужно было следить за маленьким ребёнком, да и отец был против. Зачем – он ведь полностью нас содержит.

Действительно…

Отец ушёл, когда мне было десять. Мама осталась без образования и без профессии, зато с дочкой и ежемесячными выплатами по ипотеке. А отец развёл руками и нанял юристов, чтобы уйти от алиментов. Ведь всё это время он и так нас полностью обеспечивал.

Следующие годы перечеркнули все светлые воспоминания и напрочь лишили меня детства. Маме приходилось работать на трёх работах и брать домой заказы. Если бы у нас пошли просрочки по ипотеке, у отца появился бы шанс забрать ещё и квартиру.

Я привыкла помогать по дому с десяти лет. Делала уроки, готовила обед и училась шить. Если я могла ровно пришить пуговицы на платье, это давало маме лишних пятнадцать минут сна. С шестнадцати я уже сама брала заказы. Все заработанные средства шли на погашение ипотеки. И к моему семнадцатилетию мы, наконец, закрыли все долги.

Я помню тот день. Мама уехала, чтобы уладить последние вопросы. А я осталась готовить праздничный ужин. Даже тортик купила из отложенных сбережений – как раз на этот случай и откладывала. Так хотелось её порадовать…

Только мама не вернулась. В следующий раз мы с ней встретились в больнице. Она смогла передать мне полученные документы, подтверждающие право собственности. А тем же вечером скончалась в реанимации. Я же отправилась в приют, прихватив документы с собой. И правильно сделала: позже, уже оказавшись дома, я заметила следы обыска. Отец явно собирался прибрать к рукам ещё и мой дом.

Я ненавидела отца. И понимала, что никогда в жизни не стану зависеть от мужчины. Особенно от такого, который "сам по себе подарок и во всём тебя обеспечивает". Хватит. Плавали, знаем.

Поэтому предложение василиска сейчас казалось не то что не привлекательным – откровенно мерзким. Вот как так можно-то, а?

– Эй, ты заснула там? – выдохнул он нетерпеливо.

– Три года, – повторила, скривившись. – А как же быть, если за эти три года появятся дети?

– Да как обычно! Мальчик остаётся с отцом, девочка уходит с матерью. Говорю же, стандартный…

– Стандартный контракт, – кивнула я, поднимаясь. Обернулась к кипящему нетерпением василиску и ответила проникновенно: – А не пойти ли тебе, Ашер, в задницу к этому вашему змею?

Его вытянувшимся лицом можно было бы залюбоваться, только что-то настроения не было. И такая усталость навалилась внезапно… Сразу вспомнилось, что спала я сегодня, кажется, всего часа два. А вчера вообще провела ночь в поезде.

– Знаешь, – вздохнула я. – Я тебя не держу. Нет сил – не работай. Маскировка у тебя есть, на первое время хватит. А там найдёшь себе любую согласную на брак. Очки и худи можешь оставить себе. Где выход, ты знаешь. Закрой за собой дверь.

И я ушла в спальню, больше не глядя на онемевшего от неожиданности василиска. Вероятно, в его картине мира не укладывалось, как можно не хотеть быть с ним. Как и мой ответ в целом…

– Это потому что ты считаешь, что я беден? – донеслось мне вслед. – Тебе нужны деньги?

Да, деньги мне действительно нужны. Но точно не таким способом.

Ничего не ответив, я плотно прикрыла за собой дверь и упала на кровать. Через несколько минут хлопнула входная дверь. Что ж, завтра начну искать себе нового сотрудника.

Проснулась я внезапно. Нет, не было никаких солнечных лучиков, весело щекочущих нос. Вместо этого полное осознание того, кто я и где. В пещере. Глубоко под землёй. И я здесь совсем одна.

Пожалуй, лишь после вчерашнего откровения я окончательно поняла, что это конец. Откатить всё назад не получится. Мне действительно предстоит делать бизнес против всего мира. И делать это одной, без поддержки. Хотя о какой поддержке речь? Мама погибла, Божена в другом мире справляется со своими проблемами, а Ашер… А при чём тут вообще он?

Тяжело поднявшись с кровати, я обошла весь дом. Жилую часть, рабочую зону… Даже в подсобку заглянула. Лишь чтобы подтвердить: да, я в самом деле осталась одна. Это оказалось больно и непривычно. После смерти мамы я год жила в приюте, где одной не оставалась ни на минуту. Потом мы жили вдвоём с Боженой. А здесь, в Экосе, со мной с первого дня находилась тира Эдит.

Но, так или иначе, к одиночеству пора привыкать. Если я сейчас упаду духом, никому от этого легче не станет. Поэтому – собраться, и вперёд!

Я трижды громко хлопнула в ладоши, приводя себя в чувство. Сработало. Всегда работало.

Наскоро позавтракав бутербродом с купленным вчера окороком, двинулась в сторону рабочей зоны. Сил на то, чтобы продумывать что-то глобальное, не было совершенно, и я решила погрузиться в привычную для себя деятельность. Божена в минуты стресса садилась медитировать… А я шила. Это успокаивало и заставляло отвлечься.

Вот и сейчас – я подхватила с прилавка заверенный эскиз и пошла считать. Потом чертить. Обводить. Кроить. К тому моменту, как я села за машинку, мрачные мысли полностью покинули голову.

Я осталась одна? Ну и что же. Найму другого сотрудника. Ведь без помощи мне действительно не справиться. Допустим, функции уборщицы могла взять на себя я сама. С поддержанием чистоты неплохо помогали так кстати проявившиеся после ритуала бытовые чары. Но помимо уборки оставалось ещё довольно много функций, выполнять которые в одиночку совершенно нереально.

Пожалуй, поддерживать бизнес без помощников можно было лишь в том формате, как я это делала дома: вести свой канал в соцсетях и получать заказы через интернет. Ну, и дополнительно обшивать ближайших соседей. При этом я не платила аренду, не тратила денег на дорогу и продолжала учиться, работая из дома.

Откопав под прилавком чистый лист бумаги, я размашистым почерком написала объявление о найме помощника – желательно, женского пола и с опытом работы. Зарплата по договорённости после собеседования.

Объявление прилепила возле двери, а сама занялась уборкой и сортировкой. Я до сих пор не могла понять, почему тира Эдит покидала лавку в такой спешке – а это стало уже очевидным. Иначе бы не оставила после себя столько бесценных материалов. Но, так или иначе, помимо материалов здесь остались документы. Много документов. От договоров с заказчиками и поставщиками, которые давно стали не нужны за сроком давности, до полного списка купленных тканей и фурнитуры. Пересчёт материалов был завершён ещё вчера, и теперь оставалось только свериться, по количеству и по ценам, чтобы оценить стартовый капитал.

Моё желание на том ритуале звучало чётко: удвоить вложения в бизнес. Сделаю это – и смогу вернуться домой. Осталось лишь понять, с чего, собственно, удваиваться. Поэтому я села за рабочий стол и принялась методично разбирать бумаги. Что-то отправлялось в большую коробку, которой предстояло быть спрятанной в кладовке – в основном, старые договора с клиентами и эскизы тиры Эдит. Что-то конспектировалось и бережно подбивалось в отчёт.

От рутинной работы отвлёк звонок в дверь. Сердце на миг обожгло радостью: неужели Ашер вернулся? И тут же в душе понялась злость, смешанная с досадой. С чего бы ему возвращаться? Он ведь предельно ясно обозначил, что работать здесь не собирается, и готов ради этого откупиться… мм… временной близостью. Ни одна девушка ему не отказывала, надо же! Вот пусть идёт и ищет другую, первую попавшуюся девушку. Скатертью дорога.

С этими мыслями я резко толкнула дверь, едва не пришибив курьера.

– Добрый день, – растерянно улыбнулся он. – Доставка для тиры Беловой.

Выглянув из-за плеча мужчины я едва не застонала. И вот что прикажете с этим делать?

Прямо напротив двери высился поставленный на ребро П-образный диван. А возле него притулился журнальный столик. И если столик выглядел не слишком пугающе, то как подступиться к широкому дивану, я не представляла. Как его вообще протащили по этому коридору – ума не приложу.

– А вы… Не поможете мне его внести? – попросила робко, с ужасом разглядывая этого монстра, занявшего почти всю ширину коридора.

– Доставка до дверей, – отрезал мужчина и протянул бланк.

Что поделаешь – я со вздохом расписалась и вернула бумаги.

– А может…

– Всего хорошего, тира.

И он ушёл. Просто ушёл.

Я стиснула зубы, окидывая беспомощным взглядом новую мебель. Слишком массивную, чтобы её можно было протащить сквозь дверной проём. По крайней мере, в одиночку. Да ещё если ты девушка.

Глубоко вздохнув, я обеими руками схватилась за столешницу и потянула железный стол в сторону входа. Столик сдвинулся. Не таким уж он оказался тяжёлым. Не тяжелее холодильника, точно. Вдохновившись успехом, я принялась его разворачивать, чтобы вписать в проём… И тут-то меня ждал облом. Несчастный стол, который так красиво выглядел на картинке, в длину оказался больше ширины коридора. То есть, развернуть его я просто не могла. И что делать?

Рвано выдохнув, я попыталась перевернуть стол на бок, наплевав на возможные повреждения и царапины. К чёрту! Если что, потом заполирую. Заклинание, которое я знала, было создано для ухода за обувью, но и для стола тоже сойдёт. Уверена.

Стол накренился, прошёл ещё полметра в проём… И застрял. Просто застрял – так, что ни туда, ни сюда.

В отчаянии я дёргала в обе стороны, но мебель не поддавалась. Очень некстати вспомнилось, что завтра должна прибыть тира Коллинз для примерки. И если для её сына перелезть через застрявший в дверях стол скорее всего окажется развлечением, то для самой клиентки…

Я запустила дрожащие пальцы в волосы и тихонечко завыла. У меня просто в голове не укладывалось происходящее. Внезапно накрыло пониманием, что не так уж сильно мне нужны были этот диван и стол. Ну вот куда я лезла? Могла же оставить как есть. Или попросить привезти в разобранном виде, как это делают в нашем мире! А теперь что делать, когда единственная дверь в таком виде? Можно было бы, конечно, попытаться расчистить путь топором – но стол железный, а не деревянный. Деревянной мебели здесь вообще, кажется, не бывает.

И когда казалось, что хуже быть уже не может, в коридоре послышались шаги. В моё ателье кто-то шёл.

Ашер

Захлопнув за собой дверь, я обессиленно опустился на пол переулка. Идти всё равно некуда. Руки сжимались и разжимались от бессильной ярости. А в голове просто не укладывалось случившееся.

Меня… отвергли. Я впервые в жизни предложил человеческой женщине заключить брак, и ответом мне стало вот это? Уму непостижимо.

В груди бурлило негодование. А самое странное? Мне как будто бы хотелось, чтобы она согласилась. Что со мной сделала эта ненормальная, что мысль провести вместе с ней три года не вызывала отторжения? Она же во всём была так себе. Подружки из академии были и утончённее, и привлекательнее, и манерами обладали аристократическими. А эта – ни рыба, ни мясо. Не стремится во всём обслужить и понравиться, да ещё и работать заставляет. Но почему-то находиться интересно именно рядом с ней. Что за бред?

Временное помутнение рассудка, не иначе. Которое, впрочем, скоро пройдёт. Сказала мне уйти? Я ушёл. Больше мы не встретимся. Найду себе абсолютно любую девушку, которая согласится скрыть в своём доме василиска ради женитьбы…

Вот только жениться на другой девушке я по-прежнему не хочу.

Внезапная мысль заставила поперхнуться воздухом. Нет, я явно головой ударился, не иначе. Мы с этой девицей знакомы всего пару дней, а я уже дошёл до такого? А впрочем нет. Это не я дошёл. Это она меня довела. Валить отсюда нужно, как можно дальше.

В смешанных чувствах я поднялся на ноги и шагнул прочь. И почти нос к носу столкнулся с соседкой, тирой Бейкер. Женщина как раз вынырнула из-за узкого поворота, таща в руках очередную корзинку, источавшую приятный запах.

Кивнув знакомой, я посторонился, пропуская её к лавке. Однако женщина не спешила ни огибать меня, ни уступать дорогу. Встала по центру прохода, уперла руки в бока и уставилась хмурым взглядом.

– И куда собрался? – уточнила она.

– Прочь отсюда, – буркнул я. Откровенничать с почти незнакомой женщиной не хотелось. Пусть она и знала мой секрет.

– Да неужели? А как же наша договорённость?

Я стиснул зубы. Договорённость действительно была. Я обещал следить за тем, чтобы Василиса регулярно питалась и не забывала вовремя ложиться спать, а взамен тира не сдавала меня полиции.

– Не переживайте. Она недавно поела. А потом пошла спать – сразу после того, как выгнала меня. – Против воли в голосе прозвучала горечь.

– Вот как… И что же такого ты натворил, что она тебя выгнала?

И вот тут мне стало весело. Я улыбнулся во все свои тридцать шесть зубов и ответил:

– Не поверите, предложил ей место моей супруги.

Тира глухо ахнула, отступив вперёд. Прикрыла рот пухлой ладошкой и простояла так несколько мгновений. Придя в себя, женщина нахмурилась и поудобнее перехватила корзинку. Вторая рука уцепилась за мой локоть.

– Пойдём-ка со мной, – вздохнула она. – И ты мне всё подробно расскажешь.

– И кто этот юноша? – Огромный светловолосый мужчина средних лет с пышными усами окинул меня хмурым взглядом. Голос у него был звучный и очень низкий. Как будто в трубу говорил.

– Дорогой, теперь он будет жить с нами, – шутливо сообщила тира Бейкер, прикрывая за мной дверь пекарни.

– Вечно ты тащишь в дом  всех убогих да обездоленных, – проворчал мужчина. – Этого что, усыновлять будем?

По логике да. Так как они оба по возрасту годились мне в родители. Но озвучивать я это, разумеется, не стал. Женщина лишь хмыкнула и повела меня вглубь дома. Мужчина, сверившись с часами, проследовал за нами.

– Дорогой, ты помнишь Василису? – поинтересовалась тира, невинно хлопнув ресницами.

Мы прошли в небольшую уютную гостиную. Насколько уютным вообще можно назвать помещение без какой-либо отделки. Голые каменные стены в последнее время начинали восприниматься как норма, но не уставали напоминать, где именно я нахожусь. На нижних ярусах.

– Конечно, помню, – кивнул усатый мужчина. – Это наша безмозглая соседка, приютившая сбежавшего василиска.

– Замечательно. Теперь позволь представить тебе того самого василиска.

И вот тут мне стало не по себе. Внезапно, но довольно сильно. Потому что одно дело понимать, что существует один лишний человек, осведомлённый о твоём положении. И совсем другое – когда этот самый человек делится этой информацией направо и налево. Словом, ситуацию я изначально оценил правильно. Нужно было бежать. И как можно скорее.

Но не успел я сделать даже шага к двери, как на моё плечо легла тяжёлая рука.

– Что ж, тогда давай знакомиться, сосед, – пробасил тир Бейкер.

Глава 7, в которой возникают новые знакомства

Ашер

За всю мою… Долгую, в общем-то, жизнь единственным человеком, способным вызвать у меня трепет, был мой отец. До этого самого дня. Потому что мой новый знакомый, Оскар Бейкер, вызывал внутри какой-то почти первобытный ужас. И дело даже не в усах, которые, конечно же, напрягали. Не должно быть у людей подобных усов – это попросту противоестественно! Но нет, не только они – вся фигура тира заставляла испытывать какое-то иррациональное чувство опасности.

И вот сейчас эта груда мышц сидела напротив меня, меряя пристальным взглядом и прихлёбывая чай из крохотной чашки. Время близилось к полуночи. Об этом сообщали часы на стене и очень хмурый вид тира Бейкера. Кажется, он вовсе не был в восторге от того, что вместо сна вынужден радовать меня собственным гостеприимством. Хотя, конечно, я и не настаивал.

– И что ты планируешь делать? – наконец нарушил молчание пекарь.

– В каком смысле? – нахмурился я. Вопрос прозвучал неожиданно. Возможно, к данному моменту я уже уверовал, что мы так и будем сидеть в молчании, прихлёбывая чаёк. Но нет. Оказывается, разговор всё же состоится.

– Тебя разыскивают. За что, мне неведомо, но могу поспорить, что это нечто серьёзное. Ни одного василиска не объявили бы в розыск за мелочь. Замяли бы дело.

Тут он был прав. Василискам дозволялось многое. Практически всё. Но, разумеется, не убийство другого василиска. Подобное не прощалось никогда.

– Если вы думаете, что я сейчас… – помрачнел я.

– Подробности меня не интересуют, – оборвал меня мужчина. – Но скажи мне вот что. Ты же не думал, что сможешь просто отсидеться в безопасности, пока полиция не докажет твою невиновность? – Он пытливо вгляделся в моё лицо и тяжело вздохнул, увидев, как меня перекосило. – Мда… Видимо, именно это ты и планировал.

Я залпом допил чай и со стуком опустил чашку на стол. Оправдываться я не собирался. Меня подставили. А все дела, касающиеся василисков, ведёт Горд. Он точно докопается до истины и сможет меня оправдать.

– Что ж, не смею вас более задерживать, любезнейший, – съязвил я, поднимаюсь. – Благодарю за чай и увлекательную беседу. Выход найду сам.

– А ну сидеть! – рявкнул пекарь, и меня словно плитой придавило к стулу. Да уж, мужик пугающий.

– Что вы хотите от меня услышать? – вспыхнул я. – Что у меня есть план? Нет, плана нет. Я действительно рассчитывал довериться работе полиции.

Правда, оставался вопрос, как я смогу выяснить, что меня оправдали. Здравый смысл подсказывал, что идти в полицейский участок, дабы узнать, сняты ли обвинения – плохая идея. Хотя бы потому, что в случае отрицательного ответа мне едва ли позволят скрыться и продолжить прятаться. Эх, если бы только было можно связаться с Гордом…

– Я хочу услышать, что ты адекватно осознаёшь собственное положение и не станешь подвергать бессмысленной опасности девочку.

– Вам-то до неё какое дело? Она же только вчера сюда переехала!

– Светлая она. Жалко будет, если из-за тебя, дурака, погибнет, – вмешался женский голос. Тира Бейкер вошла в гостиную и плотно притворила дверь. – Дорогой, с тестом всё в порядке, три часа есть.

Пекарь кивнул и вновь уставился на меня. А меня вдруг осенило.

– Вы эмпаты! – воскликнул я. – Чувствуете эмоции и ложь!

– Я предпочитаю слово менталист, – с достоинством ответила тира Бейкер, присаживаясь на подлокотник кресла возле мужа. – И нет, даром обладаю только я. А Оскар мне верит.

Здоровяк молча кивнул, подтверждая слова супруги.

Я прикрыл рот рукой. Это же надо, прямо здесь и сейчас находилось моё спасение. Они ведь могли бы засвидетельствовать мою невиновность. Вот только…

– Лицензии нет, – разрушила мои надежды тира. – Поэтому на меня можешь не рассчитывать. Но помогать по мере необходимости я согласна – в разумных пределах. При условии, что нашу сделку ты тоже не разорвёшь. Впрочем, ты и не можешь, верно?

Я горько усмехнулся.

– Она сама меня выгнала, понимаете? Даже после моего предложения о замужестве.

– По стандартному контракту? – прищурилась тира.

– Конечно.

Женщина неопределённо хмыкнула и дёрнула плечом. Мужчина презрительно скривился.

– Погодите, – возмутился я. – Вы же не считаете, что я должен был… Василиски всегда – ну, за редким исключением – женятся именно по этому контракту. Это норма!

Тира глубоко вздохнула и снисходительно покачала головой.

– Давай пока отложим вопрос твоей женитьбы. Откровенно говоря, он меня мало волнует. Вернёмся к Василисе. Ты знаешь, на каких условиях она сюда попала?

– Каких ещё условиях?

О каких вообще условиях может идти речь? Она сняла лавку и решила делать бизнес. Скорее всего, с капиталом помог какой-нибудь неизвестный покровитель, которому она перед этим неплохо услужила. Как ни крути, напрашивается ответ, что она бывшая жена василиска… Только её реакции заставляли сомневаться в этом выводе.

– Думаю, про всю ситуацию в целом тебе стоит спросить у неё. Но, просто чтобы ты понимал: помимо прочего ей предстоит противостоять местной монополистке, Розалине Шарм. Эта женщина не позволит развиться в своей вотчине сильному конкуренту.

От звучания имени меня передёрнуло.

– Розалина Шарм? При чём здесь она?

– Ну как же, – вкрадчиво произнесла тира, внимательно вглядываясь в меня. Считывала эмоции? Не понравилась моя реакция? – Тира Шарм годами выживала из Фосса любых конкурентов. Уже больше двадцати лет в кратере не работает ни одно ателье, кроме "Студии Шарма".

– Но подобное запрещено… – прохрипел я. Внезапно стало трудно дышать. С чего бы?

– А кто же запретит женщине, родившей наследника для наместника Фосса? – прошелестел голос тиры. – Она неприкосновенна абсолютно. К тому же, сила и вечная молодость… Ты знал, что она моя ровесница? А выглядит чуть старше Василисы.

Конечно, знал. Кому и знать, как не мне. Я с силой разомкнул веки. Когда я успел зажмуриться? Не помню…

– Что надо делать? – мой голос прозвучал неожиданно безэмоционально. Решиться на помощь девушке, которая борется против вполне осязаемого противника, оказалось неожиданно просто. – Я сделаю всё, что в моих силах.

– Вот и молодец, – довольно улыбнулась тира. – Тогда давай обсудим, что ты планируешь делать с собственным положением.

Выходил из лавки пекарей уже утром. Даже практически днём. После долгого разговора мне позволили переночевать на диване в гостиной, чтобы не будить Василису. В голове роились безрадостные мысли. Судя по всему, доказывать невиновность мне придётся самостоятельно, не надеясь на помощь полиции. И помогать Василисе справляться с тирой Шарм – тоже придётся мне. Что ж, кажется, у моего существования впервые появилась цель. Кратковременная, но от этого не менее важная.

Ещё издалека я услышал возню и ругань. Усмехнулся про себя. Что ж, кажется, помощник Василисе был действительно нужнее молодости, дарованной связью с василиском. Во всяком случае, прямо сейчас. Это же подтверждала и записка, прикреплённая возле двери. "Ищу сотрудника. Зарплата договорная."

Весело хмыкнув, я сорвал со стены бумагу и оглядел торчавший из дверного проёма стол. А также прислонённый к стене переулка диван.

– Помощь нужна?

Василиса

Шаги стихли, послышался шорох бумаги, а следом в дверном проёме появилась голова и плечо Ашера. Он окинул взглядом взъерошенную меня, стол и весело хмыкнул.

– Помощь нужна?

Я недобро прищурилась. Нет, помощь-то мне, конечно, не помешает. Вот только…

– Ты же, вроде как, ушёл. Потому что сил твоих больше нет на меня работать.

– Ну разве ж это работа… Так, помощь другу, – ослепительно улыбнулся он.

– Другу? – опешила я. А потом сообразила. – Что, неужели не нашёл первую попавшуюся девушку, которая бы согласилась выйти за тебя замуж?

Василиск не оскорбился. Неопределённо дёрнул плечом, и его голова исчезла из виду.

А я уже успела пожалеть о своих словах. В конце-то концов, он же вернулся. И вроде как меня это радует… Так зачем язвлю?

Только извиниться я не успела. Да и не смогла бы – просто дар речи потеряла от внезапно начавшихся метаморфоз. Проём двери расширился, от него в сторону пошла горизонтальная трещина. Прямо через каменную стену.

Я всхлипнула, не отрывая взгляда от всё растущего провала. Судя по всему, начиналось землетрясение. Интересно, что в Экосе положено делать в подобных ситуациях? Звонить в МЧС? Звать прораба? Но мы же в пещере – куда бежать?

В несчастным звяканьем стол, оставшийся без поддержки, упал на все четыре ножки. Края трещины стали расходиться и заворачиваться рулончиком. А я нашла в себе силы лишь нащупать тот самый многострадальный стул и опуститься на него, беспомощно глядя, как стена продолжает расходиться, демонстрируя… Стоящего с воздетыми руками василиска. Заметив моё состояние, он широко улыбнулся и подмигнул.

– Согласись, тебе повезло с друзьями?

Кажется, я икнула. И только сейчас поняла, что моя стена не просто так уподобилась банке со шпротами. Ей помогли.

– Ты что наделал? – спросила дрожащим голосом.

– Освободил проход, – отозвался он. – Ты будешь вносить стол?

Решив не думать слишком сильно о том, как я теперь буду жить с дыркой во всю стену, я встала. Молча, не говоря ни слова, подошла и ухватилась за стол.

– Да магией же! Ты ведь бытовик!

Я медленно выпрямилась, окинув стол оценивающим взглядом. А ведь точно. Глупо, но мне даже в голову не пришло использовать магию на столе. Ну просто…

– Он же тяжёлый. Я никогда не поднимала ничего тяжелее кастрюли.

– Ясно.

Ашер шагнул через отверстие в стене и положил руку мне на шею.

– Ты что творишь? – Я дёрнулась, уходя от прикосновения.

– Делюсь силой. Сосредоточься. Тебе ещё диван перемещать.

С недоверием покосившись на василиска, я всё же обратила внимание на железный стол и вытянула ладонь вперёд. Под воздействием силы он дёрнулся, закачался, выстукивая ножками рваный ритм, а потом полетел на своё законное место. Высоко я поднимать его не решилась, поэтому задняя ножка всю дорогу противно скрежетала об пол. Следом за столом преодолел свой путь и диван. Я с удивлением отметила, что даже не ощущаю чужеродной энергии. Как будто использую только свои силы. Впрочем, стоило Ашеру убрать ладонь и отступить, я моментально ощутила внутреннее опустошение.

– Маги и так умеют? – протянула я, наблюдая, как Ашер приводит в порядок стену. Мои страхи насчёт того, что вместо двери у нас теперь будет провал, не оправдались.

– Василиски, – поправил Ашер, оглядываясь через плечо. – Так умеют василиски. Ты и этого не знаешь?

Я лишь помотала головой.

– Откуда же ты такая… – Он обернулся ко мне. Стена за его спиной полностью восстановилась. – Василиски общаются с камнем. Это у нас в крови. Не просто так под землёй мы главные.

Я пожала плечами. Не знала, что уж. Никогда не интересовалась василисками, да и незачем было. Откровенно говоря, сейчас тоже интересовало совершенно другое:

– Зачем ты вернулся?

– Зачем? – он задумчиво постучал пальцем по губам. – Скажем так, решил попробовать себя в новом направлении.

– Да что ты? Помнится, ещё вчера тебя это направление не устраивало.

– Всё меняется, – пожал плечами Ашер. – На самом деле, я всегда мечтал о небольшом швейном бизнесе…

– Не поняла?

– Я помогу тебе. Сделаю всё, что в моих силах, чтобы это ателье стало популярным.

– Но?..

– У меня ус-словие, – прошипел он, внезапно сокращая расстояние. – Я буду не с-сотрудником, а с-совладельцем. И развивать бизнес-с будем вместе. Что с-скажешь?

Я вздрогнула от неожиданности, что не укрылось от василиска. Но он продолжил предельно серьёзно смотреть в мои глаза. И почему-то мне даже не хотелось рассмеяться ему в лицо и послать подальше, хотя стоило. Конечно, стоило. Бизнес мой, и только мой. Вот только какая по большому счёту разница – через полгода с небольшим я либо погибну, либо покину этот мир. И на итог влияет только прибыль. А о совладельцах в желании не было сказано ни слова.

– И как ты собираешься это оформлять? – нахмурилась я. – Ты же в бегах.

– Пока ограничимся устным договором, – он вновь выпрямился и теперь смотрел на меня сверху вниз. – А официально заверим, когда я очищу своё имя и найду настоящего убийцу отца. А ты мне в этом поможешь.

– И с чего бы мне это делать? – прищурилась я.

– Потому что мы друзья, – осклабился он.

И снова – глаза в глаза. И ведь ясно, что это абсурд. И делать мне больше нечего, кроме как оправдывать всяких беглых василисков. У меня своих проблем выше крыши.

– Или боишься не справиться? – прозвучало насмешливо.

И я сдалась. Вот ненавижу у себя эту черту, но поделать ничего не могу. Слишком просто меня взять на слабо.

– Справлюсь, – буркнула я. – И помогу.

– Вот и хорошо, коллега, – ухмыльнулся Ашер.

– Но я всё равно главная! – спохватилась я.

– Конечно, коне…

Василиск замер, гипнотизируя взглядом открытую дверь. Теперь и я услышала доносящиеся из коридора шаги. Женские, цокающие каблуками. Они стремительно приближались, и спустя несколько секунд на пороге возникла воздушная блондинка, на вид моя ровесница. Краем глаза заметила, как рядом со мной напрягся Ашер. А девушка обвела нас дружелюбным взглядом и мило улыбнулась.

– Позвольте представиться, коллеги. Я Розалина Шарм.

Надо же, вот уж чего не ожидала – так это настолько скорой встречи с соперницей. Нет, в том, что тира заглянет прощупать конкурента, не сомневалась. Уж если она в одиночку сумела выселить все посторонние ателье из крупного кратера, то инициативы ей точно было не занимать. Такая не остановится. Но и у меня упорство на уровне, а мотивация вообще зашкаливает.

– Тира Шарм! – расплылась я в приветственной улыбке. Обошла застывшего столбом Ашера и поспешила навстречу гостье. – Я столько о вас слышала! Не устаю склоняться перед вашим талантом!

Да уж, обрядить весь кратер в мертвенно-серый цвет – это нужен не только талант, но и великое мастерство.

– Ох, вы преувеличиваете! – женщина взмахнула пушистыми ресницами, словно бы смутившись. При этом её глаза внимательно сканировали мой внешний вид. – Мой талант весьма скромен.

Смотря в чём, тира. Смотря в чём.

– Ах, не говорите так! – рассмеялась я, склоняясь к женщине, чтобы запечатлеть поцелуй на её нежной щёчке. Так делали всякие модные дивы в фильмах, которые я смотрела. Таким приветствием они с одной стороны показывали, что у них закадычная дружба на века, и в то же время безмолвно желали друг другу сдохнуть в муках.

К сожалению, тира Шарм этих фильмов не видела, и порыв мой истолковала превратно. Иначе как объяснить, что она отпрянула от меня как от больной.

– Ох, прощу прощения! – смущённо залепетала я. – Там, где я выросла, нравы намного более свободные, нежели здесь! Не обращайте внимания, прошу!

Помедлив мгновение, блондинка вновь нацепила на лицо милую улыбку, но приближаться ко мне явно опасалась. А Ашер вдруг отмер. Шагнул ближе и собственническим жестом обхватил мою талию.

– Чем обязаны, тира? – произнёс он бархатным голосом. Я даже вздрогнула. Надо же, он и так умеет? Не шипеть, не рычать… А буквально соблазнять голосом.

Гостья тоже оценила тон, встрепенулась и кокетливо стрельнула в василиска глазками. А поймав ответную улыбку, призывно закусила губу. Я даже опешила от такой наглости. Ну, то есть, Ашер, конечно, свободен и всё такое… Но Розалина-то об этом не знает. Зато видит, что обнимает он сейчас меня. Как ей не стыдно кокетничать с чужим мужчиной?

А потом я вспомнила, кто передо мной находится, и всё встало на свои места. Она же, чёрт возьми, пытается вывести меня на эмоции! Низко. И грубо. Сделав ментальную пометочку в воображаемом блокнотике, я вернула глуповатое выражение лица и вернулась в разговор. Тира Шарм как раз объясняла Ашеру, как именно нужно хранить шаризу́, и почему крупо́н ни за что нельзя держать в закрытом помещении. Считает, что от обилия незнакомой информации у кого-то дрогнет крыша? Хочет ткнуть носом в мою некомпетентность? Ну-ну…

– Тира, вы не против, если я всё запишу? – благодушно улыбнулась я. – Чтобы точно ничего не забыть.

Выудив из-под прилавка несколько листов и ручку, я повела собеседников к только что установленному П-образному дивану.

– Так, значит, шаризу ни в коем случае нельзя класть в холодильник? – уточнила я, и приготовилась конспектировать.

– Я ничего подобного… – тира осеклась. – Верно. И я с удовольствием расскажу вам всё подробнее за чаем.

В этом месте она многозначительно на меня посмотрела. Ах, ну понятно: сейчас мне полагается вскочить и побежать проявлять гостеприимство, оставив её наедине с моим сотрудником? Как бы не так.

– Чая нет, – развела я руками. – Мы ведь только переехали. Но есть водичка. Ашер, принесёшь?

Василиск важно кивнул, плавно поднялся и скрылся за дверью мастерской. Я успела заметить, как его губы дрогнули в улыбке.

– У вас даже нет чая, – опечалилась тира. – Это очень плохо. Вам точно стоит закупить не менее десяти сортов для посетительниц. Знаете, по этикету необходимо посвятить хотя бы несколько минут чайной церемонии, прежде чем приступать к работе.

– О! Как интересно! И какие сорта вы посоветуете?

Пока я прилежно строчила под диктовку, краем глаза заметила презрительную ухмылку на губах тиры. Ну конечно же, конкурентка оказалась дурочкой и смотрит ей в рот. Полдела сделано осталось добить.

И удар не заставил себя ждать.

– Также у меня есть некоторые рекомендации по фасонам, – мило улыбнулась она. – Я решила помочь вам с созданием вашей первой коллекции, дорогая.

На стол передо мной легли листы с эскизами, и я едва сдержалась, чтобы не скривиться. Честно говоря, внешний вид предложенных набросков озадачил. Что если это проверка? Стоило ли мне, как восторженной дурочке, восхититься или всё же следовало показать толику здравого смысла? Просто то, что я увидела… Подобной одежде было самое место в аду для дизайнеров. Чтобы обречь грешников, имевших чувство стиля, на вечные муки. Живым людям подобное показывать никак нельзя.

– Ну не зна-аю, – протянула я с некоторым сомнением. Поймала острый взгляд Розалины и поспешила поправиться: – Боюсь, это пока не мой уровень. – И улыбка такая, честная-пречестная.

– Что именно не твой уровень, мышка? – поинтересовался Ашер, появляясь в дверях с чайником кипятка и тремя чашками. Окинул цепким взглядом разложенные на столе эскизы, стрельнул глазами в меня, верно оценил ситуацию и принял заинтересованный вид. – Надо же, ты сама рисовала? Очень красиво!

А я искренне порадовалась, что в приёмной не лежали мои собственные дизайны. Это сразу выдало бы мой уровень. Розалина оценит его, обязательно оценит. Но не раньше, чем я успею обшить хотя бы первый десяток клиенток.

Из раздумий вывел Ашер. Сидевший в расслабленной позе василиск внезапно содрогнулся всем телом и впился глазами в сидевшую напротив блондинку. Розалина продолжала мило улыбаться мне. А вот её ноги, как я позже узнала, вовсю исследовали бёдра моего якобы молодого человека.

– Вы должно быть ошиблись, тира Шарм, – процедил Ашер, прожигая её ледяным взглядом. – Пуфик для ног в этой конструкции дивана не предполагается.

Я растерянно уставилась на блондинку, которая как ни в чём не бывало поднялась с кресла и подхватила сумочку.

– Жаль, – улыбнулась она. – Ты мне понравился.

Ашера перекосило. А я едва не вскрикнула, так сильно он вцепился в мою ладонь. Решив оставить выяснение причин на потом, я поднялась вслед за гостьей.

– Благодарю за советы, – криво улыбнулась я. Актёрский талант подводил. Я совершенно не представляла, как реагировать на последнюю сцену, поэтому старалась просто её игнорировать. Хотя внутри на самом деле начало растекаться какое-то мерзкое чувство.

– Была рада познакомиться, – подмигнула тира, разворачиваясь к выходу. – Успехов в бизнесе.

Плотно прикрыв дверь за тирой Шарм, я прислушалась к удаляющемуся цоканью каблучков. Когда звук окончательно стих, я развернулась к Ашеру. Он так и сидел с каменным лицом, уставившись в одну точку.

Подойдя ближе, я ахнула. Его кулаки были сжаты, зубы стиснуты, а на висках… Проступили бледно-жёлтые чешуйки. Надо же, это все василиски так могут?

– Ашер? – позвала я. Моя рука дрогнула и потянулась к его лицу. Очень хотелось потрогать чешуйки.

Быстрое движение – он перехватил моё запястье и развернулся всем телом.

– Не хочешь объяснить, что с тобой? – нахмурилась я.

Красивые губы тронула презрительная усмешка, и следующие слова заставили поперхнуться воздухом.

– Она моя мать.

Глава 8, в которой все работают, а Милли приносит плохие новости

– Напротив входа четыре, и два над входом, – командовала я.

Двое мастеров устанавливали в стену свет-камни. По крайней мере, теперь до ателье можно будет добраться, не опасаясь споткнуться на ровном месте и свернуть шею. С этого дня путь будет освещён достаточно ярко. Осталось прикрепить под светильниками плакаты с эскизами – и вообще будет красота. Хорошо освещённый путь, который к тому же приобщает клиентов к прекрасному – бесценно.

Впрочем, плакаты ещё предстояло нарисовать. Пара незавершённых эскизов была разложена на рабочем столе в мастерской, а я находилась здесь. Руководила процессом. Конечно, по уму это мог бы сделать и Ашер… Но василиск вот уже несколько часов прятался в кухне. Пил просроченный чай и гипнотизировал стену. С того самого момента, как нас покинула тира Шарм.

И вот я прекрасно понимала, что доставать его вопросами в данный момент не стоило, но меня саму эти вопросы уже измучили. Во-первых, как Розалина Шарм может быть матерью Ашера, если с виду выглядит как наша с ним ровесница? Во-вторых, как она умудрилась выжить тиру Эдит из Фосса двадцать лет назад, если… на вид она моя ровесница. Да уж, по всему выходило, что всё упиралось в возраст.

И вот тут впору догадаться, что тира попросту не человек. Вот только, насколько я знала, в Экосе существовало всего две расы – люди и василиски. И судя по цвету кожи Розалина была чистокровным человеком. Как это, чёрт возьми, возможно, если ей по всему должно быть не меньше пятидесяти лет?

От напряжения заломило виски, и я прикрыла глаза, едва сдержав стон. Совершенно некстати вспомнилось, что сегодня я ничего не ела, кроме утреннего бутерброда. Не до того было. А голод всегда выливался у меня в головокружение и головную боль.

– Следующий куда, хозяйка? – подал голос один из рабочих.

Медленно выдохнув, я сфокусировалась и собиралась ответить. Но меня опередили.

– Два метра влево. – На локоть легла тёплая ладонь. Рядом со мной стоял Ашер. – Я тут разберусь. Сходи пообедай. Ты ведь с утра голодная.

От неожиданности я промолчала. А потом ещё чуть-чуть подумала и решила не спорить. Быстро укрыв кусок хлеба ломтиком ветчины и схомячив это счастье в два укуса, я направилась обратно в мастерскую. Из-за двери приёмной доносились голоса. Ашер объяснял рабочим, как лучше расположить светильники, чтобы добиться наилучшего освещения. А меня ждали эскизы.

Рисовать я не то чтобы умела. Максимум могла изобразить модель для одежды. Это даже не «ручки, ножки, огуречек», а просто набор треугольников. Но насколько схематичными получались фигуры людей, настолько подробными выходили элементы наряда. И сейчас я играла на этом, представляя новой публике элегантные брючные костюмы, платье с басками и юбку-карандаш. Больше всего хотелось дополнить образы широкополыми шляпами, но чего я делать не умела, того не умела. Увы.

– Ты вообще не умеешь отдыхать?

– Я сегодня спала, – отозвалась глухо.

– Это всё ты нарисовала?

Я рассеянно отвлеклась от очередного плаката и огляделась. Вдоль обоих столов сохло с десяток готовых работ. Посреди всего этого великолепия стоял Ашер, скрестив руки на груди. И как будто бы был чем-то крайне недоволен.

Пожав плечами, я попыталась вернуться к своему занятию. Оставалось ещё немного усилить акцент на оборки, и можно будет приступать к работе краской. Я перехватила поудобнее карандаш… И едва не подпрыгнула, когда огромный лист бумаги дёрнулся и куда-то пополз.

– Ты что творишь? – вскинулась я.

– А ты как считаешь? – поджал губы василиск. – Рабочий день окончен, тебе пора спать.

– А ну отдай! – ощетинилась я. – Сама решу, когда он будет окончен.

– Как скажешь. Завтра же обсудим условия рабочего контракта.

– Какого ещё контракта? Я работаю на себя!

– На себя тоже работают по контракту. Ты законодательство читала вообще?

Я ошарашенно хлопнула глазами. Он издевается? Точно издевается. Ещё и кайфует от происходящего.

– Прошу заметить, что я, как совладелец, имею право корректировать условия, – добил он. – Но это мы тоже обсудим завтра. На сегодня мой рабочий день окончен.

Неоконченный плакат занял место на другом конце стола, а я, наоборот, переместилась в руки василиска. Ну, не совсем. Меня попросту сдёрнули с рабочего места и потащили в сторону кухни. Первые несколько секунд я по инерции двигалась за Ашером, а потом в душе поднялась справедливая злость.

– А ну прекрати! – прошипела я, вырывая руку. – Я уже говорила: не смей решать за меня, когда мне работать, а когда отдыхать. А насчёт совладельца – мы ничего не подписывали. Могу передумать в любой момент. Особенно если ты будешь мешать моей работе.

– Заблуждаешься, – ухмыльнулся этот наглец. – Когда дело касается василисков, устного договора более чем достаточно. Но, кажется, этот раздел законодательства ты даже не открывала, верно?

И вот здесь я засомневалась. Действительно ведь не открывала. Просто не видела необходимости штудировать лишний том. Ведь меня предупредили, что василиски живут на верхних этажах, а я-то на нижнем.

– В общем так, мышка, – вздохнул Ашер. – Сейчас ты идёшь отдыхать, а прямо с утра я объясню тебе основные тезисы. Договорились?

– Я ещё могу работать, – фыркнула я.

– Ну что ты, – расплылся в улыбке василиск. – Как же ты будешь работать, когда ты так устала…

И он был прав. Усталость навалилась резко, едва не придавив к земле. Я с силой потёрла щёки, пытаясь привести себя в чувство, но безуспешно.

– Пойдём, я тебе помогу добраться до спальни, – прошептал Ашер. Он подхватил меня под руку и повёл вперёд.

Я едва успела устроиться на кровати, как веки окончательно потяжелели. Последнее, что помню – как прогнулся матрас, принимая ещё одно тело. И раздражённое бормотание.

– Как удачно Милли напомнила про устный договор. Глаза бы мои её не видели.

– Мышка, ты не можешь злиться вечно, – Ашер со вздохом присел рядом и окинул усталым взглядом последний плакат. – Кстати, я говорил, что ты потрясающе рисуешь?

О, нет, дорогой. Я на это не поведусь. Решил взять лестью? Шиш тебе. И игнор. Сиди и мучайся.

– Ты же понимаешь, что тебе просто необходимо иногда отдыхать? Хотя бы по ночам.

С кисти сорвалась капля, ставя красочную кляксу по центру листа. Я зависла. Потом кивнула своим мыслям, набрала ещё краски и широким движением посадила на лист ещё несколько разноцветных клякс. Полюбовалась результатом. Шикарно. Я прям авангардист. Осталось высушить – и можно вешать.

– Я же не могу позволить своей дорогой коллеге работать на износ. Я всего лишь проявлял заботу. Кстати, ты не голодная?

А впрочем зачем ждать? Можно же высушить капли магией!

Протянув над листом раскрытую ладонь, я слегка повысила температуру воздуха. Над капельками едва заметно заклубился пар.

– Мышка, ну не дуйся. Хочешь, я помогу тебе повесить эти твои плакаты? Кстати, я уже говорил, что они очень красивые?

Едва удержалась, чтобы не фыркнуть. Повторяется ведь, зараза. Ну ничего. Повторение – мать учения. Глядишь, и запомнит, чего делать нельзя, и что за это бывает.

– Василиса, ну посмотри на меня!

– Ах, теперь я Василиса?

Я резко обернулась, и неожиданно оказалась нос к носу с этим наглым, настырным, душным типом. Ашер замер, глядя на меня широко раскрытыми глазами. Уголок губ дёрнулся. Он коротко вдохнул, словно хотел что-то сказать, но не произнёс ни звука. Зато я молчать не собиралась. Какого чёрта?

– Ашер, я уже говорила и повторю ещё раз. Я. Сама. Определяю. Время. Работы. Уяснил? И ты не используешь магию, чтобы уложить меня спать против воли. И вообще, с чего вдруг такая забота?

Тонкие губы сжались, и Ашер плавно отстранился.

– Боюсь, ты неправильно меня поняла. Видишь ли, если ты свалишься с истощением, мне придётся нести тебя в больницу. А врачей, боюсь, наш маленький маскарад не проведёт. Меня раскроют, а это крайне нежелательно. Так что я забочусь в первую очередь о себе.

Ответ неожиданно больно кольнул. Но разбираться в причинах собственной реакции я не стала. Рвано выдохнула и ещё раз прокрутила в голове аргументы. В чём-то он был прав. Если я заболею, подставлю не только себя. Под угрозой окажется в том числе и Ашер. А ещё, что гораздо хуже, возможная болезнь чревата упущенной прибылью.

Скривившись, как от зубной боли, я собиралась уже что-то сказать… Не извиниться за резкость, разумеется, но как-то сгладить, что ли… Не успела. Затянувшуюся паузу прорезал звук дверного звонка.

На пороге стояла тира Коллинз с Марти. А я едва не забыла о том, что сегодня примерка. Нет, платье-то готово, а вот рабочее место… М-да.

– Василиса! – расплылась в тёплой улыбке тира. А Марти даже здороваться не стал. Обогнул меня и прямым ходом побежал искать Ашера. Оставалось надеяться, что рисовать они будут не поверх моих плакатов.

Впрочем, мои опасения не оправдались. В итоге мы с тирой прошли в мастерскую, а Ашер с Марти расположились на диване в приёмной. При виде манекена с готовым нарядом, женщина только что в ладоши не захлопала, и сразу побежала за ширму переодеваться.

– Я уже рассказала про вас парочке подруг, – поделилась она, вертясь перед зеркалом. – А Марти в восторге от вашего слуги.

– Ашер мой коллега, а не слуга, – возразила ровно. – Но, уверена, он будет счастлив пообщаться ещё с парочкой сорванцов. После вашего прошлого визита от даже задумался, не завести ли собственную семью.

Я, конечно, врала. Но ничего не могла с собой поделать. Я всё ещё злилась. И хотелось верить, что общение ещё с парочкой маленьких клиентов пойдёт ему на пользу. И донесёт, наконец, светлую мысль о том, что злить меня не стоит.

– О, это прекрасно! Дети поистине самоцветы жизни. Никого не оставят равнодушным.

Что правда, то правда. Не поспоришь.

– Можете раздеваться, я всё отметила, – выдохнула я, отступая на шаг.

– Мы закончили? А долго ждать подгонки?

– Недолго, – улыбнулась я. – Я прямо при вас всё поправлю.

Если бы не бытовая магия, которой меня наградил при перемещении демон, мне бы потребовалось ещё несколько примерок. К счастью, тира Эдит объяснила мне, как применять силу, а машинка была настроена под особые строчки. Так что работы оставалось действительно на несколько минут.

Вместо того, чтобы пойти к сыну, тира устроилась возле меня и с любопытством стала наблюдать, как я работаю. Под пристальным взглядом стало неловко.

– Скажите, а что именно вы рассказали своим подругам? – уточнила я, чтобы развеять напряжение.

– О, я рассказала, что в Третьем Пещерном открылось новое ателье, которое в два счёта заткнёт за пояс «Студию Шарма». Сделала вам отличную рекламу.

Превосходную. То-то Розалина Шарм лично примчалась убедиться, что её бизнесу ничто не угрожает. Кстати…

– Мне посчастливилось встретиться с Розалиной Шарм, – начала я осторожно. – И мне показалось, что она выглядит… Мм… Несколько моложе, чем я предполагала.

Меня одарили удивлённым взглядом. Словно я сморозила несусветную глупость.

– Разумеется она выглядит младше, – кивнула тира. – Она же из этих.

– Из кого?

– Из бывших.

– Бывших?

– Ну, из бывших жён василисков. Они же не старятся несколько десятков лет после развода.

Я мотнула головой, останавливая машинку. Осталось снять магические фиксаторы и примерить финальный вариант.

– А почему так происходит? – уточнила я, встряхивая наряд.

– Вот по вам и не скажешь, Василиса, – вздохнула тира. – А всё же вы из провинции. Это же все знают. Василиски какой-то своей магией продлевают жизнь собственной паре.

– Неужели вот так просто?

– Ну не просто. За несколько лет совместной жизни. Потому и контракт заключают на три года. Но нам с вами такого не светит, не стоит и мечтать. Не того поля ягоды.

– Ну да, куда уж нам, – хмыкнула я, оглядывая критичным взглядом законченное платье с жакетом. Вроде бы всё в порядке. Можно закрывать заказ. С ума сойти, мой первый заказ в этом мире. Это до сих пор не укладывалось в голове.

К счастью, тиру тоже всё устроило. И даже Марти на этот раз не довёл Ашера до состояния тихого бешенства. Расплатившись, тира Коллинз с сыном уже покидали ателье, когда на пороге возникла Милли с неизменной корзинкой пирожков наперевес. Она проводила посетителей вежливым кивком и пристально уставилась на василиска. Взгляд её не предвещал ничего хорошего.

– Ти… Милли, – нарушила я затянувшееся молчание. – Рада вас видеть.

Тира Бейкер лишь отмахнулась и перевела взгляд с Ашера на меня.

– Дорогие мои, – провозгласила она. – Я вынуждена с вами поделиться плохими новостями. По кратеру ходят весьма неприятные слухи.

Мы с Ашером обменялись настороженными взглядами и, не сговариваясь, направились в сторону кухни. Усадив тиру Бейкер за узкий стол, мы вдвоём устроились напротив. Рядом, плечом к плечу.

Нет, я не забыла, что сержусь на василиска. Но, судя по тону тиры, новости были значительно важнее наших разногласий.

Милли обвела нас внимательным взглядом и поджала губы, собираясь с мыслями.

– По кратеру поползли слухи, – повторила она в третий раз. – Говорят, что скончался наместник.

– Наместник? Это… Правитель кратера? – Мне сложно было понять, каким боком эти плохие новости касаются меня. Зато, кажется, понимал Ашер, судя по тому, как напряглось его тело.

– Именно так. А ещё говорят, будто ему помогли. Но самое интересное – то, каким образом он погиб.

Реакция Ашера вызывала недоумение. Я буквально ощущала волнами исходящее от него напряжение. Это беспокоило. Настолько, что я не могла толком сосредоточиться на словах тиры Бейкер.

– И… Как же он погиб? – спросила рассеянно.

– Обратился в камень.

– Откуда информация? – процедил Ашер.

– Мало ли, откуда… – протянула женщина. – Кто-то из работников особняка заметил и рассказал под алкоголем. Или же кто-то намеренно позволил этим слухам просочиться в свет. Я не знаю. А что думаете вы?

– Мы? – растерялась я и обернулась к собеседнику. Ашер сидел мрачнее тучи, сцепив руки под подбородком и стиснув зубы. – Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

Картинка не складывалась. Этим двоим явно было известно больше, чем мне. Но делиться со мной ни один из них не спешил.

– Что ж, я всё рассказала. А вы решайте, что с этой информацией делать.

Бросив многозначительный взгляд на Ашера, тира поднялась и направилась к выходу. Проводив её, я вернулась на кухню. Василиск сидел в той же позе. Только ещё глаза прикрыл. И – мне кажется, или на висках вновь блеснули золотистые чешуйки?

– Ашер, что происходит? – потребовала я, садясь прямо на стол. – Объясни.

Он медленно поднял веки и взглянул на меня.

– Происходит то, что всплыла информация, которая не должна была всплыть. Теперь нам гарантированы общее волнение вплоть до массовых беспорядков.

– Думаешь, возникнут проблемы с бизнесом? – я задумалась. – Скорее, наоборот. Если в кратере что-то поменяется, можно будет на этой волне протащить смену общих трендов в одежде. А в остальном – не думаю, что всё окажется настолько плохо. Ведь это просто слухи.

Ашер следил за мной тяжёлым взглядом. Молча. И от этого внимания становилось не по себе.

– Ашер?

Поднявшись рывком, он упёр руки в столешницу по обе стороны от меня и наклонился вперёд.

– Ты правда не понимаешь или притворяешься?

– Не понимаю чего?

Уткнувшись лбом в моё плечо он резко выдохнул сквозь зубы. Я сидела, замерев. Гибель наместника каким-то образом должна была меня испугать. Но как? Почему это вообще должно меня касаться? Словно какой-то кусочек головоломки отсутствовал – я не могла понять.

– Речь идёт о моём отце, мышка, – признался он, отстраняясь. – И именно меня обвиняют в его убийстве.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.